Osidius the Emphatic

т.е. если хочешь участвовать в эвенте, комп нужно отвоевать к 21?

меня снова зовет хозяйственная труба, поэтому появлюсь позже (ну, или если уже начнется эвент, то вообще буду только тихонько сидеть, ибо не уверена, что с телефона получится оперативно участвовать :3)

ну праильна, Бэзила первого и зохавал хД

А я, между прочим, еще тогда сразу хотела спросить - не аллюзия ли любовное кормление Дориана с самой первой девушкой-нпс на роман Грея с актрисой из театра из романа :3

- Знаешь, я завидую им... И кажется, я начинаю превращаться в камарильца.   - Разве существуют ЛаСомбра-антитрибу? - улыбнулась Венеция. Узы Крови извратили своей магией безобидную привычную игру, разожгли в их телах и умах подобие страсти, которую неспособны испытывать не-живые, и это подобие казалось им столь совершенным, что они вдвоем полностью подчинились его требованию, а после судьба, в которую Доминик отказывался верить, нарочно или нет - столкнула обстоятельства так, чтобы связь, порожденная глупостью и самоуверенностью молодой Вентру, уже никогда не была разорвана, и чтобы каинитка выучила урок, в случае чего именно ей предстояло понести самое тяжкое наказание. Страх за то, какой может оказаться расплата, не отпускал Венецию даже тогда, когда она попыталась смиренно согласиться с последствиями своих решений.   Но им и вправду не стоило продолжать этот разговор здесь. Готовность ответить за поступок - это одно, а глупо сдаваться и опускать руки, пренебрегая всем - другое, чуждое ей.    - В такую ночь я не хочу следовать правилам. Не хочу уходить.   Венеция понимала, о чем говорит ей Доминик, ведь как бы она ни старалась подавить эмоции, чувствовала она то же самое, что и он, только еще сильнее. Ее клан мог бы ей гордиться: для ее возраста иметь такую выдержку... Все-таки она была слишком большой гордячкой.    - Не уходи, - одними губами ответила ему она, этот ответ еще раньше он увидел в ее темных глазах. - У нас еще есть время, - оглядевшись по сторонам и прислушавшись, Венеция втянула его внутрь, прикрыв следом дверь. Внутри было темно, и они не поспешили включать свет.

а Дориан кого предпочитает? язабыл

я бы предпочла еще час, если можно )

- Детка, пойдем...я тебе...ну как это...я покажу тебе дом.   Проходя мимо пары сородичей, одна из которых была с огненно-рыжими волосами, Линда еще держалась, но как только они их миновали, и Клайв потащил ее в сторону от лестницы, ведущей в общий зал, она натуральнейше приперла его к стенке за ближайшим же углом.   - Может, ты лучше расскажешь мне нормально, что происходит? - откровения о мире, в котором она жила так мало, сыпались на нее как строительный мусор, выкидываемый из окна незадачливым соседом. - Кто это был? Это они охотятся на нас? Это... МЯСО? - может, шабашитка и упустила чего, но ни одно из ее обостренных чувств не подсказывало ей, что наблюдавшие за ними не были обычными смертными, и потому нервной реакции малка она не поняла, хоть ей и хватило мозгов задавать вопросы после того, как они точно окажутся в безопасности. В конце концов, за талант шустро соображать она ему и понравилась, и чем дальше, тем больше он мог в этом убеждаться. 

а меня тоже каждый раз интересует, как выглядит, когда я не поворачивая головы (боковое зрение такое боковое хД) щелкаю мышкой всякий раз, когда в кабинет заходят определенные люди  ну или когда человек уже подошел, но монитора ему не видно, и я с ним разговариваю, смотрю ему в глаза, а рука такая "клик!" - и благослови боги тех, кто придумал кнопку "свернуть все окна" на панели винды! хД

Элизиум, общий зал, вчерашняя ночь   Несмотря на многообещающее начало, их дальнейшая беседа с Захари потекла в более спокойном русле, и когда пришли остальные, Венеции ничего не мешало самоустраниться от активного участия в ней, поскольку несмотря на внешний покой, обыденность, которая царила здесь и за которой сюда приходили все новые и новые испуганные известиями о враге дети Ночи, вентру не могла отделаться от скребущего в душе чувства, вызванного словами Захари и Доминика о том, что всему этому очень скоро придет конец. Когда Карвер и остальные принялись играть, ей хотелось помешать им, объяснить, что сейчас, когда им грозит такая опасность, нельзя просто... Но она молчала, и ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она не вправе лишать их мгновений спокойствия и мира, возможно, для кого-то или сразу всех них последних, ведь неизвестно, что будет завтра.   Когда эксцентричная пара покинула зал, Венеция, сопровождавшая игру ничего не значащими комментариями, предназначавшимися скорее для поддержания разговора, чем для участия в нем, зацепилась взглядом за похожую на нее девчонку. Значит, вот что ее ждет, вероятно, и она могла бы вот так бежать за испанцем, как напуганный щенок, когда он бы также решительно уходил от нее? Вентру перевела взгляд на Доминика, и он, как оказалось, тоже наблюдавший за развязкой страстей юных шабашитов, кажется, заметил это, и отвернулся, возвращаясь вниманием в карточки, которые держал в руках. Венеция хотела бы сказать себе, что знает, о чем он думает, но не сочла нужным лукавить с собой. Его бесстрастная маска, надетая на лицо, тоже не помогала, и каинитка оставила глупые попытки разгадать эту загадку.   Потому что в сущности это уже не имело никакого значения.    - Доминик, - обратилась она наконец к ЛаСомбра. - Вижу, игра завершена, и вынуждена попросить вас об одолжении, - выражение, с которым де Гаспьери повернулся к ней, сидя в соседнем кресле, было настолько идеально отстраненным, что ей захотелось улыбнуться. - Помогите мне дойти до моей комнаты, я не уверена, что лестница вниз не воспользуется отсутствием провожатого, а еще раз тревожить мистера Йокаи не хотелось бы, - он кивнул ей в ответ и поднялся с готовностью джентельмена, что всегда рад помочь даме. "Уйдем отсюда", - воспоминание о его голосе, произносящем эти слова, прозвучало у нее в голове, когда он подал ей руку, и они направились к выходу, но не из особняка, а из зала.    

Улица недалеко от Элизиума, вчерашняя ночь   - Неужели твой сир...не рассказал тебе, какую власть имеет кровь над такими , как мы?   Линда вновь покачала головой, на этот раз - озадаченно.    - Значит, тогда, когда... у Епископа..., - слушать объяснения малка - та еще задача, но чувствительный, как фотопластинка, умишко шабашитки так тянулся ко всему, что слетало с языка Клайва, что порой ей удавалось его понять даже там, где он не особо пускался в разъяснения. А, возможно, она просто была довольно способной девочкой, потенциал которой было некому развить, потому что жизнь игралась с нею, перебросив с обочины смертной жизни в не слишком-то отличающееся бессмертное существование. Видение-образ, навеянный заработавшим воображением, легонько коснулся ее сознания, и, закрыв глаза, она представила, как пьет отвергнутую кровь, как глоток проступает на ее губах, стекает с них вниз по подбородку, капая на кожу, стекая вниз, в вырез майки, под длинную цепочку с крестом...   Линда открыла глаза и отодвинулась назад, чтобы вопросительно посмотреть на Клайва, и тот с готовностью поймал ее взгляд. Звуки и люди вокруг, если они и были, растворились. Но когда это Шабашу было дело до стада? Они всегда были и будут декорациями их бессмертной жизни.    В этот раз она сама снова отодвинула его куртку и футболку, обнажая такую заметную для умеющего видеть, полную крови, хорошую вену. Шабашитка на мгновение замерла, а потом, сделав полшага вперед, чтобы подойти к нему совсем вплотную, резко приподнялась прямо в его обнимающих ее руках и вонзила клыки прямо в его кожу.    Стоило Линде почувствовать привкус витэ, который она уже успела позабыть, она ощутила, как все ее естество наполняется желанием ПИТЬ. Это безумие, завладевающее ею, заставляло ее сделать свой глоток так жадно, будто она уже долгое время была голодна и обессилела, потратив последнее на этот рывок. Ее ладонь, лежавшая у малка на шее, сжалалась так сильно, и когти оставили след на его затылке, она это почувствовала, но... остановиться не смогла и прежде, чем Клайв смог бы ей помешать... сделала еще один глоток.    "Еще один глоток, только один", - уговаривала она Зверя где-то глубоко внутри себя, и ей стоило немалых трудов, чтобы так оно и вышло. С рычанием оторвалась она от малка, и копна ее темных волос взметнулась и упала ей на плечи. Линда тяжело вдыхала и выдыхала воздух, чтобы успокоить бушевавшие, обострившиеся чувства. Подбородок был в крови, и несколько капель даже стекли с него вниз.   Треньк! Зеркало уже было у ее лица, и другой рукой она пыталась стереть следы, пригладить волосы, отвлечь себя каким-то ничего не значащим будничным действием. Она видела в зеркале свой взгляд, и эти несвойственные ей, безумные от раздразнившей их крови сородича глаза одновременно и завораживали и пугали ее. Видимо, Клайв был прав, и произошло что-то особенное.   - В прошлый раз я такого не чувствовала, - заговорила шабашитка. - Хотя в прошлый раз мне было так плохо, что я толком ничего и не помнила, - ее размышления прервал "танец теней", который она заметила случайно, боковым зрением, и судя по реакции перебегавшего, заметить не должна была вообще.    Линда захлопнула зеркало и, сжав его в руке, обернулась, оглядываясь и даже втянув носом воздух, если это могло ей чем-то помочь.  - Здесь кто-то есть. И он не один, - для того, какой сейчас выглядела эта улица Бруклина, замечание было дельным. Сейчас на ней не было ни души.           

- Пойдем, я отведу тебя обратно, детка. - Нет, - она покачала головой. - Я хочу, чтобы ты объяснил мне, она обняла его за плечи тоже. - никто ничего никогда не объяснял мне! - в голосе послышалась глубокая обида, и память услужливо подсунула образы один за другим - и все мужчины, и каждый норовил в первую очередь воспользоваться ею, и, откровенно говоря, она даже не всегда понимала, что это в очередной раз происходит. - Ведь тебе не плевать на меня? - её тон просил, а не спрашива, и к тому же ей не хотелось назад.

Он хотел закричать, сказать ей, чтоб она убиралась к хренам собачьим, но вместо этого просто стоял и смотрел ей в глаза. А она, она просто стояла перед ним, скрестив руки на груди, и глаза её уже не впервые в его присутствии наполнялись слезами. - Чего ты хочешь? - слезливо спросила его шабашитка, чувствуя себя побитой, навязчивой,ненужной собачонкой, которая из бестолковой преданности бежит за своим хозяином. - Чего ты хочешь от меня? Почему ты не можешь просто определиться и насовсем..., - она хотела бы сказать "уйти", но вместо этого вымолвила. -...остаться, - и тотчас возненавидела себя за это.

- Жаль.   - Да, но... ты..., - пока все это происходило, шабашитка только пыталась собраться с мыслями, она совершенно не знала, что говорить и что именно пошло не так. В тот момент, когда Клайв резко поднялся и быстрыми шагами вышел из зала, Линда почувствовала себя потерянной и никчемной, и это самоощущение буквально накрыло ее, заставляя тут же почувствовать сколько в зале народу и что любой из них, возможно, сейчас смотрит на нее. Что она здесь делает, в обители врага? Зачем он привел ее и бросил здесь?    - Подожди! - Линда подскочила и выбежала прочь, стараясь нагнать лихого малкавианина, остановить его, выяснить хотя бы что произошло. При всей ее прыти удалось ей это не сразу, и звонкое "подожди" и "стой" еще несколько раз разнеслось по лестнице и двору особняка.  - Да стой ты! - посреди темной улицы, фонарей здесь было немного, она все-таки догнала шабашита, и для этого ей пришлось сделать небольшой рывок, который закончился для малка ощутимым тычком сзади в плечо. 

-  Знаешь, откуда мне это известно?    - Нет, - пискнула шабашитка, вытаращившись на малка, но все еще держа бокал и ожидая услышать продолжение.

да просто имела место взятка Мастеру, да, Плюше? хД

После этого он проятнул бокал Линде. Глаза его при этом были странные до жути, с сильно расширенными зрачками, такие, какие бывают только у торчков, только что принявших дозу.   Шабашитка, конечно, приняла бокал из рук Клайва, но у него был такой вид, что она боялась отвести взгляд и упустить его из виду. Ожидать от кого-то такого можно было чего угодно, но - и Линда, в общем-то уже привыкла к этому, здесь никто не обращал на них внимания, камарильцы были заняты своими великосветскими развлечениями. Впрочем, пара малкавианин-бруха отвечала им полной и безоговорной взаимностью. Они тоже толком не видели никого кроме себя самих. По крайней мере в такие моменты, как тот, что Клайв собственноручно организовал прямо сейчас.    - И что произойдет дальше? - как уже говорилось, сир не особенно-то посвящал Линду в таинства ритуалов вроде разового проглатывания порции крови другого сородича, а она и не замарачивалась. Но грех не спросить, когда тебе предлагают выпить такой коктейль непосредственно на деле. Хоть Линда и знала о любви Клайва игнорировать именно те вопросы, на которые она больше всего хотела получить от него ответы.

это просто чтоб сразу пост за постом читать и в теме не копаться, кто-то меня просил скинуть, и у меня схема сообщения осталась ШОК-КОНТЕНТ!

Я тоже живу персонажами, и поэтому мне вдвойне веселей было в определенный период писать в одном посте возвышенные фразы-метафоры а-ля "так сразите же врага, который добровольно сам вкладывает вам шпагу в руки", а в следующем "завали хлебало если хочешь жить" хД

Это не Веня, это Линда, шабашитка-бруха, похожая на Веню, с которой Чернобогов (Драж) ее спутал однажды. Поскольку я уже кому-то скидывала, то, если интересно, почитать можно тут :3 появление Линды (раз - два - три - четыре - пять - шесть - семь (нижняя часть) - восемь - девять (нижняя часть) - десять - одиннадцать - двенадцать - тринадцать - четырнадцать - пятнадцать - шестнадцать драка с малком, персонажем Бороды (раз - два - три - четыре - пять - шесть - семь - восемь - девять - десять)

- Дай руку.   - Ты точно рехнулся, - шабашитка не могла не откомментировать происходящее, но ладонь послушно протянула. Таращась и хлопая глазами при этом, правда, но все-таки. После памятного вечера у Жюстин Линда испытывала к Клайву... что-то. И это не заставляло ее, как Доминирование цимисхи Чернобогова, но убеждало и порой весьма ласково - подчиняться малку в его самых смелых фантазиях. Более того, в процессе странным образом выяснялось, что и ей, Линде, самой хочется того же, что и ему, и в итоге она принимала участие в его забавах, полностью отдаваясь процессу, и, что самое странное, еще ни разу не пожалела об этом.

- Можешь укусить меня, если хочешь... - вампир оттянул ворот майки и наклонил голову вбок, вытягивая шею.   - Не дождешься. Ты не стал, и я не буду, - Линда вернула любезность Клайву, припоминая их последнюю совместную ночь. Говоря по чесноку, она отказалась скорее из-за того, что готовность дать хлебнуть у малка была какой-то...чрезмерной. Ее это насторожило, и инстинкты посоветовали не рисковать.

а я хочу, правдаправда, но у меня долг жены и матери перед собственным организмом - наполнить холодильник вкусняшками, поэтому пока урывочно для игры :/

- Детка, ты как?   Линда вздрогнула, когда малк бодро грызанул ее за ключицу, и, наверное, только знаменитый болевой порог и выдержка клана бруха помогли ей не закричать и даже не взвизгнуть. Голову к нему она повернула слегка замедленно, как будто вообще не вдуплилась, что произошло.   - С ума сошел? - для малкавианина - шикарный вопрос. 

он сжал её ладонь в рукопожатии, хотя Венеция, наверное, привыкла к другим приветствиям по отношению к даме.   О нет, вентру наоборот оценила галантность сородича: хоть кто-то помнил, что целовать руку незамужней девушке - дурной тон, а молодая по вампирским меркам Венеция подходила по обоим признакам.    - О, неожиданно, - в тон его улыбке отреагировала каинитка. - Но вы и сами знаете об этом, не так ли? - поддержание светской беседы было скорее рефлекторным, чем желанным, но рефлекс подвергся серьезному испытанию, когда в зал вошли те двое - та девчонка, что похожа на нее, со своим ручным Зверем. Ни один, ни другая не выглядели так, будто накануне попали в переделку. Впрочем, о Звере было сложно говорить, ибо он так, словно только что из драки, выглядел всегда. - Значит, мы покидаем Элизиум сегодня?