Рокада
1943 год, 14 июня, район хутора Опушено.
- Ну что сержант, может ты, сползаешь за спиртом то? – лейтенант ехидно улыбнулся.
- Спасибо лейтенант ползи сам, ты этому немчуре уже три зарубки подарил!
- Да как ты со мной Семенов разговариваешь? Или тебя контузия твоя донимает все?
- А ты лейтенант не серчай, дело то деликатное, склад то дело хорошее, да только посмотри сколько уже народу этот гад навалил, вчерашние так уже и попахивать собираются. – сержант скорчился как от зубной боли и сплюнул в сторону.
- А жрать ты хочешь? Или сдрейфил?
- А ты не кричи, пиши лейтенант рапорт на неподчинение приказу.
- Да пошел ты! – лейтенант зло выругался и отполз в сторону скатившись в траншею.
- Ты бы лейтенант словами то такими не бросался, у Семенова два ордена да медалей сколько, в разведку ходит, а ты - «трус», «сдрейфил».. нехорошо – рядом сидел старшина «в годах», бережно обтирая винтовочные патроны.
Лейтенант обернулся и коротко бросил:
- А ты Иваненко мне медалями Семенова в нос не тычь, поди, сам разберусь, а то все вы герои! А мне людей кормить нечем!
- Да брось лейтенант! Если Макаров узнает, пойдешь под трибунал, жратвы выдали сухпаем на неделю, а борща ты там не сыщешь в своем складе.. скажи что спирту охота, так я быстрей поверю – так же спокойно почти буднично пробубнил Иваненко и поднял свои глаза, глядя прямо на лейтенанта, тот аж задохнулся от негодования, но старшина не дал ему ответить:
- Как повоюешь подольше даст Бог поймешь, как оно жизнь солдатскую ценить, а пока дурь всю из головы выкинь да слушай, что старшие говорят.
Лейтенант Зернов медленно встал и пригнувшись молча пошел к своей землянке.
Тишину разорвал далекий и резкий звук выстрела. Почти сразу с ним донеслось урчание «виллиса» и расталкивая солдат по траншее почти бежал капитан Макаров.
Подровнявшись с тем местом, где сидел Иваненко, он остановился и легко вскочив на бруствер, пошел к стене разрушенного дома:
- Что там Ковальчук?
- Малкина снайпер убил, полез малец вон туда, там склад немецкий, а его снайпер…
- Кто приказал? – желваки Макарова забегали не суля ничего хорошего.
- Никто товарищ капитан, видимо сам, шнапса захотелось!
Капитан резко развернулся к говорящему:
- А ты лейтенант мать твою за своими людьми смотреть будешь? Или может ты сам их туда отправлял?
- Никак нет, товарищ Капитан!
- Смотри мне Зернов, ох и поплачет по тебе дисбад! Если еще кого по глупости не убережешь будешь без пагонов в атаку ходить! – и капитан резко развернувшись твердо не пригибая головы пошел к позициям.
************
1987 год, 24 августа, Курская область, Беловский район
- Так дед твой здесь вот погиб?
- Да, здесь оборонительные рубежи были, наступали тогда наши Курский выступ срезая, а вот в этом месте вроде как наступление не велось.
- Слушай, а погиб то как, дед твой?
Сергей слегка ухмыльнулся и глядя на Максима произнес:
- Да как погибают на войне? Обыкновенно, как и миллионы других… Отец говорит что дед Михась видел как убили… в рукопашной офицер в спину застрелил…
- Гадина! А этого немца кокнули?
- Кто знает, может да, а может и нет. Сейчас уже не узнаешь. Давно это было.
Лес своей яркой кромкой чертил линию соприкасающуюся с горизонтом, а солнце уже не такое жаркое светило скорее по привычке нежели от необходимости, убранные поля щеголяли жирным черноземом, а воздухе уже пахло осенью, совсем не смело и робко, но пахло… Двое ребят с корзинками из лозы медленно брели вдоль леса и вглядываясь в небо считали птиц которые кружили высоко-высоко, подхваченные в голубой омут ветрами и еще чем то чего нет у людей…
******************
- Смотри как карусели крутят, прям как циркачи! – выглядывая из окопа произнес Иваненко:
- А ты Семенов в цирке был? Акробатов то видел?
- Клоунов видел вроде тебя, да балаболов вроде нашего Мацкевича!
- Да нет я имею ввиду настоящих!
- В Харькове, до войны… с детишками ездили к сестре моей в гости, там и в цирке были и в зоопарке.
- Ага-а-а-а, фриц проклятый, получи-и-ил??? – рядом радостно прыгал солдатик с перепачканным от сажи лицом. Все задрали головы верх, из жужжащих хороводов вывалился небольшой крестик, оставляя за собой густой черный след..
- Этот отлетался, как раз к нам свалится, смотри ребята не покалечьте господина летчика. Сержант Семенов довольный потер руки, и глянув достав флягу кинул ее солдатам:
- Эй Кривов, подели там среди бойцов по глотку, сколько вас там? Пятеро? Вот на всех и дели! Выпьем за летуна, что фрица утер!!!
- Ты бы им пьянствовать не давал бы – старшина, улыбнувшись, тронул за плечо Семенова.
- Так разве это пьянство? Сегодня атаку, какую отбили, вон в остальных взводах народу скока побило, а наши орлы! Сдюжили! И Ахметов обстрелялся, видел, как стрелял дельно? Офицера то, поди, он снял!
- Все вроде улетают, целых четыре немецких самолета сбили соколики, а наш один только, пилот то вроде живой с парашютом выбросился – довольный за летчиков и за себя сообщил Антипенко.
- Ты Захар как война закончится будешь комментатором наверное – улыбаясь Иваненко опять протирал патрон старой портянкой.
- А может и буду Матвей Иванович, почем знать? – оскалился солдатик.
И тут же свист, который бывалый солдат услышит за версту.
- Ложи-и-и-ись!!! Япона мать! Ми-и-и-ины!!!
Земля десятком фонтанов взметнулась в высь у самого бруствера. Засыпав землей всех кто лежал в траншее и обдав горьким дымом вызывая кашель у бойцов. Кто-то матерился. Затем опять свист. Иваненко вжал голову в плечи и поправил каску:
- Это не наши - дальше упадут!
Словно повинуясь предсказаниям старшины, мины пролетели и упали где-то в лесу, эхом взрывов разнося тишину леса в клочья.
- Матвей. А ты слышал про предсказателя нашего? – Семенов смешливо посмотрел на друга и отряхнул гимнастерку.
- Это кто еще такой?
- Да есть тут один супчик, говорят, глянет на солдата или офицера и говорит «Пиши домой».. это значит, убьют скоро. А перед атакой так ко многим подходит, да и к нему идут, а он не ошибся еще не разу, шибко хорошо угадывает.
- Ты Мишка верно совсем уже суеверия ударился, креста на тебе нет! – весело хохотнул Иваненко.
- Да как же нет, Матрена вот вместе с рушником в руки вложила – грустно вздохнул Семенов.
«К бою-ю-ю-ю-ю!» прогремело по окопам и траншеям.
Семенов с Иваненко выглянули из окопа и наверное подумали об одном и том же:
«Там в вдалеке показались мелкие фигурки в форме мышиного цвета, а чуть левее шли эсэсовцы, у тех форма черная. При полном параде. Под бравые марши из громкоговорителей шли они на смерть, шли что бы оставить свои тела как удобрение для этой земли которую решили силой взять. Так она их всех пережует…. уже пережевывает …»
- Ну что Михась давай-ка зададим им перцу, эх ядрена мать, сейчас вы немчура попрыгаете!
- Слушай Матвей, они танками обзавелись, и бронетранспортеров уже шесть, больше чем утром, где там наша артиллерия?
- А вон смотри, разворачивают, сейчас всыплют по первое число – весело прокричал Семенов.
- Сейчас касатики только подойдите ближе – сцепив зубы, приноравливаясь старшина ухватился за гашетки станкового пулемета.
***************************
- Я даже представить не могу какие у нас деды смелые были, это жуть то какая глядеть как на тебя танк прет, или бомбят например.
- Эх, а что тут говорить, все поколение как сталь. Вон у Фроловых что от твоей бабки через два дома живут, так у тех пятеро сыновей убило, а отец их без царапины, да еще и в орденах, говорят сапером был.
- А сыновей?
- Один еще в начале войны в Бресте без вести пропал, двое в пехоте где то в Сталинграде, еще Петр был тот танкист, его фотография у нас в школе висит, герой, сгорел вместе с экипажем под Прохоровкой. Ну а младшего немцы повесили, за связь с беглыми пленными и партизанами. А он нашим ровесником был.
- Откуда знаешь то столько?
Сергей удивленно посмотрел на друга:
- а у вас в городе что пионеры не собирают сведения о местных героях?
Максим пожал плечами:
- Да нет, мы Тимуровцы, берем на попечение одиноких старушек, проведываем их, приносим им продукты, ну и другие всякие дела.
Сергей вздохнул:
- Да, это дело нужное, только нам в деревне и без Тимуровцев молодежь старикам помогает, все то друг друга знают…
Сергей чуть постоял и уже совершенно раздраженно добавил:
- Ну что ты вредитель городской наделал, а? Сколько раз говорить что с грибницей нужно аккуратней обходиться, я же по этим местам каждый год хожу!
Максим смущенно оглядел солидный подберезовик и извинился.
- да ладно те извиняться, не убудет, но природу беречь надо! Пойдем дальше я тебе старую дорогу покажу, она рокадой была в войну.
- Чем-чем? – поправляя грибы в корзине переспросил Максим.
- Дорога так называется прифронтовая, теперь заброшена она совсем, заросла уже, там то и наката почти не видно, но трава слабо растет, и кусок то уж не большой остался метров с двести…
*****************************
