Я бы на камне сидел

В тысячу квадратов,

Абсолютно длинном,

Абсолютно плоском.

И чувствовал себя тогда бы

Пустым.

На нем растянувшись,

В мысли о небе звездном погрузившись,

Трудно теперь из тягучего Стикса выбраться,

Но не было василисков

И горгон-медуз —

Было пусто.

И лежал я, и камень

Меня обделял теплом.

Он тоже от увиденного

Стал бесконечно холодный.

А орбита из темной материи

Полнилась мириадами звезд

И рыдала о потерях.

Так мы на месте одном

Остались, где-то посреди вечного,

На плоскости бесконечного,

Так эгоистично, алчно

Вдвоем.

Голова моя — сотни глаз,

Смотрит на стоглавый космос.

Рот — прекрасный завод

Слов беззвучных и косных.

Но таят его взгляды тепло.

Из-за камня — абсолютный ноль,

Но не перестану дрожать и брыкаться,

Хоть и лежа в покое — двигаюсь.

Из головы своей многоглазой

Выкинь все.

Но тепла еще мне хватает,

Чтоб камень обогреть огромный.

Тайно известно мне:

Где-то есть Ты,

Больная, маленькая, бедная,

Крохотная.

Я пролежал на камне все время,

Ему многое отдал тепло,

А тебе я

Не оставил, увы, ничего.

Чувством не первым знаю,

Что там, в отдалении,

Ты занимаешь пространство,

Меняя свое положение.

Но оттого грустно,

Что в камне столько тепла,

Абсолютно длинном,

Абсолютно плоском,

А к тебе — пустота

Всплеском,

Вкрадчиво,

Воском.