Ewlar

Наирван   - Ей это удаётся. Видимо, молодость не даёт покоя и ей, как любой девушке, приятно, что на неё смотрит много парней.   Силанна   - И ничего не каждой девушке. Мне вот надоели приставалы.   Наирван   - Ну, это так говорят, - чуть смутился Наирван. И отвечал Олловейну: - Если Эру спросит меня, любил ли я животных и уважал их, то я отвечу "да". Скорей всего, мне придётся объяснять, почему я ушёл с назначенного пути и выбрал собственный, но мне кажется, что я знаю, что сказать. Что же касается Трандуила, мы с ним относимся друг к другу лучше, чем это показываем. Но Ласгалену не бывать провинцией Лихолесья. Фиг ему.

Котёнок-баюнёнок  :Koshechka_07:   Если серьёзно: объявим вакансию кота?

Силанна   - Короче, я поняла главное: надо подойти к галле так, чтобы она не убежала. А потом уже можно все эти слова говорить и разные штуки с ней проделывать. Попробую на молодой галле, у которой рога ещё не очень большие. Или нет, лучше на косуле, у которой вообще нет рогов.   Наирван   - Главное, вовремя удрать, если не получилось, - улыбнулся Наирван. Потом он обратился к Олловейну. - Все мы когда-то пройдём через высший суд, но я не боюсь, потому что мне есть что сказать великим демиургам. Но сейчас о земном. Как думаешь, Сильвен и Нараэль... между ними есть что-нибудь кроме соперничества?

Наирван   - Ну... я тогда наверняка познакомился с леди Аерлин, подругой твоей матери... а значит, и с тобой. Впрочем, не стану утверждать, что видел тебя маленьким, а то ты ещё примешься стесняться этого. Тогда из разрушенного города вывозили много детей. Всё-таки эльфы сберегли всё молодое поколение. А ты спокойно лети с орлами. Они, когда пообещали помочь, помогают, врать они не умеют, это хорошо. Старина Митрандир ловко умел с ними управляться, но я думаю, что орлы просто были ему обязаны. Впрочем, если орёл вверху начнёт выделываться и понесёт не туда, куда надо, смести ему равновесие, положив ноги на одно крыло, он станет заворачивать в эту сторону. Потом он сообразит, что всадник на спине - это не фунт изюму, и станет тебя слушаться. В конце концов, если решил помочь, то надо помогать, а не командовать. Правильно я говорю, Силанна?   Силанна   с готовностью кивнула. Ей нравился этот свойский старик с длинными волосами. Пожалуй, нравился больше, чем прекрасный рыцарь Олловейн. Тот был красив и горд, но скучен и всегда печален. Она спросила: - Кто из вас научит меня как поймать дикую галлу и заставить её возить меня на спине?   х

Наирван   - Вот и я тогда ещё был в войске Гил-Гэлада. По-моему, мы именно тогда с тобой и познакомились, Олловейн, точно? А орлы... ох уж, эти орлы... Не знаю, никогда их не любил. Надменные и недалёкие полуживотные. Они тоже меня не любят с тех пор, как я унизил одного из Ветрокрылов за нападение на мою любимую кабаниху. А ведь я попросил его не нападать и поискать себе другую жертву. Бедная свинка и так воспитывала поросят одна, её прайд перекочевал, а она повредила ногу и осталась. И если бы она погибла, то с ней погибли бы двенадцать поросят. Нормальный ход? И это собирался сделать "мудрый орёл". Да фига с два! Я отнял у него кабаниху и повалил его на землю, и вырвал из хвоста и крыльев по перу за каждого обиженного поросёнка. притом так вырвал их - через одно, чтобы поганец не сумел солгать, что потерял свою красу случайно. Ох, много же лет я не смел потом подойти к их гнездовьям. Буквально до тех пор, пока князь Фейнриэль не стал другом орлов.

Силанна   - Но вы потом повесили предателя? Вот сволочь!   Наирван   - Так бывает, что из-за одного меняется вся история. Но я уверен, больше нет предателей в наших рядах. Может быть, потому силы мира и прогнали эльфийский народ через горнила войн, через страдания и даже отняли у нас тех, кто мог проявить когда-то сущность тьмы и зла. Теперь мы верим каждому своему гражданину. Злу лишь одно место осталось в наших рядах - праведной битвы.   Силанна   - Мести, - поправила Силанна. - Моя мать отомстила тем, кто поджёг лес, в котором погибли её муж и две моих сестры, сожгла их караван. Можно ли осуждать её за это?  Она взяла у Неро чашку кофе, поблагодарила по-антивски и отпила немного. Её настроило на другой лад. - Я люблю музыку, но только хорошую. Плохую не люблю совсем.

Наирван   - Людям некогда думать. Они предпочитают брать, считая, что на их век хватит. Лишь самые разумные думают о детях. Например, дикие народы севера, я помню, пока цивилизация их не коснулась, даже часть ягод на кусте оставляли, не говоря уже о том, чтобы охотиться на стельных самок или на птиц в разгар кладки.   Силанна   - А вот свежую кладку, кстати, лучше всю забирать. Утка поплачет, да отложит новую. А так возьмёшь пяток яиц, она придёт, посмотрит - всё на месте, считать-то она не умеет, и утят вылупится меньше. Хотя... - она подумала и добавила. - Если не для всех яйца собираешь, а просто сам с голоду дохнешь, то можно взять одно яйцо, а остальных не трогать. Утке ведь тоже тяжело, небось, все заново откладывать. А что, ваш Линдир, он певец?

Давайте. Тупого треша, разумеется, не будет, это мы здесь дурим. Но забавные моменты будут, и вот такие безобидные с виду существа, как Йожик и эльфёнок Сашенька обеспечат приток милоты в суровые моменты. Как это, в японских мультиках, рядом с героями вечно бегают какие-то мелкие резиновые тварюшки, привнося... хм... няшность. Да, кстати, почему кота до сих пор нет? Кто будет котом-Баюном?

Наирван   Насчёт зверей пожал плечами: он-то знал, что свинина - самое вкусное и сытное мясо. Свинина, а не кабанятина, конечно.  - Не думаю, что у них есть шанс уйти от стрелы эльфа, например, от стрел Сильвен,  - завуалированно похвалил он Оллвейна. - Защита лесного зверя - его молодость и прекрасное состояние, либо сезон, в который охота на него - табу. Мы изымаем только тех, без кого стадо будет только лучше.   Силанна   - Вот, я тоже сбежала от своих опекунов. Дура, конечно. Но без этого видать нельзя.

Наирван   - По-моему, есть некий цинизм в том, чтобы откармливать животных на убой. Заботиться о них, ласкать, а потом... нет, это как-то в корне неправильно. Хотя, мне приходилось убивать зверей, о существовании которых знал достаточно давно, скажем, знакомых зверей. Но мясом тех, кого я приручал к себе, извёл их страх, никогда не питался. Может поэтому мне в чём-то жаль свиней. Да, Сильвен... Я не знал, что она убегала в лес.   Силанна   - А я вот из лесу готова убежать. Никак не дождусь, когда Ланайя поедет в город. Обещала пешком за ней бежать, потому что верховой галлы у меня нету. Всех галл оставили в Вен-Алас, только Ланайя с двумя стражниками прибыли к нам на стоянку. Где бы добыть галлу под седло? Тогда они бы взяли меня с собой. В городе Аннум будут праздновать. Наирван, как же тебе удавалось ездить верхом на кабанах? Может, мне дикую галлу приручить? 

Силанна   - Сильвен? Она тоже молодая, как и я? А что она делает, почему напомнила. Может быть... Ну, я не знаю. Наверное, это хорошо, что напомнила. Силанна не удержала толстого зверка на коленях и он ускакал на кухню, потому что понял, что тут его уже покормили и больше костей нет.   Наирван   - Правда, что-то есть... Она гордая и немногословная, как ты, Силанна. Но конечно, она старше тебя. Сильвен - командир стрелкового отряда. Она может пустить стрелу, а следующей стрелой расколоть её надвое. Глупый трюк, но забавный. Всегда работает на новичков. Насчёт недостойности свиней, уж извини, Олловейн, но какое достоинство может быть у животных? Это разумное понятие. Прекрасный олень тоже ведёт себя согласно своей природе, а не нашим правилам. Летом он также любит поваляться в луже, у самца много самок, но они только на сезон, он не заботится о детях и более того, даже не видит их рождения. Ну, а что есть траву, так это оттого, что у него брюхо и зубы так устроены. Кабаны обладают большим количеством зубов, клыками, толстым желудком, потому и могут питаться чем попало. Так что в морали их не вижу большой разницы.

Силанна   - Свинина мягкая, в отличие от дичи, - девушка пожала плечами, потому что не поняла претензии Олловейна к мясу. - Хотя, курица ещё мягче. Но зубы-то у нас есть, мы можем и оленину трескать... ой, это Эллеан так говорит. А вы о чём-то спорили? Мне пересесть отсюда? Тогда отдайте нага. Мне сегодня как-то совсем одиноко. Странно. Раньше я такого не испытывала.

Наирван   - Как-то я не заметил, чтобы наши союзники избегали свинины... - Наирван прервался, услышав, что в таверну кто-то открывает входную дверь. Он бросил нагу косточку и ждал, кто же войдёт.   Силанна   Вошла эльфийка девочка-подросток с уверенностью взрослой девушки. Спокойно поздоровалась и села за свободный край стола. - Мне хочется побыть в компании, - сказала Силанна. - Если я вашим разговорам не мешаю, то посижу тут.

Наирван   - Вот почему, Олловейн, мы не можем так же уважительно с тобой поговорить там, в реальной жизни? Что нам мешает? Завтра мы будем вспоминать наш здешний разговор как странный сон, и может, не прислушаемся, не задумаемся.    Галло Неро. Хозяин таверны.   - А может и прислушаетесь. Зря что ли вас тут кормят-поят? Кости куриные нагу под стол кидайте, он всё равно клянчить не перестанет.

Низя. Ая-яй.

Наирван   - То, что я знал о твоей матери, никак не говорит о том, могла ли она тебя оставить. Всё ради чего? Ради какой цели? Сейчас я скажу очень неприятное тебе, но уж послушай: твоя мать не была безумна, хотя на неё действовали силы тьмы. Но она поняла, в своих видениях, что может погубить тебя. Знаешь, какие гадости в видениях может тёмная магия наслать? Поэтому я полагаю... вернее, одна её подруга мне рассказывала, что её внезапный удар кинжалом в собственное сердце наверняка был последним проблеском разума. Она не поняла в тот миг, как оружие оказалось у неё в руках в столь неподходящем месте, но поняла, для чего оно было вложено. Ритуал должно завершить убийство. А кто был ближе всех? Её подруга, её сын и её муж. Поэтому она выбрала, кому нанести удар - себе. Возможно, ты не помнишь, как леди Аерлин спрятала тебя в свою зимнюю накидку и вынесла на улицу. Впрочем, - не стал настаивать Наирван, это было лишь её мнение, то, что ей показалось в тот момент.   Ну, а что касается пыток, которые, якобы, превратили эльфов в орков, то я тебе скажу одну вещь, Олловейн, которая тебя вполне порадует: из таких, как мы с тобой, орки не получаются. По той же замечательной причине, что из твоей матери не вышла некромантка. Мы предпочли бы умереть. За себя я ручаюсь и в тебя тоже верю. Как думаешь, может именно эта вера друг в друга и не позволяет нам передраться?

Наирван   - Из-за таких, как Маэглин, и появились орки. Помнишь, я говорил, что не особо верю, что орков делали из эльфов? Но это не совсем так. Некоторые эльфы пробуждают в себе зло под действием поганых чар или каких-то сложных обстоятельств. Или зло находит таких, в ком есть червоточинка. К счастью для нас, их теперь не осталось. Теперь эльфы чисты, будто прошли через горнило перековки. Твой отец был великим и мудрым героем. Нормальное живое существо не может жертвовать собой, но в тот момент Лэндор сознательно оценил опасность для целой страны. Не думаю, что ему не хотелось жить, просто он, как истинный представитель сил добра, сделал свой выбор. И за этот подвиг мы его не забудем. Твоя мать предпочла убить себя, чтобы не погубить других, когда почувствовала, как тёмная магия пробуждает в ней безумие. Возможно, жертвенность в крови вашего рода. Притом жертвенность праведная. Мне жаль терять тебя, Олловейн, но если ты примешь верное последнее решение я не стану тебя останавливать.

Наирван   - Да если честно, то какая разница? Да, это Гил-Гэлад послал меня тогда с письмом. А того бедного кабана, которого я загнал насмерть, уже никто и не помнит. Да и мою байку о скачке на вепре считают выдумкой. Но это и не важно. Лэндора близко я не знал и матери твоей не помню, моя же всё-таки уехала а Валинор с Кирданом, на последнем корабле, построенном его руками. У меня тут больше и родственников нет... кроме одной девицы в Лихолесье и вас, моих старых друзей и недругов.   Галло Неро. Хозяин таверны.   Принёс куриные окорочка, запечённые с сыром, лимонным соком, зеленью и чесноком. Аромат стоял такой, что споры стихли. Наг под столом напряжённо ждал, когда в него швырнут куриной косточкой.

Да, но в мифологии ничего не говорится о переодевании берендеев, а о волкодлаках говорится. Они волками одежды не носят, а людьми вынуждены носить с собой хвост в виде валька для глажки белья, посоха, лопаты или ещё какой-нибудь подходящей хрени. Впрочем, у меня там приспособа Волку есть. Он свою шерсть в балахон превращает, он по идее человеком может одеваться нормально, он об этом говорил в приквелле, что с Иван-Царевичем на всякие дела ездил, притворяясь человеком. Но чтобы в Волка превратиться, человечью одежду ему надо снять.    Вот, кстати, в былинах многие богатыри и волхвы умеют превращаться в животных. Вольх Всеславьевич, прежде всего, вообще умел обращаться  разных: горностая, сокола, волка, медведя, по-моему даже в рыбу, и переодевания ему были не нужны. Добрыня превращался в тура (дикого быка), Финист, как известно, в сокола. Об одежде также ничего не говорится, очевидно, богатырям она не мешала перекидываться из одного облика в другой.

В строгую английскую полосочку. Вот теперь думайте, как с этим жить :crazy: Полагаю, берендеи как-нибудь с одеждой превращаются. Как в мультиках. В малиннике)))

Наирван   - Все мы слегка бродяги... Разве ты не томился в молодости жаждой путешествий, приключений? Не уходил в леса на несколько недель? Молодых надо отпускать, но только обучив их многому, а главное, ответственности за себя. Восемьсот лет назад, когда строился Эриен, я услыхал в здешнем лесу какую-то возню и шум, понял, что дело плохо и поспешил на выручку, ворча про себя, что наверняка человеческие охотники опять напали на кабанье гайно и поплатились за свою жадность. Но это оказались не люди, а молодой эльф. Они стояли, друг против друга, с трёхгодовалым секачом, у которого бивни ещё не загнулись, и оба уже ранены: кабан резанул эльфа по ноге, на уровне своего роста, а эльф полоснул ему между глаз охотничьим кинжалом. Нет, я согласен, что кинжал длинней кабаньего клыка, но у зверя их два и он от природы умеет ими пользоваться. Если бы юноше удалось отступить за дерево, он мог бы влезть на него и отсидеться. Но он, видно, не собирался сдаваться. Я отозвал секача, которого знал ещё полосатым подсвинком, успокоил его и угостил хлебом, а эльфа пожурил за то, что полез в драку со свирепым зверем с одним ножом, но после, разумеется, перевязал его и, усадив верхом на кабана, доставил к месту стройки. По пути удивлённый юноша узнал мою историю и потому, кстати, город, построенный на месте гарнизона, которым управлял его отец, был назван Эриеном. Что значит, "Ездок на вепре". Это в мою честь, разумеется. Ведь ещё до того, как мы подъехали к жилью, Фародан слез со своего мохнатого коня, чтобы этого никто не видел. Мы потом много раз общались, конечно же, я знал родителей и деда Фародана, мы подружились и несколько раз вместе ходили на охоту. Да, кстати, кабана со шрамом на лбу мы ещё много лет встречали в этих лесах... он тоже стал гораздо осторожнее с эльфами.

Пардон, в игре я буду гора-аздо серьёзнее.

А у нас без труселей! Упс... Иногда можно сочетать пафос с долей угара. Если в какой-нибудь момент птица выползет Йожик и уморит противника от смеха, я тоже посмеюсь. А птица Гамаюн выглядит вполне себе внушительно и серьёзно.    ПС: Песни Никитиных - это было клёво.

Наирван   - Возможно, - согласился Наирван. - Но тогда, Олловейн, огня тебе не следует бояться. Цель жизни манит тебя пламенем, которое ты должен погасить. Возможно, погасить пламенем своего собственного сердца. Мы ведь знаем, как порой самый страшный лесной пожар можно остановить огнём, пущенным встречь него. Наг убежал на кухню и Наирван чуть растерянно посмотрел на свои пустые руки, а может представлял в них меч. - Олловейн, я бы не хотел увидеть твою гибель, тяжело терять соратников. Но если мне суждено пережить тебя, то стану говорить о том, что вот такие эльфы достойны светлой памяти. Может ты слишком прям в своих прекрасных убеждениях, но это ты. Будь же всегда собой и никого не слушай.