Ettra

Мэйрис   - Я знаю. Пей.   Мэйрис рассеянно кивнула и осушила очередной стакан. После смерти можно опьянеть? Может быть если напиться станет чуточку легче, угаснет то, что съедает изнутри а новая реальность уйдет на второй план? Она была бы рада. - Я скучала, - сказала Мэйрис, не сводя взгляда с Хекса. Точно такой, как она помнила, как видела во снах. Ни капли не изменился, в отличие от Мэйрис на которой годы оставили отпечаток. Да и как он мог измениться, если для него не существовало этих шестнадцати лет. - Нам тебя не хватало. 

Мэйрис   Мэйрис затуманенным взглядом посмотрела на трактирщика и покачала головой. Она чувствовала себя живой, когда появилась в таверне, но сейчас... Ничего, просто пустота внутри, зияющая дыра. Кажется, именно так должно быть у тех, кто мертв. Лучше было бы провалиться в темное ничто, чем ощущать течение времени в этом странном месте. Люди общаются, развлекаются, пьют, но какой в этом смысл? Реальная жизнь оказалась позади и путь туда закрыт навсегда.    - Как ты могла умереть?   Мэйрис посмотрела на Хекса и тихо, но сухо рассмеялась. Хекс тоже будет смеяться, когда узнает. А еще он ни капли не удивится. Столько лет, а в чем-то она так и не изменилась. - Я... хотела помочь. Был бой и кто-то позвал меня. Я обернулась всего на секунду, но этого хватило, - сказала Мэйрис и прижала руку к груди. Кровь почти высохла. Странно, что она осталась, ведь ни раны, ни дыры в доспехе нет. Только кровь, словно напоминание, что она действительно была ранена, что умерла.  Мэйрис наконец отошла от двери и подошла к стойке. Рюмка, которую оставил для нее трактирщик так и стояла нетронутая. Мэйрис знала, что от алкоголя ей становилось дурно, но разве может быть хуже? Она осушила рюмку, толком не почувствовав вкуса, только огонь в горле. Это немного привело в чувство.  - Я не знаю, что мне делать, - выдохнула Мэйрис ни к кому конкретно не обращаясь. Когда-то все проблемы решал Хекс. Когда-то, когда она была слабой и беспомощной девчонкой только увидевшей большой мир. Отсутствие потрошителя рядом и необходимость заботиться о себе и сыне самостоятельно закалили ее. Но теперь она снова казалась себе глупой девчонкой. 

Мэйрис   - Она ведь просто спит, верно? Она не мертва?   - Я не знаю... Я думаю, что... - Мэйрис сглотнула, не закончив фразу. Это место вроде Тени, куда попадают спящие? Быть может она и правда спит в палатке, пока лекарь занимается ее ранами. Может быть она на границе жизни и смерти. Ее тело борется, стараясь сохранить жизнь, пока сознание показывает желанные картины, любимого человека. А может она и правда умерла. Как и Хекс. И это страшнее всего, потому что Мэйрис так и не завершила свои поиски. Ей было ради кого жить.  Каждый шаг к двери отдавался странной тупой болью в груди, там, где была рана. Дыхание перехватывало. Но Мэйрис должна знать, должна убедиться, что все еще может вернуться назад. Она просто не могла позволить себе остаться здесь, даже рядом с Хексом, как бы не хотела вновь быть рядом. Шестнадцать лет - за это время Мэйрис справилась с болью, научилась жить самостоятельно. Ручка двери обожгла ладонь холодом. Мэйрис медлила, не могла толкнуть дверь. По спине поползли мурашки страха, страха, что она не вернется. Где-то в глубине души она понимала, что мертва. С такими ранами не выживают даже в сказках, которые она так любила читать. И все же... надо убедиться. Закрыв глаза, Мэйрис с силой толкнула дверь. Ничего. Сердце снова пропустило удар. Потянула дверь на себя - тоже ничего. Она не может выйти. Не может вернуться.  Мэйрис прижалась лбом к двери и задрожала, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы. Заточить ее здесь было жестоко и несправедливо. Чудовищно. 

Пляж   - И как мы будем сражаться? Голыми руками? Нам хоть какие-то мечи выдадут? - Тавила сыпала вопросами, чем напомнила себе Римата. Но спрашивать было о чем. Неужели этот генерал-адмирал, или как там его, думает, будто может кидать людей - пусть и наемников - в бой без вооружения. На такое не способен даже тронутый на голову.  - Это официально, друзья! Я люблю Сегерон. Может быть, даже останусь тут, когда все кончится   Около уха что-то пронзительно зажужжало и через мгновение Тавила почувствовала болезненный укол в плечо. Слепни, вездесущие слепни. Будто жары мало. Она резким движением прихлопнула насекомое и обтерла руку об песок. - Тупая тварь! Ненавижу это идиотское место. Ненавижу жару, - буркнула Тавила. Она не хотела быть грубой с остальными, но слова вырывались прежде, чем Тавила успевала подумать.   

Мэйрис   - Леди, - обратился он снова к Мейрис, - Иди сюда, налью вина или чего покрепче.    - А? - Мэйрис обернулась к трактирщику. Казалось, окружение потонуло в тумане и она не сразу поняла, что ей говорят. А когда сообразила, то покачала головой. Во рту пересохло, но ни пить, ни есть не хотелось. - Нет, не надо, спасибо.   - Какого хрена?!   Мэйрис все еще не могла поверить в то, что видит. В то, что Хекс действительно стоит прямо перед ней.  - Шестнадцать лет... шестнадцать лет, - сказала она, медленно подходя к потрошителю и осторожно протянула к нему руку. Она боялась, что пальцы нащупают только воздух и Хекс растворится, что все это иллюзия или плод воображения. Один из снов, которые сопровождают ее столько лет. Но пальцы прикоснулись к горячей коже и Мэйрис вздрогнула. - Я не думала, что... это ведь нереально? 

Мэйрис   Вокруг мелькали тысячи цветов, форм, превращаясь в самые необычные картины, какие Мэйрис только видела в своей жизни. Ни одна из картин не задерживалась дольше секунды, сменяясь другой, столь же странной и яркой.  Тут небыло ни звуков, ни запахов, ни ощущений. Она словно существовала в этом странном мире вне своего тела и могла только смотреть. А потом все прекратилось. Мэйрис выдернули из урагана образов жесткой рукой и поставили на землю. Голова кружилась, будто она только что сошла с ярмарочной карусели. Медленно, но перед глазами появлялись очертания места, где Мэйрис оказалась. Зал, заполненный оживленно говорящими людьми, больше всего походил на самую обычную таверну. Сейчас она испытывала замешательство, пытаясь сообразить, почему оказалась в таверне.  Мэйрис помнила звон металла о металл, помнила как сильно болели руки, сжимающие меч, помнила крики. Как ее звали - почти панически звали. Она обернулась всего лишь на мгновение - понять в чем дело. Потеряла секунду, ослабила внимание и дала врагу возможность ее достать. Грудь пронзила боль, распустилась словно цветок, вытесняя все прочие ощущения. Больше небыло ни звуков, ни меча в руке - только боль и темнота. А потом водоворот цветов.  Сейчас боли не было, словно она не существовала вовсе. Мэйрис прикоснулась к груди и почувствовала липкую кровь на кожаной броне. Надавила, но боль так и не вернулась. Появилась странная уверенность, что на месте раны не осталось и следа, даже шрама. Словно все случившееся было плодом воображения. Или же она спит сейчас, находится в Тени? Это казалось самым разумным вариантом. Потоптавшись на входе, Мэйрис пригладила короткие медные волосы, в которых за последние годы появилась доля седины, и по привычке погладила рукоять меча на поясе, словно желая убедиться, что он все еще при ней. Меча, с которым Мэйрис не расставалась уже семнадцать лет. Кто-то скажет, что он уже прослужил свое и больше не годится даже для резки хлеба, но был бы не прав. За состоянием оружия Мэйрис следила едва ли не больше, чем за своим. В мече была память. Некоторое время она все еще не решалась шагнуть вперед и присоединиться к людям, но что-то словно толкнуло ее в спину. Она пошла вперед, приглядываясь к посетителям. Странные одежды, странные слова. Нет, это место не походило на обычную таверну, как казалась сначала. И не могло быть Тенью, ведь Тень - отражение реального мира, в котором нет ни подобных людей, ни подобных слов. Все вокруг казалось незнакомым и теперь пугающим. Все, кроме одного человека, сидящего к ней спиной. Он был эхом прошлого, призраком отчего-то оказавшимся здесь, в одном месте с Мэйрис. Светлые волосы, до боли знакомая броня. - Хекс? - спросила Мэйрис, удивившись как тихо и надломленно прозвучал ее голос. 

Пляж   На Сегероне было еще жарче, чем в Тевинтере. Это убивало, забирало последние силы, которые Тавила тщетно пыталась сохранить. Злило. И теплая, как парное вода ни капли не помогала. Тавила быстро смыла с себя грязь, чтобы чувствовать себя хотя бы на каплю посвежевшей и вернулась под тень пальм. Она уже десять раз пожалела, что согласилась идти на этот пляж. Помыться можно было и в крепости, где нет такой удушающей жары.  - А ты чего плавать не пошел? - спросила Тавила у Римата. Парень сидел поджав под себя ноги и не скрываясь наблюдал за Шен. Римат не ответил, а расспрашивать дальше Тавила не стала. Очевидно, что это какие-то личные проблемы. В подобном она даже не разбирается. 

Сегерон. Ставка.   - Кто хочет искупаться?   - Я тоже иду, - сказала Тавила. Хотелось немного отдохнуть перед очередными битвами. А битв на Сегероне будет много, в этом сомневаться не приходилось. Скорее всего наемников пошлют в самые неприятные места, как пушечное мясо. Регулярной армией Тиберий рисковать не станет, а вот предателями Империи - пожалуйста. - И я, - подал голос почти постоянно молчащий Римат. Что-то в нем изменилось после катакомб "Кобр" и сейчас парень совсем не походил на себя прежнего - жизнерадостного и болтливого.

"Молчащий"   - Здрасте, - поприветствовала Тавила наемников, собравшихся на палубе. Все время плавания она почти ни с кем не общалась, предпочитая уединение. Нужно было собрать мысли в кучу, хоть как-то обрисовать собственное будущее на Сегероне. Хотелось верить, что отряд ждет обычная наемничья работа, как и планировал Квинт. Но сейчас слишком многое изменилось.

Нокенское море   Тавила молча отдала оружие. Выяснять отношения и спорить с гвардейцами, навлекая на отряд большие проблемы, она бы не стала. И хотелось верить, что так внезапно появившейся Нокс если не полностью на их стороне, то хотя бы не допустит плахи. 

"Холодная леди"   До вечера матросы загружали корабль, проверяли паруса и приводили пострадавшую от шторма обшивку в норму. Они управились удивительно быстро, наверняка предвкушая начало новой жизни с новым капитаном. Тишина, какая стояла в присутствии Кастула, сменилась гвалтом и гомоном, кто-то притащил бочонок с ромом. Так и должны вести себя пираты - пить и галдеть.  Когда солнце зашло за горизонт, а на палубе, словно светлячки засияли фонари, паруса "Холодной Леди"  наполнились воздухом и корабль медленно отправился в путь. Атмосфера все еще была приподнятой, даже буйной. Перемены произошли слишком быстро, будто пираты стремились упустить все удовольствия, которые пресекал Кастус. Пили, играли в кости. Пара матросов даже успела подраться, а единственной реакцией Павлуса был смех. Он вместе со зрителями веселился. А корабль... корабль поплывет и без его указаний.  Тавила приютилась на кормовой части корабля и бросала косые взгляды на проходящих мимо матросов. Почти каждый не сводил липких взглядов с женщин, даже Тавила, не считавшая себя идеалом красоты, словила несколько. После смерти Кастуса они почувствовали безнаказанность, вдохновились словами Павуса о "свободных людях, которые делают, что пожелают". Но пока не трогали. Это всего лишь вопрос времени. Тавила знала, что поездка предстоит тяжелая и долгая. Лучше бы они горбатились под началом Кастуса, драя палубу вместе с матросами, но чувствовали себя в безопасности, чем дергались от каждого взгляда.  

Пляж - "Холодная Леди"   - Теперь корабль мой, - с широкой улыбкой сказал Парус. - Все согласны? Мы установим в этих водах новые порядки, ребята! Среди команды прошелся тихий ропот. потом кто-то одобрительно выкрикнул, следом - еще один человек, а скоро ликовала вся команда. Казалось, будто с их спин сняли тяжелый груз.  Павус наклонился и подобрал выкатившийся из сумки Кастула апельсин. Он повертел фрукт в руке и кинул его Баратасу. Коссит заметил, что по шкурке размазана кровь. - Хорошая работа. Идите на корабль, вас отвезут, - обратился новый капитан к наемникам. - Тут еще дела есть. И не беспокойтесь, на моем корабле вы в безопасности.  Наемников удивительно вежливо посадили на шлюпку. Медленно качаясь на волнах, они приближались к "Холодной леди", наконец появившейся возможности уплыть на Сегерон. Тавила не чувствовала облегчения и все еще переживала по поводу случившегося на пляже. Это казалось ошибкой. По крайней мере Кастул производил впечатление человека жесткого, даже жестокого, но честного. Он устанавливал и соблюдал правила. Павус же... Вряд ли сможет держать команду в узде. Прежде, чем люди на берегу превратились в черные точки, Тавила заметила, как небольшая группа уходит по направлению к Минратосу и скрывается в лесу. 

Пляж   Кастул упал на землю, сплевывая кровь. Крепкий моряк все еще был жив. И он смеялся. Хрипло, сухо, почти захлебываясь кровью, но смеялся искренне, а не холодно и насмешливо, как раньше. - Ну что стоишь? Убей, раз начал дело и поверил крысе. Только вот что я вам скажу: он предаст тебя так же, как предал свою команду. Готов рискнуть головой, а? Команда находилась в замешательстве, слово не веря, что их капитана, который казался несгибаемым, можно ранить. А вот Павус торжествовал. Тавиле не нравилась улыбка на его лице, ей вообще не нравился этот человек, который так удобно использовал наемников, чтобы заполучить корабль.  - Я убью его, если ты не можешь, - кинул Павус Баратасу и подошел ближе с обнаженной саблей. Странно, но он почти не хромал.

ХОД ДЕВЯТЫЙ: Все мажут     (20\10) Кастул: 1 Удар под дых - 1+3 хода Беспощадность - 1 ход _________________ (14\4) Баратас: 27 (немота) Эл. Буря - 8 ходов Аура тени - завершено Кастул атакует Баратаса

ХОД ВОСЬМОЙ: Кастул использует "Удар под дых" и вызывает немоту у Баратаса. Баратас наносит Кастулу 24 ХП урона.     (20\10) Кастул: 18-28+10=1 Удар под дых - 2+3 хода Беспощадность - 2 хода _________________ (14\4) Баратас: 27 (немота) Эл. Буря - 9 ходов Аура тени - 1 ход Кастул использует "Парирование"

ХОД СЕДЬМОЙ: Кастул наносит Баратасу 30 ХП урона и 30 ХП урона себе (АТ) Баратас оглушен     (20\10) Кастул: 53-30=23 Удар под дых - откачено Беспощадность - 3 хода _________________ (14\4) Баратас: 53-30+4=27 Эл. Буря - 10 ходов Аура тени - 2 хода Кастул использует "Удар под дых"

ХОД ШЕСТОЙ: Кастул наносит Баратасу 25 ХП урона. Баратас использует "Ауру тени" и отражает 50% урона назад.      (20\10) Кастул: 64-21+10=53 (-1 точность) Удар под дых - 1 ход Беспощадность - 1+3 хода (2) _________________ (14\4) Баратас: 74-25=53 Эл. Буря - 1+10 ходов Аура тени - 3 хода Кастул атакует Баратаса (30 урона, если атака успешна, то Баратас оглушается).

ХОД ПЯТЫЙ: Кастул наносит Баратасу 20 ХП урона.     (20\10) Кастул: 75-21+10=64 (-1 точность) Удар под дых - 2 хода Беспощадность - 2+3 хода (1) _________________ (14\4) Баратас: 90-20+4=74 Эл. Буря - 2+10 ходов Кастул атакует Баратаса (25 урона)

ХОД ЧЕТВЕРТЫЙ: Кастул использует "Беспощадность". Кастул наносит удар за ударом, не щадя врага, в течение 3 ходов. Урон от каждой следующей атаки повышается на 5. Если все атаки были успешны, цель оглушается. Баратас использует "Электрическую бурю" и наносит Кастулу 21 ХП урона 3 хода и снижает точность на 1.   (20\10) Кастул: 86-21+10=75 (-1 точность) Удар под дых - 3 хода Беспощадность - 3+3 хода _________________ (14\4) Баратас: 90 х1,5 - завершено Эл. Буря - 3+10 ходов Кастул атакует Баратаса (20 урона)

ХОД ТРЕТИЙ: Все мажут     (20\10) Кастул: 86 Удар под дых - 3 хода _________________ (14\4) Баратас: 90 (немота) х1,5 - 1 ход Кастул использует "Беспощадность"

ХОД ВТОРОЙ: Все мажут     (20\10) Кастул: 86 Удар под дых - 1+3 хода _________________ (14\4) Баратас: 90 (немота) х1,5 - 2 хода  Кастул использует "Беспощадность"

Он ходит первым, так что с этого. 

ХОД ПЕРВЫЙ: Кастул использует "Удар под дых" и вызывает немоту у Баратаса на 2 хода. Баратас атакует Кастула и наносит критический урон 24 ХП.  Урон Баратаса увеличивается на х1,5 на 3 хода.   (20\10) Кастул: 100-24+10=86 Удар под дых - 2+3 хода _________________ (14\4) Баратас: 90 (немота) х1,5 - 3 хода  Кастул использует "Беспощадность"

Кастул - Удар под дых

Инка еще раз