Плюшевая Борода

я - великий повелитель, знаменитый магнитО, сплавов кадмия начальник и вот это и вот то   если топну я ногою позову моих солдат в этот бар совсем не новый холодильники влетят и залают и завоют и дверями застучат и нарезку предо мною сервируют точно в ряд пиво водку и ликер и сotes de boeuf roquefort   удержаться было выше моих сил ^^

Где-то->Лазарет->Лагерь Людей-Икс   Лес словно сошел с ума, то изливаясь в него лавиной визгливых птичьих свар, наверстывающих упущенное за зиму безмолвие, то вдруг почти замолкая до нестройного эха приглушенных голосов и едва слышного шуршания перьев, то снова оглушая крикливым хором. Росомаха, пружинистым энергичным шагом отмеряя ярд за ярдом, молча шел вперед, то путаясь в мыслях, то ощущая себя непривычно легким, исцеленным от груза тревог. Покрепче перехватив почти уснувшую у него на руках Джин, он на несколько секунд застыл, осматриваясь, вслушиваясь и принюхиваясь. Где-то поблизости были люди или, возможно, совсем не люди, все еще пахнущие людьми, что бы они там себе не напридумывали, но интерсовало его вовсе не это... Постояв еще с минуту и, наконец почуяв жженый запах нагретых солнцем бетонных стен, Логан направился туда, откуда он доносился...   ...Он вежливо постучал ногой в дверь лазарета. Некоторое время ничего не происходило, а потом одна из створок, приоткрывшись наружу, явила ему светило медицины, с легким недоверчивым прищуром уставившееся прямо на него. Остальное было делом техники и великолепных росомашьих манер.   - Дверь, сука, открой, - было видно, что Логан настроен предельно серьезно.   Медицинский персонал очень быстро уразумел, что лучше пойти на сотрудничество и оказать Джин Грей самую квалифицированную медицинскую помощь из всех возможных, ведь Логан, несмотря на то, что плохо ладил с людьми, все же всегда находил с ними общий язык. Спустя самое большее четверть часа он уже сидел на подоконнике в светлой просторной палате с большой кроватью и со щемящей нежностью смотрел на Джин, а спустя еще четверть встал, подошел к кровати и, нежно поцеловав спящую красавицу в щеку, выскользнул за дверь.   - Сообщите Скотту Саммерсу, что его невеста, Джин Грей, сейчас находится в лазарете, - проронил Логан, проходя мимо дежурной сестры.   Взгляд, блуждавший по казенной белизне больничных коридоров, наткнулся на собственное отражение в зеркале. Заострившиеся скулы, спадающая на лоб грива спутанных волос и еще одна почти такая же - на щеках и подбородке, отдающие болезненной синевой холмы мешков, за которые закатились глаза - даже регенерация не спасала от "ох как же ты дерьмово выглядишь приятель". Нет, она всегда делала все только хуже.   А потом кто-то коснулся его плеча и мир застыл. Вы же тот парень из Людей-Икс, ну, с когтями? Думаю, вам нужно это знать. Да, они покончили с собой. Нет, боюсь, мы уже ничем не могли им помочь. Да, сейчас они в морге. Да, всего трое. Всего? ВСЕГО, мать твою?   Ему вдруг стало горько и больно. И стыдно. Не разбирая перед собой дороги, Логан с каким-то тупым несгибаемым упрямством пошел вперед, толкнул плечом дверь, шагая все быстрее и быстрее, пока не оказался в лагере, где расположились мутанты. Зачем он сюда пришел? Что он им скажет? Тем временем из группки неподалеку до Логана донеслись приглушенные шепотки. О, это же Росомаха... Или нет? А точно он? Какой-то он стремный, прям как будто из леса... Хмм...

Где-то   Она не дала ему достаточно времени, чтобы перевести дух и все, на что его хватило - это спрыгнуть с обрыва вниз, выпрыгнуть вперед, гася инерцию от удара прыжком, рвануться к ней и попытаться споймать ее прежде, чем она упадет, но разделявшее их расстояние было слишком велико, чтобы он мог успеть, и он не успел. Она не дала ему ни единого шанса. Никогда не давала и он никогда ее не любил, ни единой секунды. Он сходил по ней с ума.    - А, ты все еще здесь. Что, хочешь поговорить?    Все еще? Логан прищурился, но потом все понял.   - Нет. Хочу вернуть тебя... - он осекся глубоким вдохом, опускаясь на колени рядом с Джин, - ..в любящие объятия.   Он что-то почуял - что-то почти неуловимое и вместе с тем достаточно явное, чтобы привлечь его внимание. Росомаха вдруг замер и по-звериному повел носом, принюхиваясь. В ноздри ударил легкий запах медежьей шерсти.   - Нам пора, Джинни, - он приобнял ее за плечи и, подхватив под коленями, взял на руки, почти одновременно с этим оттолкнулся от земли и встал.

не выходи из нечата, не совершай просчет зачем тебе игровая, если ты куришь и тебя прет за пределами нечата бессмысленно все, особенно здравый смысл только на пикабу и говнохостинги, чтобы не потерять мысль

только если он появится ВНЕЗАПНО, намажется брусничным вареньем, зажарит себя на открытом огне (крайне важный момент) и сьест 

Жилой модуль, вход или где-то около->Глушь где-то там, но там где-то около, а в другом где-то там   Когда приступ небывалого жизнелюбия вместе с дурацкой ухмылкой и оцепенением от непривычности произошедшего отступил, Росомаха, с некоторым неудовольствием отметив про себя вопиющий факт внезапно настигшей его прояснившееся сознание кристальной трезвости, поднял с земли дымящуюся сигару, жадно раздул ноздри и крепко затянулся раздирающим горло блаженством. Как бы там ни было, но произошедшее прочистило ему мозги и, как ни странно, избавило от сомнений, поэтому он просто пошел вперед, время от времени напрягая тонкий нюх и пытаясь почуять тот самый терпкий, отдающий полынной горечью, медом и травяным чаем запах ее волос. Он все шел и шел, пока не обнаружил себя на вершине крутой насыпи, резко обрывающейся вниз укрытой густой травой лощиной.    - Привет, Джин, - то, что должно было прозвучать сдержанно и равнодушно, почему-то заставило его голос предательски дрогнуть.   Как же сильно он заблуждался, когда решил, что сможет быть сдержанным и равнодушным с ней. Но он все еще пытался.

я один на словах "всех очень серьезно поправил" сразу представил моментально трезвеющую столовку? xD

Жилой модуль, вход или где-то около СПОСОБНОСТЬ По всему телу, начиная от кончиков пальцев ног и заканчивая кончиками надоедливых волос, распространилась теплая вязкая волна эйфоретической музыки. Порог восприятия взмыл до запредельных высот и Логан вдруг физически почувствовал каждый живой организм вокруг: вся их боль, страдания, слезы, радость, восторг и счастье впитались в него без остатка, до предела наполняя и переполняя его овеществленной магией жизни. Живой поток силы хлынул наружу, исторгая из каждой клетки его тела в окружающий мир ауру расцвета и обновления. На лице прочно угнездилась глупая умиротворенная улыбка. Ему хотелось петь и танцевать, дарить всем цветы, детей и конверты с внушительными суммами, а вкус сигарного дыма во рту стал вдруг почему-то противным и очень-очень горьким. Логан выплюнул отравленный дымом огрызок и тихо засмеялся.

я правильно понял, что росомахен вотщас взял и не сходя с места вылечил всех пациентов лазарета (ну, кроме душевнобольных)? ась? ^^

нукась

Жилой модуль, вход или где-то около   Кто бы что ни говорил, а в ускоренной регенерации помимо явных плюсов присутствовал и ряд менее очевидных минусов, одним из которых были, например, быстро растущие волосы, которые сейчас, непослушными жесткими прядями облепив лицо, надоедливо щекотали кожу. Росомаха, оттопырив нижнюю губу, выпустил вверх мощную струю воздуха в попытке убрать пряди со лба, но стало только хуже и мутант, процедив сквозь зубы что-то нечленораздельно-табуированное, обреченно вздохнул, закурил сигару и вошел в столовую, где к моменту его появления уже успел скопиться весь цвет местной интеллигенции. Кивнув Блейзу и скорчив угрюмую мину при виде Магнето, Логан расположился за одним из столов в дальней части зала, где было не так шумно и светло и откуда он, наскоро разделавшись со своим стейком (но не прерывая при этом курения сигары), не менее спешно ретировался.   Выйдя наружу, Росомаха застыл: с одной стороны, внутреннее чутье взывало к розыскам Джин, - хотя бы для того, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, - а с другой... с другой он не хотел нарушать данное самому себе в тот злополучный вечер обещание - не заставлять ее делать выбор - и поэтому сейчас мутант, разрываемый внутренними противоречиями на две неравные половины, мучался и диссонировал, а также выпускал густые клубы дыма и вообще вел себя неблагоразумно.   ДИЧКА

а какую смотришь, признавайся?

Жилой модуль, апартаменты Баки, вчерашний вечер   - А такое тут готовят?  -  Кэрол допила виски и поставила стакан на стол, с явным намерением повторить.  - А чем тебя не устраивает... - она заглянула в пакет с продуктами  -  просто мясо и просто сыр?  И , Логан.. - ее взгляд изменился, став более жестким. - Меня все время мучил вопрос..  Что случилось тогда? Когда ты не вернулся.   Память, подобно строгому хозяину, схватившему нерадивого кутенка за загривок, чтобы ткнуть мордой в пятно на ковре, окунала его все глубже в лужу, отдающую смрадом и гнилью.   - Не делай резких движений, Логан, - вкрадиво предложил голос у него за спиной, - Ну или давай, окажи мне услугу, чтобы мои парни могли изрешетить тебя разрывными прежде, чем ты успеешь...   - Не хочу показаться грубым или там нетактичным, но у меня тут вроде как романтический ужин наметился с дамой моего сердца, поэтому... почему бы вам не пойти и не отыметь себя вот прямо сейчас? У меня даже реквизит имеется, как раз для такого случая... - уточнил Логан и не слишком резко потряс в воздухе связкой кровяной колбасы. Щелкнули завторы и неубедительные доводы моментально утратили вес.   - Боюсь, ужин тебе придется отменить, а что касается второй части твоего предложения, то... знаешь, я не виню тебя в том, что ты такой мудак, Логан, ты ведь таким родился. Глупо винить кого-то в том, чего он даже не в силах был изменить, ты со мной согласен? С другой стороны, гордиться тебе тоже нечем - все, кого ты когда-нибудь пытался сберечь, так или иначе пострадали от деяний твоих же собственных рук, а те, кому повезло чуть больше... Каково это - жить и знать, что ты разрушил все, чего коснулся? А? Молчишь?   Он не нашелся, что ответить. Даже если бы смог выдавить из себя хоть слово, то все-равно не нашелся бы.   - Впрочем, все это неважно... - говоривший выдержал паузу прежде, чем продолжить уже без вкрадчивой осторожности, на смену которой пришла холодная стальная уверенность, - Я упрощу все для тебя, если скажу, что в случае твоего добровольного сотрудничества мы не станем препятствовать Кэрол Дэнверс в пересечении границы?   - Сука... - внутри, бешеными ударами расталкивая по жилам кровь, разлилась яростная решимость и в полумраке полуподвального помещения блеснули лезвия когтей.   - Я ведь хотел по-хорошему, но некоторые вещи никогда не меняются, правда, Джеймс? Что надо сказать?   Он хотел отозваться, огрызнуться в ответ или пошутить или и то и другое вместе, но на слове "меняются" сознание мягко выключилось, вынуждая его втянуть когти и безвольно ссутулить спину, а губы - едва слышно прошептать:   - Хайль Гидра.   - Вот, теперь ты хороший мальчик.   Взгляд отрешенно скользил по мутноватому стеклу, как-будто ища на дне стакана ответ - и для нее, и для себя - но, так и не найдя, уткнулся прямо в глаза Кэрол.   - Ты уже тогда  был ветераном.   Мыльный пузырь лопнул только лишь для того, чтобы надуться новым, еще более огромным, переливающимся всеми цветами памяти.   - Заключенный Ноль, - ровно отчеканили над ухом, прогоняя зыбкую сонливость, не успевшую сковать неплотно сжатых век, - Auf!*   Припорошенный свежим снегом стрельбищный вал остался ржаветь шелухой колючей проволоки где-то позади, когда они втолкнули его на обледенелый пятачок расстрельной площадки. Мерзлый воздух обжег горло и он, чувствуя, как немеют губы, закашлялся в пустом приступе рвоты. Они звали это "тиром" и громко смеялись, когда кто-нибудь шутил про "слишком подвижные мишени", и когда передергивали затвор, смеялись тоже, и когда приставляли штыки, и даже когда протыкали ими не успевшие остыть тела. Иногда они играли в "мяч", используя заключенных вместо снаряда, но чаще просто выводили, ставили в ряд и спускали курок и это было намного лучше, потому что в этих краях быстрая смерть считалась чем-то вроде милосердия.   Согнанные в плотную шеренгу, они держались за руки: кто-то молчал, сдерживая слезы, кто-то плакал, совсем не сдерживая, кто-то, глядя себе под ноги или задрав голову в небо, тихо шевелил губами, но каждому из них было страшно и каждому было холодно. Логан заковылял к ним и, встав с краю, взял за руку маленькую девочку. Вряд ли ей было больше восьми, хотя из-за болезненной худобы и кукольно-белого личика, перемазанного пятнами черной сажи, он не поручился бы сказать. A swiatlosc wiekuista niechaj im swieci, Panie**. Она молилась за них. За него.   - Setengewehr pflanzt auf!***   Пальцы тощей детской ладоши ударила крупная дрожь. Он крепко ее сжал и закрыл глаза.   - Stellung! Feuer Frei!****   В этот раз он не смеялся, как прежде, когда хохотал так громко, что распугивал даже стаи ворон, неизменно круживших в плотном пороховом тумане, а когда мир вокруг утонул в ослепительно-красном мареве и он наконец затих, одна из птиц уселась прямо ему на голову и принялась клевать глаза.    Он все еще был здесь, сидел в кресле, едва выдерживающем его вес, тупо уставившись в оплавленный экран телевизора, но почему-то чувствовал, как воздух в комнате звенит хрустальной свежестью того утра.   Что ты хочешь услышать, Кэрол? Историю о том, как один глупый мальчишка, играя с девочкой, проткнул ее насквозь? Или, быть может, о том, как он, повзрослев, но не поумнев, ушел на войну, чтобы убивать? О том, что войн у него в памяти сохранилось больше, чем любимых имен? О том, как он раз за разом убегал, потому что ему было страшно?    - Мы пить собрались или языками трепать? - поинтересовался Логан ровным спокойным тоном, слегка нахмурив лоб, - Наливай, братишка.   *Встать! (нем.) ** И сияние вечное пусть им светит, Боже(польск.) ***Примкнуть штыки! (нем.) **** На позицию! Огонь! (нем.)  

да пребудут с тобой панды, Безликий ^^ вот эти вот две, можешь их тискать сколько хочешь xD

Жилой модуль, апартаменты Баки, нынешнее время   - Что это было?  -  вперила она уже не очень трезвый взгляд в Баки, прежде чем поднести ко рту очередной стакан с виски.  - Вот это.. С красной головой? Как череп.   - Забудь, - Логан с пьяной небрежностью махнул рукой, чуть не выронив стакан с виски, - Как насчет заказать шаурму в номер? С твердым сыром, кусочками стейка мацусука... еррмм.. мацусаки и соусом тери..иик...яки? - шумно сглотнув слюну, предложил мутант.   -  Мы тогда  были плену в Азано,  помнишь  Логан, нас тогда  уже  списали,  всю  сто седьмую практически, а мы вернулись к своим   и  еще да года  громили  Гидру, отрубали головы, а вот  прижечь не смогли.  Живучие гады.   Помнил ли он, как шаркая и подворачивая ногу, ковылял в густой траве под градом пуль, встречая их грудью, хотя совсем и не был героем, а после гнил в тухлой землянке с другими такими же, как и он, обреченными исчезнуть без упоминания имени, фамилии и порядкового номера? Да, он помнил. Если боги этого мира чем-нибудь и прокляли своих детей, то лишь необходимостью вспоминать с каждым разом все ярче.   - Да, - кивнул Логан, поднося к губам стакан с виски, - Конечно, помню, братишка.

Жилой модуль, апартаменты Баки, нынешнее время   - Ч-что-то я..  Погорячилась.   - Ты всегда была горячей, - слегка нервно хохотнул Логан, которого перспектива прожариться за давностью лет и впечатлений все еще будоражила - наверное, потому, что он, хотя и был тем еще живучим сукиным сыном, так и не успел примириться с мыслью о неизбежности боли. Он уже собирался предложить всем промочить горло, когда слово взял Баки Барнс...   - Выпьем.   … и Росомахе осталось лишь согласно кивнуть с самым многозначительным видом.

Жилой модуль, апартаменты Баки, нынешнее время   Проводив Баки до двери тяжелым задумчивым взглядом, Логан хмыкнул и подумал, что создавшаяся между ним и Кэрол легкая напряженная неловкость настоятельно требует скорейшего разрешения в виде новой порции выпивки, но прежде, чем заново разлить по стаканам, мужчина вздернул брови и вопросительно уставился на пакет.   Он был почти в нее влюблен и целовал жадно, как целовал всегда, но сейчас, когда она была такой, - слабой, почти лишенной воли и сознания, избитой, истерзанной и с такой пустотой во взгляде, как-будто внутри совсем ничего осталось, кроме смятой пустой оболочки, - в этом порывистом прикосновении его губ к ее ему почудилось вдруг что-то болезненное, что-то неправильное. Внутри закопошилась противная мыслишка, что он совсем не оставил ей выбора. Совсем как они, совсем как эти больные на всю голову ублюдки. Логан, снова отстранившись, ласково провел ладонью по щеке Кэрол.   - Я скоро вернусь. Раздобуду чего-нибудь поесть и вернусь, обещаю. Закрой за мной... окно, детка, - он легко поцеловал ее в губы и снова прижал к себе. Если бы он только мог отдать ей частичку своей души, чтобы согреть ее - он бы сделал это, не раздумывая. Но он не мог. Не мог, потому что хотя и любил, но был влюблен в нее лишь почти.   Распахнув окно, он проворно выскользнул наружу и, уперевшись ногами в шаткий карниз, подтянулся на руках вверх, по-кошачьи ловко цепляясь за мельчайшие отверстия кирпичной кладки. Спустя минуту он стоял на крыше, подгоняемый ветром в спину, а спустя две уже несся ему навстречу. Он еще не знал, что ему суждено будет увидеть ее лишь спустя двадцать пять лет, но внутри копошилась противная мыслишка, что он совсем не оставил ей выбора.    Логан сжал горчащее горло, но сколько ни тер, не мог сделать комок внутри слаще, а потом... потом вернулся Странный Блудный Баки и все вокруг стало очень странным, даже Кэрол, которой вдруг почему-то вообще не стало, а вместо нее перед глазами замаячило синее пятно...   ..Много чего я видел, много чего довелось пережить, но скажу вам честно, ребят, вот как на духу - такого я никогда не видел, ни до, ни после, вообще никогда. Сначала все вокруг начало взрываться, машина за машиной взлетали в воздух и скрывались в облаке огня и дыма, а этот голубой, сука, луч все херачил и херачил, и я даже не успел ничего почувствовать, когда увидел его у себя в животе, ей-богу, вот прям в животе... Я уже хотел было вырубиться, но не тут-то было - он вышел ко мне прямо из леса, как Иисус-долбаный-Христос, весь красивый, сладкий, как леденец на палочке и такой же прямой, в синем трико, только нимба над башкой не хватало. Даже оружия в руках не было, только этот чудной щит со звездой, с которым он прорубался нам навстречу как хренов пророк, расшвыривая нацисткую гадину налево и направо. Те только выли и отлетали в стороны, но поделать ничего не могли, а потом этот луч жахнул прямо в щит и я думаю - ну все, пи*ец герою, а он идет себе дальше уверенно так, как-будто домой возвращается, а из-за спины ревут его парни... даром их, что ли, Ревущими прозвали... и тоже нацистов раскидывают, как песочек в песочнице... а потом... потом он спросил меня, живой ли я... и я заплакал...   Из глаз зачем-то выкатилось по крупной слезинке. Логан, прочистив горло, ошалело уставился прямо перед собой.

Жилой модуль, апартаменты Баки, нынешнее время   - За  встречу, хотя была моя  воля   мы пили в баре Бруклина   - Пффф, Бруклин... - фыркнул Логан, скривившись - то ли в знак не слишком пылкой любви к Нью-Йорку, то ли потому, что "завтрак" был обжигающе-хорош, - Если ты не пил первач из коры квебекского клена по старому гуронскому рецепту в захолустной блевальне, под завязку набитой суровыми канадскими лесорубами, в чьей бороде можно спрятать пару топоров или даже труп и от которых несет насилием не меньше, чем за милю, то, считай, вообще не пил, - он хмыкнул и снова наполнил опустевшие стаканы, теперь уже просто виски, - Еще по одной? Как тогда, в Белграде, Баки, совсем как тогда, да? Помнишь промозглый сербский ветер? Помнишь, как он задувал тебе за воротник, а в горло упирался клинок? Помнишь, что ты тогда мне сказал?   В его голосе не было злобы - только совсем немного горечи, давно пропитавшей его губы насквозь. Воспоминания померкли, как свет далекой грозы в облаке тумана, остался лишь ветер, холодный, почти ледяной и черный, как небо над Белградом в ту ночь. Как лезвие Мурамасы, приставленное к горлу Зимнего Солдата. Но тогда все было иначе. Тогда все было совсем по другому.   - За что ты убил ее, ублюдок? ЗА ЧТО? - голос сорвался на крик, почти бесследно угасший в вое ледяного ветра.    Он шел за ним по пятам вот уже почти месяц, но каждый раз, когда ему казалось, что добыча вот-вот окажется у него в лапах, она выскальзывала и пейзажи за окном полуночных экспрессов, сменяясь с одних на другие, до равнодушной обреченности похожие на прежние, снова несли его туда, где скрывалось отмщение. Миля за милей он приближался к цели и миля за милей она ускользала - до этой самой минуты, когда он загнал свою жертву на крышу, где не собирался давать ей ни единого шанса.   Логан утопил лицо в ладонях, прохладным прикосновением пытаясь отмахнуться от бесцеремонной памяти, но из ее объятий его вырвали вовсе не собственные руки. Это был голос Кэрол.   - Отличный завтрак. - кивнула она, забирая свой стакан. - Особенно для тех, кто не только не завтракал, но и не ужинал, и даже не обедал накануне. За встречу, так за встречу.  Хотя я бы предпочла встречаться без этих.. - со смешком она показала на кварцевые очки. - Спецэффектов. Логан, прости, я не нарочно.   - Вот, - Росомаха кивнул, мол, "все нормально, мне было почти не больно и вообще я крутой канадский мужик с яйцами, даром что мутант", и, порывшись в карманах высокотехнологичного костюма, устойчивого к термально-лучевому воздействию, достал энергетический батончик и протянул его девушке, - Держи, сестренка.   - Держи, сестренка, - он протянул ей полупрозрачный пластиковый пакет, - Там документы. Паспорт на имя некой Джейн Дрезински, американки польского происхождения, ныне проживающей в Москве работницы американского посольства, разрешение на выезд, водительское удостоверение и карта SSN на нее же. Все, что нужно, чтобы перейти границу.   Когда она спросила его о том, как он ее нашел, Логан уклончиво наплел ей что-то про "разведданные" - не мог же он, в самом деле, сказать, что в нарушение всех приказов воспользовался сетью осведомителей без специального разрешения, что повлекло за собой два трупа среди гражданских, прямо сейчас кормивших рыб в реке Русская где-то на пути к Амурскому заливу. Они шли по улице какое-то время, потом завернули за угол и скрылись в черной узкой подворотенной пасти. Звякнула связка ключей и дверь подъезда, лязгнув металлом о металл, впустила их внутрь.   Она была красива, как бывает красива хищная белая рысь, готовая в любой момент разодрать тебя в клочья или как грациозная лань, готовая вот-вот ускользнуть прямо у тебя из под носа или... нет, рысь ему все же нравилась больше. Лицо, невероятно красивое даже в обрамлении грязных и спутанных волос, в неверном жидковатом свете мерцающей под потолком единственной лампочки казалось высеченным из мраморной плиты. И из страха. И из боли. Он прижал ее к себе и прошептал на ухо почти неслышное "прости", потом отстранился и, обняв ладонями покрытые пожелтевшими синяками щеки, пристально посмотрел ей в глаза.    - Тебе нужно поспать.

Жилой модуль, апартаменты Баки, нынешнее время - Охренеть, тут даже стол есть... По мнению Логана, квартира Барнса, носящая печать упорядоченности на грани с педантичностью, была слишком... уютной. - Я хотел сказать, что у тебя тут миленько, Баки. Даже очень. Вся эта мебель... и мебель... ну, и мебель. Целая, я имею в виду. И минибар. Словом, один сплошной семейный уют. Не дожидаясь приглашения, Логан прошел в комнату и плюхнулся в первое подвернувшееся кресло. Раздался хруст и он невольно споймал себя на мысли о том, что начало деструктуризации апартаментов Барнса положено, хотя и не в полном объеме - кресло ведь выдержало натиск щедро сдобренной адамантием задницы. Беззвучные вспышки молний заливали оплетенные колючкой стены холодным голубоватым светом. Покрепче перехватив бездыханное тело у себя на плече, Логан, не обращая внимания на летящий прямо в лицо колючий снег, выпустил когти и принялся взбираться по стене, используя адамантиевые лезвия на манер кошки. Получалось сносно и он даже успел добраться примерно до середины стены, когда за спиной послышались окрики "стойсукастрелятьбуду", сопровождаемые скрипучим топотом сапог. Росомаха, рассудив, что технически он двигается вверх, а не вперед или назад, а значит в каком-то смысле стоит на месте, задрал голову вверх, в небо зимней грозы, с которого густеющий молочной белизной вихрь швырял в него все больше и больше снежных хлопьев, и продолжил подьем. Воздух прошили сухие очереди "эйкеев", но мутант, не обращая внимания на обжигающие прикосновения сквозных и проникающих, сквозь зубы процедил "gofuckyerselves" и принялся взбираться с удвоенным усердием, пока наконец не оказался наверху. Спуск занял в два раза меньше времени - даже несмотря на шипы колючки, чью неласковую хватку ему пришлось принять на себя, и аппетитную задницу Кэрол на плече, чье тело ему все еще приходилось тащить на закорках, - и когда под подошвами его ботинок снова оказалась твердая опора мощеной неровным булыжником улицы, Логан мягко опустил драгоценную ношу и придирчиво осмотрел тело, ощупывая каждый дюйм. Все было на месте, все было при ней. И ни одной лишней дырки. Логан с облегчением выдохнул, усмехнулся и залепил Дэнверс звонкую пощечину. Схватив бутылку виски, он разлил по стаканам примерно до половины, после чего плеснул сверху пива и чего-то еще - кажется, это была водка. - Прошу. Коктейль "завтрак супергероя" готов. Ни в чем себе не отказывайте.

Жилой модуль, где-то у входа, настоящее время - Посидим по-семейному? Не в том смысле, что в трусах, а в том смысле, что тесной компанией, да? - хмыкнул Логан, слегка вздергивая бровь и как будто по виду Баки и Кэрол прицениваясь, сможет ли выпить больше их двоих, вместе взятых, - Есть идеи, где нам раздобыть огненной воды? - не отрываясь, он с теплой улыбкой смотрел в спокойной красоты лицо, обрамленное платиновыми локонами. Снег над Владивостоком шел, не переставая, вторые сутки подряд. Стекла уснувших витрин погрузили ночную улицу в белоснежное забытье, которого в этот поздний предрассветный час уже не могла коснуться грязная ржавчина нечищеных форменных сапог. Белые ломкие хлопья, подтаивая на ресницах, стекали прозрачными каплями по лицам каким-то чудом оказавшихся здесь в этот поздний час людей, чьи рослые силуэты и приглушенные заснеженным ветром голоса были, пожалуй, единственным, что нарушало стройное забвение этой ночи. - Эти шипящие согласные are whole lotta pain in da ass, yer know... но хуже всего в русском то, что никогда не знаешь точно, что именно ты сейчас сказал, потому что русские могут истолковать твои слова как угодно. Those crazy vodka-drinking bastards are hell waaay unpredictable, bub. - Лучше скажи, как ты собираешься проникнуть в стены самой защищенной русской тюрьмы... - Я выпью столько, что они примут меня за своего. - И что? Что потом, Логан? - Потом я вытащу Кэрол прямо из-под самого носа у этих ублюдков. Чего бы мне это ни стоило. - Но зачем? - Есть у этих русских одна черта, которой я восхищаюсь. Знаешь, какая, братишка? - Хмм? - Они не бросают друзей. Никогда.

Жилой модуль, где-то у входа, настоящее время   -  Что ни говори, а ты хороша, Кэрол. Эти твои бедра, знаешь ли, и другие... округлости, - то ли с издевкой, то ли с одобрением цокнул языком Логан, приподнимаясь на руках над парой объемных доводов не вставать, - Ты в порядке, сестренка?   Вместо ответа он услышал голос Баки Барнса.    - Джим, да у тебя  чутье.   - Руку дай, - вовремя подоспевший Солдат оказался как нельзя кстати, даже несмотря на то, что просто стоял и глазел на недвусмысленную, на первый взгляд, ситуацию, - Да не мне. Ей.   В этот момент Кэрол в бедро уперлось что-то твердое.   - Нет, постой...   Поерзав задницей туда-сюда, Логан, с некоторым неудовольствием отметив про себя, что лучше бы это была сигара, оттолкнулся от земли и встал. 

Жилой модуль, где-то у входа, настоящее время   Оказавшись снаружи, Логан тяжело выдохнул и расправил плечи, как будто для следующего шага ему не доставало уверенности, хотя если ему в действительности сейчас чего-то и не хватало, то это была...   - Знаешь, почему Луна так одинока? - Нет. - Потому что ее любимый на земле... Раньше она любила того, кого звали Кеукуацо. Они жили вместе в мире духов и каждую ночь они бродили по небу вдвоем. Но другие духи начали им завидовать... Обманщик сам желал получить Луну и принялся нашептывать Кеукуацо, что луне нравятся цветы, цветы, которые есть только в нашем мире... Кеукуацо не знал, что однажды покинув мир духов, назад пути для него уже не будет... И вот с тех пор каждый вечер, глядя на небо, он видит Луну, воет и зовет ее по имени... Но он никогда уже не сможет к ней прикоснуться. НИ-КОГ-ДА.   ... возможность вдохнуть еще хотя бы глоток воздуха. Вначале из груди вырвался яростный вопль боли, боли, которая затем стремительно начала разливаться по всему телу жаркии противным зудом. Сквозь рубиновую пелену замаячили смазанные очертания фигуры неподалеку и Логан, громко проревев что-то вроде "кэролматьтвоюдэнверсчтожетытворишь", в несколько широких прыжков преодолел разделяющее их расстояние и повалил девушку на землю - даже несмотря на то, что с дамочками он старался рук не распускать (если только они сами не просили его об этом), тут случай был особенный. Подходящий.

чет в голосину прям xD японцы не произносят суки как суки, они произносят суки как ски ^^

спасибо, что напомнила :3