Laion

Мэйвеллин и Тейвеллин   Эти слова гадалки оказали едва ли не магическое действие. Тей и крепко держащая его за руку Мэй прошли следом за девушкой в ее фургончик. Как там было интересно! Всякие магические вещи, хрустальные шары и удивительные безделушки создавали ощущение таинственной сказки. Однако, когда гадалка стала выставлять на стол угощение, Мэй вдруг встала со скамеечки и строго огляделась: - Нам нужно помыть руки. Тей, не ешь грязными руками!

Мэйвеллин и Тейвеллин   - Гадалка? - Мэй выглянула из-за плеча брата. - Ты можешь значит, нам сказать, где мы и как нам домой вернуться?   Она оглядела девушку с ног до головы. Одежда, конечно, странная, но лицо доброе, и голос приятный.. Если бы знать, где они оказались! 

Мэйвеллин и Тейвеллин   - Ой! - Мэй показала на девушку и спряталась за спину брата: - Она одета как.. Как колдунья!   Колдунов она не любила. Все, что Мэй знала о колдунах - то, что они злые и убивают и едят детей. Поэтому девочка так испугалась.

Мэйвеллин и Тейвеллин   Как назло, дорога, по которой шли дети, тянулась среди унылой равнины, почти выжженной солнцем до рыжины. Только далеко впереди виднелась какая-то каменная гряда, к которой брат с сестрой сейчас и направлялись. Когда , спустя часа полтора, измученные дети приблизились к гряде, дорога резко пошла под уклон и вправо. За поворотом дети увидели небольшое озерцо, по берегу которого стояли яркие вагончики передвижного цирка. Мэй уже видела подобные - они приезжали в их городок иногда, суля всем горожанам праздник и веселье. - Тей, смотри! - обрадованная девочка схватила брата за руку, слабая улыбка заиграла на губах.

Мэйвеллин и Тейвеллин   Девочка с испугом взглянула на захлопнувшийся портал, но промолчала. Бесшабашная самоуверенность брата ее не столько успокаивала, сколько пугала. Но она постаралась не показать, что боится. Ведь нет ничего хуже, чем поколебать уверенность мужчины в собственных силах! Это Мэй слышала еще от отца, которому верила безоговорочно. А старший (ну да, пусть всего на несколько минут) брат был почти мужчиной. У него даже был меч!. Мэй тихонько вздохнула и огляделась по сторонам: - Как думаешь, тут есть дикие звери?

Мейвеллин и Тейвеллин   - Тей! Тей, ты разве не помнишь, что папа говорил?  Все порталы открывать только с ним!  Нам еще рано одним путешествовать! - маленькая эльфийская девочка, серьезная не по годам, строго отчитывала за что-то светловолосого кудрявого мальчугана-эльфа.  Тот, со скучающим видом выслушав  ее, отмахнулся: - Мы же только посмотрим и сразу назад! Мэй, не будь такой скучной! Папа даже и не узнает. Он шагнул к порталу, открытому посреди детской. То, что это именно детская комната, не было никаких сомнений - две уютные детские кроватки, игрушки на полках шкафа, яркие книги, и цветы, по всей видимости, с любовью  выращенные девочкой. - Тей, стой!  - девочка схватила брата за руку - Я не пущу тебя одного! И нам надо вернуться, до того, как придет папа. - Конечно, вернемся, не волнуйся!  - раздался уже из портала голос мальчика, и оба ребенка исчезли в магических всполохах.

Фрутти, прижатый мощным бюстом "блондинки" к зеркалу, покраснел, пытаясь отвести глаза от колыхающихся полушарий,  вываливающихся из корсета, заерзал и смущенно забормотал: - Это...  как это.. ну..  А пойдем, я покажу тебе ее! Как раз и реп-петиция вот-вот начнется.. И Фрутти, сопровождаемый превратившимся обратно в мохнатенький комочек Чарли, чуть ли не бегом выскочил из своего фургончика, направляясь на репетицию труппы.

-  К-как эт-то нет-т ? - дернулся Фрутти, не веря, и одновременно опасаясь заглянуть в зеркало. (а вдруг Чарли совсем не шутит, и у него, как у какого-нибудь вампира, теперь нет отражения в зеркале?) Это же скандал! Не дай Бог, кто-то узнает об этом! -  А ка-ак ж-же т-теперь я б-без юф-феля? Ты этт-то.. Не шути т-так! Вы-выплюнь с-сейчас же! Т-тащишь в рот всякую гадость! Фрутти даже приподнял Чарли, отцепив его от себя и слегка  потряс, перевернув его вниз головой.. глазами..  Хм.. Где у них верх, а где низ, у этих юфелей, не разберешь... - И что мне делать? А вдруг.. А вдруг.. - драматическим шепотом произнес он, посадив Чарли обратно к себе на плечо.  - А вдруг ОНА узнает, что у меня нет отражения? Она же будет бояться, подумает, что я вампир! Ах!  - Фрутти дернул себя за волосы и заломил руки Истерика уже была на подходе.  - Чарли, миленький, ты же не скажешь? ты же не бросишь меня?

Фрутти замялся. С конферансье ( роль которого обычно исполнял хозяин цирка) он предпочитал не ссориться. - Не, гелия у нас нету.  - помотал он головой и с интересом уставился на себя в зеркало.  - А знаешь, совсем неплохо!  У тебя, определенно, талант гримера.. ээээ.. Стилиста.  Значит, мое отра... этот.. Юфель. Не вылезет оттуда, потому что он низкоуровневый, понятно.  Не знал, что у отражений есть уровни. Фрутти вдруг испугался, что, если у отражений-юфелей бывают какие-то разряды, его отражение тоже когда-нибудь может внезапно вырасти и сбежать. И что он будет делать без своего юфеля?  Он обеспокоенно вздернул брови домиком: - А как вы, эти, юфели.. Свой уровень повышаете?

Фрутти тоже осторожно заглянул в зеркало. Оно отразило его перемазанную гримом физиономию и испуганные глаза, выглядывающие из зазеркалья: - А зачем нам граната?  - глубокомысленно изрек он. - Не.. Нам граната не нужна.   А баллон с гелием зачем?

- Пустое зеркало? - Фрутти  лихорадочно припоминал, где он видел  зеркало, в которое никто не смотрится.. Не в гримерках, точно.. В фургончике хозяина цирка? У Пиглетты? Есть, вспомнил! В реквизитном фургоне есть зеркало, как он мог забыть?  Фрутти довольно улыбнулся и пообещал: - Будет тебе зеркало! Известие о потерянном хозяине слегка успокоило Фрутти,  пусть-ка этот хозяин теперь попробует доказать, что у него есть какие-то права на Чарли! Кто первым встал, того и тапки! - Идем, Чарли,  сделаем тебе дом!  -  и Фрутти зашагал в сторону фургончика с реквизитом. Стащить зеркало было не проблемой, да и все равно вряд ли кто его хватится. А в случае чего, он надеялся на заступничество Пиглетты -  Чарли был тем сокровищем, которое нельзя было терять. Вскоре зеркало уже было перетащено в фургончик Фрутти и закреплено на стенке за ширмой. - С новосельем,  Чарли! - приветственным жестом Фрутти указал на зеркало.

- О'кей, Чарли. - Фрутти осторожно подставил ладонь существу, и подождав, пока Чарли перемахнет на нее, поднес ладонь вровень к лицу. - А я - Фрутти, Мистер Хо. Хочешь работать со мной в моем.. Нашем номере? - Фрутти вдруг подумал, что слово "работать" может отпугнуть такого замечательного потенциального партнера, и поспешно добавил: - Мы будем выступать в цирке. Только представь - слава, счастливые детишки, аплодирующие тебе, красивые женщины, восхищающиеся твоим талантом! Мы назовем наш номер.. Хм.. Чарли и Мистер Хо! Чудеса из мыльной пены: дрессированные мыльные пузыри, удивительные превращения, великолепные музыкальные пародии! Как тебе? Кстати, а кто твой хозяин? - запоздало сообразил Фрутти, испугавшись, что какой-то неведомый "хозяин" может прийти и лопнуть, как мыльный пузырь, его только-только родившуюся мечту.

- Ты... Ты кто?  - опешивший Фрутти  вытер ладонью брызги мыльного раствора с лица, размазывая грим. Такого чуда он никогда в жизни еще не видел. В цирке были говорящие животные - черная кошка Мяу  и кролик мистера Ф - Мистер К, но это.. Это было что-то совершенно потрясающее. "Надо бы уговорить его выступать в моем номере! Это будет.. Это будет.. Удивительно!"  Фрутти  присел рядом с существом и осторожно потрогал пальцем пену возле него - Ты откуда взялся?

Фрутти мечтательно грыз кончик карандаша. Вот уже несколько месяцев он странствовал с передвижным цирком Барберини, выступая с номером шоу мыльных пузырей. Он громко называл себя Мистером Хо, укротителем мыльных пузырей. Его дорогая мамочка наотрез отказалась признавать это "позорное шоу", как она выразилась, и требовала, чтобы Фрутти пошел по ее стопам, дрессируя тигров и львов. Однако Фрутти, как истинный художник, предпочел заниматься более изящным и ярким  (и более безопасным) делом - в его руках обычный мыльный раствор превращался в радужную сказку. Тигры, слоны, медведи, переливаясь всеми цветами радуги, плавали по воздуху, пролетая через специально установленные обручи и рассыпались на множество мелких пузырьков, вызывая восторг и радость детворы. А что может быть лучше детского смеха? Пиглетта, приемная дочка хозяина цирка, часто наблюдала за его репетициями, и Фрутти был счастлив, когда видел радостную улыбку на ее лице - значит, номер получается! Возможно, у этого, внешне немного нелепого и грустного, мужчины, был какой-то дар? Но мыльные пузыри "слушались" его безоговорочно, а Фрутти был уверен в том, что они живые, разговаривая с ними во время репетиций и выступлений. Сейчас, однако, его мечтательность была вызвана совершенно другой причиной - Фрутти был влюблен. Снова. Давно, уже целых четыре дня. И поэтому сочинял стихи, посвящая их своей новой возлюбленной. Следует пояснить, что Фрутти с детства не давали покоя лавры знаменитого Пьеро, поэтому он, мня себя поэтом, самозабвенно писал плохие стихи, посвящая их всем женщинам, в которых влюблялся.В его дневнике уже были на разных страничках записаны стихи, посвященные предыдущим объектам его воздыханий. Его ухаживания обычно так ничем и не заканчивались - Фрутти несколько дней вздыхал, писал ужасные стихи, иногда оставляя их на гримерных столиках "жертв" своих любовных томлений, иногда, неимоверно стесняясь и бледнея от волнения, вручал букетик ромашек, колокольчиков или одуванчиков со словами "Ты сегодня великолепно выступала!"  и тут же убегал. И только одинажды  роман зашел далеко - до поцелуя в щечку - с некой Генриеттой, гимнасткой на шаре. Генриетта уже давно покинула цирк, а Фрутти, немного пострадав, вскоре снова влюбился. И сейчас, пытаясь поймать вдохновение за хвост, он перечитывал свои предыдущие вирши:   Ах, прекрасная Надира, Ты поверь мне, я не придира, И чудесной твоей бородой Я любуюсь, совсем как тобой.   На этом месте Фрутти вздохнул несколько раз, представляя себе знойную брюнетку с удивительной бородой, которая, как ни странно, делала ее такой экзотично красивой и притягательной, и продолжил чтение:   Наступит ночь, и я приду Смотреть на тебя, как на звезду. Милада, мой нежный ночной мотылек Твой голос звучит, как лесной ручеек.   При чем тут ручеек, Фрутти и сам затруднился бы ответить, но уж очень ему нравилась эта рифма, поэтому он довольно улыбнулся и перелистнул страницу дальше:   Ты такая прекрасная и такая ужасная, Как тигрица, опасная, дикая, страстная. Ты уходишь куда-то, встречаешься с кем-то, Не заметив разбитого сердца поэта.   Фрутти томно вздохнул, и поспешно  заштриховал жирными полосами стих, чтобы, не дай Бог, он не попал в руки Баронессе, до такой степени она вызывала у него дрожь, напоминая ему его мамочку. Жирно замалеванные стихи навеяли на него грусть, поэтому он быстро, чтобы не потерять нужного настроя, перелистнул дневник дальше:   Ах, эта нежная улыбка, Ах эти милые глаза Ах, эти перси, эти руки, И остальные чудеса. Дальше Фрутти затруднился что-то срифмовать, поскольку перед его мысленным взором тут же начинали извиваться длинные влажные щупальца с присосками, и мысли начинали так же извиваться и путаться. Поэтому стихи остались недописанными, а влюбленность постепенно сошла на нет. И вот, наконец, вдохновение поймано, и он застрочил карандашом по бумаге:   Погадай мне, красавица, погадай. Счастье мне напророчь, и любви пожелай. Мое сердце трепещет, мое сердце поет Взор манящий твой меня за собою зовет.   Удовлетворенно перечитав свое "творение", Фрутти отложил карандаш, закрыл дневник и убрал его в дорожный кофр. Рядом, на столике, стоял в стакане букетик незабудок, которые он насобирал в поле утром  и надеялся подарить их после вечернего выступления Эрмис, предмету своих нынешних мечтаний. Сейчас же ему  пора было собираться на репетицию. Репетиция     Фрутти священнодействовал... Иначе никак нельзя было назвать этот процесс - приготовление мыльного раствора для пузырей. Немного этого мыла...  Немного этого... Чуть-чуть этой эссенции.. Каплю глицерина.. Понюхать, попробовать на вкус, выдуть пробный пузырь  с пальцев. Великолепно! - Пошел.. пошел.. прекрасно, дорогой! Еще немного подрасти.. так, так, замечательно! И.. Раз-два-три, закружились, мои хорошие, закружились! Мистер Барни, кто же так летает? Изящнее, еще изящнее, да, да, у вас все получается! Сегодня Фрутти отрабатывал новый номер, с использованием разноцветного дыма, накачивая его неуловимым образом вовнутрь пузырей. - Прекрасно, прекрасно! Ах, что это?  - Фрутти в недоумении смотрел, как один из мыльных пузырей, закачанных дымом, вдруг начал двигаться по своей собственной траектории, нарушая стройный хоровод "послушных" пузырей. В голове даже мелькнула мысль "Обкурился?", которая не была бы столь нелепой, если бы не относилась к  накачанному дымом мыльному пузырю.

лог часть в воскресенье

  думаю, мы все успеем))

  :d_daisy:  и Фолси!

ага, что-то подобное я и предполагала  :)       Проф, официально приглашаю Чарли в свой номер   :wub:

  сказала укротительница тигров... :whistling:    (  тигры-то хоть кормленные?   :crazy:   )   Но это  - хорошая идея!   :good:

Доброе утро!   Ура, Фест пришел!    :wub:     нужно больше антиняш    :whistling:  * барабаню пальцами по столу, глядя на часы*     Что, еще не вечер? :angel:

Великолепный эпилог!    :good2:   Рихард, спасибо!

  каким образом обучение происходит?     Доброго дня всем! :)

  пожалуй, я не хочу знать, что в таких случаях делали девчонки)))

Лиз печально улыбнулась и легонько провела  пальцем по щеке брухи: - Ты горяч, наивен и честен, Матеуш. Может быть, если бы мы встретились раньше, до.. Моей окончательной смерти, все могло бы быть иначе.  Я не хочу тебя обманывать и обнадеживать.  Я люблю графа, я благодарна ему.   Но не знаю, что будет дальше. Я не собираюсь оставаться здесь, и хочу выбрать новую судьбу.  Возможно, мы с тобой тогда где-нибудь встретимся. Там, в моей новой жизни.   -Мистер, как вас.. Матеуш кажется? Боюсь ,что мисс Элизабет хотела бы остаться одна. Гин постарался улыбнуться как можно дружелюбней.   Лиз смутилась, как будто ее поймали за чем-то неприличным, и быстро  юркнув в свою комнату, закрыла дверь.

-  Это правда  Лиз   про  Саулота?  Я ничего про него не знаю, а вот вы вентру убили  или  закопали в земле   Троиля патриарха нашего клана.  Мы построили  утопию на Земле, а вы ее разрушили вы и ваши прихлебатели тореадоры.   На этих словах Энгельберт исчез и только надкушенный пончик покачивался на блюдечке...   Лиз расстроенно посмотрела на то место, где только что сидел Энгельберт и повернулась к Матеушу:   - Матеуш, Вам, действительно, так интересно знать, кто и кого убил тысячу лет назад?  Думаю, истинные брухи с Вами не согласятся по поводу убийства Троила.  Возможно, стоит перестать искать виновных в том, что произошло задолго до нашего рождения и учиться жить в мире  сейчас?   - Лиз  холодно взглянула на бруху. -  даже если бы лично я убила вашего  Саулота, а Энегльберт, в компании с Алабейстом и Дорианом - Троиля, это не повод устраивать в таверне, где само Провидение дало возможность встречаться живым и умершим, политические разборки.  Мне кажется, Вам стоит научиться быть терпимее, хотя бы во сне, Матеуш.. -  с горечью закончила Лиз и поднялась из-за стола, направляясь в свою комнату..