До боя
HOPES&DREAMS\SAVE THE WORLD
Фея металась в воздухе словно раскалённый до бела огонёк, рассыпаясь радужными искрами во все стороны, которые обращали в одной части толпы нежити в ледяные статуи, а в другой заставляя демонов бесноваться в безудержном кровавом веселье, под град льдинок по рогатым головам разрывая когтями внутренности своих собратьев, совершенно не понимая где грань реальности, а где насланного морока.
А между тем Альгисиль ныряла вниз, держа наперевес пылающий фиолетовым пламенем клинок, сыплющий во все стороны потоки убийственной энергии и тонны глупых шуточек и комментариев.
- Эй, тебе этим языком ещё мать целовать!
- Пожуй ковра, недоносок!
- Тебе самое место на электростанции, дедок!
- Сам себе лицо изнасилуй!
- Я производил спелеологическое исследование твоих пещер при помощи адамантинового бура!
- Мать вокруг шеста вертел!
Лихорадка боя вокруг закручивалась всё более тугой спиралью и Альгисиль уже даже перестала распыляться на шутки, просто рассыпаясь бесконтрольными потоками хаотической энергии, которые составляли саму суть её Дара. Подконтрольная лишь по-настоящему безумному на свой манер сознанию эта сила играла на струнах реальности в меру способности носителя пропустить через себя этот поток, придавая ему такие формы, какие он мог вообразить.
Истинный Хаос не был светлым или тёмным, он не имел настоящей формы, не существовал как нечто определённое, он не был огнём или льдом. Он был всем и ничем одновременно. И фея в эти мгновения боя превратилась в его сосредоточие в самом сердце битвы, смущая умы, сея суматоху, беспорядок и смерть в ряды противников, превращая реальность в совершенно бутафорское место, подтачивающее разум каждого, кто смотрел туда.
Вот отряд из демонов ненависти ринулся на плотно сомкнутые ряды дворфийских мушкетёров, и вот с небес на прислужников Тьмы падает бесформенный поток, мгновенно превративший демонов в ряд невысоких берёзок с одной очень удивлённой коровой посередине.
Лазурный дракон расправил громадные мерцающие радугой крылья за своей спиной и ринулся вниз, оглашая окрестности громовым рёвом. Из его пасти рвалось серебристое пламя, превращающее всё вокруг в подобие того хаоса, что привносила сама фея. Пламя то жгло словно тысяча преисподен, то мгновенно обращало в лёд, то бесповоротно сводило с ума, привнося сокрушительное отчаянье или слепящее безумие.
Сферы магического огня срывались с крыльев, взрываясь на земле потоками чистой магической энергии, обращая в пепел оставшихся в живых и при здравом уме. Волшебный народец имел в рукаве немало козырей и не временил показать прислужникам Тьмы где пчеломедведи зимуют.