Shunt

??? Ничего не было видно, все скрывала неестественная, давящая тьма. Маг заозирался в поисках Лусакана, но не мог ничего увидеть. Он бывал здесь и раньше, да, во время ритуальных разговоров с Богом, но никогда тут не было ТАК темно. Через мгновение мага ослепила яркая вспышка. Протерев глаза, маг увидел дракона, свернувшегося на подобии трона. Дракон смотрел на него усталым взором, казалось, что его только-только разбудили и Тиберий виноват в этом. Мужчина опустился на колени, склонив голову. Взгляд его уперся в черный камень, которым было покрыто всё в этом месте. Он ждал. - Ты плохо мне служишь, мой милый Тиберий... - тихий голос проникал прямо в мозг. Золотистые глаза дракона смотрели на мужчину с легкой грустью. - Ты решил отречься от своей веры? - Нет, Лусакан! - маг не рискнул поднимать голову. - Нет? - в голосе божества послышалось удивление. - А как мне тогда понимать твою привязанность к этой смертной? - Она не мешает мне! И моему служению Тебе! - он был в панике. Что делать, как отвечать? Да как не отвечай, все равно Бог читает его как открытую книгу. - Это ты так думаешь. - Дракон улыбнулся, обнажая огромные клыки, которые так напугали недавно Раэну. - Любовь убивает долг, мой милый Тиберий. - Я всегда буду служить Тебе, всегда! - он поднял голову и посмотрел в цвета расплавленного золота глаза дракона. Страшные, безжалостные глаза. Древний Бог ждал. - Ничто не может поколебать моей веры в Тебя, Лусакан! - Разве? Мне кажется, что твоя вера уже поколеблена, мой милый Тиберий. - К-как? Нет, я... я просто хочу... - Её. Как женщину. - Дракон разочарованно покачал головой, отвернулся и закрыл глаза. - ты такой же, как все остальные смертные. Лусакан никогда его так не называл. Тиберий покачнулся как от удара. - Я хочу немного счастья для себя. Или я этого не заслужил? - глухо произнес мужчина, вновь опуская взгляд. - Я служил долгие годы, я всегда был верен Тебе!  - Счастья? Ты хочешь счастья? - Лусакан вновь повернул голову к Тиберию, в глазах его читалась вселенская грусть. - Сначала я покажу тебе кое-что. Дракон указал огромной лапой куда-то за спину Тиберию. Мужчина повернулся и замер: перед ним шли мертвецы. Все те, кого он обрек на смерть. Целые суда с призрачными командами, тысячи и тысячи рабов, закованные в цепи проходили по мощеной черепами дороге. Мужчины и женщины, старики и дети, все те, кого он когда-то захватил в рейдах, победил в бою или обрек на смерть, оставляя в открытом море. Проходили члены его команды, те, кого он своей властью приговаривал к смерти. Они смотрели на него пустыми глазницами и не произносили ни звука, не делали ни единого жеста. Просто шли. И конца не было видно этой странной процессии. - Почувствуй их боль и реши, заслуживаешь ли ты счастья, мой милый Тиберий... - Голос Лусакана затих. А тело и душу Тиберия пронзила боль. Вы никогда не думали, как умирают люди, сгорая в магическом пламени? Какую боль они чувствуют? Или как умирают люди, когда легкие разрываются от морской воды? Или какова смерть от голода? Нет, никто из живущих этого не знает. Но Тиберий почувствовал все это сразу. Одновременно. Волна боли окатила его, сжигая кожу, разрывая легкие, выдирая жилы, раздирая мышцы и расплавляя кости. Кровь вскипела в его венах, голову словно сжали раскаленными щипцами и раздробили череп. Если бы кто-то оказался сейчас на полянке, он увидел бы, как выгнулось тело мужчины, а из глаз, носа, рта и ушей его течет черная кровь. Но он не издал даже стона. Как можно стонать с перерезанной шеей? Как можно кричать с сожженным горлом? Как можно шептать с вырванным языком? Боль тысяч убитых увлекала его в черный водоворот и смерть, только смерть могла принести спасение от этой боли. - Думай, мой милый Тиберий. - вновь раздался голос Лусакана, глубокий, как океан. - У тебя есть шанс. Докажи мне, что ты достоин счастья. Все закончилось. Но боль спадала медленно, стекая, как горящее масло стекает с каменной стены. Тиберий лежал на спине, трава вокруг него пожухла, даже деревья, ближе всего оказавшиеся к нему, пожелтели и с них начали осыпаться листья. Темная аура была настолько сильна, что даже воздух, казалось, был осязаем. Тело мага продолжало дергаться под градом невидимых ударов.

Таки давайте я вам как другу продам этот замечательный камень *сует камень* Поймите, этот камень таки стоит того, чтоб его купить!   Яша... А, к черту! *Выходит Тиберий* Яша... Я твой отец!

Ну-ну, честный=)

Нектаринчик тебя обратно потащит. В мешке. =)

Я считаю, что ми, богоизбранный народ, таки могли бы влезть в окно!   Что ж, совращение Яши начинается? =)

Шалом, Израэль! Ви таки видели новую постановку в театре Тель-Авива?

Ви таки антисемит?

Лес Арагон   Тиберий шел по лесу, стараясь отойти от пещеры на достаточное расстояние, чтоб его никто не увидел. Разговор предстоял сложный, он не знал, как может отреагировать Лусакан на то, что теперь часть внимания Тиберия будет обращено на Раэну. Наверно, он все же совершил ошибку, проведя ее туда, куда нет пути не посвященному и неверующему.  Найдя более-менее приличное место - небольшую полянку, покрытую ровным слоем мягкой травы, он встал на колени, склонил голову и закрыл глаза, погружаясь в транс. "Лусакан, Дракон Ночи, истинный Бог, ответь мне!" - он представлял свое божество в виде дракона пытаясь пробиться к нему, увидеть его, почувствовать его. Несколько минут ничего не происходило, а потом тело мага дернулось и он провалился в темноту.

Наступает. Вечер пока, но поздний. 

Пещера   Маг хмыкнул, глядя в спину Гальду и повернулся к волчатам. Серый волчонок беспокойно крутил лапками во сне. Мужчина осторожно коснулся его головы и почесал за ухом. Волчонок пискнул и ткнулся носом в ладонь Тиберия. Улыбнувшись, маг продолжил почесывать зверька за ушком. Через пару минут волчонок проснулся, открыл глазки и, запищав, попробовал цапнуть Тиберия за палец. Маг тихо рассмеялся:  - Ну что, дружок, будешь со мной жить? - Серый зверек отпустил палец мага и лизнул его ладонь теплым шершавым языком. - Назову тебя... Сиф. Пока тут посиди, я вернусь. - Маг скинул сумку и посох рядом со столом, на котором все еще валялась туша медведя. Волчонок вновь заснул, как ни в чем не бывало.  Мужчина глубоко вздохнул. То, что ему предстояло сделать, было не для чужих глаз и ушей. Он покачал головой и вышел из комнаты. Там он увидел Якоба, который только закончил петь.  - Якоб. Живой? Хорошо. - Он хлопнул парня по плечу. - Осмотрись пока. Я пойду прогуляюсь. 

Я тоже, но тут приличные люди сидят

Зацелует до смерти))))

Пещера   - Слушай, я понимаю все, но... - Маг запнулся на полуслове, но все же договорил. - можно я себе вот этого серого волчонка возьму? Я буду о нем заботится и все такое. Тебе одному сложно сразу четверых выходить, я думаю. А так... - Он пожал плечами. - будет полегче. 

Пещера   - Ты, значит, в охоте не участвовал?   - Нет. Я, кажется, убивал людей в это время. - Маг усмехнулся. - А может спасал. Не помню. Не самый приятный день был, знаешь ли. Но волков я не трогал. 

Шалом, выпустили вас)))

Пещера   - И после этого мне в лицо говорят, что это звери - угроза людям,   - Звери не могут быть угрозой. - Тиберий смотрел на волчонка, которого гладил лесник. - Тем более людям. Люди сами угроза... Мне ли этого не знать. - Маг посмотрел на Гальда. - Я верно понимаю, что это детеныши тех убитых волков?

Пещера   - Что? Мило? А через несколько лет они вырастут зверьем, который убивать мирных жителей, как и другие хищники, - магистресса потянула посох отступника стихийщику. - Это тебе пригодиться, маг недоделанный, - видимо, кто-то злился за испорченный кафтан.   - Звери не виноваты ни в чем, магистр. - Тиберий обернулся и встал навстречу женщине. - Спасибо за игрушку, - Он склонил голову, принимая посох. - Прости, если задел тебя. Не хотел. Впрочем, не думаю, что тебе интересно мое общество. - Мужчина вновь повернулся к волчатам, которых разговор, к счастью, не разбудил. 

Пещера   Тиберий медленно подошел к волчатам и присел на корточки перед ними. Детеныши спали. Наверняка это были дети тех волков, которых убили его... товарищи. Маг не мог отвести от них взгляд. "Какие... славные волчки." - мужчина старался не дышать, чтоб не разбудить зверят. Серый волчонок, побольше остальных, спал почему-то отдельно от своих собратьев. "Прогнали что ли?" - мужчина почесал подбородок. - "Вот бы... да нет, глупости, кто мне даст".

Лес Арагон   Тиберий не придумал ничего лучше, чем пойти по кровавому следу. Оставив магический источник света висеть под потолком, он медленно пошел по направлению к комнате. Распахнув дверь, он обнаружил там большой стол, на котором лежала освежеванная  туша медведя. Но следы вели дальше, к двери, судя по всему, в подвал. Оттуда несло сыростью и доносились странные звуки, похожие на сдавленные всхлипы. Приоткрыв дверь, он запустил еще один маленький огонек, освещая погреб. На полу  валялись связанные, словно копченые окорока, эльфы. И волк. Мужчина не выдержал и рассмеялся, настолько комично они выглядели. Переведя дыхание, он махнул рукой и веревки, сковывающие пленников, лопнули.  - Добро пожаловать! - произнес он, стараясь не засмеяться вновь. - Поднимайтесь наверх. Он вернулся назад и вдруг услышал какой-то писк. В самом углу комнаты, на медвежьей шкуре, лежали волчата. Серый и три черных. Маг замер, глядя на чудную картину.

Хорошо, что тебя не смущает Жрец Древнего Бога=) 

Дорога в лес   - Они у меня дома, - произнес он, убрав заставший в черных волосах листочек, - Если, конечно, эти маленькие чудовища их не сожрали... Они вам сильно нужны?   - Они неплохие воины, так что да, нужны. - Тиберий усмехнулся. - Если хочешь кого-то освежевать, предлагаю вот этого юного мага. - он указал на Аделарда. - Мясо будет помягче, чем у эльфов. 

Дорога в лес   - Ну, идем тогда. - Маг подошел к малефикару и сильно сжал его плечо, шепча на ухо. - Если ты, недоносок, еще выкинешь какой-нибудь фокус, тебя никто не спасет, понял? - Он с силой толкнул мага на землю и крикнул Гальду: - А эльфы-то наши еще живы?

А я ленивая задница и отдам твоего перса Спирту на опыты.=)

Так, пойду я скастую Бурю Века на 20 ходов. Шоб всем повеселее было.

Дорога в лес   - Адекватно оценивает, сохраняя тишину, как ему и положено.   - Твой скептицизм вполне понятен. - Маг скрестил руки на груди. На болтовню малефикара и лесника он внимания не обратил. Не пустит в лес? Ну и пускай.