Перед глазами было темно и что-то мешало обзору. Несмотря на это, ящер не торопился вставать, ощущая лечебное тепло. Значит он не умер. Ну а темнота понятна - Длиннорукий лежит лицом вниз и видит пол или землю. Ощущения возвращались и он приподнялся на локте. Наверняка вся морда была обляпана пылью, а об нарядной одежде не хотелось и задумываться. Сколько сэптимов было потрачено на наряды?! Аргх вздохнул и вскоре увидел ничком лежащую Офелию, что была относительно рядом, а вокруг нее мертвая плоть прадедушки Длиннорукого-со-Шрамом. Конечно, это магия оркессы спасла аргонианина, вырвав из лап смерти.
Наконец, он встал. И ощутил желание просто отдохнуть денек, месяц, год. Один сапог был слишком изорван, но разве нужна обувка аргонианам. В общем то нет. Шрам носил ее как дань цивилизации, а сейчас снял и откинул прочь. Так намного удобнее, чем прыгать в одном сапоге.
Негоже Офелии так валяться, той, кто скорее всего недавно дралась на полную.Аргх уже был рядом, и приподнял голову девушке. Та была, словно в коме. Порывшись в суме в поисках на зная чего, ящер вспомнил, что он алхимик, и у него наверняка завалялось хоть что-то. Да, так и было - зелье восстановления магии, здоровья и выносливости в одном. Оно поставит оркшу на ноги. Не успев все это обдумать, маг задействовал это снадобье.