Beaver

не только

у вас в пати есть инженеры и ремонтники, смекаете? ;З

это ивент. Плюшик - мастер тоже (в шапке указано, если что). мне надо отыграть роман, вы чё у меня есть дела поважнее (с), да :laugh: за моего мастерского нпс был закинут готовый пост, если кого-то вдруг это интересует. в общем, всё идёт по плану (с), я тоже скоро приду в норму и продолжу вести игру. к постам Плюшика также убедительная просьба повнимательнее относиться, поскольку он, повторюсь, мастер тоже. я пока аут ещё 3 человека должны бросить - результат для всех общий

09.04.7071: 0815 По щекам Мэй катятся слёзы: она больше не в силах сдерживать свои чувства. Ей одновременно и грустно, потому что в её настоящем родители давно мертвы, и радостно, потому что сейчас она видит их перед собой совершенно счастливыми, — противоречивые эмоции разрывают её изнутри, они терзают её, и она, ещё крепче сжимая ладонь Волька, всхлипывает и сцепляет пальцы свободной руки где-то в области его локтя. Она не отводит взгляда от увлечённой друг другом пары, устроившейся на качелях у крыльца собственного дома, поэтому от внимания Мэй ускользает, как ивовая ветка ударяет Волька, но слуха всё же касается хлёсткий звук. Мэй быстро моргает несколько раз, выпускает из рук и локоть Волька, и его ладонь, позабыв о его предупреждении, и бежит к родителях, не думая ни о том, как они это воспримут, ни о последствиях. Заметив, что к ним спешит заплаканная рыжая девушка, Брайан напрягается, поднимается с места и рефлекторно закрывает собой беременную жену. Та бледнеет и выглядит обеспокоенной. Ещё более взволнованными оба кажутся, когда рассматривают нежданную гостью, внешняя схожесть со Стефани которой видна невооружённым глазом. — Я могу вам чем-то помочь, мисс? — напряжённо интересуется отец Мэй, а она сама… она сама замирает истуканом подле него. — Я… я… — мямлит она, не способная произнести ничего осмысленного, собственным рукавом растирая солёные капли по лицу.

очень жаль :С

17.07.7070: 1613 Мэй и Вольк сидят рядом в баре, стилизованном в духе шестидесятых годов двадцатого века, на тёмно-синем диване. Она крепко держит его за руку. Не только из-за его предупреждения. Зал наполняет тихая музыка того же временного периода, льющаяся из миниатюрных динамиков, вмонтированных в стены. За соседним столиком, устроившись напротив друг друга, разговаривают её родители так, словно знакомы уже тысячу лет, а не каких-то полчаса. Стефани, на лице которой не сохранилось ни следа прежней печали, такая живая, открытая и весёлая, какой Мэй не помнит себя никогда, непринуждённо рассказывает будущему мужу, как оказалась в городе. Она с задорной улыбкой повествует о том, как давно хотела сюда попасть, с какими трудностями столкнулась по дороге и как её не очень тепло встретили здесь. У неё красивый голос, невольно думает Мэй, мелодичный и приятный. Мэй наконец полностью осознаёт, что имел в виду дядя, когда беззлобно ворчал, что она так похожа на мать не только внешне, но и в своём стремлении покинуть Дискорд. Темноволосый, как и Вольк, Брайан выглядит более серьёзным, спокойным и несколько замкнутым в себе и больше молчит — Мэй почти машинально отмечает, что характер ей достался его, — но и он, внимательно слушая беззаботно щебечущего рыжика, часто улыбается и порой смеётся. И когда он делает это, вокруг будто становится чуть светлее. У него красивый смех, невольно думает Мэй, мягкий и бархатистый. В следующее же мгновение её посещает мысль о том, что она никогда не слышала, как смеётся Вольк, но желала бы услышать. Она переводит взгляд на него. — Они кажутся счастливыми. — Её глаза снова блестят, но на сей раз по совершенно иной причине. Губы Мэй тоже складываются в улыбку. — Спасибо, Вольк. — Она, не выпуская его ладони из своей, порывисто обнимает его и тут же отстраняется, почувствовав себя неловко, но пальцы её по-прежнему крепко сплетены с его. — Прости… Из рассказов дяди Мэй знает, что через какое-то время её мать сообщит отцу, что беременна, и убедит его переехать жить в Дискорд, ссылаясь на то, что ребёнку там будет лучше, чем в Кадингирре. Мэй очень хочется отменить их решение перебраться из города в небольшое поселение, поскольку она считает его одним из роковых для её родителей. Но она понимает, что так нельзя. Понимает слишком хорошо и потому бескрайне благодарна Вольку за эту бесценную возможность хотя бы увидеть, какими они были при жизни. Он сделал ей подарок, о котором она и мечтать не смела.

От его слов она вздрагивает, будто от пощёчины, — её глаза начинают поблёскивать от собирающейся в них влаги, словно искусно огранённые изумруды, залитые ярким солнечным светом. Мэй почти не помнит своих родителей и не знает, гордились бы они ею сейчас. Но ей хотелось бы помнить их и знать это. Очень. Она, едва сдерживая слёзы, отводит взгляд, в душе коря себя за это проявление слабости и за то, что позволила своим мыслям свернуть не в то русло. Совсем не так должен вести себя ответственный корпоративный агент, которому доверили руководство важной миссией. И всё же она благодарна Вольку. За участие. За сочувствие. За понимание. И потому она тихо выдыхает: — Спасибо. Она думает, что, возможно, стоило бы добавить, что и его родители гордились бы им, но слова застревают в горле, оставаясь так и не высказанными. Она не смотрит на него — она делает вид, что прямо сейчас ей донельзя интересны носки её ботинок. Но ей хотелось бы посмотреть. Очень. И потому она снова поднимает взгляд на его лицо. — Ты очень бледен. — Мэй опять встречается с Вольком глазами. — Ты в порядке? — В её голосе слышится неподдельное беспокойство: она действительно волнуется за него и питает к нему симпатию, особенно после того случая на предыдущем задании. Она и не подозревает, что он уже задавал этот вопрос ей. * (Вольк-Мэй)

— Привет, Вольк… — негромко говорит она в ответ, неожиданно для себя встречаясь с ним глазами, со слабой и немного неловкой улыбкой человека, застигнутого врасплох или даже внезапно пойманного за воплощением в жизнь чего-то постыдного. Что одновременно чуточку пугает Мэй и в той же степени забавляет — теперь она уже не в силах разорвать возникший зрительный контакт, и ей кажется, что она тонет в двух тёмных омутах. Она и без того выглядит несколько младше своего возраста, но лёгкая растерянность, отразившаяся из-за этого на её лице, только придаёт ей внешней беззащитности. Мэй невольно моргает и крепче вцепляется пальцами в собственные плечи. Взмах длинных ресниц выводит её из в какой-то мере приятного оцепенения, и на неё вновь обрушивается груз тяжёлых мыслей, заставляя уголки её губ опуститься вниз. Она возвращается на свою малую родину, и она не то чтобы слишком рада этому. Но и cказать, что она этого совсем не хочет, тоже нельзя. * (Вольк-Мэй)

не-а) как хочешь)

можно и даже нужно)

От быстро мелькающих за окном кустарников и ветвей деревьев у Мэй начинает болеть голова, и потому она попросту утомлённо прикрывает веки. Учитывая, что поездка предстоит долгая, не мешало бы, наверное, поспать, но у неё не получается: в голову снова лезут мысли о родителях, которых она толком не помнит. Все её старания выяснить подробности их смерти и то, какими они были при жизни, завершаются ничем. Даже дядя не очень любит говорить о них: ему больно возвращаться к воспоминаниям, поскольку он любил погибшую сестру. Можно, конечно, занять себя чем-то полезным — например, чёрт знает в какой раз перечитать личные дела людей, перешедших под её командование на время миссии, но Мэй чудится, что её стошнит, едва она снова начнёт делать это. По мнению девушки, она уже и так извлекла из них всё, что только можно, и даже чуточку больше благодаря своим связям в корпорации. Несколько рассеянный взгляд зелёных глаз скользит по одному из задремавших громил, нанятых Devolter Digital для охраны, и Вольку, полевому агенту, с которым ей уже доводилось работать в паре и который проявил себя весьма и весьма неплохо. На последнем её глаза задерживаются чуть дольше положенного. Глубоко вздохнув, Мэй подтягивает немного сползшие перчатки, приобнимает себя за плечи и снова уставляется на стремительно сменяющиеся пейзажи снаружи. Сейчас она, и по обыкновению не слишком-то весёлая, кажется совсем уж поникшей. * (Вольк-Мэй)

можете, конечно) разбивайтесь на комфортные группки сами (сюжетно вас распределяла корпорация, если вы не сели в машину персонажа Кракена, он вроде хотел предложить). ну и да, если вы с кем-то не в одном авто, то всегда можно связаться с помощью коммутаторов (выданные вам часы с кучей функций) - будете видеть голограммы друг друга)

едете по 3-4 человека на машину) МП с остановкой будет вечером)

Любые возникшие вопросы можно задать мастерам игры, мне и НЛП.

дозаписаться (и делать вид, что ты была здесь с самого начала) можно вплоть до логички)

сегодня, да-а

Бивер всегда права (нет) :dirol: Плюшик, милый, пойдём отсюда (утаскивает из чата) :wub:

эта фигня решается, если перед открытием сайта в опциях браузера (именно для этой вкладки) отметить галочкой "полную версию". не благодарите :olen:

почему? :с

можно xD тебе действительно лучше не знать :olen:

если очень хочется, то можно xD но тогда уж только это и что-то очень близкое (силой мысли))

конечно) главное - придумать, почему его (её) допустили к эспедиции) может быть, разглядели высокий псионический потенциал, или незаурядный интеллект, или обширные знания в каких-то областях, которые могут пригодиться здесь)

до самой логички, так что, скорее всего, до следующей субботы)

вообще, нет, но твоему персонажу совершенно ничто не мешает убеждать остальных, что духи и призраки существуют, и даже самому верить в это)