Когда Гулахан снова пришел в себя, он сидел на полу в углу таверны. Первое, что бросалось в глаза – количество присутствующих. Были, если не все, то почти все собранные в начале Игры в этой таверне Довакины. Эшлендер взглянул на свои руки: вместо порезов или шрамов на предплечьях красовались будто огненные символы.
Гулахан молча поднялся и медленно пошел по таверне. «Вряд ли сейчас уместны какие-то слова» - думал данмер. Встречаясь с кем-то взглядами, они просто кивали друг другу с едва заметными улыбками. – «Жаль. Некоторых я бы с радостью увидел снова».
- Сарэль, - Гулахан обменялся с трактирщиком рукопожатием. – Организуй мне чего-нибудь, на дорожку.
Неспешно попивая мед, эшлендер наблюдал за остальными: кто-то сразу уходил и пропадал за дверью Таверны, кто-то, также как сам Гулахан, наслаждались спокойным мигом, кто-то вел непринужденные беседы. Только Фай снова отличилась – стоя посреди зала она вдруг громко заорала и выскочила за дверь. Данмер усмехнулся и покачал головой: «Сумасбродная девушка».
- Знаешь, Сар, мне кажется, что мы еще встретимся. Многие из нас. – Гулахан поставил опустевшую кружку на стойку, рядом положил кошель. – Здесь около пяти сотен золотом, если конечно деньги в наших мирах одинаковые. Мне кажется, они тебе понадобятся, если конечно хочешь выкупить таверну. Не говоря уже о Таверне Сангвина.
Данмер встал и неспешно пошел к выходу. Перешагнув за порог, эшлендер обернулся: таверна медленно таяла в воздухе. Сквозь открытую дверь все еще было видно Сарэля, вытирающего стойку. Гулахан поднял руку в прощальном жесте, поправил маску на лице и пошел по безлюдной ночной дороге.