Расположились путники под шляпами огромных грибов, ибо оказаться погребённым под слоем пепла не хотелось никому. Тем не менее, спали они беспокойно, то и дело просыпаясь и украдкой глядя на товарищей – всё-таки, особого доверия между ними не было. Временами кто-нибудь просыпался и вставал, чтобы сменить дежурных у костра. Сидели парами, иногда троицами, по несколько минут или по часу, отогреваясь, подбрасывая хворост в огонь и вслушиваясь в ночную тишину. Однако, под утро Вермина сморила всех до единого – когда Иллея открыла глаза с первыми лучами солнца, пламя уже погасло, а сидевший напротив неё Ранаби теперь лежал на земле в позе новорожденного ребёнка.
Девушка попыталась разбудить сородича, однако в глаза ей бросилась пара маленьких ранок у него на шее, словно оставленных чьим-то укусом. Охотница легонько потрясла целителя и указала на след от зубов, но тот, приподнявшись, сам протянул руку к её лицу и провёл пальцем под ухом. На нём была кровь.
Вдвоём они принялись будить остальных, осматривая товарищей на предмет наличия у них таких же порезов. В итоге покусанными оказались все эльфы, включая Роана; избежать подобной участи удалось лишь Маттео, Трэю, Гилберту и Джазару.
- Вампир. – заключил Ранаби, хотя остальным это и без того было очевидно. – В целях профилактики я наложу на каждого заклятье излечения обычных недугов, но в течение дня и в порядке очереди… На всех сразу мне энергии не хватит. – эльф слегка лукавил; он мог бы сделать это, но тогда остался бы полностью обессиленным. – Однако, это не главная наша проблема. Получается, что среди нас затаился кровосос… Или же он бродит где-то поблизости. Может, в компании себе подобных. Я ничего не имею против них, особенно если они не убивают своих жертв, как в нашем случае… В конце концов, это просто больные люди. И всё же, мне малость не комфортно пребывать в подобном обществе.
Известие о том, что где-то поблизости бродит вампир, было похоже на гром среди ясного неба. Сама Иллея с ними не сталкивалась, но отец часто рассказывал ей в детстве страшные сказки, все, как одна, с участием вампиров. Поэтому данмерка, цвет кожи которой принял бледно-серый оттенок, в ужасе оглядела всю компанию, дольше всего останавливая взгляд на тех, кто оказался не покусанным.
- Надо... Осмотреть местность. Может быть, чужие следы найдем?
- Старайтесь никуда не уходить. Оставайтесь на своих местах все до единого, чтобы не затоптать следы, - заспанным голосом протянул Маттео. Командовать в такой обстановке было тяжело, да и звуки из застуженного от сна на холодной земле горла выходили плохо. Но даже сейчас юноша старался не терять самообладания. Проведя рукой по шее, он ещё раз убедился, что не покусан и втайне порадовался. Однако внутри все было неспокойно.
Ранаби покосился на Санксарона. Ему трудно было определиться, с кем путешествовать безопасней – с тем, кто ощущает сильную потребность в скууме или тем, кто ощущает сильную потребность в крови. В руках целитель всё ещё сжимал свой мешок, совершенно пустой. Тем не менее, сообщать товарищам о пропаже он не спешил – всё-таки, лучше бы им не знать, что нёс в сумке их вожатый.
Сам же Санксарон, прищурившись, посмотрел на Гилберта - "Бледен, чертяка, как зимний снежок".
- Эххх, жаль, что не заразил. Я, хоть и эльф, в 30 лет всё равно чувствую себя старым... - данмер улыбнулся и продолжил - Странно, почему только меры?
- Можете не лечиться, тогда вас ждет уникальная возможность сгореть не только в лаве, но и на солнце, если вампир местный... Интересно, - Кануд схватился за шею, - по следу от укуса можно определить разновидность вампира или он зависит от сугубо личного строения челюсти заболевшего?
Недостаточно опытный по жизни, Кануд еще не успел понять, чего следует бояться до глубины души, с другой же стороны - Тельванни относились к кровососам вполне толерантно, рассматривая их как интересный феномен. Да и какой маг не думал о том, что бессмертие, пусть и такое, очень даже хорошая идея?
- У меня есть зелье, так что на меня можно не распыляться, наверное, - ответил Кануд Ранаби, мимолетом, продолжив затем свои рассуждения. Новость о том, что ночью тут побывал вампир оказалась очень интригующей, поэтому у Кануда образовался целый шквал вопросов.
- И... вы серьезно думаете, что сейчас вампиры - наша главная проблема? По-моему пора двигаться дальше, они либо позади останутся, либо пойдут за нами... если только кто-то из нашей группы не... Тогда следы искать глупо... Хм... а вкусовые предпочтения у них тоже бывают? Вкус от расы зависит или от образа жизни? Может остальных не покусали, потому что кровосос добрался до Санксарона и стал пеплом еще до рассвета... Пепла тут много, так что его останки могли б и не заметить...
- Хех, неплохо... - Санксарон, посмотрев на Кануда, заметно хихикнул. На самом деле он был напуган, но всем своим видом старался этого не подавать и, как обычно, все скрыл за своей улыбкой.
- Пожалуй соглашусь с Канудом. – сказал Трэй. - Нужно двигаться дальше, до темноты бояться нечего, а если сейчас начнем поиски, только потеряем драгоценное время.
Утро добрым не бывает. Новость о том, что ночью компанию посетил вампир или даже вампиры, радости, конечно же, не принесла. Трэя лишь успокаивал тот факт, что на его кровь бессмертные не позарились. Однако то, что весь вечер имперец сидел в одиночестве, многим могло показаться подозрительным, что было, несомненно, плохо для него. Решив не подавать виду и вести себя спокойно, Трэй просто сказал, что ночью ничего необычного не заметил. Кровососы напали только на меров, что было еще более подозрительно, чем вся ситуация в целом. В принципе Трэя особо не переживал за тех, кого покусали, разве что только за Иллею, которая из всех пострадавших была ему ближе всех. В тоже время он был рад за Гилберта, который мог и не перенести ночного визита вампира, ведь бретонец и так уже достаточно пострадал. Однако, по мнению Трэя, вампиры были сейчас не главной проблемой, по крайней мере, до темноты.
Мало того, что просыпаться на холодной земле, покрытым тонким слоем пепла (грибы, все же, не могли полностью огородить путников от сей напасти) само по себе довольно паршиво, так еще и новость, что где-то поблизости ошивается вампир, окончательно испортила утро. Едва заметное солнце светило где-то за серой дымкой, которая теперь скрывала небо целиком. Гилберт, вздрогнувший от чувствительного толчка, с нарастающим ужасом выслушал ночные новости. Вампир! Худший кошмар любого некроманта, даэдропоклонника и культиста, в общем, любого, избравшего древние родовые гробницы своим домом. Колдун поспешно проверил свои вещи и, убедившись, что ничего не пропало, подошёл к остальным.
- Во втором часу всё было... тихо. - неуверенно сообщил он. Копперхарт дежурил с полночи до двух, хотя он и не был уверен, произошло нападение до или после его вахты. Колдун выглядел немного раздосадованным, он собирался призвать Урюка сразу перед сном и повелеть ему сторожить их сон, но долгая дорога, неприятная рана и теплое питьё сделали своё дело, и волшебник махнул рукой, о чём теперь, конечно, страшно жалел. Он поднял взгляд на Ранаби. - Вы... Вы как?
- Я, ну… Жить буду. – ответил Ранаби Гилберту, недоумевая, почему из всей толпы маг выделили именно его. Было ли это своеобразной благодарностью за оказанные им вчера услуги или же колдун приметил, что сумка целителя опустела? – Правда, меня обокрали… Но не беспокойтесь, там были разве что кое-какие… Вещества. – эльф осёкся, но тут же поправил самого себя: – Лечебные, разумеется.
- Судя по количеству укусов, можно предположить, что вампир был не один... – вдруг принялся рассуждать Санксарон, которого, похоже, подстегнула заданная Канудом тема вкусовых предпочтений кровососов. - Они ведь тоже могут напугаться извержения и уходить своим отрядом подальше от погибающего острова. Насколько я знаю, в Вварденфелле есть три клана вампиров. Нас "поели" точно не Куарра, в противном случае тут бы лежали разорванные останки. Я думаю это Берне. Как известно, они любят питаться спящими жертвами...
- Я мало что знаю о вампирах, кажется, от клана зависят разве что приобретаемые ими способности… - продолжил Ранаби. - А если это один из нас, то сейчас выявить его будет очень сложно, ведь сытый кровосос почти ничем не выделяется на фоне простых смертных.
Эльф ещё раз осмотрел товарищей. Под образ вампира, существующего в сознании обывателей, походил разве что Гилберт. Впрочем, это мог быть и Трэй. Или даже Маттео. Однако, единственным, кто вчера избегал солнца, был сам Ранаби, а посему он, чтобы не вызывать лишних вопросов, поспешил вновь спрятаться под зонтиком. Пусть товарищи не думают, будто бы нужда в нём отпала.
- От клана зависит многое. Согласен, это не Куарра, они не стали бы... Либо Берне, эти пресловутые ползучие тени, либо какой-то одиночка. - поддержал мнение Санксарона Гилберт. От одной мысли, что рядом с ним спящим бродил вампир, колдуна бросало в дрожь. Старый мастер Балено рассказывал ему, как во времена своей бурной молодости пережил встречу с вампиром. Следовало признать, старик был неплохим рассказчиком, Гилберт до сих пор помнил все подробности той истории так, словно бы пережил её сам. - Нужно идти!
- Если бы я был вампиром, я независимо от клана любил бы питаться спящими... По-моему неприятно, когда обед барахтается и кричит, - отряхнув себя от пепла, Кануд поправил сумку, готовясь выступать в дорогу как только, так сразу.
- О-о-о... Куарра любят, когда их обед сопротивляется. - покачал головой колдун. - Жуткие твари.
- В зависимости от "породы", наследуется также характер и способности... Если бы ты был вампиром, возможно перестал бы быть такой занудой. Когда ты можешь околдовать жертву прямо посреди бела дня и спокойно выпить у него кровь, то почему бы это не сделать, а не ждать ночи? Или, когда у тебя неконтролируемая агрессия, разве ты можешь спокойно выпить кровь под тишину? Пффф. - Санксарон задумавшись, скрестил руки на груди, - Если это одиночка, то либо он безумно голодный, либо крайне не рациональный: легче и быстрее насытиться одним; к тому же, выбранная жертва не погибнет, а лишь будет чувствовать слабость. А может это была дегустация? Так сказать, выбор образца полакомиться...
- Вварденфелльские вампиры среди бела дня поджариваются, насколько мне известно. А ночью все приличные меры спят, - ответил Кануд, - и я не зануда, просто рассуждаю в непостижимой вам плоскости, наверное.
- Очевидно, что среди бела дня не в поле в обед и под жарким опаляющим солнцем... Можно придумать кучу методов даже под вечер, - выпалил Санксарон, с презрительной ухмылкой на лице, - Возможно, ты прав. После услышанного бреда, можно считать, что ты действительно девиантно мыслишь. Для тебя поясню: не как все. Можешь считать себя "особенным".
- Вы только что произнесли все оставшиеся слова, которые знаете, или это все же пародия на связное предложение? - спокойно ответил Кануд, - В любом случае, меня такого рода перепалки не интересуют. Хотите поджариться: прыгайте в Фояду.
- Хех, не противоречьте самому себе, о важный маг. Если бы они Вас, милсдарь, не интересовали, Вы бы не стали с каждой своей репликой отчаянно пытаться кого-нибудь задеть. - с усмешкой и вычурно проговорил Санксарон, закатив глаза.
Трэй молча наблюдал за словесной перепалкой Кануда и Санксарона. С каждым новым обменом репликами последний нравился ему все больше и больше. "Похоже этот Санксарон неплохой парень, пусть и немного несдержанный." - пронеслась в голове имперца мысль. "В отличие от Кануда он хотя бы не пытается досадить словами всем окружающим." - продолжил размышления Трэй. Молча, имперец вытащил флягу из сумки и сделал глоток. Вообще, Трэй не был сторонником алкоголя с утра, однако, все происходящее вокруг в совокупности с утренним происшествием сильно давило на мозги, поэтому он решил, что стоит немного отвлечься.
- Флина никто не желает?
- Спасибо за предложение, но не сейчас. - ответил Санксарон Трэю. Употреблять алкоголь с утра вообще не хотелось, тем более после недавнего марафона в таверне.
Гилберт с неудовольствием следил за развитием вчерашней ссоры, в прошлый раз туча прошла мимо, но, видимо, не развеялась, а разрослась, набрякла. Колдун отстранился от предложенной фляжки (если вечером его желудок лишь слегка бунтовал, то после новостей о вампире он стремился вывернуться наизнанку немедля) и с неудовольствием оглядел спорщиков. В целом, он был согласен с Санксароном, некоторые из Аунда могли защитить себя от солнечного света, но вампиры такой силы не ограничились бы легкой пробой, они забрали бы всех, кого-то бы спокойной выпили, а остальных бы обратили в трэллов, чтобы те тащили их в закрытых ящиках днём.
- Какая разница, кто это был? - наконец вымолвил он сухим голосом, стоило спорщикам замолчать. Он мрачно посмотрел двух данмеров и мотнул головой. - Нам нужно выступать, оставьте препирательства для дорожных разговоров.
С детства Гилберта окружали наглые и сильные здоровяки, не привыкшие лезть за словом в карман, будущие громилы и разбойники. Он привык давать им отпор, если они решались донимать его, что стоило Гилберту многих синяков и ссадин, но в конечном итоге, его оставили в покое. Потому он слегка симпатизировал Кануду, который мужественно противостоял Санксарону, столь похожему телосложением и манерой вести себя на одного из многочисленных обидчиков Гилберта.
