Около таверны, ночь Даларана
Эти пару миллиметров хватило, чтобы Фрискиэль вздрогнула, ведомая страхом. Чарин это почувствовала, как едва дрожит ладошка ее сестры, как едва она поджала ножки и как сильнее сомкнулись пальчики вокруг фляги. Чернокнижница не могла вспомнить, чтобы ее сестра боялась чего-либо. Она всегда была... храбра, никогда не теряла веру, абсолютно решительна во всех поступках.
Сейчас - словно бес вселился.
- Чарин, - прошептала Фрискиэль, едва зажмурившись, - я просто... не хотела мешать.
Почему так сложно подобрать слова, черт возьми?
- У тебя новая жизнь в этом городе. Ты можешь заниматься практическим всем, о чем ты мечтала, и никто не посмеет сказать тебе что-либо! Тебя ждет великое будущее, Чарин, - Фрискиэль замаялась, ее щеки залились краснотой, но решительная эльфийка продолжила свою речь:
- Я не хочу тебе мешать! Не хочу быть балластом, ненужным прошлым, не хочу обременять тебя, Чарин...
Фрискиэль наконец заставила себя обернуться к сестре.
-...ох.
Воительница приоткрыла аккуратненький ротик от удивления, когда взгляд ее глаз скользнул по лицу сестры, заставляя ту смутиться. Фляга выскользнула из ручки Фрискиэль, падая на брусчатку, и холодненькая ладошка эльфийки медленно, словно она боялась разрушить некую иллюзию, дотронулась до щеки сестры.
- Что... с твоим глазом?
Ох, как же она была близко.