https://tesall.club/blogs/entry/614-teni-izuverov/ Вирбус уже хотел идти за ним, в надежде, что он зайдет в какой-нибудь переулок, но чья-то тяжелая рука легла на его плечо. Он обернулся и увидел Марка, в свете луны похожего на призрака. В серых глазах отражался не столько гнев, сколько разочарование. Посмотрев на уходящего священника, он произнес:
-Нет! - Говорил он тихо, будто боясь, что в эту безлюдную ночь, его кто-то может услышать. В серых глазах отражался не столько гнев, сколько разочарование. - Он каким-то образом узнал, что его хотят убить. Если он пойдет в полицию, они станут еще бдительнее, и возьмут под охрану не только его, но и всех остальных главных священников в этом городе, просто так, на всякий случай и будут правы.
-Делать то что будем? - Вирбус был огорчен провалом также, как и Марк. - Убить его все равно надо.
-Не будем рисковать. Возможно, он видел тебя. Я прослежу за ним, может он и не пойдет в полицию. А ты иди домой и отдохни, утром поедешь в «Химикал Гудс», и купишь все, что тут написано. - Он протянул помятый листок, полностью исписанный названиями различных реактивов. - Завтра решим, что делать дальше, глядишь, не все прогорело. - В его голосе больше не было ноток разочарования, теперь говорил он свойственным ему спокойным голосом, характеризующего его, как расчетливого человека. - Уходи.
Вирбус пошел, не оглядываясь, в сторону центра: в сторону пьяного смеха и пения, туда, где молодежь прячется от полиции, пытающейся их разогнать, где постоянно горят огни круглосуточных заведений или ночных клубов. Марк подождал, пока он скроется за углом и посмотрел на, сверкающую вдали, спину жертвы, избежавшей своей участи. Потерять его из виду было почти, что невозможно - шел он достаточно медленно, то и дело, оглядываясь назад, но Марка видеть он просто не мог, тот стоял в тени сломанного фонаря, да и желтоватый туман начал сгущаться густыми хлопьями. Окутанный туманом, как вторым плащом, Марк, ставший абсолютно невидимым для священника, зашагал.
Постепенно выключался свет в окнах многоэтажных зданий, деревья слегка шелестели листьями под силами легкого ветерка, яркие синие огоньки сигнализаций редких машин, вспыхивали и гасли, словно светлячки. Полная луна, не увидевшая сегодня кровопролития, уже зашла высоко и ярко светила редким людям на улице. Она как будто, вместе с туманом, следила за преследовавшим и его целью. Они уже прошли два квартала, никуда не сворачивая. Марк сократил дистанцию между ними, но все же держался поодаль, чтобы испуганный священник не заметил его. Но с каждой минутой преследования, он начал сомневаться, что цель вообще была испугана. Он не оборачивался около четырех минут, будто и вовсе забыл, что его пытались убить. Для Марка было загадкой, как он это узнал. Он пришел в момент, когда священник позвонил кому-то, а потом развернулся. Неизвестно было, и кому он звонил, разговаривали они около пятнадцати секунд. Что можно успеть сказать за такое время? Звонил ли он, чтобы сообщить, что заметил что-то подозрительное? Или же это ему позвонили? Как бы то ни было, другой абонент оставался анонимным.
Они проходили здание крупного банка, когда священник резко остановился, выводя Марка из его размышлений. Удивившись этой непредвиденной остановке, преследовавший едва успел скрыться в переулке. Вовремя, потому что именно в этот момент цель медленно обернулась и посмотрела по сторонам, затем она достала телефон и начала разговор. Марк не мог слышать слова - между ними было не менее ста метров, он лишь видел, как священник долго смотрела в сторону банка и, будто кивая головой, говорил что-то человеку на другом конце линии. Так прошло около двух минут. Марк нашел странным, что священник не шел и говорил одновременно - он действительно, будто забыл причину, из-за которой, он добирается домой пешком. Поговорив еще немного, цель двинулась дальше. Марк вышел из своего укрытия и, немного погодя, продолжил преследование. Туман уже начал расходиться, видимость стала намного лучше, и тем самым риск обнаружения стал больше. Но более неожиданностей не последовало: священник больше не останавливался, и вовсе не оборачивался. Так они дошли до места проживания цели. Это был пятиэтажный дом с четырьмя подъездами, стоявший, словно призрак-карлик среди других многоэтажных зданий, без единого света в окне. Марк достал монокуляр из внутреннего кармана плаща, чтобы увидеть код, который наберет священник, чтобы открыть дверь подъезда. У него было много таких полезных инструментов, облегчающих добычу информации, и не только: складной охотничий нож, острый как лезвие бритвы, отмычки, гитарная струна, а также более современные - жучки и GSM датчики. Увидев как священник набирает код, Марк подождал, пока тот поднимется к себе в квартиру. Через некоторое время он заметил, как в одном из окон загорелся свет. Определив, таким образом, месторасположение квартиры, он решил идти к себе домой.
Но осознав необходимость, замести следы, он пошел в направлении парковки, где стояла машина священника. Его волновало много вещей: кто этот неизвестный информатор, предупредивший жертву; как кто-либо мог узнать о бомбе под автомобилем, ведь она была заложена под покровом ночи.
"Надо срочно снять взрывчатку" - решил Марк, и ускорил шаг.
Помимо этого было еще много дел, которые он должен был сделать. Нужно было продать краденые вещи, раздать задания другим членам организации. Должность раздающего очень утомительна.
В "Маат Терсей" входило около двадцати человек. Двадцать один, если быть точнее. Чем занимался их лидер в то время, когда он не присылал задания и указания, не знал даже Марк. Помимо раздачи заданий и обязанности следить за их выполнением, он занимался поиском дополнительных источников денег для организации и, когда это было возможным, набором кадров. Принимать кого-то еще в организацию было делом рискованным - преступлений они совершили достаточно, чтобы полиция заинтересовалась ими. Да и достаточно взять добропорядочного гражданина - сдаст, как только соберет доказательства.
Имелось несколько компаний, готовых с ними работать. Одни поставляли химические реактивы, другие - оружие, третьи - информацию. Но постоянно поступала только информация. И ее предоставлял лидер организации. Где он ее брал, Марк не знал. До случая с этим священником, проблем не возникало.
После Марка, по иерархии, шли химики. Два студента на последнем курсе медицинского ВУЗа. Несмотря на это, они изготавливали вполне качественные взрывные устройства и яды.
Больше в организации постоянных обязанностей не было ни у кого - каждый делал то, что ему говорили. Оно, может, и к лучшему. Каждый мог выполнить любую работу. И не нужно было ждать, пока специалист по кражам или убийствам освободится.
Но Марка часто волновал один вопрос. Как люди, впервые совершившие преступление, не попадались полиции? За три года действий, никого еще не поймали.
Путь назад к парковке, он вернулся намного быстрее. Автомобиль священника, так и стоял, одинокий и нетронутый. Остановившись в пятидесяти метрах, Марк аккуратно посмотрел по сторонам. Вокруг ни души. Не было света в окнах домов, обдуваемых сильным ветром. Даже ни одна машина не проехала по дороге.
На секунду он почувствовал себя единственным выжившим после бомбардировки. Под вуалью ночи, человеку с богатым воображением, могли показаться воронки на асфальте от упавших бомб. Но Марк был холодно мыслящей, рассудительной персоной, и подобные сцены мечтания для него были забыты. Воспоминания завертелись в голове, складываясь в единое целое, как кадры образуют фильм. Благодаря своей исключительной памяти, он помнил каждый момент своей жизни в мельчайших подробностях. Это был его дар. Или проклятие.
…Они стояли всей группой у широко распахнутых окон, и ждали начала пар. За окном ясно светило солнце, не было и намека на плохую погоду. Несмотря на жару, в здании института было довольно прохладно. Оживленный говор доносился со всех сторон. Студенты всю неделю находились в напряжении в преддверии сессии.
Молодой Марк, прижавшись спиной к стенке, читал свою тетрадь с записями по психологии, одновременно разговаривая с однокурсниками, стройной, симпатичной девушкой и высоким светловолосым парнем.
-Я тебе говорю, что он никому "автомат" не поставит. Он слишком упрям для этого. - Сказала девушка высокому парню и слегка топнула ногой. - Я же права, да? Что скажешь, Виг? - Обратилась она к Марку.
Эту кличку ему придумали еще на первом курсе, когда он удивлял всех своей наблюдательностью. Он выявлял незначительные и от того едва заметные изменения в поведении любого из студентов и говорил всем причину. Чаще всего он оказывался прав. В результате ему придумали кличку, взяв слово из английского языка и сократив его. Марку кличка была по душе - она удовлетворяла его самолюбие, хотя в целом он придавал особого значения именам.
Виг посмотрел на девушку своими серыми проницательными глазами. С коротко стриженными рыжими волосами, веснушками и ясными зелеными глазами она походила на бродячую кошку. Выдержав паузу, он ответил:
-Вполне возможно Катя, но зачем рушить надежды другого человека?
-Никто ничего не рушит! И вообще... - Ее щеки слегка покраснели, она едва могла устоять на одном месте. - Я пойду на улицу, тут ужасно душно. Вы со мной идете?
-Ты слишком сильно волнуешься по поводу сессии. - Заметил Марк.
-Ну и что? Ты не идешь, я так понимаю. - Она обратилась к парню стоящему рядом. - Сереж, а ты?
Сергей кивнул ей, и они направились к лестнице, ведущей на первый этаж. На факультете психологии были студенты, которые мечтали стать психологами, были те, которых заставили родственники, и был - Серый. Он попал сюда совершенно случайно, перепутав аудиторию. Ему понравилось, и он остался. Среди всех факультетов - этот был самым немногочисленным. Больше сорока человек на одной паре не сидят. Ты всех хорошо знаешь и со всеми дружишь. Почти со всеми.
Марк полностью погрузился в свои записи, вспоминая все, что они проходили в этом семестре. В этом не было необходимости - он был прирожденный психолог, но все же находил нужным подстраховаться. Устав от этого занятия, он захлопнул тетрадь и принялся рассматривать всех вокруг. Каждый раз можно было увидеть что-то новое и, если повезет, интересное.
Он бросил взгляд на девушку, стоящую в десяти шагах от него. Немного полноватая, но с приятными чертами лица блондинка. Они с ней плохо общались, но о ней он многое. Она стояла и, скрестив пальцы рук и постукивая большими пальцами друг об друга, что-то шептала. Виг обратил внимание на ее ногти: очень красивый сложный рисунок. Он давно заметил, что чем красивее и сложнее маникюр у девушки, тем большим свободным временем она располагает.
"Ничего нового" - Решил он, и продолжил наблюдения.
Мускулистый парень с короткими волосами в джинсах и футболке из серии "I love Rock", украдкой поглядывал на довольно-таки симпатичную однокурсницу. Она тоже, время от времени, смотрела в его сторону. Марк ухмыльнулся. Они давно спят вместе - от него пахнет ее мылом. Но почему они это скрывают, он не знал. У него были догадки на этот счет, но подтвердить их не было возможности.
Через некоторое время он уже осмотрел всех, и огорчился от мысли, что не узнал ничего нового. Либо он был недостаточно внимателен, либо ничего, хоть сколько-нибудь, интересного в их жизни не происходит.
Появившийся профессор прервал его размышления. По его внешнему виду можно было сразу определить его профессию. Старые поношенные брюки, белая, без единого пятнышка, рубашка, и черная жилетка - все это определяло его, как человека аккуратного и щепетильного. Лысеющая голова, с седыми волосами на ней, блестела на свету, очки в золотой оправе уверенно сидели на его орлином носе. Время от времени он почесывал свою козлиную бородку, которая, кажись, была у него всю жизнь.
Профессор немного повозился с замком, и впустил всех в аудиторию. К этому времени уже подошли Сергей с Катей. Студенты неспешно занимали свои места.
-А что это сегодня с Мерешниковым? - Толкнула Катя Марка.
Виг посмотрел на профессора. Тот, вопреки своему обычаю, спокойно стоял и ждал, пока все рассядутся. Обычно, он как только входил в кабинет сразу начинал писать темы на доске. Но сейчас он ничего не делал.
"Интересно" - Подумал Марк.
-Готов поклясться, он сейчас заявит о том, что все-таки будет ставить автоматы. - Радостно пролепетал Сергей.
Профессор кашлянул, призывая к тишине.
-Дорогие студенты. - Начал он. - Сегодня к нам приехал гость из Англии, и эту неделю лекции будет читать вам он. А вот и он! - сказал Мерешников про вошедшего в этот момент человека.
Профессор из Англии, одетый с иголочки, подошел к русскому психологу и слегка поклонился присутствующим.
Марк внимательно уставился на англичанина. Резко очерченные кости худощавого лица, крупный нос, широкий, массивный, но не слишком тяжелый подбородок. Темные волосы, густые брови, углубляющие неподвижные, зоркие глаза. И выступы мускулов вокруг сжатых тонких губ крупного рта. Недобрая, но незаурядная сила исходила от взгляда этого человека, на вид не старше сорока с небольшим лет. Их взоры пересеклись, и Марк понял, как физически ощутимо уперся в него этот взгляд.
Он заговорил мягким, приятным на слух, английским языком.
-Меня зовут Эндрю Шварц. - Говорил он отчетливо, делая усиления на окончаниях слов.
"Немец?" - Дальше Виг уже не слушал. Его заинтересовала личность этого профессора. Что-то в нем цепляло, какая-то тайна исходит от этого человека, но он не знал какая.
"Он должен быть хорошим гипнотизером. Но что профессор из Англии делает у нас?" - Пообещав себе, во что бы то ни было в этом разобраться, Марк начал слушать лекцию.
…Он отмахнулся от этих воспоминаний, и направился в сторону машины. Иногда они не поддавались контролю, и появлялись сами, даже в самый неподходящий момент.
Подойдя к автомобилю, Марк опустился на корточки и заглянул под него.
"Нет!" - Не веря своим глазам, он обошел машину со всех сторон, полностью все ощупал, но сомнений быть не могло.
"Ее сняли" - Мысли хаотично закрутились в голове, впервые за несколько лет от волнения у него задрожали коленки. Он встал, оперся на машину и заставил себя успокоиться. Собравшись с мыслями, он решил как можно быстрее уносить ноги.
"Бомбу мог снять только тот, кто предупредил священника, сомнений не было. Но кто он?"
Его мысли прервал телефонный звонок. Марк достал телефон, посмотрел на номер - зашифрован. Слегка дрожащими руками он поднес трубку к уху:
-Алло.
На секунду послышались помехи, будто кто-то переключает радио. Затем резкий, очень неприятный, как гвоздь по металлу голос заговорил:
-Ну как? Обнаружил сюрприз?
-Кто ты? - Скрыв все свои эмоции, он заставил себя говорить спокойным голосом.
-Я бы предпочел остаться неизвестным, до некоторых пор. Мы давно следили за вами. Завтра в полдень, на мосте возле большого озера. К тебе подойдут.
-С чего бы мне это приходить? Вдруг это ловушка?
-А ты ценишь своих людей? - В голосе промелькнули нотки иронии.
Марк почувствовал, как вспотел.
-Что?
-Где сейчас, по-твоему, тот, кого ты отправил заложить бомбу? Завтра в полдень.
-Стой!…- Но звонивший бросил трубку, оставив Марка наедине со своими мыслями.
Он так и стоял возле автомобиля, не зная что делать. Вирбуса надо было спасать, но что если это ловушка? Они забрали одного, могут забрать и всех.
Виг заметил скамейку, недалеко от парковки, и направился к ней. Сев на нее, он начал обдумывать все возможные варианты.
Уже первые лучи солнца появились на небосводе, когда Марк, приняв решение, достал телефон и позвонил:
-Передай всем, - Сказал он, после того, как трубку подняли. - Я их созываю на срочное дело.Глава 2
Вирбус уже хотел идти за ним, в надежде, что он зайдет в какой-нибудь переулок, но чья-то тяжелая рука легла на его плечо. Он обернулся и увидел Марка, в свете луны похожего на призрака. В серых глазах отражался не столько гнев, сколько разочарование. Посмотрев на уходящего священника, он произнес:
-Нет! - Говорил он тихо, будто боясь, что в эту безлюдную ночь, его кто-то может услышать. В серых глазах отражался не столько гнев, сколько разочарование. - Он каким-то образом узнал, что его хотят убить. Если он пойдет в полицию, они станут еще бдительнее, и возьмут под охрану не только его, но и всех остальных главных священников в этом городе, просто так, на всякий случай и будут правы.
-Делать то что будем? - Вирбус был огорчен провалом также, как и Марк. - Убить его все равно надо.
-Не будем рисковать. Возможно, он видел тебя. Я прослежу за ним, может он и не пойдет в полицию. А ты иди домой и отдохни, утром поедешь в «Химикал Гудс», и купишь все, что тут написано. - Он протянул помятый листок, полностью исписанный названиями различных реактивов. - Завтра решим, что делать дальше, глядишь, не все прогорело. - В его голосе больше не было ноток разочарования, теперь говорил он свойственным ему спокойным голосом, характеризующего его, как расчетливого человека. - Уходи.
Вирбус пошел, не оглядываясь, в сторону центра: в сторону пьяного смеха и пения, туда, где молодежь прячется от полиции, пытающейся их разогнать, где постоянно горят огни круглосуточных заведений или ночных клубов. Марк подождал, пока он скроется за углом и посмотрел на, сверкающую вдали, спину жертвы, избежавшей своей участи. Потерять его из виду было почти, что невозможно - шел он достаточно медленно, то и дело оглядываясь назад, но Марка видеть он просто не мог, тот стоял в тени сломанного фонаря, да и желтоватый туман начал сгущаться густыми хлопьями. Окутанный туманом, как втором плащом, Марк, ставший абсолютно невидимым для священника, зашагал.
Постепенно выключался свет в окнах многоэтажных зданий, деревья слегка шелестели листьями под силами легкого ветерка, яркие синие огоньки сигнализаций редких машин, вспыхивали и гасли, словно светлячки. Полная луна, не увидевшая сегодня кровопролития, уже зашла высоко и ярко светила редким людям на улице. Она как будто, вместе с туманом, следила за преследовавшим и его целью. Они уже прошли два квартала, никуда не сворачивая. Марк сократил дистанцию между ними, но все же держался поодаль, чтобы испуганный священник не заметил его. Но с каждой минутой преследования, он начал сомневаться, что цель вообще была испугана. Он не оборачивался около четырех минут, будто и вовсе забыл, что его пытались убить. Для Марка было загадкой, как он это узнал. Он пришел в момент, когда священник позвонил кому-то, а потом развернулся. Неизвестно было и кому он звонил, разговаривали они около пятнадцати секунд. Что можно успеть сказать за такое время? Звонил ли он, чтобы сообщить, что заметил что-то подозрительное? Или же это ему позвонили? Как бы то ни было, другой абонент оставался анонимным.
Они проходили здание крупного банка, когда священник резко остановился, выводя Марка из его размышлений. Удивившись этой непредвиденной остановке, преследовавший едва успел скрыться в переулке. Вовремя, потому что именно в этот момент цель медленно обернулась и посмотрела по сторонам, затем она достала телефон и начала разговор. Марк не мог слышать слова - между ними было не менее ста метров, он лишь видел, как священник долго смотрела в сторону банка и,будто кивая головой, говорил что-то человеку на другом конце линии. Так прошло около двух минут. Марк нашел странным, что священник не шел и говорил одновременно - он действительно, будто забыл причину из-за которой, он добирается домой пешком. Поговорив еще немного, цель двинулась дальше. Марк вышел из своего укрытия и, немного погодя, продолжил преследование. Туман уже начал расходиться, видимость стала намного лучше, и тем самым риск обнаружения стал больше. Но более неожиданностей не последовало: священник больше не останавливался, и вовсе не оборачивался. Так они дошли до места проживания цели. Это был пятиэтажный дом с четырьмя подъездами, стоявший, словно призрак-карлик среди других многоэтажных зданий, без единого света в окне. Марк достал монокуляр из внутреннего кармана плаща, чтобы увидеть код, который наберет священник, чтобы открыть дверь подъезда. У него было много таких полезных инструментов, облегчающих добычу информации, и не только: складной охотничий нож, острый как лезвие бритвы, отмычки, гитарная струна, а также более современные - жучки и GSM датчики. Увидев как священник набирает код, Марк подождал, пока тот поднимется к себе в квартиру. Через некоторое время он заметил, как в одном из окон загорелся свет. Определив таким образом месторасположение квартиры, он решил идти к себе домой.
Но осознав необходимость замести следы, он пошел в направлении парковки, где стояла машина священника. Его волновало много вещей: кто этот неизвестный информатор, предупредивший жертву; как кто-либо мог узнать о бомбе под автомобилем, ведь она была заложена под покровом ночи.
"Надо срочно снять взрывчатку" - решил Марк, и ускорил шаг.
Помимо этого было еще много дел, которые он должен был сделать. Нужно было продать краденые вещи, раздать задания другим членам организации. Должность раздающего очень утомительна.
В "Маат Терсей" входило около двадцати человек. Двадцать один, если быть точнее. Чем занимался их лидер в то время, когда он не присылал задания и указания, не знал даже Марк. Помимо раздачи заданий и обязанности следить за их выполнением, он занимался поиском дополнительных источников денег для организации и, когда это было возможным, набором кадров. Принимать кого-то еще в организацию было делом рискованным - преступлений они совершили достаточно, чтобы полиция заинтересовалась ими. Да и достаточно взять добропорядочного гражданина - сдаст как только соберет доказательства.
Имелось несколько компаний, готовых с ними работать. Одни поставляли химические реактивы, другие - оружие, третьи - информацию. Но постоянно поступала только информация. И ее предоставлял лидер организации. Где он ее брал, Марк не знал. До случая с этим священником, проблем не возникало.
После Марка, по иерархии, шли химики. Два студента на последнем курсе медицинского ВУЗа. Несмотря на это, они изготавливали вполне качественные взрывные устройства и яды.
Больше в организации постоянных обязанностей не было ни у кого - каждый делал то, что ему говорили. Оно, может, и к лучшему. Каждый мог выполнить любую работу. И не нужно было ждать, пока специалист по кражам или убийствам освободится.
Но Марка часто волновал один вопрос. Как люди, впервые совершившие преступление, не попадались полиции? За три года действий, никого еще не поймали.
Путь назад к парковке, он вернулся намного быстрее. Автомобиль священника, так и стоял, одинокий и нетронутый. Остановившись в пятидесяти метрах, Марк аккуратно посмотрел по сторонам. Вокруг ни души. Не было света в окнах домов, обдуваемых сильным ветром. Даже ни одна машина не проехала по дороге.
На секунду он почувствовал себя единственным выжившим после бомбардировки. Под вуалью ночи, человеку с богатым воображением, могли показаться воронки на асфальте от упавших бомб. Но Марк был холодно мыслящей, рассудительной персоной, и подобные сцены мечтания для него были забыты. Воспоминания завертелись в голове, складываясь в единое целое, как кадры образуют фильм. Благодаря своей исключительной памяти, он помнил каждый момент своей жизни в мельчайших подробностях. Это был его дар. Или проклятие.
…Они стояли всей группой у широко распахнутых окон, и ждали начала пар. За окном ясно светило солнце, не было и намека на плохую погоду. Несмотря на жару, в здании института было довольно прохладно. Оживленный говор доносился со всех сторон. Студенты всю неделю находились в напряжении в преддверии сессии.
Молодой Марк, прижавшись спиной к стенке, читал свою тетрадь с записями по психологии, одновременно разговаривая с однокурсниками, стройной, симпатичной девушкой и высоким светловолосым парнем.
-Я тебе говорю, что он никому "автомат" не поставит. Он слишком упрям для этого. - Сказала девушка высокому парню и слегка топнула ногой. - Я же права, да? Что скажешь, Виг? - Обратилась она к Марку.
Эту кличку ему придумали еще на первом курсе, когда он удивлял всех своей наблюдательностью. Он выявлял незначительные и от того едва заметные изменения в поведении любого из студентов и говорил всем причину. Чаще всего он оказывался прав. В результате ему придумали кличку, взяв слово из английского языка и сократив его. Марку кличка была по душе - она удовлетворяла его самолюбие, хотя в целом он придавал особого значения именам.
Виг посмотрел на девушку своими серыми проницательными глазами. С коротко стриженными рыжими волосами, веснушками и ясными зелеными глазами она походила на бродячую кошку. Выдержав паузу он ответил:
-Вполне возможно Катя, но зачем рушить надежды другого человека?
-Никто ничего не рушит! И вообще... - Ее щеки слегка покраснели, она едва могла устоять на одном месте. - Я пойду на улицу, тут ужасно душно. Вы со мной идете?
-Ты слишком сильно волнуешься по поводу сессии. - Заметил Марк.
-Ну и что? Ты не идешь, я так понимаю. - Она обратилась к парню стоящему рядом. - Сереж, а ты?
Сергей кивнул ей, и они направились к лестнице, ведущей на первый этаж. На факультете психологии были студенты, которые мечтали стать психологами, были те, которых заставили родственники, и был - Серый. Он попал сюда совершенно случайно, перепутав аудиторию. Ему понравилось, и он остался. Среди всех факультетов - этот был самым немногочисленным. Больше сорока человек на одной паре не сидят. Ты всех хорошо знаешь и со всеми дружишь. Почти со всеми.
Марк полностью погрузился в свои записи, вспоминая все, что они проходили в этом семестре. В этом не было необходимости - он был прирожденный психолог, но все же находил нужным подстраховаться. Устав от этого занятия, он захлопнул тетрадь и принялся рассматривать всех вокруг. Каждый раз можно было увидеть что-то новое и, если повезет, интересное.
Он бросил взгляд на девушку, стоящую в десяти шагах от него. Немного полноватая, но с приятными чертами лица блондинка. Они с ней плохо общались, но о ней он многое. Она стояла и, скрестив пальцы рук и постукивая большими пальцами друг об друга, что-то шептала. Виг обратил внимание на ее ногти: очень красивый сложный рисунок. Он давно заметил, что чем красивее и сложнее маникюр у девушки, тем большим свободным временем она располагает.
"Ничего нового" - Решил он, и продолжил наблюдения.
Мускулистый парень с короткими волосами в джинсах и футболке из серии "I love Rock", украдкой поглядывал на довольно-таки симпатичную однокурсницу. Она тоже, время от времени, смотрела в его сторону. Марк ухмыльнулся. Они давно спят вместе - от него пахнет ее мылом. Но почему они это скрывают, он не знал. У него были догадки на этот счет, но подтвердить их не было возможности.
Через некоторое время он уже осмотрел всех, и огорчился от мысли, что не узнал ничего нового. Либо он был недостаточно внимателен, либо ничего, хоть сколько-нибудь, интересного в их жизни не происходит.
Появившийся профессор прервал его размышления. По его внешнему виду можно было сразу определить его профессию. Старые поношенные брюки, белая, без единого пятнышка, рубашка, и черная жилетка - все это определяло его, как человека аккуратного и щепетильного. Лысеющая голова, с седыми волосами на ней, блестела на свету, очки в золотой оправе уверенно сидели на его орлином носе. Время от времени он почесывал свою козлиную бородку, которая, кажись, была у него всю жизнь.
Профессор немного повозился с замком, и впустил всех в аудиторию. К этому времени уже подошли Сергей с Катей. Студенты неспешно занимали свои места.
-А что это сегодня с Мерешниковым? - Толкнула Катя Марка.
Виг посмотрел на профессора. Тот, вопреки своему обычаю, спокойно стоял и ждал, пока все рассядутся. Обычно, он как только входил в кабинет сразу начинал писать темы на доске. Но сейчас он ничего не делал.
"Интересно" - Подумал Марк.
-Готов поклясться, он сейчас заявит о том, что все-таки будет ставить автоматы. - Радостно пролепетал Сергей.
Профессор кашлянул, призывая к тишине.
-Дорогие студенты. - Начал он. - Сегодня к нам приехал гость из Англии, и эту неделю лекции будет читать вам он. А вот и он! - сказал Мерешников про вошедшего в этот момент человека.
Профессор из Англии, одетый с иголочки, подошел к русскому психологу и слегка поклонился присутствующим.
Марк внимательно уставился на англичанина. Резко очерченные кости худощавого лица, крупный нос, широкий, массивный, но не слишком тяжелый подбородок. Темные волосы, густые брови, углубляющие неподвижные, зоркие глаза. И выступы мускулов вокруг сжатых тонких губ крупного рта. Недобрая, но незаурядная сила исходила от взгляда этого человека, на вид не старше сорока с небольшим лет. Их взоры пересеклись, и Марк понял, как физически ощутимо уперся в него этот взгляд.
Он заговорил мягким, приятным на слух, английским языком.
-Меня зовут Эндрю Шварц. - Говорил он отчетливо, делая усиления на окончаниях слов.
"Немец?" - Дальше Виг уже не слушал. Его заинтересовала личность этого профессора. Что-то в нем цепляло, какая-то тайна исходит от этого человека, но он не знал какая.
"Он должен быть хорошим гипнотизером. Но что профессор из Англии делает у нас?" - Пообещав себе, во что бы то ни было в этом разобраться, Марк начал слушать лекцию.
…Он отмахнулся от этих воспоминаний, и направился в сторону машины. Иногда они не поддавались контролю, и появлялись сами, даже в самый неподходящий момент.
Подойдя к автомобилю, Марк опустился на корточки и заглянул под него.
"Нет!" - Не веря своим глазам, он обошел машину со всех сторон, полностью все ощупал, но сомнений быть не могло.
"Ее сняли" - Мысли хаотично закрутились в голове, впервые за несколько лет от волнения у него задрожали коленки. Он встал, оперся на машину и заставил себя успокоиться. Собравшись с мыслями, он решил как можно быстрее уносить ноги.
"Бомбу мог снять только тот, кто предупредил священника, сомнений не было. Но кто он?"
Его мысли прервал телефонный звонок. Марк достал телефон, посмотрел на номер - зашифрован. Слегка дрожащими руками он поднес трубку к уху:
-Алло.
На секунду послышались помехи, будто кто-то переключает радио. Затем резкий, очень неприятный, как гвоздь по металлу голос заговорил:
-Ну как? Обнаружил сюрприз?
-Кто ты? - Скрыв все свои эмоции, он заставил себя говорить спокойным голосом.
-Я бы предпочел остаться неизвестным, до некоторых пор. Мы давно следили за вами. Завтра в полдень, на мосте возле большого озера. К тебе подойдут.
-С чего бы мне это приходить? Вдруг это ловушка?
-А ты ценишь своих людей? - В голосе промелькнули нотки иронии.
Марк почувствовал, как вспотел.
-Что?
-Где сейчас по-твоему тот, кого ты отправил заложить бомбу? Завтра в полдень.
-Стой!…- Но звонивший бросил трубку, оставив Марка наедине со своими мыслями.
Он так и стоял возле автомобиля, не зная что делать. Вирбуса надо было спасать, но что если это ловушка? Они забрали одного, могут забрать и всех.
Виг заметил скамейку, недалеко от парковки, и направился к ней. Сев на нее, он начал обдумывать все возможные варианты.
Уже первые лучи солнца появились на небосводе, когда Марк, приняв решение, достал телефон и позвонил:
-Передай всем, - Сказал он, после того, как трубку подняли. - Я их созываю на срочное дело.]]>614Thu, 21 Nov 2013 07:49:00 +0000https://tesall.club/blogs/entry/590-teni-izuverov/ Рассвет брезжил сквозь узкие окна заброшенного дома. Это было большое многоэтажное здание, с проросшими на стенах растениях. На крыше располагались остатки больших параболических антенн, что намекало о телевизионном прошлом построения. Раньше тут располагалась местная студия городского канала, но теперь тут вещали только птицы, поющие песни на своем животном языке. Вокруг были пустыри, оставшиеся от других домов, да некоторые развалины, служившие местом вечеринок для молодежи. Все остальные избегали этого места, после того, как здание взорвалось по непонятным причинам, и только редкая машина заезжала сюда. Сверху построение было похоже на букву "Ж". Его окружал высокий забор с колючей ржавой проволокой, пропитавшейся кровью подростков, которые не раз пытались через него перелезть, но уходили отсюда разочарованные и с порванной одеждой. Единственные соседи — это закрытая автомастерская, и через дорогу — склад длиной в квартал. Несмотря на всю его заброшенность, первые два этажа здания были полностью заколочены и ни один человек не мог туда попасть. Полная изоляция от посторонних глаз, расположение в двух километр от центра города и размеры здания, позволявшие устроить здесь что угодно - все это причины по которым оно было выбрано штабом организации.
За несколько кварталов отсюда, где этот забытый богом район превращался в нормальный цивилизованный город, полиция разъезжала с включенными сиренами, разыскивая кого-то. Патрульные останавливали машины, которые им казались подозрительными, допрашивали их водителей и отпускали. Они не могли найти того, кто им был нужен, кем бы он не был, он оказался хитрее сил правопорядка.
В то же самое время человек, которого они безуспешно искали, переходил в район, контролируемый организацией. На нем был надет плащ, как и подобает ее члену. Небритое молодое, но уже морщинистое лицо улыбалось, он явно был рад проделанной работой. Он прошел первый квартал заброшенного района и повернул направо, на улицу, где было больше всего домов, более или менее уцелевших от времени и беспорядков, творившихся здесь. Дойдя до половины, незнакомец свернул и направился к одной из развалин, находящихся на правой стороне улицы. Раньше это был прекрасный трехэтажный особняк, но время и полное отсутствие ухода сделали свое дело, и теперь это просто руины былой красоты. Тем не менее, дом имел огромное значение, как для бомжей, использовавших его в качестве места для сна, так и для организации, члены которой использовали руины, чтобы пробраться в свой "Sanctum Sanctorium". Именно с этой целью незнакомец зашел в дом и спустился в подвал здания. В низу абсолютно отсутствовало освещение в любое время суток, поэтому использование искусственных источников света было необходимо. Незнакомец порылся в кармане и достал небольшой фонарик. Несмотря на его размеры, мощность была достаточно большая, чтобы мигом осветить всю квадратуру подвала. Помещение было относительно чистым, в основном благодаря бездомным людям, считающих это место своим домом. Пол в некоторых местах был черным - остатки огня, который согревал домочадцев. Сейчас тут никого не было, все бродили по улицам, добывали еду. Незнакомец подошел к восточной стене подвала, где располагался люк, достав из кармана ключи, он не без усилий поднял крышку люка, и спустился в подземный лабиринт, откуда можно было быстро и незаметно добраться до штаба.
Неизвестно как образовались эти ходы, простиравшиеся почти по всему региону, но они служили большую пользу тому, кто о них знал. Когда организация их впервые обнаружила, люки были напрочь закрыты, пришлось взламывать замки и ставить свои. Теперь у каждого есть свои ключи, и он мог в нужный момент исчезнуть от посторонних взглядов. Кругом царила сырость, плесень тут и там, на стенах придавала и без того убогому туннелю, неприятный резкий запах. Было так тихо, что эхом отзывался звук хлюпающих ботинок.
Пройдя бесчисленное количество поворотов, незнакомец подошел к лестнице, ведущей наверх. Снова достав ключи, он вскарабкался по ней и отворил люк. Проход наверх привел в другое помещение, такое же темное, как и подвал дома, используемого для входа, за исключением небольшого количества света, проходившего сквозь отверстия в досках на заколоченных окнах. Таким образом, оказавшись внутри здания телеканала, незнакомец пошел к лестнице, ведущей наверх. Изнутри помещение мало напоминало о своем прошлом. Все, что можно было продать - было продано. Первый этаж раньше был большим залом ожидания с постом охраны. Со стен свисали большие провода, все еще под напряжением. Краска на стенах облупилась с течением времени. Разыскиваемый начал подниматься по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Раз пролет, два пролет - дверь в химическую лабораторию, где сейчас никто не работал - химики потратили последние реактивы на изготовление бомб, а достать новые пока не удавалось. Еще один этаж - в этот уже проходил уличный свет, так как окна тут не были заколоченными. Здесь располагалось то, что можно было назвать оружейной, если позабыть про скудный запас оружий. Денег не хватало, а на доверительные торговые отношения нелегальные торговцы неспособны. Он поднялся на еще один этаж, тут были жилищные помещения, от жилищных - только название, почти никто из членов тут не ночевал - оно и понятно, ведь вода в здание была ржавой, а в своем доме ночевать намного приятнее. Еще один этаж - то, что планировалось, как столовая, но причины ее отсутствия - те же, что и у отсутствия жильцов в жилищном этаже. Шестой этаж - зал собраний, пока пустующий - многие еще были на заданиях. Уже запыхавшийся член организации поднялся на еще один этаж, и зашел в дверной проем. Офисное помещение, сохранившееся почти в первоначальном виде, было освещено, уже поднявшимся солнцем, на противоположной двери стороне располагались широкие окна во всю высоту комнаты, а возле них стоял, смотря вдаль, человек. Держа руки скрещенными за спиной, он повернулся на шум шагов и произнес:
-А, вот и ты! - он отошел от окна и пошел навстречу пришедшему. Морщинистое, исхудалое лицо с впалыми щеками, но большими живыми глазами серого цвета, пристально смотрело на него. - Все прошло удачно, я слышал. Полиция негодует, никак не могут найти того ублюдка, который обокрал их святыню. - остановившись прямо перед удачливым вором, он приказал, -Покажи мне ее.
-Да, Марк. Сейчас. - Он порылся в сумке и достал оттуда корону. Она была необычайно красива - на узком круглом обруче из черного металла в палец толщиной были насажены тонкие, закругленные, расширенные на концах черные двураздельные листочки, отогнутые наружу.
Марк, аккуратно взяв корону, начал ее медленно осматривать, глаза его блестели от удовольствия. Повертев ее немного, он громко произнес:
-Скупщики непременно оценят ее, она должна стоить кучу денег. - он оценивающе посмотрел на вора драгоценности и сказал, -Ты потрудился на славу, у них даже нет твоего описания.
-Я всего лишь делаю свою работу. - он слегка поклонился, - Я могу идти?На сколько я знаю, еще никто не вернулся.
-Да, ты свободен. Мы с тобой свяжемся, когда придет время. Можешь идти Гонор.
Не говоря ничего в ответ, Гонор развернулся и пошел к лестнице. Марк тем временем мысленно вычеркнул его имя из списка тех, кто на задании.
Весь оставшийся день он потратил, дожидаясь доставки отчетов о выполненных заданиях. Появились все, кроме одного. Уже солнце заходило за горизонт, когда Марк с надеждой смотрел в пустой проем, ожидая опоздавшего. Но никто не пришел.
"С ним что-то творится в последнее время, сначала он опаздывает на раздачу, теперь опаздывает на сдачу. Надо узнать, где он." С этими мыслями он направился к лестнице. Спустившись на первый этаж, он подошел к люку, открыл его и полез вниз. Через некоторое время он уже был в заброшенном доме. Когда он поднялся из тоннеля, в глаза ему сразу бросился свет от костра. Бездомные вернулись.
Это были разные люди: молодые и старые, с семьями и одинокие, ветераны помоек и недавно пришедшие. Но, несмотря на все это, они были добрыми, все еще верящими в людей. По углам сидели отшельники, доедавшие свой ужин, добытый усердным трудом в течение дня. Но большая часть сидела возле костра, обсуждая слухи и нынешнюю ситуацию в городе.
…-Я сегодня возле здания полиции сегодня был, слышал разговор двух копов. Они говорили, что жить совсем трудно стало: налоги повысили, слухи о единой религии и искоренении всех неверных, да еще им зарплату не платят.
-Это все хрень собачья, сам сегодня видел, как один целую пачку получил от какого-то водителя.
-Какая разница им все равно до нас дела нет. Им лишь бы убрать нас с улиц. Меня сегодня чуть не поймали и не отправили в какой-то приют. Еле ноги унесла...
Именно к этой компании и направился Марк, внимательно смотря под ноги, чтобы не споткнуться об мусор. Тут один из группы, видимо главный, сказал:
-Э, ребят смотрите. Босс идет. Слышал я, вы много дел провернули. Только и разговоров, что об увеличении беспорядков и краж.
Не удостоив его ответом, Марк холодно оглядел всех сидящих, затем свойственным ему спокойным голосом спросил:
-Кто из вас был сегодня в районе 3-ей городской церкви?
Женщина лет сорока с короткой прической и в очень старой одежде оглядела всю компанию, потом неуверенно сказала:
-Ну, я была.
-Одного из моих не видела. - Марк подошел к ней и достал телефон, он нашел нужную фотографию мужчины с черными волосами и зелеными глазами и показал ей. - Вот его.
Женщина прищурилась, разглядывая лицо и пытаясь вспомнить, что она сегодня видела, прошло около минуты, прежде чем она прохрипела:
-Кажись, видела.
-Кажись? - Он был явно недоволен ответом.
-Кто-то похожий на него точно был. А твой или не твой - это я уже не знаю.
-Что он делал? - Марк наклонился к ней, говоря очень быстро и тихо. -Долго он там пробыл?
-Когда я уходила, он был все еще там.
Не дослушав ее до конца, он сунул ей в руку банкноту и пошел к выходу.

* * *
Солнце в последний раз отразилось от золотых куполов церкви и село за горизонт, оставив всю свою работу фонарям. Машины стали реже проезжать по широкой, мокрой после дождя, дороге. Люди начали расходиться по домам. Прислонившись к нерабочему фонарю, человек в плаще наблюдал за парковкой возле церкви, докуривая сигарету. Лица его было почти не видно, лишь свет отражался в зеленых глазах. Растоптав тяжелым ботинком оконченную сигарету, он двинулся в сторону парковки. Только серебристый Мерседес одиноким волком стоял на ней. Подойдя к автомобилю, человек залез под него и прикрепил на магнит к подвеске прямоугольный предмет.
Повезло, что он работает допоздна. Надо было еще до рассвета прикрепить, но этот гребанный дворник помешал. Осталось подождать пока он поедет домой. Как только можно так работать? Быть в церкви еще до рассвета и уезжать позже всех, ночевал бы уже там.
Вернувшись на свой наблюдательный пост у фонаря, он закурил еще одну сигарету. Отсюда было видно всю парковку и вход в церковь, таким образом, находясь всего через дорогу, можно было спокойно наблюдать за приходящими и уходящими. С каждым затягом он вспоминал о том, как он на такое подписался. Уже поздно было жалеть о сделанном выборе, но все продвигается так медленно, что начинаешь сомневаться. Сейчас у него даже нет своего настоящего имени, его заменили на другое, выдуманное. Вирбус. Имя не имеет значения. Свое настоящее имя сохранил только раздающий. У их предводителя же даже выдуманного не было. Вся эта таинственность. Ты ведь даже не знаешь цель всех миссий, которые тебе дают. Нельзя задавать вопросов. Ты только знаешь, что надо делать. Убей, укради, подстрекай. И так уже три года. С самого основания "Маат Терсей". А ведь с чего все началось?
...Плакаты с призывами вложить свои деньги в постройку церквей, лозунги, вопящие о духовном развитии будущих поколений, законности о неприкосновенности верующих. Ты не мог поступить в институт, узнай они, что ты неверный церкви. Но все принимали их догмы, иначе нормально жить бы не получилось. Если то, как общество жило, можно было назвать нормальным. Разумеется, появились несогласные, они всегда есть. Митинги, письма в газеты, контр-плакаты, контр-лозунги: бунт, постепенно нараставший и достигнувший бы точки кипения, если бы он не прекратился. Просыпаешься утром идешь на учебу или работу, и понимаешь, что все следы их мятежа пропали - ни плакатов, ни кучки, кричащей «Долой инквизицию», их как будто не существовало. И многие о них не вспоминали, кроме их семей.
Из одной из таких семей был и Вирбус. Его старший брат исчез, ушел на митинг и не вернулся, оставив своего брата одного. Родители погибли в автокатастрофе несколько лет назад. Потеряв брата, Вирбус понял, что жить в таком мире он не может, что надо что-то менять. Но изменил он лишь количество пропусков занятий в университете.
Однажды, когда он сидел на скамейке в парке, к нему подошел человек. Он долго смотрел на него, прежде чем представился. Сказал, зовут Марком. Сказал, что знает, о чем Вирбус думает. Знает все про него. Бунтаря видно по глазам - были его слова. Он сел рядом и начал свой рассказ.
Те митинги не должны были так закончится. Они должны были пере расти в полноценный coup d'etat. Но сила, которой они противостояли, была в тени, находясь на свету. То же самое, что драться с воображаемым другом. Он тебя бьет, а ты бьешь, но все мимо. После того, как пропали те люди, оставшиеся решили сами вступить в тень, создали организацию, готовую на все. Организация - громко сказано, их было всего шесть человек, а набирать нужно очень аккуратно. В основном они набирают студентов. Они смотрят, кто не посещает обязательные церковные мероприятия, и изучают их. Так они нашли Вирбуса.
Вирбус спросил, что будет, если он согласится. Марк ответил, что сначала - посвящение, а после - будешь делать то, что тебе говорят. Вирбус попросил время подумать. Марк дал ему сутки, через сутки на этом же месте он будет ждать ответа.
Сначала Вирбус долго сидел на этой скамейке, размышляя, потом он пошел домой и пытался заснуть, но так и не смог. Утром, после бессонной ночи, он понял, что не хочет быть бесполезным, и решился вступить в "Маат Терсей".
Марк уже ждал его, когда он пришел в парк. Он уже знал ответ. Они пошли в убежище. Тогда у них еще не было здания городского канала, поэтому в роли убежища служил один заброшенный дом на окраине города. Когда они вошли в него, Вирбус удивился, что внутри никого не было.
-А как же посвящение? - спросил он.
Марк ответил, что посвящения он проводит в одиночку. Начал он со слов, что после посвящения, не будет пути назад, что если Вирбус решит выйти, он заодно выйдет и из поезда жизни. Вирбус согласился. Посвящение началось с правил: ты делаешь все, что тебе говорят, ты не задаешь вопросов, ты никому не рассказываешь про организацию, делай работу хорошо и тебе за нее будут платить. После этого Марк сказал, что настало время. Он вышел из комнаты и отсутствовал минут пять. Затем вернулся, толкая какого-то человека с мешком на голове и связанными руками. Он сильно его толкнул, и тот упал на колени. -Твое посвящение - ты должен убить. С этими словами он сорвал мешок с человека на коленях. Под мешком было исхудалое лицо вдоволь настрадавшегося человека, долго нестриженые черные волосы спадали со лба, он тяжело сопел через свой горбатый нос, синие губы дрожали, произнося что-то вроде "Пожалуйста. Не надо", из глаз текли слезы. Вирбус стоял в шоке от увиденного и от того, что от него требовали. К такому он не был готов. Марк протянул ему револьвер:
-Давай!
Дрожащими руками Вирбус взял пистолет, вопрошающе глядя на Марка. Тот понял его без слов.
-Хочешь знать за что? Очень хорошо. Я расскажу. Этот жалкий человек, стоящий перед тобой на коленях и молящий о пощаде - священник. Причем ярый. Он был один из многих, кто хотел жестоко разобраться с митингующими. Да, он заслуживает смерти, и умрет, так или иначе. Если ты хочешь быть с нами, у тебя нет другого выбора.
Вирбус нацелил револьвер в голову священника. Все те моральные правила, которым его обучали с самого детства, говорили ему, что он не может убить человека, но необходимость вступить в организацию, необходимость бороться с теми, кто отнял у него брата говорила ему нажать на курок. Он смотрел в мокрые глаза священника, и вдруг он почувствовал то, чего раньше не было. Ненависть. Она постепенно росла в нем, пока полностью не заполнила его. Потом ненависть сменилась гневом. И уже ничто ему не мешало, он знал, что убьет его. Он еще раз оглядел человека, живущего последнюю минуту. Стараясь запомнить каждую деталь, запомнить весь этот источник ненависти, Вирбус выстрелил. Он плохо помнил, что было дальше. Ухмыляющийся Марк говорил ему, что он принят. Дал ему его новое имя. Назначил время и место следующей встречи, где он выдаст ему его первое задание. А все, что видел Вирбус - это мозги. Шокированный увиденным он выбежал из дома и шел, шел, пока не понял, что заблудился. Он увидел скамейку, подошел к ней и лег на нее. Так он и уснул...
С тех пор прошло три года, но до сих пор он помнил все в мельчайших подробностях. Вирбус считал, что вместе со священником умер и он сам. Теперь это другой человек. Да и человек ли? Но пути назад нет.
Открывшаяся дверь церкви вывела его из размышлений. К парковке направлялся священник, которого он должен был убить. По крайней мере, Вирбус думал, что он был священником. Он достал пульт дистанционного детонирования и стал ждать. Цель вошла на парковку и начала приближаться к своей машине. Вирбус, крепко сжимая в руках пульт, бормотал про себя: "Давай, еще чуть-чуть". Не дойдя пятнадцать метров, цель остановилась. Священник пристально смотрел на машину, затем он достал телефон и куда-то позвонил. Он разговаривал около минуты, после чего, спрятав телефон, посмотрел на фонарь, где стоял Вирбус.
"Нет! Чего ты встал? Давай же! Садись в машину!"
Как будто читая мысли Вирбуса, священник развернулся и пошел в другую сторону, с каждым шагом удаляясь от своего смертного одра.]]>590Tue, 05 Nov 2013 13:32:00 +0000