Таверна, общий зал
- Ты никогда не видел одержимых, верно? - Реми передернуло от мерзкого воспоминания. - Я - видел. И, клянусь Камнем, не хотел бы увидеть вновь. Вам, Стражам, слишком многое позволяется, но это и не плохо, пока есть Мор. Но Мор проходит, и - воин махнул рукой - вы уже не нужны. Поиграть было бы интересно, но необуздан я в желаниях своих.
"Знал бы ты, сколь я в них необуздан." Айк едва заметно вздохнул.
- Создатель миловал. С другой стороны, я видел деревни, оставленные пылать после того, как по ним прокатилась волна-другая порождений. Убиваешь оставшихся в живых, потому что не знаешь, кто из них уже поражен скверной, а кто - нет. Мы избавляли их от участи более страшной...более страшной, чем смерть, и заодно не позволяли заразе распространяться. Или так мы думали, - Айк сглотнул горечь, вспомнив Тамарель, прекрасную Тамарель. Дункан с Таримелем оставили его с эльфийкой довершить начатое - очистить от порождений тьмы окрестности Редклиффа. "Сначала я похоронил Тамарель, потом Полара рассказала мне о Дункане и битве под Остагаром. Те, кого я любил сильнее всего на свете, обратились в прах. Может, я до сих пор жив лишь потому, что я проклят, потому что еще есть кто-то, кого мне придется закопать, выкрикивая слова проклятий в адрес порождений тьмы?"
Реми смотрел на внезапно замолчавшего Стража, ожидая, что тот скажет дальше, но здоровяк не издавал ни звука, одни лишь глаза полыхали непонятной рыжебородому ненавистью.
- Не знаю, что хуже - порождения или одержимые. Но к демонам и тех, и других. Выпьем, - Айк поднял кружку и кивнул рыжебородому, - выпьем. Надо выпить, - пробормотал он и влил в себе добрую половину кружки.
- Правила очень просты! - гном расплылся в улыбке, зажав кости в руке, но держась на почтительном расстоянии от стола, за которым сидел Айк.
- Ступай сюда, любезный, - Айк махнул гному, - сыграем партийку-другую.
"Отлвекусь, развлекусь, быть может даже - не спущу все монеты. Если повезет."