Beaver

Алтарь для Шео делается? xD

Кстати, годный фанфик)

— А где Черная Кошка? Что-то я её не вижу. — Она на базе, — отозвался Сорвиголова. — С ней все в порядке, не беспокойся, — поспешил заверить он, не став вдаваться в подробности о том, что Кошка была среди похитителей, хоть и действовала из лучших побуждений. — Ты как? Фьюри сказал, что агенты Щ.И.Т.а скоро будут здесь, так что оставалось только терпеливо дождаться их. Интересно, они не захватят с собой, кроме одеял, горячий шоколад, например?..

Сначала повеселило, потом чет грустно стало)

Кто-то, кто более-менее разбирался в технологиях похитителей или хотя бы не был слеп, выполнил нужную комбинацию действий, и пленники, как «маринованные», так и замороженные, освободились из своих тюрьм, измученные и обессиленные. Кто-то в первую очередь бросился спасать любимых, кто-то — друзей, а кто-то старался помочь незнакомцам… Сорвиголова же подал руку Человеку-Пауку. — Прости, Питер, — негромко и чуть виновато зашептал Мэтт, — но у меня нет ничего, что сейчас помогло бы скрыть твою личность. Даже запасной одежды нет, что уж там… Если честно, он не знал, что делать в данной ситуации. Но Фьюри же пришлет одеяла или что-то вроде, да?..

Ай-яй-яй, а Кайра-то у нас — шалунья ^_^

Я совершенно не против :з

«Скорее, найдите пленников», — голос Фьюри в наушниках звучал тревожно.   Тревожно было не только Фьюри. Пусть Сорвиголова толком и не знал никого из похищенных, он все же волновался за них, как за любых людей, попавших в беду. Тем более им грозила опасность, причем далеко не малая.

Какой я отличный партнер, если с тобой за Мел тоже так и не дописала? -___-

— Глазастик, здесь отсутствие зрения тебе на руку — поверь, зрелище весьма отвратное… — Я знаю, — коротко и сухо отозвался Сорвиголова. Коротко и сухо потому, что старался сдержать рвущиеся наружу эмоции. Если он не мог видеть, это еще не значит, что он не ощущал запаха, наполнявшего комнату, запаха смерти, или что он не понимал, что случилось. — Иногда отсутствие зрения не помогает избавиться от «отвратных зрелищ», — туманно произнес он и, легонько коснувшись плеча Даниэллы в приободряющем жесте, проследовал дальше по коридору. Самым ужасным для него было не то, что зрелище, запах или ощущение казались отвратительными, а то, что тут творили с людьми такое. От одной только мысли о подобном он внутренне содрогался.

А вы видели, что мы с Лаки наконец допилили эпилог? Видели? Видели? xD :olen: Если серьезно, то хочу сказать Лакичу огромное спасибо за отыгрыш и, главное, за его безграничное терпение) Не каждый осилит длительное написание чего-либо с таким слоупоком, как я х)

Сколь бесчеловечным нужно быть, чтобы совершить с кем-либо подобное?.. Сорвиголове казалось, что люди не способны на такое. Он старался как можно милосерднее расправиться с выбравшимися из криокамер образцами, потому что даже слепому сразу же становилось ясно как божий день, что им не жить. Потому что это… это не жизнь вовсе, даже если они каким-то чудом очутятся на свободе. Шест с противным хлюпаньем вошел в плоть одного из бедняг, и будь на месте Мэтта кто-то повпечатлительнее, его бы, пожалуй, обязательно передернуло и, вероятно, даже вырвало. Пренеприятнейшее зрелище… А для кого-то не зрелище, а… ощущение. — Покойтесь с миром, — едва слышно шепнул мистер Мердок и направился дальше, стараясь не думать о только что произошедшем и чутко прислушиваясь к тому, что ждало впереди.

Заметив, как щёлкнули отворившиеся двери, Сорвиголова насторожился ещё больше, хотя и так был напряжен, словно сжатая пружина, готовая распрямиться в любой момент. Он, мгновенно вооружившись, старался уловить любое движение, но пока что, сколь чутким бы ни обладал слухом, не засек ничего, кроме нервного и оттого неровного дыхания союзников.

Одно помещение здесь ни на что не похоже — квадрат стороной ярдов пять, сигнал его не пробивает. Толщина стен у этого бункера-в-бункере — не меньше трёх футов. Не знаю точно, что они там держат, но лучше быть настороже. — Не там ли держат похищенных? — пробормотал Сорвиголова. — Чтобы они не могли пробиться изнутри, использовав свои силы, например…

Правильно, Лайошу надо слушаться! :olen: *мимокрокодилит* Уже давно мне интересно, кто убийца, а вы все тяните х)

Сорвиголова прислушался к звукам, доносящимся отовсюду, но пока что не смог уловить ничего полезного. Ни приглушенных шагов, ни перешептывающихся голосов, ни каких-либо других посторонних шумов — ничего.

Я тут :laugh:

Бесит, что батарейка на телефоне садится слишком быстро :с

Так ко мне вроде и так всегда неплохо относились (да и приняли тоже хорошо :з), за что всем огромнейшее спасибо)) Не будь здесь столь тепло и уютно благодаря игрокам — я бы, как и многие другие, думаю, вряд ли задержалась тут надолго) Вообще, спасибо всем (но особенно ФК, сами понимаете :laugh:), что существует такой замечательный раздел «Наши игры» и что он именно такой ;)

Спасибо большое :) :blush2: Картинки — огонь xD

Раз я не нужОн вотпрямщас, то я пошел спать. Всем доброй ночи :з

— Мистер Попов, вы ведь не заняты? Нам могли-бы пригодиться ваши знания в суд-мед экспертизе. Мистер Попов не ответил, потому что его не было в фургоне. С самого утра он отправился на прогулку. Надо поддерживать себя в форме все-таки, особенно в его возрасте. Ну знаете, в здоровом теле здоровый дух и все такое. По возвращении Григорий увидел явно чем-то недовольную начальницу. — Виктория? Я могу вам чем-то помочь? — на всякий случай поинтересовался он.

Вчерашний вечер   Тут в каждой пачке по десять тысяч баксов — по пачке на каждого. Это лично от меня. Такие деньжищи разом было непривычно держать в руках. Зато они определенно грели душу. Да он столько за год раньше не зарабатывал! А дети еще спрашивали, уверен ли Григорий в том, что желает поехать… — Ты точно хочешь этого? Все-таки другая страна… — «А ты уже не так молод», — все же не произнесла симпатичная девушка. — Да, точно. А теперь поцелуй отца на прощание, — усмехнулся он и обнял ее, та в ответ чмокнула его в щеку. — Удачи, пап. — Удачи, пап, — повторил молодой парень и крепко пожал мужчине руку. …конечно, он желает, черт возьми! После подобного стимула желает еще сильнее, само собой. — Отшельник, говоришь? А на отшельник-парады не ходишь случаем? Чувак, девчонки — это ж наш мужицкий воздух практически! «Эх, молодость…» — с улыбкой подумал Попов и зашел в фургон последним. Он довольно быстро — вещей то раз, два и обчелся — расположился на одной из кроватей и начал читать книгу. Вернее, продолжил. Ну а что? Все равно пока что заняться было нечем, так почему нет?

Я вас обязан известить, Что не дошло до адресата Письмо, что в ящик опустить Не постыдились вы когда-то. Ваш муж не получил письма, Он не был ранен словом пошлым, Не вздрогнул, не сошел с ума, Не проклял все, что было в прошлом. Когда он поднимал бойцов В атаку у руин вокзала, Тупая грубость ваших слов Его, по счастью, не терзала. Когда шагал он тяжело, Стянув кровавой тряпкой рану, Письмо от вас еще все шло, Еще, по счастью, было рано. Когда на камни он упал И смерть оборвала дыханье, Он все еще не получал, По счастью, вашего посланья. Могу вам сообщить о том, Что, завернувши в плащ-палатки, Мы ночью в сквере городском Его зарыли после схватки. Стоит звезда из жести там И рядом тополь — для приметы... А впрочем, я забыл, что вам, Наверно, безразлично это. Письмо нам утром принесли... Его, за смертью адресата, Между собой мы вслух прочли — Уж вы простите нам, солдатам. Быть может, память коротка У вас. По общему желанью, От имени всего полка Я вам напомню содержанье. Вы написали, что уж год, Как вы знакомы с новым мужем. А старый, если и придет, Вам будет все равно ненужен. Что вы не знаете беды, Живете хорошо. И кстати, Теперь вам никакой нужды Нет в лейтенантском аттестате. Чтоб писем он от вас не ждал И вас не утруждал бы снова... Вот именно: «не утруждал»... Вы побольней искали слова. И все. И больше ничего. Мы перечли их терпеливо, Все те слова, что для него В разлуки час в душе нашли вы. «Не утруждай». «Муж». «Аттестат»... Да где ж вы душу потеряли? Ведь он же был солдат, солдат! Ведь мы за вас с ним умирали. Я не хочу судьею быть, Не все разлуку побеждают, Не все способны век любить,— К несчастью, в жизни все бывает. Ну хорошо, пусть не любим, Пускай он больше вам ненужен, Пусть жить вы будете с другим, Бог с ним, там с мужем ли, не с мужем. Но ведь солдат не виноват В том, что он отпуска не знает, Что третий год себя подряд, Вас защищая, утруждает. Что ж, написать вы не смогли Пусть горьких слов, но благородных. В своей душе их не нашли — Так заняли бы где угодно. В отчизне нашей, к счастью, есть Немало женских душ высоких, Они б вам оказали честь — Вам написали б эти строки; Они б за вас слова нашли, Чтоб облегчить тоску чужую. От нас поклон им до земли, Поклон за душу их большую. Не вам, а женщинам другим, От нас отторженным войною, О вас мы написать хотим, Пусть знают — вы тому виною, Что их мужья на фронте, тут, Подчас в душе борясь с собою, С невольною тревогой ждут Из дома писем перед боем. Мы ваше не к добру прочли, Теперь нас втайне горечь мучит: А вдруг не вы одна смогли, Вдруг кто-нибудь еще получит? На суд далеких жен своих Мы вас пошлем. Вы клеветали На них. Вы усомниться в них Нам на минуту повод дали. Пускай поставят вам в вину, Что душу птичью вы скрывали, Что вы за женщину, жену, Себя так долго выдавали. А бывший муж ваш — он убит. Все хорошо. Живите с новым. Уж мертвый вас не оскорбит В письме давно ненужным словом. Живите, не боясь вины, Он не напишет, не ответит И, в город возвратись с войны, С другим вас под руку не встретит. Лишь за одно еще простить Придется вам его — за то, что, Наверно, с месяц приносить Еще вам будет письма почта. Уж ничего не сделать тут — Письмо медлительнее пули. К вам письма в сентябре придут, А он убит еще в июле. О вас там каждая строка, Вам это, верно, неприятно — Так я от имени полка Беру его слова обратно. Примите же в конце от нас Презренье наше на прощанье. Не уважающие вас Покойного однополчане. По поручению офицеров полка К. Симонов 1943