Ферма
Заклинание Дэрин прошло впустую – то ли она неправильно рассчитала силу магии, то ли дух не ответил на ее призывы, сочтя трату энергии на обычных коров, но так или иначе, животные как были больными, так и остались. Магесса чувствовала в них распространение инфекции. Старый фермер скептически окинул ее взглядом и хмыкнул.
- Лекарь, да?.. Наши бабки-знахарки тоже пытались. Много раз пытались, ей-богу, но все без толку. Думал, хоть заезжие будут знать толк в лечении. – Он помолчал, мусоля трубку с табаком, и через несколько секунд добавил, смягчившись: - Не спеши, не нервничай. Попробуй еще разок.
У Дэрин еще 2 попытки вылечить чуму. Успешное лечение считается от числа 6 на кубике.
Поместье барона де Кабарро
Солнце нового дня стояло в зените, и его беспощадные лучи, разогнавшие стаю свинцовых туч, уже вовсю били в занавешенные зелеными гардинами окна во всю стену в кабинете барона. В такие моменты, когда буря заставляла море с яростью бросаться на прибрежную деревню, барон предпочитал отсиживаться у себя и никуда не выходить, но нельзя было не признать, что иногда он чувствовал благоговение перед силой Создателя. Да и кто не почувствовал бы, когда казалось, что он сам спустился из Златого Города, чтобы покарать своих детей, забывших его заветы? Альфонсо стоял у резных ставней, глядя вниз со своего холма туда, где за змеящейся подъездной дорожкой раскинулся лес Арагон. Местные побаивались этого места, называя его проклятым, но мужчина знал, что все это детские сказки, которыми пугают непослушных крестьянских мальчишек, чтобы далеко от дома не убегали. Он много раз ездил в карете через этот лес до Риалто и обратно, и ничего с ним не случалось. Правда, его кучер предупреждал, что сворачивать с проторенного пути нельзя – можно легко заблудиться или попасть в топь. Многие торопливые путники уже лишились в лучшем случае коня, в худшем – жизни, попытавшись сделать срез через чащу. А еще говорили, что там, в глубине, еще стоят старые руины прежних деревень, построенных еще тогда, когда Арагон был небольшой рощицей. Там держали контрабандные товары и рабов, но вскоре поселения заглохли. Теории разнились одна к другой – то жителей вырезала королевская гвардия, то они сами покинули неперспективные поселения, то их что-то заставило уйти навсегда, а вокруг прежних домов и складов за несколько столетий вырос огромный лес.
Барон не верил в сказки, но зато верил в другую силу, не менее угрожающую, чем магия – а именно в жажду власти и денег. Это была та сила, которая способна в буквальном смысле двигать горы. Вот и теперь он, молча глядя в окно, ждал ответа на поставленный вопрос, а высокая фигура в черном, стоявшая в углу и сложившая руки на груди, размышляла, как будто раздумывала, достоин ли барон знать эту информацию.
- Наша цель получила письмо, - наконец сказала фигура, и Альфонсо впервые за последние десяток минут обернулся и хмуро поглядел в лицо своего гостя. Этот был не похож на предыдущего, и честно сказать, вызывал смутное отвращение. Кабарро вообще не слишком любил эльфов, а таких наглых выскочек, как этот, и подавно. Взгляд мужчины скользнул по длинным платиновым волосам, красивому, словно выточенному, лицу с черными татуировками на скуле, лбу и шее. На взгляд эстета эльф был красив. На взгляд барона он был опасным убийцей. – Как только они прочитают его, то поймут, что от них требуется. Я взял на себя смелость самому составить сумму награды.
- Вот как? Надеюсь, вы не решите продать мое поместье, чтобы заплатить кучке наемников? – сухо поинтересовался барон, и глаза эльфа с татуировками опасно сощурились. Под плащом были два кинжала, Альфонсо точно это знал, хоть оружие было мастерски спрятано так, что разглядеть его отсюда было почти невозможно.
- Не советую дергаться, Альфонсо. Организация следит за тобой уже очень давно. Думаю, тебе сообщили об этом еще при первом визите, верно?
- Ладно. Ладно, демон вас побери! Я заплачу любую сумму, - наконец согласился раздраженный мужчина, усаживаясь в кресло. Эльф в черном садиться не спешил, предпочитая оставаться в темном углу. Похоже, в тенях он чувствовал себя почти что неуязвимым. Альфонсо ощутил запах каких-то трав, как только эльф вошел в дом, и теперь этот запах начинал его бесить. Лишь бы он поскорее убрался из его дома. – Передайте вашей организации, что им не о чем беспокоиться. Я уже уплатил им часть вознаграждения за то, что помогут Жанае вернуться в безопасность, через банк Антивы. Деньги можно забрать в столице в любое время. А если заблудитесь в лесу, у меня есть один компетентный человек…
- Не стоит играть в эти игры и сообщать банальности, - фыркнул эльф, поблескивая золотисто-медовыми глазами из-под слегка растрепанных волос, упавших на лицо. – Ваша задача обеспечить их всем необходимым для выполнения миссии. Письмо им я подбросил, насчет входа в лес – предупредил. В чащу они больше не сунутся. По крайней мере, до того, как вы отдадите прямой приказ. По моим наблюдениям, к вечеру местные начнут подозревать худшее. Им придется покинуть Пуэрто-Карино, так или иначе, или потерять собственные головы. – Эльф помолчал и едко добавил: - Если интересно мое мнение, они просто кучка жалких дилетантов. Но выбирать не приходится. Мы не можем допустить, чтобы это дело вышло за рамки нашей с вами компетенции.
- Что верно, то верно, - прокряхтел барон, наливая себе бокал вина и выпивая его чуть ли не залпом. В последнее время он сильно сдал: волнения, стресс и совсем не молодеющее тело подводило, а то и сердце, бывало, прихватывало в стылые вечера вроде вчерашнего. Если б на него не наседала торговая гильдия, антиванский банк и многочисленные шпионы и убийцы, он спокойно доживал бы свои дни на отшибе цивилизации, наслаждаясь плодами собственного труда, а после смерти завещал бы наследство дочери. Но у судьбы явно были другие планы. – Знаете, меня не волнует, что будет с ними, - вдруг честно сказал он, глядя куда-то в пространство. – И что будет с жителями. Я только хочу, чтобы мой единственный ребенок остался в живых.
- Так и будет… если все пройдет по плану, - улыбнулся эльф, сверкнув белоснежными зубами. Барон никогда не испытывал особого влечения к людям своего пола, но даже он не мог не признать, что сей экземпляр был крайне привлекателен. Если бы не холодная, жесткая сталь в глазах, было бы вообще чудесно. Он мог бы работать в любом борделе и заколачивать бешеные деньги. – И сотрите с лица эту сальную ухмылку, будьте так добры, - вдруг резко произнесла фигура в черном. – Вы живы до сих пор только потому, что организации это выгодно. Советую не забывать об этом.
- Вы переходите границы, - мрачно ответил Альфонсо, но эльф только беззвучно рассмеялся и… растворился в тенях. Барон вздрогнул. Он готов был поклясться, что ни на секунду не отводил взгляда, и эльф попросту превратился в воздух и унесся в темноту. Воистину, иногда в Антиве происходят странные вещи и встречаются странные люди.
Вновь вернувшись к окну, он уставился на море. Прилив пришел точно по расписанию – уровень воды, еще и благодаря грозе с утра, поднялся до невиданных за весь сезон высот. Сезон дождей в Антиве был суровым, но Пуэрто-Карино выдерживал и не такое. Взгляд зацепился на фигуру в темном плаще, мелькнувшую на дорожке и тут же сошедшую с нее. Этот… шпион… или агент, как его называл предыдущий? Был действительно хорош в своем деле. И, наверняка, так же хорош в деле отъема чужих жизней и денег. Нанять такого в телохранители было бы великой удачей, но Кабарро не заблуждался на этот счет. Такие, как эльф, не работают за гроши – и даже за пригоршню золотых. Они работают только на сильных мира сего, куда более величественных и властных, чем какой-то мелкопоместный барон. Вздохнув, Альфонсо допил вино прямо из горлышка, наплевав на правила приличий и вновь почувствовав себя крошечным человеком, попавшим меж двух огней и не знающим, доживет ли до завтрашнего дня. Совсем как много лет назад, когда его еще никто не знал как барона де Кабарро, а все называли просто – Альф Крысоед. Вспомнив старые времена, мужчина невольно улыбнулся.
Скоро в Антиве наступят смутные дни, но он всегда был способен выживать. Даже если для этого приходилось ловить и есть городских крыс. Уж он-то останется на плаву, когда все остальные потонут в бесконечном потоке войн, междоусобиц и катаклизмов.
Пуэрто-Карино, побережье
Моника была первой, кто увидел трупы, выброшенные на берег приливом и застрявшие в скалах. По крайней мере, именно так рассказывали позже очевидцы. Но в тот момент, когда трупы были найдены, молодая женщина – обычная крестьянка, коих всегда много в подобных местах – шла вдоль моря по пляжу, собирая разбросанные в достатке по каменистому берегу мидии и устрицы. Через час эти деликатесы окажутся в подсобке таверны, а Моника получит хорошую плату за полную корзинку вкуснейших моллюсков. Мысль о том, что их, скорее всего, съедят набежавшие в городок чужеземцы, слегка подпортила ее настроение, но в общем и целом она была довольна, как никогда. Соленый ветер, теплое, даже палящее солнце, прогревающее остывший после бури воздух, даже то, что ее мужа Хуана не было дома со вчерашнего вечера – все это оказалось как нельзя кстати. Муж был довольно грубым человеком и часто обижал Монику, на что она, впрочем никогда не жаловалась. Найти что-то получше в этой дыре было попросту невозможно.
«Надо было уехать в Риалто, как мама говорила», - подумала женщина, наклоняясь и выковыривая из-под куска камня жирную устрицу и бросая ее в корзинку. «Правда, скорее всего, окончила свои дни я бы в публичном доме… но все лучше, чем здесь прозябать да синяки прятать по утрам…»
С такими противоречивыми мыслями она добралась до большой черной скалы, в народе прозванной «Когтем ворона». Скала, а точнее огромный острый валун, поблескивала от воды и соли, торчащая из песка и действительно похожая на коготь зверя или птицы. Подле камня, в тени, что-то лежало. Или вернее кто-то – подобравшись поближе, Моника поняла, что это несколько человек. Неужели пьяные рыбаки вернулись домой, бросили лодку да заснули прямо в теньке? Ну, если так, то сейчас она им устроит сюрприз. Набрав горсть ледяной воды, Моника подкралась поближе и с криком: «Вот вам, пьяницы недоделанные!» - облила одного из них, того, что лежал лицом вниз поближе.
Только секундой спустя девушка осознала, что они не дышат.
- А-а-а-а-а-а!!! – тут же взвизгнула она, отпрыгивая назад. Корзинка, наполовину полная устриц и мидий, упала на галечный пляж и покатилась в сторону волн. – Убили! Убили! – заголосила она, подвывая, словно раненный зверь. В панике ее симпатичное лицо исказилось до такой степени, что стало напоминать болотную ведьму с выпученными глазами.
В сторону Когтя ворона уже сбегались люди, услышавшие громкий визг и взволнованно переговаривающиеся друг с другом. Трое рыбаков, одним из которых оказался муж Моники, Хуан, оказались мертвы уже несколько часов – тела раздулись от воды, кое-где их объели рыбы и морские животные, но пока что они не разложились до такой степени, чтобы их нельзя было опознать. И было еще кое-что…
- Тут несколько ранений, - сообщил деревенский лекарь, поднимаясь на ноги и кряхтя от боли в прихватившей спине. – В них стреляли, скорее всего, из лука или самострела. Метко стреляли, сначала в ногу, потом – в сердце или шею. А после сбросили в воду, чтоб, значит, не нашли.
- Кто это мог сделать? – всплеснула руками женщина, успокаивающая бьющуюся в истерике Монику. Кажется, та уже и забыла, что сама терпеть не могла Хуана и мечтала избавиться от него, а теперь лишь причитала, на кого же он ее покинул.
Жители переглянулись, и отвечать на этот вопрос уже не было смысла. Они и так одновременно подумали об одном и том же. Как только в деревню прибыл корабль с чужаками, начались неприятности – сначала они довели до сердечного приступа Алехандро, которого в деревне все любили и всячески опекали. Потом пропали и оказались убитыми трое рыбаков, что, по слухам, ночью пьяные задирали и оскорбляли путников. Похоже, те решили разобраться с неприятелями и просто застрелили их, а чтобы не выдавать себя, покидали тела в воду. Вот только не знали они, что прилив скоро и все вынесет на берег. А еще кто-то упомянул, что небольшой пожар произошел в подлеске, и кого-то задрали волки, но кто знает – вдруг это тоже подстава? Вдруг чужаки убили этих людей и обставили все так, чтобы свалить вину на волков? Еще и денег за это получили.
- Ублюдки, - вдруг отчетливо произнес кто-то, сжав кулак. Кто-то другой потянулся за висящим на поясе топором.
- Только без поспешных действий, - одернул их лекарь, он же старейшина, которого все звали просто Дядюшка Хорхе. – Нужно все хорошенько обдумать. Ты, ты и ты – сходите в «Щучий хвост», попытайтесь узнать, как там Алехандро и что с ним случилось. Заодно Исабель могла что-то видеть, эта пигалица такая любопытная, что не пропускает ни одного проезжающего чужестранца. А вы двое – походите там, где был пожар, поищите следы чужаков. Остальные за мной, поможете похоронить этих несчастных. Моника, ты как?
- Н-нормально, - всхлипнула побледневшая и похожая на саму смерть девушка.
- Отведи ее домой, Лидия. Будем молиться Создателю, чтобы все оказалось не так плохо, как мы все подумали, - мрачно проговорил старик.
Но в это уже никто не верил.
Таверна «Щучий хвост», комната
Раэне снилось море.
Но на этот раз она слышала не только плеск волн, отдаленные крики чаек и шум ветра. Сквозь этот убаюкивающий коктейль из звуков пробивалось что-то еще, что-то, слишком сильно похожее на голос. Низкий. Приятный. Напевающий или читающий молитву. Слова она разбирала с трудом, но, напрягая слух, все же смогла разобрать часть фразы.
«…Лукасан, Дракон Ночи…»
В глубине что-то зашевелилось, и хасиндка поняла, что находится посреди бесконечной гладкой пустоты, над головой только серое, ровное небо, похожее на зеркальную гладь, а под ногами – бездна. Паника нахлынула на нее, таща за собой туда, где ждала ее долгая тишина. Взмахнув руками, девушка почувствовала, как идет на дно, и рванулась вверх, к спасительному воздуху, не думая ни о чем, кроме того, что… хочет жить. Во что бы то ни стало.
«…Даруй победу над врагами… спаси ее, о Лукасан…»
Волны расходились кругами, девушка не сразу заметила это. Что-то поднималось из бездны, и она попыталась отплыть в сторону, но ее просто отбросило, закрутило, закружило поднявшимся вихрем из воды и обломков, больно впивающихся в тело. Плечо и ногу свело от грызущей боли, и Раэна тихо вскрикнула, ее глаза расширились от ужаса. Прямо перед ней из воды вынырнула гигантская черная голова с удлиненной мордой, усеянной острыми зубами. Желтые глаза с вертикальным зрачком смотрели прямо на человека перед собой.
Длинная шея поднялась из воды еще немного, и теперь уже не было сомнений в том, чем было это чудовище.
- Дракон… - прохрипела девушка, захлебываясь в воде и чувствуя, что тонет. А дракон все смотрел и смотрел на нее, и в его морде Раэна постепенно узнавала знакомые черты. Он не был похож на человека, он был кошмарным монстров из самых страшных ее снов, но Раэна его знала.
Тиберий. Это он был драконом, осознала хасиндка, но в следующий момент пасть чудовища открылась, обнажая метущийся красный раздвоенный язык среди зубов-кинжалов, и зверь ринулся вперед, разрывая тело смертной на кроваво-багровые куски. Раэна, чувствуя, как жизнь покидает ее, захрипела и успела лишь посмотреть назад, туда, где на воде, как призрак, стояла фигура долговязого молодого парня, смотревшего на открывшуюся ему бойню с легкой и грустной улыбкой, слегка неловкой, как и всегда была у него.
- Якоб… - фигура мальчишки протянула ей руку, но Раэне было уже нечем схватиться за нее. Оторванная рука девушки упала вниз, в воду, навсегда погрузившись в пучину. – Нет…
***
- НЕТ! – вскрикнула хасиндка, резко открывая глаза и чувствуя, как от холодного пота волосы прилипли ко лбу. Она лежала, свернувшись в клубок и прижимаясь к чему-то теплому и пушистому. Арайя забралась на кровать, наплевав на то, что оставляет на простынях грязные следы, и спала рядом с хозяйкой, пытаясь согреть теплом своего тела. Рассеянно погладив черный мех волчицы, которая немедленно проснулась и взволнованно смотрела на хозяйку, Раэна вздохнула. Сердце билось так, что готово было выпрыгнуть из груди, по лицу потекли запоздалые слезы ужаса. Быстро утерев их рукой, она принялась медленно и спокойно дышать.
Второй приступ паники за один день – этого с ней еще никогда не случалось. И это заставляло задуматься о том, что пора уходить из этого проклятого городка.
