Ewlar

Наирван   - Так ведь и я любил... люблю, только иначе, - начал было старый отшельник, но тут и ему Лео договорить не дал.   Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Тогда ты понимаешь, что любовь бывает разная и её много. Когда-то ты любил своих родителей, своих друзей, учителей, потом своего командира и товарищей по оружию, сейчас князя молодого сильно любишь. Если я понял правильно, то вы оба были немного влюблены в его мать Линэл. И может даже начинали думать, что это та самая, главная любовь. Вот и у меня эта хрень случилась. Всё потому, что я любил свою подругу с детства, мечтал о ней. Потом долго держал обет и у меня девушки не было, в привычном понимании, хотя друзей было немало и среди женщин тоже. Вот, когда встретил Долорес, то подумал: это она, я дождался. А оказалось всё не так. Ну, нет у нас, людей, возможности семь лет за девушкой ухаживать, чтобы узнать лучше её саму и свои чувства к ней. Лео Пард оглянулся на Гаэтана. - Или это не у них семь лет, а у древних эльвен? Долийцев? Ну, я теперь всё перепутал! Однако я хотел бы полюбить своего сына, как вы Олловейн и Наирван, любите юного князя и его младшего брата. Как-то, в последнее время, моя любовь растёт безмерно, и ей уже объектов не хватает, и хочется ещё кого-нибудь туда втянуть.

Серый Волк (Силуян)   Из всех соратников, пока решил Серый Волк держаться ближе ко Дворцовому, ко Благомиру, который прежде знал его (да кошка верховая всё шипела, норовила когти в нос волку запустить, а Благомир как-то внимания не обращал, что она говорить им не даёт), да к Тимофею Матвеевичу приладился. Тот мужчина серьёзный, основательный. Не то, что парни молодые - один перед другим, да перед девицей Лесаной всё куражатся. Вот ведь в отряде и Ядвига-ведьма хороша, и берегиня Златоцвета, и птица-дева Гамаюн, хоть и не человек совсем, а куда как мила повадкой и лицом, хоть поглядеть - и то любо. Да ведь кому-то и русалка порой глянется. Помнится, в прошлом-то отряде была мавка, хоть и вреднючая, а тоже милая порой. Но парни человеческие, они как олени: им та красавица нужна, которая другим всего любезней. Так и в деревнях вечно водят хоровод вокруг одной, и ей голову кружат, и себе счастье на корню обламывают, пока другие девушки о них зазря глаза ломают.   С Лесником и Вышатой Серый Волк пока так по душам и не поговорил. Теперь стыдился, что козлом его видали, первым не заговаривал, да и к Матвеичу бы не пошёл, но Сашенька опять поманил волка: лягушку ему на ладони протянул. Едва не схватил Волк лягушку в пасть, да человечье сердце стукнуло: ведь радости тебе ребёнок хочет дать, смотри, любуйся. Всё бы тебе, дураку, жрать да жрать. пускай лягушка скачет. Поглядел, носом тронул гадость ту зелёную, она глазами лупнула и ускакала. Мальчик посветлел, улыбается. Вот разрешил ему потрогать нос, смешно ему, забавно. А Волк не знает, как себя вести. Бежать бы сейчас вскачь, леса меж лап пуская, реки-озёра хвостом заметая, но сказал скотий и медвежий владыка Велес - отдыхать. Может оно и пригодится. Когда ещё привал?  

Тогда пасёмся. Общаемся, кто хочет. Волк пока в виде волка, если дядькой сделается, напишу.

Серый Волк (Силуян)   - Победили Кащея - да, но не убили. Жив он. Да только не узнаете вы его. Он еще раз хихикнул.     - Как же Кащея не узнать? - не понял Волк. Поглядел на Матвеича и уверил: - Да, Тимофей Матвеич, правду говорю, однажды ведь на подвиг - побеждать Кащея нас сам царь Балдей отправил, поскольку на Кащея богатыри и стрельцы простые не действуют, он пачками их косит и в страшные деревья превращает. Но если там опять живёт Кащей, тот ли, другой ли вылупился из яйца, то я вас в замок приведу.  По правде говоря, подумал Силуян, что ведун Велес малость тронулся: где это видано, злодеев ягодой кормить? Но вроде про него все говорят хорошее, говорят, что стада он сохраняет. Вот, наверное, потому и с Волком трудно ему говорить, друг друга понимать. Волки-то как раз - первые враги стадам. Ладно, хоть бы навёл на замок правильно, а то... - Любовь им... - проворчал Волк, только в разговор больше встревать не стал.

Наирван   - Вот и я про что говорю! - поддержал соотечественника Наирван. - Те звери, что долго живут и сильны телом, и значит, духом, на всю судьбу пару себе выбирают, другой не ищут. А малым зверям так дано природой, долго не любить, чтобы весной соловушка в гнездо вернулся, а глянь - подруги нет, сожрал кто-нибудь, так он не пропадёт, его любви и на другую хватит, и на третью. Это у них для выживания рода предназначено такое. И у оленей, где у одного самца десяток жён, тоже для улучшения всё делается. Ведь в год гарем берёт лишь самый сильный из оленей, вот и их оленята будут сильными. Глядишь, на следующий год молодой олень войдёт в силу, тогда ему право достанется продолжить, род, а не войдёт, так просто будет по краям пастись, он тоже своим видом глаз радует, и сильному оленю тренировку составляет. Всё в природе верно задумано. Но мы, хоть происходим из природы, умом наделены. Поэтому следует чтить некоторые традиции. Заметь, человек, я говорю "некоторые", потому что не все они разумны. Но вот эту эльфийскую особенность, любить один раз в жизни, я очень уважаю. И... может... может даже сожалею слегка, что не любил.

Силуян (Серый Волк)     ...может ли русалка вернуться к Яви да быть прежнею? Не по своей воле я такая, а бают о том, что полюби русалка да полюбит её в ответ, то и станет прежнею... - Правду говорят. Любовь - самая сильная магия на свете.   - Ой ли, старец, зазря девицу обнадёживать? Уж как любил я бедного царя Ивана и всё, что ему было дорого! А не сберёг. Пусть его бы уж по годам в нашем наземном мире не было бы, а всё ещё бы славно правил и лет двадцать, и тридцать может быть. Судьбу свою не прожил до конца. Так и Балдей своё не проживёт, если стоять будем. Как на четыре лапы встану, скорее побегу и никому долго отдыхать не велю.   - Яд, которым Балдея отравили, не от мира нашего. Кто это сделал - дело второе. Сперва Балдея спасти надо, а потом и до злодея дойдем. Лекарство есть от него, да только ингридиенты собрать для него не просто. Рецепт я точно не помню, а вот кто вам точно поможет, так это Кащей. - Старец хихикнул. - У него книга та, с рецептом.   - Тогда - к Кащею! - рявкнул Силуян, и у него вполне по-волчьи получилось. Потому он скорее Серым Волком обернулся и оглядел себя: вышло ли на сей раз превращение? Вышло. Но Волком хуже было злобу лютую в себе держать. Уже боялся, что опять в луну завоет волкодлаком, хотя с ним уж четвёртый год такой напасти не случалось. "А что, - подумал он. - Кощей всё тот же али другой вылупился?" И этой мыслью малость отвлёк себя от злых намерений.   - Извини, Мудрец добрый, что без даров я к тебя. Спасибо за приют. Расскажи пожалуйста, как нам до замка Кащеева добраться? - ...А до Кащея добраться не сложно. Кое-кто из вас уже бывал там. Правда, Силуян?   - Правда. И всё равно, побили мы того Кащея, он ли воскрес, Бессмертный, или другой там правит, но пока от него дурного не слыхать. А замок я найду. Носом и сердцем чую, даже к Бабе-Яге не надо заходить. Пойдём лесом и полем, и морем тоже. Все препоны лютые обойдём, врагов сразим на пути, без того не бывать. Кому страшно, пускай назад воротятся, пока не поздно. Заскрёб когтями землю, хвостом замахал и шерсть на загривке вздыбил. чтобы, значит, пострашнее казаться.

Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Но... при чём же тут... - начал смутно оправдываться Лео, однако тут уж Гаэтан его одёрнул и взглядом просил помолчать.   Наирван   - Видишь ли, Олловейн, для нас, эльфов, таинство зарождения жизни - естественное продолжение любовных отношений. У них же больше ценится хм... процесс. Притом часто они при этом вовсе не хотят детей и даже любви к паре не испытывают, а только хотят получить ощущения. Судя по тому, что о них рассуждают, ощущения эти действительно должны быть особенными. Но как по мне, предаваться им с кем попало - недостойное занятие. И знаете, что мне особенно противно? Что все эти распутные деяния люди зовут скотской любовью, с одной стороны понимая, что это грех, с другой, сравнивая его с животным. Но у зверей как раз всё по-другому и по-честному. Они любви могут не знать, но сходятся именно ради потомства. Впрочем, я не возьмусь судить ни человеческие страсти, ни природу. Мы отвечаем только за себя.

А быки где? 

Наирван   - А я так не делал. Олловейн, ты что, думаешь, что я тоже, того-этого? Раз с людьми знаюсь, то всё от них перенимаю? Вовсе нет. Не дано мне было возлюбленной, значит, никому и моя взаимность не достанется. Хотя, конечно, я могу шутить и говорить на эту тему в той компании, в которой нахожусь. А Лео... ну... он - человек.     Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Прямо погладил. Как палкой вдоль хребта. Я, между прочим, тоже честным быть хотел. Судьба такая вот. Так получилось. теперь исправляю. А про бордели я вам всё равно ничего не скажу. Был - не был, это лишь моё дело, - Лео вдруг усмехнулся, вспоминая. - Однажды ночью вызывал гулящую девицу, парик её мне приглянулся. Пришлось переплатить. Настроение Лео улучшилось и он потрепал по плечу Гаэтана, который сто раз слыхал эту историю.

Силуян (Серый Волк)   Было странно и славно оказаться вновь собой. Но, как сказала девица Лесана, два облика имел и две судьбы он жил, переплетённые навеки. Странно особенно было то, что он обратился не волком, а человеком. Ведь перед тем, как козлом бородатым обернуться, он на звериный облик собирался перекинуться. Благодарить ведуна Силуян не стал: вот ещё! Сам его под испытание подвёл, сам расколдовал, за что тут благодарить? Вот если бы русалка Кира его раньше нашла, так небось и она расколдовала бы, с Лесником у неё ловко получилось. Впрочем, Силуян всё ещё переживал: чем меньше соратников заметило его в козлином варианте, тем легче это позабыть.   Он сделал жест рукой. - Располагайтесь, и отдохните. С удовольствием отвечу на ваши вопросы.   - Вопрос у нас один, старче: погадай или погляди, как ты умеешь, кто отравил царя Балдея да где найти ему лекарство. Лекарство отнесём в столицу, доброго царя вылечим, царицу утешим. Потом ворогов накажу. А если царь помрёт, так я же сам искать проклятых стану, знаешь, по-волчьи бед наделать - это как на дорогу плюнуть, ничего не стоит. Поэтому лучше скажи, что видишь, правду нам открой.

Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Спасибо, ничего не надо. Это лишь временные трудности. Завтра я улетаю в Барселону, там состоится встреча. Отец оплачивает всё. Да, с утра не забыть звякнуть бывшей жене... Близнецы как-нибудь график устаканят, а квартиры мы им в выходной подберём. Вроде, уже есть варианты у агентства. Ну, а Михель пускай живёт пока там, в моей ночлежке. Хотел ему вечером пару сотен в карты проиграть, но он прочухал эту хитрость. Будет оформлять кредит под залог своего арестованного вклада. Не отговорю, наверное... Но ничего, поднимемся.   Наирван   - Видишь, Олловейн, какие люди быстрые? На них одна беда за другой валится, а они что-то делают, выкручиваются. Впрочем, и беды от того, что кто-то другой их доставляет. У нас, эльфов, нет криминала, так называют преступления против себе подобных, кражи, обман, мошенничество. Хорошо, что народу эльфов такое зло неведомо.

Да они шутят, Горынушка. 

...Он поманил за собой козленка.  На островке все собираемся и мы пойдем. Хочешь пока никому говорить не стану, скажу что пока нет Силуяна, а козленок приблудный попался.   Козёл замотал головой, бородищей замёл. Всё равно ведь узнают. Да лучше просто ничего не говорить. Он там в сторонке постоит, попасётся... Что? Попасётся? Это он сам сейчас подумал? Тьфу, пропасть! В собственную добычу превратиться да листья с дерев щипать! Он отогнал дурные мысли, сосредоточился на сапоге Матвеича, чтоб вовсе не глядеть по сторонам, и за ним пошёл потихоньку.   Но вскоре он услышал с другой стороны такое же козлиное блеяние и оно приближалось. Что? Неужели не он один под раздачу попал?

- А где Силуян спросил  Тимофей, когда все собрались у костра...   За попытку расколдовать его, Серый Волк был в душе благодарен Тимофею Матвеевичу, но сам факт превращения допёк его так, что даже боднуть спасителя пытался. Хорошо, Матвеич за рог придержал, силушки-то хватало. Вздохнул Силуян и стал ждать, когда соратники все отыщутся, да кто-нибудь сообразит, куда все они путь держали. Будучи копытным, не получалось следы читать. 

Недавно с Горынычем поговорили, сказал, что ждёт, пока все соберутся. Вот, жду тоже.

Хватит всех воспитывать. Перечитай сама, где кто и что пишет и прекращай сочинять, что себе надумала.

Ребята, у мастера есть план. Ну, нет, в смысле, план у него есть. Не для прикола же он всё это сделал.

Так вы в разных углах. И мы в разных. Всю группу по лесу раскидало. Мастер обещал скоро быть.

Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Нет-нет, обниматься совсем не обязательно. Объятия - это очень личное, - успокоил его Лео, видимо, решив, что Олловейн шутить не умеет. - Я вот и на полу собакой почему сплю? Кровать свою Михелю уступил. Он сначала отказывался. Потом мы попытались вместе спать, но это оказалось неудобно, там диван не раскладывается. И представь, даже друг сознался, что ему неловко так. Да и мне неловко. Обнимешь во сне случайно, а потом думаешь: кто это? В общем, я убедил его, что спать собакой на полу очень удобно. Ганс по ночам сейчас работает, взял на праздники все дежурства, потом возьмёт отгулы, а Фрицу мы какую-то лежанку из пледов и тряпок соорудили. Вот так и спим в три смены. О чём это я? Ах да, о том, что обнимать не надо. Это для близких друзей и родственников, и то если хочешь.   Галло Неро.   - Ваше вино, мессиры эльфы. А тебе, Блонди, сейчас жевательной смолы принесу. Гаэтан, займи уж его чем-нибудь, а то не даст им поговорить.

Охо-хо! Два козлёночка - это сурово. Бодаться не будем.

Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Ну вот, я - оборотень. Серебряный клинок подействует на меня просто как обычный, стальной, он ранит, но эта рана заживёт, как любая другая. Потому что по природе и душе своей я - человек. Те же оборотни и вампиры, что происходят от нежити и от демонических сил, чаще всего боятся серебра больше иных металлов. Впрочем, есть сущности, которых оно наоборот притягивает. Пули в моём пистолете тоже непростые, заточены на особую дичь. И есть ещё молитва, святой заговор. Так что, друзья, я тоже воин и тоже борюсь с силами зла. Прекрасно понимаю вас в вашем стремлении очистить свой мир от тёмных сил и спасти тех, кто ещё поддаётся спасению.

Не может. Мастер мне ничего не сказал по поводу обратного превращения. Всё, я до вечера ухожу и прекращайте издеваться над моим персонажем, это как бы не комедия.

Да нету волка, что поделать? Я правила игры понимаю, и если мастер сказал в козла, значит, в козла. Но козёл разговаривать ни с кем не станет. На это я не подписывался.

Лео Пард. Охотник на плохих вампиров.   - Да, я читал... в смысле, тут мне рассказывали, да. Но вы не думайте, эльфийский рыцарь, что Лео Пард - обычный охломон, таскающийся по тавернам и бросивший своего сына. Мне вот так хватает алчных журналистов, которые бродят сменами возле моего нынешнего жилища в четырнадцать квадратных метров в полуподвале. Не всё, что они пишут - правда, я бы даже сказал, что большинство - неправда. Но я сбился с темы. Вот. Лео Пард вынул из-под пиджака серебряный кинжал-стилет и пистолет. - Это маленькая баллиста по-вашему. С огромной скоростью выпускает снаряды. Маленькие, но они прошивают врага насквозь. В общем, это заговорённое оружие против такой вот нечисти, которая угрожает нормальным людям, и я действительно охотник, истребляющий очень опасных тварей. Как никто, я осознаю, насколько страшными могут быть последствия общения с вампиром. Но вот, вы видите, есть те из них, кому я доверяю. Гаэтан перед вами. Есть и другие. Ради этих нескольких стоит за них бороться и, может быть, вернуть кого-то к жизни, уже ими забытой.

Яду мне, яду.