Ewlar

Язычники мы. Эльфы которые. Тюк! Погоди, не 19-го ли?

Дануна! В прорубь!  :blink: Да фиг знает. 

Лео Пард   - Правда? - немного опешил Лео Пард, который хоть и страстно желал свидания, но не ожидал, что оно всё же состоится. - Я... я сейчас в обсерватории, недалеко от Лимы. это в Южной Америке. Ты готов меня посетить сегодня ночью? Ведь в южном полушарии сейчас день, но я сплю, поскольку ночь провёл в бодрствовании у телескопа. Тео, у меня есть номер в гостинице, правда, весьма хреновый номер, но уж не примитивнее моего подвала в Мюнхене. Он, как бы извиняясь, посмотрел на эльфов. - Ну, мы пойдём, да? Не заскучаете?

Зевран и Эвлар   - Вот это правильно. Не забывай поддерживать к себе все виды интереса, и плотский тоже. - Зев, прекращай. Они как-нибудь сами разберутся. - Эвлар, мои советы ещё никому не повредили. Парень готов растить сына любовника, а самого любовника как-то немного позабыл. Нормально, да? Поэтому я и настаиваю, чтобы... Тсс, Лео, кажется, идёт.   Эвлар сидел с непроницаемым лицом, поэтому так же спокойно сказал: - А теперь выпьем за друзей. Порой друзья далёкие, но западают в душу навсегда. Порой с ними просто приятно провести вечер в кабаке. Любую дружбу следует ценить и эту тоже. Вы все мне чем-то дороги и я надеюсь, что и мы с Зевраном тоже. За встречи с вами.

Зевран и Эвлар   - Ох, Эв, можно я малость поболею? А ты меня полечишь. - Не очень-то ты позволял о себе заботиться, когда болел по-настоящему. - Я был молод и глуп. Ну? - Отстань, Зев, ты говорил с Тео, продолжай. - Обожаю, когда он говорит это слово: "Продолжай..." - Зев! Антиванец хихикнул и постарался говорить серьёзнее: - Да, это неплохой вариант, ходить друг к другу в гости. Но, это, кажется, было три месяца назад? Кстати, Лео сказал, когда пришёл, что двое из квартиры уже съехали. Вернее даже трое, если считать собаку.

Припев зачётный   :whistling:

- Накидку она потеряла, - Силуян ответил (он сейчас человеком был, чтобы не слишком напугать старушку). - Уже в лесу вечером потеряла, когда сняла, чтобы у родника умыться. Должно, нарочно кто-то утащил, и не простой зверёк. Мы бы такой огненный капюшон заметили, а его там поблизости нигде не оказалось. Так вот, как только шапка красная пропала, девица обомлела вся и оземь грянулась. Вот и несём. Помочь она нам обещала ввечеру, засветло ещё, оттого знали мы, куда идём, и быстро этот дом нашли поутру.   Непонятно, отчего большинство людей предпочитают вполне симпатичной волчьей морде довольно скверную наружность человека. Но бабушка сейчас, похоже, предпочла бы увидеть волка. Она смотрела с такой неприязнью и недоверием, что следовало доказать скорее свою правоту. Силуян мигом перекинулся туда-сюда, на три мгновения явив образ натуральный Серого Волка. - Вот и девица эта подобное проделала, когда луна светить на неё стала. теперь ясно, откуда синяки да ссадины? Не помнит она ничего. Пришлось свалить, удерживать, чтобы никого не разорвала в клочья. Давай-ка, мать, полечи внучку, а то мы так и не смогли её до сих пор добудиться. А после, знай, поговорим, чего пришли.

Лео Пард   - Лучше помнить, чем никогда не знать. Разве не так?.. - Лео вздохнул. - Ладно, давай обсудим, как ты там хотел. Помогу, чем смогу.   Зевран и Эвлар   - Вот так. Они ушли, а мы остались. Эв, давай развлекать вампира. Тео, рассказывай, что ты думаешь предпринять? Только не говори, что любовь хороша в любом забавном виде. Он крепко подсел на твои обещания и ласки, по нему, слушай, даже видно, что он сейчас бы затащил тебя в постель. Кстати, хватит уже отказывать ему, а то гляди, найдёт кого-нибудь на стороне. - Зев! Что ты говоришь? Лео не такой. - Такой, такой. Поверь, он вот так изголодался за годы своего обета, потому и кинулся на первую попавшуюся девицу, не разобрав её характера. потому и с тобой одним не захотел тогда остаться. Правда, Тео, судьба опять дала тебе повторный шанс. Тебе надо что-то решать. тебе, брат, а не Лео. Он-то без тебя выдержит. Не сразу, но найдёт, чем в жизни заняться. А ты без него? Будешь чахнуть над картинами и принимать мерзкие вещества, пока не изведёшься в прах или не выйдешь погулять под солнышком? Ты его не переживёшь, Тео-Висенте. Это и счастье, и проблема.  Зевран покрутил пустой бокал и спросил прямо: - Есть способ стать обычным человеком? Есть?

- Тебе, малый. Кому ж ещё? Так бросить - муравьям достанется или гусеницы сожрут, а то в земле истлеет прахом. В лесу, брат, ничего зазря не пропадает. Но я подумал, пусть лучше тебя порадует. Как вспомню, царь тот, Берендей Васильич, старый, что дитё, радовался Жаро-Птицыну перу. С того ведь, говорю, и началось. Ты спи, ложись, а я тогда всю сказку расскажу, которую Иван Иваныч написал на пенсии живучи.    Силуян оглядел всех товарищей и рукой повёл, мол кто хочет, пускай тоже слушает. Прежде всего малые, конечно, Кира захочет сказку наверняка, да и старые иногда такие байки любят. Вот Благомир не даст соврать, от каши готов отказаться ради сказки. И девушки, конечно, сказки любят, дело известное. Ну, а добры молодцы сами горазды эти байки складывать.   И заговорил Силуян, в ожидании рассвета, как сто двенадцать лет назад стала в сад царя берендея светлая птица прилетать, яблочки сладкие поклёвывать. А яблоня-то редкая была, заветная, по одному яблочку в месяц съешь - и старость отступает. Оттого старый Берендей трёх жён пережил, уж и не помнили, кто прежде правил. А было у царя от каждой царицы по сыну, и вроде, все законные. Кому престиж отдать, кому корону обещать? Стал Берендей сынов заданиями мучить. Первое было - птица. Иванушка, меньшой, ему едва-то годков двадцать стукнуло, бороды ещё не носил, а самый из братьев ловкий и надёжный оказался. Птицу словил, разведал, да в руках держал. Но вырвалась она - здоровая такая, перо оставила...   Дале поведал, как нашёл Ивана Серый Волк, смотрит, парень спит в дорогой одежде, сам молодой - ещё не наработал на такое платье. А рядом конь пасётся, да жалкий такой, шелудивый, на три ноги хромает, четвёртую волочит. Это вишь братья над Иваном так насмеялись, клячу ему подсунули. Волк голоден был, думает, ага, разбойник молодой коня где-то украл, загнал, ну, пусть пешком походит. Взял, да свалил коня и ну мясо без меры жрать. Парень то проснулся, хвать саблю, а конь-то уже обглодан. Что же ты, говорит, волче, негоже делаешь! Как я теперь? Если престол не заслужу, старшие братья меня в ледяные страны вышлют, чтобы, значит, не маячил тут у них и править не мешал. Я ведь - законный буду царь, а ты...   Жар-Птица отыскалась у царя Афрона. Запросил тот за птицу Коня Золотогривого. Покрасть коня хотели у царя Кусмана, да тот поймал. Говорит, женщину хочу самую распрекрасную на свете. Поехали к царю Далмату, дочку его сватать. Царь не отдал, зато Елена сама поехала с Иваном, полюбились они друг дружке крепко. Иван говорит: никому не отдам тебя. Так Волк схитрил, мороком красной девицей явился и давай охмурять царя Кусмана, лысого распутника, тот и про коня позабыл, пир горой закатил, Иван с Еленой Златогривого угнали, а Волка царь Кусман скорее целоваться потащил, да как посмотрит - у невесты волчья морда! Так с тех пор позабыл девок по углам тискать. Потом коня на клетку поменяли с птицей Жар. Ну, царь Афрон был коротышка, всё думал скакуном себя достойным возвеличить. Всюду по городу его статуи на конях. Так лесенку подставил, влез, ан глянь - сидит на волке. Так и свалился, и с тех пор только в каретах ездил.   Сказка текла рекой, то забавляя, то заставляя слушателей волноваться. Ивану, недалёкому, но доброму, прощали его глупости и непослушание, царь всё-таки, Волка по должности он слушать не обязан. Жалели, что едва не сгинул. Радовались счастливому концу, а кои и во сне уже досматривали. Пусть это и не совсем была правда о событиях, Силуян кое-где другое говорил, а всё же сказка, хоть и привирает, истинной сути не меняет. Хорошо было, мирно и уютно, будто и не в лесу дремучем, а в родной избе, на полатях, и бабушка родная сказку говорит. Колесо прялки крутится, жужжит, мысли далече улетают... Волшебным переливом в небе играют перья птицы Жар, звенят подковы дальним перезвоном. Дева поёт за облаком песню душевную, ажно за сердце изнутри берёт, мурашки каплями росы по телу побежали. Рассвет над лесом занимается.

Закон о защите прав потребителей тоже?

Кофеёк и яишенка.  

Гамаюнчик, пардон за перо, но оно такое ненужное валялось  :blush2:  прихватизировал.

Лео Пард   Стоя с Элореаном в переходе к умывальным, Лео доказывал: - Да что же ты не хочешь разок рискнуть? Мне нужна только карта вашего звёздного неба. Понятно, сам её ты сфотографровать не можешь, но где-нибудь достань, чтобы я мог пройти, на звёзды посмотреть, и тогда я открою тебе путь к любимой. никто не заставляет тебя, Элореан, быть с ней всегда. Но следует поговорить о том, что вы испытываете. Быть может она тебя не узнает, тогда не стоит так страдать воспоминаниями. А может быть, это судьба. И ты потом сам скажешь: какой я был дурак, что столько лет жил без моей прекрасной Арви!

Хорошо, к десяти буду :)

- Любишь ты истории рассказывать сказал  Тимофей. Нам тут оборотницу надо  доставить к бабушке.   - Это уж как хотите, а я бы раньше света не советовал идти. Уже сказал, почему. Вот чуть забрезжит - двинемся. Днём волкодлаки собой всегда владеют и могут принять нужный облик. Нет, если вы хотите, я её сам в охапку ухвачу и вперёд пойду. Но мы решили пока не разделяться без необходимости. А сказки, они как-то сами сказываются. Пусть это настоящие истории, пусть выдуманные. Что ещё на привале делать? Только кости грызть. Ты уложи малого-то, а то и простоит всю ночь. И ты бы, Кира, отдохнула. Самостоятельная ишь... Вот хоть прибыло тридцать лет, а как была девчонкой, так осталась. Это потому что без разговоров, без людей. Впустую время так проходит даже у волков. Когда бывает одному хочется быть, вдосталь испить свободы, а когда тянет с кем-то пообщаться. Будь то хоть лешие с кикиморами, хоть чудища какие странные, хоть волхвы природные. Теплее всего с людьми обычно разговор выходит.    Подняв перо птицыно радужное, Силуян отдал Сашеньке.  - Возьми да радуйся, Гамаюну оно теперь не нужно, а тебе сон добрый навеет.

Галло Неро. Хозяин таверны.   Принёс чернильницу и красивое петушиное перо. С прошлого нового года осталось. Он смотрел, какие красивые знаки ложатся на бумагу, удивлялся. Гадал, что эльф пишет.   Эвлар   - Люблю, когда буквы красивые, а не такие, как обломки, те читать даже неприятно. Зевран говорит, несколько раз писал мне в Ферелден, когда мы после Мора вынужденно расстались. Но потом рвал эти записки и сжигал, чтобы враги его не прознали о связи. Он опасался, что ко мне из мести подошлют убийц. И лишь когда он получил покровительство старого Гильдмастера, решился отправить весточку о себе. О, как бы она мне помогла тогда! Но увы, девушка, влюблённая в меня, прочла и спрятала адресованные мне строки. К счастью, меня это не остановило и, когда миссия в Амарантайне завершилась, я отправился искать моего Зеврана. И нашёл. Меня как будто вели высшие силы. А письмо... Сначала я решил, что Зев просто придумал его, чтобы оправдаться и придать нашим чувствам свежей романтики. Потом поверил, стал Алистера выспрашивать, просил его прислать это письмо, если найдёт. И, наконец, когда я, много лет спустя, опять поехал в Ферелден, друг отдал мне это письмо. Это было невероятно и прекрасно. Как же я почувствовал твою тоску по мне, твою любовь. Белая рука сжала смуглую, не желая отпускать.

Зачёт  :haha:     Собирайся, склеивайся, вечером чтобы квест был, а то мы там корни пустим.     Э? Да вроде все слушают, кому не лень.    Короче, там, в лесу, уже стрёмно сидеть. Может ещё постик напишу до пробуждения Шапки, просто писать уже нечего.

- Вот за такое-то перо и сказка началась... - пробормотал Силуян. - Которую Ванечка уже взрослым написал, в честь отца своего. А ещё в кабинете у него, на Царских Дачах, картина есть. Там Серый Волк везёт на спине через лес Ивана-Царевича и Елену Прекрасную. Лес тёмный, старый, а вокруг весна играет. Листики пробиваются верхами, чёрное терние цветёт медовым цветом. Как будто мы из темноты поганой вырываемся и к радости спешим. Знать, художник-то был с понятием, хоть и приврал маленько с цветущими кустами, и лицом я там не похож, да он меня живьём не видел.   То перо было ярче, потому как не радугой переливалось, а огнём горело. Перо Жар-Птицы. Когда его из сада принесли, царь Берендей ночник такой красивый сделал, много лет сияло. Видать, пока сама птица жива была. Надо будет спросить у Гамаюна, не им ли родственница. Хотя, таких птиц много. Вот, в Тридесятом, говорят на взморье целая стая налетала на токовище. Птица в доме Ивана долго потом жила, небось, дворцовый помнит её капризы: то кашки ей на молоке свари, да с сахаром, то яблочками покорми, то грецкими орехами. А то вместо нежного пения начнёт орать поганым криком. Ванечка после отпустил её. Пускай летит. Она как сорвалась, думали, прилетит обратно, а нет, не прилетала больше, хотя по пригородам видели недолго. Видно, в свой родной край птичий подалась. Когда-нибудь расскажет он об этом Сашеньке. Сказкой-то лучше, не так страшно, как на самом деле.

Лео Пард   - Давай, я как-то помогу тебе... Ой, я забыл, что не умею писать на твоём языке. Всё, не мешаю. Лео подал Элореану салфетки для рук, а Неро принёс бумагу и карандаш, рационально рассудив, что перо слепой не осилит, даже если он видит по-своему.   Эвлар   Поймал руку Зеврана, опять что-то забывшую под столом, и положил на стол, придерживая. Посмотрел ему в глаза. - Самое важное письмо. Помнишь? Я так рад, что оно не оказалось выдумкой...

Силуян за Красную Шапочку, однако, заступился. - Не надо её обижать. Ни связывать, ни скверными словами обзывать не надо. Она хотела нам помочь, да только сдуру не сказала ни о своей природе ни о том, что свой оберег успела потерять. Хотя... может украл кто из местных хитрецов. Мало ли вас в лесу таких водится, да? - он почему-то поглядел на Лесника.  - А ты, Гамаюн, вообще птица, могла взлететь повыше и не досталось бы тебе. Стараниями Силуяна побитая незнакомка лежала вполне удобно, правда, прохладно ей на земле, но ничего, волкодлачья кровь согреет. - Наверное, утром сама проснётся, - предположил он. - Поглядим.   х

Галло Неро. Хозяин таверны.   - Оставь. А как писать-то её будешь? Бумагу тебе дать или что? Может, давай Зевран пусть напишет? Или вот, блонди. Он такие нам стихи читал!    Лео Пард   - Это была итальянская народная песня. Стихов я тоже много знаю. Могу поделиться.  Потом переспросил у Неро: "Арви - это сестра Кириона что ли? Или она просто его знакомая?"

Хоть в Обливионе. И то - хлеб.

Эвлар   - Демоны... Зло... Всех невозможно истребить одному. Но свою миссию ты должен выполнить, в этом ты прав. И всё-таки, если Лео Прад может передать от тебя весточку твоей возлюбленной, мой совет, соглашайся. Нельзя пренебрегать такой возможностью.   Зевран   - Да, знаешь, как приятно сознавать, что тебя любят? Вот и узнаешь.

Волк, а Волк Серый... Добрый ты! Мальчонку вон защищал... А другие волки страшные...   - Не добрый, а справедливый, - поправил Силуян. Конечно, он ведь не рассказывал подробностей даже о том, о чём сейчас поведал. Решат ещё, что его всякий может за ухом почесать. Чтобы не вызывать подобных желаний, в Волка превращаться не стал, просто сел на землю под дерево. Ждал, когда все товарищи отдохнут, а то и заря ранняя забрезжит. Тогда не страшно за них.   Что же будет, если они встретят целую стаю?   Не сказаны слова, но мысли тревожны. Утешить надо. - Всё своим ладом идёт, - произнёс Силуян, ничего не поясняя, но так уверенно, как будто что-то знал особое.

Зевран   - Эв, ну, чего ты молчишь? Объясни ему. Не хочешь - не надо. Неро, Неро, ты где? Помнишь того длинного эльфа, седого, да. Он нам какую-то байку рассказывал о девушке, которая ждала любимого. Ну-ка, расскажи этому упрямцу.   Галло Неро. Хозяин таверны.   - Это про ту деваху, с которой он сначала хотел замутить, а потом не захотел ей жизнь портить? Ага, помню. Потом эльф решил, что ей будет лучше без него и свалил куда-то подальше. А оказалось, что деваха так и не нашла себе другого и всю жизнь его прождала. Такие байки любит твоя матушка, Лео.   Лео Пард   - Может и да. Что тут такого? Я вот тоже, как дурень, отказался от Тео-Висенте. Думал, что нам обоим будет лучше. А оказалось - нет. Элореан, а почему надо прыгать в портал? Почему не найти более подходящий путь?