Букса

- В реальном бою все бы кончилось гораздо плохо. И я говорю не о смерти, а несмываемом позоре. - он шлепнул её по бедрам. - Ты точно хочешь на Запад, со мной? Охотница торопливо перетянула пояс, утерла с губ грязь рукавом. И осталась сидеть рядом с ярлом. - Да бывала я уже, в бою-то. -  сказала она. - И плохо тоже бывало, - не отведя глаз добавила Рейла. - Да только честь воина не между ног находится. Не бойся ярл, я в бою тебя не подведу и не дрогну.

- М? - он склонился на ней, чтобы томно переспросить. - Не слышу?   - Ты победил, Рагнар Лодброк, - все так же глухо отозвалась Рейла,  стыдясь уже не своего унизительного положения, а предательства тела, отозвавшегося не столько на вопрос, сколько на тон и близость красивого, желающего ее мужчины, слабостью. - Отпусти меня. Пожалуйста, - едва ли не испуганно выдохнула Рейла.

- Глупышка, - он с легкостью кинул её на живот и, припустив её штаны, в воспитательных целях деловито прошелся ладонью по её непокорным булкам. - Сдаешься? Рейле было не сколь больно, сколь обидно.     как будто есть выбор))))) Для полного срама не хватала только разреветься в голос. На пиру-то все о доблести своей воинской думала, а теперь с голым задом и мордой в грязи ратную силу во всей красе продемонстрировала, позорище.    Рейла, что было силы, закусила губу, и глухо выдавила: - Сдаюсь.

- Сдаешься? - он, сдерживая животные порывы, похлопал по упругим ляжкам Рейлы мечом. - Так уж и быть, я тебе поддамся. - он протянул руку, чтобы помочь подняться девушке. Рейла, на такое охаживание, не на шутку озлилась. Как веревочка не вейся, все равно ужом не быть. Так и ей, на роду, видно писано, вечно по заду получать, хоть в броню его затяни, хоть в юбки наряди. Все равно для Рагнара  как девкой была, девкой и осталась.   Охотница перекатилась на спину, ухатилась за протянутую руку и что есть силы дернула на себя, наподдав для верности еще и сапогом в живот ярла. Что б уж если полетит, так тоже кубарем.

Ярл лишь усмехнулся. - А не боишься? Что снова окажешься лицом в грязи и задом кверху? - мужчина приготовился к поединку.   - Грязи бояться -  в бою не сражаться! - Рейла вдела  руку в лямки щита, и  сняла с пояса кистень.  

Длинный дом, где ярл принимал гостей, постепенно просыпался. Трэллы и тир, чуждые забавам господ, уже сновали по двору,  занятые хозяйственными хлопотами.    Рейла, сполоснув лицо водой из бадьи, тряхнула головой и направилась  в дальней двор, откуда был слышен лязг оружия. Да так и замерла на пол пути, словно наткнувшись на невидимую стену. Впереди маячила  знакомая фигура, коса темнела на белом полотне рубахи, и рейла, одернув себя за нерешительность, шагнула вперед и окликнула Рагнара.   - Утро доброе, почтенный ярл. Хорошим выдался пир, надеюсь и поход ему под стать будет. Не разомнешься ли со мной? - дерзко улыбнулась Охотница, силой прогоняя этим вызовом и свою тревогу, и робость. -   С оружием в руках? 

Одного недовольного взгляда жены ярла хватило, чтобы Рейла благоразумно села за стол на самом дальнем его конце. И достало одного взгляда Рагнара Лодброка, вскользь брошенного даже не на лицо своей священной подруги, встреченной в храме перед лицом богов, а на живот Охотнице, чтобы сердце ее тоскливо сжалось. Напрасно ты, Рагнар Кожаные Штаны, надеешься на зеленоглазого сына или медноволосую дочь. Напрасно ты, Рейла Охотница, ездишь в Уппсалу шестой год к ряду. Боги хранят тебя в бою, и мужчины дарят тебе свое внимание, но Фрея, молча принимающая твои дары и жертвы, по прежнему глуха к твоим мольбам. Одетая, как пристало воину, а не девке, воительница так и просидела весь вечер подальше от шумных гостей и веселья, потягивая свое пиво из потемневшей деревянной кружки. Задираться с теми, кому скоро предстоит подставлять спину в бою Охоница не желала, уж тем более не желала она лишний раз демонстрировать свою бабью природу. Хватало того, что и так едва ли не всякий встречный-поперечный окидывал ее насмешливо-снисходительным взглядом. Но и за хмельной забавой коротать время Рейла остереглась: едва заподозрив, что в глазах задвоилось, воительница отставила прочь угощения и вышла из бражного зала, так и не услышав шуток и подтруниваниваний над братьями-близнецами. На утро Рейла осторожно выглянула из-за земляной насыпи, где она по походному провела ночь, укрывшись плащом и положив под голову щит. Не пора ли браться за весла и прощаться с теплом медовухи и очага?

Рейла Охотница

- Ты это брось парень, видал я таких - всё некогда, да некогда, а потом пуля в голову и потом даже некому отправить "погиб с честью защищая долг"... - он попробовал умэбоси. - Какая гадость, эта ваша вишня! - Это абрикосы. - не согласился Аксель. - Но кислющие! Аж волосы на ногах завиваются, - посетовал сержант-майор, закусывая очередной стаканчик. -  На закуску самое то, хорошо узкоглазые придумали. Даже если пьешь вонючую брмотуху, она  с таким закусоном на ура идет.   А  с женой... чего уж теперь суетиться. Если дыру в брюхе мне мимики проковыряют - родителям и сообщите. Ну а если наша возьмет, то тогда уж и о своей семье подумать можно.

- Охренеть просто, - буркнул Акселератор глядя на фул хаус начальства.. - Я кидать больше не буду, смысл? Отожмусь еще  четвертак и хватит.  Невезучий сержант-майор еще попыхтел на полу, выполняя 25 отжиманий наперед, и вернулся обратно на место.   - Семья, - Фаррел потянулся за стаканом. - Есть, успели эвакуировать. Кто-то наверху меня любит, - он залил в  себя стакан. - У меня родители в Висконсине, там пока спокойно. А жениться не успел, некогда. Четыре года, считай, постоянно на заданиях да на передовой.

- Не пара, а тоже стрит, хоть и меньший, поэтому хрен вам, сэр, а не 10 отжиманий.  И умэбоси на закуску.

Аксель глянул на свою комбинацию. Проклятые кости хоть и выдали малый стрит, но меньший, чем выпал у Фаррела.  - Сэр, беру свои слова обратно. С вашим-то везением я готов с вами хоть в разведку, хоть к  черту в задницу, - ухмыльнулся срежант-майор.   Пинком отодвинул мешавший стул и исправно выжал все 50 раз.   - Фаррел, у тебя семья есть? - спросил Акселератор, усаживаясь обратно за стол, и без лишних церемоний разливая водку по стаканчикам.

Фаррелу удивительно везло не только в игре. Этот конь еще и после выпитой в одну морду бутылки еще и рефлексы сохранил. Акселя, получившего под дых и жмень костяшек на закуску, обуяла какое-то злое, шальное веселье. И все костяшки, на одном могучем выдохе полетели вслед начальству. ... и звонко цокнув по черепу Фаррела покатились по полу. [dice="5d6"]

- Да не, у меня от пластика запор и боеспособность до нуля падает, - отшутился Аксель, пытаясь уклониться от неожиданно резвого мастер-сержанта.

Аксель покачал головой, глядя на напрочь отрубившееся начальство. - Эк тебя растащило-то, Фаррел. Если ты и на поле такой хлипкий, я б с тобой  в разведку не пошел.  Второй пузырь красовался на столе как девица на выданье, но уткнувшийся лбов  в столешницу Фаррел служил ясным свидетельством, что пить без закуски - плохая идея.    Сержант-майор метнулся кабанчиком на кухню, построил глазки поварихе, некрасивой веснусчатой бабе, у которой, однако, на фронте кавалеров хватало, и с невозмутимостью закаленного в миру и на войне ветерана вернулся в кабинет Фаррела. Зажатый в охапке пакет  с банкой соленых умэбоси  и оставшимся с обеда бигусом предательски позвякивал, но дежурному хватило одного взгляда на  упрямо выдвинутую челюсть Акселя, чтобы снова уткнуться в чашку недопитого кофе.    Натюрморт на игральном столе дополнился добытой снедью, неудачливый игрок выловил пальцами  кислую как лимон абрикосину из рассола, залпом опрокинул  в себя стаканчик водки и следом отправил в рот закуску.   - Фаррел, подъем, Родина в опасности!  - зычно скомандовал Аксель и бросил кости.   

- Придется... придется глотать тебе кости, сержант-майор... - А может к связисткам сходим или на кухню? -  с тенью надежды спросил Аксель. Глотать  костяшки не хотелось, а выпавшее Фаррелу каре явно намекало, что  в игре у Акселя сегодня непруха. - Глядишь, мне повезет, а вы, сэр, триппером удачу свою уравновесите.   - Говорят... говорят, эти черти видят будущее!И скажу честно и прямо, как другу. Завтра, если бы не отсрочка, большая часть этих молодых парней и девиц ,что сейчас ждут своего часа на базе, полегли бы на пляже, - глядя мутными глазами на Акселя, сказал мастер-сержант. - Но тсссс! никому. Пусть радуются, что живы.  - Так радуются же.  При других условиях может бы уже половина этих  девиц и парней по тылам разбежались, да только  от мимиков не  убежишь. если только прямиком на тот свет.    Аксель окончательно скис, и уже не надеясь на Фортуну опрокинул стакан, а то с таким-то везением сидеть ему трезвым до самого наступления.  

- Протри глаза, салага, - Фаррел как будто прочитал мысли Акселя. - Твой сэт проигрывает моему малому стриту.  Аксель глаза старательно потер, даже согласно покивал, но стакана своего из рук не выпустил.  - Что не ладно на этой войне, - хмуро изрек сержант - майор, переводя взгляд с невразумительно шипящего комлинка на  две пары Фаррела. - Никогда такого не было, чтобы провал за провалом. Один раз под Верденом натянули этих говнюков на глобус - и все.  И случилось потом одно сплошное стратегическое отступление.

Сержант-майор хмыкнул, глядя на заведомо проигрышную комбинацию начальства, и наполнил свой стакан сам.  А потом уже кинул кости.   - За то, что поживем еще дольше, - он моментом залил спиртное в себя.  - Ну да, ну, да. если отхентаят, так хоть не завтра. Надолго-то начало операции перенсли?      

Акселератор, шаг в шаг следовавший за мастер-сержантом, всем видом своим выражал, что маршируют они в штаб по делам особо важным, срочным и безотлагательным. Но едва закрылась дверь кабинета и стол, благодаря, бутылке и костяшкам, преобразился в игральный, сержант-майор, расстегнул ворот куртки, и, пока  Фаррел колдовал с костями, снял с кофейного аппарата пару бумажных стаканчиков.   - Играем?  - Ну а как же. Надеюсь кубики потом глотать не заставите? А то в прошлый раз, после прощания с колодой карт, моя рота несварением мучилась.

Аксель заинтересованно мазнул взглядом  по торчащей из кармана пробке и, обогнув фигуру Фаррела, приступил к исполнению. Наказание, судя по его "тяжести", было скорее профилактическим, чем знаком серьезного неудовольствия.  Пружинисто вскочив снова на ноги даже не запыхавшийся  сержант-майор зубасто улыбнулся.    -  Так скучно, сэр, просто так сидеть. Карты вы запретили, а между прочим зря, хоть время убить можно, раз уж злого пришельца под боком нет.  

Где эти "все затаившие дыхание"?   - Есть, отменяется, - уставно согласился сержант-майор и, хотя команды вольно и не было, расслабленно прислонился к раме двухъярусной кровати. - А что случилось? Батареек не подвезли? Сэр, - запоздало добавил Аксель.

Первое, что сделал Аксель, когда попал в вторую пехотную дивизию Объединенных Сил и получил свой первый, подогнанный и настроенный специально под него,  бронекостюм -  нахрен выпилил эту идиотскую подсветку и фонарь на шлеме и все внешние световые индикаторы систем. Срать он хотел на все разглагольствования ученых о том, что мимики ориентируются своими ксено-термо-хрен-знает-каким органами чувств, которые с обычным человеческим зрением и восприятием имеют мало общего. За два года, что он таскался  в дивергруппе с винтовкой наперевес по горам, долам, пустыням и прочим "горячим точкам", в которые его правительство рассчитывало принести свет демократии и свободы, а заодно отжать для себя стратегически важную территорию или особо полезный и ценный источник ресурсов, Акселератор уяснил, что чем меньше ты привлекаешь к себе внимания противника - тем лучше для тебя. Но теперь у Родины появился новый враг, и все силы были брошены на защиту последнего рубежа. Засевшую в самом спинном мозге установку не могли поколебать ни уверения инженеров и биологов, ни личный пример Ангела Вердена, щеголявшего в выпендрежной красной броне не только на агитках, но и  в бою, ни опыт сослуживцев, уже не раз участвовавших в заварухе с мимиками. Полтора года ушло у Акселя чтобы обзавестись  в  роте собственным прозвищем, немного поменять свое мнение о Цельнометаллической стерве и убедиться самому, что мимики к рождественской иллюминации экзоскелетов совершенно равнодушны. Но его композитный костюм пехотинца был по прежнему стандартного цвета и лишен всех этих киношных обвесов и лампочек. Какой дебил их вообще придумал, если  в шлем встроен прибор ночного видения, показатели систем отображается на внутреннем дисплее, а после пяти минут боя ты с ног до головы заляпан грязью и кровищей?   Аксель задавался этим риторическим вопросом, валяясь на нижней койке в казарме, когда  в душную, провонявшую крепким мужским духом палатку явился  мастер-сержант. Пришлось вставать. Навытяжку.

 Француз скептически приподнял бровь и отрицательно покачал головой в ответ на реплику Исландии.

Гальский профиль Франции излучал высшую меру неодобрения поползновениями в свой адрес.

Француз, который ценил жгучую соседку-Испанию за умение танцевать, склонность к девиациям и интуицию, обратил вопрошающий взор на Литву. Уж не стремилась ли она к ничьей намеренно? Но Японец оказался незапятнан коричневыми отходами фашизма. Молчаливый юноша задумался. И витеватым росчерком вывел на бумаге Исландия.