Энди-с-Лицом

Вот тогда мы и ПОШУМИМ!!! Будете как один известный детектив, посреди ночи дня мучить инструмент?)))))

посмотри на карте - он не просто большой, он огромный)) Ну там это... Акустика хорошая, все такое... Чернобогов отрастил уши на усиках под такое дело... И глаза... Это не помеха, в прошлой мафии, там за сотни метров видел. Вот кстати да. Через магический барьер.

Хотя, честно говоря, у вас и выбора, наверное, не было – про "очевидные невероятные" особенности Шабаша можно рассказать в трех словах, причем одно из них будет союзом - При желании устройство Камарильи можно сократить до того же размера текста. Вопрос лишь в умении выносить чуть менее поверхностные суждения, - подал голос Доминик со своего кресла. - Или Камарилья чересчур близорука? А вообще... Нам не хватает кого-нибудь, кто напомнит, что сейчас мы рискуем смешать пепел Камарильи и пепел Шабаша. Романтично, ничего не скажешь, давние враги гибли плечом к плечу, но ничуть не весело и до крайности обидно.

- Надо же.. Знакомые все лица.. - войдя в общий зал, Лиз окинула взглядом уже собравшихся здесь вампиров: - Ну что ж.. Долгой ночи, Сородичи! - Все лучше знакомые лица, чем отсутствие знакомых лиц, наводящее на определенные мысли касательно успешности действий охотников в городе, - Доминик взял себе порцию витэ в изящном хрустальном бокале и проследовал в глубину комнаты к стоящим там удобным креслам, устроившись на одном из них. - Так что лучше желать доброй ночи знакомым лицам, чем кучкам пепла. А вы, как я погляжу, заметно утомились и даже... осунулись? Неужто знакомство с прелестями Камарильи так сильно бьёт по нервам, а, сеньор? — Найлс-старший сделал несколько шагов и цепко схватил пару бутылок чего-то красного. — Вы бледнее, чем обычно, Доминик. Обратитесь, что ли, к врачу – вдруг сердце не выдержит? - C чего вдруг такая горячая забота о моем давно утерянном вместе с жизнью здоровье, сеньор Найлз? Неужто Камарилья начала заботиться о душевном и физическом равновесии Шабаша? Чертвски, конечно, приятно, жаль, что не взаимно. Хотя извольте. Вы такой же зеленый и скорый на словесные язвы, как и всегда!

мы на месте. Кто там в зале?  Доминик, Шихи, Чернобогов, Веркар.

— Просто у Камарильи нет причин показываться на глаза без особой необходимости, — выдохнул прямо в ухо ласомбра Веркар, словно вынырнув из стены позади испанца. — Наверное, в умении скрывать своё франтовство и есть разница между нашими сектами, сьньор Доминик. - И Шабаш в этом отношении выигрывает, не расклеивая на каждом углу объявления о безвозмездной, то есть даром, заботе о каждом каините в особо тяжелой форме, как это любят делать Старейшины Камарильи, - парировал доминик, не поведя бровью. - Да, в этом разница между нашими сектами, сеньор Найлз. Доброй ночи. А где ваш обожаемый братец и его... питомец? - Доминик прекрасно знал, что Носферату своего братца-безумца (хотя вопрос о пальме безумного первенства в семье Найлзов оставался открытым) "обожает" примерно как зубную боль при жизни. Но развлекаться надо было.

Давайте не в восемь, а в 9 или даже в 10? Я сам к восьми точно не успеваю ( В девять. В десять поздновато. Хотя бы потому что у меня это уже полночь, плюс часа два ивент...

Элизиум -> Нью-Йорк -> Дом милый дом Венеция настояла на том, чтобы поехать в новое убежище вампирской общины всея Большого Яблока и окрестностей. Это было вполне разумно, но Доминик, соглашаясь с неоспоримыми доводами, не считал нужным скрывать раздражение, пусть и напоминал себе трудного подростка, идущего наперекор родителям только потому, что следовать советам взрослых "не круто". Венеция предпочла его спектакля не замечать. Он первым покинул казавшийся пустым после многолюдства последних ночей Элизиум, так глупо раскрытый едва ли не самим князем. Уже в процессе заведения мотора Доминик столкнулся с двумя насущными проблемами. Первая: водителя не было, он его отпустил еще пару ночей назад. Вторая, проистекавшая из первой - дороги он не знал. Нью-Йорк с его тысячами улиц был настоящим лабиринтом для иностранца, которым являлся Доминик. Названия и ориентиры, перечисленные в сообщении от епископа, говорили лишь о скудости фантазии тех, кто эти названия присваивал. Выход был лишь один: воспользоваться входившим в многофункциональную начинку Мерседеса навигатором. Доминик не испытывал особого пиетета перед достижениями инженерной мысли, по крайней мере, не падал в обморок с криками "Дьявольское отродье!" при виде ламп накаливания и, Каин упаси, мобильных телефонов (может показаться смешным, но он лично знал парочку старых шабашитов, которые примерно так и делали). Но вот знакомства с навигатором никогда не имел. Возможно, именно поэтому от Элизиума он отъехал лишь спустя двадцать минут кровавых баталий с немецкой техникой, сделанной в Китае. Спасибо десяткам спутников GPS на орбите, он ни разу не сбился с пути. Спасибо гиганту Google за знание всех без исключения улочек города, даже этого недоразумения по имени Чероки-стрит. Мерседес подкатил к крошечному домику. Доминик вышел из машины и не особо отяжеленным интеллектом взглядом уставился на то, что, если было бы построено века три назад, называлось бы хижиной. Но адрес вроде бы совпадал. После пяти минут гипнотизирования калитки испанец все же открыл ее, прошел к двери и позвонил. Бабулька, открывшая дверь, могла сойти за киллера со стажем, до того у нее было невозмутимое лицо. Без лишних вопросов она проводила его в дальнюю комнату и отворила шкаф. Доминик не особо был знаком с фантастической литературой, справедливо полагая, что фантастики ему и в реальной не-жизни по горло хватает, так что ему (видимо, едва ли не единственному) сравнение с Нарнией в голову не пришло - он не знал, кто такая эта ваша Нарния. Спуск привел в настоящий подземный городок, построенный в славные времена Холодной войны. Высоту мысли камарильских Старейшин нельзя было не оценить. В руках у него была небольшая сумка с минимумом пожитков - главным образом, пистолетом, вакидзаси, ноутбуком и прочей мелочевкой. В главном зале бункера в глаза бросались Цимисх по фамилии, кажется, Чернобогов, и давешний Малкавиан. Они, что бы вы подумали, листали... старые порножурналы. Тихо хмыкнув, Доминик прошел у них за спиной, углубляясь в недра убежища. Подобрав себе самую уединенную комнату, обставленную в столь уважаемом Ласомбра стиле нестареющей роскоши, он сбросил там скудные пожитки и вернулся в главный зал. - Вид исключительно шабашитов в камарильском убежище невероятно умиротворяет, - с усмешкой проговорил он, подходя к бару. - Это внушает надежду на несостоятельность Камарильи. Доброй ночи, - поздоровался он. Выпуски PlayBoy испанца привлекали чуть менее чем никак. Поэтому к ознакомлению с раритетами он приступать не собирался.

Таких все же не большинство. Книги - это ж многабукаф! Но мне, прочитавшему книги вдоль, поперек и по диагонали раз пять, было интересно посмотреть. Освежить память, в конце концов.

Я их преемник xD О том, как истфак БФУ захватит мир...

Я Черепашка-Ниндзя!!!! Ты следишь, чтобы вышеозначенная свора не покидала пределов истфака БФУ, спасая от них мир?)))))))))

Да. Что ТЫ там делаешь?))))) Вот это как раз вообще не вопрос...

Оттираются, Энд *загадочно улыбнулся* Ну, я просто как-то не пробовал еще... Стоп. А ты откуда знаешь? О_о

Безотходное питание Не считая пятен крови на обоях (не оттираются же!). И трупов. Редко.

и благослови боги тех, кто придумал кнопку "свернуть все окна" на панели винды! хД Прокляни их обратно - эти же люди в восьмерке убрали эту кнопочку вообще. И из безопасного режима, и из опасного. Спасает только Win+D.

Сегодняшняя ночь, старый Элизиум Доминик проснулся от настойчивой трели телефона. Это было довольно странно, потому что право на звуковой сигнал имели лишь избранные контакты. Но стоило ему протянуть руку и выудить смартфон из кармана лежавшего на полу пиджака, как все встало на свои места. Сообщение было от Жюстин, в нем содержался адрес нового убежища (совместного для двух сект!) и настоятельная рекомендация явиться туда с максимально возможной скоростью. Он приподнялся над кроватью и осмотрелся. Да, комнату Венеции Доминик вчера так и не покинул. В принципе, доминик сегодняшний Доминика вчерашнего понимал. Венеция еще спала, прижавшись щекой к его плечу. Вставать не хотелось, но слог сообщения давал понять, что в эту ночь проволочки никого не устраивают. Мысленно тяжело вздохнув, он выбрался из постели и начал одеваться. Статон-Айленд, говорите? Интересно, где это вообще...

и чуть не отравился, не те студенты пошли После консерватории: - Марк, это какие-то неправильные пчелы студенты. А значит, они дают неправильный мед кровь!

Угу. Мир Тьмы настолько суров, что в нем интеллигент - это тот, кто питается богемой... Ну или почти богемой. Студенты - это так, полуфабрикат, пельмени из магазина.

а Дориан кого предпочитает? Музыкантов. Можно певцов. Интеллихент, епрст.

Помогите мне дойти до моей комнаты, я не уверена, что лестница вниз не воспользуется отсутствием провожатого, а еще раз тревожить мистера Йокаи не хотелось бы - Конечно, Венеция, - он встал, сохраняя маску безразличия на лице. Когда Доминик де Гаспьери хотел этого, он мог скрывать свои эмоции бесконечно. Удивительно было то, что никогда в жизни ему ещё не хотелось получить возможность надевать маску по своему желанию. "Уйдем отсюда", - воспоминание о его голосе, произносящем эти слова, прозвучало у нее в голове, когда он подал ей руку, и они направились к выходу, но не из особняка, а из зала.     - Знаешь, я завидую им, - неожиданно признался он, когда вокруг не оказалось любопытных ушей - что мертвых, что живых. - Той сладкой парочке безбашенных шабашитов. Они олицетворяют собой идеологию Шабаша. Они свободны, - голос, как и лицо, был бесцветным, лишенным даже оттенка эмоций. Таким голосом общается автоответчик. - Ни о чем не думать вредно, но иногда очень хочется. Забыть о том, что кто-то там подглядывает из-за угла, забыть о правилах и законах, границах и запретах. Но мы не в красивой сказке. А даже если и в ней... то не на той стороне силы, - усмешка вышла наигранной и будто пластиковой, - и кажется, я начинаю превращаться в камарильца. А сегодня я хочу быть шабашитом больше, чем когда-либо. Сейчас, когда каждая ночь может стать последней... Они шли по коридору рука об руку, прижавшись друг к другу. Можно было подумать, что они ищут тепла, но не могут дать его друг другу. Их лица не выражали ничего - в этом они могли сравниться лишь друг с другом. Дверь комнаты, отданной в распоряжение вентру, выросла рядом слишком быстро. -...в такую ночь я не хочу следовать правилам, - он порывисто повернулся к ней лицом, заглянув в близкие - всего пара дюймов - глаза. Если бы сейчас по коридору прошёл кто-то из каинитов Камарильи, лучшим вариантом для них было бы покинуть особняк и дождаться рассвета. - Не хочу уходить, - прошептал он одними губами.

Нет, нет, нет, сайт, что ты делаешь... Не смей ломаться! Laion, сразу видно, кто больше всего жмет на обновить ^,,^

Мой организм – очень странная вещь. Сплю по пять часов – он не высыпается; забиваю на мафию, ложусь пораньше, сплю 8 часов – он тоже не высыпается. Все студенты заслуживают свой Дом в Игре Престолов с девизом: "Мы не высыпаемся" И герб: золотая подушка на красном фоне. И поговорка: "Они всегда платят за сон". И песню сочинить, "Лунатики из ИКЕИ". Короче, я готов присягнуть этому Дому XD Всем утреннего бобра!

Так-с, у меня еще, конечно, не рассвет... Но спать надо. Говорят, это полезно. Пойду я, осчастливлю подушку. Всем спасибо за игру (особенно Номадычу и Вольту))), всем бобрых вампирских снов. До завтра.

Доминик погрузился в свои не особо радужные мысли. Ему начинала надоедать бесконечная нтью-йоркская игра в приличия. Ему приходилось играть каждую секунду, каждое мгновение пребывания здесь. Сначала эта игра доставляла удовольствие Ласомбра. Когда сменились правила и приоритеты? Он не мог дать абсолютно точный ответ на этот вопрос, но причины в озвучивании не нуждались. Да, эти причины лежали на поверхности, но озвучивать их нельзя было. Это тоже часть игры. Здесь, в этом городе, паутина игры сплелась в неотдираемую маску, не пропускавшую сквозь себя ничего. Тем больше было желание сорвать эту пресловутую маску. Йокаи советовал предаваться своим желаниям, какими бы они ни были. Увы, Доминик сейчас, в этой мирной комнате, слишком болезненно понимал, что Йокаи далёк от истины. А истина крылась в том простом факте, что жизнь иногда ставит между тобой и желаниями сейфовую дверь. Ты знаешь, что эта дверь скрывает все богатства Форт-Нокса, но сделать ничего не можешь. Доминик скользнул безразличным взглядом по выбежавшим на улицу шабашитам. Доминик завидовал им. Пусть они не были свободны - даже в свободном мире Шабаша свобода была ценным и редким товаром для элиты - но они могли уйти отсюда. Уйти - в этом, пожалуй, кроется своя, определенная, довольно необычная, но свобода. Странная, как чудище Франкенштейна, но могучее и внушающее не только ужас, а и трепет. Доминик завидовал этой свободе. С другой стороны, свобода - это иллюзия. Обладание даже такой, "неправильной" свободой значило признание своих иллюзий. Взгляд, остававшийся безразличным, остановился на Венеции, и на самой его глубине сверкнули эмоции. Они вынуждены были старательно прятать те цепи, что сковали их. Тяготился ли этими цепями Доминик? Он полагал, что нет. Узы... Доминику казалось, что Узы скорее не тянут к земле, но имеют обратный эффект. Иначе нельзя было объяснить того, что наедине с Венецией он был... другим? Более проходящего определения не было. Он становился другим. И такой Доминик, другой, был даже не лучше обычного. Он был... легче, что ли. Именно, легче. Но стоило мягкому свету Элизиума пролиться на него - лёгкость пропадала, сменяясь тяжестью. Не Уз. Игры. Когда игра начинает тяготить игроков, её стоит прекратить. Доминик усвоил это ещё до Становления. Но сейчас впервые игра не могла быть остановлена. Сейчас вся их не-жизнь, пока она освещена приятным глазу светом главной залы Элизиума, - это игра. Ладони сжались в кулаки, бессильные задернуть сейчас занавес и прикоснуться к ней. Бонифаций, похоже, уже уснувший у него на коленях, поднял усатую морковку, будто хотел спросить, что случилось. Ерундук потерся о кулак Доминика, стиснувший подлокотник кресла, но испанец этого не заметил. X в торпор