kosha666

FLESHGOD APOCALYPSE - The Violation ИСТИННАЯ БИОГРАФИЯ ПРОФЕССОРА ВСЕХ НАУК ЛОРДА ДРАКА Профессор Драк божественного происхождения, взошел в свое существование по временной шкале Нирна 200 000 лет назад, а по кругу вселенского Пантеона и великого сияющего Плана, 300 000 000 эон взад (совсем юный) и произошел он от двух Вечных Лордов соединенных чувством великой взаимосвязи и бесконечной Сути, возглавляющих Святилище Света и Хорал потоков вечного блаженства и познания. Детство свое он провел среди молчаливых учителей непознанного и заботливых нянек Галлюцинаций. К недоумению Великих Породителей, няньки Галлюцинации регулярно исчезали, и им приходилось создавать новых. На вопрос «куда вечный мелкий засранец дел очередных нянек», Драк ковырял пальцем в носу и не по светлому смотрел исподлобья. Через несколько эонов лет стали исчезать молчаливые учителя, а те кто остался вдруг заговорили, и обливаясь соплями и слезами рассказывали страшно пошлые вещи про светлое чадо, после чего Великие Породители вынуждены были счесть обучение сына законченным. Являясь прямым наследником своих Великих Породителей, Пресветлый Драк непременно должен был обзавестись взаимосвязью с Вечным из светлого рода с незапятнанной репутацией, создать с ним свой сияющий План, породить мелких Вечных (чем больше, тем лучше) и освободив в свое время Великих Породителей от бремени бдения и назидания, вступить на престол Святилища. Вместо этого будущий профессор стал сбегать в тяжелые вибрации смертных, коих Вечные создали для вырабатывания удобрения для своих планет-огородов, пристрастился к ядовитой жидкости, которой смертные укорачивали свою и так короткую жалкую жизнь, оплодотворил добрую часть Взывающих со всего Святилища, осквернив алтарь Истинного и предав неслыханному поруганию желающих остановить его. Воззвания Породителей во главе хора ревущих поруганных Взывающих к светлому и разумному в Пресветлом наследнике престола, результатов не принесли. Конклав святыни вынужден был признать себя оскорбленным и распущенным. Святилище погрузилось в скорбь и тьму, поруганные Взывающие сели на яйца с внуками Великих Породителей. А в это время Драк, воспользовавшись трауром, пробрался в самое сердце Святилища, захватил межпространственный ангар, выкатил оттуда пепелац межсферических измерений, и, так как обучение было им не закончено и он остался чайником в пепелацах, то нажал не те кнопки и исчез в океане времени и пространства... Очнулся Драк на забытом всеми богами Нирне, в горах, по самые колокола в снегу, голый (так как он нажал не те кнопки, то перемещался по частям и потому штаны и пижмак не успели за ним переместиться), обескураженный, но не раскаивающийся в своих преступлениях. Тонкое обоняние Пресветлого уловило запах дыма и острое зрение узрело тусклый огонек в маленьком окне маленькой избушки засыпанной снегом и надеждами Пресветлого Драка. С бега на месте Пресветлый перешел на галоп. ИСТИННАЯ БИОГРАФИЯ ПРОФЕССОРА ВСЕХ НАУК ЛОРДА ЛИВИЯ Професор Ливий родился в семье благородного лорда Мони фон Шлагбаум приумножающего свои несметные богатства продажей ослиной мочи на разлив и в бутылках с незатейливым названием «Спасение от смерти». Жили они в большой имперской деревне, состоящей из пяти домов и Мониного дворца, размерам которого завидовал даже Монин пес, завывая от зависти по ночам. Его конура была на целых два дюйма меньше. Также деревню украшало обширное кладбище на полторы тысячи персон. Мамаша Ливия неплохо разбиралась в алхимии, особенно в ядохимикатах. Возможно, это и было причиной высокой смертности всего живого в пределах ее досягаемости. А досягаемость ее не знала предела. Ливий был единственным ребенком в семье и с момента как выпал из материнской утробы, в то время как его мамаша гоняла своего ветренного супруга топорищем по округе, стал проявлять незаурядные способности – он сразу же запел. Мамаше и папаше это понравилось, и они его подобрали, отряхнули, принесли домой и забыли бы про него, но ребенок пел, и забыть про него было затруднительно. Кроме прекрасного голоса Ливий получил в наследство (явно от пролетевшей птицы неизвестного происхождения) красивую внешность и тонкие манеры. Ливий подрастал и продолжал петь, что и повлекло за собой трагическую случайность, когда его мамаша перепутала бутылку молока с раствором синильной кислоты и накормила им любимое дитя. И Ливий замолчал. Родители предаваясь печали отпраздновали свою потерю, положили сынка в фамильный мешок из-под картошки и собрались нести его в фамильный склеп, который от похорон до похорон особ знатного рода временно именовался помойкой, но Ливий запел. Вплоть до восемнадцати лет Ливий рос и пел, а любящая, но рассеянная мать время от времени проливала ему в еду новые с любовью изготовленные ею препараты. Неизвестная кровь неизвестного производителя Ливия, хранила и укрепляла юный организм от целебных воздействий материнских инстинктов и микстур и ко дню своего совершеннолетия, юноша стал полностью невосприимчив к любым ядам, и мать махнула на него ногой под зад, выставив за дверь. Годы проведенные в отчем доме закалили и укрепили психику юного дарования. К тому же за плечами у юноши были две уважаемые профессии – авантюризм папаши Мони и алхимические навыки мамаши. Не долго думая Ливий пробравшись зайцем на направляющееся в Скайрим судно, отправился в Солитьюд поступать в коллегию бардов. С пятой попытки он легко сдал экзамены и стал учиться вокалу, стихосложению, а также постигать науку закулисных интриг в ходе обучения которым ряды преподавателей стали скоропостижно редеть и переезжать вереницей на городское кладбище. Ангельская внешность и невинный взгляд студента не давали усомниться в его святости даже самым суровым слугам закона и потому остатки коллегии срочным образом выдали ему диплом магистра искусств и махнули на него ногой под зад выставив за дверь И снова недолго думая Ливий решил отправиться в Коллегию магов. Сценарий обучения Ливия в Коллегии магов мало чем отличался от обучения в Коллегии бардов и когда на Ливия в очередной раз махнули ногой выставив за дверь, Ливий решил пойти служить людям исцеляя их души песнями и тела наукой.Он шел через города и деревни оставляя за собой плачущий от счастья народ и исцеленные им тела блаженно улыбались закапывающим их родственникам. Весть о великом целителе быстро разнеслась по всему Тамриелю. Его изображения маслом в полный рост писали самые знаменитые художники того времени, а стражники развешивали их на каждом столбе, заборе и дереве и подписывали крупным шрифтом «Разыскивается!».Известность и большие толпы фанатов в восхищении размахивающие вилами, лопатами и топорами, быстро утомили будущего светилу наук и он решил затаиться в горах, чтобы отдохнуть от славы и подумать о смысле жизни. Взобравшись на самую высокую гору, он обнаружил охотничий домик с одичавшим охотником внутри. Одичавший охотник увидев прекрасного юношу принял его за посланца богов, и открыл перед ним дверь. К вечеру посланец богов снарядил одичавшего охотника к богам с подробным отчетом о политической ситуации в тяжелых вибрациях смертных.

И разверзлась тьма, и осветил свет холодные леса Скайрима, и снизошли в них херувимы. Два херувима. И обозрели они дикие просторы и жалкие, несовершенные тела жителей этих просторов. И пожалели херувимы бедных, уродливых созданий и построили для них светлый храм, в котором денно и нощно, не покладая рук и ног, исцеляли тела и души, некачественно созданные злой, легкомысленной природой. П. Ливий: Помолимся, профессор, Аркею за несчастных кои терпят телесные гонения и муки от несовершенства своего. П. Драк: А может, профессор, мы лучше выпьем за них? У меня как раз завалялись парочка бутылок вашей любимой пряной бурды. А сам бы я выпил за жалкие души аргонианского спиртуса. П. Ливий: У вас черствое сердце, профессор. Молитесь и не думайте о спиртусе ибо... Иногда вам в голову приходят неплохие идеи. П. Драк: Профессор, у нас закончился живой экспериментальный материал. П. Ливий: Это непростительная непредусмотрительность, профессор. У меня на кону докторская диссертация по пересадке коры головного мозга тролля нордам. Уверяю вас, они начнут гораздо быстрее развиваться. П. Драк: Лишь бы размножаться не начали еще быстрее. Пойдемте, профессор, добывать материал для вашей диссертации. П. Драк: Я пойду через поле, а вы идите по дороге. Ваше обаяние притянет путников. П. Драк: Здорово, мужик! Мужик: И вам не кашлять! П. Драк: Как твое самочувствие? Мужик: Хорошее самочувствие. А ваше какое дело? П. Драк: Наше дело непосредственное. Ты нам нужен для еще лучшего твоего самочувствия. Мужик: Не нравитесь вы мне. Пожалуй, я пойду. Нет, пожалуй, я побегу. П. Ливий: Подсекай его, подсекай! Только не бей по башке! Мне нужен его мозг! П. Ливий: Профессор, вы испортили материал! Это очень прискорбно. П. Драк: Профессор, я совершенно не виноват. Он так ловко уворачивался, что сам налетел башкой на топор. П. Ливий: Соберитесь, профессор. Вы совершенно безответственны. П. Драк: Я так возбуждаюсь, когда вы меня ругаете, профессор. Может вернемся ненадолго в клинику? П. Ливий: Профессор, вон еще один пациент убегает! П. Драк: Упс! П. Ливий: Профессор, вы сегодня будете спать несчастным и одиноким. П. Драк: Профессор, но он все-равно был не норд! П. Ливий: На ваше счастье да. И, кстати, сзади вас какой-та фанатик с ножом. П. Ливий: Оно исчезло! П. Драк: Он кинул в меня искривленное пространство, профессор! Прям чувствую как меня всего искривило. Как вы думаете, профессор, это навсегда? П. Драк: Гляньте-ка, профессор, вон двое крестьян на огороде хрен сажают. П. Ливий: Баба не нужна, профессор. Она эльфийка. А вот мужик еешний истинный норд. То что нужно для эксперимента. П. Драк: Затаимся, профессор и подкрадемся неслышно. П. Ливий: Оглуши его щелбаном, профессор. Нежно, профессор. П. Драк: Сейчас я его очарую, и он сам за нами побежит. Баба: Ах ты мешок с навозом! Я тебе говорила еще вчерась сорняки выкосить. Мужик: Я ко-ко-ко-косил, любимая. Баба: Ты у меня сейчас на оба глаза косить будешь, если до вечера не выкосишь всю дурь которую посеял среди хрена. Мужикк: Ы-ы-ы-ы... П. Драк: Подкаблучник нищасный. Ну, ниче, мы тебя исправим. П. Драк: Здорово, мужик! Смотри, че у меня есть. Нравится тебе мой топор? Мужык: Ой, хто тут? Не по-по-по-подходи ко мне, а то за-за-за-за-закричу! П. Драк: Тихо, мужик! Че сразу кричать-то? Давай знакомиться? П. Драк: Меня звать Драк! Но ты можешь называть меня Дракулечкой. А тебя как звать? Мужык: Си-си-си-дор... П. Драк: Сидор, у меня не только красивый топор есть. Показать, что у меня еще есть? Мужык: Ка-ка-караул кажись... П. Драк: Я тебе сейчас помогу! Чем пахнет мой сапог? П. Драк: Сейчас ты молча пойдешь с нами. Баба: Эй, что там происходит, ась? Ах ты помет куриный, ты чего это моему мужику топорищем угрожаешь? П. Драк: Это ты мне, коза старая? Баба: Тебе, морда козлиная! Щас как огрею тяпкой, и кровля протекать будет! П. Драк: Да ты знаешь, с кем ты разговариваешь? Я херувим-довакин, спаситель Скайрима и даже всея вселенной! Баба: Kensei!!! П. Драк: А-а-а-а-а... Профессор, делаем ноги! П. Драк: Профессор, позвольте спросить, зачем вы прихватили курицу? П. Ливий: Потому-что вы неудачник, профессор, и мне придется пересаживать троллю кору головного мозга курицы, а не норда. П. Драк: Не переживайте, профессор. Вы же знаете, что они практически не отличаются. П. Ливий: Да, но наука требует точности. П. Драк: Обещаю завтра наловить вам десяток оригиналов. Просто сегодня не наш день, профессор. П. Драк: И, кроме того, профессор, нам есть чем заняться помимо вашей диссертации. Сейчас наварим из курицы лапши, и я вам покажу новые gomapero poses.

П. Ливий: Профессор, что-то у нас пациенты иссякли. П. Драк: Эта патамушта, дорогой профессор, Скайрим выздоровел окончательно благодаря нашему непосредственному вмешательству в его выздоровление. П. Ливий: А вам не кажется, мой дорогой профессор, что мы немного перестарались? Так ведь скоро окончательно некого будет лечить. П. Драк: Не беспокойтесь, мой дорогой профессор! У меня все под контролем. Щас вот я прооперирую пациентку, и кое-что вам покажу. П. Ливий: Профессор, в хирургическом трактате написано, что при удалении аппендикса нужен небольшой вертикальный разрез, а вы уже пять горизонтальных сделали, но аппендикса еще не нашли. П. Драк: Не переживайте, профессор! Как-никак я медицинское светило, а не какая-нибудь аптекарша из Вайтрана. Еще пятнадцать разрезов сделаю, а аппендикс найду. П. Ливий: Профессор, вы опять забыли дать пациентке обезболивающее. Вы же понимаете, что с учетом антропоморфности эвристического генезиса… П. Драк: Лучше подумайте, профессор, о неучтенных деталях в конструкции человеческого строения. П. Ливий: Профессор, вы вырезали все эти детали вместе с аппендиксом? П. Драк: Природа, профессор, слишком много лишнего создала в человеческом скелете. Вообразите только, насколько легче станет человеку передвигаться без груды этого костного материала. П. Ливий: Тут я, пожалуй, с вами соглашусь, дорогой профессор. П. Ливий: Профессор, вы читали мою последнюю диссертацию? Я же вам пять томов на прошлой неделе подарил. Ах, какие великие ценные доктрины я в ней вывел! А какие мои мысли, профессор! Я в восхищении! Вот, например, тут я пишу: С точки зрения банальной эрудиции… Да сами прочтите! Хочу услышать это от вас! П. Драк: С точки зрения банальной эрудиции… Ой, кажись это я уже и правда читал когда открывал первый том чтобы… П. Ливий: Правда? О, я уверен вам это пошло на пользу! П. Драк: Если честно, не особо. Слишком жесткая бумага для моей нежной задницы. Пришлось ее основательно помять. П. Ливий: А вот за это, профессор, вы будете наказаны одиночным без меня спаньем на полу. П. Драк: Профессор, не сердитесь! Щас я вам практически докажу новую форму телепортации предметов. Пойдемте в природу, и у вас будет масса теоретических тем для еще десятка томов диссертаций. Не наказывайте меня одиночным без вас спаньем на полу, ибо я завяну как роза без воды. П. Ливий: Как романтично сказато! Вам, профессор, просто необходимо заняться поэзией в честь меня! П. Драк: Да я все стенки во всех сортирах испишу стихами для вас, мой любимый профессор! И когда вы будете обдумывать в них новые концепции, сможете читать как сильно я вас люблю! П. Ливий: Полагаю, это будет меня отвлекать от концепций. Пишите лучше на бумаге. Идемте в природу испытывать ваше-наше новое открытие. П. Драк: Щас я вам, профессор, покажу новый вид телепортации! А заключается он в том, что о каком бы ты предмете не подумал и он тут же появляется пред тобой! П. Ливий: Хм, интересненько! П. Драк: Еще бы не интересненько! Щас я вам такой эксперимент покажу, что вы меня задушите в объятиях любви! П. Драк: Создадим сперва силовое поле! П. Драк: Эх, красота какая! Ну, щас начну думать о предмете! П. Ливий: Что касается предмета, профессор… Как-то мне беспокойно. П. Драк: Не беспокойтесь профессор, у меня все под контролем! Не успею я подумать о вас, как подумаю о предмете! П. Драк: Ну, понеслось! Хочу новую шубу для профессора Ливия! П. Ливий: Чтоб тя… (дальше следует непереводимое научное доказательство вины профессора Драка) П. Драк: Простите, профессор, щас я все исправлю! Щас все получится! Подумаю-ко я о бутылочке пряного винца для моего профессора Ливия. И… Опля! П. Ливий: Я тебе оторву… (далее следуют еще более непереводимые научные выводы к которым пришел профессор Ливий в отношении профессора Драка) П. Драк: Что-то мне подсказывает, что надо изменить волновую структуру. П. Драк: Ну, поехали! Подумаю-ко я о новом красивом облегающем наряде для профессора Ливия. П. Драк: Кажись получаеца! Ну и… Рязь, дьва… П. Ливий: Развод и девичья фамилие! Ты без меня… (дальше следует непереводимое научное перечисление бедствий профессора Драка ждущих его в очень скором будущем без профессора Ливия) П. Драк: Что-то моя концепция не так срабатывает. Надо все вернуть в точку отправления, а значит в прошлое. Щас все сделаю! Чары-мары, фокус-покус… П. Ливий: Чтоб у тебя отвалился х… П. Ливий: Чтоб ты сдох! П. Драк: Щас все будет! Трах-тибидох! П. Ливий: Профессор, вы собираетесь проводить эксперимент? П. Драк: Фух, все вернулось в как и было! О, дорогой мой, драгоценный профессор, понимаете, что-то у меня сегодня случилось с энергетическим балансом. Вы что-нибудь помните? П. Ливий: Что я должен помнить? Мы тут стоим уже битых десять минут. Профессор, сдается мне, что вы меня хотите кинуть через кардан с научным открытием. Если это так, то вы этой ночью будете несчастны. П. Драк: Профессор, пошлите домой, я вам стырил вчерась из лавки Беллетора парочку вашей пряной бурды. Посидим, обсудим научную концепцию, я вам почитаю свои стихи во имя вас, а потом мы обязательно будем с вами оба два счастливы в эту ночь. П. Ливий: Вы, профессор, прекрасно знаете, что у меня нет иммунитета против вашего коварства. Пошлите домой. Нет, побежали домой!