- Разойдитесь! - сотрудница из лазарета в сопровождении двух оперативников приблизилась к затихшему Филиппу. Разумеется, такое происшествие не осталось без внимания камер наблюдения, и уже весь Департамент стоял на ушах. Женщина опустилась на колени возле лаборанта и отважно положила ему ладонь на шею, измазанную в кровавой рвоте.
- Пульса нет, - глухо сказала она и посмотрела сначала на бейджик несчастного, затем на свои часы. - Филипп Морган, время смерти: 17 часов 19 минут.
Вздохнув, медичка поднялась и аккуратно стряхнула пыль с халата.
- Как это случилось? - внимательным взглядом она обвела собравшихся. - Впрочем, расскажете по дороге. Тело нужно доставить в морг.
Увы, у "тела" были свои планы. Мертвец вдруг забился в конвульсиях, чудовищно хрипя. Затем опёрся лопатками на стену и выгнулся дугой, словно его изнутри рвала какая-то сила. Треск, с которым расходились швы одежды и рвалась плоть, не предвещал ничего хорошего.
А затем труп лопнул. Его грудная клетка взорвалась, испуская облако едкого токсина, от которого резало глаза и закладывало нос. Лёгкие и все внутренние органы заражённого напоминали ульи - куски пожелтевшего мяса с большим количеством дырочек-нор. И прямо из этих "нор" посыпались на пол маленькие белые мышата, чьи глаза пылали странным лиловым светом. Не издав ни единого писка, окровавленные грызуны побежали к собравшимся очевидцам, стараясь быстро пролезть в штанину и вскарабкаться по ноге, чтобы погрузить свои острые зубки в беззащитную плоть.