Perfect Stranger

Вам там не надоело еще друг другу морды бить?

ДАк он уже там, палатку ставить собрался в шторм, бгг. И Тиберий щас подойдет.

Раэну щас спасут )

Побережье Пуэрто-Карино   У большой скалы лежал лук, колчан и пояс, которые были слишком хорошо знакомы Якобу. А уж этот лук, который он сам видел в момент покупки, видел, как хасиндка примерилась для выстрела, прижав тетиву к щеке... Это точно были ее вещи. А вот остальной одежды, как и самой девушки, поблизости не оказалось. Дождь тем временем усиливался, скоро крупные холодные капли застучали по песку и гальке, прибивая их к земле и размывая, море яростно набрасывалось на берег, доставая гораздо дальше, чем прежде. Гром раздавался уже почти над самой головой, и сквозь тучи было не видно ни единого луча солнца - небо потемнело, и наступил угрожающий сумрак посреди ясного, как казалось поначалу, дня. В такие моменты действительно можно поверить в то, что бог существует, и живет он в небесах, разверзшихся для того, чтобы пролить свою кровь на грешную землю. Сквозь шум ветра, дождя и грома до ушей парня донесся громкий, отчаянный вой. Волчий вой... Черная фигура Арайи металась по берегу, и ее отчетливо было видно сквозь пелену воды. Она бегала вокруг чего-то, вышвырнутого на берег волнами, чего-то, до боли напоминающего фигуру лежащего человека.   Последним, что почувствовала Раэна, был сильный удар в грудь. Ее перевернуло, как тряпичную куклу, весившую не больше пушинки, и потащило в глубину, где под ногами не чувствуется дна и проплывают крупные рыбы. Хасиндка даже не успела подумать, что проиграла в битве с богами, и больше никогда не увидит Якоба, Арайю и Тиберия. Зато она могла увидеть свое племя и вернуться в Благословенные Леса. Туда, где ее всегда будут ждать и для нее всегда будет место. Улыбнувшись, она почувствовала, как вода заполняет ее легкие, и ее беспомощное тело ударяется о камни, выбивая из нее дух. Что-то горячее и острое вонзилось в бедро, похожее на обломок скалы или подводный камень, а потом она потеряла сознание.

Палатку снесет бурей.

Алейра не архонт. Она магистр. Эк вы залепили =) Архонт в Минратосе сидит в Черном Соборе.

ГРОЗА УЖЕ НАЧАЛАСЬ! Я не знаю чем там думают ваши персонажи, продолжая меситься на улице.

ОТЫГРЫШЕВОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ - НАЧИНАЕТСЯ ГРОЗА! ГРОЗА СО ШТОРМОМ! ВСЕ КТО НА УЛИЦЕ - ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ!!!

Пуэрто-Карино   "И сколько еще ты намерена блуждать по берегу?" Арайя что-то в последнее время была не в меру разговорчива. Раэна раздраженно вздохнула и пнула ногой воду. Прилив уже начинался, и уровень воды поднялся почти до скалистых образований чуть поодаль. Интересно, если пойти вперед, туда, где зеленоватая вода превращалась в темно-синюю, холодную и глубокую, сколько шагов хасиндка успеет сделать, пока море не проглотит ее?.. "Не о том думаешь". Волчица стояла сзади, почти по грудь в соленой воде, и укоряюще смотрела на хозяйку. Та, сама того не заметив, вошла в море почти по пояс. Прохладная вода лизала ее одежду, и недолго думая, Раэна стащила куртку, рубашку и штаны, бросив их на берег. Следом полетели сапоги. Сейчас ей нужно было забыть обо всем. Вода разошлась кругами, когда хасиндка нырнула на глубину и проплыла вперед, задевая руками желеобразных медуз, которых нанесло к берегу приливом, и мелких рыбешек. Все звуки затихли, наступила долгая тишина. Ее отец всегда так говорил, когда упоминал о смерти. Долгая тишина... Вынырнув на поверхность, хасиндка со свистом втянула в себя воздух и огляделась. Тяжелое свинцовое небо возвещало о скорой буре. Если через час она не уйдет, то ее может унести далеко-далеко, туда, где колышутся водоросли. Но Раэна не боялась бури. Она вообще никогда и ничего не боялась и никогда ничего не просила. - Так значит, где-то есть добрый Создатель, который любит меня? - пробормотала она, отплевываясь от воды. Волны стали больше, качая ее на своих руках, и с каждой минутой становились все грубее, норовя перевернуть и утопить. - Но это все ложь. Вот - бог. Он в море, в ветре, в громе среди туч. И я не боюсь его, - безумная улыбка возникла на красивом лице. Повязка с плечам давно утонула, ее стащило волнами и унесло в море, и теперь из раны в плече струилась тонкая струйка крови, красиво растворяясь в воде розоватыми узорами. - Я не боюсь тебя! - крикнула она, но ее крик потонул в отзвуке далекого грома. По воде вокруг нее зашлепали крупные капли воды, и хасиндка закрыла глаза, подставляя лицо соленому ветру. Откуда-то сзади доносился отчаянный вой Арайи, которая бегала по берегу и не знала, что происходит с хозяйкой, но она чувствовала подбирающуюся опасность. Одежду варварши, которую она бросила на гальке у воды, давно унесло приливом, смыло волнами. Остался только тяжелый пояс с сумкой и лук с кинжалом, которые хасиндка сняла еще на подходе к морю и положила за скалой. Влага плохо сказывалась на оружии... Когда-то для нее это было важно. А сейчас были только она, небо и море. И Раэна не собиралась сдаваться и трусливо убегать. Хватит уже. Хватит.

Да, ты же забрал деньги.

Ну я тебе пропишу эти 4 золотых в инвентарь. А что там исправлять надумал? Поступил как поступил. С пследствиями разбирайся сам)

Повтори вопрос, потерялся в тоннах флуда.

Нет.

До пятницы это один день.

Лес Арагон, опушка   Некоторое время Раэна шла в одиночестве, злясь на все подряд - на тень в лесу, на Якоба, на наглого и назойливого Тиберия, на себя. В первую очередь на себя. Ну что ей мешало согласиться? Остановившись на секунду, она повернула голову и увидела, как парнишка уходит вслед за магом. Надеяться на то, что он пойдет с ней, было глупо с самого начала. В конце концов, зачем ему, орлесианцу, какая-то хасиндка, не умеющая различать добро и зло, не знающая грамоты и правил приличия, не могущая дать ему ничего, кроме простых истин, познанных во время жизни в племени?.. Конечно же, он отправится с Тиберием. С пиратом у него будет хорошая жизнь, полная золота, приключений, женщин и прочих благ, которые так ценятся в "цивизилованном обществе". - Кажется, мы вернулись к тому, с чего начали, Ари, - прошептала она, поглаживая шерсть волчицы. Та скулила, хватая ее за штанину и пытаясь остановить и оттащить назад. - Я знаю. Мне тоже тяжело. Но так будет лучше... для всех. В том числе и для нас. "Ты правда в это веришь?" - молчаливо вопрошал взгляд золотистых волчьих глаз, и Раэна не могла дать точный ответ на этот вопрос. Чувства всегда мешали выживанию. Как-то раз, когда она только-только выбралась из Коркари, хасиндка встретила человека, которому безоговорочно доверилась. Может быть, даже испытывала к нему какую-то привязанность. При первой же возможности этот человек продал ее в рабство за три золотых проезжему каравану. Вздохнув, варварша взъерошила волосы на затылке и уставилась на далекое, поблескивающее море. Наверное, ей никогда не найти своего места в этом новом мире... Ведь она застряла в прошлом, проросла в него корнями, как засохшее дерево, цепляющееся за давно истончившийся родник. И те чувства, которые смутно зарождались в ее сердце к мальчишке с ясными глазами, должны были быть задушены и убиты.

Лес Арагон, опушка   Думаю, через пару дней кто-то обнаружит твое тело в канаве. Как и твоего волка. Поэтому, предлагаю нам объединить усилия и держаться вместе. Хотя бы до города Антива. Что скажешь, Раэна?   Несколько секунд хасиндка изучала лицо Тиберия, словно хотела в нем что-то найти. А потом поджала губы, разочарованно нахмурив брови. - Нет, - вот и все, что она сказала. Пройдя мимо мага, она направилась к деревне, подозвав легким свистом волчицу, и та, быстро на ходу лизнув Якоба в руку, поспешила за хозяйкой. А Раэна... Раэна закончила доверять чужакам.

Лес Арагон, опушка   - Раэна, выходи. Ты не можешь прятаться вечно.   Из-за дерева медленно вышла огромная черная волчица. Уже полностью здоровая, она казалась куда более грозной, чем накануне. Оскалившись и зарычав, она двинулась на Тиберия, но тут заметила Якоба, и остановилась. - Какого демона вы тут делаете? - голос хасиндки по температуре можно было сравнить с покрывавшими горные цепи Андерфелса снегом. Она сидела на ветке, высоко на дереве, и сейчас легко спрыгнула с нее, приземлившись на мягкий ковер из листьев и травы. Ее плечо было туго перевязано куском штанины, а левая нога открывалась во всей своей смуглой мускулистой красе. Но варварша этого будто даже не замечала. Лук был у нее в руках, нацеленный в лицо Тиберия. - Говори, - коротко бросила она, словно не обращая внимания на стоящего рядом мальчишку.

Да входи уж, чего там. Сразу за всем уследить трудно)

Ферма   Дэрин повезло - болезнь была не слишком редкой, и она сразу же ее определила. Похоже, какая-то разновидность местной чумы. Если правильно подобрать заклинание и силу, с которым его читать, то зверям не грозит ничего, кроме легкого головокружения, которое быстро пройдет.   Дэрин успешно определила болезнь!   Лес Арагон, опушка   "Ладно, хватит рассиживаться. Пора что-то решать", - напомнила сама себе хасиндка, понимая, что дольше торчать здесь не имеет смысла, да и опасно. Ее могут заметить жители деревни или... из леса. Вздрогнув, она посмотрела на чащу и почувствовала холодок, бегущий по спине. Обрывок пергамента, который обронила тень, девушка так и не удосужилась рассмотреть, но толку от этого все равно не было бы, ведь читать она до сих пор не умела. Мысли о чтении заставили ее сердце немного сжаться. Якоб... а ведь все так хорошо начиналось. Уроки грамоты, как же. Варвару грамота ни к чему, как и друзья из северян. Встряхнув волосами, она поднялась на ноги и, не обращая внимания на то, что оторванная штанина обнажала левую ногу почти до бедра, побрела вниз по склону. Идти в деревню - не выход, идти в лес - не выход. Что же делать?.. Внезапно впереди на дороге она рассмотрела две идущие к ней фигуры. Расстояние было слишком большим, чтобы понять, кто это, но в голову тотчас же полезли мрачные догадки. Неужели ее все-таки выследили и теперь идут арестовывать и поднимать на вилы? На всякий случай Раэна сняла с плеча лук, положила стрелу на тетиву и постаралась спрятаться за деревом.

Видимо, старый башмак =) Ну или малька на один зуб. Да.

Опять осаждение Ашана? :) Да что ж вам всем так неймется. До окончания пролога еще 5 дней.

Пуэрто-Карино ->> Окраина леса Арагон   …Солнце уже вовсю светило, знаменуя собой начало нового дня. Тихий плеск волн и шелест ветра немного успокаивал, и Раэна, сняв сапоги и закатав штаны до колена, брела по линии прилива. К полудню уровень воды поднимется, смыв все следы ее пребывания здесь. Охотница специально шла именно таким путем, хоть он и предполагал небольшой крюк, но цель ее была ясна. Арайя тихонько плелась следом, поникнув и опустив хвост. - Не грусти, - тихо произнесла хасиндка, глядя вперед, где на небольшом возвышении виднелась опушка леса. – Это не первые, кого мы потеряли. Волчица только фыркнула в ответ на это высказывание, и в ее ворчании послышались нотки скептицизма. - Ну да, конечно, - немедленно ответила девушка, копируя тон сестры. – Они ничем не отличаются от остальных. Не думаешь же ты, что они смогут стать нашими друзьями? Они северяне. Арайя на этот раз воздержалась от ответа и молча побежала вперед. Вздохнув, охотница направилась дальше. Она гнала от себя непрошенные мысли, как могла, но перед глазами все равно стояли брошенные ею люди в городе. А ведь вина за случившееся лежала целиком на ней. И что делает прославленная Волкопас? Трусливо убегает в страхе за свою шкуру, оставив местным на поживу молодого неопытного и глупого паренька, защищать которого Тиберий вряд ли возьмется. Не настолько он благороден, чтобы после предательства Раэны еще и выполнять ее просьбы. И как она сможет жить дальше, осознавая, что бросила Якоба на смерть?.. «Так же, как и раньше», - отрезал внутренний голос. Постаравшись не думать о том, что осталось за спиной (как и множество раз до этого), девушка сошла с линии прилива и аккуратно направилась по мягкой траве к опушке. Затем вернулась по своим же следам, отпрыгнула в сторону и закружилась, прыгая то туда, то сюда, пока цепочка следов стала совершенно не читаемой. Она привыкла это делать всегда – а привычка, как известно, вторая натура. Все может быть. Ее могла сдать Исабель, и тогда за ней объявят погоню. Куда еще могла направиться беглая варварша, как не в лес? - Я не бросаю их, - отчетливо проговорила она, добравшись до опушки и остановившись наконец. – Я защищаю их. Ведь если я останусь, и за мной придут – они захотят меня защитить. Даже если придется умереть. Арайя долго и пристально смотрела на хозяйку, а затем, тяжело вздохнув, отвернулась и улеглась у большого раскидистого дерева, спиной к хасиндке, явно давая понять, что разговор окончен. Помедлив несколько секунд, Раэна обернулась и посмотрела на отдаленную деревню. Из труб приземистых домиков валил дым, крестьяне и рыбаки уже вышли на свою ежедневную работу, кое-где виднелись запряженные в плуг лошади и горстка пасущихся коз и коров. Отсюда, с такого расстояния, Пуэрто-Карино казался даже мирным. И легко было забыть о том, что ночью здесь жестоко убили троих человек. «Жаль, что пришлось уходить так скоро». Внезапный шорох, раздавшийся сзади, заставил девушку молниеносно развернуться, на ходу доставая лук и накладывая стрелу на тетиву. Выстрел ушел безошибочно в сторону звука, но воткнулся в ствол старой покореженной ели, ветви которой едва заметно раскачивались. - Какого черта… - прошептала хасиндка, напряженно оглядывалась. Ни зверя, ни человека в пределах видимости, но Арайя вдруг припала к земле, сузила глаза и зарычала, яростно, злобно, так, как рычала только тогда, когда встречала кровного врага. – Что такое, сестра? Что ты почуяла? Она была так осторожна, она все время следила, чтобы за ней не было хвоста. Как же так получилось, что Раэна не заметила слежки? Или этот некто, который только что проскользнул совсем рядом, появился только сейчас и ждал ее?.. Нет, это слишком невозможно, чтобы поверить. Волчица вдруг ринулась вперед, проламываясь всем своим массивным телом через заросли, ведущие в чащу, и хасиндка едва успела метнуться за ней. - Арайя! – крикнула она, остановившись через десяток шагов и опасливо оглядевшись. Взгляд ее обшаривал кусты, деревья, тени, переплетающиеся причудливым узором, угрожающе нависающие над ней, затмевающие свет солнца… Этот лес был неправильным. Здесь было совсем не так, как в Коркари. Лес был… чужим. Волчицы нигде не было видно, и даже не слышно. Словно она растворилась в темноте. Одновременно с этим осознанием Раэна заметила краем глаза, как чья-то тень метнулась среди деревьев. И тень эта не была похожа на волчью. Это был человек. - А ну стой! Кто ты такой?! Что тебе от меня нужно? – надрывно крикнула девушка, пытаясь понять, где теперь загадочная тень. Внезапный свист привлек ее внимание, и подняв глаза, хасиндка увидела темную, закутанную в черное фигуру в плаще с капюшоном, сидящую на ветке. Этот человек словно издевался над ней, следопыткой, опытной охотницей, хасиндкой, в конце концов! Но Раэна впервые видела, чтобы смертное существо двигалось с такой поразительной скоростью и незаметностью. Он как будто действительно растворялся в тенях. А может быть, это демон? Фигура сотряслась от беззвучного хохота, а потом подняла руку и приложила палец к губам. Из-за темноты Раэна с трудом различала подбородок и рот, но ей казалось, что это скорее мужчина. Ну, или очень мужеподобная женщина. Из-за капюшона виднелась тоненькая, едва заметная выбившаяся прядь светлых волос. Он просил ее вести себя тихо? Как же, Раэна никогда не сдавалась без боя. А от этого человека исходил запах угрозы и смерти. Старой смерти, крови, боли. Резко втянув воздух со свистом, хасиндка направила лук с новой стрелой на фигуру в черном, но через долю секунды от нее остались лишь покачивающиеся ветви. Выругавшись под нос, девушка вновь попыталась подозвать волчицу, и где-то поблизости услышала приглушенный скулеж. Ринувшись в направлении звука, варварша вскоре увидела Арайю и поняла, почему та не отвечала раньше и не могла подойти. Волчица беспомощно болталась в ловушке-сетке, подвешенная к дереву, как какая-нибудь дичь. Осторожно, оглядываясь и принюхиваясь, Раэна подошла к сети и одним движением перерезала ее кинжалом, спрятанным под курткой. На первый взгляд Арайя была не ранена, просто обездвижена, но страх и даже ужас в глазах зверя отразились в сердце хозяйки. Снова обернувшись на шорох, теперь уже раздавшийся в противоположной стороне, Раэна даже не успела натянуть тетиву и прицелиться – фигура в плаще промелькнула мимо ее взора, зрачки хасиндки расширились, уловив в воздухе что-то продолговатое и блестящее, а в следующий момент ее отбросило назад и пригвоздило к дереву. Длинный, причудливо изогнутый кинжал, легкий и острый, как бритва, вошел по самую рукоятку в ее плечо. Он был брошен с такой силой, что воткнулся в ствол дерева наполовину. Вскрикнув от боли, хасиндка попыталась было вытащить оружие из плеча свободной рукой, но пальцы ее соскользнули с рукоятки. Ей показалось, что странная тень что-то обронила, прежде чем исчезнуть в темноте ветвей, а потом, сжав зубы так, что могла бы услышать их хруст, вновь как следует ухватилась за кинжал и одним сильным движением вырвала его из плеча. В ту же секунду ее тело пронзило болью, и девушка осела на землю, словно подстреленная дичь. Арайя, все это время пугливо озираясь и не переставая рычать, подбежала к хозяйке и принялась зализывать пробитое плечо. - Все… все нормально, - отдышавшись, девушка облизнула губы и поняла, что ее трясет. Ни с чем подобным прежде она не сталкивалась. Оторвав кусок штанины, она перетянула плечо, держа один конец ткани зубами. Пока сойдет, главное остановить кровь, кинжал, по счастью, не перерезал ей сухожилия. Рукой двигать хасиндка могла, хоть и с трудом. Сделав пару шагов вперед, к опушке, она упала на колени и зажмурилась. Слишком много произошло с ней за последнее время… ранение в бок, пробитое кинжалом плечо, отравление Арайи, удар в лицо, который раскроил ее губы так, что она стала похожа на мутанта… правда, последние уже подживали. Через пару дней останется лишь пара красных полосок, а вскоре все придет в норму. Но красота волновала варваршу меньше всего. Нужно было побыстрее вернуться к деревне – в лесу Арагон было опасно, даже для таких, как она. Это ей пришлось признать, хоть и с большим трудом. Подобрав оброненный фигурой в плаще сверток пергамента, хасиндка заковыляла в сторону Пуэрто-Карино, на ходу обдумывая, что делать дальше. Прятаться в лесу не вариант, это теперь понятно. Но где тогда? Может быть, попытаться проникнуть в поместье барона?.. - Ага, а что потом? – ответила она сама себе и, пройдя несколько десятков метров, остановилась передохнуть и прислонилась к дереву. Она уже была на опушке, внизу виднелась деревня, пролесок и поля для выпаса скота. Арайя вдруг чихнула, яростно потирая лапой нос, и внезапное озарение нахлынуло на хасиндку, как волна ледяной воды. – Постой, это ОН тебя отравил?! Волчица, не мигая, смотрела на хозяйку, но Раэна уже знала ответ на свой вопрос. Она увидела его в глазах своей названной сестры.

Можно, конечно.