Перейти к содержанию
Добро пожаловать на TESAll 7.0 ×

Daylight Dancer

Клуб TESALL
 Профиль  Обзор контента

  • Постов

    2 071

  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Победитель дней

    7

 Тип контента 

Записи блога, опубликованные Daylight Dancer

  1. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2149-1-pogonya-za-proshlym-romantika-morskih-prostorov/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2152-1-pogonya-za-proshlym-putevodnaya-nit/ Следующая глава.


    Ночи могут представать в разном свете. Обычно, они ассоциируются в сознании, как нечто таинственное, скрывающее загадки и опасности, вредные для обывательского разума.
    Но...
    Когда две небесных, светящихся жемчужины, на исходе осени глядят сквозь раздвинувшиеся облака на черную землю, что в синеватой дымке плетущегося тумана, словно в подвенечном платье...


    Когда тишина и ветер, играющий скрипучими деревьями, оголившимися до неприличности, сходят в ночь, сплетаясь с шорохом травы, листьев и плеском туманной мути...
    И, когда ты остаешься наконец-то один, идя вдаль, по дороге неизведанного, что на самых дальних берегах от привычных пейзажей знакомых мест...
    ...Тогда хочется думать о прошлом. Том самом, что случилось и не так давно, и бесконечные века назад, отдаляющиеся с каждой секундой. Все же, самое сладкое былое - то, которое не случилось, вопреки предначертанному, оставляющее в моей душе, пускай и тревожную болезненность давно изъеденных воспоминаний, но, вместе с тем, толику спокойной мечты А осознание ее, наверное, не поддается определению в своем происхождении.
    Очень и очень давно, с тех самых пор, как я помнил себя, нечто нашептывало мысли о том, что однажды все пошло по незапланированной колее, когда Судьба свернула не на ту дорогу перекрестка, что освещен Мессером и Секундой в одну из таких вечных ночей. Быть может, я многое упустил,выбрав другую жизнь, уготованной, в едва угадываемом сквозь годы детском упрямстве.
    Наверное...
    Но шел бы ли я по этой дороге, как отражение похожей на мою внутреннюю? Откинув капюшон, с полами плаща, едва треплемыми ласканиями небесного скитальца, через расступающиеся черно-синие заросли. Этот лес был не просто красив, но в нем чувствовалось нечто умиротворенное, оберегом раскинувшее на четко видимые в освещенном небе ветви, свою опеку над случайным гостем издалека. Тот мог не бояться диких зверей, лесной нечисти, "блуждающих огоньков" и неупокоенных призраков - тайные и великодушные владыки строго-настрого запретили даже приближаться к укутанному в мысли и грезы незнакомцу.
    А если вернуться к истокам - с чего все началось? Заглянуть в глаза прошлому, невозвратимому и непойманному!
    Но, если первым воспоминанием у многих детей был дом, семья, любимая зверушка, скамп ее побери!..
    У меня это был голод.
    И холод, который я ненавижу до сих пор, возможно, благодаря именно тем самым впечатлениям. Можно пофантазировать: был ли этот голод о плотской еде? Может это впечатление скуки по семье, родным местам, близким душам и душам ли вообще?!
    Казалось, что маленькие коченеющие пальцы достаточно ловки и я могу раздобыть еще множество блестящих кругляшков, с которыми столь интересно играть, но, куда лучше потратить на еду. А, приметив некоего господина, в громоздком нагруднике поверх кафтана, я был готов ликовать в щемящем предвкушении богатой добычи.
    Похоже, тот безымянный легионер, как врезалось мне память, упомянутый "капитаном", был проворнее в поимке покушающихся на его кошелек. Спасло меня присутствие в том месте и в то время, очень хмурого и незаметного магиуса из Университета. А, затем..
    Три года и еще девять лет тянущегося обучения в застенках...
    Боль от тренировочного меча в руках, с плохо слушающимися после практик в волшебстве пальцев...
    Рианна.
    Пьянящая свобода Города, после стольких давящих ночей.
    Круговерть, все ускоряющаяся с каждой секундой.
    Командир, Рыжая, Сар...
    И она...
    ... язвительная, глупая, надменная, порой жестокая.
    И смешная девчонка с жемчужно-светлыми волосами, обожающе смотрящая синевой глаз.
    Тянущая руки холодной призрачной фигуры, среди остова разрушенного Калдью.

    Затихший ночной лес сам раздвинул заросли на обочине, теперь отражая луны в хрустале ровных вод, загрязненных одинокими листиками, дрейфующими в этом, по их меркам, бескрайнем море. Если Воды Жизни, в любой из своих ипостасей могут существовать в клятом, забытом всеми Нирне, то цвет их и притяжение красоты будут не лучше тихого звона у покинутых холодных берегов.
    Ненадолго задержавшись у лесного озера я пошел дальше, размышляя уже более о будущем, чем прошлом.
    О скором конце ровной дороги, следующими за ней ухабами, ямами и прочими прелестями, что так омрачают вчерашнее начало пути.

    В один миг, поменяв небо и море местами, пиратский корабль перенес "Тортугу" в указанное место. Что-ж, Комус честно выполнил свою часть сделки, обеспечив мне минимум две-три недели форы, в ожидании преследуемого. А капитан и команда, до самого момента, как я покинул корабль, сойдя на портовые подмостки, едва ли не молились на своего спасителя, за хороший конец этого пережитого приключения.
    Знать бы, какой исход ждет приключение лично мое... Моряки рассказали, что ныне я нахожусь на территории островного графства Альбион, что немного восточнее от берегов владения Нортпойнт в центральной части Хай-Рока. Многого эта информация мне не могла рассказать, но теперь я более точно знал свое текущее местоположение:
    Графство раскинулось на нескольких достаточно крупных, холмистых островах, знаменитых своими лесами и обилием рыбы в прибрежных водах. Граф Нерион, местный владыка, прослыл политиком достаточно изощренным, но тихим и миролюбивым, старающимся держаться в стороне от обычных распрей и междоусобиц, то и дело вспыхивающих среди хай-рокской знати. Но, графство его отнюдь не процветало - моряки, с чьих уст я получил все эти знания, сами толком не могли объяснить обстановку на острове, так-как редко совали нос дальше порта, стращаемые местными байками. Благо, для столь простых людей все необходимые удобства можно было сыскать в портовой деревушке, чего нельзя сказать про меня, испугавшегося, хотя бы, вездесущей рыбьей вони.
    Отсюда и вытекала эта чудесная прогулка по лесу, где я держал путь в сторону крошечного городка у стен графской резиденции. К слову сказать, прицепившаяся присказка "туманный", как нельзя лучше характеризовала сам Альбион, некогда славный духом местных традиций, праздников поклонения природе и Кинарет. Ведь, если и при вполне ясной ночной погоде окружение покрывал ползающий туман, в таком облике более одухотворенный и гармонирующий с окружением, то в ночи пасмурные, как метко говаривал корабельный кок: "можешь не увидеть вытянутой руки, утонувшей в белом мареве".
    Что такого необычного происходило на островах? Соседи сходились во мнении, что тут разворачивалась небольшая гражданская война, или преследования неких анархистов-отщепенцев, старательно скрываемые графом, резко принявшим консервативную позицию затворника, по отношению к соседям. Многие заявляли, что это совсем на него не похоже и более виновата, в данной ситуации, роль благоверной графини Кайлы.
    Как бы то ни было, это все-равно не мое дело. А подобное любопытство я использовал, скорее, в целях определить, с какой из возможных опасностей придется столкнуться в самом центре графских владений.
    Выйдя с последними лучами заходящего солнца я несколько часов шел по удобно замощенной лесной дороге, пока впереди не предстали ярко-рыжие огни стрельчатых окон замка. Силуэты прохожих, мелькающие в свете уличных факелов, казались причудливыми тенями неизвестных созданий, а островерхие крыши, едва заслоняющие луны, высвечивались ими, подобно острые пики верхушек сосен.
    Город бытовал странной атмосферой, на сопряжении духа дикой природы и окружающих лесов, с вполне типичной человеческой грязью и дымом, чадящим из печных труб. Даже, судя по виду графской резиденции, нельзя было сказать, что это обычный замок - мрачный и суровый, в аскетизме монолитных стен; был он слишком одухотворенным, напоминая, скорее дворец - узорчатый, но не лишенный архитектурной готичной серьезности.
    Первым делом, усталый от многодневной морской качки путник, вдоволь насладившийся прогулкой по ровной земле, возжелал мягкой постели и свежей "сухопутной" пищи, в противовес вездесущей на корабле грубой рыбе и старым запасам замоченных фруктов.
    Спустя две пересеченные улицы, нашлась таверна. Доверившись незатейливой вывеске, я зашел в помещение, уже на ходу прикидывая, что заведение, пускай и старое, но относительно неплохое. Пускай, не совсем просторное, зато теплое, мебель старая, наверняка видавшая и пережившая многое, но, благодаря своей дубовой массивности, оставшаяся целой спустя многие годы службы.
    Кроме меня, освещенная факелами входная зала приютила где-то с полдюжины посетителей. В основном, заурядного вида местных, докапываться до внешнего облика которых, путем внимательного рассмотрения и с целью определить род их деятельности, с моей стороны подозрительного вооруженного чужака, было бы невежливым вызовом.
    Немедля, я отравился к длинному и узкому столу, являющему собой трактирную стойку, в надежде разыскать там кого-либо из слуг. Ожидая в тихом зале, где полумрак разгоняли негромкие разговоры присутствующих, некоторые из которых уже посматривали в мою сторону, я присел на ближайшее место, наиболее удобное с моей точки зрения - в достаточно темном месте, где непосредственно за спиной сидящего была стена.
    Едва не задремав, утомленный фантастическими событиями ушедшего дня, я стал невольным свидетелем и участником некой сцены - сколь кровавой, столь же и ужасающей, даже по меркам того, кто успел повидать за четверть прожитого века множество жутких вещей.


    Дверь едва не вылетела с петель, отворив дорогу нескольким высоким фигурам, чей облик я первоначально принял за некую шутку или элемент снаряжения, ведь головы воинов, облаченных в тускло блестящие панцири, кольчуги и прочие элементы неполного доспеха, венчали шапки или же это были маски, в форме волчьих голов, выполненные в пугающей натуралистичности. Где-то с десяток нападавших, были вооружены копьями, топорами и щитами, будучи настроены на драку.
    Я и глазом моргнуть не успел, чего уж там - даже не подумал, что можно укрыться под ближайшим столом, как некоторые из посетителей обнажили клинки в ответ, встречным потоком ринувшись к незнакомцам, получив неожиданное подкрепление из дальних помещений таверны, в лице более вооруженных бойцов, не маскирующихся под простых обывателей.
    Все-таки заняв выгодную позицию под барным столом, стал свидетелем кровопролитной драки в пределах столь небольшого помещения. Следовало уделить больше времени, на разработку плана к отступлению, ведь это была не моя война и вмешательство в ход битвы казалось глупым, что бы там эти люди не поделили.
    Только вот многие из них людьми не были...
    И определил я это, когда в молчаливой доселе мясорубке, раздался протяжный волчий вой, а один из "волкоголовых" вгрызся в горло пригвожденного копьем к стене врага.
    Эти существа, действительно, походя на людей, были в некоторой степени зверями...
    Оборотни? Мать вашу, отсюда действительно пора сматываться!
    Неосторожность привела к тому, что кто-то из нападающих смахнул со стойки пару факелов, отчего, огонь крайне быстро распространился по соломенному полу, намекая на близость пожара. И, редеющие в числе чудовища, так неудачно выбравшие древковое оружие для драки в замкнутом пространстве, как и все остальные, оказались отрезаны от выхода, пока-еще шаловливыми огоньками, с аппетитом уминающими хрустящую соломку под их ногами. Но уж оставаться в этом аналоге погребального костра я не собирался, а оттого, вскочив из-под укрытия, держась ближе к стене, так, чтобы меня и нападавших разделял стол, выстрелил из лука в сторону самого большого очага возгорания, стрелой, на конце которой переливался ярко-голубой хрусталик, хранящий в себе достаточное количество воды, чтобы потушить факел или здорово осадить некую уязвимую к воде огненную сущность.
    Как оказалось, этого тоже было не совсем достаточно, еще и кто-то из волкоголовых принял меня за свой потенциальный ужин, ударив копьем через стол. Благо, я успел отбросить лук, уйдя вправо, уже нашептывая формулу заклинания.
    Стараясь не держать заклятие активным слишком долго, так-как это было бы чревато отмороженными пальцами, я покрыл сплошной, но тонкой коркой льда, загоревшиеся участки пола и стен, изведя на такой трюк все запасы магической энергии, впрочем. Мало того, что мои познания в области Разрушения скатились едва ли не до третьего года обучения, так еще и Элемент льда никогда не был мной жалован: слишком слабый в моих руках, чтобы превратить человека в глыбу льда, еще и гасить огонь на освещаемых участках, можно более элегантно и с большей дистанции теми же стрелами.
    Драка заметно оживилась, когда все потеряли стойкую опору под ногами, теперь, стараясь более не упасть, чем убить кого-либо. Один из оборотней не растерялся: будучи на одном месте он стал цеплять врагов крюком на торце своей гвизармы, резким рывком опрокидывая их и, добивая уколом уже лежачих. Так-как нападавший на меня зверь уже лежал, лишившись головы, в стычке с очередным незнакомцем, а я нашел лук - одна стрела поставила точку в кроваво-красной картине, на белом ледовом холсте.
    И вновь я стоял один среди трупов, на грязном снегу...
    - О, Девять Божеств! - тонко взвизгнул женский голос за моей спиной. - Они все мертвы!!! Франсуа, Веонт... Карим!...
    Женщина, почти сорвалась на плач, похоже, даже не замечая меня. Но, она знала обороняющихся людей, значит, могла поведать мне о этих необычных волках, вперемешку устилающих пол, где две красные крови слились воедино.
    Звериная и людская...
    - Успокойтесь, - тихо и проникновенно сказав, подойдя ближе, я взял незнакомку за руку. Это оказалась молодая девушка, стройная - подобно юному деревцу, с длинными угольно- черными волосами, прекрасными тонкими чертами лица, одетая в простецкую темную одежду. - Можете рассказать, что здесь произошло? Кто эти чудовища?
    - Ах... - поначалу она вздрогнула, пытаясь вырваться, но, присмотревшись ко мне успокоилась. - Так вы тоже человек. И даже помогли в битве с этими тварями, - она проницательно указала на мою стрелу, прошившую горло последнего из оборотней.
    - Нам стоит уходить отсюда, немедленно! Я все объясню по дороге! - подобрав окровавленный меч, она рассудила про себя, что идти через трупы по скользкому льду - не лучшая идея, выведя меня на улицу через черный ход. - Эти твари, как вы бы могли ошибочно подумать, не являются оборотнями в прямом понимании нашего разума, господин... Э-э-э?..
    - Форад. Я только сегодня сошел с корабля, так-что совсем недавно здесь. Так куда мы идем?
    - В наше убежище, на случай, если волколаки захотят взять реванш за эту засаду, свидетелем которой вы и были. Поэтому, говорите потише. Так вот...
    - Волколаки? - перебил я девушку. - Так это были гноллы?
    - Ну, в общих чертах, да. Волколак - это более распространенное определение людей, чье тело вроде-как нормально, но голова является волчьей. Они, подобно оборотням, прячут звериную натуру, трансформируя головы в человеческие. Бр-р-р... Кошмарные создания! Спасибо вам за помощь, пускай даже вы просто оказались не в том месте и не в то время. Но волколаки уже достаточно давно терроризируют это графство. Я вижу, вы их тоже не любите.
    - Нет, я просто защищался. Вы организовали сопротивление, я так понимаю?
    - Да, все верно. Можешь звать меня Сьюзанна, для друзей, из рядов охотников на нечисть - просто Сьюзи. И, не коситесь вы так, что я тут на духу выкладываю все что знаю - у меня есть вполне рабочий амулет, распознающий нелюдские чары, так-что я прекрасно знаю об отсутствии у вас пушистого хвоста и волчьих зубов на столь прекрасном личике! - с пристрастно-заговорческим видом со мной пытались флиртовать. Пропустив фривольность мимо ушей я продолжил:
    - Ты тоже отлавливаешь гноллов? Не в обиду тебе будь сказано, но на опытного бойца в силу возраста, ты не похожа...
    - А, нет. Я работала в трактире, собирая информацию. Всякое-разное: когда и где волколаки атакуют, их укрытия, численность, лидеры. Нас наняла графская чета, но, в основном, снабжает и дает указания, именно графиня Кайла. Граф более прохладен к нашей деятельности, он более печется о сохранении мира в подвластных землях, а оттого сильно ограничивает нас в методах. По сути, на этом острове сейчас идет война и мы, не буду хвастать, скоро потесним выродков! О! мы пришли...
    За разговорами и держась в тенях, отбрасываемых домами в лунной ночи, мы пробрались к малозаметной двери в одном из переулков. Сьюзи отворила ее ключами, впустив меня первого.
    На засаду не похоже - пускай, вокруг было хоть глаз выколи, я прекрасно лицезрел внутреннее убранство дома. где были только мы вдвоем. Решив не пугать девушку своими способностями, попросил зажечь свет. Отыскав в глубинах комнат вход в подвал, мы спустились туда, оказавшись чуть ли не в настоящей оружейной, сопряженной с алхимической лабораторией и складом.
    На мой шутливый вопрос, где тут находятся казармы личного состава, Сьюзи на полном серьезе указала на дальнюю дверь.
    - Пойдем, тебе надо переговорить с нашим главным, - поманила меня девушка, стоя возле входа в следующую комнату.
    Главарем организации оказался одетый с иголочки, но малоприятной внешности данмер, представившийся Вейноном. Знаете, бывает в людях что-то такое, вроде бы и ничего плохого тебе еще он не сделал, но в душе что-то ноет, отталкивает от этой персоны. Еще и хищные огоньки фанатизма в глазах... Бр-р-р... Более всего, Вейнон напоминал мне опытного инквизитора в отставке - такой и родную мать кинет на костер, ради доли власти и удовольствия над слабостью человеческих помыслов и судеб, что попали в его цепкие руки.
    - Сьюзен, - начал он первым, - я тебя слушаю. Как прошла контратака? Результаты? Где все остальные?
    - Они... мертвы, - девчонка оробела под змеиным взглядом данмера.- Этот господин стал невольным свидетелем, он помог добить последних ликанов.
    - Один? - Вейнон говорил сухо, отрывисто и нестерпимо желчно, словно насмехаясь над собеседниками. - Да уж, Сьюзен, я знал, что поручать тебе противодействие атаке на наш разведывательный центр, было глубокой ошибкой. Что-то вы, сэр, не совсем похожи на опытного головореза, а битва с волколаком, дело ой какое непростое!
    - Он маг, - вступилась за меня девчонка, подавив слезы. - Господин Форад заморозил все убранство таверны, ледяными заклинаниями!
    - Даже так? - тон главы всей этой конторы, недвусмысленно сошел до почти змеиного шипения. - А известно ли тебе, моя милая, что вот уже три дня, наша более эффективная разведка, чем ты, докладывает о неком незнакомом маге, трущемся около высокопоставленных ликанов этого драного острова?! - данмер, не вставая из-за стола, поднял руку, сложенную для щелчка пальцев. Что бы последовало за этим жестом, я не совсем знал, но вполне догадывался, по тихим шорохам и скрипам металла за двумя закрытыми дверьми, по бокам комнаты. А если по щелчку прибудет добрый десяток подчиненных Вейнона...
    - Итак, насколько надо полагать, - впервые, за весь разговор подал я голос, - у меня есть только одна попытка, на объяснение одной веской причины, по которой вы не выпотрошите своего гостя, залив кровью этот ковер? - кивнув на элемент украшения пола, на всякий случай, держа руки подальше от тела, продолжил. - Вы утверждаете, что сообщник волколаков на острове уже три дня? А я только сегодня прибыл сюда на торговом судне с названием "Тортуга", и, если истории моряков, о том, какие приключения они пережили за это плавание, еще не распространились вдоволь, то... Вам. пожалуй следует знать, что именно я играл в них ключевую роль. А это, как-никак алиби. К тому-же, хороша ли ваша разведка, если не запомнила лицо объекта слежки?
    - Есть оправдание, - огрызнулся данмер, но руку все-таки убрал. - Маг носил маску скрывающую лицо. Ладно, мы узнаем правдивость твоих слов, а пока, будем следить, Форад. В городе и прилегающих деревнях полно моих людей. А пока... Сьюзи, выйди и отчитайся остальным о смерти их товарищей.
    Когда девушка покинула нас, Вейнон обратился уже лично ко мне:
    - Итак, каково, Вам, наше традиционное хай-рокское гостеприимство?
    - Мило. Я не успел поесть, а про хороший и здоровый сон и говорить нечего. Более того, стал свидетелем дикой резни с участием созданий, которых доселе считал традиционно хай-рокскими мифами. Е*@№Y%ые у вас, в Хай-Роке традиции, следует заметить.
    - Как-есть, как-есть, - широко улыбаясь отвечал данмер. - Что же вы стоите, садитесь. После приватного разговора, я обещаю обеспечить нашего гостя хорошим ужином и выделить ему свободную кровать. Их, после сегодняшнего, выдалось немало.
    - Интересный план - поставить девочку, лет так восемнадцати от роду, собирать информацию, касательно опаснейшей магической нечисти. А потом, отряжать бойцов, чтобы те использовали прогоревшую шпионку в качестве приманки на очередную группу охотящихся тварей. Охотящихся за твоей организацией...
    - Надо же, да вы и впрямь умны, как подобает настоящему волшебнику! Но, я бы хотел спросить, касательно вашего отношения к данной ситуации:
    С незапамятных времен, на этом острове жили дикари, носящие на себе волчье проклятие Хирсина. Нет, они не были оборотнями, какими мы привыкли видеть. Хотя, определение болезни ликантропия, здесь подходит как-нельзя кстати, даже учитывая, что она совсем не при чем в смене их облика. Дети волколаков УЖЕ рождаются с хвостом и волчьей головой. Жажда убийства в комплекте. Они умеют таиться среди людей, прятать магией отличительные черты, жить как люди, не вызывая подозрений! Но, когда одна рука протянута к тебе для дружеского рукопожатия, вторая, будучи за спиной, таит нож...
    Они не люди. Они звери. Вот и все. Нам не понять мышление зверей, слишком примитивное для разумных рас. Пускай, твари, что воруют наших детей, пожирают младенцев, пугают воем по ночам... Пускай они изящно мимикрируются под нас. Особо сильные и наделенные магией могут оборачиваться волками полностью, или отращивать звериные когти, а мертвые волколаки восстают из могил, превращаясь в гноллов-падальщиков, перед которыми робеют даже гули! Это их сила. А сила людей в числе, поэтому, когда...
    - Можешь не продолжать, - отмахнулся я. - Разумные расы с высоким уровнем развития всегда смотрят на нижестоящих, как на мусор, шуткой природы все еще живущий. Отсюда вытекает геноцид и рабство. Так было с айдейдами, по отношению к людям; с людьми, по отношению к оркам; данмерами, по отношению к аргонианам и каджитам. Список можно продолжать до бесконечности. А если волколаки и впрямь безумны и опасны, то становиться твоим наемником я не собираюсь. Особенно, будучи запасным ферзем на твоей доске, в противовес магу противника. Своих дел по горло.
    - Намекаешь, что графу надоели хвостатые соседи, ограничивающие полноправное владение островами? Неплохо подмечено. Ныне меня более беспокоит этот ликанский маг, пришедший, по сути, из ниоткуда. Может ты когда-либо слышал о чародее в черной мантии, чье лицо полностью закрывает золотая маска?
    На этих словах я едва не вскочил со стула.
    Он опередил меня! Но, зачем... Корабль похитителя должен плыть к Альбиону еще чуть менее месяца, а даже так, почему этот маг не телепортировался куда подальше, словно, зная о моем преждевременном появлении на острове.
    Играя со мной.
    Или ведя по какой-то цепочке.
    - Даже так... - я сохранил внешнее спокойствие. - Я знаю его. Отчасти. И очень давно ищу встречи, явно не для обмена любезностями.
    - Отлично. Как человек в этих местах новый, и, в деле все-же заинтересованный, ты получишь от нашей организации любую помощь и информацию. Пока-что, я могу поделиться мыслями о возможности выйти через этого мага на главу всех волколаков, вообще! У каждой волчьей стаи есть вожак? Так? Но этот матерый волк очень скрытен, возможно, он кто-то из особо приближенных к графской персоне. Дело на уровне дворцовых интриг...
    - Инцест, мезальянс, кинжалы, воткнутые в спину, и яд в кефире? Всегда мечтал, - устало вздохнул я в ответ.
    - Но-но, не унывайте, а лучше сходите завтра в графский замок, расспросите о "масочнике" прислугу и придворных магов. По моим сведениям, он имел с кем-то из них разговор. Я даже замолвлю о вас словечко графине, насчет возможности аудиенции. Это будет выгодное и хорошее знакомство. А теперь, идите. Задерживать не смею...
    Выбравшись из диалога с Вейноном, как из липкого зловонного болота, утыканного на каждом ходу ловушками, я вздохнул едва ли не с облегчением.
    Что же будет дальше?

  2. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2147-1-pogonya-za-proshlym-severnyy-ostrov/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2151-1-pogonya-za-proshlym-tumannyy-albion/ Следующая глава.


    Целую неделю я видел вокруг лишь море. И ничего более. "Тортуга" шла под полными парусами, поймав удачное северное течение, ведущее от прибрежных областей Скайрима к восточному Хай-Року. Погода устоялась в пределах пасмурной, но без намеков на шторма, что оказалось как нельзя кстати в столь продолжительном путешествии.
    Впередсмотрящий, зорко озиравший море на мили вокруг, утверждал, что корабль отплывший перед нами, следует тем-же курсом, держась обособленной точкой на горизонте. Оставалось только надеяться, что мерзавец, стянувший мою добычу, не выкинет очередной трюк с телепортами, ведь пункт конечного назначения у наших кораблей очень удачно совпадал.
    Удалось немного выяснить, касательно корабля и его команды. "Тортуга" вот уже лет пятнадцать бороздит просторы Моря Призраков, перевозя пассажиров и торговые грузы между северными городами Скайрима и Хай-Роком. Пираты в северных водах встречались редко, так что капитан корабля не нанимал вооруженную охрану, надеясь, надо полагать, на боевые способности своей безалаберной команды.
    Кстати, достаточно интересно было смотреть как целая толпа ленивых балбесов, горделиво величающих себя матросами гражданско-торгового флота, суетится на палубе, ловко ползает по мачтам и реям, будучи подгоняемы матюками и оплеухами сурового капитана. А уж каким зверем оказался старший помощник... В первый же день плавания он пытался было и меня припрягсти к работе, впрочем, будучи посланным из-за закрытой двери на все четыре стороны, а конкретнее, к капитану за разъяснениями.
    По крайней мере, за все время подобного безделья я смог как-следует отоспаться и уделить время книгам, добытым в вылазке за стены Калдью. Продираясь через заумные формулы, описания и алхимические круги, оказался втянут в вопрос - что есть философский камень? Магистериум местами упоминался как камень, что и вытекает из самого названия - нечто твердое с определенной формой и объемом; описывался подобно целебным водам, или чудодейственному порошку; комнаты, исполняющей любое желание... Вот, насчет последнего я бы поспорил, алхимики - это не архитекторы и методы работы у них несколько другие. Но уж методики приготовления этого артефакта выходили за все грани разумного и практической магии тоже. Такого цирка и свистопляски, включающей в себя мифических созданий, ритуалов, кои практикуются едва-ли не малограмотными шаманами какого-нибудь зачуханного аргонианского племени ( и, ведь у аргониан они работают. Да еще как!) я не видел даже в конспектах замученных бессонницей и чрезмерным употреблением алкоголя, ленивых студиозов-однокурсников из Университета Таинств. И, поверьте - как человек, полдня ловивший сачком блоху-переростка, выращенную на декоктах одним из таких раздолбаев, я знаю о чем говорю!
    Так и в то прекрасное и холодное утро, я проснулся с книгой в обнимку, в своей каюте, тут же вознамерившись выйти на палубу, чтобы узнать примерное время и близость завтрака. Первое, что мне сразу не понравилось - запертая снаружи дверь. Надо думать, кто-то из скучающих матросов провернул такую шутку, озлобленный, что не может попасть внутрь благодаря внутреннему засову, но, пока я разыскивал отмычки, успел удивиться повисшей тишине скрипящего, раскачивающегося на волнах судна, хотя в это время на нижних и верхних палубах бывает довольно шумно от топота множества ног.
    Что-то здесь было не так!
    Поспешив выбраться из каюты, чтобы все поподробнее разузнать, я только-только примерился к взлому замка, как услышал щелчки проворачиваемого в нем ключа, отступив на пару метров назад, с кинжалом наготове.
    - Э-э-э... Здрасти, - в дверном проеме показался незнакомый имперец - невысокий ростом, но широкий, лицо непримечательное, загорелое; обряженный в старую одежду и потрепанный кожаный камзол, он был вооружен короткой изогнутой саблей, что так в почете у моряков и пиратов, впрочем, оружие покоилось у пояса и владелец его был вполне спокоен.
    - Ага, доброе утро, - ответил я, пытаясь вывести нить диалога хоть в какое-то русло. - Вы что-то здесь забыли?
    - Ну мы, эта... Вроде-как корабль захватили. Руки вверх!
    - Судя по тому, что ты не один из матросов и относительно нетрезв... Пират, надо полагать, ведь так? - дождавшись утвердительного неуверенного кивка, я продолжил. - Пришел грабить, убивать и, не приведи Девятеро, насиловать?
    - Так это... Мне тут на ушко шепнули, мол-де на корабле один из наших, запертый сидит. Деньжат подкинули, чтобы освободил. Прихожу я, а тут ты...
    - Команду заперли? Молодцы! А где?
    - На берегу все. Парочка попрятались, так тех внизу посодили.
    - Что там по барахлу? Мне аж интересно, что эти терпилы на одном суденышке со мной перевозили? - убрав кинжал с глаз подальше, но не настолько, чтобы его было проблемой быстро достать, я как мог изображал прожженного "морского волка". Повезло, что несчастный оказался настолько говорлив.
    - Порожняком плыли, падлы, б^@! Ладно там, все равно мы этот корабль попутно прихватили, кеп сказал, что главные сокровища тут, на острове, рядышком.
    - А капитан у вас кто?
    - Так Комус - гроза всех морей! Мы под его парусами таких делов творим - имперцы локти грызут, в ах#!, как нас поймать!
    - Да уж, Комус может. Слушай, брат, выпить есть? Я тут думаю, надо вашему главному под очи представиться, а по пиратским законам, коль хороший капитан - так и пират навеселе!
    - О, шаришь! Пойдем, там у парней, кажись, парочка бутылей пойла захована... - увы, но повернувшийся спиной пират, так никуда и не смог меня проводить. Убийства - удел дилетантов и новичков. А хорошая дубинка - друг профессионала своего дела.
    - Быдло корсарское, - ворчал я, затаскивая оглушенное тело в каюту. Забрав вещи, разоружив пирата и заперев каюту найденными на его поясе ключами, я призадумался - что дальше?
    Кто-то заплатил пиратам, чтобы они выпустили меня? Занимательно, значит, этот доброжелатель знает о моем местонахождении именно на этом корабле, именно в этой каюте. Или это была всего лишь ошибка? Все-же стоило получше опросить морского разбойника, касательно времени, обстоятельств встречи с неизвестным благодетелем и его личности.
    Ситуация сложилась патовая - корабль захвачен, на одном со мной борту несколько пиратов ( а это ребята из той категории, что не привыкли поначалу задавать вопросы, а уже потом убивать), команда в плену... Хотя, стоит найти нескольких пленных на "Тортуге", тем- более, что в моих руках увесистый аргумент, в виде толстой связки ключей, от всех дверей на этом корабле. У собратьев по несчастью я получу информацию, возле какого острова мы находимся, Дальше - по обстоятельствам.
    Как же хорошо, что я всегда закрываю изнутри комнаты, где собираюсь спать.
    Капитан Комус... Знакомое имя. Дружеобильный алкоголик Сар, большую часть жизни проведший в "морских" кругах, немного рассказывал о нем: Комус и его бравые ребята (одному из которых я уже гарантировал сотрясение мозга на момент пробуждения), сами родом из восточной части Моря Призраков, омывающей Морровинд, некогда будучи под крылом у прославленной Газы - повелительницы пиратов.
    Интересно, что сей крупный альянс пиратских банд, приносивший немаленький доход Газе, в один прекрасный момент, а именно, лет семь назад, был уничтожен почти под корень; сама же ненаглядная королева пиратов отправилась на корм рыбам. Еще более захватывает факт о непричастности к этому делу Имперского Легиона, откуда и взялись пересуды о морских чудовищах или группе авантюристов, положивших конец организованной морской преступности в провинции Морровинд. Корабль Комуса один из немногих уцелел в тех таинственных событиях, и, когда теперь уже вольного капитана расспрашивали о случившемся, он предпочитал отмалчиваться или благоговейно вещал истовый бред об огненных смерчах на воде, пожирающих корабли, и их повелителе. Но прославился капитан совсем не поэтому: ходили слухи, что "Черный Изумруд" - пиратский когг Комуса, могли видеть в один день около Анвила, грабящий у берегов Скайрима одномачтовики купцов и рыскающим южнее Лейавиина. Ничем, кроме как невозможной, в принципе, телепортацией целого корабля вместе с командой, это объяснить не удается...
    Коридор средней палубы был пуст и мрачен. Если предположить, что охраняющие корабль пираты засели в кормовой надстройке, где располагалась уютная каюта капитана, то на страже захваченных матросов стоят всего два головореза, может, один. Задача упрощалась плохим освещением на нижних палубах и морской трещащей качкой дерева, маскирующей скрип старых половиц под ногами. Будучи уже на нижней палубе, я спрятался под лестницей, осмотревшись кругом на предмет патрулей. Даже осторожный обыск складских отсеков и нижних кают не принес встречи с пиратами, поэтому, я смело пошел в носовую часть, где томились несколько матросов, запертых в массивной клетке, предназначенной для перевоза крупного скота или иных животных.
    - Ты?! То-есть... это Вы, господин... э-э-э, - один из моряков, что первым заметил мою персону, несказанно удивился ее нахождением здесь, впрочем, одновременно с этим, в глазах бретона читалась некая доля недоверия.
    - Да-да, Терральт - ваш пассажир, если помните. Проклятье, да что здесь происходит?!
    - Неужели Вы не заодно с пиратами? Ведь э-э-э... как-бы так выразиться, Вы все еще на свободе!
    - Просто очень хорошо спрятался. Итак, я весь внимание к разговору о случившемся, пока кто-нибудь из пиратов не спустился сюда.
    - Если вкратце, э-э-м... через четверть часа после восхода солнца, впередсмотрящий, как-бы, просигнализировал, что кроме "Ласточки" следующей нашим курсом с опережением на дюжину часов, в видимости показался еще один корабль. Мы даже не успели запаниковать, увидев, как он поднял черный флаг! Да и судно это, показалось неожиданно, словно на... ровном месте, да!
    - Господин, - встрял другой матрос. - мы только готовились к абордажу, как судно подошло вплотную, и... Море! Оно исчезло! А очнулись мы тотчас, уже у незнакомых берегов! Это точно - корабль пиратский-то, проклятый! И команда сплошь призраки - как ночь настанет, скинут плоть, да скелетами оборотятся... - истеричный припадок нервного моряка закончился депрессивными всхлипами. По крайней мере, он успокоился.
    - Нет, ну это уже слишком, - отмахнулся бретон. - Нормальные они люди, вон как наши запасы алкоголя хлещут! Большую часть команды увезли связанными на лодках, в сторону суши. Мы попрятались, кто-где, но нас нашли...
    - Говорю вам, - подключился третий, данмер, сидящий в самом темном углу, - нас в рабство продадут, а у пиратов на острове база.
    - Да заткнись ты нахрен! Рабство только в твоем родном Морровинде и сохранилось. И то не факт, что его не отменят...
    - Как бы там ни было, - вздохнул бретон, - нас необъяснимой силой перенесло к южным берегам Тамриэля. Следуя подслушанным разговорам пиратов - сейчас мы бросили якорь в водах южнее Хаммерфелла, на каком-то архипелаге, неподалеку от Строс М'кай.
    - Что дальше? Пираты не поделились своими планами?
    - Нет... Будем ждать. Если нас не убили сразу, будем надеяться, что оставят в живых и далее. А бежать опасно...
    - Отлично. Значит, все в моих руках, - усмехнулся я. - Пойду разыщу капитана этих разбойников, может удастся договориться?
    Моряки поначалу недоверчиво отнеслись к таким словам, посмотрев на меня, как на идиота, но, вспомнив о моем титуле "могущественного мага", даже как-то приободрились.
    - Увидите нашего капитана и ребят, передайте, что Даниэль и остальные в порядке! - напутствовал на прощание бретон.
    Для начала, следует добраться до берега. А дальше... Можно и впрямь выторговать у Комуса свободу моряков и билет на обратный маршрут в северные воды, только вот ценой чего? Или воспользоваться слабым знанием пиратских законов и знакомыми именами, вызвав главаря пиратов на поединок, ведь, победа, что маловероятно, принесет мне уважение в глазах нижестоящих по рангу пиратов. Тут уж смотря, насколько хорошо квартирмейстер их корабля блюдет пиратский кодекс.
    Последний вариант не вызывал у меня доверия к правдивости его осуществления, так-как воровать целую команду корабля мне еще ни разу не приходилось...
    Даже на верхней палубе было пусто. Дабы не привлекать излишнего внимания, будучи еще в трюме, я сменил кожаные доспехи и плащ, на камзол и ярко-алый сюртук из личных запасов старшего помощника капитана, впрочем, свою компактно складывающуюся одежду прихватив тоже. К тому же, когда я оказался под достаточно палящим солнцем, созерцая песчаный берег в ярдах трехстах слева по борту, впору было благодарить Девятерых за столь удачную мысль одеться полегче.
    Попытался спустить последнюю оставшуюся шлюпку на воду. Но, за неимением опыта мореходного дела и поджимающей ситуацией, где вот-вот кто-либо из пиратов мог выйти на палубу, я не стал возиться с морскими узлами, перерезав канаты кинжалом. Громко "хлюпнув", лодка плюхнулась на слабые волны, едва не наглотавшись воды. Я же, спустился следом, соскользнув по длинному обрубку веревки.
    Налегая на весла уже метрах в тридцати от стоящей на якоре "Тортуги", стал свидетелем умершей в корне погони, со стороны троих пиратов. Причем, судя по возгласам, пиратов нетрезвых и разозленных, как стая голодных даэдр. Некие зачатки самосохранения, похоже, не давали им пуститься за лодкой вплавь. Увы, пьяный человек - в большинстве случаев, плавает подобно топору...
    Будучи на берегу, я затащил лодку насколько мог дальше от волн, шуршащих по светло-серому теплому песку. Было довольно жарко и это несмотря на низкое утреннее солнце Месяца заката Солнца. Держась ближе к заросшей скальной громаде, что вздыбилась далее по берегу, уходя отвесом вправо, да так, что волны бились и бурлили о подножия этих незыблемых стен, я шел вглубь берега, придерживаясь ориентира в виде привязанных поотдаль лодок. Там, за густым кустарником, не спешащим осыпать листву, открылся вид на пиратский лагерь - поляна, окруженная раскидистыми тенями пальм, вмещала в себя нагромождение неких коробов и грузов, накрытых тентом, возле которых суетились никто иные, как расхлябанные корсары в количестве пары дюжин оборванцев.
    Если дальние валуны скрывают за собой тюрьму для моряков с "Тортуги", а этот напыщенный коренастый данмер в здоровенной шляпе-треуголке и есть капитан Комус, то я прибыл по адресу.
    Рассудив, что лучший вариант пойти на переговоры я, действительно , прогулочным шагом и совсем не таясь стал приближаться к пиратам.
    Ноктюрнал мне в свидетели, какая это была лютая глупость, впрочем,ничего иного я придумать не мог.
    - Комус, старый пройдоха! Да ты сегодня с добычей! - замирая втайне от ужаса, окликнул я капитана.
    Главарь явно выпал в осадок, что на фоне недоумевающих подчиненных смотрелось более чем комично.
    - Какого... Тысяча скампов, кто ты таков?!
    - Где твое уважение, кеп? Старый морской лис Форад пришел представиться, а ты даже не предложишь промочить ему горло добрым ромом?
    - Ты с "Тортуги", что-ли? Один из этих лохов?... Мы же вас заперли в трюме, али тебе кто сбежать помог?
    - Сколько вопросов! Давай присядем, перетрем, - в роли загадочного пирата, находясь под пристальным вниманием нескольких десятков глаз, я чувствовал себя очень неуверенно, но это не мешало ломать комедию до победного конца.
    - Ну давай, только смотри, тут пруд-пруди моих головорезов - не так пикнешь, закопаем в песок, головой так вниз. Говори, что надо и без фокусов, - пугающий голос матерого пирата был хриплым и пропитым, полностью соответствуя его угрожающему виду.
    - Тут тема такая, я на "Тортуге", вместе с этими сухопутными крысами кое-куда плыл... Хотя, как плыл - в каюте чалился, под замком, накосячил на берегу малехо, но, в чем суть, белый флаг я кинул с кое-каким планом. Надо было ту посудину, что перед нами шла, догнать, а там я бы снялся с якоря, ведь мне с одним ублюдком по душам переговорить желательно. Паскуда у меня из-под носа добычу увела! А тут ты с ребятами, как гром среди неба. Не знаю, как это у тебя получается, по всему Тамриэлю за секунды скакать - на то ты и Гроза Морей! Дальше то, что делать будешь? Из всех пушек в твою сторону палить не хочу, зато помочь могу, как-никак...
    - Конкретно отвечаешь, - покачал головой Комус, с налетом легкой улыбки на лице.- Вижу родственную душу! Твоя смелость вызывает уважение, поэтому живи. Раз ты здесь якорь бросил, значит тебе что-то надо. А вот нам и впрямь помощь не помешает...
    - Так в чем разговор! Мне бы на обратный курс лечь, хоть и холодно в этом Скайриме, что 3,14%*с, но вещица та моя стоящей была!
    - Вот знал я, что ты согласишься. На этот остров мы пришвартовались не зря, здесь есть одна вещь, которая нас очень интересует, - пират откупорил стоящую рядом бутылку, разлив содержимое в две треснутые глиняные кружки. - На этом острове, скамп его подери, старый пират Флинт сныкал один очень дорогой бриллиант - "Алмаз Раджи". Но где именно мы не знаем, у нас на карте только остров. Мы, как сюда намерились плыть, немного крюка дали. По ротозею лоцману, у меня давно рея плачет! Не важно, в общем, но занесло нас в Море Призраков, а там мы корыто торговое, ну, "Тортугу" твою, прихватили. Думали, будет двойной куш - и груз с корабля, и Флинта сокровища.
    А тут - обломинго! Груза нет, полный трюм терпил, и мы в непонятках, куда идти дальше! Щас днем жара поднимется, хоть яйца в песке запекай, лишь бы не свои. Да ты пей-пей, не стесняйся! Так что, попали мы...
    - Ну давай я этот твой камень разыщу, без базара верну, отвечаю! А ты взамен моряков на "Тортугу" отпустишь и обратно нас своим колдунством закинешь.
    - Вот! - Комус принял очень важный вид, приосанился сидя и объявил. - Как капитан легендарного "Черного Изумруда" и гроза всея вод Тамриэля, повелеваю: ты найдешь этот алмаз и принесешь его мне в обмен на жизнь этой никчемной команды. Ты с этим справишься?
    - Клянусь Кодексом пиратов! Я доставлю бриллиант, под названием "Алмаз Раджи"! - гордо ответил я.
    - Клянусь Кодексом пиратов! Я отпущу матросов корабля "Тортуга", в обмен на бриллиант и верну вас живыми и здоровыми, куда пожелаешь! - хрипло ответил пьяный Комус.




    Гребаных три часа я тащился через это пекло, едва-ли не перебежками от тенька одной редкой пальмы, к другой. Под конец, мысль забить на все и повернуть обратно, ведь мана на поддержание охлаждающего организм заклинания и запасы воды были далеко не бесконечны, но опасения заблудиться, имея в руках всего лишь один компас, а за спиной горячий ветер, зализывающий следы на песке, останавливали от такого поступка.
    Если пораскинуть мозгами, то и мысль идти на поиски клада Флинта ночью, тоже не столь хороша. Пускай, свет двух лун и достаточно отражается от песка, создавая обычным-то людям, чуть-ли не дневное освещение, но проблемы кроются в ночных морозах и множестве пустынных тварей, что выбираются на охоту после ухода жары. Ох и непростое это дело - поиски пиратских сокровищ, если единственный ориентир на этом полупустынном, горячем даже зимой, острове - вырезанный из камня проход в сеть храмовых пещер, укрытый водопадом.
    А этот Флинт тот еще эстет!
    И мазохист, по совместительству!...
    ...Раз тащил, наверняка, тяжеленные сундуки с золотом и этот треклятый камень, через безымянную пустыню.
    Довольствуясь указаниями компаса и общим описанием формы вытянутого в длину острова, что получил от пиратов, я тащился строго на север (будто бы, пользуясь этой подозрительной безделушкой Никоса, я когда-либо ходил не ориентируясь указаниям стрелки!), давно уже миновав полдень.
    Пески пошли вверх, приведя меня на верхушку гребня гигантского бархана, откуда открывался потрясающий вид на бесконечные пески, недалекое море восточного берега острова и далекие-далекие темнеющие контуры соседних островков. В паре-тройке миль к северу, виднелись более плотно растущие многочисленные пальмы. И, казалось, что в общей тишине ласкающего огненным языком ветра, заслышался шум водопада. А это прямо намекало на близость цели.
    Песок потихоньку сдал позиции нормальной почве, где из резкого обрыва нешироким и тонким потоком истекали подземные воды, захороненные глубоко под толщами скрипучей желтой пыли. Выверяя каждый шаг, я пустился по скользкой от воды тропе, пройдя коридором падающей воды и камня стен обрыва слева. Зев хода уходил круглым лазом куда-то вниз, в толщи внутренностей острова, отмечая первые метры моего пути сыростью, образованной близким водопадом.
    Ход, пока-что прямой, как кишка, без ответвлений, уводил далеко вниз, закончившись более просторной пещерой, пустой и, в некой степени даже более прохладной, что приятно холодило кожу, после перенесенного на поверхности пекла. На пути, пока-что, встречались лишь нечастые сталактиты, странные подземные грибы, мох и ничего более.
    С какой-то стороны, очень даже неплохо, что эти тоннели, вроде как необитаемы.
    Меньше неприятных сюрпризов.
    С другой, неизвестно, что ждет впереди, среди тьмы, так давно не посещаемой живыми людьми. Слишком уж это злачное место для ищущих пристанище от дневной жары.
    Я все дальше и дальше углублялся в повороты узких ходов с их ребристостью неровных стен, проходил через разных форм и размеров каверны, местами обрывающиеся в неожиданных местах далеко вниз, на большую глубину залегающих коридоров подземного дворца, выстроенного самой природой. Но, все-же, кто-то посещал эти места задолго до меня - удавалось увидеть разбросанные по углам растерзанные кости; попадался под ноги и некий мусор. Кое-где я ускорял шаг, неким скрытым чувством избегая возможных встреч, что знаменовались особо подозрительными участками пещер. Одно можно сказать точно - подземелья были вполне проходимы для обычного человека или группы таковых, не располагающих подобающим горным снаряжением.
    Далее открывались все более удивительные пейзажи. В конце концов, я замер перед настоящей пропастью, клубящейся внизу туманной дымкой, покрывающей все большую черноту.
    Мои глаза едва справлялись с подобным недостатком освещения, заставляя почти на ощупь пробираться вперед. Любой другой, даже каджиты с их знаменитым кошачьим зрением, значительно упрощающим нахождение в темных областях, был бы вынужден воспользоваться факелом, все-равно теряясь в антрацитовом океане, когда освещены считанные ярды вокруг.
    В нерешительности, осмотрев провал, я пришел к выводу, что дальнейшей дороги нет и единственный ход, ведущий в эту пещеру, тот самый, по которому я пришел. Будучи абсолютно беспомощным при отсутствии карты, побоялся возвращаться назад, снова обратившись к компасу. И, снова я стоял лицом к северу, в сторону этого пролома. Если, конечно же, эта стрелка вообще указывала на север, когда-нибудь!
    Единственная, очень маленькая, но, оттого не малозначащая деталь нашлась тут-же, дав стремление к дальнейшим поискам. Я подобрал несколько неаккуратно разбросанных золотых монет, лежащих возле самого края. Отчасти, все это напоминало ловушку, где доверчивые кладоискатели переломали бы все кости при падении, но...
    Возле дальнего края пещеры, где стена вплотную соприкасалась с пропастью, зияла широкая трещина, что была под самым "потолком". Ниже, уходя шаткой тропинкой, сгрудилась куча камней по которой, вполне так, можно было спуститься.
    Обломки скользили под ногами, а мелкий щебень с треском сыпался вниз. Меньше осторожности и эта насыпь может обвалиться...
    Столь бесплотные блуждания потихоньку начали доставать меня, так-как нижние уровни оказались явно не лучше верхних. Но, когда на одной из более-менее ровных стен четко выделился грубовато намалеванный рисунок, вмещающий в себя традиционное и древнее пиратское знамя: череп со скрещенными внизу костями, ликованию моему не было предела.
    Все же я на верном пути!
    И Комус, как это могло показаться, не обманул, даже при отягчающем в сторону честности использовании пиратской Клятвы.
    Окружающий камень становился более странным. Ровным? Да, определенно. Ход приобрел прямоугольные черты, намекающие уже на обработку строительными инструментами. И, если пропускать описания новооткрытой архитектуры, заинтересовавшей бы любого ценителя подобной старины, единственное, что стоит добавить, так это время оставшейся ходьбы, занявшее не более получаса. Хорошими ориентирами служили пиратские знаки на стенах да попадающиеся друзы крупных синих кристаллов, растущих из растресканных стен, неплохо дополняющие окружение своим холодным светом.
    Несказанно опостылевший лабиринт закончился зрелищем сколь необычным, столь и удручающим...
    Так, неплохо... У меня есть целая куча золота.
    Но, как прикажете нести все это с собой?!
    Да, там был целый сундук и маленькая коробочка всевозможного добра - золото, драгоценные камни, украшения, баснословно стоящее оружие, золотая и серебряная посуда, но, тогда-как это великолепие транспортировалось сюда еще скамп знает когда и явно не одним Флинтом, то унести его отсюда, через пещеры, пустыню... Мама, роди меня обратно!
    Кстати, но как среди этого огромного, сладчайшего разнообразия прекрасных до истовой дрожи сокровищ, разыскать заказанный "Алмаз Раджи"? Осознал, что судьба злодейка не позволит забрать все добытое с собой, в случае, если я попытаюсь крепко обняв сундук, использовать "Возврат", где "Пометка" была предусмотрительно оставлена в лагере пиратов ( иначе, это грозит или участью безрукого калеки, на исходе действия заклятья, или телепортацией в масло в одну из карманных реальностей того же Обливиона, возможно, в виде расчлененном или что похуже). Поэтому, уделил внимание самым примечательным безделушкам, утолив жадность взял их с собой.
    Итак, сундук, по объему, вполне способен вместить двух полновооруженных легионеров, неплохо утрамбованных и присыпанных, для маскировки, золотишком сверху.
    Напрашивается аналогия с иголкой и стогом сена... М-да.
    Размышлениям помешали подозрительные шорохи и постукивания, подкрадывающиеся со спины. Удивляться было некогда, поэтому, я оценивал ситуацию еще разворачиваясь.
    - Зато не придется долго искать, - пожал я плечами, увидев таки этот самый драгоценный камень. Кроваво-красный, размером с добрый кулак, идеальной огранки... Ради такого стоило битых полдня валандаться по пустыне.
    Проблема одна - "Алмаз Раджи" был вправлен в ожерелье, свободно болтающееся, на шее неплохо сохранившегося скелета, который в рванье, многозначащей треуголке и с двумя ржавыми саблями наперевес сокращал дистанцию по отношению ко мне.
    Был ли это сам Флинт, чахнувший над своими сокровищами, но так и сгинувший среди безмолвных руин, став стражем золота, которое сам и проклял или же некто другой...
    Неважно - давно припасенный пузырек святой воды брызнул содержимым и стеклом под костяными ступами нежити. Если объяснять по научному - я воспользовался последовавшей десинхронизацией некротической энергетики и костяной основы, чтобы вовремя подхватить амулет с разваливающихся в окружении синей дымки костей. Надо думать, скелет этот был явно не прост, поэтому, будучи разобран по костяшкам еще шевелился, успешно силясь собраться обратно. Но, в один момент нас разделили долгие мили пути, ведь я далеко не позабыл об оставленной "Пометке".

    Глупо драться с магической нежитью, привязанной к охране какого-либо места или предмета. Ну изгонишь ты его и, что дальше? Трудноупокаиваемая тварь возродится с интервалом от нескольких месяцев до полуминуты - с новыми силами взявшись за прежнее. А выискивать "отмычку", распутывающую клубок проклятия, дело неблагодарное, бывает и бессмысленное.
    Да и просто чудо, что на рути к кладу мне не попались ловушки или прочие пакости, с гарантией поставляющиеся к особо трудным случаям синдрома "кладбищенского сторожа" (читай - охраняемой гробницы, что так знатно портит кровь и нервы ребяткам, вроде меня).
    Следует как-можно быстрее отдать Комусу этот камень. Я сам не остался в накладе, с кое-каким золотом, прихваченным из сундука, еще и не исключается факт преследования со стороны Флинта (или кто это был?) по душу обладателя камня. Знаем, проходили.
    - Епть, это же ОН! Наконец Алмаз Раджи у меня! Ты, парень, действительно умеешь держать слово, но и я тоже выполню свою часть договора, - лицо данмера надо было видеть: странный доходяга, прицепившийся к нему и отправленный на выполнение самоубийственного задания, возвращается на закате солнца этого же дня с легендарным самоцветом! Капитан немедленно поднял суматоху в лагере, отправив подчиненных пиратов освободить матросов "Тортуги" и переправить их обратно на корабль.
    - Команда свободна, свой корабль тоже можешь забирать, завтра сюда прибудут мои друзья, а куда мы направим шхуны, тебе лучше не знать. А пока мы быстренько скандехаем с вами, куда скажешь и вернемся сюда, обратно. Это точно того стоит! - Комус выглядел котом, наевшимся до отвала сметаны.
    - Ну, насчет этого спроси у нашего капитана, - задумчиво ответил я, таки намереваясь кое-что разузнать от старого пирата. - Думаю, он будет рад, если мы окажемся в конечной точке курса "Тортуги" настолько раньше срока. Это где-то в Хай-Роке, да... Кстати, открой секрет, что с твоим кораблем? Интересные у него способности...
    - Ну ладно, тебе можно. Только не трепись, вообще никому, а то на дно отправлю! Сечешь, пока я под флагом Газы моря бороздил, мы как-то раз подцепили одно суденышко северо-восточнее от Морровинда. Команда -тьфу, положили разом, правда, кое-кто утек... Д-э-э... Так там штукенция одна нашлась, гномская, короче. Всего из трюма поднимать не буду, но она могет - раз! и ты на другом конце мира! О, какие нынче ветра, друг Терральт.
    - Постой, - насторожился я. - Не помню, чтобы называл тебе...
    - Да не парься! Наш общий знакомец много про тебя языком молол. Думаешь, я стал бы посылать разгильдяя в рубахе с чужого плеча за таким сокровищем?! А ты тут, такой дока в умении добывать красивые вещички...
    - А язык ему и правда надо бы укоротить, - некоторое время спустя, уже более самому-себе под нос ворчал я, поднимаясь по трапу родной "Тортуги". - Еще и ребра пересчитать и припомнить за разлитую выпивку...
    Ох, дай только до тебя добраться, алкоголик серорожий!
    Соскучился, сил нет.

  3. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2134-1-pogonya-za-proshlym-kusochek-holodnogo-neba/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2149-1-pogonya-za-proshlym-romantika-morskih-prostorov/ Следующая глава

    Перестук капель воды, что истекали благодаря сокрытому поблизости теплому источнику, растапливающему наморозь стен пещеры, довольно грубо и резко прервался тяжелым дыханием постороннего, заставив сделать шаги много тише и осторожнее. Конечно. о наличии здесь чего-то неопределенно стороннего, можно было догадаться, благодаря сильнейшей вони, распространяемой далеко в пределах подземных коридоров. Я вжался в сырость неровной каменной поверхности , прислушавшись к источнику шума.
    Нечто тяжелое бродило по соседней зале, угрюмо хрипя. Не совсем похоже на некую нечисть, поселившуюся в старой шахте и совсем не похоже на разведчика орков. Тот, попросту, не сможет издавать столько шума...
    - Как мило. Интересно, чем эта громадина тут питается? - тихонько шептал я, опознав в нежелательном постороннем существе массивного огра, что, судя по крупным завалам ящиков, деревянного мусора, камней и кучи старой соломы, невесть откуда притащенной сюда, обустроил свое логово именно в этой секции тоннелей.
    В открытом бою, шансов на победу у меня нет - все же я отнюдь не мускулистый воин в тяжелых латах и с внушительным топором под мышкой. Следовало тихо проскользнуть мимо, довольствуясь тем, что благодаря огромной и чадящей жаровне, расположившейся в центре "гнезда", кругом было много глубоких теней, помешавших бы огру, стоящему близко к источнику света, рассмотреть меня в окружающей темноте.
    К слову сказать, если обратиться к событиям недалекого прошлого, то все начиналось вполне мирно - я просто предпринял вылазку в безлюдные земли, оккупированные орками, дабы спасти чересчур любопытную деревенскую девчонку, так-как она последняя, кто удосужилась лицезреть и, даже вживую пообщаться с неким мерзопакостником, стянувшим прямо из-под моего носа (!) драгоценную реликвию (да куда там! Этот упырь в золотой маске, Ноктюрнал его побери, обокрал самого неуловимого меня!). Дорогу безопаснее всего было срезать через эту-самую старую серебряную шахту, давным-давно оскудневшую и покинутую. Естественно, что о ее новом законном жильце, меня никто не предупредил...
    На полусогнутых, держась ближе к темным стенам, я прошмыгнул в логово, заняв позицию за ближайшим ящиком. Конечно, разило в этом месте со страшной силой, но. был в этом и своеобразный плюс - так, зверюга хотя-бы не распознает мой, посторонний запах. Сам огр предпочел стоять на одном месте, поближе к огню, где на вертеле что-то сгорало, ибо по определению, добычу никто так не жарит. Отрывая громоздкие куски мяса, он с чавканьем их пожирал. А, судя по вони паленой шерсти, явно не делавшей приятной атмосферы в логове, несчастного оленя даже не удосужились освежевать.
    Если покопаться в памяти, можно выудить обрывочные знания, полученные в университетских бестиариях, как нельзя кстати пригождающиеся ныне в моей основной профессии, так-как слишком уж часто в очередной вылазке в какую-нибудь гробницу, пещеру, заброшенный особняк, руины и прочие древние достопримечательности, на пути попадаются экзотические местные обитатели, представляющие в общей массе своей смертельную опасность для неосторожного мародера. Касаемо огров вспоминается мало - они отпрыски Малаката, наряду с гоблинами и орками, но, в отличии от первых, более асоциальные, а, в отличие от вторых - жутко неразвитые. Конечно, наблюдаются какие-никакие зачатки разума у этой полуторатонной махины, ростом, в особо критичных ситуациях, достигающей до двух человеческих. Взять хотя бы потуги на приготовление пищи, напяливание на себя набедренных повязок и более-менее подобия одежды. Особо интересны случаи приручения орками этих самых огров, когда в боевых рядах какого-нибудь нелюдимого клана Драконьего хребта, появляется громадная и увешанная почти непробиваемой орихалковой броней боевая единица. А тут уж, одними пудовыми кулаками дело не обойдется - если огру подыскать дубину, или, не приведи Девятеро, громадную шипастую палицу...
    Заклинания от них отскакивают, в силу своеобразной прочности и строения дубленой шкуры. Единственное, что огры не переносят - так это открытые источники огня или пиромантия, что, впрочем, не мешает им наслаждаться отапливаемыми каким-нибудь костром, берлогами, как я это видел сейчас.
    Говорить огры не умеют - общаются разной тональности рыком, мастерить предметы не обучены. Разве-что, напяливают на себя растянутую одежду убитых и съеденных жертв. Любят блестящие штуковины, так-что, в логовах огров следует держать ухо востро, ведь можно высмотреть какой-никакой тайник, заваленный всевозможными серебряными или золотыми украшениями.
    Что я в принципе и делал, попутно, пытаясь выбраться оттуда. Должно быть, есть обходной путь через эти тоннели, иначе "золотая маска" попросту погнал несчастную девчонку на верную смерть. Впрочем, наглядное отсутствие в обозримой близости недообглоданных человеческих костей, в придачу к явно разветвленной сети ярусов немаленьких шахт, намекало на то, что Мегги все-же добралась до орочьих земель.
    Аккуратно убирая из-под ног старые кости и прочий мусор, я обходил пещеру против часовой стрелки, приближаясь к выходу в ее противоположной части. Огр, все еще не подозревая о наличии поблизости незваного гостя, почти закончил трапезу, что придало моему крадущемуся шагу пущего ускорения в опаске того, что он захочет обойти свои владения.
    Подобравшись к самому крупному штабелю, сплошь из мусора, ящиков и вырванных с корнем шахтерских подпорок, я приметил у его подножия увесистый мешок, вроде даже не столь воняющий на общем фоне, где приходилось дышать ртом. Осмотрев его содержимое, тихо прихватил найденное с собой, в душе громко ликуя и пересчитывая найденные сокровища в звонкие септимы.
    Все же слухи, порой, не врут, а книги, что бывает еще чаще, оказываются крайне полезны. Посуда из драгоценных металлов, ожерелья, слитки, драгоценные камни и это только на первый броский взгляд! Проверив увесистый мешок на наличие прорех, остался доволен их отсутствием. Впрочем, столь тяжеловатая поклажа, при условии, что моя сумка и без того мешающе выпирала, набитая церковными сокровищами, несколько замедляла шаг, мешая совсем уж бесшумно красться. Ладно-ладно, дайте только выбраться из этой промерзшей северной дыры, а там уже и найдутся толковые скупщики!
    Интересным, также, было то, каким образом огр столь долгое время оставался незамеченным окружающими жителями? Ведь шахта, выходом своей главной штольни, обращена к достаточно людной дороге, где, так или иначе кто-то же ходит. Но, если трезво поразмыслить, учитывая ведение на острове боевых действий, огр, вполне так может охотиться в прослывших опасными лесах, раз в продолжительное время утаскивая какого-нибудь бедолагу, списываемого потом местными на счет орочьих разведчиков.
    Размышляя так, уже немного кляня вес мешка, я остановился посреди тоннеля, со стойкой мыслью, что еще чуть-чуть и заблужусь в этих лабиринтах насовсем. Особенно удручало отсутствие карты, но, все-же оставался компас.
    Сверившись с ним и сопоставив показания, где с востока и запада оказалась сырая горная порода стен, а тоннель вел строго и подозрительно на север, мне подумалось, что путь верен. В надежде, что это все-же так, иначе подарок Никоса оправдает свою бесполезность и невзначай окажется сломан к даэдротам собачьим, продолжил путь, вконец удрученный давящей узостью окружающего пространства.
    Насчет имперцев утверждают, что они исконно городские жители. Я точно не являюсь исключением данного правила, ведь хорошему вору не развернуться на полную в деревне или захудалом городишке, где все на виду друг у друга и хорошо знают соседей. В том же самом Имперском Городе, бывает мимоходом и проживает огромная куча народа, едва ли не триста-четыреста тысяч ( а чем даэдра не шутят - не удивлюсь, если и драных полмиллиона!), причем, карманы многих из них незаслуженно переполнены деньгами. Но, что касается блужданий по всяческого рода "закопушкам" - лично меня это несколько напрягает. Мало того, что там толком негде спрятаться, так и чудовища, что там обитают, вполне могут располагать острым нюхом, ночным зрением. врожденным магическим детектором или близким к эльфийскому слухом. Конечно, против каждой особенности найдется свой инструмент, только не хотелось лишний раз гадать, что следует брать на выполнение заказа: баснословно дорогое зелье невидимости или репеллент для маскировки человеческого (читай - моего лично) запаха.
    Мнимая темнота пещеры с каждым шагом рассеивалась, намекая на близость выхода из шахты. Спустя несколько десятков ярдов преодоленного пути, забрезжил пасмурный свет поверхности, где солнце скрылось за нагрянувшими облаками. В итоге длинного перехода под землей, небольшой горный массив, являющий собой некий предбанник северо-западных гор острова, остался позади. Я оказался почти на самой северо-западной оконечности этого куска суши, в самом сердце гигантских заснеженных гор.
    Приятная новость заключалась в том, что среди широких снежных следов, протоптанных огром от выхода вглубь гор, четко различались две пары поменее: небольшая обувка, чья, несомненно, владелица была столь легка, что даже особо не проваливалась при ходьбе в многодюймовый слой снежного покрова и некие боле длинные, узкие, от необычной обуви, буквально плывущие над снегом, даже толком не приминавшие его. Странные...
    Последовав за этой парочкой по узким горным выступам, через заросли холодных сосен и голый кустарник, я шел в гору, наткнувшись на относительно приличную дорогу, подозрительно вытоптанную в этих диких краях.
    Здравствуйте знаменитые среди местных аборигенов орочьи земли. В надежде, что я надолго здесь не задержусь и за очередным поворотом дороги покажется пресловутый форт, ломанулся вперед. Своеобразный расклад, при условии, что я даже не знал, каким образом пролезть в руины, пускай и пасмурным, но все-же днем, если слова Сони окажутся неподтвержденными и впереди ждут многочисленные клановые охранники. И где они держат пленных? И не мертва ли Мегги на данный момент?
    Завидев неподалеку серые, немного осыпавшиеся стены, покрытые толстой коркой льда и смерзшегося снега, отметил, что входные ворота, хоть и кажутся запертыми, но никем не охраняются. Оказавшись ближе, я спрятался за одним из многочисленных камней, усеивающих склон, присмотрелся - не промелькнет ли кто во внутреннем дворике. И снова тихо и пустынно, вслушивайся не вслушивайся, ничего нового, только свист пронизывающего ветра и скрип стволов сосен...
    Рискнув подойти еще ближе, примерился как попасть внутрь. Ворота заперты на толстенный подвесной замок, с внутренней стороны. Сомневаюсь. что тонкие отмычки здесь окажутся полезными, если, судя по замочной скважине, ключ должен быть толщиной с мою руку. Площадка за стенами была безжизненна, местами, сквозь нанось снега, проявлялись силуэты каменных завалов, останков некогда бытовавших здесь строений. Двор был истоптан, кое-где чернели остатки кострищ, бревна, некие конструкции из досок, прочий мусор... Да, форт был не настолько покинут, каким казался, но только где его обитатели?
    Перелезть через стену? Хм, даже если бы я не посеял в Калдью единственную веревку с крюком, оставались бы надежды на парочку стрел с быстрорастущей лозой, кои в корне разрушались местной погодой и крепеньким морозцем. И, если я удосужился не выходя из таверны разжиться плохонькой курткой на меху, поверх кожаной брони, что вместе как-никак согревали тело, то магическая лоза точно поленится прорастать в столь лютых условиях.
    Мысль оставалась только одна. Была она настолько безумной, что наверняка не ускользнула от внимания Шеогората, когда я приступил к ее исполнению. Предварительно покопавшись в содержимом мешка, вытащив оттуда самые мелкие и ценные вещи, которыми не грех было пожертвовать, распихал их по карманам. Мешок свалил у ворот, напоказ подвывернув его, чтобы издали виднелось содержимое. Как кульминация - яростно, с лязгом разносившимся над всеми горными вершинами, стал колотить рукоятью меча по воротам,надеясь, что это привлечет внимание... ну, хоть кого-то!
    Спрятавшись за ближайшим камнем, стал ждать, тихонько поглядывая на мешок и доступную для обозрения часть арки ворот. Где-то минуту спустя, до ушей донесся скрип тяжелых шагов в снегу, ворчание на странном, малознакомом языке. Орсимер? Определенно.
    Плечистый здоровяк с серовато-бурой кожей, закованный в орихалковые пластинчатые латы, внушительно громадная клеймора в комплекте - покоится на плече. Как и предполагалось, не задаваясь лишними вопросами, но, завидев сокровища, орк отворил ворота, с ужасающим скрипом ключа в монструозном замке, совершающим это действо, затем, наклонившись к мешку, осматривая его внутреннее содержимое.
    Главная его ошибка заключалась в двух вещах: он отложил оружие в сторону и упустил из поля зрения почти все происходящее вокруг. Размах дубинки, свист инструмента в воздухе, гулкий удар по лысой макушке. За исключением негромкого лязганья пластинок доспеха, падающего тела - милые сердцу звуки того, что на ближайшую пару часов я отправил бдительного часового в заслуженный отдых.
    Неплохо было-бы убрать тело с видного места (и с моего мешка, на который он рухнул!), но вес... Включая то, что сам по себе орк весит много больше среднестатистического человека или худосочного эльфа, орк в почти полном комплекте доспехов, за исключением шлема, ноша более чем неподъемная. Единственное, что мне удалось, ценой изматывающих усилий, так это перевернуть оглушенного с живота на спину, прихватив мешок со слегка деформированным содержимым. Ну, зато проход в форт открыт!
    Стараясь не выходить на открытые пространства, я углублялся на территорию столь необычных развалин. На первый взгляд - форт как форт, мало ли таких некогда стояло по душу акавирских захватчиков, на всей территории Империи. Ныне, в большинстве своем покинутые и разрушенные, они являли собой печальное зрелище сути беспощадного времени, покинутые людьми, но, порой, приобретающие более интересных, но менее симпатичных жителей. Только вот где все орки? Место выглядит не столь давно покинутым, а, как утверждал один из опрошенных ополченцев, дикарский клан за последние месяцы участил атаки, где воины выдвигались непосредственно из небольших, но многочисленных лесных бивуаков. Неизвестно, что сподвигло большинство из них оставить столь подходящий для проживания форт...
    Еще и тишина стояла... Гнетущая. Ни шороха, ничего лишнего в этом сонном месте, скрашенном только легким, неожиданно подкравшимся снегопадом. Я миновал наспех сколоченные бревенчатые сарайчики, полуразрушенную кузницу, очередной пустынный бивуак, приближаясь к дверям форта. Повезло, что я не поторопился их отворять, ведь искомая цель оказалась много ближе.
    - Так это ты Мегги? - задался я почти бессмысленным вопросом, отношении девочки-подростка, что забилась в дальний угол прочной и просторной кованой клетки, ютящейся между кучи всяческого мусора и каменной стеной.
    - Ой! А кто ты? - напуганная юная леди подходила под описание, данное Соней: серебристые длинные волосы, собранные в два хвостика, мальчишеского кроя одежда на меху, невысокая росточком. Да, без сомнений...
    - Считай меня посыльным отца. Похоже, он действительно волнуется за тебя.
    - Так ты меня освободишь? А то я уже совсем замерзла.
    Клетка, что естественно, заперта. Замок был подобным тому, что от ворот; но, как знать, может быть требовался другой ключ, чем взятый с тела орка.
    - Чем она отпирается?
    - Там у ворот охранник есть... был, - девчонка взглядом оценила мое вооружение на поясе и плечо лука, выглядывающее из-за спины. - У него есть ключ, на который они меня заперли. Если ты еще не забрал его, то поторопись, пожалуйста - остальные могут нагрянуть в любой момент!
    Пока я примеривался, как открыть клетку, выдалась минутка расспросить узницу о произошедшем:
    - Как ты здесь оказалась? И, где все орки?
    - А, ты об этом... Ко мне на улице подкатил какой-то хмырь в драном балахоне и блестящей маске на всю рожу лица, сказал, что он новый маг в рядах ополчения и вербует людей в разведку. Ну, я попросилась с ним в рейд. Мы прошли через старую шахту - вот уж не думала. что в ней есть выход к орочьим землям! Наверное, даже сами клыкастые о нем не пронюхали! А потом, когда мы подошли к лагерю, нас заметили! Я думала, щас махач начнется с фаерболами там, колдунством всяким, а он просто свалил! Исчез на ровном месте!
    - Да уж, у этого ублюдка такие фокусы хорошо получаются, - горько ухмыляясь поддакнул я, таки найдя, как правильно вставить и повернуть ключ. - Все, можем убираться отсюда!
    - Здесь рядом есть пещера, по ней мы сможем миновать орков. Я покажу! - малявка рванулась вперед, но была остановлена моим окриком.
    - Идешь за мной. Про шахту я уже знаю, непонятно только, как вы обошли там огра...
    - КОГО??? - судя по реакции, новость об огре была для Мегги в новинку. Держа дорогу к входным воротам, мы прояснили особенности наших маршрутов, установив, что шли разными путями.
    Оттащил хулиганку с горящими глазами, стремящуюся натворить какую-нибудь пакость по душу все еще мирно спящего орочьего часового (не позавидую я ему, когда тот проснется - крепкое сотрясение его небольшого зверлингского мозга уже безоговорочно обеспечено). Тихо переговариваясь мы возвращались к скрытому входу в шахту.
    - А как выглядел этот субъект в маске? Ну, наподобие голоса, понятно-ли, кто он: мужчина или женщина и все такое?
    - Ну, мантия вроде, с плащом. Все в прорехах, но, что под ними не видно. Еще и цвет одежды настолько черный... Я такого и не видела даже. Ничем от него не пахнет - вон, тетушка у меня пекарь, от нее хлебом приятно веет, от Сони - подружки духами, ополченцы потом разят, а этот... Странный. Лица не разобрала - маска с капюшоном скрывает. Голос, тоже непонятный - грубый у него какой-то, и звучит, как если ведро на голову одеть. О, так он еще и ходит странно - ноги как сломанные, но срослись неправильно, как палки! Смешно выглядит.
    - И ты обратила внимание на все это вот?
    - Ха! Да я разведчица, как-никак! Не пальцем делана!
    - Охотно верю. Наверное, пока ты сидела на одном месте в клетке, сумела вызнать все страшные тайны разбойничьего племени орков, - ответ на мой сарказм оказался более чем серьезным. Девочка была напугана. Напугана до смерти...
    - Там, под фортом, обитает такое ! Орки искали священную статую своего бога, как его там?... Молокат, что-ли? А нашли это , и разбудили, дураки такие! Надо сказать всем нашим, чтобы уезжали отсюда, срочно! - Мегги ускорила свой легкий шаг, заставив снова ставить ее на место.
    - То есть, получается, будто эти дикие отщепенцы сначала решили устроить вашей деревне священную войну, за обладание островом? Но, почему же они не прекратили драться сейчас, когда разумнее объединить силы против этого "древнего зла"?
    - Наверное, они своеобразно защищают людей от него. Боятся, что получив власть над нами, чудовище станет сильнее. И называли они ее... "Королева Мертвых"?.. Я плохонько орочий знаю, старшие получше.
    - Странные дела происходят на этом тихом островке. Хотя... да - война никогда не меняется. Подруга, не рассматривала ли ты мысль, что орки сами хотят использовать мощь этого демона?
    - Они могут, утырки клыкастые. Терпеть их не могу!
    - Ну-ну, не все орки плохие. Есть и вполне адекватно сосуществующие с обществом кланы. Замкнутые, да, но не более чем. Просто дело в том, что всегда найдутся недовольные беспредельщики, что сбиваясь в стаи организуют разбойничьи кланы, как эти Снежные. Не стоит судить всех, по одному.
    За разговорами мы вошли в темноту подземелья, где я, с приобретенной адаптацией глаз к кромешной темноте, занял ведущую позицию, ведя Мегги за ручку, постоянно осведомляясь у ее памяти о правильности дороги.
    - Эх, а когда мы тут шли к оркам, у меня был фонарь, - сокрушалась девчонка.
    В конце-концов, меня настигла практически паника, когда мы вплотную уперлись в ровную стену. Объяснив ситуацию Мегги, приготовился услышать в ответ множество обидных сленговых словечек из уст подростка. Насмешливо фыркнув, та, на ощупь указала невысокую щель-нору в основании стены.
    - Мы тут пролезли. Я маленькая, ловкая, все прошло без проблем. Маг просто, волшебством перескочил. Наверное, это хорошо, что проход такой небольшой - орк тут точно не прошмыгнет!
    Но пролезу ли я? Ладно, если снять мешающие меч, лук с колчаном и сумку, в придачу к драгоценному мешку, уповая на то, насколько я тощий, шансы есть. Порой неплохо быть несколько узкоплечим. Но, как тогда протащить мое добро на ту сторону?
    - Можешь с собой взять меч и лук? Отлично, - поручив транспортировку части вещей девчонке, полез следом, ногами вперед, держа сумку перед собой, а горло мешка завязав ремнем поклажи, таща следом. Пришлось ползти и беречь затылок от резких движений, так-как он почти касался "потолка" лаза.
    Пускай я вылез грязным, зато без потери вещей. Далее, все представлялось просто - мы довольно быстро вышли из шахты на уже вечереющий воздух, направившись к дому Мегги.
    - Ладно, - уже стоя на пороге, прощался я с ней. - За наводку, касательно этого мага, спасибо. Беги отсюда и не мерзни, покажись отцу, пусть выйдет, мне с ним поболтать надо.
    - Это тебе спасибо! Если бы не ты, орки меня точно порешили бы. Дай поцелую спасителя.
    Подпрыгнув и едва не сломав мне шею, повиснув на ней, Мегги неловко, смущенно и быстро ткнулась своими губами в мои.
    - Кстати, если хочешь знать, где валандается этот масочник, спроси старого Хью в таверне. Он все про всех в деревне знает. У него даже кликуха - Всезнающий! Наподдай злодею, если что, лично за меня!
    Следом дождался Тидора - отца Мегги, намекнув ему на какое-никакое, денежное вознаграждение:
    - Очень может быть, но в свою очередь, хотел бы Вас отблагодарить. Живем мы не богато, но все же у меня есть один уникальный амулет, - старик протянул мне украшение в форме круглого позолоченного кулона с выгравированным в центре глазом. - Досталась мне сия реликвия от очень дальнего предка. Как говорилось, с помощью этого "Всевидящего ока" можно находить клады и видеть сокрытое. Думаю, Вам, господин волшебник это покажется любопытным...
    Пожалуй, да, вещица была стоящая, ведь, пока я попрощался с Тидором и направил свои стопа к "Старому боцману", почувствовал в драгоценности некую магию. И, угадайте, что этот день встреч принес мне напоследок, перед самой темнотой? Да все того-же Оливера, получившего с моих рук, одно из найденных в мешке колец. Думаю, это была бы достаточная замена утерянному, если бы не оказалось тем самым кольцом! Совпадение, скажете вы? Нет, просто удача крайне благосклонная ко мне.
    - Великолепно! Я уже и не надеялся найти это кольцо. Огромное спасибо! Теперь у нас с Соней все будет хорошо. А где было это кольцо, его Дарла украла? - задался вопросом будущий жених.
    - Нет, ты его во дворе потерял. Просто я сегодня немного забегался, только сейчас нашлось время отдать. В общем, желаю счастья в личной жизни. И денег за находку не надо, - я мельком взглянул на многострадальный мешок, от веса которого уже серьезно побаливали руки.
    - Спасибо, теперь все будет хорошо. У тебя теперь есть два хороших друга. Мы, хоть скоро и уедем с этого острова навсегда, где бы ни оказались, тебя всегда будем рады видеть.
    На такой ноте и расстались. Наконец, отворив дверь таверны, я вошел в тепло, немного осмотревшись.
    И оторопел от увиденного...
    Нет не так - ОХРЕНЕЛ от увиденного.
    - А ну иди сюда, ублюдок, мать твою... - только начал я, бросив мешок и перегораживая широко расставленными руками выход старому знакомому, как этот любитель масок и балахонов, рыбкой, с прощальным звоном, вылетел в единственное застекленное окно.
    Не забыв мешок, я бросился в погоню, опять немного задержавшись у двери. Когда несчастная преграда уличным холодам осталась висеть на одной петле, поскальзываясь я вывалился в почти черную зимнюю ночь, все с тем же пресловутым снегопадом.
    Убегающий силуэт мелькал уже где-то далеко в доках, секунда... И вовсе скрывшись из виду! Казалось бы, след в очередной раз потерян, но тут, я усмотрел золотую маску необычных узоров на отчалившем корабле, с каждой секундой уходящем все далее в море.
    Не спрашивайте, как в такой суматохе я нашел корабль, готовящийся отплыть следом. Наверное, неожиданно проснувшимся даром прорицания (читай - банальной интуицией), заскочил на его борт.
    - Но еще рано отправляться! - возмущался капитан. - Нужно подождать еще час! У меня матросы суши неделями не видели!
    - А я говорю: сейчас-же! Притом, следуя именно за тем кораблем!
    - Мужик, не нарывайся, ты ведь даже еще место на корабле не оплатил.
    Демонстрация мешка оказалась достаточно веским аргументом, оплачивающим мое место и любые капризы, хотя бы дня на два вперед.
    - Ну-у... Знаешь, - замялся моряк, - у нас штурман от десятой бутылки рома еще не отошел... Да и вообще, не готовы мы!
    - А, пофиг, - с горящими глазами махнул я рукой. - В дороге протрезвеете! Касаемо штурмана - я за него! У меня даже компас есть...

  4. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2125-1-pogonya-za-proshlym-sobor-nemertvyh/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2147-1-pogonya-za-proshlym-severnyy-ostrov/ Следующая глава.


    Темная вязкая ртуть беспамятства уходила из сознания. Будучи прежде пеленой на глазах, она расползлась по краям, являя тьму не столь черную, с мириадами падающих звезд, что холодными искорками оседали на лице.
    Наконец, ощущения вернулись, принеся с собой водную качку, некий острый и плоский угол, врезавшийся в затылок сквозь волосы. Завывал холодный ветер.
    Холодно...
    Смерть как холодно!
    Я сел в лодке, стряхнув скопившийся на куртке и плаще снег, оценив, что мое судно дрейфует ярдах в десяти от суши, медленно прибиваемое морскими волнами к белому, тусклому среди пасмурной ночи и обильного снегопада, берегу.
    Снег, море... Очень необычные декорации для самого сердца Империи, в первой декаде месяца Заката Солнца. К числу прочих странностей, прибавлялись и последние воспоминания о наводной погоне, когда я нещадно налегая на весла, почти догнал воришку. Далее были только пляшущие зеленые искры, летящие навстречу в оглушающей темноте, да эта противная слабость, что приковала к убаюкивающему днищу лодки.
    Оставив размышления о произошедшем, я собрался с последними силами, когда лодка оказалась в подходящей близости от холодного прибрежного песка, смешавшегося с белыми небесными мухами. Неосмотрительно оставив плавсредство на произвол прилива, последовал вглубь берега, ведомый как нежеланием замерзнуть насмерть, так и неоспоримыми фактами, доказывающими, что похититель моей пластины уже бывал здесь: уже знакомая лодка, уткнувшаяся наполовину в сушу, еще и цепочка поспешных следов, более-менее отчетливо видная среди глубокого снега, ведущая сквозь сосновый подлесок, наверх по темному склону.
    Летящий в глаза плотный снег слепил их, не позволяя рассмотреть в темном окружении что-либо более информативное, чем плотно растущие древесные стволы и путеводные отпечатки обуви. Сверившись с компасом, я установил, что неизвестный двигался строго на север.
    Наверняка я ужасно выглядел со стороны - устало ссутуленный, тяжело дышащий, так-как толком не отошел от внезапного обессиливающего приступа, оттого и с черной пеленой обморока на глазах; бесформенный белый силуэт, благодаря облепленному снегом плащу. Так-что, стоило лесу закончиться, уступив место вполне пригодной дороге, как я тут-же обратил в бегство нескольких красноносых и простецки одетых индивидуумов, распространявших на метры кругом "благоухание" винных паров. С воплями: "Снежный тро-о-о-оль!!!" - они бросились врассыпную, кто вдоль дороги, а кто и поперек, мигом скрывшись за белой плотной завесой снега. Перестраховавшись, я огляделся, выслушивая через шум ветра и скрип деревьев, тяжелые шаги лесного зверя. Все-же обошлось, но, что еще лучше, теперь я точно был уверен, насчет обитаемости этих земель.
    Следы преследуемого, потерялись среди десятков других на дороге. Решил двигаться в ту сторону, откуда появились пугливые алкоголики, надеясь найти там таверну. А где таверна - там тепло, ночлег, куча болтунов, порой, являющихся самым ценным источником информации, в общем, все, что душе угодно!
    Проверил, заодно, направление по компасу, отметив про себя, что дал знатного крюка по лесу, уйдя куда-то в сторону, хотя, все это время, следовало бы идти напрямик на север. Или нет? Странно, что и в начале замера, почти у самого берега, и сейчас, на неизвестной дороге, компас отмечает "север" сразу в двух сторонах, ныне настойчиво водя стрелкой в предполагаемом направлении трактира. Неужели, Никос был прав, и эта безделица сломана?
    В конце-концов, оголодав и чуть не навернувшись с какого-то мостка в холодную воду, я увидел совсем рядом огни неких строений - избушек, заметенных снегом, по большей части, словно вымерших, хотя, в северных поселениях и деревнях должно-быть, даже ночью слышна жизнь...
    По крайней мере, я нашел таверну. Отчаявшись более мерзнуть на улице, битых полминуты старался открыть дверь, толкал ее, бил плечом, стучался и матерился, пока не увидел табличку "На себя!"

    На появление моей персоны, обратили внимание почти все присутствующие в трапезном зале, и, даже кто-то чересчур любопытный, что перевесился через перила этажа верхнего. Ностальгия, блин, в Корроле все начиналось точно так-же!
    Молча отряхнувшись, молча же прошествовал к барной стойке, все-еще ловя на себе окружающие взгляды. Большинство посетителей были моряками... И это было плохо - ибо отбитый этот народ, "морские волки", как они себя называют.
    - Добро пожаловать в таверну "Старый боцман!", - улыбаясь во все тринадцать-пятнадцать сохранившихся зубов, обратился из-под стойки, в силу его невысоко роста, неопрятного вида дедок, - чего изволите, дорогой посетитель?
    - Есть, пить... Комнату на ночь, - уже немного отогревшись, я нашел силы ответить.
    Далее все было просто и понятно - охренев от предоставленного за услуги счета, я поел, выпил горячего чая и, вроде-даже, как-то влился в коллектив. По крайней мере, на меня уже так не глазели. Напрягал разве-что, плутоватого вида молодой редгард, настойчиво предлагавший купить у него некий зачарованный меч.
    - Да это ж, Золотой Меч Боэтии! Отвечаю! - демонстрировал он рукоять оружия, из свертка, представлявшую собой длинный и почти прямой эфес катаны, старый, но блестящий некой дрянной позолотой в отблесках тусклых светильников помещения.
    - Почем?
    - Десять тыщ!
    Ну, понятно - приметил нездешнего, решил подзаработать. Дать более подробно осмотреть свой товар, продавец не торопился, так-что, о подлинности или вообще о возможности зачарованности клинка я мог только догадываться, так-как чары на предметах находил не очень хорошо и только при непосредственном контакте с ними. Хотя, наслышан о том, что по настоящему могущественные маги способны определять зачарованные предметы на расстоянии, даже не прибегая к специализированным на этом импортным заклинаниям.
    - Зачем ты прицепился ко мне?! Может статься, у меня нет этих десяти тысяч!
    Ага, сказал сумрачный субъект в дорогой и изящной кожаной броне... Впрочем, такой суммы наличными, в моем распоряжении точно не было. Может быть, с продажи добычи, что покоилась под надежным надзором в сумке и наберется...
    - Так ты ж колдун! - всплеснул руками спекулянт. - Вы ж все баснословно богаты!
    - Так, стоп, ты можешь обосновать свое суждение о моих магических способностях, или тебя просто выпустили из лечебницы душевнобольных на год ранее положенного срока?
    - Ну, стал быть, ты ж человек на острове новый, только седня объявился, а корабль последний был неделю назад. На выходца от орков Ваше магблогородь, не похожи, значит, колдунством прилетели!
    - Угу. А где я, великий и ужасный архимаг Терральт, что обучался тайным искусствам девятьсот лет ныне нахожусь? - щелчком пальцев я запалил жировой светильник на стене рядом. Наипростейший трюк, но на дремучих простофиль действует, как удар громом посреди ясного неба - вон, как редгард неуверенно сжался. Да и по залу прошелестели шепотки...
    - В Скайриме. Северные острова в море Призраков, милсдарь, даж солитьюдские владения от нас далеко на юго-востоке! У нас тут ранее порт был, рыбачили на продажу. А счас... Эх...
    - Я заинтересован. Продолжай.
    - Ну, тут граница Хаммерфелла рядышком. Я сам не оттуда, родители родителей, разве-что, сюда перебрались. Корабли туда-сюда сновали, грузы и товары возили. А потом орки нагрянули! Не до шуток стало - высадилася толпа на двух ладьях, с женщинами, детишками, да заняли развалины форта Норд, что на северной горе. Думали же: "Пущай живут, авось язык общий найдем, будем им руду поставлять, за оружие взамен". Этаж, если мы купцам-мимоходам еще и топоры орочьи будем толкать, так совсем от конкуренции портов с соседних островов избавимся! У них они, конечно, поболее нашего будут, только там на рыбу места совсем не клевые...
    Скамповых пять минут, эта деревенщина несла полную малоинформативную околесицу, относительно былой инфраструктуры острова и бытейских проблемах, дойдя до сути только под конец. Приводить его недомонолог в точности и напрямую, не стану - тяжеловато у меня с воспроизведением малограмотного обывательского языка.
    Прибывшие орки-поселенцы, что поселились в форте, оказались ребятами необщительными, предпочитая встречать гостей стрелами, выпущенными из тяжелых дубовых луков, укрепленных орихалком. Нарекая себя Снежным Кланом, они послали парламентера, с предложением убраться коренным жителям с острова восвояси - мол-де, форт строился на месте святилища Малаката, мы его откапываем потихоньку и в личных целях, а людям из портового поселка сроку год, чтобы убрались.
    Увы, прошло, порядком, более семи лет, а порт все-так же стоял и, более-менее функционировал. Набралось ополчение, подключились наемники, охотники на орков (да-да, за столетия эти расисты еще не перевелись), еще и морровиндские работорговцы, нацелившиеся на зеленокожую экзотику. Кровь льется с обеих сторон, конечно, в масштабе несколько миниатюрном, делая скидку на численность противоборствующих армий, но добрых две сотни орочьих рубак, год за годом отвоевывали все новые территории острова, зажимая людей и опустошая порт. Многие уехали, других похитили закаленные холодами орки, третьи, остались, в надежде, что все изменится, но, со стойким предчувствием, что рано или поздно придется покинуть свои дома.
    Ведь что-то кончается, причем, имеет оно паршивую привычку делать это навсегда.
    Насколько я смог выудить из разговора, других магов, кроме вашего покорного лодыря-недоучки, на острове не было. Значит, тот тощий в балахоне, мастерящий "на лету" мощные порталы, тоже чужеземец в этих краях моря и снега. Расспросы о нем ничего не дали, увы, но и в зале закусочной я его тоже не видел.
    Только собравшись отправиться на боковую, в снятую комнату на втором этаже, я оказался втянут в разговор с местной служанкой. Обернувшись на ее оклик, я оказался не то, чтобы ошарашен, но достаточно приятно удивлен шикарным обзором на ее декольте, обеспеченным тем, что я стоял на лестнице несколькими ступенями выше.
    - Господин маг!... Господин маг, прошу... Вы можете помочь мне? - кроме умопомрачительных форм, только подчеркнутых этим фартучком поверх платья, светлых волос, громадных голубых глаз и всего прочего, что каждый порядочный мужчина счел бы признаками идеальной женской внешности, владелица всего вышеперечисленного обладала чарующим певучим голосом.
    - Эм... Да-а?
    - Ах! У меня такая драма... Господин маг, я вижу, что у вас добрые глаза, можете ли вы мне помочь?
    Серьезно? А Рианна всегда говорила, что в моих темно-зеленого цвета глазах, максимум, может отражаться равнодушие или холодная жажда наживы. Шутка, конечно, но сестра не догадывается, насколько она права...
    - Да-да, только быстрее, я дико устал.
    - Меня зовут Соня. Ну, понимаете ли, у меня есть жених - Оливер, я его люблю, он меня тоже. Все у нас шло хорошо, дело близилось к свадьбе, но в последнее время с ним что-то не так. Я вот думала - может приворотное снадобье поможет? Мой милый замкнулся в себе, стал избегать встреч... Просто официального предложения он так и не сделал. Мне он ничего не хочет говорить. А я так хочу за него замуж.
    - Хорошо. Не жди от меня бесплатной работы - за усилия беру звонкой монетой. Мне нужно знать его адрес и завтра-же я поговорю с твоим женихом.
    - В центре острова, в деревне, последний дом. Если что узнаешь, сообщи мне, ладно? - с такими словами на прощание, юное чудо упорхнуло, оставив меня наедине с мыслями.
    Ну ладно, все-равно с обеда я планировал побродить по деревне, опрашивая местных насчет их нового постояльца. Смыться отсюда, в ближайшие сутки, похититель не сможет, ибо чудо, что такое могущественное заклинание телепортации вообще сработало как надо (да-да, фон этой непрекращающейся магической бури начал меня немного нервировать), так еще и учитывая его силу, и если это не был одноразовый, но довольно мощный амулет, вместивший уйму места под зачарование на эффект с одноразовой активацией, то последует сильный и довольно мучительный откат. Ведь, если не рассчитать концентрации и сил, вкладываемых в сложное заклинание, оно или выйдет из-под контроля, либо сорвется, либо сработает как надо, с максимально возможной силой, впрочем, забрав не только всю ману владельца, но и ослабив его на довольно продолжительное время. Тут все зависит от практики и тренированной силы воли.
    Похоже, мысли о похищении "золотой пластины" столь въелись в подсознание, что даже ночные сновидения принесли мне кошмары о догонялках с ожившими мертвецами, призрака-подражателя, что принял облик лучшего друга и звал выпить, а его духи-прислужники изображали из себя обывателей в таверне. Под конец пригрезился тот ублюдок в балахоне, как показалось, с капюшоном, что стоял спиной и медленно поворачивался, вот-вот грозясь раскрыть свое лицо.
    Но, когда из-за края накидки должен был привидеться его нос, я проснулся, разбуженный высоким солнцем, слепящим сквозь старую, пыльную до неприличия занавеску.
    Мигом поев, отправился в компании бутылки пива наружу, желая насладиться холодной солнечной погодой и морем, так-как таверна расположилась на высоком платообразном краю берега, куда от прочей суши вели внушающие доверие деревянные мостки.
    Кругом бушевало темное северное море, плещущее синей пеной, более темной, чем бескрайнее небо подобного оттенка.
    Н-да уж. Скайрим, как он есть - искрящиеся под солнцем горы с какими-то руинами на севере, лес у подножия, белые крыши деревеньки белеются совсем рядом - рукой подать. Слева раскинулись пустынные доки и досчатые помосты пристаней, где насчитывалось, от силы, с пяток пришвартованных судов. Мимо прошли двое матросов в кожаных камзолах и черных морских треуголках, поверх лихо повязанных на голову бандан. Плескалось море, слышался негромкий разговор от дверей таверны, а вдали, в деревне виднелись люди. Редкие прохожие, сновали по делам, беседовали, кто-то рубил дрова. Люди... Что с ни взять, если они так стойки перед лицом смертельной опасности?
    Найдя нужный дом с окраины деревни я постучался в дверь и, дождавшись отклика хозяина, вошел.
    Оливер оказался молодым имперцем, приятных манер и наружности. Отказавшись от яств и чая, перешел к делу, поинтересовавшись о причинах размолвки влюбленных, на что получил вот такой ответ:
    - Ах, вы об этом? Соня замечательная девушка, я на ней с удовольствием бы женился, но не могу. Нет-нет, я ее люблю, дело не в этом. По нашим традициям, я должен своей невесте подарить свое фамильное кольцо. В этом и загвоздка, кольца-то и нет, его украли!
    - Кража говоришь? - я сделал занятой вид. - Хм, это мой профиль. А можно поподробнее?
    - Так вы поможете? Я подозреваю, что это сделала моя соседка Дарла, у нее была такая возможность, и причина, я думаю, тоже. Она живет в соседнем доме. Только вы там... не очень, я не полностью уверен, что это она. Не стоит превращать ее в лягушку, или еще что похуже...
    - ... Чего?
    - Ну, вы же маг, насколько я слышал. Сейчас о вашей персоне говорит весь поселок!...
    А ведь все так хорошо начиналось! Стоило показать невинный фокус и немного сблефовать, как меня действительно, стали считать едва-ли не тысячелетним волшебником. Стараясь никому не попадаться на глаза, я разыскал Дарлу, поговорил с ней, выяснил, что все это было из ревности - видите ли, она любит Оливера, Оливер любит Соню, Дарла украла кольцо, с досады выбросив его к скампам на куличики, будучи нетрезвой позабыв куда (зачем?! Подождала бы денек и сплавила бы мне, тому кто найдет где его повыгоднее прода... использовать на благое дело, да.)
    Медленно закипая вышел на улицу, бредя в сторону трактира. Даже в моих поисках не за что уцепиться, не говоря уже про заказ! А тут еще и уличные оборванцы стали доставать:
    - Дядь, дай пять септимов, а? Дяденька, дай пять септимов, я тебе говорю!
    - Может тебе еще ключи дать? От сундука где деньги лежат?!
    - Не-е... - заценив рукоять меча на поясе, парень судя по всему главный в шайке, предпочел свалить с подручными в переулок подальше. Но тут же, на его место встал другой, помладше, с жалобными глазами и просьбами о помощи. Началось...
    - А тебе чего надо? - тут уже одной демонстрацией оружия не обошлось. Я недвусмысленно положил руку на эфес, предостерегая, что будет с возможным воришкой, стоит ему покуситься на мой кошелек.
    Действительно, плохое у меня сегодня настроение... Но, услышав просьбу мальца, на диво вовремя вдавшегося в детали, я, сломя голову побежал вмести с ним в дом некоего Тидора, чувствуя, как мои ловкие пальцы ухватывают край нити, ведущей к похитителю катализатора философского камня.

    И вот, побывав у Тидора дома, я снова топаю в сторону "Старого боцмана", чувствуя, как судьба, ехидно посмеиваясь, ставит вверху листа, что определяет весь мой сегодняшний день, изящную надпись "Мальчик на побегушках".
    Итак, у бывшего рыбака Тидора пропала дочь. Даже не пропала - украли, и, в последний раз ее видели в обществе предполагаемого похитителя - долговязого незнакомца в рваной мантии, не менее рваном плаще и подобием золотой маски на лице, под капюшоном. Старый знакомый, ага.
    Тесен остров, так-что единственной, кто видел Мегги, ту самую, похищенную дочь, оказалась ее подруга Соня, работающая в трактире, и жених которой Оливер... А, нафиг, и так все понятно!
    - Все началось с того, что я и Мегги пытались пролезть в форт. Говорят, что орков там уже давным-давно нет, все они поселились в пустошах далеко на севере, а сюда присылают воинов, что дерутся в Скалистом проходе с нашими ополченцами. Не знаю, почему они покинули руины Норд. Мегги очень храбра, всегда хотела вступить в ополчение, в ее-то пятнадцать лет! Думала, что если окажется в тылу орков и разведает там что-нибудь интересненькое, ее обязательно возьмут с собой.
    - Насколько я понял, этот Скалистый проход единственный способ попасть к оркам? Как она прошла мимо часовых?
    - Ее провел этот чужак. Странный он... какой-то. Нормальный человек лицо за маской прятать не будет! Вроде... да, Мегги сказала, что он проведет ее в орочьи земли через заброшенную серебряную шахту, у подножия гор.
    Что мне и требовалось услышать. Попрощавшись с Соней я отправился на поиски входа в шахту, по указанному местными маршруту, что сквозь метровой глубины снег и несусветно тяжелый подъем на гору, привел к черному зеву подземелья.
    Спуск оказался сырым, холодным, благодаря свистящему в спину ветру еще и крайне неуютному. А когда я увидел первую тонкую серебряную жилу на стене, то дико пожалел, что не прихватил с собой кирку или даже какой-нибудь захудалый молоток.
    Два три поворота низенького тоннеля, ведущего вниз, оснащенного разве-что дремучими шахтерскими подпорками и я напоролся на крупную неприятность. Действительно крупную...

  5. Daylight Dancer
    " Дом не там, где вы родились. Дом там, где прекратились ваши попытки к бегству"
    Нагиб Махфуз

    1. Бродяга
    Отшельник вздрогнул, когда слабый стук в дверь вывел его из дремы. Столь странно - за надежными окнами бушует типичная в своем ужасном великолепии скайримская вечерня метель, синевато-серый свет гаснет с каждой минутой, но кто-то намеренно и просяще колотится в одинокий домик на вершине крутой горы, хотя до ближайшего жилья, хотя бы того-же Ривервуда, лежит расстояние, порой, смертельное для путника, особенно в такую погоду.
    И, особенно, если не знать расположения парочки удобных тайных троп, сокращающих путь через горы, до считанной пары часов.
    "Неужели разбойники?" - подумалось имперцу, когда он шел к двери, пересекая уютное, маленькое и теплое помещение, вот уже, почти полгода служившее ему домом и надежным убежищем, скрытым от посторонних глаз.
    Но, по совместительству, и его темницей...
    - Кого там даэдроты на ночь глядя принесли?! - чудный голос отшельника явно не подходил для грубых криков и угроз. - Смотри, без глупостей! У меня арбалет! - а пальцы его, более привычны к струнам, чем к тетиве...
    Ответом были усилившийся стук по дереву, стучание более дробное и иной частоты, слышное даже сквозь неистовство ветра, принадлежавшее, определенно, зубам замерзшего несчастного, да срывающийся зов о помощи:
    - П-пусти-и-ите... П-п-пажал-луйст!...
    На чью-либо шутку подобное не смахивало. Хозяин сноровисто отодвинул монолитный засов, впуская новоиспеченного гостя в тепло.
    - Вот это дела! Впервые вижу, чтобы норд мерз на морозе! - посетитель, даже не удосужился на своих двоих прошествовать внутрь, обессиленно и на карачках доползя до ковра, где и рухнул, рассыпая вокруг объемистые комки снега. Похоже, что он был крайне истощен, возможно, тяжестями дороги, вкупе с голодом или неким, пока незаметным ранением.
    Пока отшельник, недоумевая, что делать дальше, приводил в порядок несчастного, пытаясь хоть как-то его усадить, представился шанс подробнее рассмотреть облик незнакомца:
    Был тот молодым изящным мужчиной, считай, не столь давно покинувшим детские года, как верно подметил хозяин - нордских кровей, хотя, более мягкие черты округлого лица, с милым в узости подбородком, выдавали смешанную кровь бретона. Невысокий рост. Чистая бледная кожа - без шрамов, родинок и морщин, нос - недлинный и курносый. Небольшой длинны, прямые волосы, даже когда с них сошел снег, оставались все так-же безупречно белыми.
    Одежда неплохо сидела на узкой фигуре, но была явно не по погоде - под старым и драным плащом с капюшоном, что под влиянием времени приобрел неопределенно-серый цвет, оказалась плотная кожаная жилетка с кольчужными рукавами и узкими же штанами. Оглядев обувь, отшельник и вовсе схватился за голову - неизвестно, как эти сапоги с застежками, что длинной по колено и малого размера ноги, вообще позволили забраться наверх по оледеневшим склонам.
    Прочие пожитки и оружие обнаружились за дверью, где и были свалены, заметаемые пургой. Из чистой вежливости не став потрошить содержимое рюкзака, хозяин оглядел сдвоенные заспинные ножны, где покоились два клинка, да недлинный топор, прицепленный на боковину поклажи. Простой круглый щит, расчерченный красным и черным на четыре поля, что описывала традиционная вязь по краю... Сопоставить факты или хоть как-то помочь гостю с неизвестным происхождением, отшельник не успел, так-как тот открыл глаза.
    Чистого небесного цвета...
    - Спасибо, - тихо просипел беловолосый, отцепляя позвякивающий мешочек с пояса. - Вот... Это за кров...
    - Себе оставь, - буркнул имперец. Не отвлекаясь более на гостя, он поставил на греющуюся печурку котелок, в пару галлонов объема, попутно подбросив дровишек пышущему жаром жерлу, скрытому вслед за прочностью металлической заслонки.
    - Так, сейчас чайку заварю... Встать сможешь? Садись на стул, не все-же тебе на полу валяться да кровать затылком подпирать. Расскажешь, откуда ты? И чего в такую непогоду из дома вышел? Ну, если не сложно...
    - Да... Думаю, в этом не будет ничего страшного. Мне кажется, раз вы приютили меня, не дав замерзнуть... Вы хороший человек, - голос гостя был мягким, проникновенно тихим и успокаивающим. - Я из Ривервуда. Точнее, останавливался там на пару дней, а ныне держу путь до Вайтрана.
    - Здорово. Знатного крюка вы дали, господин путешественник. Вайтран гораздо севернее и западнее от этой горной гряды. Есть же хорошая дорога, всегда можно укрыться от холодов и непогоды в попутных поселениях! Хотя, учитывая, что сейчас творится по долам и весям, идея пускаться в путь одному...
    - Я долго жил в лесах - умею обходить дикого зверя стороной, но тут...
    - Да какие там звери! Сейчас с полей сражений пирует и множится такая шваль, что винтерхолдская Коллегия за ученые головы хватается, пытаясь ее классифицировать!
    - Да, вы верно подметили - зачином того, что я сбился с дороги стала не столь непогода, сколько некое существо, доселе мной невиданное. Убегая и маскируя следы я окончательно заблудился, - вздохнул норд.
    - Ну, тут-то ты нежити бояться не будешь. Я, от скуки, так сказать, зачаровал "барьером" едва-ли не каждый валун на десятки ярдов кругом. А описать сего страхоила сможешь?
    - Вы магик?
    - Ха! Да я человек многих талантов! - отшельник обвел руками помещение главной и единственной комнаты дома, где и впрямь было на что посмотреть, из представленных диковин. - Но об этом позже.
    После недолгого размышления беловолосый попросил бумагу и карандаш. Рисовать ему представилось на форзаце одного из томиков домашней библиотечки хозяина, где он быстро, пускай и много коряво нацарапал изображение длинного змееподобного тела с драконьей головой и рыбьими плавниками вместо конечностей. Судя по тому, что нижний карандашный росчерк означал ровную земную поверхность, существо парило в воздухе, без видимых на то причин, в виде крыльев или воздушных мешков.
    - Нага? А цвет шкуры был белым? Ага, значит, старая знакомая. Неподалеку ее охотничьи угодья. С одной стороны, хорошо, что она отпугивает разбойников - на людей мой "дом-оберег" не действует, увы. С другой, то, что она жрет мирных путников... О! Вода кипит, - хозяин подскочил к котелку, снимая с полки некие баночки и ловко управляясь с черпачком да кружками. - Кинарет Пресвятая! Вот я чурбан невежливый, а еще творческим человеком себя мню! Даже не представился! Зови меня Ливий, я, так сказать, бард в отставке.
    - Мм... А я Нинельс, - весело отозвался гость. - Друзья, когда-то, звали меня сокращенно Нильс, но... так сказать, мне это прозвище не очень нравится. Можно еще звать Рагнаром.
    - Это как "Рыжий"? - усмехнулся загадочный бард.
    - Не совсем. Что-то наподобие родового имени. И, да... наверное, я охотник.
    - Хм, а где твой лук? Или арбалет на худой конец? Ты же не гоняешься за оленями по лесу с щитом и топором?!
    - Тоже все не так. Я порой, охочусь на таких как... Нага? И многих других тоже.
    - Дозорный Стендарра, случаем?
    - Нет, но, конечно же, слышал о них. Они благородны, да и помогают безвозмездно. Только... слабые. Одной только теорией и магией не победить чудовище. Порой, человек не может победить их вообще.
    - Это да! Левиафана огненными шарами не закидаешь - все равно шкура мокрая и эффекта, как нам с тобой от тычка зубочистки горящей в ладонь.
    Как раз подоспел горячий чай, настоянный на горных душистых травах и двое вернулись к беседе, несмотря на кромешную тьму за окнами и бесчисленные белые хлопья, стучащие в окно.
    - Зачем? Можно стравить двух сильных тварей, приведя одну из них на территорию другой. Или измотать ловушками, а потом добить. Или сбросить с обрыва... Надеюсь, вы не осудите меня, если я скажу, что зарабатываю на этом. Нужно же, на что-то жить, чтобы идти дальше.
    - Куда ты стремишься? - отхлебнув чайку, Ливий продолжил. - У каждого странствия должна быть цель. И свой конец.
    - Не знаю. Бегу. Долгие-долгие годы. От чего-то, или кого-то, - едва слышно, шепотом, завершил Нинельс. - От себя?
    - Талмор? Дай угадаю, ты насолил желтозадым и скрываешься? Извини, что так прямо.
    - Нет, ничего. Сейчас я иду в Вайтран, к ярлу Балгруфу. Надо предупредить о драконах...
    - А, ты в курсе этой темы? Как-же, помню-помню: неделю этак назад, погода была пасмурная и, вроде-даже теплая. Вышел я дров наколдо... нарубить, то-есть, а по небу летит здоровенный черный м%#0звон, весь в чешуйчато-костистой броне. Ну, такое, я уже грешным делом подумал, что это сам Алдуин, разтак его в легендах, но, как-то нет... Мелковат что-ли? А, может, просто высоко поднялся, вот и показалось? Летит, ревет на всю провинцию, потом повернул куда-то в сторону Хеллгена. Н-да, дымом оттуда тянуло дня три, не меньше.
    - Он не один, я точно знаю, что прилетят еще. Я был в Хеллгене, я видел... - юноша осекся. В глазах его, словно плескалось увиденное пламя, истекающее в голубых тонах цвета. - Нельзя терять ни минуты. Прошу, можно я останусь на ночлег, но уже завтра покину этот дом?
    Ливий, с одного взгляда определил, что гость не шутит и, если хозяин сейчас проявит себя по скотски дико, сказав покинуть дом немедленно, тот уйдет. Уйдет искренне благодарный за считанные минуты отдыха. Чтобы дальше брести сквозь метель, навстречу всем страхам...
    - Оставайся. Предоставляю тебе в безграничное пользование кровать. Сам посплю на запасном тюфяке. Но сон, пожалуй, может подождать. Так, надо собрать вещи, закрыть дом. Что еще? Надеюсь, ты потерпишь мое присутствие рядом? Обещаю - надоедать не более чем до Вайтрана, затем, мне надо будет держать путь в Винтерхолд.
    "Верно, пора бы и мне взглянуть своим страхам в глаза!" - думал бард.


    2. Их единственный страх.



    - Дракон! Он возвращается! С севера!!!
    Беготня среди развалин башни заметно усилилась. Солдаты искали любую подходящую щель, чтобы скрыться от потоков адского пламени, или же не быть растерзанными в воздухе. Айрилет, пытавшаяся хоть как-то внушить бойцам стойкость перед надвигающейся угрозой и вернуть контроль над боевой ситуацией в свои руки, быстро оставила эту затею, с утробным рычанием, достойным скорее тролля, чем иллюзорно хрупкой эльфийки, спряталась следом.
    В этом бою не было героев. Только мертвые или дрожащие в своих норах.
    Пройдя над землей на бреющем, дракон плюнул огнем где-то у дальних нагромождений камней. Судя по истошным визгам и все более усилившейся вони паленого, отряд не досчитался еще нескольких.
    - Так... Было тридцать, плюс, ты, я, эта секси-эльфиечка, обещавшая мне "морду набить"... Не нравятся ей, блин, мои комплименты! Значит, осталось около семнадцати... Ага...
    - Что ты делаешь? - недоумевал Нинельс в обнимку с тяжелой двулезвийной секирой-"бабочкой", пристроившийся рядом с бардом под импровизированным "карнизом".
    - Да так, считаю, когда тварь съест всех остальных и доберется до меня. Не-не-не! Все нормально! Хи-хи...
    В голове охотника уже зрел план, впрочем, требовавший времени, сил на исполнение и , увы, невинных жертв. Перво-наперво он приметил тяжелый арбалет, местами обугленный, что валялся неподалеку от спекшихся в единый комок расплавленного металла, горелой плоти и ткани, останков владельца. Дождаться очередного захода твари, пропустить ее вперед в пике, выстрелить в нижнюю часть живота? А ведь сейчас все зависит от качества болта и меткости стрельбы (вот уж на что можно смело пожаловаться, так-как наш новоиспеченный драконоборец стрелял из рук вон плохо), но, если делать ставку на громадные размеры мишени (пускай и движущейся с приличной скоростью), сделать поправку на потоки воздуха, создаваемые крыльями...
    Шансы есть!
    Спусковой рычаг заряженного оружия чудом не сработал при падении. Нинельс, словно ловкий дикий кот подлетел к оружию, ухватив его в подкате, когда черная, быстрая и густая тень легла над ним. Все так-же, не вставая, уперся локтями в землю, вскинув арбалет вверх. Секунда на прицеливание. Гудение толстой тетивы и болт свистит вслед дракону... с прощальным звоном отскочив от его более светлого, но это не значит, что менее бронированного пуза.
    "А, ведь, по логике вещей, у ящериц брюхо должно быть мягким", - сокрушался норд отступая обратно к Ливию.
    Впрочем, откуда среднестатистическому смертному знать о драконах как не из сказок? В коих, к слову сказать, совсем не упоминается, что крылатые ящеры, долгие эпохи контактировавшие с острыми метательными снарядами, поражавшие их брюшные полости, отрастили себе броню и там.
    - Глаза! Надо стрелять по глазам! - шипел Рагнар, пытаясь перезарядить оружие. Без рычага, оставшегося на мертвом теле бывшего хозяина, приходилось туго, а руки были недостаточно сильны, чтобы натянуть тетиву.
    - Да в глаз этой бешеной кузнечной жаровни, к которой по недоразумению приделали крылья, попадет разве-что босмер! Но не такой криворукий умник, наподобие тебя! - истерично вторил Ливий.
    - А я говорил тебе, дорогой мой музыкант, что проку в битве с драконом от тебя, как от виверны молока! Вот сиди и дуйся!
    - Виверны, драконы... Ненавижу, б*@$ъ драконов!
    Сложно было в этой свистопляске рева, рассекаемых по воздуху крыльев, с дымом застилающим глаза донести что-либо друг до друга. Но Нинельс продолжал:
    - Действуем так: берешь заполненный камень душ и по моей команде бежишь направо, за соседний камень. Я бегу налево, затем, передам тебе сумку с болтами, подтащишь к себе телекинезом. Зачаруешь парочку, чтобы были поубойнее, желательно "Удар холода" или "Плазма". Понял?
    - Без алтаря или круга зачарований будет непросто...
    - Все равно! Главное, чтобы быстро.
    Набрав побольше воздуха в грудь, охотник крикнул, что есть мочи, рискуя сорвать все голосовые связки:
    - НУЖНЫ БЕЛЬТЫ ДЛЯ АРБАЛЕТА!!! СРОЧНО!!!
    Ливий понял все сразу, дав стрекача по указанному направлению, в противоположную от друга сторону. Дракон, все еще чувствовавший свое превосходство в воздухе, полетел к источнику громкого шума, зависнув над ним, ветром крыльев раздувая пламя. Был он внушительно большим, с прочной, словно сталь, чешуей зеленовато-бронзового цвета, дьявольскими рогами, венчавшими макушку и широкой костяной пикой-стабилизатором на кончике хвоста. Как только чудовище готовилось снова полыхнуть огнем на землю и прячущихся за ней людишек, Ливий, готов был поклясться, что слышал утробные и грозные слова незнакомого языка, исходившие через власть огня.
    Или власть над огнем...
    Айрилет среагировала быстро, вместе с оказавшимися наиболее близко подчиненными не только успешно перекинула через каменную баррикаду кожаный чехол, набитый стальными с четырехгранными наконечниками болтами, но и отвлекла дракона, приказав обстрелять его из маломощных имеющихся луков, сбив направление огненного дыхания.
    Мановением волшебства, сумка проползла по тлеющей траве, скрывшись среди обломков новой позиции барда.
    Хитрый дракон приземлился, оберегая глаза от надоедливых свистящих щепок. Взмахом длинного хвоста он смел нескольких со стрелковой позиции, зубастой мордой будучи повернут в сторону Нинельса.
    Рано или поздно, но охотника заметили. Приподняв сложенные крылья, древний ящер проторил когтистыми задними лапами дорогу к замершему Рагнару, собираясь по- быстрому отобедать беловолосым. Но, очень удивившись пролетевшему мимо, на солидной скорости, черному прямоугольному объекту, клацнул клыками, чем несколько замешкался.
    А три секунды спустя, норд уже стоял в полный рост из своего укрытия, где от хищно блестящего наконечника стрелы, до левого глаза твари, были считанные метры.
    Молча и холодно, охотник выжал спусковой рычаг, тут-же, откинув арбалет, метнулся в сторону. Стоит ли говорить, что за нелицеприятное зрелище оставило такое попадание, ставшее бы для большого количества существ окончательно летальным. Но, живучая тварь, несмотря на ошметки тающей плоти, заледенелыми обломками, сползающей с оголяющегося черепа, наполовину ослепшая, яростно изогнулась, нацелившись пастью на убегающего обидчика.
    Остановил ее, вконец сведя с ума от боли, пущенный Ливием длинный, изумрудно-морского цвета луч, что прожег большую дыру с края левого крыла. Дракон, уже неустойчиво, но взмыл вверх, подальше от опасного смертного.
    Близились финальные аккорды музыки, что знаменовала собой этот огненный танец земли и неба.
    Нинельс бежал вверх по ступеням полуобвалившейся сторожевой башни, чувствуя тяжесть секиры на плече, слыша скрежет когтей, цепляющихся по ту сторону каменной стены и рев отчаявшегося дракона, неспособного улететь, отдыхающего, чтобы растерзать добычу уже на земле.
    "Я твой страх! Бойся, тварь! Есть ли у тебя имя? Имя, что внушало ужас людям от моря до моря, тысячи лет назад?!", - думал он, но конец мыслей завершил уже вслух:
    - ...Сейчас я сотру его с летописей жизни!
    Снова серо-желтый свет солнца, сквозь облака дыма. Дракон, здоровым глазом увидел его, пытался сбежать, отпрянув на раненых крыльях от башни.
    Прыжок слился с ударом. Топор завяз в черепе твари, когда оба бали уже в воздухе. Охотник, удобно оседлал шею жертвы, вытянув из-за спины один из двух мечей, покоящихся в специальных ножнах - длинный и узкий полуторный, вороненый с прямой крестовиной. Что есть мочи, вогнав обоими руками клинок до середины его длины, в здоровый глаз чудовища, повернул несколько раз, превращая в фарш драконий мозг.
    Это был конец. И они оба упали вниз...

    3. О любви...
    А не спеть ли мне песню о любви,
    А не выдумать ли новый жанр
    Пасторальный мотив и стихи
    И всю жизнь получать гонорар...

    Ах, сколь же хорошо мастер-бард одновременно управлял и лютней, и своим голосом. Лучистым в чистоте, как свет этих полных ночных светил, что озарял спящие осенние улочки Вайтрана. Впрочем, примешивался и посторонний шум в сие гениально-красивое произведение, что издавал изрядно пьяный Нинельс, пытаясь подпевать другу, при условии, что вокальными данными он с рождения не блистал.
    Было это совсем некстати, грубо и портило атмосферу нежной баллады под окнами Дома теплых ветров...
    Эмилия тоже так думала, роняя на Рагнара, из окна второго этажа, двуручный боевой молот.
    Благодаря недочету или, не столь лютому желанию отправлять Довакина на тот свет, тренировочный молот Лидии упал чуть левее, срикошетив от магического щита Маркурио.
    - Господин Нинельс, убедительно попрошу Вас, отпустить ту кошку, которую вы столь долго мучаете, или же заткнуться, если сии издаваемые звуки принадлежали Вам. Спокойной ночи.
    Строгий хлопок ставней и прекрасное девичье лицо, обрамленное короткими белыми волосами, скрылось в недрах дома.
    - Ку-ку....р..в-в...а, - Маркурио все еще отходил от причиненного шока. Он еще никогда не генерировал защитные заклинания столь быстро.
    - Почему ты ее не уволишь? - мрачно протянул Ливий. На нетрезвую голову он, вообще, терял всякое настроение.
    - Ну-у-у... Она мой телхрани-тель! А есчо она убирается ик! дома.
    - О, да! Словно мы без этого прожить не сможем!
    - Я лично нет! - встрял поправивший нервы доброй кружкой медовухи Маркурио. - Подметать пыль? Фи! Это выше моего магического достоинства!
    - Э? Э-э-ге! Рагнар, ты куда?! Не падай, сиди ровно! - поймал друга бард.- Фух, сколько он выпил?
    - Три... Четыре... пять медовухи. разбавлял вином, -подсчитал маг.
    - А йа го'рил! Надо исчо скуумки сзять!
    Ливий, непринужденно бренча на лютне, попутно, вздыхал и сокрушался:
    - Вот тебе и обмыли рейд на десятого, юбилейного, дракона. Девчонки спать завалились, Эрандур епитимью наложил, да в Храм городской сбежал! Довакин - дуракин... Алкаш скампов! Договорились ведь - культурно пьем!
    - Друзья, а я вас всех люблю!... - прославленный герой таки сполз со скамейки, оставив на ней только голову, уставившись, широко раскрыв голубые глаза не бескрайние звезды. По детски счастливая улыбка блуждала на его лице.
    - Главное, не "фусродахни" тут ничего, на волне нахлынувшего счастья, - хмыкнул Ливий.
    - Что дальше? - интересовался Маркурио. - Пойдем в "Гарцующую кобылу", кадрить мамзелей?
    - Нинельс не дойдет. А бросать его тут одного - опасно!
    - Кстати, Эми сбросила эту кувалду, из окна его комнаты, - прикинул маг. - Что она там делает?
    - Самая удобная снайперская позиция. Взяла молот из комнаты Лидии, благо та по соседству, притащила сюда и...
    - И на ней была все-та же "восхитительная" ночнушка?
    Ночнушка сия, нежно сиреневого цвета, стала едва ли не локальной достопримечательностью Дома теплых ветров. Точнее, от привычной девичьей ночной рубашки с длинным подолом, там не осталось почти ничего, кроме закрытого переда с глубочайшим декольте, намеком на какой-никакой подольчик и хитросплетения веревочек, на которых сия конструкция держалась. Ночное одеяние при своем появлении, производило ошеломляющий фурор в рядах небольшого отряда охотников на драконов: Нинельс густо краснел, становясь все более скромным и замкнутым, чем был до этого; Лидия вздыхала, возмущенная тем, что порядочные девушки такое не носят (хотя, втайне мечтала о такой-же), Ливий, сочинял стишки двусмысленного содержания, что Довакину очень не нравилось, так-как его светлый титул мелькал более чем в половине из них; порой, к компании присоединялась Рыжая Эйла - знакомая Рагнара, из числа Соратников, что находила подобный стиль вполне привлекательным.
    Маркурио же, прослыл завсегдатаем "Гарцующей кобылы", как всем уже давно стало понятно, из-за некой Изольды - молодой и прекрасной хозяйки сего питейного заведения. Пожилой Эрандур же, предпочитал по ночам спать, писать мемуары или молиться, в отличие от остальных, гораздо более молодых обитателей Дома, что ночи напролет могли резаться в кости, валандаться по всему городу или громко и яростно возиться со снаряжением в соседней кузнице, что для спящих кварталов Вайтрана было апокалипсису подобно.
    - Ты куда? - ошалело вопросил бард, когда Рагнар вполне уверенно стал подниматься на крыльцо.
    - Я... Я знаю, что мне нужно делать! Преподнести все светлое и доброе, что скопилось в моей душе, как лучиком света в ставню ее комнаты, постучаться. Прийти тихо, как дождь.
    - Это он у тебя нахватался что-ли? - Маркурио пихнул музыканта локтем в бок, намекая на поэтическую постановку речи их друга. - Может, отведем его "по бабам", пока не поздно?
    - Это любовь, друг мой. Мелодия, рождающаяся из души. Она разной тональности, направления, громкости, струны чередуются, абсолютно , по разному. Ее не остановит ничто - даже смерть...
    - Не лезь, блин, дурак курва скампов! - отчаянно шептал Маркурио, совсем не слушая слов барда, памятуя, что у холодной и характером меланхоличной Эмилии - рука тяжелая и горячая. - Ты че? Плохо тебе сказали?! Топай дубина обратно, пожалуйста...
    Спустя время, что потребовалось бы Нинельсу для того, чтобы подняться на второй этаж и разбудить девушку, из недр помещений, сквозь прикрытые ставни донеслись предсмертные вопли парня, глухие звуки ударов и... Тишина. Ни одного лишнего слова, при вынужденной экзекуции проштрафившегося командира, подчиненная не проронила.
    - Она тебя сожрет! Нафига ты туда лезешь?! - отмахнулся маг.
    - АААААААААААААААА,- было ему ответом, сопровождаемым грохотом рухнувшего с лестницы тела.

    - Б$@ъ6!!! - сорвался с места Маркурио, поскальзываясь, но быстрым низким стартом влетев в дом следом. Ливий последовал за ним - медленно и осторожно, прислушиваясь к отчаянным воплям придушенного Довакина, сходившим в хрип и нецензурщину.
    Остальное происходящее осталось покрыто мраком тайны, ибо драка происходила в пределах помещения и свет противоборствующие стороны не зажигали. Но, судя по шуму хлестких ударов, грому роняемых предметов и звону осколков керамической посуды, молодые люди всецело оправдывали своими действиями древнюю нордлингскую поговорку:
    "Хорошая пьянка без драки, желательно крепкой драки - пьянка плохая."
    - Да б$@ъ6, $+4@! Да как ей е]$+7&?! О нет... Эми, Магнусом заклинаю! положи мою любимую кружку!... - вопил волшебник, оборвавшись на полуслове, одновременно с прощальным хрустом некоего хрупкого, но маленького предмета.
    Пожалуй, это была одна из самых осмысленных и четких фраз, бросаемых в дружеской перебранке.
    - Молот давай! Молот! молот давай сюда! Я жить еще хочу! - не зря бард оставил свой музыкальный инструмент сиротливо дожидаться хозяина на лавке. Таких перегрузок лютня бы не пережила. -Вот ведь н'вах тупорылый, блин! Даэдрот косоголовый!
    - ТИХО ВСЕМ, МАТЬ ВАШУ АЛДУИН ДЕСЯТЬ РАЗ ЗА ЛЕВУЮ НОГУ ЧЕРЕЗ ТРИ 1%3.4zV)( В КОЛЕНО!!! - несчастные все-таки разбудили Лидию, поэтому, исход оказался предсказуем: приложив усилия в четыре руки, заклятые подруги вышвырнули бунтующих имперцев с крыльца, хлопнув дверью, крепко-накрепко ее затворили изнутри. Поднявшись с пыльной мостовой друзья переглянулись:
    - Где Рагнар?
    - Уснул под опрокинутым шкафом. Вроде, он еще дышал.
    - А, что с ним станется? Выпьем? - мрачно заключил помятый Ливий.
    - Выпьем. Давай. Блин.Чуть-чуть отдохнем, а потом в таверну, к женщинам - грязный и растрепанный, Маркурио сотрясался от смеха, представляя, как завтра их дорогой Довакин явится на тренировку к Соратникам, отметеленный, в прошлом своей служанкой, а сейчас, одним из самых ценных бойцов отряда. - В ближайший день... ох... полтора, нам не стоит появляться дома, вообще.
    - И то верно. Мы опять разнесли к даэдра собачьим всю гостинную. Что же скажет по этому поводу Эрандур...
    Осушив кружки они задумались. Каждый о своем. Маркурио о том, какой геометрической формы элемент, лучше подходит для полной спайки краев элементов защитного заклинания третьей ступени сложности, вопреки общепринятому шестиугольнику.
    Ливий грезил о доме. Доме, который он уже обрел, вместе с новыми друзьями. Куда всегда хочется вернуться, и откуда так не хотелось уходить.
  6. Daylight Dancer
    Старая работа, откопанная на просторах ficbookа. По сути, моя первая печатная, выложенная "на люди", но критики и продолжения она не сыскала.

    https://ficbook.net/readfic/4698193 Ссылка на первоисточник.

    " Время и место каждого Подвига определяется Судьбой. Но если не придет Герой, не будет и Подвига"
    Цурин Арктус. Подземный Король.

    В последние годы тревожной Третьей Эры, таинственный узник по указу Императора был сослан в дальнюю восточную провинцию, еще не догадываясь, какую роль ему суждено сыграть в жизни этой страны...

    Было шумно, впрочем, тишина давно успела мне надоесть. Природу звуковой помехи, исходящей, казалось, отовсюду, было сложно определить, в довесок, мириады мельчайших частиц чего-то бесцветного и бесформенного носились вокруг, наподобие сильной метели, закрывая обзор вокруг. То и дело, проявлялись интересные детали, выплывавшие из неразберихи и тьмы. Острые изломанные корни, с устрашающими шипами, колыхающаяся на ветру полотняная вывеска, то-ли указывающая дорогу к ближайшему укрытию от непогоды, то-ли предупреждающая, что дальше идти не стоит, ибо там ждет только тьма... И, возможно, смерть.
    Впервые мне снилось нечто подобное. Невиданное, пугающее и... навевающее в то-же время мысли о чем-то знакомом. Как знать, может эта игра подсознания подчерпнута из мимолетного давнишнего рассказа, обретя относительно ясную форму только сейчас? Многое плясало перед глазами, уносясь лихорадочным бредом неотступных видений... Что? Да-да, точно, это воспаление моей памяти и души, Предки нашептывают лязгающие слова, складывающиеся в осмысленные предложения. Говорит женщина :
    "Они забрали тебя из Имперской тюрьмы, сначала долго везли куда-то в карете, затем в лодке... Далеко, на восток, в Морровинд. Не бойся, я слежу за тобой... "
    Вихрь усилился, смешавшись с нахлынувшей водой. Это дождь... Рябь от капель на водной глади...
    " Проснись. Почему ты дрожишь? Проснись..."
    Темнота отступила. Вместо нее пришли холод и слабость. Жуткий запах, свойственный тюремным камерам, моментально очистил сознание от сонной шелухи, окончательно выдернув меня из мира грез. Взгляд сфокусировался на деревянной стене, сыроватой, старой, местами поросшей мхом и пятнами лишайника. Я лежал на боку, уставившись взглядом в стену, будто выискивая начертанные на полусгнивших досках ответы на вопросы, в множестве накопившиеся за несколько секунд.
    Какой сейчас день? Мы плыли неделю? Две? На борт судна меня буквально затаскивали, обращаясь с пышущим от лихорадки телом, как с мешком третьесортного картофеля ( а то и вовсе - полного всякой гнили). Чудо, что я выжил. Раз вполне уверенно смог встать, стараясь дышать ртом, отвыкнув за период беспамятства ,от стоящего в закутке у заключенных амбре, издаваемого как их телами, так и ведром для помоев, стоящим поблизости, то не все так плохо...
    -Ну ты и соня! Тебя даже вчерашний шторм не разбудил,- собеседником, разбудившим меня в тот день (интересно, какой в календаре?), оказался слегка пугающей наружности лысый данмер, без одного глаза и с кучей разномастных серьг, вставленных в длинные заостренные уши самым что ни на есть беспорядочным образом, наряду со шрамом, пересекавшим муторно-желтое бельмо поврежденного глаза, придавая ,одетому лишь в одни бурого оттенка мешковатые штаны, темному эльфу развязно-хулиганский вид.- Как тебя зовут?
    - Дзирт... ди' Арден... - выдавил я из себя, на всякий случай, дабы не упасть, оперевшись плечом о стену, будучи лицом напротив собеседника.
    Тот, судя по выражению глаза, слегка впал в оторопь от такого поворота событий. Все-же, не каждый день происходит так, что незнакомец, которого ты выхаживал долгое время, спасая от сильной смертельной лихорадки, назовется именем, более подходящим аристократу, чем тюремному узнику самого жалкого вида.
    Пускай даже приписку "ди' Арден" я придумал себе сам...
    Но вслух он сказал нечто другое:
    - Мы уже приплыли в Морровинд, нас скоро выпустят, это точно!
    Точно... Точно... Мне в тот момент было тошно, желудок сжался в комок, отовсюду подступила темнота, надвигающегося обморока. Я видел только грязный затоптанный пол нижней палубы, судорожно уцепившись за висящее в стене, возле дверного косяка, кольцо для факела.
    -Тихо, стражник идет!
    Послышались шаги. Ровная поступь, чуть-ли не строевым шагом. Обувь легкая, подошва кожаная, но очень твердая. Оттого, и шумит походка по скрипучим старым доскам, будто торжественный марш тяжелой имперской пехоты Легиона.
    Напоследок, прежде чем меня увел прочь оттуда, прибывший на нижнюю палубу тюремщик-имперец, я успел хлебнуть чистой питьевой воды из бадейки, стоящей на одном из ящиков, что в изобилии уставляли крохотную каморку- камеру, даже не оснащенную подобием решетки или двери. Да и куда бежать? Нижняя палуба, почти наверняка, была заперта все время путешествия, а вокруг море... Бескрайнее море...
    Бросив прощальный мимоходный взгляд на бывшего моим лекарем товарища по несчастью, я последовал за стражем. Как неосмотрительно - идти впереди заключенного, у которого даже не связаны руки, обратясь к возможной угрозе незащищенным затылком! Будто в подтверждение мыслей, под ногами оказалась увесистая берцовая кость, принадлежавшая ранее, скорее всего, крупной свинье. Или упитанному босмеру... Меня даже передернуло от таких предположений. Чем-же нас кормили в пути ?.. Хотя-бы иду не спотыкаясь о обглоданные человеческо-эльфийские черепа, рискуя при падении проломить череп уже свой.
    Но нет. Я слишком слаб, чтобы пойти на такую глупость, как нападение на здорового и вооруженного имперца. Тем более, что из уст красноречивого человеческого ублюдка не так давно прозвучало слово "свобода". Конечно, ничего хорошего это не предвещало.
    Пока страж поднимался по лестнице на палубу, расположенную выше, я отметил, справа от себя, небольшое прямоугольное и слегка замызганное зеркало, висящее на дощатой стене. Ненадолго задержался у него, прикидывая, во что превратился после перенесенной болезни. Итак, молодой данмер, по человеческим меркам, тянущий лет на двадцать, но на самом деле более старший по годам. Мы, темные эльфы, живем в несколько раз дольше человеческих рас, считая двухсотлетний юбилей первым дыханием старости. Серая,некогда ровного оттенка кожа, превратилась в отвратительную цветовую гамму белесо-мертвенного, зеленого и черного (последнее относится к ужасающе глубоким мешкам под глазами). Взгляд померк, стал тусклыми искрами догоревшего костра. И без того узкое, скуластое лицо с чуть-чуть клювообразным носом напоминало обтянутый кожей череп, грязные волосы растрепались страшными колтунами, торча во все стороны как два слившихся воедино вороньих гнезда... Осмотр себя-любимого в зеркале был прерван окриком конвоира, ждущего уже наверху.
    И все так вежливо, не скатываясь до нецензурщины и побоев... Твари...
    В памяти, на отдаленных ее участках вертелось слово, как-нельзя точно характеризовавшее мой внешний вид в тот момент. Кажется, это было наименование особо мерзкой разновидности хищной нежити, обитающей то-ли на Акавире, то-ли еще где-то, и виденная магами-исследователями, на их счастье, сквозь призму стационарного портала карманной реальности. Впрочем, неважно, вспомнится само-собой.
    Наверху было более чисто, уютно, без контейнеров с подозрительным содержимым и застоявшегося запаха немытых тел и помоев. Здесь спали и обедали матросы, стражники и прочие жители верхней части корабля. Под взорами уже двоих тюремщиков я взобрался на крутую лестницу, ведущую к люку, где меня подхватил рослый редгард, вытащив наружу.
    - Сходи с корабля, мы скоро отчаливаем,- проворчал он указуя на прислоненный к берегу трап. Мне было не до этого : прикидывая, как бы половчее забраться обратно в трюм, я не сводил глаз с огромного чудовища, издающего пробирающие до костей звуки, на расстоянии в каких-то тридцати метрах от борта корабля. Шесть, или около того, длинных и тонких лап бронированное туловище... Напрашивались аналогии сравнения страхоила с гигантской блохой. О нет! Тварь медленно передвигала лапищи по направлению к кораблю... Редгард вооружен, он в доспехах, еще и эта секира за спиной, такой только столбоподобные ноги рубить, а я...
    Не успев прокрутить в голове вторую версию происходящего, гласящую, что существо неагрессивно, так-как страж спокоен и не обращает на "блоху" никакого внимания, а ,значит, и мне не о чем волноваться, я был грубо отправлен в полет левой мускулистой рукой охранника, приземляясь лицом вниз, на доски трапа-помоста. Разбил губу до крови, но зубы целы. Над самым ухом громыхнули стальные ботинки имперского легионерца, причем, образца подразделений, оккупировавших восточные провинции. Слегка измененный вариант, по сравнению с киродильским,
    рассчитан на длительное пребывание в условиях реального боя, а потому, более подходящий для бойцов находящихся на передовой, под угрозой очередного мелкого восстания недовольных жителей провинции, чем для городской стражи, привыкшей крутить руки за спины худосочным ворам и нищим...
    Ладно, допустим, про вооружение и обмундирование различных воинских формаций я еще кое-что помню и знаю, но вот не помешало бы встать на ноги, перед представителем официальной власти, а то взбредет взбалмошному человечишке, вопреки дисциплине и Кодексу "что-нибудь там" в голову... А дважды с целостностью зубов может не повезти - этот стальной носок сапога в слишком опасной близости от моей головы!
    - Вы уже прибыли? Но в наших документах не указано откуда.
    - Имперский Город, тюрьма... Причина ссылки мне неизвестна,- накатила волна равнодушия, вперемешку с усталостью. Да когда-же все это закончится? Нельзя было сразу казнить и не мучить несчастного больного тупыми вопросами? Впрочем, готов поспорить, что по дороге сюда корабль посетил еще несколько портов, развозя ссыльных по точкам доставки, или принимая других заключенных на борт, что обуславливает возникновение путаницы в отчетах.
    - Пройдемте в Канцелярию, где с Вами обсудят детали этого дела и выдадут свидетельство об освобождении.
    Доковыляв до двери, ведущей от мостков пристани к массивному строению Даггерфольской архитектуры ( у них что, денег на черепицу не хватает, вот и застилают крышу соломой? Тоже мне, административное здание поселка!), я прошел в услужливо распахнутую стражем дверь, чувствуя себя лучше в полумраке помещения. Какое блаженство, после слепящего солнечного света яркого летнего дня дать отдых воспаленным глазам. Кровотечение остановилось, не помечая более путь красными каплями.
    Главной достопримечательностью комнаты был широкий письменный стол, заваленный бумагой, свитками и канцелярскими принадлежностями. А престарелый имперец благообразного вида являлся своеобразным придатком к этой мебели, настолько удачно слившись с окружением. Ну точно, офисный рабочий очередного поганого имперского учереждения. Вся коррумпированность индивида явно прописана на его бородатой узкой роже.
    Я без приглашения сел напротив, так-как слабость снова дала о себе знать подламывающимися ногами и головокружением.
    - Меня зовут Социус Эралла, - представился старик.- Здесь вы заполните необходимые анкеты и получите нужные документы.
    Ладно. Дрожащими непослушными руками обмакнул перо в чернила и вчитался в расчерченный лист бумаги.
    "Полное имя"- Дзирт ди' Арден.
    "Пол" - мужской.
    "Раса" - данмер.
    "Место и дата рождения"- Имперская провинция, город Анвил. Десятое, Второго Зерна, триста восемьдесят шестого года Третьей Эры.
    "Род деятельности" - ... Думаю, всей правды писать не стоит, ограничусь скромным, но определенно неправдивым определением "Фермер".
    "Образование" - церковно-приходская школа при храме Дибеллы.
    "Семейное положение" - холост, сирота, нет братьев и сестер.
    "Дети" - отсутствуют.
    "Темперамент и взгляды на жизнь" - ... Да вы, б%@&ь, издеваетесь?! Хм, а эту фразу можно, как нельзя кстати, занести в виде ответа на вопрос... Нет, отпишусь менее эмоционально, например, "холерик-оптимист".
    "Связи с гильдиями" - нет.
    "Связи с официальными организациями, преподающими боевые и магические искусства"- нет.
    "Амнистия милостью императора Уриэля Септима Седьмого производится на лицо, совершившее следующее(ие) преступление(я)"- убийство, сопряженное с грабительскими действиями, порчей государственного имущества и сопротивлением властям.
    - Как интересно,- Социус вчитался в пергамент, выуженный им из свежевскрытого тонким стилом конверта, дожидающегося своего часа на краю стола. Что это? Сопроводительные бумаги? - Здесь указано, что вы родились под определенным знаком. Под каким?
    - Сопряжение зодиакального созвездия Тени, с дальним неустойчивым созвездием Голубой Розы, образованным смешением порядка звезд Ученика и Мага,- пробубнил я давно заученные строчки, некогда казавшиеся настоящей головоломкой. Все-же, приятно, когда дата твоего рождения совпадает с достаточно редким небесным событием и есть чем похвастаться перед знающими людьми.
    - Отлично,возьмите свидетельство, пройдите в эту дверь, а затем прямо по коридору до первого поворота и направо, через задний двор. Там вы получите дальнейшие указания.
    Рослый шкафообразный охранник отошел в сторону от двери и распахнул ее, когда я поплелся по указанному маршруту, сжимая под мышкой продолговатый канцелярский свиток. Коридор патрулировала "бронебаба" явно имперского происхождения в форменной кольчуге и нахлобученным до подбородка продолговатым шлемом с кольчужной сеткой. Первый поворот направо... Вот он, заканчивается небольшой комнаткой, видимо, трапезной. А не прихватить ли мне пару сувениров?
    Обычно, с этой мысли и следующими за ней действиями начиналась целая череда проблем и приключений на мою задницу. Тогда-же, все обошлось, а кольчуга звенела в дальнем конце коридора.
    Так, простенький кинжал , острием приколовший к столешнице записку... Беру оружие не вчитываясь в строки - сейчас не до того, хотя, чужие мысли и слова, могут многого стоить. Бутылку с плещущейся внутри жидкостью, батон хлебушка из корзины, все себе, но, только, куда сложить добычу? Ага, мешок в углу, валяющийся на крышке плетеной корзины. Это должно подойти. Обвел взглядом помещение, задержавшись возле посудного шкафа, прихватил отмычку, невесть кем забытую там и приметил маленькую шкатулку, сиротливо стоящую на полке. Шаги приближались к комнате, так-что времени на взлом не было. Сунув запертый сундучок в мешок, выскочил за дверь.
    Опять солнце. К нему надо привыкать, хотя глаза слезятся и болят. Двор-колодец, шириной в несколько шагов был вытоптан многочисленными ногами, только редкие кустики травы росли у каменных стен зданий и заборов. Обычные растения, никакой алхимической или медицинской ценности не представляют, так-что иду дальше. Присесть бы сейчас и перекусить добытой едой, ведь самочувствие ухудшается с каждой минутой, но нет, стоит найти другое место для обеда (солнце стояло в зените и ощутимо припекало), особенно, если учесть, что еда ворованная.
    Перед дверью в противоположном конце двора произошла вынужденная остановка. Все дело в мусорной урне, стоящей рядом. Нечто находилось в ней и создавало эманации, отличные от привычных ощущений пространства и времени. Немного знакомый эффект, особенно для тех, кто хоть раз пользовался заклинанием "Обнаружение магии". Порывшись в грудах пустых бутылок, ветхого тряпья и прочего мусора я выудил маленькое жестяное колечко, с зеленым бижутерийным камнем. Слабенькое зачарование заживления ран? Неужели, я настолько ослаб, что для истощенной воли оно показалось чем-то величественным, в плане окружающей вещь ауры? Возьму его с собой, пускай и цена кольца не составляет более десяти септимов в базарный день.
    В следующем помещении меня встретил человек в богатых офицерских доспехах имперского храмовника. Назвавшись Селлусом Гравеусом он передал мне запечатанный конверт с посланием:
    - Вам надлежит отбыть в город, под названием Балмора, что в нескольких днях пути отсюда и передать этот пакет Каю Косадесу. Здесь описание маршрута и, вот, немного денег на дорогу,- офицер достал из ящика стола позвякивающий кожаный мешочек. Кстати о мешках, я старался не мозолить глаза собеседника своей кладью, втайне молясь Ноктюрнал, чтобы стража из соседнего здания не обнаружила пропажу некоторых вещей и не бросилась в погоню за преступником, по единственно-вероятному пути его бегства. Имперец продолжал.- Тридцать золотых... - он не договорил, моментально оценив мое состояние здоровья, как практически предсмертное.- Пятьдесят золотых монет, - в кошелек перекочевали звенящие кругляши из другого мешочка.- Рекомендую наведаться в трактир Арилла и закупиться провизией. Или потратить деньги на силт-страйдерский транспортный рейс, что значительно сэкономит ваше время. Также, в трактире вы найдете опытного проводника. Можете идти.
    - Можно пару вопросов?
    - Да, конечно.
    - Где находится этот трактир? Хотелось бы знать дорогу получше.
    - Идите прямо по улице, от этого здания, пока не подойдете к площади, слева, возле берега будет самое высокое и большое среди расположенных там зданий. Это и есть трактир.
    - Спасибо. Кстати, что это за место и какой сегодня день?
    - Это Сейда-Нин. Рыбацкий поселок с неплохо функционирующим портом. Достопримечательностей мало, есть маяк на побережье, юго-западнее отсюда, про трактир вы уже слышали. Сегодня шестнадцатое число месяца Урожая. Надеюсь, это все?
    -Да. До свидания.
    Очередная открытая дверь, скрип петель и я смотрю в неизвестность, снова ослепившую гноящиеся глаза.
  7. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2118-1-dalnyaya-doroga-gorod-nochnyh-ogney/ Предыдущая глава

    http://tesall.ru/blog/412/entry-2134-1-pogonya-za-proshlym-kusochek-holodnogo-neba/ Следующая глава



    К ветхим стенам монастыря я подходил засветло, едва-едва опережая морось дождя из серости низкого неба. В мрачном свете представали монолитные камни ограды, что насчитывала в высоту более трех человеческих ростов - поросшие мхом у подножия, растрескавшиеся, местами, наверняка, в теплое время года они могли похвастать теплым плащом плотно поросшего вьюна.
    Хоть и проржавевшие напрочь, но входные ворота не желали открываться, и это не смотря на отсутствие какого бы то ни было приличного замка.
    Странно.
    Из чистого любопытства я проверил сталь и чугун преграды, на предмет зачарованной печати, оставшись в поисках ни с чем. Впрочем, скамп с ними - времени отвлекаться на подобные несуразицы не было, ведь дорога сюда отняла слишком много времени, через пару-тройку часов настанут вечерние сумерки, а задерживаться в месте со столь плохой репутацией после наступления темноты мог только конченный идиот. Или самоубийца. Ладно-ладно, некромантов, наверное, тоже можно привести примером.
    Выискивая подходящее место, чтобы закинуть "кошку" с веревкой, не рискуя при этом получить расшатанным кирпичом заборной кладки по голове, я проматывал в памяти всю известную информацию о соборе Калдью. В основном, знания были малодостоверны, базировались на слухах неграмотных деревенщин и недомолвках церковников. Первое - можно приводить в качестве наглядных образчиков народного фольклора из области кладбищенских страшилок. Второе - как тщательное сокрытие событий, произошедшее в крупном монастырском комплексе, отчего, его немедля запечатали, даже позабыв эвакуировать оттуда ценные реликвии, мощи и библиотеку.
    Как бы то ни было - все, как один сходятся в мнении, что после необычного происшествия, имевшего место быть около трех десятков лет тому назад, поход в Калдью, что венчает собой дальнюю восточную часть предместий Имперского Города, имеет привычку заканчиваться плачевно. Жители соседних хуторов, что не выдержав столь жуткого соседства, покинули свои дома, рассказывало об оживших мертвецах, вольготно расхаживающих средь внутренних тропинок, за пределами нерушимых ворот.
    Боюсь, толпа обычных зомби будет не самой страшной преградой на пути. Ведь что-то же должно было их создать, в одночасье прокляв это место?
    Странным выглядит само отношение Церкви к покинутой часовне. Отгородить ее от посторонних глаз, даже не попытавшись очистить это место магией или послать роту паладинов, чтобы те выжгли все и вся... Хотя, как плюс, монастырские сокровища остались нетронуты - никто из воров-неудачников, кичившихся, что имеют в планах вылазку в стены заброшенного монастыря, в его стенах же и сгинули.
    Неужели, они не могли понять одну простую истину - в места подобного толка надо ходить днем...
    Идиоты.
    Так, я внутри. Куда дальше?
    В приорате Спящего Рыцаря не удалось найти хотя бы мало-мальски полезную карту этого места. Но, если учесть похожую планировку расположения зданий, исходя из того, что в определенный временной период места богослужения делались чуть-ли не под копирку, с огрешностью на особенности ландшафта и стратегическое значение, то планы чейдинхольского приората Лалатина, слямзенные из церковных архивов, могут прийтись очень даже к месту. Особенно, учитывая, что прежде всего я должен попасть на колокольную вышку самого собора, уже оттуда высмотрев помещения библиотеки.
    Больше всего, опасения вызывали катакомбы. Несомненно, днем вся нечисть предпочитает отсиживаться под землей и это веский повод не соваться в неосвещенные подвалы и подземные переходы.

    Завывающий ветер растрепал полы плаща, когда я падал на ноги, по ту сторону стены. Да уж, не совсем удачное место выбрал - чуть не стукнулся о каменную могильную плиту, из множества усеивающих старое привратное кладбище. Было оно запущенно, поросло травой, оградки заржавели и обвалились. Старые голые деревья, скинувшие листву переплетались черными ветвями, образуя над головой подобие дырявой крыши, что скрипела от порывов дождя.
    Уйти бы, пока не поздно, но... Скамп с ним. Я таки выследил среди коридора оград намек на некогда бытовавшую здесь дорожку, продолжив путь к дверям часовни.
    Время и странные условия, создаваемые чем-то неопознанным, поселившимся в этом месте, значительно прохудили стены и крышу постройки, отчего внутри гулял сквозняк, облаченный в холодную дождевую шаль. Уже из входного портала я столкнулся с трудностями, намекающими, что простой прямой путь в одну из пристроек трансепта, где, судя планам, должны быть лестницы на второй ярус балкончиков, путь наиболее рациональный, пролегает через завалы досок, куски камня, что ранее являли собой монолит покрова крыши, изливающегося слезами дождя. Словно, давным-давно здесь бушевал лютый смерч, пробравшийся в святые стены.
    Обход я нашел через коридорчики и комнаты бокового левого нефа. Калдью, более массивный, чем некоторые другие соборы, мог позволить себе не в ущерб пространства для богослужения, кельи и кабинеты первосвященников не погруженные в подземелье, исключая их соседство с криптами.
    Странный ход...
    Довольствуясь приобретенным от зелья Синдериона эффектом, не истекшим даже спустя несколько дней от его приема, я осматривал мрачные коробочки комнат, не зажигая огня. Были они пусты, местами захламлены обломками мебели, костями малоизвестного происхождения, мусором, старым пергаментом, затянуты паутиной. И снова, ни одной души, признака недавнего присутствия здесь кого-либо. Вещи нетронуты, если не считать жуткий бардак. Некоторые ценности перекочевали в мою сумку, но это была малостоящая мелочевка, вроде амулетов, колец, украшенных канцелярских стило, печатей и малогабаритных подсвечников из серебра - скользких и жирных от натечи давно прогоревшего темного воска.
    Добраться бы до покоев настоятеля, там-то точно будет чем поживиться.
    Ветер, скрип комнатных половиц и перестук расшатанных ставней, сопровождали тихий шаг сквозь пыль и запустение. Рано или поздно, но я подобрался поближе к алтарю, размозженному в мелкий щебень особо крупным элементом обрушившегося свода. Там же, на месте, я осмотрелся. Над головой, на месте перехода от лестницы к балкону верхнего яруса, зиял разрыв в несколько ярдов, преодолеть который, ныне, увы, было не по силам. Там даже негде было закрепить веревку с крюком.
    Второе, на что стоило обратить внимание - состояние статуй, венчавших собой капеллы. Готов поклясться, что черные следы на них - это недавно запекшаяся кровь, причудливо, в форме странных символов и узоров размазанная по их искрошившейся, трещиноватой поверхности. Как можно скорее, я покинул первый этаж собора, по каменной винтовой лестнице поднявшись к пролому.
    Дорога в верхние помещения левого нефа была перекрыта. Насчет правого же, все казалось более неясным - слишком много хлама, в котором и скамп лапу сломит. Ключ к дальнейшей дороге я нашел в виде подпотолочных деревянных балок, в большинстве своем сохранившихся среди окружающего хаоса.
    Поднимаясь еще выше, я мог более точно обозреть помещение бывшего места богослужения. Эти самые балки, в считанный фут шириной, характер некоторых обломков внизу, несомненно ранее бывших строительными лесами и материалами, указывали, что перед самыми событиями, приведшими Калдью в столь печальное состояние, храм находился на реставрации. Но, где же останки его строителей? Живших тут монахов? Хоть кого-нибудь! Должны же были остаться хотя-бы кости, если кого-то убила неистовая сила, бушевавшая внутри помещения.
    Аккуратно переставляя полусогнутые ноги, держа руки настороже, чтобы, в случае потери равновесия или поломки балки, ухватиться за край, медленно, но верно, я крался сквозь пятна серого наружнего света, льющиеся холодные капли, которым аккомпанировал мощный ветер, трясущий скрипучие деревья. Где-то далеко, лязгнули входные ворота, словно воздушный скиталец пытался выбить их, выпустив тайны мертвого Калдью в прочий мир, за его пределами.
    Почувствовав, что побитая жизнью и временем балка, ощутимо поскрипывает под ногами, все больше прогибаясь вниз, я предпочел повернуть на перпендикулярную ей, зайдя в обход. Высота на которой я находился, могла захватить дух и вскружить голову, что каралось неминуемым падением. Благо, такие игры были мне не впервой...
    Все-же очутившись на открытом коридоре второго яруса, правда, уже правого нефа, я сверился с планом, надеясь, что мои ожидания правдивы, и в дальнем конце этого широкого балкона с монолитными высокими периллами, также будет лестница на третий ярус, представляющий собой прямую каменную "кишку", ведущую к башне колокольни. Отправившись выяснять это, я не забывал обыскивать встречные помещения, сохранившие свое нутро в более приемлемом виде. Если нижние ярусы представлялись некогда жилыми кельями, здесь же были рабочие кабинеты писцов, переписчиков книг, заведующих церковным хозяйством, что можно было понять из содержимого их записей. Наиболее тщательно я искал упоминания о философском камне и обо всем с ним связанном. Ушел ни с чем, если, конечно, не брать во внимание очередную кучу драгоценного барахла.
    Еще тогда мне показалось странным, что в отличии от нетронутого второго яруса, отделенного завалом от остального пространства собора, на вседоступном первом, находилось слишком много незамеченной моими менее удачными коллегами добычи. Как, словно они даже не смогли пробраться внутрь, встретив свою судьбу у входных дверей, ворот сюда ведущих и среди тихих надгробий пугающего кладбища...
    Как и ожидалось, преодолевая третий ярус, оказавшийся надстройкой аркбутана, открытый всем ветрам широкими окнами-арками, из которых виднелись голые леса окрестных холмов, я добрался до колокольни, где и остался ненадолго, с высоты птичьего полета осматривая внутренние постройки, за пределами самого храма.
    Разметив значительные расхождения с имеющейся картой, зарисовал их карандашом, решив перво-наперво отправиться к внушительному каменному зданию, ютившемуся среди низеньких сарайчиков и келий в дальнем конце огороженного забором пространства. Пожалуй, я правильно поступил, повременя с немедленным поиском библиотеки среди этих застроек, где не столь страшен риск заблудиться, как на секунду пересечься с тенями, отбрасываемыми пустым зевом сломанной двери, увидев, что таится в хранимой тишиной тьме...
    Окрыленный близостью цели, уже на обратной дороге, я додумал, что правый неф располагает переходом в дальнюю часть аббатства, отчего, все происходящие странности заметил слишком поздно.
    Над средокрестией, где некогда высились алтарь и трибуна священника, а ныне вздыбился наиболее высокий гребень завала, горел яркий пульсар света, словно кто-то подвесил там похожее люминисцентное заклинание. Переливаясь, оно неожиданно вспыхнуло, обжигая глаза круче всякого солнца. И за вспышкой этой последовала тьма и забытье...

    Очнулся я в ночной темноте, слыша усилившийся дождь, теперь водопадами лившийся через прорехи в крыше.

    Первое и единственное, что я увидел, заставило усомниться в верности того, что обморок закончился. Или, того что глаза мои не были выжжены этим белесым холодным светом, что внезапно решил принять форму более доступную моему пониманию, теперь приближаясь тонкой призрачной фигурой навстречу, минуя воздух и ограду балкона, перетекая сквозь них, как призракам и полагается.
    Что самое поганое, морок выбрал лицо мне знакомое. Настолько, что сердце заходило ходуном. Но не настолько, чтобы полностью парализовать волю...
    Сущность раскинула руки, словно желая обнять. А вот чего-чего, так подобное действие может стать последней ошибкой в кое-чей жизни, и без того слишком затянувшейся с поры, когда двери храма замкнулись за моей спиной.
    Я попятился. Конечно, если сопоставить факты, наблюдаемые в этой аномальной зоне, можно прийти к неутешительным выводам, которые просто так на пальцах не объяснить, особенно, в ситуации, когда эктоплазматическая сущность тянет изящные полупрозрачные женские руки в считанной паре метров от тебя.
    Главная странность - почему я еще жив?
    - Терральт... Терральт иди ко мне... Я ...
    - Ой, да ну нафиг! Ты откинула коньки на другом конце континента! А заявиться решила именно тут?! - я уже шел спиной вперед в полный шаг, очень надеясь, что нескоро встречу стену. Призраку это было, как огру стрела в пузо - фигура, лицом и очертаниями, как сестра-близнец подобная одной безвременно и с моей помощью почившей подруги, наступала, сквозь потоки потустороннего шепота на забытых мертвых языках, что отражали множественное дребезжащее эхо, странные стуки и скрипы, богохульства чьим-то мерзким тонким голоском, но манила к себе нежными признаниями в любви.
    Странно, почему призрак-доппельгангер для затравки не выбрал кого-то другого? Главное, чтобы не ее, образ...
    Только не это, иначе я точно буду знать, что ее больше нет среди живых.
    - Терральт, я любила те...
    - А я люблю другую! - размашисто облив фантом святой водой из пузырька, я вжался в стену справа, проскользнув мимо, по направлению к лестнице, второпях ударившись боком о ручку подвернувшейся двери. Шепот за спиной перерос в нечеловеческий визг, давая ускорение ногам. Но, поздно - призрак уже был на подходах к лестничной клетке, блокируя ее.
    На верхних перекладинах я оказался в мгновение ока, вручную закинув крюк и белкой взлетев по раскачивающейся веревке. Времени отцеплять и сматывать столь полезное приспособление не оставалось, поэтому, оставив его я побежал, балансируя на узких путях, стараясь не смотреть вниз.
    Хм, интересная корректировка планов, мало того, что тварь усыпила меня, до самой ночи, когда она войдет в полную силу, так еще неведомо, что ждет за стенами часовни, когда нынешние хозяева Калдью выходят на осмотр владений.
    Поход в библиотеку обещает быть интереснее некуда!
    Мимо что-то пролетело, рассыпавшись в труху и щепки, ударившись о ближайшую стену. Вовремя свернув направо, я не только уклонился от очередного снаряда, но и опознал в нем фрагмент обломка увесистой балки, что ранее покоился наверху нижней мусорной кучи, а теперь отправился в недалекое путешествие, под действием толчка подвешивающего телекинеза.
    Благо я уже был у левой лестницы, оставив призрака далеко позади. Паскудное создание все бесновалось, метая новые и новые предметы, но оглядываться и лицезреть его истинную форму совсем не хотелось. Все-же, немного больно видеть искаженный образ погибшей по твоей вине наивной девчонки.
    Но еще больнее вспоминать о этом темном отрезке былого.
    Ветер заглушил догоняющую какофонию блуждающей души. Гоня все новые и новые темные облака, он колебал стену дождя, не давая тому падать строго прямо, так, что тот залетал под козырек крыши, у стены, где я стоял, вслушиваясь в происходившее совсем рядом. "Подражатель" из мира духов, по совместительству и полноправный житель остова церкви, безбожно отстал, предоставив мне вволю наиграться в прятки.
    Вздохнув еле слышно, опознал в шебуршении с другой стороны здания что-то медлительное, человекоподобное и воняющее. Зомби - банально, но это так. Выудив из колчана зачарованную, с тускло светящуюся красным массивным наконечником и полосами поперек древка, стрелу, прокрался к противоположному углу здания. Осторожно выглянул, оценив, что путь свободен.
    Нет уж, с ожившими мертвецами не до конца сбросившими гнилую плоть, я предпочитал не связываться. Дело даже не в их исключительной живучести и цепкости стального хвата, что шли в противовес тупости и медлительности, более интересен процесс опознания подобной нежитью предполагаемой добычи (а сожрать или, на худой конец растерзать, они пытаются все, что движется, но нежитью не является). Так, некоторые твари могут не видеть тебя вплотную, нападая, если их потревожить, на ощупь ( и это при условии, что голова, отвечающая в духовной основе некротического конструкта за зрение, может быть цела), другие, обладают более-менее подобным человеческому зрением, неспособным увидеть тебя в кромешной тьме. Третьи особо выдаются тем, что могут найти тебя всегда даже через две стены и этажом выше. Выяснять, каким типом зрения был наделен недотруп при экстренной реанимации, желания не было. Тем более, что серебряного оружия, замедляющего и прожигающего плоть нежити под рукой не было.
    - Да сколько вас тут! - благоговейно, осознавая весь масштаб нависшего 3,14$*&4@, шептал я, пропуская мимо группу в добрую дюжину экземпляров разной степени сохранности. Некоторые светились мертвенно-зеленой дымкой, окутывающей их и дающей видимость на несколько шагов вокруг. Благо ночь была темна, а я предпочитал не отходить от стен и прятать огонек стрелы под плащом.
    Двести с небольшим метров, отделяющих заднюю стену собора от архивов, я преодолевал причудливыми петляниями меж узких проходов хозяйственных построек, что отнимало слишком много времени. Уже у самого входа на каменное крыльцо, напоролся на нескольких неупокоенных, носящих остатки некогда приличных доспехов. С целью отвлечь их, пустил трассирующую дымными искрами стрелу по зомби, шатающемуся на достаточном отдалении. С грохотом, она разорвалась, разметав нежить на ошметки, местами, все еще достаточно целые, чтобы продолжить шевелиться.
    Расчет оказался верен и преграждающие дорогу заинтересовались отдаленной светопляской, поплетясь туда.
    Очередная трудность заключалась в самой двери - монолитной и нерушимой в прочности запертого замка. С одной стороны, это было хорошо - значит, велика вероятность, что архивные записи и экспонаты нетронуты и я могу не встретить нежить внутри помещений. С другой - пришлось попотеть, взламывая замок, то и дело оглядываясь, в надежде, что мертвые не идут обратно.
    Оказавшись внутри и заблокировав дверь, смог осмотреться. Спустя пару комнат, я уже нагло, будучи вне себя от радости, сгребал богато украшенные рукописные томики молитвенников, небольшие золотые подсвечники, нательные амулеты Девяти Божеств (золото, серебро, платина... ах! Какая красота в выборе столь многих материалов!) и многое другое из выставки церковных реликвий, что было достаточно малогабаритно, чтобы не перегрузить сумку и достаточно ценно, чтобы окупить это безумное предприятие. Закончив осмотр выставочных залов и запасов для продажи, поднялся выше к книжным полкам библиотеки.
    Да уж, можно сказать, что главная ценность этого места в виде тяжелых, многотонных знаний заключалась именно на строках давно пылившихся книг, забытых, как и все прочее в пределах клятого Калдью. Стараясь подолгу не задерживаться на одном месте, опасаясь, что снова слышу ни с чем не путаемые отголоски эха и шепотков, сопровождающие проклятых призраков, искал наиболее защищенный раздел книжных полок, где, по здравому разумению и должны были лежать записки, касающиеся философского камня. Хм, а что за этой решеткой?..
    В дальнем закутке, защищенном стальными прутьями я обнаружил ожидаемую пустую витрину, треснувшую, словно ее впопыхах сломали, небольшую книжную полку, гораздо более скромную, по отношению к остальным гигантам, блуждая среди которых можно было заблудиться, да истрепанный гобелен с вышитыми в определенном порядке символами и чертежами. Цель всех поисков, была здесь. Но, какая из этих книг нужная?
    В иной ситуации я бы точно не обошелся без факела, но приобретенные особенности зрения позволили беспроблемно читать истертые названия на корешках книг. И вот тут я серьезно пожалел, о своих мизерных познаниях в области алхимии, ибо большая часть (да что там! все!) из книг были именно этой тематики, причем, рассчитанные явно не для чтения неопытным неофитам, но узколобым докам этого непростого алхимического искусства.
    - Серьезно? "Demonolatrie"? "Samaelis Arkanum"?! "Алхимия для начинающих"... Да вы %&@ъ издеваетесь! - в надежде обнаружить рецептуру приготовления камня я натыкался на труды по высшим сферам Мистицизма, Колдовства, запрещенные некромантские труды и чересчур завуалированные труды, где процессы алхимии рассматривались более на уровне философском, чем практическом (О, да! Как же они зверски донимали меня еще в университетскую пору, все более отталкивая от магических наук) Но где же практикумы по изготовлению необходимых элементов и составляющих? Если поразмыслить, именно они должны быть самыми ценными, в силу своей редкости, о чем мне так любезно прожужжали уши в приорате Спящего Рыцаря.
    Вспомнив, какие именитые алхимики более всего всплывали на языке настоятеля в той беседе, когда я прикинулся исследователем старины и просил поведать о философском камне, таки отыскал среди прорвы названий кое-что ценное: "Mutus Liber" за авторством бретонца Фламмеля и "Книгу двенадцати врат" Джорджио Риплиуса.
    Развернувшись, чтобы уйти, проклял себя за невнимательность, так-как жемчужина этой коллекции все время обреталась у меня за спиной, на стенде, слева от пустой витрины, где некогда и хранился катализатор-пластина. Исходя из солидной толщины и пафосного названия "Великий Гримуар". это было то, что нужно.
    Ха! Теперь я знаю, что я супер-вор! Осталось только свалить отсюда, подобру-поздорову...
    Оскалившегося верхней челюстью, за неимением нижней, зомби, вставшего на выходе, в проходе, встретил следующей "огненной" стрелой, хорошо хоть, до книжных полок и прочего, что может загореться от столь фривольного обращения с огнем, было далеко.
    Так быстро, в своей жизни, я точно никогда не бегал. И выпитое зелье ускорения тут явно не при чем. Нежить, если и оказывалась рядом, ничего не успевала сообразить, или была слишком медлительна, чтобы предпринять меры по поимке. Будучи внутри собора "сделал ручкой" ошалевшим слетевшимся призракам, не сбавляя скорости. Плечом, с наскока распахнул входные двери, вылетев на кладбище и дорожку, ведущую к воротам, оставив позади духов-неудачников, заточенных в этом месте. Не знаю, отчего они так долго медлили с погоней - безмерно удивившись моей наглости ли, или от того, что двери храма вообще открылись , но визги донеслись долгую минуту спустя, когда я уже примеривался, как бы спрыгнуть с высокорастущей ветки дерева на забор.
    Но поздно, ибо я уже шлепнулся в грязь и мокрую траву по ту сторону от надежного каменного предела, охранявшего неведомое проклятие Калдью от любопытных глаз...


    Бредя по лесной тропинке в сторону причала, что предоставлял лодки для переправы на тот берег озера Румаре, я размышлял, обо все увиденном, додуманном среди темных развалин и роли того, что я правильно поступил, даже не пытаясь покинуть Калдью с помощью телепортации. Дорога шла под гору, лес поредел, и все явственнее слышался плеск вод о деревянные причалы.
    Неведомое расслабление, доступное, разве-что, человеку дико уставшему и голодному, грезящему более не о делах насущных, но о том, как бы отужинать и завалиться спать, снизошло на меня, притупив ощущение происходящего вокруг. Поэтому, я очень удивился, когда осознал, что не могу идти вообще. И двигаться. И дышу через раз...
    Мать скампова, меня парализовали!!!
    Некто деловито срезал левый припоясный карман, что был возле ножен с мечом, и быстро припустил прочь по дорожке, выказывая недюжинную скорость, которой не мешал даже непонятной формы черный плащ-балахон. Был он высок и своими движениями навевал что-то знакомое, словно я уже видел подобное, хоть убейте, не вспомню где.
    Ладно, для разбойника, этот долговязый поступил очень благородно - даже не убив меня. Но факт того, что он убегал с моим злосчастным катализатором философского камня, именно-что обретавшимся в этом кармане...
    Когда эффект заклятия исчез, но спина похитителя все еще виднелась вдали, почти у самого причала, я молча кинулся в погоню, не занимая руки мешающим оружием, но с целью непременно прирезать ублюдка, когда догоню. Жестоко и изощренно.
    Оказавшись на причале я увидел, что неизвестный уже отчалил, активно работая веслами, и ныне был в десятке-другом метрах от берега. Стрелять вслед бесполезно - потрачу драгоценное время, тем более, что удалялся он с приличной скоростью.
    Под матерные возгласы проснувшегося сторожа лодочной станции, что с арбалетом наперевес выглянул из каморки, я перерубил привязывающий одну из лодок канат мечом, продолжив гонку уже на воде. Болт полетевший следом, но затерявшийся в воде, намекнул, что деяние сие было противозаконным...
    Ха! А когда это меня останавливало?
  8. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2112-1-dalnyaya-doroga-oglyadyvayas-v-proshloe/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2118-1-dalnyaya-doroga-gorod-nochnyh-ogney/ Следующая глава.

    Листопады собирались с последними силами, усыпая вымокшую землю прелым, порой похрустывающим ковром буреющих огней, что гонимы ветром в сухую погоду, или, намокнув дождями хранят под собой грязь.
    Осень. Очередная осень давно и бесповоротно вступила в свои права, грозясь скорой зимой, прогоняя кочевых птиц в Эльсвейр, а зверей по их норам.
    Из приората мы ехали по вполне хорошей проторенной дороге, боковой к главному тракту. Скорость нашего передвижения заметно увеличилась - за двое с небольшим суток мы оказались на Золотой дороге, где с вечерними сумерками въехали на улочки Вудланда.



    Тихое местечко не теряло своего очарования даже среди увядания природы и серого, тускнувшего дня. Городок не огораживался, подобно другим очагам цивилизации частоколами и крепостными стенами. Пускай даже и на самой своей границе со степями, Великий лес был все-же небезопасным местом, но только не в его окрестностях. Уже давным-давно Золотая дорога прослыла богатым и спокойным торговым путем, во многом благодаря именно Вудланду.
    Хотя, при первых поселенцах, несколько сотен лет назад, он всерьез напоминал боевую крепость. Столь много здесь копошилось разного рода нечисти, пировавшей с полей междоусобиц. Но о тех опасных временах памятью осталась лишь фрагментальная часть бревенчатого частокола, покосившаяся к земле и поддерживаемая, разве что, нечаянно выросшим у ее основания деревом.
    А деревья тут были повсюду - дикие стихийно росли в проулках, обрамляли вход храма, главенствующего в центре поселения, плодоносящие - группками ютились в частных садах, за кованными и витыми низенькими оградками. Богатые купеческие особняки, насчитывающие в высоту, порой, до трех этажей, могли похвастать изысканными живыми изгородями и архитектурой, многое перенявшей из суровых, мрачных, узкооконных и острокрыших скинградских домов, но разбавленное толикой изящества строений восточной части Сиродила, предпочтя темному камню и кирпичу стен искусно обработанную глину и дерево.
    Вудланд жил торговлей. Торговлей и туризмом. Так уж он удачно вырос, трансформировавшись из перевалочной засеки, где в древности, торговые подводы могли дать себе ночь отдыха без страхов и сражений, да порой воины крепости зачищали лес от всяческой хищной мрази, в местечко, наполненное лавками, живописными видами и трактирами для проезжающих путешественников, торговцев - неважно кого! Даже соседний айлейдский Сейататар давно обрел, взамен сгинувших срединных эльфов, новых жильцов, в лице магов и историков.
    Было людно. Мы едва протиснулись верхом, да еще и впятером, через разгружаемые телеги, отправившись к конюшням. Оттуда, заплатив конюхам, отправились искать таверну.
    - А я уже была здесь! - восклицала Вилья. - Фон! Там магазин одежды "Элегант-ные наряды", а там пекарня. О... Дефять Богов, какие там чудесные-пречудесные пирошные!..
    - Вилья. Нам бы это... Таверну найти, а ты все о сладком, - тихо бурчал я, более про себя, но от вездесущего Никоса это не ускользнуло.
    - Ха-ха! Кажись, у кое-кого "трубы горят"! - желание оставлять его в живых, в предстоящей авантюре стремилось к нулю, хотя бы оттого, что этот подросток, со свойственной всем в его возрасте бесшабашной тяге к спиртному, фамильярно похлопал меня по плечу.
    Не люблю, когда меня трогают люди...
    -... а таферна есть там! - устремленно нордка ускорила шаг, когда мы вернулись обратно, на проходящую через центр городка проезжую дорогу, где редкие уличные фонари да усилившийся в окнах свет, очертили силуэт церкви - самого старого в Вудланде строения, построенного в широком месте развилки Золотой надвое. Дар-Ма, все так-же составляла нам компанию, заявив, что уедет уже завтра утром, не желая терять время и волновать родителей с братом.
    Дело ее, но вот я рассчитывал остаться тут хотя бы на день-два, расставляя ловушки и узнавая позицию сил. Лошадям требуется отдых, девушкам здоровое питание и все в том же духе.
    Вечер провел за разговорами с местными, притворившись туристом, пропускал мимо ушей информацию о местных незначащих событиях, торговцах, сплетнях, суевериях и прочем, что только может слетать с языка простого обывателя.
    - ... а он, сталбыть, тогда и говорит: "- Так это Лукреция, ведьма дэйдрова, виновата! По ночам на ухвате печном летает и кровь бургомистрову пьет!"
    - И, что дальше? - все еще делая вид, что я заинтересован, приложился к кружке томатного сока.
    - Та, что... Третьего дня месяца начала, ее муж палкой побил! А она козой блеяла, коровой мычала! Вродь как ужость, а вроди умора - живот надорвешь.
    - Скучно вы как-то тут живете. Вроде бы и лес глухой, вроде как по соседству кто-то скууму продает, о самогоне уже и не говорю, - я бросил взгляд в сторону изрядно поднабравшегося Никоса, - а на весь город только одна похотливая ведьма с кочергой.
    - Отчего ж, милсдарь, - нордлинг проникся мистическим видом, осушил чарку вина до дна, и продолжил, уже тихим и замогильным в интонациях голосом, - есть тут у нас один особняк на отшибе, значицца, проклятый он. Как есть - проклятый! Его сама Мефала, тьфу-тьфу-тьфу! не к ночи будь помянута, прокляла! С тех пор, кто как туда пойдет, тот сгинет. Ни слуху- ни духу. Ни крику предсмертного. А потом, будто-бы в лунные ночи, их силуэты у окон стоят, по коридорам брошенным слоняютси. Детишки баяли, что побаловству подбирались к дому поближе, будто в окне, мерзость така - человек с башкой паучьей стоял. Хотя стены ветхие - ветер изнутри гуляет, как хочет, хохочет да завывает. От паскуда пар-пырномальнайа!
    - Сожгли бы, чего уж,- равнодушно я пожал плечами, вопреки ожиданиям крестьянина, не проникшись всем ужасом этой истории. Видел бы он столько потусторонней дряни, сколько я наблюдал, за период приключенческого промысла - поседел стал бы мигом седым и подался в монахи. Или в дом умалишенных.
    - Да что сжигать то, - уныло махнул рукой собеседник, - пусть стоит. Веселее с ним, как-никак, под бочком. Мы туды сами не ходим, парни наши, только, перед девками удалью хвастаются, на крыше да чердаке валандаются. Двери заперты накрепко, а если кто и пропал, так то было зим десять назад, и то, дурни неместные. Зато вот, байки приезжим можно травить - заслушаешься!
    - Хм, ты прав. Спасибо за интересную историю, - я выложил перед местным на стол горстку монет. - Веселись, мужичина!
    - Вовек не забуду, щедрости, государь, - подхватил норд, пока я возвращался за столик к своим.
    А что? Покинутый особняк - подходящий вариант для приватного разговора. Следуя рассказу, он стоит несколько в стороне от жилых строений городка, там довольно безлюдно, а плохая репутация будет только играть мне на руку. Пожалуй, самое страшное, то может обитать в овеянных слухами развалинах, находящихся на виду у множества проезжающих мимо спецах, по борьбе с нечистью - запертый там, с незапамятных времен, безобидный призрак владельца или одинокий зомби, рискующий, в случае попытки напасть на меня, принять экстремальный душ из святой воды. А такое может поумерить пыл даже какого-нибудь вампира.
    - Никос, - когда дамы покинули нас, отправившись спать, я обратился к полукровке, - тут появилось одно дело... Говорят, хорошо оплачиваемое, но, без твоей помощи, никак. Тут надо в одном заброшенном доме...
    - Надеюсь, ничего не придется воровать? - забеспокоился он, копаясь в своей сумке. - А то вот, смотри...
    - Нет, надо просто забрать одну фамильную ценную картину и вернуть родственникам бывшего владельца. Они слишком суеверны и боятся лезть туда сами!
    Я принял из его рук свернутую газету и вчитался:

    "СЕРЫЙ ЛИС РАЗОБЛАЧЕН!

    Вланарус Квинчал недавно признал, что он — скандально известный вор Серый Лис. На допросе в Имперской страже он также сознался в том, что он - воплощение Тайбера Септима, внебрачный ребёнок лорда Стендарра, акула-оборотень и мать Иеронима Лекса. Только после того, как Вланарус провел ночь в имперской тюрьме, было обнаружено, что недавно он употребил почти смертельную дозу скумы.
    Теперь Вланарус снова дома, он поправляется после гостеприимного приема, оказанного ему Имперской стражей, и пристального внимания, проявленного к нему во время допроса. Он полагает, что сможет выйти на работу через месяц-два, если на работе не нужно будет ходить или поднимать что-либо тяжелее кружки пива. Вланарус, который иногда подрабатывает в доках, торжественно поклялся больше никогда не употреблять скуму. Он также искренне желает всем никогда не иметь дел с бандой Орума."

    - Все в порядке? - обеспокоенно спросил Никос, после того, как я прочитал всю эту несусветную ахинею и, будто подкошенный, рухнул лицом в столешницу. В порядке вещей было все, кроме того, что я дико и беззвучно смеялся. Даже слезу пустил, на волне нахлынувшего восторга.
    - С редакторами "Вороного курьера" не в порядке, - отдышавшись вымолвил я. - Что дальше? Обвинят скинградского графа в даэдрапоклонничестве? Скажут, что нынешний Архимаг бывший некромант? Нет, с такими сюжетами издательству пора завязывать - народ точно не хочет, чтобы на его деньги в прессе печатались всяческие анекдоты.
    - Я тут вот что думаю, - подозрительно серьезно протянул полуэльф.
    - ...
    - Акулы-оборотни действительно существуют?
    - Не знаю, мне бы и с волками-оборотнями встречаться не хотелось. Так что, ты в деле?
    - А? Ну, почему бы и нет? Когда идем за этой картиной?
    - Завтра, ближе к полудню, сейчас там ни зги не видно, смыла искать нет.

    Никос ничего не заподозрил, даже когда я принял решение отправиться к заброшенному дому, прихватив с собой его лошадь. Продуваемые холодным осенним ветром, шурша плотным ковром листвы, втроем, мы шли лесом, продираясь сквозь голые кусты и огибая замшелые валуны, с добрых два человеческих роста в высоту.
    Никакой нормальной дорожки, ведущей к особняку не было и в помине, а чем ближе мы подходили, тем больше преград встречалось на пути - гнилые бревна и разваленные штабеля досок, строительный мусор. Все это указывало, что строение покинули еще на этапе его конечного строительства, или, капитального ремонта.
    Пускай, серый и мрачный, но особняк выглядел солидно: два этажа, не считая высокой и покатой крыши, с местами осыпавшейся черепицей, обнажившей кости балок крыши, традиционное разделение на два взаимосвязанных крыла-блока, резные острые шпили, украшенные козырьки крыш, полуотвалившийся сток для воды, теперь свисал почти до самой земли, неизвестно чем цепляясь за стену. Все, без исключения, окна на первом этаже были наглухо заколочены досками. А через узкие оконца второго, с выбитыми стеклами и вырванными напрочь стальными решетками, свободно гулял ветер, посвистывая где-то внутри гниющего трупа старого дома, обходя его, словно свои законные владения.
    Минуя насквозь проржавевшую кованую, некогда, из отличной стали, ограду, я раздумывал, что прийти сюда днем не такая уж и плохая идея. Особенно, после случившегося во время ночных прогулок по Хакдирту...
    - Заперто, - констатировал Никос, покрутив ручку входной массивной двери. Да уж, такую и заколачивать смысла нет, в особенности, учитывая, что ее возьмешь не всяким тараном.
    Запертые двери? Проблема, но только не для меня. Послав ко всем даэдротам эти легкогнущиеся, дрянные отмычки, которые встречаются куда ни плюнь (почти уверен, что сама Гильдия Воров изготавливает их в промышленных масштабах, продавая как на сторону, так и своим членам), да что там, по сравнению с которыми взломать замок с помощью дамской шпильки обойдется куда менее затратным в плане нервов, времени и сломанного инструмента, я пошел на крайние меры. Сплавив большую часть выручки за последний заказ Дериена одному толковому человеку, настоящему мастеру в сфере изготовления мелких, но приятных безделушек, порой, не совсем законных и доступных отнюдь не каждому, промышляющему "теневым бизнесом", я оставил пожелания получить нечто особенное. К пожеланиям прилагались примерные наброски и пожелания, насчет личных особенностей эксплуатации. Стоило немного подождать и чаяния обрели форму идеальной пары отмычек, материалом для которых послужил, на беглый взгляд, как минимум импортный адамантин. Они не ломались, любая из них могла служить как рабочим инструментом взлома, так и воспомогательным рычажком, подходили как для односторонних, так и для двусторонних замков, каждая сочетала в себе по две черты от самых распространенных форм отмычек. Как маленький бонус - зачарованные крошки сигнализировали владельцу о нахождении ловушек - одна распознавала магического типа, другая, с более тонким и малоизвестным эффектом, сигнализировала о контакте своей магической составляющей с техническими модулями, дополнительно интегрированными в замок, что верный гарант установленной механической подлянки. Пожалуй, вторую такую пару не сыскать на весь Имперский Город.
    Но даже это великолепие не могло справиться с заклинившим к е%*4E# матери неизвестного мастера по замкам, с посмертной славой руко#*па, творением!
    - Идем в обход, - мрачно констатировал я, после того, как отмычки развалили в ржавую труху часть внутренностей замка, что были ближе всего к отверстию замочной скважины. Замок из очень хренового металла был врезан намертво, вынести такой можно только вместе с дверью, но вот о его смазывании, похоже, никто не помышлял со дня установки сюда.
    - Можно и по другому, - полуэльф потеснил меня в сторону, подвел Молниеноску поближе. За уздцы развернул ее крупом к двери. На всякий случай, я отошел подальше.
    Одна короткая команда, взмах пары задних копыт и правая створка двери, с грохотом, метая по сторонам щепу улетела вглубь помещения, оставив на память свой кусок, болтающийся на нижней петле. Левая, лишившись поддержки замочного запора, от такой встряски слегка покосилась.
    С опаской глядя на рослую черную бестию, определенно, выросшую в глубинах Обливиона, но, по недоразумению, попавшую в тело лошади, я попросил Никоса привязать ее чуть поотдаль от входа, за каким-нибудь сарайчиком. Сам, тем же временем, зашел в вестибюль.
    Комнату за комнатой я проходил в сером свете, лучами проникающем через щели в досках и ветхих стенах. Затем, при обследовании более темных помещений для слуг, зажег прихваченный факел. Ветер неотрывно сопровождал нас, развевая истлевшие, пыльные шторы, полотна большой и древней паутины, звеня в колонадах холла и на лестницах. Казалось, будто со времени того, как отсюда ушли люди, никто ничего не трогал. Местами уцелевшая мебель, серебряная посуда на кухне, дорогие вазы, ковры, местами порванные и грязные, но, однозначно, еще немало стоящие картины...
    Что же здесь произошло?
    Взяв из головы образ давно виденного полотна, я вкратце описал его Никосу и предложил разделиться, с уговором встретиться через полчаса в одной из спальных комнат левого крыла второго этажа. Достаточное время, чтобы как следует поживиться ценностями за спиной несведущего шпиона, устроив ему теплый прием в конце.
    Работает ли он на Клинков? Как знать, но я определенно но не хотелось бы по приезду в Скинград угодить в лапы городской стражи, из которых, в перспективе, только два выхода: на эшафот или передача Клинкам. Неизвестно, что предпочтительнее, тем более, что я имел честь выведать кое-какие интересности у их немаленького чина, в лице того Джоффри. Допустим, будь он самим Грандмастером Ордена, я бы ушел со спокойной совестью, зная, что передача информации о наследнике Септима в мои руки, означает, что явно неглупый лидер столь серьезной организации мне доверяет, а потому отпускает на все четыре стороны. Но жалкий старик, управляющий локальной группкой Клинков под прикрытием монастыря... В нем может взыграть мстительность и, тогда придется ждать ножа в спину.
    Так почему бы не ударить первым?
    В случае подтверждения моей теории, это заброшенное место станет последним пристанищем лазутчику. Его лошадь я оставлю тут, а девчонкам скажу, что полукровка, неожиданно, раздумал дальше ехать с нами, повернув к столице.
    Спустя положенное время, короткий взмах дубинки начал это представление.
    О, да, прийти в себя связанным с больной головой, в темной-темной комнате без окон, где единственным источником света является коптящий стены факел, это незабываемо. Примерно, по себе знаю.
    Я держался в неосвещенной части комнаты, за спинкой кресла, к которому был привязан допрашиваемый.
    - Проснись и пой, птица, проснись и пой...
    - Что? Какого?... О-у-у-у... - Никос согнулся, видимо, от пронзившей его боли.
    - А теперь, напряги свой остатки памяти, редгардское отродье и попытайся вспомнить, где ты просчитался,- тихо шипел я.
    - Что... - голос полуэльфа дрогнул. Похоже, страх вконец овладел им. - Развяжи меня! Ты! Ты нашел меня, не так-ли?!
    - Угадал, маленький назойливый прохвост. Мало того, что твое стремление таскаться следом было шито белыми нитками, так еще и эти попытки втереться в мое доверие, что сейчас совсем не делает тебе скидок на методы допроса.
    - Да-да, признаю, все это я провернул тогда...
    - Заткнись, - резко огрызнувшись, я таки вышел на свет, чтобы увидеть лицо Никоса. - Стоит подумать - предпочесть ли стандартный мордобой?
    Выковырять глаза?
    Отрезать тебе палец за пальцем?
    Или изыски, вроде, раскаленных иголок...
    ...под ногти?
    - Но я не виноват! Ты, чертова императорская собака! Я не знаю, где я посеял этот артефакт!
    Я что, так сильно его огрел по голове? Он бредит? Похоже, что перспектива пыток его не прельщала и он выдает все как на духу, но, что за "артефакт"?!
    - Кто ты? Клинок, да, точно, я видел, как ты дерешься, как умеешь сливаться с темнотой! Ты Клинок! - вопли полуэльфа становились все более странными.
    - О, Девятеро, что за чушь ты несешь, идиот?
    - Я бегал от вас почти три месяца, вот... Так глупо, - глаза Никоса совсем обезумели, в них блеснули слезы.
    Так. Крайние меры. Срочно. Я выудил пузырек с мутно-зеленой жидкостью, оставляющей мутный осадок и силой влил ее в связанного, разжав ему зубы кинжалом, немного поцарапав при этом край рта. Спустя минуту зелье подействовало, увы, не остановив истерику, что свидетельствовало о ее правдивости.
    Мощного эффекта экстракта хватает всего на пять минут, но, в противовес его баснословной стоимости, он безотказно действует, парализуя волю выпившего, заставляя, как на духу выкладывать правдивые ответы на любой вопрос. Хорошая вещь, особенно, в руках палачей-дознавателей. Как жаль, что в своем ремесле они предпочитают методы более грубые, но однозначно проверенные.
    Услышанное мне совсем не понравилось. И дело тут явно не в предполагаемых связях полукровки с Клинками.
    - Я взял этот заказ... давно, где-то в месяц Высокого Солнца. Просили доставить в Имперский Город, магикам из... Университета, да.
    - Что за заказ?
    - Не помню, я не смотрел. Он был в коробке. После вечера в таверне, груз пропал. Мне наказали... беречь, как зеницу ока. Потом пришли. А я сбежал.
    Однако, ситуация. Я подозревал раздолбая в том, что он шпион, а тот, в свою очередь, испугался, что преследователем по его душу могу быть я. Только, поздно испугался, когда уже оказался привязан руками и ногами к старому, но на диву крепкому креслу заброшенного дома.
    - Баал с тобой, - бросил я, ослабляя одну из веревок на его руке. - Выберешься отсюда сам. Но более я видеть тебя не желаю. - Никос обмяк, после долгого и торопливого рассказа, самую суть которого я привел выше, действие зелья закончилось, вытягивая последние силы принявшего.
    Развернувшись, чтобы выйти, я столкнулся с очередной неожиданностью, что темным плотным комком с множеством горящих глаз, созерцала меня из коридора, куда едва пробивался свет факела.



    Круто. Рослый пещерный паук, учитывая ареол обитания в виде лесного биома - подзольник. Особь достигала в холке добрых три фута, в четыре раза больше длинной. Острые жвала, сильные в хватке, как укус породистого бойцовского пса, восемь шерстистых лап, прочный покров головобрюшка. Радовало только одно - вид не ядовитый. Это я понял по буро-зеленому окрасу, когда он прыгнул, метя в верхнюю часть моего туловища.
    Хотя, такой туше можно обходиться и без яда. Они охотятся на детей, домашнюю птицу, мелкий скот, кроликов, слабую лесную живность, благодаря только мощным ударам лап и умело расставленным силкам-паутинам. Основательно придушив жертву, или оглушив своим прыжком, только тогда пеленают в кокон и впрыскивают особый состав, разжижающий ткани.
    Я уклонился, но паук задел подол моего плаща, увлекая на пол, но сам, все еще толком не приземлившись. Рухнула тварь на Никоса, отрезвив его, повалив вместе с креслом.
    Хм, а этот элемент обстановки казался мне прочным. Кресло, с прощальным скрипом, развалилось от резкого удара, а паук кубарем покатился в другой конец комнаты, где быстро пришел в себя, нацелившись уже на выпутывающегося Никоса.
    Под руку попалась только дубинка. Метнувшись стрелой с пола, заехал ей по морде членистоногого. Круглые глазенки его, еще больше округлились от удивления.
    Один удар, второй. Пнул паука, в довесок ко всему, по одной из лап. Стрекоча тот отскочил, пятясь и, явно не ожидая, что жертва окажет такое сопротивление. Освободившись от веревок, полуэльф заорал, схватив уцелевшую ножку от стула, присоединился к драке.
    Скорее, к избиению.
    Матерясь, пыхтя, активно нанося удары куда придется, мы утихомирили хищника, переломав ему чуть ли не все лапки и раскроив голову.
    - Что дальше? - с отдышкой вымолвил Никос.
    - Твои вещи в том углу, - указал в темноту,- хватай их и сваливаем отсюда, подобру-поздорову!
  9. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2109-1-dalnyaya-doroga-iz-glubin/ Предыдущая глава.

    http://tesall.ru/blog/412/entry-2115-1-dalnyaya-doroga-mrachnye-tayny/ Следующая глава.


    Ночь напролет мы гнали лошадей, не останавливаясь, переходя, разве-что, с бешенного галопа на размеренную рысцу, боясь их загнать до смерти или увязнуть в грязи. Погони не было видно, однако-же, проверять ее полное отсутствие и останавливаться не хотелось. Рассвет мы заставали, подобно новой жизни - серой, унылой, но разгоняющей краски кромешной тьмы и страха.
    Оторвались?
    В тревоге ехали весь день, мокнув под дождем, продуваясь холодными ветрами, часто оглядываясь. Следующую ночь, опять, никто не спал, хотя мы распределили график дежурств и выбрали удобную позицию, откуда открывался хороший обзор на уже оставленную позади опушку леса.
    И снова ничего. Кошмар остался позади, но посеял свой яд среди нас.
    Бессонные ночи, холод и слякоть, свалили Рианну сильным жаром и всеми признаками тяжелой простуды. Самолечение заклинаниями не помогало; Вилья, отделавшаяся в памятной стычке всего-лишь легким ушибом, разводила руками, перепробовав все возможные целительные микстуры, которые способна была создать "на коленке", в условиях дефицита ингридиентов. Выходило погано - сестренка и без того не могла похвастать крепким иммунитетом, усугублявшимся плохой наследственностью по женской линии, относительно вирусных болячек, но тут, дело обстояло по особенному, намекая на осложнения, неизбежные в отсутствии постельного режима, вплоть до воспаления легких.
    А я слишком хорошо помню горькие слезы Рианны, когда много-много лет назад на четырнадцатилетнюю девочку обрушилось известие о смерти ее старшей сестры. Пожалуй, даже ко мне она не была столь тепла, как к этому призраку прошлого...
    Старшая дочь семьи Вераннон, Элез - Констанция сгорела, буквально, за пару недель от подобной лихорадки, развившейся до бесповоротной точки, всего за три-четыре дня.
    Тогда ей было всего девятнадцать...
    Впрочем, до приората Готтлесфронт, где могли оказать более квалифицированную помощь, было не более четырех дневных переходов, тем-более, что мы уже минули Великий лес, меся копытами коней дорожную грязь на самой границе Западного вельда. Требовалось только отсрочить прогрессирование болезни и не допустить заражения остальных, и без того измотанных товарищей. И, одна замечательная полумера уже виднелась на горизонте...
    В этой жизни я мастерски умел готовить три вещи: планы ограблений - чему обязывал образ жизни; мясо, жаренное на костре - что должен уметь стряпать каждый мужчина и мясной ( в идеале - куриный) суп, состоящий сплошь из наваристого, жирного и целительного бульона, как нельзя кстати приходившийся в университетские годы, когда Рианна болела неделями напролет и такое меню шло ей только на пользу.
    Сестренка, при всем своем нетерпении к мясной пище кривилась, но ела, отдавая дань, хотя бы тому, что мне не приходилось самолично убивать несчастных пернатых, воруя продукты или подмазываясь к поварам. Сейчас же, дела обстояли иначе, а в нашей клади, кроме походной нескоропортящейся еды, не было никакого стоящего сырья для подобной готовки.
    Поэтому, несмотря на все протесты севшим голосом, вперемешку с жутким кашлем, со стороны сестры, я взял Никоса на охоту, оставив дам бдить у очага и ухаживать за больной.
    Ясное дело, что в лесу, где до ближайшего жилья добрых полторы сотни миль, подстрелить курицу... Ну, мягко сказать, странно. Да и маловато одной наседки на такую ораву едоков. Расчет шел на птицу покрупнее - дрофы, глухари, куропатки, фазаны... Эксплуатируя острый слух Никоса и столь же выдающееся зрение, доставшееся ему от эльфийских предков, мы быстро вышли на след потенциальной жертвы, обнаружив ее посреди высокой бурой травы, где та безмятежно поскрипывала клювом, не ожидая подлянки от столь редко объявлявшихся в этих местах двуногих хищников.
    - Фазан, - констатировал Никос, слегка привставая из осыпавшихся кустов, которые мы выбрали в качестве наблюдательного пункта. - Матерый, сволочь, фунтов пять весу...
    Золотисто-черная птичья головка оглянулась пару раз по сторонам, будто почуяв неладное, но быстро успокоилась, продолжив выискивать что-то свое в траве.
    - И, к тому же, нешуганный, - мрачно заключил я, выпрямившись с натянутой тетивой. Компаньон последовал моему примеру, приведя в действие свой ужасающий длинный лук, способный в умелых руках прошибать кольчуги или дрянные латы.
    Стреляли одновременно. Я, что не новость, промазал. Конечно, охотники из нас хуже некуда и фартило нам сказочно - тупая птица, даром что перьями не повела на двух маячащих столбами, в небольшом отдалении от нее, стрелков, так еще и равнодушно отнеслась к моей стреле, воткнувшейся парой метров в стороне от ее тушки. Зато, снаряд Никоса, также на диво слабенько, вошел ей в гузно, отчего жертва яростными звуками оглашая округу, подпрыгнула на пару футов вверх, принявшись несколько замедленно удирать от нас, прихрамывая правой лапкой. Полукровка, на опережение своей стреле кинулся следом, за неловко петляющей птицей.
    - Внутри тебя стрела! Скампова стрела! Да как ты вообще с этой хренью внутри бегаешь, b(@d*?!?! - яростно комментировал я происходящее, позабыв о том, что тоже, как-никак должен содействовать поимке добычи. Никос, ловко взяв низкий старт на повороте, сократил дистанцию до считанных шагов, швырнув свой лук прямо в спину удирающего фазана, волочащего стрелу за собой по земле. Спружинив от оглушенной цели, оружие отскочило в сторону, позволив этому ловкачу в подкате схватить птицу, выдернуть стрелу и свернуть ей шею считанными движениями.
    - Возвращаемся? - даже не запыхавшись от такого спринта он держал трупик в левой руке, попутно высматривая упавший лук.
    - Думаю, да, - чего-чего, а таких трюков я от парня не ожидал.

    Возвращение добытчиков было воспринято благосклонно, даже слегка дующейся Рианной. Нет, ну я давно говорил ей, что с такими убеждениями следовало не потакать родительским указам и ехать в столицу, учиться на целителя, а сбежать из дома и примкнуть к каким-нибудь бродячим друидам. Та лишь отфыркивалась и вечно напоминала, что сам я попал в Университет по счастливой случайности, иначе, давно бы уже загнулся, продолжая жизнь уличного нищего карманника. Напоминания эти были не со зла, не ради подчеркивания социальной пропасти между нами. Скорее, как напоминание, что пути Судьбы неисповедимы и частенько ее сопровождает сама Удача, с которой нужно считаться. Как напоминание о тысячах-тысяч судеб, пересекающихся с нашими и формирующими их.
    Каждый, довольствуясь длительным привалом, находил выход из перенесенного в Хакдирте своими способами. Сестра, превозмогая боль и жар, углубилась в чтение взятых в дорогу книг, Никос затачивал оружие, и, к слову, это у него неплохо получалось. Я хлопотал с готовкой и дровами. Скромная и добрая Дар-Ма с неразлучным Цветком помогала по мелочам, следуя за мной, рассказывая в подробностях ее историю и дальнейшие планы.
    - Я приехала в Хакдирт из Коррола, по поручению своей Сид-Ниус - моей матушки. Обычно, именно она возглавляла торговые экспедиции в городок, но его жители выдвигали слишком странные условия - не находиться торговым телегам в пределах поселения после захода солнца, не приставать к местным и не ходить куда-либо, кроме таверны и магазина. Обычно, все сводилось к простой выгрузке товаров, получения денег и обменных вещей и уезду подвод обратно. Теперь-то понятно, почему все так происходило...
    - И? Почему ты поехала туда одна? - я собирал достаточно сухие палки и хворост, помогая их вьючить на лошадь, так-как пришлось отойти далеко от лагеря, под сень редких рощиц, откуда таскать дрова мерами четырех рук, представлялось затратным по силам и времени.
    - Пришел срочный заказ от стороннего каравана, на солидное количество исцеляющих зелий, а матушка приболела. Я вызвалась доставить их сама, впервые посетила это кошмарное место, получив те-же наставления, но ослушавшись. Из-за сильной непогоды заночевала там... В ту-же ночь меня схватили и около пяти дней держали взаперти. Я плохо помню это время - из-за недостатка в пище впала в полусон...
    - Спячка, присущая хладнокровным ящерам? Наслышан. Тебя держали до нужного срока и собирались принести в жертву. По моим календарным прикидкам, монстры ориентировались на позавчерашнее полнолуние.
    - Вы едете к Скинграду? Если мой герой позволит, я и Цветок покинем вас в Вудланде, отправившись в Имперский Город. Там у мамы много знакомых, они помогут вернуться домой...
    - Зачем такие фамильярности? Я далеко не книжный герой. Обычный имперец, с обычными человеческими недостатками. А те достоинства, какими они уравновешены, точно не могут считаться таковыми из области положительных.
    - Нет. Герой - это тот, кто проявляет необыкновенно щедрую мужественность, способную привести к самопожертвованию, для блага и защиты других... Качества здесь совсем не при чем.
    - Ого, ты похоже очень начитанна...
    - Да, я люблю книги, - потупилась аргонианка.
    - Похвально видеть, что городские жители все еще ценят слова со страниц, не уподобляясь дремучим фермерам. Не хочу тебя настойчиво переубеждать, тем более, что в этой ситуации, прости, не в обиду будь сказано, я спас тебя из целей подвернувшейся возможности. Сейчас в отдалении от городов и без того неспокойно, а с появлением Глубинных стало бы хоть волком вой...
    - Ничего. Я понимаю, что вы, прежде всего, должны были вывести из-под удара своих друзей, - похоже, мои слова совсем не задели девушку.
    - Так вот, касательно героизма... Наглядный пример этому - тот же морровиндский данмер - психопат, объявившийся лет шесть тому назад. Ты точно должна была читать о нем... Есть известный двухтомник, как же он назывался?..
    Глаза собеседницы загорелись пониманием.
    - "Феникс"? Точно, замечательная книга! Кажется, ее автор был свидетелем происходящих событий, вживую путешествуя с самим Нереварином!
    - Хоть, наверняка, многое из описанного, хотя бы существование того-же Дагот Ура, и является авторской фикцией, отрицать пару интересных, бесспорно, имеющих под собой реальное основание слухов, я точно не стал бы. Говорят, что благодаря хитрому ведению политических интриг, в качестве двойного агента, он привел вварденфельскую Гильдию Магов в плачевное состояние, цинично устранив их Архимага, введя их в состояние локального боевого конфликта с одним из местных правящих Домов. Но это события на пике власти и популярности. Хочешь ли ты узнать, почему его прозывали "Убийцей Святых", "Огненным Смерчем", "Палачом Хелсета"? - прекратив работу я, сумрачно продолжил разговор, подводя его к переубеждающему итогу.
    - Не совсем... А это?..
    - Хотя бы первое: в компании незнакомой для истории девушки, он вырезал с добрый десяток пилигримов, на людной площади Вивека. В защиту его говорили, будто это были даэдропоклонники. Не знаю. Но людям не по нраву, такие выходки. Они живо представляют себя на месте убитых. Особенно, если их внимание занимает наркоман -убийца со стрелочными зрачками, вооруженный мечом, по весу и размерам многажды превышающий габариты своего владельца. Продолжать не стоит. Герои совсем не безгрешны, как нам кажется. Их мотивы, может статься, заслонят собой любые злодейства, а в итоге, вместо славы они получают презрение и страх.
    - Ла-а-адно,- задумчиво протянула аргонианка, - пошли, принесем дрова к костру?
    - Я задержусь. Поищу опят или еще какие грибы на второе.
    Позаимствовав корзинку из поклажи лошади, после ухода Дар-Ма принялся вырезать местные грибные насаждения. Может быть, кроме осенних опят с забавными волнистыми шляпками, в лукошко попадались и другие грибы, но это меня особо не волновало. Сортировкой подобной добычи занималась Вилья, более-менее смыслящая в съедобности грибов. Ну, на крайний случай, она сварит противоядие...
    Едва набрал с четверть корзины, как грибы закончились. Проследовав, до края рощицы, к сухим, сваленным на землю временем и ветрами деревьям, наткнулся на еще одну "грибную жилу", что, через считанные шаги ходьбы в полном поклоне, сменилась на женский полусапожек. Переведя взгляд повыше, я обнаружил ногу, обутую в этот труд неизвестного сапожника, затем вторую, а затем и саму Вилью в компании небольшого "светлячка".
    - Эй! Эти грибы есть не съедобны! - с приказным тоном, она изъяла лукошко, ловко отсеяв все лишнее.
    - Зачем тебе световое заклинание? До темноты еще не меньше часа,- пожав плечами, так и быть, протянул ей кинжал, раз уж она всерьез решилась набрать грибов сама.
    - Я светила в полый пень дерева. Там росла как-раз нужная чешуйчатка.
    - Это точно не какой-нибудь магически измененный опенок? - я придирчиво осмотрел гриб, отличавшийся от десятков уже собранных большими габаритами и странными чешуйчатыми наростами, покрывшие, казалось, все - от основания ножки, до нижней пластинчатой поверхности шляпки.
    - Это поможет Мелинде, - тихо и грустно вымолвила нордка, пряча гриб в околопоясную алхимическую сумочку. - Спасибо, что столь помогать мне в Корроле с учителями алхимии, но... Можно, еще одна просьба?
    Да-да, я все-таки сдержал данное слово и, перед визитом в приорат Вейнон, напутственно сдал Вилью, вкупе с сотней септимов, в надежные ежовые рукавицы городского аптекаря. Как плюс - зелья нашего штатного алхимика приобрели ярко выраженные, приятные вкусовые качества, взамен их предыдущего блеклого аналога. Но, что за вопрос ее терзал сейчас?
    - Это опять связано с нужными тебе ингредиентами? Давай расставим всё на надлежащие полочки - ради спасения своей сестры, что накосячила с кремом от морщин, превратив многих морровиндских модниц в подобие усатых - полосатых каджитов, ты в одиночку, даже толком не зная языка уехала в Сиродил на поиски противоядия. Самоотверженно, глупо и так по геройски...
    - Сестра есть обещала прислать сюда своего друга для помощи в поисках ингредиентов. Поначалу, я подумать, что ты и есть посыльный - я олокачи...околачифалась в Таверне на воде около недели, а потом еще и эти пираты!
    - А, ты о тех суицидальных раздолбаях? Этериус им пухо... м-да, хотя, нет - туда таких точно не пускают. Ладно, ближе к делу.
    - Для приготовления противоядия мне нужно несколько ингредиентов. Я найти большинство из них, как ты уже должен понять. Но дело приобрело скверный обормот.
    - Оборот, ты хотела сказать?
    - Да. Мне софершенно необходим ипохондрический пурпурный корень, - по заученному оттарабанила название Вилья, - но этот компонент я не смочь найти сама! Однако, я уверена, что у алхимика Фаалано из Скинграда есть нужный экземпляр... двоечка экзепляров. Я работать некогда с ней, но мы расстались не есть самым хорошим способом.
    Она обвинила меня в... кое-каких ужасных вещах, а потом уволила. Но я перед уход высказала ей все, что думаю, с тех мор ы больше не разгофариваем.
    - Ты не можешь просить ее продать тебе нужный ингредиент?
    - Она же ненавидит меня! Но... может быть, ты сможешь? Если ты спросить ее про корень, то она наферняка спокойно продаст тебе его, если меня не есть поблизости. Ты поможешь мне?
    - Так или иначе, я собирался в ближайшее время навестить алхимичесую лавку, заодно достану этот корень.
    - Правда? О-о, спасибо тебе огромное! Но учти, что, когда ты будешь разговаривать с Фалану, мне лучше остаться быть на улице.
    - Можешь даже не сопровождать меня . Пошли к остальным, обратно. Заодно, опишешь эту пурпрную ипохондрию. Кстати, сколько он стоит?..

    Замедлив развитие болезни всеми подручными способами, мы, наконец, достигли маленького монашеского поселения женского приората Готтлесфронт, задержавшись там еще на два долгих дня. Не знаю точно, какими лечащими средствами пичкали божьи служительницы Рианну, но к моменту отъезда она была совершенно здорова. Похоже, эти духовники и впрямь знают свое дело.
    Прикупив, первым делом, святой воды про запас, все остальное время я маялся бездельем, не покидая гостевой кельи. Но, в то-же время, мною были взвешены и обдуманы некоторые интересные факты, касательно одного из моих спутников, что привели к еще более интересным выводам:
    Никос, хоть и выглядит простачком, тот-еще пройдоха. Ведь, не зря же он увязался за нами следом? Точнее, за мной, как "подсадная утка" со стороны Клинков. На протяжении двух недель собирать информацию, относительно объекта, находясь, буквально, у него за спиной... Идеальная "легенда", касаемо потери памяти. Чего стоят его боевые навыки, чего стоит его поджог таверны в Хакдирте, с правильно заложенными запасами двемерского пороха, оставшегося в шахтерском городке с незапамятных времен.
    Ха! И этот ублюдок наделся, что я его не раскрою!
    Но отсечь этот хвост, следовало, никак не раньше, чем мы попадем в Вудланд. На территории лесного монастыря слишком людно, а в пути мы все друг у друга на виду.
    Коварный план обрастал дополнительными деталями, по мерее приближения к следующему опорному пункту пути. Дальнейшая дорога протекала скупо на значимые события и приключения. Разве что, в окресностях Теневой рощи, Вилья сорвала очередную неведомую диковину, носясь с ее классификацией битых полчаса по всей стоянке, искренне гордясь своим талантом первооткрывателя. До тех пор, пока Рианна не прочитала ей лецию "Корень Нирна, его особенность, древность и отсутствие практического применения". Подобрав выброшенный с досады росток, я прикинул, что смогу его, как-никак продать, раз уж в планах на Скинград был поход по алхимическим магазинам.

    Месяц Начала Морозов просыпал свои последние дни, подобно песку сквозь ладони. Роняя последние крупицы он очертил тонким пунктиром эту дальнюю дорогу, все ее светлые и темные стороны, намекая, на скорый конец.
  10. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2106-1-dalnyaya-doroga-korrol-chast-vtoraya/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2112-1-dalnyaya-doroga-oglyadyvayas-v-proshloe/ Следующая глава.
    С одной стороны, я возвращался в "Дуб и Патерицу" навеселе, насвистывая что-то легкомысленное себе под нос, с другой, терзался глубокими вопросами и планами на будущее.
    Допустим, у меня на руках одна из трех частей безумно дорогого исторического памятника неизвестной письменности. Возможно, даже единственного в своем роде. Но что делать с этой частью? В Корроле ее не продашь за действительно выгодную цену. Поискать клиентов в Имперском Городе? Или последовать совету альтмера и порыться в архивах Скинграда? Н-да, все-же Скинград не ближний свет. Дело даже не в очевидной вероятности загнать себя в тупик поиском информации о скамповых "золотых" пластинах, кои, вполне вероятно, могут сейчас почивать где-нибудь под километровыми толщами атморских льдов, или заплывать морским илом в затопших руинах Йокуды. Уж больно долог путь к заветным книгохранилищам - придется минуть целых два графства и протирать седла не менее чем целый месяц. Не говоря уже о том, что среди девчонок эта идея явно не вызовет восторга и всеобщей поддержки.
    Жизнь давно научила меня, что удача любит внимательных и рисковых. И, если этот надежный учитель подкидывает тебе вполне выгодный заказ, требующий затрат времени и сил... так почему бы нет? Даже не найдя в Скинграде желаемой наводки на остальные части артефакта, я точно найду там ценителя подобных диковин, в собственности которого и осядет злосчастный осколок, взамен, наполнив мои карманы изрядным количеством золота.
    Касаемо дальнего пути можно не расстраиваться - при должном внимании к картам должна найтись краткая и прямая дорога через Великий лес.
    Оставалось только аккуратно огласить свои планы перед спутницами.




    - Милые дамы, поворачивайте коней! Мы едем в Скинград! - резко распахнув двери таверны я влетел с ночным ветром наперегонки, решив не откладывать словесные прелюдии в долгий ящик.
    Быстро отыскал глазами столик, за которым они ужинали. На подвыпившего порывистого имперца уставились чуть-ли не все присутствующие в трапезном зале. Впрочем, было мне тогда на это глубоко фиолетово. Более занимательно смотрелись выражения лиц этой неразлучной троицы - идиотская улыбка до ушей Никоса, робкая надежда в кристально-ясных глазах Вильи, да страх и ненависть в лице держащейся за голову Рианны.
    В повисшем молчании именно она решилась ответить на это смелое утверждение:
    - Ну точно, %&!"ть, церковный орган в кустах, - бретонка уронила голову на сложенный ладони, взъерошив светлые волосы.
    - В чем проблема? - я плавно перетек за стол, сев рядом и отозвал официантку, подскочившую следом. Поесть еще успею, а вот фирменное пиво заведения не пойдет впрок после выпитого флина.
    - Ты едешь в Скинград?! Круто! Я как раз взялся за доставку посылки туда и пришел попрощаться... - ладно, в начавшейся безудержной болтовне Никоса я выделил главное. Обратился к Вилье:
    - А что у тебя, солнышко скайримское?
    Нордка краснела, бледнела, бледнела-краснела, краснела-бледнела и громогласно заявила:
    - Я знайт как спасти Мелинду!!! - так, понятно, в ней кипит ответственность за старшую сестру. - Мой оленистый друг, ты ведь не шутить, говоря о Скинграде?..
    В недоумении, увещаемый в правое ухо полуальтмером о том, что все так замечательно складывается, ему будет не одиноко в пути и, "вообще, давайте напьемся по столь чудному поводу!", а в левое обозванный на ровном месте каким-то парнокопытным я пошел напрямую, достучавшись до Рианны:
    - С текущими делами в городе и местной проблемой в криптах приората я разделался. Но, как я понял, не мне одному прилетела по голове мысль о треклятом Скинграде? - сестра молча кивала, ковыряя вилкой салат.
    - Вилька жалуется, что здешние алхимики ни в зуб ногой и никак не могут помочь в приготовлении нужного ей противоядия.
    - А Имперский Город? Там точно есть специалисты получше, - я проводил взглядом Никоса и нордку, удаляющихся к барной стойке. - И при чем тут олени?
    - Она загорелась желанием навестить давнюю подругу, живущую там. Якобы, только она может предоставить ценные реликтовые компоненты. Касаемо второго - не обижайся. Вилья хотела сказать "мой дорогой друг". Особенности акцента, понимаешь ли...
    - Ты не в восторге от таких планов. Воля твоя, можешь не ехать. Извини.
    - За что извиняться? Спорим, пока мы доедем до столицы ты раз пять передумаешь гнать лошадей в Скинград и нам даже не придется разделяться!
    - Не совсем. Если ты намекаешь на то, что мы сначала покинем коррольское графство по Черной дороге, а потом завернем возле Имперского на Золотую дорогу, то это не так. Подобный путь займет не меньше месяца-полтора. Есть верный вариант срезать через границу Коловианского нагорья и Великого леса, что будет по времени менее двух недель. Никос!
    - Чего? - отозвался тот, гордо шествуя к столу с двумя пузатыми кувшинами. Вилья поспевала следом, уже с подносом, полных тарелок чего-то дымящегося и невероятно вкусного, в сопровождении четырех деревянных чарок для питья.
    - Погоди с выпивкой! Подай, лучше, старую карту графства.
    - Какого?
    - Антиклерского, блин! По твоему, где мы сейчас находимся?
    - Коррол, так Коррол,- пожал он плечами, поставив кувшины и расшнуровав заплечный мешок, смирно висящий на спинке его стула. - Чего сразу язвить?
    Пристроив за одним столиком немаленькую, однако, карту, бутылку вина, два кувшина пива, по шесть пинт каждый, четыре порции жаркого, краюху хлеба, небольшой круг сыра, тарелку вареных раков и еще много чего съестного по мелочи (как уместилось - ума не приложу. Главное, карту не заляпали и на том спасибо), я повременил с едой, объясняя назревший план.
    - Родные мои гуарчики... Почему гуары, Вилья? Твое замечание про оленя было столь же метким. Что? Потом объясню. Так вот, раз уж всем здесь загорелось как у дракона в ж... глотке. Рианна, не надо так смотреть. Короче, вы двое, точно хотите ковылять на самый край света? Хм, синхронно и положительно. Так вот, все внимание сюда. Никос, не в кубок! В карту! Кстати, что у тебя там? Пиво светлое? Когда сварено? А, Сангвин с тобой, наливай!
    Вот Коррол, вот Скинград. Начальная и конечная точки пути ясны. Ставлю свой новый кинжал против алхимического набора Вильи, что в мыслях у вас было тащиться обратно до Города, поворачивать возле развалин Никель и счастливо катить до окружной, к пересечению с Золотой дорогой! Не будучи семи пядей во лбу, вычисляем и выходит нам сия авантюра стоимостью в добрый месяц пути. Желающие встречать праздник Новой Жизни в мрачном и сыром Скинграде есть? То-то же. Плесните еще. И подайте во-о-н того здоровенного рака, у меня с утра маковой росинки во рту не было. Спасибо.
    Но! Тут на помощь нам придут уроки истории, в лице данной карты. Гарантирую пускай и меньшие удобства пути, зато на месте окажемся гораздо раньше. Смотрим чуть западнее текущего местоположения и... И? Что это? Клякса? Никос, $%@&&*! по голове, твою растудыть %&!"; налево десять раз, клякса! Это другая карта! Четыреста двадцать пятый год третьей эры датирования! Вон, в левом нижнем углу! Ты бы еще мою взял, этого года выпуска! Налейте мне чего-нибудь, пока я тут всех не поубивал и дайте другую карту...
    Ну вот! То что нужно! Видите, через небольшую деревушку, близ коррольских стен, ведет еще один тракт? В конце-концов он пересекает Золотую дорогу, неподалеку от Теневой рощи. А оттуда немного на запад и предместья Скинграда тут как тут! На более свежих картах его нет, сказались вечные территориальные междоусобицы, мешавшие развитию торговли в графствах Коловии. Благо, за последнее столетие все устаканилось. Хм, кстати... В горле как-то пересохло.
    На дороге есть перевалочные пункты. В соп-пряжении с Золотой лжит поселение Вудланд. Небольшой по размерам городок, еще и идеально стоит на полпути у торговых подвод, катящих как в Имперский Город, так и в обратную сторону. М-да. А на середине "несущствующего" тракта... агась... вот-тут, приорат Готтлесфронт с прилегающими деревнями и угодьями. Там можно пополнить припасы и немного отдохнуть. Что это за поселение? Это Хакдирт, Виль... Вилька. Его мы не берем в рассчет - около лет тридцати назад он был уничтожен Легионами. Не знаю, там вполне могла окопаться крупная разбойничья шайка, не дававшая продыху всему графству... Какая к скампам разница?! Вояки камня на камне не оставили, пожалуй, на том пустыре даже нечисть, тяготеющая к брошенным поселениям обитать не станет. Уже заселили, говоришь? И торговлю наладили? С кем, с нечистью? Тьфу - ты, так бы и сказал, что люди. Ну и ладненько - еще одну ночь проведем под крышей! Х-ха... А что, пиво кончилось? А раки? Живоглоты, блин, куда в вас троих только лезет!
    - Ты слишком долго возился с картой, - вздохнула печальная и трезвая как стеклышко Рианна. - Даже мясо успело остыть.
    - Да, раз уж мы все обсудили... Осталось последнее, - я обратил внимание на доселе тихую сестру, - Ты... С нами?
    - А вас одних отпускать - себе дороже, - улыбнулась бретонка и с моего сердца, будто, кто-то убрал тяжелую могильную плиту.
    - Подлейте кто-нибудь, пожжалуйста? Я еще даже не пьяный, ведь так, Вилька? - пихнул локтем нордку.
    - Олени?
    - А-а-а-р-г-х! Давай объясню...

    Через день пути на запад, лес сгустился до неприличия, а под копытами коней и нашими сапогами почавкивала непросохшая грязь. Чувствовалось, что, по крайней мере, неделю над этой частью леса властвовали дожди, насквозь пропитывая обломки брусчатого покрытия дороги и вездесущую бурую глину. Низкие облака вновь скрыли небо, погружая лес в серую мглу.
    Мы шли вслед отпечаткам копыт чьих-то лошадей, подтверждая мысли, что дорога не совсем заброшена и кто-то ей все-же пользуется.
    Первые развалины попались за несколько часов до непосредственного въезда в сам Хакдирт. Выглядели они плачевно - две стены, осевший кусок крыши и целое, зияющее пустотой глазницы черепа окно. Искать что-либо в завалах смысла не было. Не мародерствовать мы сюда ехали, все-же.
    Но как выглядело это, долгожданное после трех дней дороги поселение, обещавшее отдых в какой-никакой постели и тепле? Лес плотно подступал к домам, прорастая сквозь самые ветхие и нежилые, мусор, похоже, как и зловонные навозные кучи никто не убирал последние десятка четыре лет существования городка. А те же дома, что хоть как-то смотрелись облюбованными жителями, смотрелись печально и щербато.
    Осматривая безлюдные постройки я вкратце набросал примерный план поселка: мы находились возле самого крупного трехэтажного здания, судя по вывеске - таверны. Прямо напротив, в некоем подобии захламленной мусором и отходами площади ютился колодец, окруженный жилыми хибарами, с выделявшимися высокими домами постарше. В дальнем конце высилась часовня, хранящая в потрескавшемся камне стен, выбитых окнах и побегах высохшего плюща хоть какое-то подобие былого величия. Но, величия чего? Если, сколь хватает глаз, тянутся обломки домов, пожженные, сломанные, будто тараном. Забытые и брошенные временем, что они тили ранее и какие мрачные секреты прошлого скрывают и сейчас?
    Пожалуй, если бы не многочисленные отпечатки обуви в вездесущей грязи, да лошадь, светло-пегой масти, смирно ждущая хозяина у трактирной коновязи, я бы счел не столь давнее заявление Никоса, относительно заселенности этих мест ошибочным и тронул коня далее. Чего врать, подобное желание гнетуще напоминало о себе и далее - ибо Хакдирт мне не понравился. Вонь, серость, уныние и мрак, витавшие повсюду, были, по сути, безобидной помехой в общем фоне мерзостного давления самого места. Примерно, так же, по рассказам очевидцев ощущался Бравил, после не столь давно минувшей эпидемии чумы.
    Примерно так я чувствую себя, спускаясь в гробницу или некрополь, где, в казалось бы безмятежной тишине и сырости, нет-нет да скрипнет что-нибудь, случится еле слышный тяжелый шаг, хотя, по здравому уразумению, там быть никого не должно. Недосказанность пугала. Не спорю.
    А ведь Хакдирт, с его-то непередаваемой атмосферой мог быть жертвой некого проклятия, опасного для приезжих. Или терроризируем опасными зверьми. Стоило бы предупредить остальных о своих подозрениях, но... На меня и так уже смотрели, как на параноика ( небезосновательно, впрочем, но все же...), в особенности Рианна, наверняка, уже догадавшаяся о истинной цели всей этой авантюры с поездкой в Коррол, несмотря на гладко отполированную мной "легенду", скрывавшую проблемы с Клинками.
    - Ну и местечко, - бурчал я, привязывая Сомика рядом с остальными. - Как в той старой байке.
    - А что за байка? - полуэльф поправлял притороченный к седлу длинный тисовый лук, мешавший расседлать коня.
    - Плоская такая шутка... Заблудился мужик в дремучем лесу, идет, видит - стоит высоченный черный замок. Человек здравомыслящий прошел бы мимо, а этот стучит в двери. Открывает ему уродливый страшный карлик, гостеприимно предлагает переночевать. Идут в отведенную комнату, в черной-черной башне, в маленькую-маленькую каморку. А там, страшный бардак - запекшаяся кровь на полу, отпечатки кровавых рук на потолке, за стеной цепи гремят, под кроватью шебуршится кто-то... Классика жанра. Бедный тупица и спрашивает:
    " - А у вас тут ничего необычного не происходило?". На что горбун отвечает: " - Да вот, понимаешь, лет десять назад один из постояльцев живым проснулся..."
    Никос засмеялся. Я позволил себе скромную кислую ухмылку.
    Помещение встретило сыростью, слабой вонью неопределеного происхождения, еще более неопределенного периода старости мебелью, грязным полом да зелеными от времени досками стен и балками перекрытий.
    Напророчив себе на голову, при посещении внутреннего убранства таверны встретился с пресловутым горбуном, в виде трактирщика, спавшего стоя за прилавком. Ну, или он был не совсем горбатым, может, очень сутулым. Я не рассмотрел в окружавшем мраке. Поэтому, рассмотреть толком хозяина не смог.
    - Добрый день, - трактирщик оклемался, злобно зыркнув в мою сторону блестящими глазами. - Я и мои друзья хотели - бы остановиться у вас на ночь...
    - Тридц'мать септимов. С кажн'мого, - проскрипел тот тихим и булькающим голосом. - Корм'ить не буду, на вопросцы ваши отм'ветствовать тожить.
    Однако расценки у них здесь.
    - Эй! А поменьше нельзя, все же не Имперский Город, удобства не такого уровня!
    - Чужак совсем шалопай. Все чужаки скопидомы, а ты подавно сталм'быть... Не хош, проваливай!
    - Ладно, - я выложил нужную сумму, дав себе зарок, что постараюсь более не пересекаться с этим грубияном. Получив указания, в какую комнату можно заселяться, отнес туда вещи свои и девчонок.
    Из крайней левой комнаты правого крыла, второго этажа, я вынес неутешительные выводы, что здесь нас считают совсем за дураков. Кровати всего две - обе пыльные, старые и односпальные. Вид из окна на серо-рыжий мокрый лес, будто в этом есть что-то особенное и информативное для впервые приехавших гостей города. Хм, парни явно не умеют делать себе рекламу, или они редкостные консерваторы.
    Перекусив на скорую руку я даже не стал раскладывать вещи, повинуясь проснувшемся духу авантюризма, оставил спутников в комнате одних и решил осмотреться в округе. Секундно похулиганил , покинул таверну через окно второго этажа в дальнем левом конце коридора, спрыгнув на козырек конюшни, а оттуда и на ровную землю.
    Начал накрапывать мелкий дождик, но благодаря теплому плащу и плотной коже куртки он был нестрашен, скорее, действуя на нервы и в без того удручающих пейзажах.
    Я медленно и осторожно обходил развалины, стараясь держаться в стороне от жилых домов, так-как заходя в таверну заметил излишнее внимание местных, по отношении к своим гостям, выражавшееся в устремленном их созерцании, со стороны нескольких лиц, предпочевших держаться поотдаль, у крайних к церквушке домов. Отчего-то не хотелось попадаться на глаза аборигенам. Мало-ли, камнями побъют из-за шалости.
    Мое знание истории оставляет желать лучшего, хотя, приходилось копаться в ветхих архивах, выискивая старые карты, архитектурные планировки особняков или информацию относительно некоторых ценных вещиц, с сопутствующими их появлению - хранению - местоположению событиями. О Хакдирте я знал мало. Примерная дата его основания отходила к триста сороковым годам этой эры, то есть, около столетия назад. Упоминалось, что тут были глубокие и богатые шахты, хорошо снабжавшие Коррол рудой и углем. Гораздо интереснее, причина его уничтожения, случившегося не более тридцати лет назад. Версия о разбойничьих намерениях, захвативших умы некоторых жителей, подмявших под себя силой войта поселения, казалась мне наиболее приемлемой. Впрочем, бытовали слухи, якобы именно церковники не хотели мириться с наличием на карте этого городка, подвергнув священному огню инквизиции его еретические стены. Даэдрапоклонничество? Как вариант, но тогда замять истинные мотивы аутодафе не получилось бы, слишком уж скользкая это тема. Несколько сотен, считай, тысяча людей, поклоняющихся какому-нибудь Молаг Балу, устраивая кровавые пиры и оргии в его честь?
    Звучит необычно, в масштабах такого поселка.
    И необычайно громко.
    Начало темнеть. Осматривая подкопченые, но затертые временем уцелевшие куски стен, могучие стволы деревьев, чья крона, недавно зеленая, ныне тихо шуршала палым ковром под мягко подошвой моих сапог, я, к великому своему удивлению, не заметил появления одного из аборигенов, аккуратно и требовательно подергавшего меня за рукав куртки, подкравшись сзади.
    Развернулся чуть-ли не фехтовальным полупируэтом, держа руку с кинжалом под покровом плаща. Местный был невысок, очень худ, что чувствовалось глазу даже через мешковатую одежду, скрывал большую часть великоватой ему кожаной грубой шапкой, нависавшей подобно пелерине над носом и глазами. Он кутался одной рукой в драный грязный плащ, некогда зеленого цвета, но сейчас, поблекший до зелено-бурого оттенка, второй, просяще держался за меня.
    - Милсдарь... Послушшайте, я вссе молвлю, - шепелявил он, похоже, недостающими передними зубами. Судя по несломанному молодому голосу, моему собеседнику было не более шестнадцати. - Я знаю, защем вы шдесь. Это... Это все они! Они шхватили чушачку, дабы возвернуть Глубинных. Спашите ее... Я протиф етого...
    Хоть это и походило на бред тихопомешанного, я попросил вдаться в подробности, немного отстранившись от незнакомца и оглядываясь по сторонам, в расчете увидеть подбирающихся со всех сторон рослых сообщников паренька, вооруженных дубинками и сельскохозяйственными снастями, в надежде выбить из городского немного спеси. Обошлось. В том заросшем закутке, что образовывался стенами бывшего овина без крыши и осыпавшимся кирпичом скелета дома, мы были одни.
    - Фы веть за ящщеркой прикатили? Она тут торговала, сталбыть, приехала от чужаков. Да и сама чужачка. Мослин, глава нашш, повелел схватить ее, как она дня пятого нассад приехала, и утащщил в подвалы, - оборванец многозначительно показал под ноги, где если и был когда-то какой ни на есть подвал, то ныне он был давно и бесповоротно завален.
    - Это вссе Глубинные. Их-х нашшли еще деды нашших дедов. Они дали нам книгу, зело умную, но зело сстрашшенную. Потом пришли солдаты. Кто оссталсся, баяли, что Глубинные ушли, а Этира нашла сстарые книги и научилась читать руны. Заговорила с-с-с ними. Но они жаждут крови, баяла она так. Иначе помогать не будут.. Я не хочу, я боюссь Глубинных. Я не видел их. Они пришшли из глубин шахт, породнилиссь с предками, сделали насс богатыми, могучими. Но мы платили кровью, быть может и хушше... Вот, - тонкая ладонь в старой вязаной перчатке, порванной где только можно, протянула еле видный в сгущающейся тьме ключ. Оссвободите ее. Никто не долшшен страдать. Скоро Братья и С-с-сестры пойдут в Храм, читать библию. Когда колокол пробьет полночь они принессут жертву. Поторописсь. В шахты мош-шно попас-сть через лаз в таверне Мос-с-слина. А потом бегите, что мочи ессть, не оглядыфаяссь...
    Уже можно было осознать, что моя затея срезать дорогу через Хакдирт имела дендро-фекальный принцип конструирования...
    - Кгхм... Тут случаем никто не толкает скууму?
    В ответ, парнишка молча махнул рукой, призывая следовать за ним. Шли, судя по еще слабо виднеющемуся на фоне свинцово-серого неба силуэту, к церкви. Ночь скрашивала и прятала все. Я махом выпил скляночку зелья "ночного глаза", чтобы разбирать дорогу за проводником и не налететь на возможную ловушку. Но ключ взял, спрятав его в припоясный карман куртки.
    Невольно вздрогнул, увидев идущего навстречу человека, вблизи оказавшегося Никосом. Попридержал местного.
    - Что ты здесь забыл, на дворе ни зги не видно? Считаешь, удачное время для прогулок?
    - О, Девятеро, Терральт, нельзя так пугать! Я тебя даже не видел!
    - Пей чай из собачьего корня, говорят, для зрения полезно.
    - А, опять ты со своими подколками... Я тут в местный магазинчик заскочил, оценил ассортимент... Негусто. И торговка нервная, замоталась в платок с ног до головы, что-то про себя булькает. А ты куда?
    - К церкви. У меня нашелся хороший экскурсовод, так почему бы и нет? Пошли с нами, только тихо.
    Остаток пути преодолели втроем, зайдя к храму с задней стороны и проникнув внутрь через разбитый витраж одной из капелл.
    Алтарь, статуи, ничего указывающего на поклонение Девяти здесь и близко не наблюдалось. Основную часть помещения занимали криво поставленные лавки и стулья, деревянные обломки и бревна. Имелись и высокие напольные подсвечники, заплывшие воском погасших свечей. На месте алтаря, откуда добрый пастор должен вещать своим подопечным, стоял стенд, накрытый черной тканью.
    Проводник сдернул покрывало, явив тяжелую книгу, минимум тридцать дюймов диагональю, оплетенную шершавой старой кожей, непонятного цвета. Да-да, именно, что цвет таковой я не видел никогда и описать его не могу. Он открыл ее на первой попавшейся странице, жестом предложив прочесть. Конечно, Никос ничего этого не мог видеть, пришлось подходить самому.
    В глаза бросились необычные символы, по написанию даже отдаленно не похожие ни на что виденное, вроде даэдрических рун, двемерской письменности или знаков на моей "недозолотой" пластине. Везет же на подобные раритеты письменности в последнее время...
    Выполнены письмена были коряво, сомневаюсь, что чернилами, сомневаюсь, что вообще человеком. Боюсь, нашим пальцам не хватило бы такой ловкости и чувствительности в отношении выведения символов. Перелистнув страницу, наткнулся на вполне привычный даэдрик. Хоть и малый фрагмент, но все-же. Следующая...


    "Передано мне вождём Глубинных жителей. Он научил меня своему языку и рунам. Это древнее знание его народа, и мы будем следовать ему отныне и навсегда.
    Подписал в присутствии двенадцати свидетелей,
    Ирлав Мослин

    3E 345"

    Привычный тамриэлик... Заинтересованный, перевернул еще одну страницу и в ужасе отступился.
    Непонятно, что было столь страшного в этих символах, отчего я чуть-было не осел там же, на месте, пытаясь успокоить резко вспыхнувшую панику и тупую головную боль? Будто-бы гигантские толщи земли и воды давили сверху, отделяя подобно осеннему низкому небу от солнца, под которым ходит все известное живое. Но самые страшные тайны таят толщи земли, взывая через символы, выведенные тонкими и склизкими пальцами неизвестного художника.
    Выведенные кровью.
    Теперь я чувствовал этот древний запах, исходящий от исписанных страниц.
    Мальчишка захлопнул книгу, вновь накрыв ее, как было.
    - Чужим нельс-ся долго читать библию. Она напис-с-ана не для них-х. Вот, - проводник снял шапку, явив то, что повторно и почти-почти не сбило меня с ног. Лицо будто бы говорило, что прокажено какой-то неизвестной болезнью, столь отдаленно оно напоминало нормальное, человеческое. Голова его была крайне вытянута, сильно выделялись два выпученных, похожих на рыбьи глаза. Бугристая бледная кожа, с странным отливом, схожим на цвет переплета этой книги, приплюснутый нос. - Теперь ты мне вериш-шь? - прошипел он, являя острые и тонкие рыбьи зубы, похожие на таковые у утопленников. Да-да, вот что мне это напоминало - помесь лица живого человека и рыбьей морды утопца...
    - Уходите, скоро с-с-сдесь будут вс-с-е остальные. Удачи, - бросил он у самого выхода. - Ты ведь с-с-пасешшь ее, правда?
    - И, что это было? - тихо-тихо, испуганно прошептал Никос.
    - Ты видел?
    - Да, глаза привыкли к темноте.
    - Тогда слушай...
    Насколько я понял из невнятного шипения этого существа, мне была открыта тайна уничтожения Хакдирта. Местные связались с чем-то... Чем-то пришедшим из глубин шахт, захватившим их внимание. Контракт с Глубинными, кровавые жертвоприношения. Потом, нагрянул Легион, огнем и мечом пройдясь по этой клятой земле. Теперь, выжившие потомки собираются вернуть покровителей, с помощью библии и жертвоприношения кого-то из похищенных торговцев.
    - Что будем делать? - спросил Никос, немного задержавшись внутри храма, когда я уже вылез, все так-же, через пустой проем от витража.
    - У меня жутко хреновое предчувствие, касаемо происходящего в таверне. Ладно, давай пробираться туда, только осторожно. Предупредим наших, я спасу этих несчастных, а вы пока будете готовить лошадей к побегу.
    - Я могу задержать врага, если они бросятся в погоню, даже план есть, вот, послушай...
    - Слушай сюда, - я резко прервал полукровку, - геройствовать не позволю. И, тем более, гибнуть за незнакомых тебе людей. Сам я, как можно догадаться, спасаю этих пленных идиотов только ради того, чтобы не прослыть в лазах Рианны последним м#d@%0^, а в веках, пробудителем рыбоголовых упырей. Тебя это касается тоже.
    - Так вы...
    - Брат и сестра, верно подмечено? Ничего более личного, кроме общего детства.
    - Но у меня и в планах не было подставляться! Могу провернуть все и дистанционно.
    - Рожа ты альтмерская, - усмехнулся я, видя встречную улыбку Никоса. - Тебе и карты в руки. Хоть сожги здесь все синим пламенем, но чтобы во время эвакуации ты был с нами!
    Полуэльф радостно кивнул. В глазах его горели дьявольские искорки.
    - Ну хоть дождь кончился, - злобно бормотал он, скрываясь в тенях.


    Трактирщика на месте не оказалось. Я черной тенью, с кинжалом и бомбой наготове взлетел по лестнице, бесшумно прокравшись к дверям нашей комнаты. Было подозрительно тихо.
    Дверь открыл также аккуратно, не торопясь заходить внутрь. Опять мне сказочно повезло и повествование не оборвалось на этом самом месте.
    Отпрянул от двери, когда в опасной близости просвистело что-то деревянное и увесистое. В открывшемся светлом проеме комнаты, где судя по яркости, кроме свечей был запален также световой пульсар, явилась страшная как смерть Вилья, с дикими глазами, растрепанной косой волос, тяжелой ножкой отломанной от стола наперевес, в разорванной на груди рубашке, отчего я был вынужден отвести взгляд куда-нибудь в сторону, иначе же, гарантированно рискуя лечь тут с проломленной головой.
    Что сказать, я опоздал. Догадывался, что хакдиртцы попытаются раздобыть себе больше принципиального "сырья" для жертвоприношения, в лице двух беззащитных девушек. Но, я не всесилен.
    Вилья подвинулась, молча пропуская меня в комнату. Кроме Рианны, едва удерживающей мой четырех с половиной фунта веса полуторник в руках, неприспособленных к столь тяжелому оружию, в помещении обнаружилось два тела, спеленатых по рукам и ногам. Лежали они лицами (скорее уж мордами) вниз, отвернутые, похоже, из отвращения. Полуголые, обряженные в тряпье. Кожа, все того же, знакомого оттенка; местами он переливался на чешуе (!), фрагментально заменявшей привычные покровы тела. Пальцы длинные, тонкие и с перепонками. У одного явно просматривался рудиментальный спинной плавник. Он лежал в расползающейся от маловолосой головы луже крови. Второй, подергивался, распространяя стойкую вонь жженого волоса и недожареной рыбы. Понятно, сестра не рассчитала силу " шаровой молнии".
    - И? Зачем было связывать трупы? - спокойно созерцая картину заметил я.
    Бретонка охнула, выронила звякнувший меч, осела на пол. И без того испуганные глаза ее округлились от осознания ужаса. Убила она впервые. Пускай даже случайно и это был не человек.
    Попытка опросить Вилью тоже мало чего дала: нордка ругалась мешая слова из данмериса, кривого тамриэлика и яростного нордика, тыкала ножкой от стола в труп с проломленной рыбьей черепушкой, указывала на выпирающие через разрыв рубашки пышные формы и сетовала на неудачных поругателей девичьей чести.
    Перешел к радикальным мерам - вылил на Рианну кувшин воды, поймал мечущуюся как ураган Вилью за косу, притянул к себе, обнял за талию и нежным голосом, старательно подбирая красочные поэтические выражения, на ушко, пообещал закончить начатое, но незавершенное, касательно ее девственности, если она сейчас же не успокоится. Помогло. Приоритеты резко поменялись - сестренка осмысленно взглянула на мир, вскочив на ноги; Вилья, красная, что твой дракон на имперском гербе, забилась в уголок, стараясь выглядеть как можно более незаметной.
    - Можешь не объяснять. Я уже все понял, - махнул бретонке, попутно собирая нужное для похода в шахты снаряжение. - Слушай внимательно. Как ты уже поняла, здесь живут далеко не люди. И отношение к нам четверым у них, судя по всему, специфическое. Сейчас около восьми вечера. У нас есть четыре часа, чтобы убраться отсюда, прихватив с собой еще кое-кого. Собирайте вещи. Где трактирщик?
    - Мы его не видели, - покачала головой сестра.- Обнаружение жизни тоже ничего не дает.
    - Тогда неважно. На первом этаже есть вход в подвал. Я иду туда. Вы баррикадируете его следом за мной. С дверью и окнами также. Постарайтесь укрепить первый этаж, чтобы никто не смог войти. Выжидаете некоторое время, и, если никто не появится сами, тайком выберетесь через окно в левом конце этого коридора на крышу конюшни и седлайте коней. Пятую лошадь тоже, возможно, нашего полка прибудет. Должен подойти Никос. Не мешать ему, но глаз не спускать, чтобы к моему прибытию был с вами, готов к погоне. Будем драпать. Быстро-быстро.


    Мягко приземлился на пыль и каменную крошку. Сверху щелкнул засов, послышался скрип двигаемой мебели, приглушенный грохот. Из подвала, пустого, не считая вездесущего мусора и обломков, фундамента, через пролом в кирпичах попал непосредственно под своды шахты с почти осыпавшимися в гнилую труху подпорками.




    Держась у стен последовал вглубь хитросплетения тоннелей, прислушиваясь к каждому шороху, всматриваясь в наиболее темные углы, где сам и планировал пережидать по нескольку секунд пути, выжидая незваных гостей. Полунатянутая тетива лука, готовая к финальному, резкому движению, влекущему наложенную стрелу, давила на пальцы.
    Нет уж, скорее именно я был вором в этом доме. Проник в святая-святых подземного народа, откуда и повели свой род отвратные гибриды. Шугаюсь каждой подозрительной тени, танцую на грани кромешной тьмы и не столь глубокой. Тише шаг, размереннее, я ведь не хочу, чтобы эта берцовая кость человека хрустнула под ногами?
    Поворот, второй, развилка. Таюсь в темноте помещения, пропуская мимо себя хлюпающего зубастым рыбьим ртом аборигена. Двинулся дальше, когда шлепки перепонок о сырой камень стихли, а запах сырости и мерзостной рыбы исчез.
    Прятки с самим-собой продолжались около получаса. Может больше. Один из боковых проходов, ведущий резко вниз, привлек мое внимание, отчего я задержался там дольше обычного.
    Спускаться я пока не планировал. Следовало осмотреть верхний ярус шахты. Но чем так притягательна эта пустота черноты внизу? Будто, запел подземный ветер, примешав к своим балладам шаги тысяч и тысяч тонких перепончатых лап, далеко внизу, куда не зароется самая глубокая шахта, куда не проникнет никакой луч солнца, а любое ночное зрение окажется бесполезным, отдавая жителей этих царств в руки запахов и звуков. Кто знает, какие боги и дэйдра обитают там, ждут своих подданных, властвуя этими бескрайними просторами подземных гор, лесов и морей.
    Я даже не заметил, как выронил стрелу и почти-почти не свалился в эту дыру. Щелчок упавшего под ноги предмета вывел из транса. Нет, стрела канула в лету, точнее, в этот самый проход. Упал компас, вывалившись из моего кармана, лежал под ногами. Стрелка, когда я поднял его, показывала куда угодно, вращаясь чуть ли не по всей окружности делений, кроме повернутой к пролому. Хотя, по всем приметам, я стоял лицом к северной стороне. Убрав взбесившийся прибор, бесшумно побежал дальше, доставая новую стрелу.
    Тихо не получилось - вылетел в освещенную факелами, уставленную ящиками залу, попав на глаза, как минимум двоим тварям. Стрела свистнула, прошив чешуйчатое пузо одной.
    Даже кровь у них зеленая...
    Лук в сторону, хватаюсь за меч. Предварительно,метнул ослепляющее зелье в надвигающихся прыжками врагов. Привычно, разобрался со сменой оружия с закрытыми глазами, услышав кроме злобного клокотания и воплей безудержной боли, чей-то вполне внятный, хотя и на шипящих тонах вскрик. Может заложники тут? Некогда, потом разберусь что к чему.
    Пружиняще перешел на полусогнутые, меч в две руки, близ земле, покачиваюсь в полувыпадах, с одной ноги на другую. Так сложнее сбить на землю. Первый удар, по диагонали снизу, неосторожная рыбья челюсть, орошаясь фонтанами зеленой, дурнопахнущей крови отлетает в сторону. Перевел клинок над головой. Следующий выпад - предупредительный. Двое отскочили, вопя о чем-то своем, навечно ослепленные непривычно-ярким светом, но все-еще прекрасно меня слышащие.
    Укол, отскок, пируэт, рубящий. "Полумеч", когда один подобрался слишком близко, за что платит теперь, полируя лезвие своими органами. Не поворачиваясь, выдергиваю меч, с силой, используя инерцию движения, прописываю противовесом в тошнотворные костяные зубы, с добрую иглу длинной каждый. Рублю поперек туловища, пока не отошел. Второй пузырек с пояса, в сторону следующей группы оппонентов. Звон стекла под ногами выродков, красивый танец красноватой пыли в отблесках факелов, и фаербол следом. Жахнуло гнем столь сильно, что слегка опалило даже меня, стоящего футах в девяноста от локального огненного апокалипсиса. С чистой совестью, импульсами телекинеза обвалил сначала подпорки прохода, а затем самый высокий штабель ящиков, закупоривая один из путей подхода врага.
    Можно и осмотреться.
    - Я здесь! - отчаянный крик исходил из ржавой, вмонтированной прямо в камень клети, служившей, похоже, много-много лет назад кладовой в этом отсеке шахты. Там, среди сумрака, заскорузлых куч тряпья, гнилой соломы и обглоданных костей взывала измученная страхом аргонианка.
    - Сейчас открою, - ключ, полученный от неизвестного доброжелателя, похоже, единственного здесь, что не утратил остатки человечности, оказался в самый раз для этого клинящего додревнего замка, вкованного прямо в решетку. Иначе, времени взламывать его у меня нет. -Ты была одна?
    - Да, со мной приехала только моя лошадь, Цветок. Надеюсь, с ней все в порядке.
    - Светлая кобыла пегой масти?
    - Да, - мягко скрежеща слабо приспосо
  11. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2097-1-dalnyaya-doroga-korrol/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2109-1-dalnyaya-doroga-iz-glubin/ Следующая глава.

    Оказалось, что этот город обожает площади. По крайней мере, на путеводителе я насчитал три наиболее крупные, где общественная жизнь, проще говоря, кипела. И ныне я созерцал, не сходя с промерзшего за ночь крыльца постоялого двора одну из достопримечательностей Коррола.
    Статуя, чего уж говорить, была прекрасна - престарелая мать и молодой воин, явно ее сын, умирающий на коленях родного человека. Помнится, я как-то имел дело с парой платиновых, во много уменьшенных копий сего памятника, в виде драгоценных статуэток, да созерцал как-то картину, по мотивам композиции.
    Занимательно.
    И статуэтки немало стоили.
    На улице только-только стало светать, было довольно пустынно и сумрачно. Пешком я покинул город и пешком же, не возвращаясь в конюшню, двинулся в ближайший перелесок, откуда, проезженная дорога должна была вести через достаточно заселенные предместья, прямиком к приорату. Пожалуй, такая прогулка заняла бы в раза два меньше времени верхом, но я ведь был впервые в Корроле. А если ты хочешь узнать незнакомые места получше - ходи, наблюдай и не торопись.
    День, как ни странно, обещал быть ясным. Пожалуй, этот месяц Начала Морозов выдался слишком солнечным, хотя, обычно именно с этого времени все скатывалось в непроглядный мрак, серость и дожди, вплоть до Утренней Звезды.
    Минув лесной массив я принялся за подъем в гору, где уже ютились первые крайние сарайчики неизвестной деревеньки, что прятались за, местами плетеные, местами досчатые, а местами сколоченные из длинных палок заборчики. По правый склон горы шел овраг, уходящий сначала полого, затем круто вниз, к покинутым полям, а затем, снова вверх, к смешению величественных сосен, раскидистых кленов, да неких иных деревьев, сыпавших листьями в розоватом, багреющем восточном тумане, откуда всходило красно-пурпурное солнце. Небо достаточно окрасилось в синий, чтобы его контраст ближе к дальнему лесу стал очень явен, перетекая в клубящееся розовое марево, плещущееся, что твой океан о дальние овраги и чьи-то домишки, далеко-далеко на отшибе.
    Недолго любуясь туманным восходом шел дальше. Свернул с разъезженной брусчатки, проложенной через наиболее оптимальный к проезду край деревушки, разламывал каблуками сапог подсохшие в мерзлоте гребни грязи, оставшиеся от проезжающих считанные дни назад подвод. Пинками отбивался от назойливых собак, норовящих прокусить край плаща, или твердую кожу обуви на голенище, улыбался ранним сельским девицам, скрывающим ладные фигуры за плотной теплой одеждой, да спотыкался о неосторожных куриц, неизвестно что забывших вне пределов курятника в столь холодный месяц.
    Все более клонящееся день ото дня к южному горизонту солнце поднялось настолько, что касалось очень далеких верхушек деревьев. Решив про себя, что ныне где-то около восьми часов утра, и остается совсем мало времени до полудня, я слегка ускорил шаг, покидая деревню. У меня все-же, кроме явного дела в приорате были планы на вечер, относительно нескольких антикварных лавок и частных коллекционеров, да и не очень-то горелось желание встречать простецких сельских парней, всегда охочих до драки, особенно к городским. Таким, пожалуй, бывает начхать, что ты вооружен, особенно, если неграмотных тружеников полей с десяток и они подвыпивши. Легендарные кровопролитные драки, на дрынах вырванных с мясом из плетней, отнюдь не сказки и имеют место быть. Да так, что опытные пехотные алебардисты порой, зеленеют от зависти к крестьянскому мастерству, берущему свои корни от постоянных упражнений с вилами и лопатой.
    Что до вечерних планов? Нет-нет, я совсем не собирался разворачивать свой противозаконный промысел в незнакомом мне городе. Дело в том, что вор неопытный и начинающий, только в путь, имеет привычку совать свой нос куда не попадя, полагаясь на гильдейских хапуг ли, на милость стервозной Ноктюрнал, или еще на что-то, что взбредет им в голову. По идиотски, впрочем, но попадаясь на этом. Для проворачивания серьезного дела, требуется кое-что большее, чем личные умения, подходящие инструменты и сопутствующая удача.
    Требуются люди. Люди надежные, что дадут тебе карту предполагаемого плацдарма, для проворачивания темных делишек, предупредят насчет обстановки сил охраны объекта, дадут наводки и заказы на самую ценную добычу и многое-многое другое. Это целая сеть, и хороший вор, как резвая рыбка должен уметь в ней трепыхаться.
    Вовсе нет. Я иду с доброй волей, как посетитель и интересующаяся личность.
    Чем же я буду интересоваться? Пресловутой золотой пластиной, треугольной формы с закруглением на торце, что ныне покоилась в наплечном мешке. Символы испещренные на всей ее внешней поверхности, увы, пока неизвестны мне. Это не Даэдрик, не близкий к нему Данмерис, не Айлейдис, не Альдмерис... А что тогда? Языков десятки, живые и мертвые, у каждой расы. Лично я знаю только общепринятый Тамриэлик, пару слов на Бретике, милые комплименты Данмериса и по чуть-чуть ругательств вразноброс, и то, благодаря хорошему старому знакомому, что свободно матерится на всех известных языках и кое-чему обучил и меня.
    Может быть это язык нецивилизованной расы? Как бы то ни было, встреча со знающими людьми рассудит меня со всеми этими сомнениями и размышлениями.
    Пластина. Тяжелая, однако. Проба грязного и потускневшего золота там явно не указана, на то это и артефакт неизвестной древности. Но очень старый, определенно. Никому из своих о произошедшем той ночью, во сне или наяву, я не рассказывал.
    А что именно произошло? Версии так и вертелись в голове, не складываясь толком, ни во что подходящее. В Университете я проходил краткий курс прикладной светлой некромантии, ныне даже запрещенный по одним ведомым Магическому Совету причинам. Ничего особо ужасного и противозаконного там не было - чтение бестиариев, простейшее поднятие безопасных трупов, работа со светлыми душами и детальное изучение методов борьбы с нежитью и ее упокоения. Но даже оттуда, собирая скудные остаточные знания, изрядно поистрепавшиеся за годы забытья, я не могу припомнить хотя-бы одну подходящую под описание тварь, как та, что нанесла памятный визит.
    Она нематериальна? Возможно. Эктоплазматические сущности, порой, растворяются без образования концентрированного осадка (что, вполне, объясняет ее исчезновение поутру), но при этом, способны длительно взаимодействовать с материальными объектами. И, ставлю на то, что тварь активно использовала магическую школу Иллюзий - призраки не могут столь быстро перемещаться в материальном плане, предпочитая в силу определенных физических факторов, медленно "плыть" по воздуху.
    А располагающие в своем арсенале изощренными чарами Илюзии способны на многое. Так, например, финал драки мог быть всего-лишь мороком, а неизвестный реликт смылся, обронив пластину и усыпив меня. А может и нет.
    Это ведь все домыслы. Не более.
    Правда, как это обычно бывает, лежит куда как глубже. Порой, ее не найти. Совсем не найти.
    Ветер гнал палые листья навстречу, развевая полу плаща. Меч приятно отягощал пояс с левой стороны, почти не мешаясь на ходу.
    Дорога делала поворот, спуская вниз, к лесополосе, тянущейся вдоль тракта и просвечиваемой солнцем стволы, подобно коллонаде незнакомого дворца. Где золото падало с неба, будто приветствуя мое триумфальное шествие.
    И куда? На поклон к Клинкам в дурацкий приорат? Я кисло усмехнулся. Будто нельзя было придумать лучшего места для тайной ставки разведывательного блока Ордена. Та же самая пивоварня вызвала бы меньше вопросов, чем, например, толпа благообразных монахов, каждое утро упражняющаяся с деревянными поделками на тему акавирской катаны... Да и у пивной больший потенциал на выведывание немаловажных сведений среди посетителей.

    Однако же, ничего подобного и гротескного я в приорате не заметил. Во дворе уж точно. Сразу же, ко мне подлетел тощий молодой монах, обряженный, как и все прочие его братья из черного духовенства Церкви Девяти, в мешковатую перепоясанную веревкой серо-бурую робу с откинутым капюшоном. Вопросив, по какому поводу я прибыл в монастырь, он получил ответ и честно вознамерился провести меня к настоятелю.
    В свою очередь, я принял подобное предложение и осторожно проследовал за остриженным в жилые помещения приората Вейнон - второе по размеру строение, после часовни, на его территории.
    Рабочий кабинет святого отца располагался в правом крыле, на верхнем этаже. Выглядел он более чем заполненным и оживленным - книжные шкафы у стен, солидные сундуки и комоды в промежутках архивной мебели, неплохой ковер, однако... Но, в остальном, все просто, без золота, блеска, безумно ценных вещиц , как принято у небедствующих на деньги верующих крупных церковных шишек. Ох, подозрительно выглядит эта контора, ой подозрительно!
    Единственным источником дневного света являлось крупное витражное окно, располагавшееся прямо позади рабочего стола настоятеля.
    Старик, восседающий за этим столом, по всем канонам здравого смысла не мог быть никем иным, кроме как настоятелем Джоффри, подробнее о котором я узнал из смиренной беседы с пастором часовни Стендарра и трактирных сплетен. Утверждали, что он бывший военный, отшедший от ратных дел и посвятивший себя служению Девяти.
    Н-да, не очень уж далеко от истины, кстати, утверждали. Клинки, во множестве своих подразделений являются открыто действующей императорской гвардией, отрядами специального назначения и высокопоставленными телохранителями. Но, все-же, шпионский корпус Ордена, как по мне, самый мерзостный. Хотя бы потому, что не гнушаются никакими методами и успешно докопались до меня...
    - Я брат Джоффри. Что вы хотите от представителя нашей скромной обители? - старик оторвался от желтых пергаментов, усеивающих все свободное пространство стола, уставленное также книгами и письменными принадлежностями.
    А ведь он в достаточно почтенных летах. Не то чтобы слишком, но бретон разменял, на вид, уже пятый десяток лет. Даже тонзура грязно - седых волос не могла скрыть их стремительное редение. Глубокие морщины залегли на лбу, у глаз, на щеках и подбородке. И эти глаза... Такие же старые, холодные, видевшие едва-бы не сотни людских смертей.
    На ратном поле или от удара катаной в спину. Без разницы.
    Главное одно - не следует долго смотреть в глаза, подобные им.
    - Я Терральт - посланник последней воли Императора, направленный сюда по указанию господина ла' Роша. Император... Он просил найти вас.
    - Император Уриэль? Так ты знаешь что-то о его смерти? - чувствовалось, что бретон насторожился. Глаза его на миг блеснули, осматривая меня с ног до головы. Надолго наши взгляды встретились. Я старался не отводить глаз в сторону, но, не выдержал.
    - Посмертно он назначил меня хранителем Амулета Королей. Я присутствовал в момент... покушения.
    - Амулет с тобой?! - в ответ я извлек из кармана куртки льняной сверточек. Отогнув края, освободил на волю хранящийся там кроваво-красный свет камня.
    - Этого не может быть, - на выдохе изумился Джоффри. - Дай-ка я взгляну на него.
    Осторожно я передал тряпочку с драгоценностью в руки собеседника.
    - Да, это он...- еле слышно и благоговейно, наполнившись печалью пробормотал он. - Кто ты? Откуда это у тебя? И, самое главное, что ты знаешь о смерти Императора? - голос его отвердел до приказного тона.
    Судя по всему, в сложившейся сумятице, Джоффри не обладал всей полнотой информации о случившемся. Это можно списать на расстояние между городами, требование соблюдения конспиративности в передаваемой по крупицам информации? Да и ладно, не моя забота, главное, что сейчас надлежит выставить себя в лучшем свете, чтобы меня наконец оставили в покое.
    На весь рассказ ушло около получаса. Слоняясь по помещению, восседая на предложенном стуле, не важно как, но я описал убийц Императора, поведал о гибели его телохранителей и последних словах Уриэля, походивших более на бред, че на завещание.
    - Хоть твоя история и невероятна, я верю тебе. Только странная судьба Уиэля Септима могла вверить твоим рукам Амулет Королей.
    - И? Что теперь? Кто такой этот Принц Разрушения и его "врата Обливиона"? Надеюсь, я могу поинтересоваться о этом?
    - Но дела важности в масштабе Империи, - Джоффри поднял голову.
    - И ныне покойный Император завещал мне эти слова, что подобны ключу от этих самых дел?..
    Я решил взять свое и повести разговор в нужное русло.
    - ... значит, сделал он это с неким умыслом?
    - Вы опасно и глубоко копаете, Терральт.
    - Ну уж за проделанный сюда путь, я, как минимум имею право знать. Знать, стоит ли в надвигающейся буре кидать концы в воду. А она будет, я предчувствую. Но, что именно? Гражданская война? Интервенция из Акавира? Скромный переворот в белокаменных стенах дворца?..
    - Все гораздо хуже. Принц Разрушения, о котором он говорил, не кто иной, как Мерунес Дагон, один из лордов мира демонов. Обливиона. Слова Императора - "Затвори мраморные врата Обливиона" - определенно говорят о том, что он предчувствовал угрозу, исходящую от Обливиона. Как давно установлено, смертный мир защищен от дэйдра Обливиона магическими барьерами. Я не разбираюсь в этом. И не знаю. Только императоры полностью знают все стороны ситуации и ее связь с ритуалами коронации, - старый Клинок удосужился встать из-за стола, повернувшись лицом к окну, созерцал залитый осенним мягким светом, огражденный деревьями дворик приората.
    - Амулет Королей очень древний, - продолжал он. - Сама Святая Алессия получила его от Богов. Это священная реликвия величайшей силы. При коронации, император использует Амулет для возжигания Драконьих огней в Храме Единого в Имперском Городе. Теперь, Император мертв, а его наследник не коронован. Драконьи огни в Храме затухают. Впервые за очень многие века. И, может статься так, что Драконьи огни защищали нас от угрозы, о которой знал только император.
    - Я слышал, что все прямые наследники мертвы. Должно быть, ваш Орден располагает сведениями, относительно убийц. А вопросы престолонаследия меня не особо волнуют. Гораздо важнее трогательное отношение Принцев Даэдра к смертному миру, ведь так? Дагон был в памятном сговоре с Джагаром Тарном, также, некогда он уничтожал Морнхолд, а тот-же Молаг Бал покушался на сам Имперский Город. Назревают плохие аналогии.
    - В том-то и дело, что косвенно упомянутое вами вторжение сил Обливиона вполне имеет место произойти. Не знаю, - покачал головой старик. - Слишком уж удобная ситуация сложилась для даэдра. Еще месяц-другой, и Драконьи огни погаснут.
    - Война? - тихо выдохнул я.
    - Скорее бойня. Бойня, которой можно избежать. Ты неглуп и должен знать, что все уже сказанное и то, что я скажу тебе сейчас, должно остаться в пределах этой комнаты...
    - Равнозначно, мне это неинтересно. Я сделал свою часть работы и ожидаю какой-никакой награды. Но, впрочем, вы можете дать мне надежду на светлое будущее.
    - Наследник. Тайный наследник Уриэля. Я один из немногих, кто знает о его существовании. Много лет назад, я служил капитаном телохранителей Уриэля. Как-то ночью Уриэль позвал меня в свои личные покои. В колыбели там спал новорожденный мальчик. Уриэль приказал мне доставить его в безопасное место. Он никогда и ничего не говорил мне об этом мальчике, но я знал, что это его сын. Время от времени он интересовался жизнью ребенка. Теперь, похоже, этот незаконорожденный стал наследником трона Септимов. Если он еще жив. Последние сведения датированы годовой давностью. Нашу надежду зовут Мартин, он служит Акатошу, в часовне города Кватч... Наши агенты в городе будут оповещены, они найдут сына Уриэля и доставят его в безопасное место. Если враги знают о его существовании, что вполне вероятно, Мартину грозит страшная опасность.
    - Последний вопрос, ладно?
    - Да-да, что вам угодно?
    - Зачем вы рассказали все это мне? Лично я не собираюсь заниматься помощью в поисках наследника. Вербовка? Пожалуй, и любая другая работа на вас мне неинтересна.
    - Это необычайно смело, - Джоффри улыбнулся, переместившись обратно за стол.
    - И глупо, хотели вы добавить? Понимаю, что я сейчас в положении мелкой лисицы, тяфкающей на разъяренного медведя, но лис быстро петляет и может спрятаться там, где косолапый не сможет пролезть. Родных, семьи, друзей и возлюбленных у меня нет. Касаемо моих спутников, о которых вы осведомлены даже лучше меня, то шантаж с их участием ничего не даст вашему Ордену. Вы побоитесь ссориться с влиянием семьи Вераннон, а на остальных двоих мне просто плевать. У этой лисы короткий хвост.
    - Поэтому я и рассказал вам. Не хотелось бы, проснувшись поутру, обнаружить пропажу важных документов из архивных ящиков своего стола. Лучше уж так. Наши ищейки с ума сходили, пытаясь выследить вас, при условии, если вы даже не догадывались о том, что открыт сезон охоты на лисов. Не побоюсь такого утверждения, вы даже немного не в своем уме...
    - Надо-же, откуда такие выводы?
    - С какой целью воры выходят на промысел? Прокормиться, достать лишний септим на теплый кафтан лютой зимой - ими движет бедность. Или заработать много денег на безбедную старость, подняться в Гильдии по рангу...
    - Ага, или получить взятку, подмахнуть пару контрактов купли-продажи земельных участков и провернуть денежную махинацию на ровном месте, для обогащения и без того немаленькой личной казны. И это, при условии, что чиновникам и без того немало платят. Короче, святой отец, меньше всего я хочу сейчас двух вещей - уйти отсюда прорубаясь через строй боевых монахов и слушать ваши проповеди.
    Настоятель вздохнул:
    - Ты психопат с привычкой воровать, чтобы воровать еще. И ничего более тебя не интересует. Странное призвание, но осуждать я его не могу. Ладно, вот, - на стол лег увесистый кожаный мешочек, насчитывающий в себе, с первого, броского взгляда, более сотни септимов. - Амулет останется у меня. Здесь он будет в большей сохранности, до прибытия Мартина.
    Я забрал кошель и уже повернулся чтобы уйти.
    - Спасибо. Было приятно прийти к общему соглашению сторон, - бросив напоследок, вышел за дверь, к лестнице на первый этаж.
    Ладно, вроде как от Клинков отвязался. Вряд-ли надолго. Тем более, что Император и сам что-то бормотал, в предсмертные минуты, о своем наследнике. Но ехать на край света под указку грандмастера Ордена, а потом возвращаться в компании отбитых хитрозадых фанатиков порядка и законности в Империи, служа нянькой еще одному священнослужителю... Извините, это стоит дороже, чем Джоффри может себе представить.
    Ну, или у него завалялись в загашнике лишние полграфства и рука данмерской принцессы в придачу?
    За меньшее я не согласен!


    Любуясь закатом, мерзнув и весело звеня полученными деньгами я вернулся в Коррол перед самой темнотой.
    Определенно, этот наимилейший город не мог меня не радовать своими чистыми озелененными улицами, нарядными горожанами и вежливой стражей. Минув храмовую площадь я завернул в жилые кварталы среднего класса, где, по наводке Никоса и жил заказчик памятной вазы. Расспросив парочку встречных, получил подробный маршрут до дверей дома коллекционера.
    С порога встретил меня слуга-каджит, выслушав просьбу и проводив к хозяину.
    После скудной и формальной обстановки приората, та роскошь в которой я оказался, пришлась более-чем по духу. Ковер на полу был несравненно богаче, дорогие шелковые шторы притеняли и без того скуднеющий свет с улицы; резная мебель из заморских деревьев, а уж чего стоят серебряные вазы на тумбах, блестящие в трепещущем свете дорогих настенных светильников...
    Хозяин - облаченный в темно-зеленую мантию, степенного вида престарелый альтмер, по имени Альнаиэль, предложил сесть и выпить. Пожалуй, это место нравилось мне все больше и больше. Особенно, когда я приложился к стаканчику флинна.
    - Золотая пластина говорите? - альтмер рассматривал артефакт на свету, со всех сторон, проводил пальцем по сколу с угловатой стороны, что-то искал в принесенных хаджитом книгах, насчет резьбы и знаков.
    - Увы, вынужден разочаровать, но это не золото. Точнее, доля золота в данном сплаве велика. Она-то и придает такой блеск фрагменту. Тут нечто на уровне двемерской металлургии, древнее, прочное, слишком походит на их сплавы, но, также, не оно.
    - Сильно отразится на цене?
    - Да. За обычный кусок золота, по параметрам схожий с таковым вы выручите раза в три меньше денег. Обращайте внимание на интересующихся покупателей. Любой из Гильдии Магов душу продаст за подобную находку. в ее культурологическом значении.
    - Хм, - я поудобнее развалился в кресле. - Это касаемо письмен?
    - В точку. Написанное я не могу прочитать, тем более, что тут от силы треть долженствующих символов. Судя по углу скола, если предположить, что первоначально артефакт был округлой формы, должно существовать еще два фрагмента. Вам следует обратиться к другим специалистам, больше смыслящим в языковедении, а таких в Корроле, увы, нет даже в филиале магической Гильдии. Вот в Скинграде, например... Ах, знали бы вы, какая там библиотека. Я же, к сожалению, коллекционирую предметы роскоши и работы истинных мастеров своего ремесла.
    - Скинград? - с мягкой ухмылкой, покопавшись в карманах я выудил три несомненно прекрасные мраморные статуэтки , с пол-ладони величиной, прихваченных за время моего пребывания в приорате. - Можно ли поподробнее? Тем - более, что в отместку за информацию и гостеприимство, я готов предложить товар, что, наверняка, покажется Вам небезынтересным...
  12. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2095-dalnyaya-doroga-zolotoy-svet-na-efese-mecha/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2106-1-dalnyaya-doroga-korrol-chast-vtoraya/ Следующая глава.

    В темные и пасмурные ночи месяца Начала Морозов, порой, туман сходит на ковер из палой листвы, клубясь между мрачными стволами многолетних деревьев. Он липкий и противный в своих объятиях, так, что ни один костер не может его отогнать, осветить своим жаром хотя-бы пятачок безопасной земли.
    Никто не знает, что там, за пеленой. Бесцельно ли оно бродит? Выжидает? Отчего, лошади столь беспокоятся в такую ночь, будучи привязаны в считанном десятке метров от расположившихся рядом людей?
    Тогда я вызвался дежурить в последнюю очередь, в так называемый "час между волком и собакой", самое сложное для вахты время, когда туман наиболее густой и нестерпимо хочется спать. Вопреки многим легендам, не полночь является излюбленным временем нечисти, призраков и некромантов, но именно этот короткий, темный в холодные времена года, промежуток от двух ночи и до первых петухов.
    Держа меч наготове и периодически прикладываясь к выданной Вильей фляге с настоем, улучшающим зрение в темноте, я регулярно подкидывал огню дров. Мы остановились на достаточно открытом месте, где несколько произрастающих рядом деревьев, образовывали некое подобие рощицы, в отдалении на несколько десятков футов от остальных зарослей. Старался крутить головой на все триста шестьдесят градусов - что-то мне не нравилось в этом тумане, будто, кто-то вбил тупую иглу под сердце, холодя поджилки.
    Не внушали доверия и близлежайшие дорожные ориентиры, на этом участке пути в Коррол, где нас застала ночь. С пяток миль на северо-запад, карта указывала на давно заброшенную деревню, вымершую, то-ли из-за бушевавшей некогда эпидемии, то-ли по иным, своим, причинам. Где-то, в глубинах Великого леса, далеко на западе, затерялся печально известный Хакдирт, вздыбились осыпающиеся пустые айлейдские города, да горели в хмари и тьме огни факелов у постаментов даэдрических святилищ.
    Поганое, ой поганое местечко мы выбрали для сна.
    Благо, остальные, за исключением разволновавшихся лошадей, уже давно и крепко спали.
    Странности недолго заставили себя ждать. Некто, одним лишь силуэтом замелькал в серой дымке неподалеку. Он был долговяз, движениями и прямохождением хоть и напоминал человека, но был быстрее и... неестественнее? Да, слишком уж ломанной была его походка.
    Он приближался. Заорав своим, чтобы просыпались и готовились к обороне, выхватил меч. На всякий случай, я тоже вышел чуть вперед, дабы не зацепить друзей, если дело дойдет до драки. На ходу осушил крошечную склянку зелья обнаружения жизни.
    Тварь была одна. Теперь я четко видел ее в форме расплывчатого черного контура среди окружения тумана. Поняв, что эффект неожиданности пропал, она ссутулилась и необычайно быстро, переставляя длинные ноги, боком, заходила по широкой дуге, прикидывая себе удобный момент для броска. Когтей и прочего оружия я не заметил, но, судя по специфике изменения формы силуэта, нечто было обряжено в просторно ниспадающие одежды.
    Нежить? Нет, запах разложения отсутствует, плюс, на него распространяется действие зелья...
    Мы кружили друг против друга битых три секунды, после чего тварь неожиданно возникла совсем рядом. Я, спонтанно и, более благодаря чуду и удаче, успел отскочить. Ни о каком уколе мечом, с целью удержать на расстоянии, речи быть не могло - резанул как смог, кромкой, чуть ниже левой верхней конечности, вблизи, и впрямь похожей на руку.
    Пока отступал спиной вперед немного удалось рассмотреть оппонента - на две головы выше меня, хотя при моем росте в шесть футов, я себя не считал человеком низким. Одежда грязно-черная, изодранная и... непонятная. Тонкие руки с длиннющими пальцами держит свободно, хотя, все время пытается ими за меня уцепиться. Ткань капюшоном покрывала и голову, выдавая на месте лица старую черную сталь шлема, острой кромкой забрала схожего с сильно сплющенным остроносым арметом.
    Леденяще взвыв, вздыбив руки он подлетел почти вплотную, встретив острие меча корпусом. Словно прорезая слегка рыхлую глыбу льда, клинок замедлил ход в теле существа. Я вложился весь, давя рукоять в сторону, только бы разрезать этот кошмар, избежать его пугающих лап, что были готовы сомкнуться на моей шее.
    Тварь упала, резко оборвав крик и более ни издав ни единого звука, залив меня и траву вокруг черной непахнущей жижей, похоже, заменявшей ей кровь. Сделав шаг назад, осел на траву и я.
    Среди рваных тряпок блеснуло золотом. Перемазав руку в черноте выудил оттуда находку. Кусок металлической тарелки или пластина? Вроде, даже золотая.
    Стоп, но где остальные? Рианна, Вилья?... Встав и оглянувшись на стоянку я обомлел: костер все так-же ясно горел, вещи лежали на местах, а лошади даже несколько подуспокоились. Но, никого там больше не было.
    - Эй! Хватит таких шуток! Меня, между прочим, тут чуть не растерзали! - холодея от ужаса прокричал я в пустой туман.
    Никакого ответа не последовало. Они даже не сбежали, тогда бы я хоть увидел их силуэты.
    Бросив находку я побежал было к лагерю, но тут, холодная, как оказалась, металлическая рука намертво ухватила за ногу. Упав, только и успел увидеть красные точки глаз в смотровых прорезях забрала шлема, накрывающей меня тени, что торжествующе выла над своей победой...

    Открыв глаза я обнаружил себя сидящим на холодной земле, спиной к стволу дерева. Меч покоился в ножнах, совсем рядом слышалась болтовня девчонок. Бегло осмотрев одежду, убедился в отсутствии на ней черных пятен.
    Неужели просто приснилось?
    - Похоже, ты переутомился и задремал, - встретила меня Вилья. - Скажи, та настойка "Кошачьего глаза", что я сварить вчера вечером не могла усыпить тебя?
    - Нет-нет, ничего, - отмахнулся я. - Путешествия в холодные месяцы года всегда отнимают много сил.
    - Я подумала, что в рецепт попала ощибка.
    - Ну, даже так, снотворное все-же лучше яда.
    - Жаль, я совсем не умею их готовить, - погрустнела она. - Иногда, у моих зелий бывают плохие качества, но они пустяк.
    Хуже плохого алхимика, только хороший алхимик, удрученный своими неудачами. И я решил подбодрить ее на своем примере:
    - Зачем тебе яд? Ты же не собираешься никому мстить или работать асассином на полставки. Например, мои навыки зельеварения не только оставляют желать лучшего, но и опасны для окружающих, - и действительно: любая попытка что-нибудь создать из любых, даже самых безобидных ингридиентов, приводит к появлению на свет мутно-зеленой бурды, обладающей всеми опасными свойствами agua regisa, за добавлением нежелания контактировать с другими декоктами, растворять металлы или хотя бы счищать с них ржавчину. Зато здорово прожигает мясо до костей, это да. Университетский преподаватель алхимии оценил по достоинству. Да еще так красочно об этом отозвался, пока посылал за целителями!
    - Но мне еще много совершенствоваться. Очень много.
    - Я слышал в Корроле есть неплохие алхимики. Пока мы там будем, возьмешь у них пару уроков.
    Договорившись о совместном поиске в городе учителя при лаборатории, она с лучезарной улыбкой убежала завтракать.
    - И как ей только не холодно? - нордка порхала по стоянке без плаща и куртки на меху, одетая лишь в штаны и плотную теплую рубаху с начесом, хотя, наряду с туманом, ощущалось и сильное похолодание.
    - Скайримцы на уровне расово-наследуемого критерия не подвержены влиянию летально низких температур, - мрачно зевая подошла Рианна. Посеревшая и невыспавшаяся. Как и всякому человеку, привыкшему к удобствам городской жизни, неделя беспрерывной седельной тряски, вкупе с ночлегом в спальнике, не пошли ей на пользу в плане самочувствия.
    - То есть?
    - То есть, она может в лютые зимние морозы спать ночь напролет в сугробе. Причем, даже пьяной и голышом. Завидую...
    Пока остальные сворачивали лагерь и седлали своих лошадей, я, более на уровне предчувствия, чем здравого мышления отошел примерно на то место, где ночью, во сне ли, наяву, меня посетило страшное видение. Пожухлая мокрая трава не казалась примятой, не было и намеков на высохшую темную жижу. Но кровь застыла в жилах, а разум помутился.
    Среди поникших травинок сиротливо валялась желтая металлическая пластина, покрытая неведомых форм резьбой и знаками.

    В Предместья мы въехали поздно вечером, сопровождаемые сгущающимися сумерками. Дорога уже давно шла в гору, намекая на близость Коловианского нагорья, а густые леса расступились, все чаще уступая место пастбищам и полям. То и дело, через частоколы древесных стволов виднелись скупые огни деревень и уединенных ферм.
    Немного не доезжая до городских ворот, наши лошади обогнали гордо и шумно шествующую ватагу местных крестьян, насчитывающую дюжины полторы голов. Или даже больше - так-как некоторые головы они несли, воздев их на вилы.
    - Гоблины? - оказавшись поближе я поморщился. Некоторые боевые трофеи селян имели сильные повреждения, но, без сомнения, были добыты именно сегодня.
    - И? Что это значит? - кивнул Никос в сторону еще не отошедших от бойни, разгоряченных людей.
    - Похоже, зеленые пакостники чем-то насолили честному трудовому люду и теперь, еще одна пещера в округе стала пустой и безопасной.
    - Там некоторые головы принадлежали самкам. А вон та, поменьше, детская, - вздохнула Рианна.
    - Что поделать, - равнодушно разведя руками я продолжил, - геноцид гоблинского племени вполне обыденная у крестьян вещь. К слову, гоблины с удовольствием бы поступили точно также по отношению к людскому племени.
    - А я никогда не видеть гоблинских детишек, - с пылом истинного натуралиста и горящими глазами подключилась Вилья. - Их что, так хорошо прячут? Я, наверное, бы огорчилась придясь нам их убивать. Но это без сомненьий легче чем убить взрослого, ведь так? А что если убивать...
    Вплоть до самого города мы были вынуждены в священном ужасе слушать ее рассуждения о искусстве резни по душу гоблинов. Даже хмурый стражник в синей стеганной котте с гербом города, вышитым на ней, что встретил нас при вратах, странно покосился на активно жестикулирующую нордку.
    Пристроив лошадей в городскую конюшню отправились искать себе ночлег. У дверей таверны "Дуб и Патерица" Никос покинул нас. Сославшись на необходимость передать эту "даэдротову вазу" заказчику, он скрылся в темноте ночного города.
    Напоследок, мы обещались друг перед другом собраться вместе, в случае отъезда кого-либо из нас, чтобы обмыть расставание.
    Отбросив все дела назавтра, мы, впервые за долгую неделю тягот и лишений пути, легли спать в тепле и на мягких постелях. Я провалился в сон сразу-же.
    По счастью, сегодня обошлось без приставучих кошмаров. И без любых снов, вообще.
    Мне виделась глубокая, беспросветная тьма небытия. Но было там тихо и спокойно. Каким и должно быть счастье...


  13. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2083-dalnyaya-doroga-chelovek-bez-proshlogo/ Предыдущая глава.
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2097-dalnyaya-doroga-korrol/ Следующая глава


    Морозный темный воздух заиграл запахом дорогих духов. Столь необычным в царстве снега ароматом восточных цветов и горчинки едкого пепла. Она легкими шагами подошла со спины и отвлекла разговором от созерцания мрачного полотна города с едва проглядывающими сквозь ставни огоньками лучин, пятнами факелов на стенах и празднично сияющих витражей храма Талоса.
    Странно, что моего отсутствия хватилась именно она. Та, что с самого моего появления в команде не оставляла попыток задеть, показать себя главнее или ехидно прокомментировать. Ах, да, еще она немного пьяна, как и все мы в эту особую ночь.
    - Дай угадаю, ты тоже спасся бегством, когда этот идиот Сар раскурил трубку, набитую горьколистником? - тихий, немного шепчущий, незаметно срывающийся от выпитого с интонации, но наглый в своей мелодичности голос.
    - Почти. Кстати, его там еще никто не бьет? - все так-же, не поворачиваясь, я поддержал разговор.
    - Пока нет. Ныне он с увлечением смешивает мацт и вино Сурили. Твои ставки?
    - Один кувшин и нам придется иметь дело с моральным трупом. Весь оставшийся праздник.
    - Я с ним несколько дольше знакома. Голосую за два. В случае проигрыша с тебя пятьдесят септимов.
    - Заметано.
    Судя по шуму, доносящемуся из-за дверей "Радушия Джерола", праздник Новой Жизни заметно набирал обороты, хотя до полуночи оставалось еще около получаса. Музыканты надрывались так, что их задорная танцевальная композиция слышалась как минимум на другом конце Брумы, заглушая даже шум гулящей в помещении таверны толпы посетителей и громогласное рявканье Командира, озлобленного по неизвестной мне причине.
    - Не задерживайся, тут холодно. Наши просили передать, что ты нам нужен живой и с не отмороженными пальцами.
    Поняв, что я сейчас не настроен разговаривать или возвращаться к компании, она бесшумно скользнула вверх по ступеням крыльца и хлопнула дверью, просквозив тепло помещения. В предшествующий этому миг я почувствовал на своей спине холодный взор огненно-алых, с фиолетовыми искорками, глаз данмерки.
    Командир послал за мной? Как мило. Сама она бы никогда не снизошла до подобной опеки по отношению ко мне.
    Плотнее закутавшись в плащ я простоял так под ледяными ветрами до боя колоколов часовни, знаменующих приход первого дня месяца Утренней Звезды. Первого холодного дня 433 года.
    Тихонько сверху начала сыпать белая крупа, гонимая во все стороны, но, еще далекая от настоящей метели. В эти несколько знаменательных минут даже барды и музыканты отложили инструменты, поднимая чарки и принимая поздравления. Один лишь я стоял, медленно засыпаемый снегом, смотря никуда и на весь мир одновременно.
    Что было и что будет? Я могу коснуться прошлого в памяти, но не могу вернуть. Но зачем возвращать, если есть будущее? Надеюсь... надеюсь, оно есть , надеюсь, в нем будут хорошие стороны.
    Почему я нарушил исповедуемые принципы работы в одиночку? На это были свои причины. Более-чем веские. Но, перед самим-собой я отчитываться не намерен.
    Как и перед другими.
    Пепел и цветы давно истаяли, унесенные ветром.
    Необъяснимо, но захотелось вдохнуть их вновь...



    Утро застало врасплох легким заморозком, явившимся в компании робкого солнца. Облачная розоватая дымка истаивала, по мере того, как мы выехали в дальнейший путь, освобождая чистое в кристальной синеве небо. Не знаю, как там остальные, но мое пробуждение ознаменовалось стучащими зубами, что в связке с ледяными ногами и легким насморком создавало жуткий дискомфорт. На помощь пришла Вилья, подсунув свежеприготовленное снадобье, что одновременно и согрело конечности и сняло назревающую простуду.
    Среди дикой лесной природы нордка чувствовала себя как дома, то и дело направляя коня к обочине, дабы сорвать высмотренную на ингридиенты растительность. Впрочем, зелья и настойки она мастерила почти на каждом привале, поражая Рианну знанием практического алхимического дела.
    Черная дорога на данном участке еще не дошла до непролазных на обочине дебрей Великого леса, будучи примечательна небольшой плотностью произрастания деревьев и кустарника. Поэтому, тряска в седле компенсировалась неплохими видами Коловианского нагорья, что высилось далеко на севере в окружении плотного кольца лесов. По сторонам частенько попадались обширные поляны или давно заброшенные крестьянские угодья, часто поросшие кустарниками или даже молодым леском.
    Казалось, будто наша конная четверка одни остались во всем мире. На пути не попадались деревни или фермы, из встречных или догоняющих путников лишь однажды мы лицезрели колонну из десятка телег, нагруженных товарами и провизией, что запряженные быками и лошадьми, катили в Имперский Город. Дороги, они такие - иной раз можно днями месить грязь в гордом одиночестве, а иногда, ни один день не обходится без встреченных людей или событий.
    По счастью, даже лесные хищники и прочее зверье были более чем разумны, не приближаясь к дороге и почти не создавая нам неприятностей. Вообще, с началом осени у них хватает своих забот, в кропотливой готовке к зиме. Бывало мы видели мелькающие среди древесных стволов тонкие и быстрые силуэты оленей, ловкие рыжие белки как-то пытались выкрасть немного вкусностей из наших запасов еды, однажды, я даже заметил в отдалении от тракта, ошивающуюся среди начавших сыпать листвой кустов широкую бурую с подпалинами спину медведя, выискивавшего законсервированные ульи и россыпи ягод, дабы набрать жира перед спячкой.
    Бытовали и случаи поинтереснее, например, когда Вилья поймала в силки кролика, а я подвергся нападению жирной и злобной лесной крысы. Ничего толкового ни здесь, ни там, не вышло - сестра запретила есть кролика и, понянчившись с ним, отпустила на волю. Крыса же, на вкус оказалась ужасна, даже качественно прожаренная и с сильными специями. Что еще ужасней, за "безвинно" съеденную (между прочим, в целях самозащиты!) хвостатую гадину мне и Никосу сильно досталось поленом.
    От Рианны.
    И, как прикажете восполнять резервы провизии, если я плохой грибник и за эти шесть дней пути отравился дважды?!

    Никос оказался неплохим в общении человеком. Простоват, прямолинеен, речь без особых изысков, акцента нет, подходит более типичному городскому обитателю, какому-нибудь ремесленнику средней руки. В годах, если дать навскидку, чуть больше двадцати пяти, что для полуэльфа, считай, порог совершеннолетия. Вторая половина крови полуальтмера, оказалась редгардской, что сказалось при высоком росте, нехарактерной для частенько изящных эльфов, жилистостью и грязно-золотым цветом кожи. Чувствовалось, что парень повидал дорожной жизни, но это естественно, при выборе работы курьером. В географии Сиродила он разбирался не очень хорошо, не знаю, последствие ли это амнезии или сказалось его возможное иностранное происхождение. Но, этот недостаток он компенсировал быстрой обучаемостью, отчего в его походном мешке было полно свернутых карт.
    Дорогу, в основном, проводили за болтовней. Замечательный способ скоротать время и получше узнать своих спутников, конечно.
    Наверное, я вечно буду помнить тот день и тот разговор под сенью золотых листьев, медленно срывавшихся в последний полет, дабы устлать разноцветным ковром наш путь. Тот самый миг, когда в мои руки попал злосчастный компас Никоса.
    - Итак, последний вопрос, сколько еще нам ехать до пересечения с Оранжевой дорогой? - таким образом я подвел точку в сегодняшнем уроке обучения Никоса умению ориентироваться в дорожной сети сердца Империи.
    - М-м-м... Примерно день. Завтра после полудня, да. Значит, мы въедем в предместья, а там еще часов шесть и Коррол!
    - Великолепно, - Рианна поравняла своего белоснежного Бельтайна в ходу с нами. - Четыре дня тряски позади, а, значит, экватор пути преодолен!
    - Да уж, - Никос заметно сник, что не укрылось от моего внимания, - то еще приключение.
    Его можно понять. Он привязался к нам, я чувствовал это. Пройдут эти два дня, и? Мы разминемся, скорее-всего, навсегда. А судьба человека без прошлого, без семьи и друзей, что колесит дороги без цели - это судьба незавидная. От таких мыслей мне стало паршиво, хотя, ранее я не замечал за собой подобной обеспокоенности судьбами малознакомых людей.
    - Я тут вот что подумал, - продолжил полукровка,- вы делили со мной пищу и ночлег... И я... В общем, вот,- он протянул мне свой компас.- Считайте подарком на память, все равно я не знаю, что с ним делать и как к нему относиться!
    Принял увесистый окованный кругляш с свисающей цепочкой, я дал мысленный зарок при первом удобном случае избавиться от него, продав или сбагрив хотя-бы сестренке.
    - Пааберегись! - приличной скорости рысцой Вилья пролетела мимо, на ходу успев водрузить свежесплетенный из ярко-желтых и оранжевых листьев венок, на голову Рианны. Проскочив на пару метров вперед, она осадила коня, дождавшись остальных, отчего теперь мы ехали вчетвером в один ряд.
    Бретонка смеялась, поправляя корону огненной листвы, Никос лучезарно улыбался. Даже я позволил себе ухмылку, убирая подарок в околопоясную суму.
    - Спасибо.
    Начавшийся цирк с конями вызывал все новые приступы веселья. Бельтайн легонько щипал за ушко Брюса - жеребца нордки. Кружащийся в воздухе кленовый лист упал на лоб Сомика, отчего тот смешно свел глаза к морде, силясь рассмотреть неведомую помеху, став действительно похожим на рыбу, только лишь потом стряхнув лист и съев его в полете к земле. Молниеноска Никоса была как обычно сурова и тиха, оправдывая серьезную черную масть и непростой норов.
    Пятна, пока еще высокого, солнца мелькали между крон деревьев и усилившегося листопада. Все мы окрасились в эти теплые полутона осени, пылая как часть окружающего огненного дождя, с цокотом копыт по сухому старому камню и пыльной земле падающему в небытие. Свет был повсюду - на одежде, беспечальных листьях, гривах лошадей, даже темный эфес моего меча, притороченного к седлу не остался в стороне, поблескивая, когда выныривал из тени деревьев.
    Немногие оседлые птицы распевали гимн осенней солнечной ласке, среди усиливающегося холода.
    Было так спокойно на этой дороге, граничащей между голубым шелком неба и пестротой всего остального. Было так, как бывает лишь единожды в жизни, среди родных и друзей.
    Среди бескрайней, но такой короткой дальней дороги.
    И все-же, что там?
    Далеко-далеко...
    За следующим холмом?..


  14. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2078-dalnyaya-doroga-novye-znakomstva/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2095-dalnyaya-doroga-zolotoy-svet-na-efese-mecha/ Следующая глава


    В жизни любого владельца лошади, рано или поздно, настает очень сложный и ответственный момент, а именно, выбор имени своего скакуна. Ни в коем случае не стоит прозывать лошадь первым попавшимся именем - себе же хуже. Следует довольствоваться теми-же принципами, что и моряки, "Как вы судно назовете - так оно и поплывет". Но и без фанатизма... Я как-то слышал об одном затейнике, давшем лошади кличку Азура.Якобы за красивую дымчато-серую масть. Данмеры, с их противоречиво-трогательным отношением к сим животным, такой шутки не оценили. Бедняга...
    - Изольда? - я уже массировал гудящие виски, силясь выдумать коняшке хоть какое-нибудь имя.
    - Ага, ты ее еще Габриэллой обзови,- парировала в очередной раз Рианна.
    - А что тогда?! Нет, все, я сдаюсь! Выбирай сама! - в порыве отчаяния я уронил седло на доски, плюхнувшись на табурет рядом.
    - Ну ладно, пусть будет... Сомик!
    - Чего??? - готов поспорить, что в тот момент мои глаза стали размерами и округлостью похожи на чайное блюдце из сервиза.
    - Ты только посмотри, как она смешно хлопает губами! Как рыбка! - звонко рассмеявшись, сестра прильнула к морде моего скакуна. Ах да, забыл упомянуть - она без ума от разного рода зверюшек, в корне презирая такое занятие, как охота. Впрочем, это ее личное дело, но если повторится тот случай, когда я в бытность свою студентом, по неловкости чуть не стал обедом для даггерфольского мелкого драконида, а Рианна бегала вокруг да около, вопя просьбы "не навредить несчастному зубастику", за себя я не ручаюсь...
    Мы уже битых полтора часа всей троицей торчали в привратных конюшнях, седлая лошадей и проверяя снаряжение. Почему троицей? Неожиданно, Вилья увязалась следом, мотивируя сей факт удобством сбора алхимических ингридиентов, что встречаются лишь на исходе теплого сезона. Можно было возразить ей, что на такое в Городе есть несколько крупных магических лавок с широким ассортиментом предлагаемого сырья, но ладно. Хоть и придется не спускать с нее глаз ( вдруг потеряется? Рианна, наверное, расстроится), мне же будет лучше. Злорадно потирая ручонки в глубине души, прикидывал, как переложу полевую кухню и костер на девчонок.
    Предполагалось доехать до Коррола. Неблизко, признаю. Неделя пути по тракту, при условии, что погода будет как и сейчас, слегка прохладной, сухой и, временами, даже солнечной. Лужи подсыхали, птицы держали курс на юг, в теплые пески Эльсвейра. Осень дышала разгаром своей блеклой, холодной, но красивой и нежной жизнью.
    Я проследил за рыжеватым листом, сорванным с ближайшего дерева и, в золотистом свете солнца, влекомом вдаль.
    - Где Вилья?
    - Я здесь! - воскликнула она, на мой вопрос, выглянув из-за ближайшего угла. - Пакую сено в торбы!
    Хм. Вроде все при деле. Один я филоню.
    Пересчитал имеющееся снаряжение. Старый недлинный лук с колчаном стрел, простенькая увесистая дубинка, узкий кинжал грошовой стоимости, рюкзак с провизией, разными полезными вещами и сменной одеждой, меч. Конфискованный у Селены рунный клинок погиб, вкупе с большей частью старой экипировки, во время предыдущего приключения в особняке, поэтому, я озаботился приобрести новый. Узкий, дюйма в два ширины у рукояти и чуть более пятидесяти общей длинны, включая десять на полуторную рукоять. Яблоко круглое, шарообразное, крестовина чуть изогнутая, края слегка закругляются, каждый в свою сторону. Не оружие, а сказка. Надеюсь, что в ход его пустить так и не придется...

    Ближе к часу пополудни мы въехали на мост, оставив позади его застроенную часть. Пуская лошадь между встречными подводами, отрядами легионеров и прочими путниками, спешащими в город, я любовался спокойной водной гладью озера.
    Минуя последнее крупное поселение предместий - рыбацкую деревушку Вейе, произошел случай, который невозможно не упомянуть. А началось все с того, что у поселкового трактира, навстречу нам вышел некий субъект, призывно махая рукой. Я осадил мерный шаг Сомика, остановившись в считанном метре от незнакомца.
    - Не будете ли вы любезны ответить в какую сторону направляетесь? - вопрошающий был мужчиной, молодым и высоким полукровкой-эльфом, с тускло-золотистым оттенком кожи.
    - В Коррол. По какому, собственно поводу, вам это интересно? - я заглянул ему в глаза. Светло-карие, наивное и радостное выражение их, впрочем, ничего скрытого в себе не таило.
    - Какая удача! Понимаете-ли, я подрабатываю курьером и взялся доставить одну вещь как-раз таки в Коррол. Конечно, этот город недалеко, но, сам я здесь чужеземец, боюсь потеряться... Да и на дорогах нынче неспокойно! Возьмете попутчиком? Скамп их дери! Я просился к целой дюжине караванов, но они гнали лошадей, куда угодно, только не в Коррол!
    - Одним больше - одним меньше, - пробормотал я, - Если хочешь, составим компанию, по дороге.
    - Уф, хвала Девяти! Я уж думал, что не довезу эту треклятую вазу в срок!
    - Хрупкий груз, значит? У тебя лошадь хоть есть?
    - А? Да, вон он стоит,- полуэльф махнул рукой за спину, где смирно стоял рослый, черный как сама ночь породистый скакун.
    Далее держали путь уже вчетвером. Новый попутчик в основном молчал, но к вечеру, после доброй пятерки миль пути, мне удалось его разговорить.
    - Так как тебя зовут?
    - Никос. Я сам выбрал это имя.
    На секунду удивившись такой откровенности я призадумался, продолжая беседу:
    - А родители...
    - Их нет. Вообще моя жизнь - странная штука, себя я помню с Месяца Второго Зерна. Как там это обзывают магики?... Амнезия? В общем, очухался я до нитки мокрый, среди обломков корабля близ Анвила. Тут такая штука - вроде помню, как-какая вещь называется, какое ей применение, а вот про себя ничего. И все тут! К лекарям ходил - те лишь руками разводят.
    - У тебя могли остаться личные вещи, что-то, что напомнило бы о прошлом? - вмешалась Рианна.
    - Нет. Оборванная одежда, чудом не утопшая при кораблерушении меч, да вот этот компас, - Никос вытащил из напоясной сумы темный кругляшок на цепочке, при ближайшем осмотрении действительно оказавшийся компасом, с солидной металлической оковкой.
    - Ты говорил про меч? Он мог бы содержать какие-нибудь зацепки, вроде гравировки, или...
    - Нет, уж. Вот он при мне, - полукровка показал на Висящую у пояса поделку на мотив акавирской катаны. - Ничего стоящего. Она пыталась было заржаветь после той соленой морской воды, но я ее вовремя спас.
    - Да уж... Тупик, - вздохнул я.
    - Ну и ладно! Я лично, не отчаиваюсь. Мало-ли, что было в прошлой жизни! - усмехнулся он, всплеснув руками.
    Жизнерадостный, однако, попался парень. На агента Клинков, "крышующего" меня, не похож. Хотя, Клинки-шпионы обычно тем и знамениты, что могут прикиуться кем угодно и где угодно. Не спускать с курьера глаз и довольно будет. Раз уж я под посмертной протекцией Императора и везу Амулет по адресу, навредить он мне не осмелится. Но, все-же, странный он.
    Так, за болтовней, провожаемые изредка являющимся сквозь рваные низкие облака солнцем, мы доехали до сумерек, решив заночевать в отдалении от полуосыпавшихся башен форта, не доезжая считанных сотен метров до Великого Леса, на холме, в компании нескольких одиноко растущих деревьев.
    Когда совсем стемнело - робкая луна выкатилась в просветы, обелив поля с умирающей травой и посеребрив золотящиеся при дневном свете кроны. После розжига костра, ужина и отбоя, я заступил в дозор первым.
    Тихо стрекотали последние запоздавшие сверчки, наплевав на совсем не теплую погоду и факт, что их время давно прошло. Шелестел ветер. Трещал огонь, вторя постукиваниям копыт привязанных лошадей и их предсонному фырканью.
    Разум терзали воспоминания. И, снова в пятно памяти приходили блеклые кадры прошлого, неся аромат редких цветов и пепла. Аромат, от которого трепетало разорванное сердце...

  15. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2075-nachalo-puti-trudno-byt-avanturistom/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2083-dalnyaya-doroga-chelovek-bez-proshlogo/ Следующая глава


    В помещении умирал серый оконный свет, грозясь смениться язычками тепла свеч в подставках и на люстре. Ветер завывал за стенами, готовый обрушить на убаюканный осенними сумерками город сильный дождь. Надвигался, возможно, последний ливень в этом году.
    Мирно тикал, среди старых вещей, простенький маятник, состоящий из четырех подвешенных металлических шариков. Блестело со стен старое оружие, пылились ковры; склянки, безделушки, одежда, книги прозябали на полках и в ящиках кладовой, если, конечно, не были выставлены поближе у витрины.
    Начала свой ход времени последняя неделя Огня Очага, щедро кидая рыжие полутона темной зелени, служащей последней летней памятью. Теплые осенние денечки прошли, сменив прохладу - на легкие утренние заморозки, солнце - на мрачную пелену облаков.
    А маятник продолжал свой ход, убаюкивая размеренным стуком хозяина лавки, уставшего корпеть над деловыми записями. стемнело уже настолько, что разобрать крошечные цифры, выведенные ровным пером на пергаменте, без помощи свеч, не представлялось возможным. Заметно слышно скрипела раскачиваемая ветром вывеска. Ветер стучал в дверь первыми робкими каплями дождя, столь нетерпеливо, будто сказочное чудовище, жаждущее добраться сквозь преграду к желанной добыче.
    Наконец, ветер прорвал блокаду стен, мощным ударом отворив дверь. Удар обрел форму окованного черного остроносого сапога, имевшего больше сходства с сабатонами, нежели с обычной обувью. В сером, но более светлом на фоне комнаты проеме, явилась черная ссутулившаяся фигура в развевающемся длинном плаще. Форма и очертания предмета в ее руке, указывали на то, что это был недлинный широкий меч.
    Маятник остановился.
    Без лишних слов, черная тень влилась в комнату.
    - Вы вернулись? - Дериен поднял голову над столом, когда я бросил на прилавок заказанный клинок и стал выгружать прочую добычу из сумки.
    Неделя, скампова неделя вместо трех рассчитанных дней! Не хочу даже вспоминать, где я был и что я там видел.
    Ладно, главное, что заказ выполнен.


    https://youtu.be/LDg-6byV3IA
    - Выглядишь неважно, - констатировала Рианна с порога.
    - А уж по ощущениям и самочувствию и вовсе погано, - бросил я,проходя в комнату, явно прибавившую в обстановке мебелью. Теперь, набор минмализма, в лице кровати, шкафа, пары ковров, сундука и стола с прилагающимся стулом, дополнился деталями, указывающими, что Вилью таки поселили в сестренкину комнатенку.
    - Извини, что заставил волноваться, рабочая ситуация слегка вышла из-под контроля. Пришлось импровизировать, а на это потребовалось время...
    - Я вижу, - хмыкнула она, оценивающе смотря на мои доспехи.Изящные и облегающие, так, что движения почти не стеснялись. Черный вьющийся материал не отдавал металлическим холодом и лязгом, когда я стучал по нему пальцем. Казалось, угольно черная броня была вырезана из камня и покрыта глубокой витой росписью линий, состоя только из них. Основу креплений элементов составляли не ремни, как у обычных доспехов, но такая-же черная ткань, как оказалось, невосприимчивая к стали и повреждениям вообще. А еще, все это великолепие было тяжелым. Очень тяжелым, словно оправдывая тем самым необычность материала.
    - Считай это сувениром, на замену слишком потрепавшейся одежде, - в действительности, несмотря на явно немалую цену, мне было жаль продавать данное великолепие работы неизвестного кузнеца.
    - Даэдрический доспех, как сувенир? Вполне в твоем репертуаре, братец. Интересный экземпляр, никакой рунной вязи и прочих инфернальных элементов с эффектом свечения. На женские не похожи, но очень изящные в компановке... О, Девятеро, тут даже плащ сшит из нитей паутины даэдра-пауков! Можно я отрежу кусочек, для опытов? - бретонка чуть-ли не уронила меня, пока с ног до головы осматривала наряд.
    - Э-э-э.. Не надо! Лучше помоги их снять, я явно не приспособлен к длительному ношения таких тяжелых... железок?
    - Не совсем. Это не привычная нам сталь, но ты вряд-ли поймешь. Если хочешь знать, стоят они, как четверть какого-нибудь не совсем уж захудалого замка, а по уровню защиты сравнятся разве-что с сильнейшим магическим щитом. Положить их в шкаф?
    - Да, пожалуй. Пусть полежат до лучших времен где-нибудь у тебя.
    - Придется обложить полку с ними амулетами. Не хочу, чтобы все соседние комнаты, и меня в придачу, мучали ночные кошмары. Ладно, так где ты пропадал?
    - Провалился через подвал заброшенного особняка в какую-то дыру. Поиграл в догонялки с малопонятными культистами, потом, в прятки с дуболомами Гильдии Бойцов, посмотрел, как они взаимно друг-друга поубивали и выполз оттуда подобру-поздорову!
    - Это что, кровь?! - Рианна таки сняла кирасу и защиту рук, пока я возился с поножами. В отличии от остальных доспехов, этот даэдрик прекрасно носился и без стеганной или иной пододевки, но рана, что алела сквозь грязную рубашку и плохонько намотанный бинт, окрашивая аловатым через правый бок и часть спины, была приобретена еще до появления у меня брони.
    Пока сестренка носилась с промыкой, перевязкой и зельями, я успел посмотреться в зеркало. Что-ж, вместо волос опять "воронье гнездо", прячь не прячь под капюшон длинные темно-каштановые пряди с рыжинкой, все,обычно, так и заканчивается. На по аристократически узком и правильном лице возникла грубая щетина. Нос, вроде не сломан, все столь-же прямой и ровный. Над правым глазом, на лбу, глубокая заживающая царапина.
    - Ты, обычно, нечасто занимаешься самолюбованием, - сестренка оттащила меня от зеркала на перевязку.
    Пока она занималась раной и несколькими крупными ушибами мы продолжали говорить.
    - Я точно тебе говорю, что в твоем роду были аристократы. Не графы, конечно, но точно уж, никак не ниже баронского титула, - Рианна снова подняла еще университетскую тему о излишней правильности моего лица.
    - Аристократы не выбрасывают детей на улицу, - отмахнулся бы я, если бы не ее просьба сидеть смирно.
    - Ну кто сказал, что с тобой так поступили? Ты ведь почти ничего не помнишь о тех временах, может быть ты сам сбежал из дома?
    - А-й-й... Щипет! Признайся, что физиогномист из тебя никудышный...
    - Зато хороший медик. И посуди сам, на примесь эльфийской крови среди твоих предков не похоже, близкое родство с расой бретонов? Как факт, вполне, но среди служивых сословий и крестьянства таких симпатичных мордашек явно мало, да и среди аристократов, если подумать...
    - Намекаешь, что я плод селективного выведения в среде представителей "голубой крови"? Ты мне прямо льстишь!
    - А вот и нет! Просто завидно, как ты умудряешься при отсутствии ухода так хорошо выглядеть. Открой секрет, в обмен на душу!
    - Неси пергамент и булавку, контракт будет на крови! - злодейски расхохотался я, но тут-же подскочил на стуле, чуть не воя от боли. - Да не на моей-же!
    - Ой, прости, иглой не туда попала. Сейчас, потерпи, наложу шов.
    Стараясь не дергаться и терпеть вгрызающийся в плоть крошечный кусочек острого изогнутого металла, я дождался пока сестра закончит работу. Одев рубашку из ее гардероба, помог накрыть на стол. Стоял поздний вечер и дождь заметно стих, продолжая противно накрапывать в окно, мерно стуча по стеклу. Богато живут нынче целители - хоть и низкокачественное стекло, но, все-же не выделанный бычий пузырь или хрусталь, как это часто бывает в домах.
    - А что там с Вильей? - задал я вопрос, памятуя о новой сожительнице Рианны.
    - За помощь с больными ее обеспечили жалованием и проживанием. Кстати, мы успели подружиться и я даже почти избавила ее от того жуткого акцента.
    -Помнится она жаловалась на какую-то проблему?
    - Да. У девочки сложная ситуация в семье...
    До того как Вилья собственнолично явилась на пороге комнаты, я успел узнать ее историю. О сестре, работавшей аптекарем но попавшей в тюрьму, в результате крайне неудачного алхимического эксперимента, о том, что нордка теперь должна создать лекарство для жертв этого эксперимента, чтобы спасти сестру из застенок.
    - Морровинд? Ты из Морровинда?
    - Не совсем, сама я родом из Солстхейм, есть такой остров на востоке от Скайрима. Мы с сетрой поехать в остров Вварденфелл и жили в Вивеке, где она сейчас и... лежит? находится?
    - Сидит, да? - поправила ее Рианна. стоит признать, что столь интересного акцента с типичным нордскм говором, но языком, явно привыкшем к данмерису я еще не слышал.
    - Та, сидит в тюрьма. Мне нужен кто-то помочь приготовить лекарство.
    - Думаю, мне не сложно, - под выжидательно холодным взглядом Рианны, я, скрипя душой согласился. - Я много путешествую и общаюсь с торговцами, если дашь описание нужных ингридиентов, попробую их достать.
    - Фот и хорошо,- нордка заметно повеселела.
    - Разрешите переночевать здесь?- после ужина задал я вопрос хозяйкам помещения. - На улице ненастье, холодно, да и трактирщик меня горемычного, да в женской рубашке, ни в жисть на порог не пустит...
    - Можем предложить запасной тюфяк, - с видом заправского портье, важно заявила Рианна.
    - А мы не помешать господину Терр-ральту спать?- робко начала было краснеть Вилья, намекая на фактор присутствия в одной комнате со мной двух незамужних женщин.
    - Да хоть нордские народные танцы исполняйте на столе. Главное, потолок на меня не уроните... - я даже не заметил, как взяв у сестры набитый пухом матрас и подушку, улегшись, провалился в сон. Неужели. настолько вымотался?
    За мутью оконного проема, вне тепла комнаты гуляли в темноте противные мелкие капли, обещаясь не отстать от этой грешной земли, как минимум еще на пару дней. Свежесть долгожданного ливня давно выветрилась, уступая место впитывающей все грязи. Она липла и чавкала под башмаками человека, остановившегося у противоположного дома, на самой грани светлого пятна от уличного фонаря. Окинув окна лечебницы холодным взглядом из-под глубокого края шаперона, он пошел дальше. К таверне "Всех святых". Ибо уже завтра одного беспечного бродягу ждало напоминание о его обязанностях.

    Около трех пополудни я вернулся в Храмовый район, щеголяя новой одеждой и кое-какими полезными новоприобретениями, как себе, так и девчонкам, на которые расщедрился септимами из гонорара за последнее дело. Памятуя, что Рианны сегодня не будет, а Вилья занята уборкой, следовательно, никто меня кормить не будет, оставил покупки в комнате, устремившись к ближайшей закусочной.
    Что можно расказать о таверне "Всех святых", в которую я соизволил нанести визит? Ну, кроме того, что это единственное питейное заведение в Храмовом районе, что может похвастать не самым лучшим качеством обслуживания, кислой бурдой, подаваемой под видом вина, низкими ценами и большим количеством посетителей, большинство из которых малосостоятельные граждане и полунищее отребье, привлеченные дешевой выпивкой и еще более дешевыми койкоместами, отчего таверна более походила на ночлежку, чем на приличное заведение. Пожалуй, по общей численности популяций клопов и прочей кровососущей живности ( вампиры не в счет. Бедняги бы задохнулись насмерть от стойкого амбрэ дыма, перегара и чеснока, царящего в питейной) это место лидировало во всем Имперском Городе.
    Однако, если хорошо заплатить, там можно недурственно поесть. Тем более, что мне было лень ползти за пределы района.
    А пасмурный денек казался таким тихим и беззаботным. Неприятности поступили подло - не стали прерывать трапезу или подкрадываться в самом помещении таверны. Вместо этого, они проследовали за мной до выхода и конца улицы, в узкий переулок, уже там обретя личину одоспешенного мужчины, лет на семь старше меня. Точным в определении возраста я быть не могу, так-как собеседник прятал лицо под низко опущенной пелериной капюшона с длинным шлыком. Потертая кираса без изысков поверх полосатого сине-белого кафтана, латные чашечки на защите локтей и колен. Рука на простом мече, с прямой гардой и дисковидной формы яблоком.
    Плохо. Очень плохо. Новоприобретенный меч остался в комнате, как и прочие малоприятные сюрпризы "на экстренный случай". Кинжал сгинул еще в подземельях поместья. На случай, если незнакомец попытается порубить меня на салат, я могу, разве-что, позвать стражу, или пасть в схватке, защекотав его через доспех ворованным серебряным ножом для масла, что несколько часов кряду хранился в правом рукаве моей куртки.
    А самое плохое, что он знал мое имя.
    - И? С кем имею честь говорить?
    - Да-да, говорите ровно и тихо. Нам не нужны лишние уши, в деле, что касается интересов Империи, - голос неизвестного был столь же непримечателен, как и доступная к рассмотрению часть его лица. - Насколько я понимаю, и, следовательно донесениям соглядатаев, Амулет все-еще у вас?
    Стало страшно. По настоящему. Я знал, что так или иначе, из-за безделушки будут проблемы. Еще не выбравшись из канализации, с истекающим кровью трупом Императора на руках, я был почти-что сведен с ума происходящим, пропустив инструкции императорского телохранителя мимо ушей. Может, он надеялся, что за пределами Города я быстро отправлюсь на тот свет, позволив реликвии улизнуть в чужие руки? Тоже бред.
    Все это время я старался забыть о Амулете, ища подходящей возможности сбагрить его надежным людям, так-как простая продажа скупщикам явно черезчур рискованна.
    Поздно, что-либо решать насчет красной стекляшки. Но, интересно, что у вооруженного человека на уме?
    - Выживший при инциденте Клинок донес до внимания командующего последнюю волю Императора. Она касалась вас и Амулета Королей, хранителем которого вы являетесь ныне. Понаблюдав за вашими действиями мы по достоинству их оценили.
    - Мы? Кто вы? Тоже Клинок? - тихо прошептали мои мгновенно пересохшие губы.
    - Да. Спецподразделение "Белая Лилия" теперь ведет ваше дело и будет курировать ваши действия. От командования прошу принять эти инструкции и следовать им, держа Амулет в целости и сохранности, - Клинок протянул мне конверт, запечатанный... императорской печатью! Личной...
    - Прошу вас, уничтожить послание и конверт, после прочтения. Вы должны понимать всю серьезность ситуации,- все так-же, не убирая руки с оружия он развернулся и ушел восвояси.
    Неверными руками я надломил печать, достав письмо.

    " Лично Терральту "Форад" в руки.
    Требую явиться в предместья города Коррол, к юго-востоку от которого вы обязаны преклонить колени у алтаря Девяти и испросить благовловления у отца Джоффри - настоятеля приората Вейнон. Фамильная ценность обязана быть при вас, на момент визита.
    Верон ла' Рош, рыцарь "Тигрового Цветка".

    Немедля я запалил в руках магический огонек, смотря как тот пожирает пергамент и конверт, рассыпая вокруг пепел. Не стоит недооценивать важность приказов Клинков. И уж точно шутить с ними или пытаться надуть. Чревато посторонними металлическими предметами в организме.
    Что за выводы я могу сделать из произошедшего?
    Auem: Я получил зашированное послание. Любое действие рождает противодействие, значит, я нужен не одним только Клинкам,но и кому-то еще, иначе в шифровке послания нет смысла. Возможно даже, меня ищут "те-самые". Смертники в багровых мантиях с пустыми глазами.
    Beth: Послание исходит чуть-ли не от самого главы Клинков. "Рыцарь Тигрового Цветка", смело можно расшифровать как главу "Белой Лилии" - полулегендарного отряда самых отчаянных и опытных Клинков Империи. Кстати, второе их название "Тигровая Белая Лилия", но это так, для справки.
    Cess: Я под наблюдением. Даже сейчас, даже во время разговора с Клинком меня "пасли". Еще один веский повод быть до поры - до времени послушным.
    Doht: Надо собираться в Коррол. Но, как это преподнести Рианне?

    Я очень надеялся, что Рианна прислушается к моим доводам и не потащится следом. Все-же, я взрослый человек и сам решаю, что мне делать и как поступать!
    Но внутренний голос настойчиво твердил, что в близящемся путешествии придется седлать двух лошадей...

  16. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2056-nachalo-puti-konkurenciya-do-grobovoy-doski/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2078-dalnyaya-doroga-novye-znakomstva/ Следующая глава


    В последующие два дня события сыпались как зерно из прохудившегося мешка. И дело было даже не в "разборе полетов" случившегося на Имперском кладбище. Но, обо всем по порядку.
    Как и планировалось - я напился. Проводил Рианну до ее дома и напился. Понятно, что требовалось снять стресс после произошедшего. Но, какого скампа меня потянуло в Портовый район - понятия не имею! Двери "Плавучей Таверны" радушно открылись, впуская меня и надоедливую спутницу, что сопровождала своим нытьем от самого мавзолея до корабля. В россказни этой иностранки я особо не вникал, с порога заказав хозяину пиво, сменную одежду и стирку своих вещей. Кровь на ткани почти полностью свернулась, выделяясь черными пятнами на синей ткани. Пожалуй, мне очень повезло, что вечерние патрули не остановили меня из-за подобного внешнего вида. Стоит сказать спасибо вечерним сумеркам и плащу, в который я плотно кутался пока шел.
    Переодевшись, я наскоро прикончил первую пинту пива, подумывая заказать приличного вина. Ах-да, пока еще трезв, стоит озаботиться оплатой комнаты.
    Иностранка, высокая белокожая нордка, с очень светлыми волосами, заплетенными в толстую косу, весь вечер обреталась в другом конце трапезного зала на этой палубе таверны. Судя по всему, она уже достаточно давно проживает в стенах заведения, на роли состоятельного постояльца, раз свободно общалась с Ормилом - хозяином заведения и прислугой.
    В конце-концов, предусмотрительно спрятав кинжал под подушку, я забылся сном в каморке на уровне трюма.
    Ах-да, стоит сделать небольшую сноску, крайне важную для малосведущих читателей, незнакомых с достопримечательностями Имперского Города. Касаться же она будет описания "Плавучей Таверны". В прямом и понятном для обывателя смысле, таверной, как таковой, ее назвать нельзя, в силу, хотя-бы, неархитектурного происхождения. Она была накрепко пришвартованным кораблем, лишенным многих мореплавательных функций, однако, следуя словам Ормила, еще способным и крепким для свободного выхода в открытое море.
    К более-чем страшному неудовольствию, поутру я был вынужден вживую лицезреть, как горстка пиратских наклонностей лиц, недалекого ума, втихую захватила судно и отдала на нем швартовы.
    Пока один из бандитов яростно ломился в дверь моей каюты, тем-самым, нагло меня разбудив, значительно ранее планируемого срока, я успел продрать глаза, понять, что спал в одежде, отчего выглядел ныне помятым и жалким, выпить чуть ли не полулитровый кувшин воды, а еще раз десять поклясться, что в следующий раз, когда мне доведется убить человека, который этого не в полной мере заслуживал, я предпочту компании бутылки, будку-исповедальню или коленопреклонство перед алтарем Девяти.
    На угрожающе нетвердых ногах пошел отпирать засов, вслух вопрошая на смеси всех известных мне ругательств, о причине такого шума в столь ранний час, но мысленно надеясь, что дело обойдется без ломания двери.
    Дверной запор поддался ослабшим рукам с трудом. Сдвинулся в сторону только под весом всего тела. Не удержавшись на ногах, я упал. Вломившийся в комнату, с мечом наголо, человек, споткнувшись о меня, упал следом. Но, там, где я отделался лишь небольшим синяком на предплечье правой руки, падение неизвестного привело к его агонии на досках пола с добрым десятком дюймов заточенной стали, вышедшим из спины, порвав куртку.
    - Сказочный дол\%@"б... Интересно, из какой лечебницы его такого выпустили? - мрачно прокомментировал я случившееся, стремительно трезвея и недопонимая происходящее.
    Схватив кинжал, осторожно выглянул в коридор трюма. Чисто. Обшарил карманы кожанки самоубийцы, выудив ключ и записку где среди прочего содержался рукописный приказ запереть всех постояльцев и персонал на складе. Неужели рейдерский захват?
    Предупредив нордку, высунувшуюся из-за двери своей комнаты, о происходящих странностях, я поспешил к корабельной кладовке, отперев замок найденным ключом. Узнав от томящегося там орка-вышибалы, что Ормил находится в заложниках у бандитов, большего добиться не смог. Пришлось продолжить путь, поднявшись по лестнице в бар.
    В ушах шумело много меньше прежнего, а ноги перестали самопроизвольно идти куда им вздумается. Именно тогда я почуял качку и услышал плеск волн о борта.
    Даэдроты- упороты, вот- так непредвиденное путешествие!

    Подьем по лестнице, хоть и дался с трудом, зато стал чреват новым знакомством с еще одной вооруженной подозрительной личностью.
    - Какого?.. Кто ты такой? - среди столов ошивалась девушка-данмер. И, если-бы не ржавая метровой длинны железка, по недоразумению названная мечом, что до поры-до времени покоилась в ее руке, я бы даже посмел назвать эльфийку вполне привлекательной.
    - Я? Здешний кок, работаю на корабле. Встречный вопрос - а вы здесь откуда? Мы что, отплыли от берега?
    - Мы Бандиты Черной Воды! И этот корабль теперь в нашей власти! Постой, ты ведь поднялся из трюма, как ты проскользнул мимо Линча? Селена приказала запереть всех постояльцев и рабочих на складе...
    - Ах, Линч... Тот неуклюжий парень... - я натянул некое подобие улыбки. В общении с девушками главное вести себя открыто и дружелюбно.
    - Что с ним? - резко прервала она.
    - Ну-у-у... Он мертв...
    - Что?! Ты сумел совладать с Линчем? Я всегда знала, что он слишком мало времени уделяет тренировкам. Но со мной такое не пройдет! - орала она на бегу, размахивая мечом.
    Как вариант, я мог заблокировать удар стулом. Или попытаться уклониться, контратаковав кинжалом. Но нет, я просто резко сделал шаг вперед и в сторону, к ближайшему стулу, подставив разьяренной, что твой минотавр данмерке подножку.
    Стоит ли напоминать, что сзади меня была довольно крутая лестница.
    Понятия не имею, насколько надо быть невезучей, но скатившись кубарем вниз она сломала шею.
    - Чего ж вы себя не бережете так! - отставив непригодившийся стул всплеснул я руками. Все же жаль такую огненноокую красавицу, хоть и конченную ,при жизни, дуру.
    Открыв входную дверь я вдоволь насладился видами далекого берега поросшего лесом. Хм, а ведь "Таверна" сейчас плывет на юг, через Нибенейский залив. Чуть меньше недели и судно оставит по правому борту Лейавиин...
    Рассудив, что за штурвалом должен стоять еще один бандит, я пошел на палубу, в надежде найти там адекватного человека, что, при виде вооруженного меня, только-что отправившего к праотцам двух его сообщников, сложит оружие и немедленно сдатся...
    Спустя пять минут, отбросив мечи мы сцепились у борта, пытаясь взаимно придушить друг-друга. При этом, очередной горе-разбойник хрипел что-то про "Золотой галеон" спрятанный на этом корабле. Не дожидаясь подлянки в честной борьбе, я поступил подло сам - двинув коленом свободной ноги противника в пах и, пользуясь замешательством того, выпихнув его за ограждение палубы. Охладить свой пыл в прохладной водичке ему точно не помешает.
    Редкая для этих широт, некрупная акула-убийца, свободно обитающая и в пресной воде, своей крокодильей мордой спутала мои гуманистические планы кинуть барахтающемуся норду веревку, пленить его и допросить. Пожалуй, тут неуместны любые комментарии вслух. Ибо для одного дня выходит как-то уж слишком.
    Передав штурвал подоспевшему орку, что профессионально поменял курс корабля на обратный, я вернулся в бар, где открыл запертую каюту Ормила способом столь же нехитрым для сведущего в магии. сколь же и грубым - снеся дверь к Малакатовой матери мощным импульсом телекинеза.
    Надеюсь, старина Ормил не пострадал. Иначе мне не видеть в этом заведении хорошей выпивки, как ушей своих.
    - Что ты делаешь здесь??? - среди щепок и обломков досок нашелся непоцарапанный Ормил, спеленованный по рукам и ногам, еще и с кляпом во рту. Плещущая гневом в своем недоумении фраза, принадлежала молоденькой на вид девчушке с большими удивленными глазами в обрамлении темно-каштановых спутанных волос. На вид ей было лет семнадцать, от силы. Одета точно в такую-же куртку, что и трое остальных членов банды, в руках вычурный широкий меч с рунами и вязью по всей длине лезвия.
    - Я? Решил присоединиться к Бандитам Черной Воды. Где тут расписаться кровью или как там у вас принимают?
    - Я помню, что мы поклялись больше не принимать никого в свою банду… - начала она,но была прервана.
    - Три месяца назад? Ведь так? - с удовольствием отметил еще большее удивление в ее глазах.
    Я был бы плохим вором, если бы не интересовался обстановкой в среде группировок Города. А плохой вор - пойманный вор. Или мертвый, на усмотрение поймавшего. Так что, про банду беспредельщиков из Портового района, что начала свою деятельность именно три месяца назад, без внимания я оставить не мог.
    - Но, зачем тебе это вообще нужно?
    - Кто-то обронился, что вы на этом корыте собрались искать "Золотой Галеон". Вот я и решил присоединиться, пробравшись зайцем на борт, - немного покопавшись в памяти я выудил оттуда парочку интересных фактов, вычитанных из записки, предназначенной Линчу я продолжил отвечать на ее вопросы.
    -Что??? Неужели тебе тогда известно, что мы собрались залечь на дно...
    - В Бравиле, ты имеешь в виду?
    - Но откуда тебе так хорошо известны все детали операции? И, как ты обошел моих сообщников, повернув корабль обратно?!
    - Ах, эти трое? Они мертвы, - хищно ухмыльнулся я.
    - Нет. Нет! Линч, Минск, Яростный... Ты их всех убил!.. - Селена упала на колени, выронив меч. в голосе зазвучали слезы.- Кто же ты такой?! Мне... мне не справиться с тобой... Я сдаюсь!


    Только то и оставалось, что разоружить девчушку, оттащив ее в трюм, и там, заперев в свободной каюте. Развязать Ормила я поручил вовремя подвернувшейся под руку нордке, представившейся Вильей.
    Говорил же этой самодовольной альтмерской роже, что его идея с "Золотым Галеоном", мифическим сокровищем, якобы спрятанном на борту "Таверны", плохой козырь в бизнес-плане! Вот, пускай теперь и расхлебывает с уборкой трупов, объяснительными страже, выплатой моего вознаграждения и передачей Селены в тюрьму. И пусть еще радуется, что отделался лишь парой синяков.
    На самом деле, единственным сокровищем в пределах всей таверны был мой тайник с парой серебрянных перстней и россыпью некачественных самоцветов, спрятанный в той-самой каюте, где я отсыпался нынешнюю ночь. Стараясь не наступать в растекшуюся возле тела Линча кровь, я забрал мешочек с драгоценностями, запершись с ним и парой бутылок пива, за счет заведения, в свободой каюте. И, чтоб до Имперского Города не будили!


    Забрав причитающийся мне меч Селены и деньги я покинул Портовый район. Непонятно только, с каких пор, меня смогли разжалобить мольбы о помощи со стороны Вильи, да так, что я согласился помочь ей в каком-то важном деле, покивав для вида, на вопрос, являюсь ли я посыльным от ее сестры. Сплавив нордку в заботливые руки Рианны, я поспешил на встречу с Дериеном. Пускай сестра пристроит ее на первое время волонтером при Храме, в помощь больным, вроде девчонка не против, особенно учитывая ее, как оказалось, немалые познания в алхимии и целительстве.
    Меня же, в тот момент более увлекало послание от Дериена, с предложением необычного заказа, за который не возьмется обычный работник "плаща и дубинки". При последующем брифинге я получил инструкции проникнуть в загородный особняк, вот уже лет пять, как заброшенный. Основной целью работы являлся баснословно дорогой эбонитовый меч, принадлежащий ныне покойному ( или пропавшему без вести, я так до конца и не понял) хозяину поместья. Ну, и вынести попутно все ценное, разумеется.
    Несмотря на столь большой срок, бесхозные вещички в законсервированном особняке никто не трогал - поработали страшилки о жутком проклятии, довлеющем над зданием и, чуть ли не хороводах из призраков и оживших мертвецов. Хм, а это повод забежать в Храм и разжиться там святой водой.
    Получив на руки дневник хозяина поместья, с прилагающейся с картой примерного пути туда, я начал подсчитывать траты. Игра стоит свеч, определенно, но из текущего бюджета пришлось вычесть на лошадь, парочку полезных воровских приспособлений, включая уже знакомые пузырьки с гремучей пыльцой, дорожную одежду и провизию в дорогу. Путь до цели должен занимать не более дня, еще полсуток там, день обратно. Удручало только отсутствие внутреннего плана самого особняка...

    И вот, я покидаю предместья и Восемь островов, под цокот копыт пока безымянной гнедой лошади, удаляясь в пасмурную даль на востоке. Как в старые-добрые времена, где есть только бескрайние холмы, от гор на севере, до лесов на юге. Есть ты, расцвет Огня Очага, твои мысли, твоя душа и бесконечная дорога в небо.
  17. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2055-nachalo-puti-vozvraschenie-v-gorod/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2075-nachalo-puti-trudno-byt-avanturistom/ Следующая глава


    - Так, во что ты ввязалась?
    Мы шли под вечерним солнцем, среди стихающих торговых рядов. Многие лавки уже закрывались, в других, поубавилось посетителей. Уличные палатки свертывались, торговцы покидали лотки. Турдас догорал с диском светила, будто кистью, проводя багровые тона по белым стенам, золотя раньше срока листья кустов и деревьев. Кто моя таинственная собеседница? Разрешите представить Рианну Вераннон - близкую подругу детства вашего покорного слуги, практически нареченную сестрой, представительницу аристократического рода Хай-Рока, что три поколения назад переехали в Сиродил. Познакомились мы в Университете Таинств, где тянули долгих десять лет школярскую лямку. Точнее, полностью тянула она - я сбежал после девятого года обучения....
    - Слышал когда-нибудь об Обществе сознательных торговцев? Я решаю одну их небольшую проблему.
    - Скорее, догадывался, что все честные дельцы купли-продажи в этом городе повязаны меж собой, - кивнул я. - Можно поподробнее?
    - Я приятельствую с Дженсин, вот, это ее лавка - "Почти новые товары", - Рианна указала на вывеску над окованной деревянной дверью.
    - Зайдем?
    - Сегодня Дженсин нет на месте. Она предупредила меня, на случай подвижек в деле. Меня попросили разузнать о независимом от Общества владельце новой лавки, торгующей всякой мелочевкой, украшениями и одеждой. Открылась она несколько недель назад, но сейчас там отбоя нет от покупателей! Низкие цены, широкий ассортимент. Вот уж точно, под стать названию "Бездонный кошелек", даже самый жалкий кошель с десятком септимов, покажется огромным мешком золота, если зайти к этому Торониру...
    - А ты там была? - поинтересовался я.
    - Не-а,- покачала аккуратно причесанными светлыми волосами бретонка.- Только расспрашивала покупателей.
    - Кто-нибудь предполагает, что товары краденые?
    - Терр, они явно не могут быть добыты честным путем купли на складах и у производителей. А что самое странное, никаких жалоб на "Бездонный кошелек" не поступало. Там не снуют подозрительные личности, не всплывают предметы, краденные в других городах. Никаких зацепок... Только безумно, разорительно низкие цены.
    Я задумался. Смотря под ноги, приметил монетку, спрятавшуюся под рваным куском газеты, тускло поблескивающую не прикрытым краешком. Подняв находку, огласил свою мысль:
    - И, поэтому, тебе понадобился я, имеющий связи, среди криминального мира Города? Браво. Неплохая стратегия. Благо, я все одно намеревался связываться со скупщиками краденого.
    - Тебя я встретила абсолютно случайно, Терр. И эта просьба о помощи вовсе не значит, что я собираюсь как-либо использовать тебя.
    - Не продолжай, сестренка, лучше передавай бразды ведения дела в мои руки, да внимательно смотри, как я все распутаю.
    Еще немного помолчав я продолжил:
    - Сегодня поздно что-либо предпринимать. Как известно из старинной поговорки: "Утро-вечера мудренее". Завтра я лично схожу в "Бездонный кошелек" и все оценю собственными глазами. Торонира, в том числе тоже. Кстати, а где ты живешь?
    - В Больнице Храмового района. У целителей не имеющих собственного жилья там устроено подобие общежития. А что у тебя?
    - Купеческий трактир, по старинке. Буду снимать комнату, на то время, пока я в городе, - я неопределенно пожал плечами.
    Попрощавшись, мы разошлись. Разворачиваясь чтобы уйти, я поймал взгляд Рианны, такой радостный и... испуганный? Неужели она боялась, что я вновь уйду, потеряюсь от нее на несколько лет, а то и навсегда?
    Нет, ныне это не входило в мои планы и, не могло называться иначе, кроме-как предательством.
    Сквозь сгущающиеся сумерки я шел к Купеческому. Было около семи-восьми после полудня, припозднившиеся покупатели расходились по делам, а фонарщики, вооруженные лестницами и специальными шестами сновали от столба к столбу.
    Очередной городской вечер. Казалось, за прошедшие годы ничего не поменялось.
    Но все же, нечто витало в воздухе. Возможно, потребуются месяцы, чтобы понять природу произошедших изменений. Наверное, многие люди с магическими способностями ощущают сейчас подобное волнение границ реальности. Надо будет спросить завтра у Рианны, не посещают ли и ее плохие предчувствия?

    Следующий день, седьмой по числу, в месяце Огня Очага, выдался также на славу солнечным и прохладным. Освободившись из объятий сна в районе десяти часов утра, умывшись и позавтракав я вышел из дверей Купеческого трактира.
    Фредас в Торговом районе. И этим все сказано. Ярмарочный день шумел, кипел под солнцем, подобно маслу на сковороде. Я даже толком не успел спуститься со ступенек крыльца, как чуть было не оказался сбит с ног пронесшимся мимо уличным лоточником. Н-да, учитывая, что основной его ассортимент состоял из фарфоровых безделушек и прочей бьющейся мелочевки, кто-то рискует до вечера оказаться как без прибыли, так и без товаров...
    Кто не бывал в самом центре стихийной ярмарки, около полудня Фредаса, не глох от зазываний продавцов, не протискивался через толпу посыльных, слуг, простолюдинов и господ, воров и стражников, мужчин и женщин, стариков и детей, кто не спотыкался о штабеля хаммерфельских ковров, не наступал на хвост купцу-каджиту, сидящему у своей переносной лавки-юрты, тот не может почувствовать все волшебство и значение для разумных рас такой замечательной вещи, как торговля. Шествуя прямо через эпицентр толпы, я размышлял о чудесах рынка, позвякивая под плащом только-что подрезанным кошельком. Первый пункт действий на сегодня - посетить ближайшего доступного скупщика, то есть Дерриена, оценить у него содержимое добытого кошелька, явно богатого не только на монеты, ну и расспросить о Торонире. Почти наверняка столь эпатажное ведение бизнеса, произведет эффект взорвавшегося фаербола не только среди недальновидного Общества сознательных торговцев, но и заставит встрепенуться всех прочих независимых дельцов.
    С ростовщиком обошелся быстро, без лишней болтовни. Не хватало, чтобы он опять полез нанимать меня на свои грошовые заказы. Учитывая, что я сейчас далеко не на мели ( а с учетом простенького рубина и пары искусно ограненных топазов, что обретались среди септимов ворованного кошелька, могу даже немного шикнуть), лишняя работа выйдет мне в тягость. Добавить сюда, что я уже занят каким-никаким делом...
    Кстати, о делах:
    - Веноит, неужели об этом босмере, скамп его подери, совсем ничего не известно?! Я более чем уверен, что ты додумался послать к нему кого-то из своих "особенных" клиентов, наподобие меня.
    - Хм, тут вы не прогадали Форад, Среди умелых людей теневого бизнеса есть не только золотые руки, но и настоящие орлиные глаза, способные увидеть что угодно.
    - Надо же, и что удалось выследить благородной птице?
    - Разочарую вас - немногое. Продаваемые в "Кошельке" вещи по большей части поддержанные, некоторые откровенно старые, вся одежда хоть раз, но была одета, прочее же, носило царапины и сколы, - Дерриен вздохнул, присев на табурет возле прилавка.- Но ничто не указывает на неоспоримо интересный факт, о нечестном приобретении ассортимента лавки.
    - Откуда такая уверенность? Ты послал в разведку ясновидящего?
    - Орел прилетел из Гильдии Воров. А скупщики этой организации осведомлены насчет дальнейшего пути любой ворованной вещи, проходящей через их руки и глаза.
    - Гильдия? - я невольно поморщился. - Неудивительно, что ищейки "Серого" уже сунули нос сюда.
    - Форад, я знаю о вашей неприязни к Гильдии. Спешу заверить, что в ее рядах меня не ждут, но, и я сам туда не стремлюсь. В защиту воровского сообщества следует отметить какой-никакой вклад, внесенный в ваше расследование...
    - Сообщество? Настоящий вор должен работать один, иначе, сбиваясь в стаи, мои коллеги имеют привычку образовывать разбойничьи шайки. А это не просто в высшей мере по дилетантски, это грязно. И опасно для здоровья.
    - Не стану с вами спорить. Уже уходите?
    - Да, - ответил я, открывая дверь.- Благодарю за информацию и оплату камней.
    - Да, кстати,- донеслось в спину.- Говорят, что Торонир имеет привычку совершать вечерний моцион по Дендрарию.
    - Намекаешь на встречу с поставщиками?
    - Вполне возможно...

    "Бездонный кошелек" встретил тихим звоном дверного колокольчика. Глаза быстро адаптировались к полумраку помещения, разгоняемому десятком-другим свечей.
    - Добрый день, рад приветствовать новое лицо в моем чудном маленьком магазинчике! Добро пожаловать в "Бездонный кошелек"! - со стороны торговой стойки ко мне обращался рыжеватый босмер. Ничего примечательного - одет как среднестатистический горожанин, простое круглое лицо, невысокого роста.
    - Я Торонир, рад познакомиться. Чем могу помочь?
    Ах, да, а еще он слишком болтлив, как, впрочем, и любой из его расы.
    - Я совсем недавно в Имперском Городе,- слегка пожав плечами и осматривая убранство магазина я поддержал беседу. - Наслышан, что здесь продают качественные товары по приемлемой цене...
    - И вам не соврали! За пустяковую цену я могу продать вам что угодно: одежда, кухонная утварь, товары для быта, плащи, украшения...
    - Можно насчет последнего поподробнее? - прервал я босмера. - Покажете вон-тот плащ?
    Я указал на небольшую накидку серо-зеленого цвета, висящую на вешалке среди прочих плащей. Блеснула крупная застежка в форме листа. Немного подержав шерстяной плащ в руках, попробовав мягкость ткани и осмотрев на предмет дыр вернул обратно. Похоже, вещь шилась для ребенка или низкорослого босмера. Нет, на ощупь вслепую я ничего не смогу выведать. Пора переходить к распросам.
    - Отличное качество. Сколько такой плащ стоит?
    - Десять септимов.
    Ага, при рыночной цене во все пятьдесят, если прикинуть. Еще и застежка монет на тридцать тянет. Минимум.
    -Надо же, так дешево?! - изобразив неподдельное удивление я стал подбивать клинья ближе.- Где вы берете столь чудные вещи?
    - Это коммерческая тайна. Я не могу раскрывать источники, которые позволяют продавать тебе товары так дёшево. Как пекарь не делится своими лучшими рецептами, так и я обязан хранить свои источники в тайне, иначе каждый торговец сможет воспользоваться ими.- Торонир придвинулся поближе и продолжил полушепотом.- Достаточно сказать, что они вполне надёжны и предоставляют товары по низкой цене. И это позволяет тебе сохранить деньги в своём кошельке!
    - Так загадочно... О! Чуть было не забыл! Я пришел сюда с интересом приобрести подарок своей хорошей знакомой. Надеюсь вы позволите найти в своем ассортименте какое-нибудь презентабельное кольцо?
    Перебрав с десяток-другой колечек я остановил свой выбор на одном серебряном, что было украшено крупной жемчужиной. Заплатив требуемые сорок пять септимов, попрощался с продавцом и покинул лавку.
    Кольцо требовалось передать Рианне. Встреча была назначена в два пополудни, в обеденном зале Купеческого. Все оставшееся время ждал там-же, отобедал, выпил пива, прочел первые несколько глав книги "Аргонианский доклад", за которую очень давно хотел приняться. Н-да, оказывается, Чернотопье будет пострашнее Скайрима... Вездесущая грязь и тление, десятки видов опасных хищников, особо отбитые на голову аргонианские племена, и это только банальные цветочки! Про таинственную мистику, окружающую болотистую провинцию, в последнее время ходило множество слухов, начиная от обмусоливания очередных пропадающих на безопасных дорогах и протоках караванов, заканчивая якобы магическими Деревьями Хиста и Зовом. Что ни говори, болота аргониан не преднизначены для чужаков неподготовленных к встрече с ними.
    Рианна явилась точно в срок, верная своей пунктуальности. Сменив вчерашнее зеленое платье с белыми оборками на типичный для целителя набор одежды, состоящий из серых узких штанов, подпоясанной белой рубахи и кожанной сумки через плечо, сестренка вошла в этот день весело позвякивая зельями из сумы, распространяющей вокруг ореол травяного запаха.
    - Ты только что с работы? - поинтересовался я, когда она заняла стул рядом.
    - Отпросилась в Фредас пораньше. Как там наше расследование?
    - Ужасно. Все мои теории рушатся на глазах, о стены незыблемых лиц и событий. Версия о ворованных товарах не подтвердилась даже вмешательством Гильдии Воров,- глаза Рианны заметно расширились от удивления,- Торонир не похож на дэйдрически хитрого дельца - обычный наиивный босмер, не соображает, что за водоворот событий кружит вокруг его лавочки. Но язык за зубами он, впрочем, держать умеет.
    -Стой, а при чем тут Гильдия Воров? Неужели она существует? - покосилась в мою сторону подруга.
    - Да, жаль это признавать, но она не миф. Хотя, лично я, более-чем счастлив, что не состою в ее рядах. Ладно, завершу рассказ о своих сегодняшних приключениях демонстрацией вот этого кольца, купленного в "Бездонном кошельке". Что скажешь о нем, сестра?
    Бретонка слегка замялась. Взяв украшение она осмотрела его в пальцах, постучала ногтем по жемчужине и, вздохнув, вернула мне:
    - Оно не зачаровано, Терр. Тут я бессильна...
    - Я не просил сканировать слепок личности зачарователя! Могла бы включить дедуктивное мышление. Смотри, основная деталь картины - это жемчужина. Все изделия с жемчугом, крутящиеся на рынке драгоценностей Города, производятся тут-же, или в предместных поселениях. Причина этому проста - озеро Румаре может похвастаться фермой по разведению моллюсков, откуда на городские прилавки проставляют деликатесное мясо, перламутровые раковины и жемчуг, соответственно тоже. Это, если не считать некое число вольных ныряльщиков за жемчугом, кстати, число непостоянное, ибо рыбы-убийцы его постоянно сокращают. Имперский Город самодостаточен на предмет наличия этого ювелирного и алхимического сырья. Поэтому, купцы обычно экспортируют жемчуг, а не импортируют его.
    - Ты хочешь узнать, кто изготовил украшение и отследить его владельцев, придя, таким образом, к поставщику товаров? Нет, Терр, это чистой воды сумасшествие, таких колец десятки. На нем даже нет клейма мастера!
    - Нет. Эту задачу я возлагаю на тебя. Обрати внимание на жемчужину - у кого-то явно плоховат вкус к прекрасному, поэтому, столь чудесная, большая и с редким голубоватым оттенком жемчужина продается за сущие гроши у подозрительного ростовщика, хотя, давным-давно она выставлялась на всеобщее обозрение среди бриллиантов и золота. Пожалуй, единственная достойная ее витрина - таковая в "Красном Алмазе"
    - Считаешь, что кольцо оттуда? - Рианна вновь взяла кольцо, паралллельно ища что-то в сумке.
    - Почему бы и нет? Редкая удача, что мне попалось именно это кольцо, именно с этой жемчужиной. А, раз я перекупил вещицу, на истинном ценниике которой должна красоваться сумма в полтысячи септимов, мы не должны упускать такой шанс и оставлять без внимания самую дорогую ювелирную лавку Города.
    - Пока я буду опрашивать продавца "Красного Алмаза", за что примешься ты?
    - Прослежу за Торониром. Он имеет привычку шататься по городу на ночь глядя.
    Рианна скептически фыркнула :
    - И ты видишь в этом что-то подозрительное?
    - Из нас двоих и без того сыщики, как из гуаров священнослужители Девяти. Давай,хотя-бы,всеми правдами-неправами отработаем гонорар Дженсин? - немного промолчав я продолжил. - Поешь чего-нибудь, а я пойду отдохну.
    Единственным желанием в тот момент был здоровый сон, на долгих пять-шесть часов, ибо внутренний голос настойчиво твердил, что эта ночь выдастся отличительно суетной и наполненной беготней.

    Прислуга разбудила строго по часам и моей просьбе - в восемь часов вечера. Уже заметно стемнело, по сравнению с летним временем.
    Сумерки почти полностью обратились в звездную темноту, когда я шел к "Бездонному кошельку". Как и ожидалось - лавочник вышел из дверей "Кошелька", закрыв их на ключ.
    Будучи ко мне спиной, он пошел в сторону Императорской Зеленой Тропы. Я двинулся следом, держась ближе к стене здания, где граничили световые пятна от фонарей и глубокая темнота.
    Под светом двух лун, я проследовал за босмером мимо Башни Белого Золота, через аллеи статуй и тихий шелест старых листьев Дендрария. Цель наблюдениия вела себя совершенно обыденно, не вступив даже в беседу ни с кем из редких прохожих. Спустя час-полтора, Торонир повернул обратно, вернувшись в Торговый район. Тут-то и началось самое интересное...

    - Рианна! - я влетел в ее комнату, хлопнув дверью, столь же резко, как строй конницы врезается в разбегающуюся пехоту.- Ты не поверишь, что мне удалось узнать!!!
    - Мне бы твой энтузиазм,- вздохнула она.- В "Красном Алмазе" ничего не удалось узнать и...
    - К скампам это кольцо! Пошли быстрее, надо известить Торонира!
    - И к чему вся эта паника? Ты ведешь себя черезчур эмоционально. Рассказывай.
    И я рассказал. Про подслушанный прошлой ночью разговор Торонира с его поставщиком. Про то, как выследил его место жительства, по совместительству, оказавшееся и складом. Складом чего? Лучше бы я не знал. Выждав, пока партнер нашего незадачливого лавочника покинет дом, я проник туда, осмотрев буквально все - от верхних этажей, до подвала. Вот там-то меня и ждал неприятный сюрприз...
    - Помнишь университетские помещения обучения хирургическому делу и химеростроению? Так вот, сравнивая с могильником в подвале этого Агамира, они были еще так даже ничего! И почти не воняли...
    - Неужели мы...
    - Да. Поздравь меня, мы нарвались на гробокопателей. А вот и вещественные доказательства,- на стол легла толстая и потрепанная тетрадь. Местами, ее страницы были заляпаны грязью и чем-то спекшимся, красновато-бурого цвета, местами, сыпалась крошками черная сухая земля.
    Рианна открыла последнюю исписанную страницу. Тетрадь была заполненна записями едва-ли наполовину, но все они имели примерно следующий вид:
    - "Ферделус Вагариун — Имперский город, Стёганый дублет , Зелёные шёлковые брюки, Шитые золотом туфли, Золотое кольцо..." Погоди, здесь указаны даже люди из других городов, вот. Смотри "Офорд Гэбинс — Анвил, Дорожный плащ с серебряной застёжкой в виде листа, Зачарованный короткий меч, украшенный вязью..."
    - Они откапывали покойных по всему Сиродилу. Не знаю даже, является ли Агамир главарем банды, или он всего-лишь посредник по продаже добытых вещей. Поступим так, ты берешь этот список и бежишь к Дженсин. Объяснишь ей что и как, пусть вызовет стражу. Запомни, я буду выслеживать Агамира в южной части дворцового кладбища, он обмолвился, как-то, что у него там важные дела на весь день.
    - А что с Торониром?- донеслось в спину.
    - Сомнительно, что этот идиот что-либо знал о грязных делишках своих друзей. Пусть молится Стендарру, чтобы стража поверила ему и не потащила на эшафот... - из комнаты я вышел столь-же быстро, прикидывая на ходу, как обхитрить злобную -вахтершу-старушку с шваброй, что уже вышла на поиски наглеца, посмевшего ловко проскочить мимо ее поста в женское общежитие.

    Сиротливый и одинокий навесной замок, в добрых десять дюймов диаметром, блестел несколькими нержавыми деталями своего облика, выделяясь из траы. Кладбище тонуло в красном мареве заката, когда солнце касалось кромкой стен Города. Ветра нет. Можно услышать любой шорох в царстве тишины и света. Но и звуков нет.
    Я тихо подошел ближе к приоткрытой двери мавзолея. Достав меч, зажал в левой скляночку с зельем. И пошел по ступеням в царство прохлады, небольшой сырости и запаха каменной крошки.
    И сырой земли.
    Стоило мне спуститься до последней ступени и обозреть внутренее убранство склепа, как дверь с лязгом захолпнулась, донеся тяжелый металлический звук шагов, следом, по ступенькам.
    Агамир вышел из-за колонны, покачивая в руке короткий двемерский меч. блестящий медью в отблесках пары подвешенных факелов и зажженных свечей.
    Как мило. Я в ловушке.
    - Я знал, что рано или поздно ты попадёшься. Вот почему я заготовил для тебя эту ловушку,- тут он, пожалуй, прав. Я недооценил умственные способности "черных гробовщиков", позволив опередить себя на шаг вперед.
    - Как видишь, могила уже выкопана. На этот раз я не собираюсь ничего уносить с кладбища, напротив, я кое-что добавлю. Боюсь, всё, что могу тебе предложить, — это безымянная могила...
    Помощник Агамира, закрывший дверь мавзолея, обходил сзади. Поняв, что прелюдия закончилась, я приступил к исполнению пьесы, отскочив от удара Агамира. Противник был сильнее и тяжелее. Его зрение достаточно приспособилось к темноте склепа. На благо, прием проводился рубящим ударом сверху. Пришлось проскользнуть по правому боку. Зажмурив глаза, бросил склянку под ноги, на каменный пол. Удар с силой не остался без результата - даже сквозь плотно зашторенные веки и рукав рубашки, по глазам резануло светом. А уж что почувствовал Агамир, наверняка, словами не передать.
    Одним движением я поднырнул под просвистевший вслепую тяжелый кусок двемерского металла, тут-же, как пружина бросившись с острием своего меча наперевес снизу. Рука с оружием почувствовала сопротивление, когда оно скользнуло под нижним ребром с правой стороны. Параллельно, ухватив оппонента свободной левой, за запястье его правой руки, немного ослабил грядущую контратаку... которой не последовало. Агамир, заливая все и вся кровью оседал, унося в себе мое оружие. Я с силой оттолкнул убитого, уходя за колонну из поля зрения второго гробокопателя.
    Ситуация ухудшилась. Единственное, что я сумел рассмотреть- на защите сообщника Агамира стоял плохонький стальной панцирь, тем не менее, очень эффективный в плане защиты от короткого меча. Да, будь у меня еще в тот момент этот самый меч...
    Оклемавшийся от действия ослепляющей гремучей пыльцы, враг вот-вот должен был выйти из-за колонны и заметить меня. Иначе как удачей, происходящее назвать нельзя - прислоненная рядом, к стеночке, лопата, грязная от комьев свежевскопанной земли, сама вспорхнула мне в руки. В тот удар я вложился весь, от плеча, с полуразворота корпусом. перехватив лопату поудобнее, сокрушил ее металлическим штыком оппонента, плашмя по гнусной роже.
    - Ну, пожалуй, можно было бы обойтись и без идиотской речи в начале, а просто меня убить... - ворчал я, поднимаясь по ступенькам, волоча лопату следом. - Дилетанты, - бросил на прощание двум телам позади себя. Одному - мертвому. Второму - конкретно так оглушенному, с согнутым вбок носом и с недостачей трех-четырех передних зубов.

    На улице меня уже ждала Рианна, багровая полоса горизонта на западе и несколько скупых лучиков солнца на фоне иссиня-темного неба. Без лишних слов я бросил лопату в траву рядом, а сам сел туда-же, все-еще толком не отойдя от произошедшего, в залитой чужой кровью одеже. Безоружный, уставший и дико желающий напиться.
    Сестра молчала. Поняла о случившемся и так. Села рядом, прижавшись бочком, пачкая рубашку о несвернувшуюся кровь.
    Добро пожаловать в мою жизнь...
    Лопату следовало сдать в качестве вещественного доказательства. Неважно кому, Дженсин или легионерам. Я уже тогда точно знал, что стребую дополнительную награду с Торонира, вкупе с пожизненной скидкой, если он, конечно, отважится и далее торговать после такого.
    Размышления в молчании продлились недолго. Нас окликнул женский голос. отличающийся странным иноземным акцентом:
    - Прост"итте, наверное вы можьете мне помочь? У мен"я тут ест одно важьное дело... - собеседница, видно, замялась.
    Клянусь, еще немного и на этом кладбище станет одним трупом больше...

    http://tesall.ru/files/file/3283-rhianna-goddess-companion/ Рианна
  18. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2053-nachalo-puti-noch-nad-imperskim-mostom/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2056-nachalo-puti-konkurenciya-do-grobovoy-doski/ Следующая глава


    Спустя несколько дней, когда природа праздновала прохладой начало месяца Огня Очага, я, сменив достаточно потрепанную кожаную кирасу и грубоватые сапоги, на вполне приличную для горожанина одежонку, осматривал блестящие от солнца стены особняков Талос-Плаза.
    Снова в городе. Все выглядело относительно тихо, но было ли так на самом деле? Основной пик народного волнения я пропустил, будучи за стенами Имперского Города и осваивая науку общения с твердолобыми крестьянами. Ох уж этот их говор и склонность видеть суеверия там, где какой-либо магией и не пахло...
    Благодаря Линку я задержался в Приорате Спящего Рыцаря на долгих три дня. Узнал, что за неделю моих странствий по столичным предместьям, в городе чуть-было не вспыхнул бунт, впрочем, быстро и жестко подавленный Легионом под руководством Временного Правительства Совета Старейшин, что возглавлял канцлер Окато. Обошлось без жертв, но зачинщики, как в воду канули. Подозрительно хорошо спланировано...
    Также, в городе зафиксировали случаи гробокопательства и, даже, нападения вампиров! Хм... На моей памяти кровососам вход в Имперский Город заказан - высок риск нарваться ночью на какого-нибудь заплутавшего магиуса из Университета. Нет, я не утверждаю, что тварь будет испепелена на месте, просто обычный человек мало что противопоставит нежити, тогда как маг может потягаться в бою на равных.
    Одним выведыванием последних слухов дело не ограничилось: подустав сидеть без дела, я вызвался исследовать древнюю крипту приората, сделав опись и подсчет захоронений. Вооружившись топором, чье лезвие ковалось из сплава серебра с мифрилом, а , значит, было губительно для нежити, спустился в тьму, разгоняемую разве-что моим же факелом. Несколько зачуханных неупокоенных привидений было пытались возмущаться нарушением покоев оных, но укорачивание самого агрессивного ровно на голову остудило замогильный пыл всех эктоплазматических сущностей, не исключая даже безголовых. Пострадавший, кстати, извинился, представившись рыцарем, заявил, что я поистине бесстрашен, не испугавшись замогильных духов и даже помог с описью, рассказав кто и где покоился в саркофагах крипты.
    Бесстрашен? Ну это он загнул, пожалуй. Просто, каждый божий раз, когда, блин, я лезу грабить очередной склеп, сталкиваюсь с этими увешанными цепями нытиками. Ну чего им у Девяти на небесах не сидится? Ладно бы еще была опасная призрачная нечисть, а не эта шушера... Надоели.
    Долго можно было бродить по тихо увядающим Эльфийским Садам, любоваться статуями в Дендрарии, просиживать штаны в таверне, выжидая тихого вечера, после хладного дня. Долго высматривать выси Башни Белого Золота.
    Пожалуй, такое впечатление произвел город на меня в самый первый раз. Давний-давний первый раз...
    Сейчас, он поднадоел. Глаза уже не озирали архитектурные красоты в целом, но выискивали удобные темные уголки, подъемы на крыши и пригодные для проникновения окна. Чисто профессиональный взгляд. Скептический и цепкий.
    В этом вся суть разочарования - ты преодолеваешь первичные впечатления, отметаешь в глубины памяти отношение к воспринимаемой действительности, непроизвольно опошляешь рассматриваемый предмет, дабы более успешно пользоваться им в дальнейшем. Очарование пропадает - остается мрачная, требующая выдержки действительность. Так было с безумными идеями детства, Университетом Таинств, вольным воровством... Со всем, что следовало за этим и привело меня к пустому лицезрению белокаменного города, а Амулет Королей в карман моего камзола.
    Куда пойти в Имперском Городе в первую очередь? Зависит, от того, что вы ищете: кто-то просаживает или зарабатывает деньги со ставок на Арене, кого-то интересуют красоты строений и благородная тишина кладбища вокруг Башни Белого Золота. Кому-то любы богатые постоялые дворы Талос-Плазы. Иные предпочитают шумиху Торгового Района, где можно купить все, что душа пожелает.
    Вот за покупками я и шел. Церковь неплохо платит за опасную работу, а уж если ты нашел давно утерянную могилу рыцаря, возведенного посмертно в ранг святого, готовь мешок для золота. Порой, безалабернось и амнезийные заскоки, по отношению к некоторым святыням, могут дорого стоить духовенству, но здорово помогать некоторым ловцам удачи.
    Лавчонка Скользкого Билли была прикрыта стражей еще летом. Мой главный скупщик в Городе, независимый от Гильдии Воров,был потерян. Съемная квартира давно уже не пустовала, а мои вещи переехали в хранилища Тюрьмы Имперского Города. Впрочем, ничего особо ценного там нет. Нельзя заводить привязанности с такой жизнью...
    По ясному небу заклубились маленькие облачка. Птицы, предчувствуя скорый отлет распевали последние песни, свободно порхая средь деревьев Кладбища Героев.Иначе, была тишина. Я снова шел мимо дверей дворца, давая себе крепчайший зарок, забыть то, что случилось в его стенах.
    И это помогло.
    Мостовая вела дальше, в ворота Торгового района, мимо поста стражи, мимо солнечных деревьев и воздуха, несущего предвестье легкой прохлады. Дни станут короче, холоднее, зацветут в огне деревья. На это природа потратит несколько недель, в итоге, лишив мир тепла и света.
    Торговый район, коммерческое сердце Города и всего Сиродила в целом. В лавках, магазинчиках, торговых палатках, у коробейников и в ломбардах можно купить все! А если чего-то нет, проверьте, существует ли такая вещь на свете, или не противозаконна ли она? Если с первым, увы, ничего не поделаешь, то вторая категория товаров тут также продается. Просто, места надо знать.
    Обычно, награбленное-украденное-снятое с трупа продают скупщикам Гильдии Воров в Портовом районе. Но, это еще не значит, что жалкая шайка проходимцев во главе с "Серой Собакой" подмяла под себя весь город. В Торговом районе обретается несколько скупщиков краденного, независимых, естественно. Кто-то маскируется под ростовщиков, кто-то тщательно конспирируется, кто-то настолько влиятелен, что может даже особо не прятаться от закона, иногда в силу крышевания оным.
    С последними, я меньше всего хотел иметь дел. Высок риск, что сдадут.
    На тот момент я поддерживал какие-никакие контакты с двумя скупщиками: ростовщиком Дерриеном Веноитом и Коробейником. То-есть, знакомства сии смело можно относить в разряд шапочных - если Дерриену я, мало того, что продал как-то добычу, оставшуюся от одного из темных делишек, так и достал один мелкий заказ, то насчет таинственного Коробейника, разве что, знал как с ним связаться. Негусто, признаю, но если решил возвращаться в дело, надо с чего-то начинать, пускай и с малого.

    Итак, я одет с иголочки - синяя рубашка с широким и длинным подпоясанным подолом, недлинный синий плащик, штаны с буфами, синие же замшевые туфли с квадратным широким носом, что прозван в народе "утиным". Так-что, за внешний вид можно не волноваться, доролнительно, еще гостя в монастыре, я привел в порядок волосы, вычесал колтуны, как следует отмыл их, вывел всех вшей, что поселились там, будучи моими соседями по камере. Заплетя привычный конский хвост остался доволен результатом.
    На имеющиеся средства вполне можно обновить арсенал, прикупив взамен короткого меча кое-что более стоящее. Или приобрести полезные в воровском ремесле инструменты. Лошадь? Нет, пока будет дороговато. Да и конюшни, опять же, за пределами городских стен, куда я в ближайшую неделю возвращаться не собираюсь.
    Ах, да, провизия. Не то что бы я был таким прозорливым... Просто жрать охота.
    Поэтому, я повернул в сторону "Кормушки". Не слишком дешевая, но вкусная кухня. Цена оправдывает качество. Как вариант, конечно, можно перекусить в Купеческом трактире, но это, прежде всего трактир, тем более, что основной ассортимент в продаже данного заведения - горячительные напитки. Вот, если я захочу напиться, то тогда, да, конечно...
    Мечты о тарелке горячей солянки с плавающими там разваренными скинградскими оливками и тремя-четырьмя видами мяса, начиная от сочной говядины и вдоль по списку, кончая экзотическими копченостями из никс-гончих, столь застилали мне глаза, что, пожалуй, я бы не обратил внимания и на возникшего посреди помещения, буквально из ниоткуда живого двемера, не говоря уже об удосуживании рассматривать других посетителей заведения. Заказав желанное блюдо и котлетки с пюрешкой на второе, получил в ответ распоряжение ждать минут двадцать до подачи готового блюда.
    Пойти ли прогуляться до ближайшей лавки? Нет, как-то лень, хотя и день хорош и солнце ярко. Присяду-ка за столик в углу, спиной к стене, по старой привычке, чтобы никто не застал врасплох, подойдя сзади.
    Как нельзя кстати, оказалась свежая газетка "Вороного курьера":

    "СЕРЫЙ ЛИС, ЧЕЛОВЕК ИЛИ МИФ?
    Действительно ли за всеми кражами в Имперском городе стоит так называемая Гильдия воров? Иероним Лекс, капитан Имперской стражи, похоже, считает именно так.
    Когда мы спросили его о Гильдии воров и её предводителе, Сером Лисе, капитан выразился совершенно недвусмысленно: «Этот человек в ответе за преступления в городе!». Энергичный и упорный капитан Лекс посвятил все свои помыслы поимке этого чудовища в маске.
    Отвечая на этот же вопрос, Адамус Филида, командующий Легионом и непосредственный начальник капитана Лекса, ответил так: «Чепуха! Серый Лис - это просто миф. Гильдии воров нет и не было».
    Истории о неуловимом воре по прозвищу Серый Лис гуляют по Имперскому городу уже несколько столетий. В них говорится о том, что он может делаться невидимым, уменьшаться до размеров мыши, превращаться в туман, просачиваться под запертые двери и совершать множество подобных невероятных подвигов. Даже если только половина из этих историй верна, капитану Лексу будет непросто поймать Серого Лиса."

    Хм... Однако, Серая Собака и ее жулики засветились на первой полосе? А чем я хуже?! Ладно, шучу, я ,естественно, не хочу привлекать к себе лишнего внимания, просто зарабатывая на жизнь, как умею это делать. Но воздвигать свою Гильдию, основанную чуть-ли не на на поклонении Ноктюрнал, бюрократизировать воровскую вольницу, насильно вербовать мастеров своего дела, эксплуатируя их труд для обогащения себя как главы... Пакостно. Еще более пакостней, что и меня едва-едва минула сия учась, горбатиться на посредственного работника плаща и отмычки, до сих пор выезжающего лишь благодаря своему капюшону,что по слухам, "позаимствован" у Ноктюрнал на неопределенный срок.
    Что же касаемо долгожительства Собаки и нашего короткого знакомства? Auem, вполне возможно что происходит наследование Капюшона Ноктюрнал от одного главы к другому, версия о вампирском происхождении явно не делает Собаке чести в моих глазах. А на альтмера он не похож. Beth, после попытки силком затащить меня в Гильдию, что имела место чуть более двух лет назад, одно только упоминание среди их старожилов, о молодом имперце с рыжевато-каштановыми длинными волосами и полуторным мечом наперевес, приводит к нервному подергиванию глаза. Правого или левого. А иногда и обоих.
    Но, смею отметить, как результат, что по всему Городу развешены десятки портретов Серого с детальной ориентировкой, тогда, как моих в разы меньше и скарбезная рожа с едкой ухмылкой из-под капюшона, что изображена на них, и то имеет больше сходства с покойным дедушкой Уриэлем, чем с живым и молодым мной.
    Чтение с последующими размышлениями заняли первые минут десять времени до подачи кушаний. Последующие десять минут, что обычно являются самыми малотерпеливыми и напряженными (особенно, если вы голодны), заняла неожиданная встреча. Кою смело можно отнести в разряд если уж не судьбоносных, то приятных точно:
    - Тер... Терральт???
    Неожиданность не подкралась сзади. Там, напомню, была стена. Она пошла в лобовую атаку, остановившись в нерешительности у моего столика. Чего говорить, я тоже растерялся. И еще как!
    - Сколько времени прошло? Четыре года? Больше? Ты исчез, ничего не сказав!
    - Три. Три года. Это было ближе к середине осени, - ответил я.
    - Все думали, что ты погиб при попытке создания однонаправленного пространственного кармана, или сунулся в канализацию, искать сбежавшую из бестиария гниловину... Я... Я знала, что ты сбежал!
    - Дай угадаю, никто с курса даже и не вспомнил обо мне, спустя неделю? Только ты. Ты помнила всегда. Не плачь. Сядь.
    - Преподаватели догадались, что ты сбежал. Они послали боевых магов и даже Клинков Ночи. Конечно же, зная тебя, я была уверена, что они вернутся ни с чем. Но? Зачем ты так со мной?...
    - Извини, сестренка- не быть мне гордым и мудрым хранителем магических знаний этого мира. Я выбрал свой путь. Признаю, он плохой...
    - Опять ты за прежнее? - в сине-голубых глазах девушки возник упрек. - Я еще помню рассказы о том, как ты попал в Университет, через карман того стражника.
    - Остроумно. Ты не теряешь хватки. Надеюсь, моя сестра закончила Университет?
    - Теперь я практикующий целитель. Хотя родители и настаивали на моем возвращении в родовое имение, я наотрез отказалась. Я их знаю, - вздохнула она,- быстренько выдадут замуж за какого-нибудь тупоголового соседского сынка, мужлана, самодура и любителя охоты. Лучше уж помогать больным и страждующим в Храме Девяти. Там достаточно платят. Кстати, Терр...
    - Что там?
    - Я тут обещалась кое-кому помочь, но, похоже, мне самой потребуется поддержка.
    - Ха! Для тебя, что пожелаешь, Рианна! Но сейчас, Девятью молю, дай я наконец-то поем!
  19. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2052-nachalo-puti-predmestya/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2055-nachalo-puti-vozvraschenie-v-gorod/ Следующая глава


    В ночную пору на мосту было тихо. Не громыхали нагруженные товарами повозки, не стучали звонкие подковы, не голосили купцы и прохожие. Даже таверна, что занимала самый большой мост Имперского Город и въезд в него, казалась обезлюдевшей и мертвой. Светили фонари, постовые клевали носом, несмотря на достаточно ранний час. Радовало отсутствие патрулей. Ну или же они были слишком медлительными.
    Можно было не таиться, а спокойно идти к нужной двери. Заходить со стуком я не собирался. Тем более над дверью висел яркий светильник, я рядом не громоздились ящики с товарами и конфискатом. Попробуй я взломать сам замок, тут же засекли бы. Я приметил окно второго этажа. Благо, под рукой оказалась верёвка.
    Перелез с горы ящиков на карниз, а оттуда, оперевшись на оконную решетку, подтянулся через свисающий край крыши. Под ногами зияла пропасть в тридцать футов. Был путь и покороче, но на стене выступала пара контрфорсов. Кроме каджитов и самоубийц, никто бы не залез. А я не относился ни к тем, ни к другим.
    Бодро проскользнув по краю крыши, я привязал верёвку к каменной печной трубе. Итак, я находился над складскими помещениями и архивами. Этого стоило ожидать, находясь у главного въезда. Арсенал, склад вещдоков, запасы амуниции, помещения, сдаваемые Легионом из-под полы частным лицам... Впрочем, интересовала меня секция «залежавшегося» конфиската, проходившего по какому-нибудь закрытому следствием делу. Именно там и должна была обретаться партия желанных камней Варла.
    Еще в первых числах месяца Высокого Солнца один из ныне покойных информаторов шепнул мне, что Легион выбил крупную разбойничью шайку из древних айлейдских руин, вынеся из той стычки умопомрачительно дорогой груз. Среди прочего там были эти камушки. Ныне, на дворе стояли последние денечки месяца Последнего Зерна. Больше половины сокровищ осело звонкой монетой по карманам офицерского состава. Но хоть парочка обязана была остаться. Для вида.
    Обвязав второй конец веревки вокруг талии, я мягко слез с края, держа первый конец в руках, дабы поравняться с окном. Стражи внизу ничего не видели. Не могли — свет фонаря почти не доставал до меня. Да и ветер глушил мои шаги.
    И тут решетка. Но замочная скважина нашлась быстро — была она с внутренней стороны, оставляя лишь узенький зазор с деревянной ставней. Мне хватило, чтобы просунуть руку с отмычкой.
    Дрянной отмычкой, надо сказать.
    Мешалась, не желая пролезать в нутро замка, ещё и «вренч» постоянно гнулся при попытке подобрать нужный угол. На третьем, финальном штифте, меня ждала подлянка. Сначала был четкий, ощутимый щелчок второго зубца, но, затем рука предательски дрогнула, и из скважины я достал уже жалкие пол-отмычки.
    Шипя полез за пинцетом. Веревка уже до боли давила на пояс, отчего стало некомфортно.
    По крайней мере, предупреждён — значит, вооружён. И вот, спустя три минуты возни, от нутра дома меня отделяла деревянная ставня с жалкой щеколдой.
    Перебравшись на подоконник, отрезал веревку, а висящий снаружи конец прижал ставней, дабы тот не трепыхался на ветру, привлекая внимание. «Свой» конец веревки отцепил и спрятал в один из карманов. Пригнувшись, тихо пошел вглубь помещения, уставленного глухими шкафами. Архивы? Так и есть.
    Было темно и тихо. Не горела даже свеча на письменном столе при входе. Благо, был факел, коптящий в коридоре через открытую дверь. Тишина. Но где-то рядом должна быть охрана, всё-таки это не склад гнилой картошки. Прижимаясь к стене, легко выскользнул в коридор. Всё лишнее припрятал ещё возле таверны, иначе бы сейчас шкрябал стены широкими полами шапели.
    Двери. Немало так дверей, в ряд по обе стороны коридора. Неплохо придумано — помечать каждое помещение настенной табличкой с указанием, для чего оно приспособлено.
    Миновав две безымянные двери, один кабинет некоего Сокуциусса и склад конской амуниции (седла и уздечки? Интересно, а доспехи для лошадей там есть?) и не найдя нужной таблички даже среди дверей напротив, я вышел к винтовой лестнице на первый этаж. Следовало утроить осторожность — скорее всего, стража сейчас рядом с выходом возле этой лестницы. Я услышал, как хлопнула дверь, затем показались тяжелые шаги с пощёлкиванием металла на коленных сочленениях доспеха. В воздухе засквозило.
    Обожаю патрулирующих бойцов Имперской стражи. Громыхают чуть тише посудного шкафа, в темноте теряются, лишенные шлемом возможности нормально слышать и видеть. А ещё они используют щиты и мечи, что не особо добавляет маневренности и лишает возможности зажать преступника в углу алебардами и прочим древковым...
    Вжавшись в темную неглубокую нишу возле проёма, ведущего со второго этажа, я затаился судорожно сжимая добытый молоток. Расчет таков: если меня заметят, садануть по защищенной шлемом голове и, не дожидаясь пока голову оппонента покинет гудящая свистопляска дрожащего металла, нанести сокрушающий удар по зубам.
    Обошлось. Груда металла была слишком рассеянной или еще не привыкла к темноте, выйдя из более освещенной привходной области. Дождавшись, когда стражник повернётся ко мне спиной, вышел из ниши и тихонько спустился вниз. Справа — входная дверь, слева — всё тот же ряд помеченных табличками комнат.
    «Вещественные доказательства»? Мне сюда.
    Не заперто. Стало даже обидно, что все настолько легко. Однако в свете, пробивающемся из узенького зарешеченного окошка под самым потолком, я увидел несколько металлических сейфов с отличными замками. Все остальное обреталось на полках или в сундуках, об один из которых я чуть было не споткнулся.
    Львиную долю света создавали айлейдские камни, что облегчало поиск. Велкиндские преобладали числом, но встречались и неогранённые природные, если их, конечно, можно отнести к айлейдским. Увы, их было всего пять или шесть.
    Кроме одинокого Варла, вытащенного из проема между стеной и боковиной шкафа, я отважился прихватить немного мелочёвки — серебряную статуэтку с ладонь высотой, несколько двемерских монеток, простецкий, но симпатично выглядящий стальной кинжал. Увы, это были самые ценные, а оттого и особо запоминающиеся трофеи. Многого брать не стоило — я не хотел привлекать внимание к своему возвращению...
    Скажу одно — камня Варла вряд ли кто хватится. Заведующий складом даже не знает о его существовании, уж настолько вещица была пыльной.
    Обратно шел той же дорогой. Да, не в духе профи — дважды ходить одной дорогой. Но ведь не было ни толковой подготовки, ни разведки резервных путей, ни карты... Сойдёт и так!
    Охранник уже не шумел. Может, завалился спать после дня на страже правопорядка? Я вылез всё в то же окно. Прикрыл ставню, и, уцепившись обоими руками за конец веревки, встал ногой на подоконник. Носком сапога второй же зацепил решетку и потянул на себя, дождавшись щелчка закрываемого замка. С навесным мороки было бы больше...
    Дальше — дело техники и умения лазить вверх по канату.
    Полдень выдался солнечным. Весело ковылял по дорожке, любуясь высокими травами, получал ни с чем не сравнимое удовольствие от щебетания птиц, бега легких облачков по прелестно-синему небу...
    А, к скампу поэтизм. Просто значительно потяжелевший кошель оказывает благотворительное влияние на самочувствие и развивает воображение! В каком плане? Ну, например, придумать, на что потратить эти деньги.
    Зайти в лавку сестер Валейн? А почему бы и нет.. Но попозже. Ныне хотелось лишь идти по пыльной дорожке в темно-зеленую даль, с горами, что маячат столь далеко на севере. Где за снежными грядами, столетиями и эпохами живут старые предания, где спор — как битва, а слово — как меч. Где Талос нашел дорогу в Небо. Где пушистая и колючая зима круглый год, а белокурые женщины в холоде своем прекрасны. Где мед льется рекой. Где рождаются новые легенды...
    Ах, да, я же совсем забыл — я ненавижу Скайрим. Холодно, необжито, куча дикого зверья на каждом перевале, все пьют дешёвое пойло. Знаю, проходили — я что, в Бруме не разу не был?

    Навстречу грохотала и тряслась повозка. Как на пасторальной картинке — ослик, гружённая сеном двухколёсная тележка, типичный крестьянин-возничий. Мешковатая одежда, соломенная шляпа. Но выражение лица уж больно кислое. Такое бывает, если вместо хаммерфельского апельсина по ошибке съесть добрую дольку лимона. О-о-очень кислого лимона.
    — День добрый, — на свой страх и риск, вступил я в диалог. Кнута или иных опасных предметов у работяги под рукой видно не было, так почему бы и нет?
    — Ох, шастают тут всякие, а потом у честных людей вещи пропадают. Топай далече, бродяга.
    — А не подвезете ли? Пожалуйста... Заплачу, сколько скажете.
    — Куда тебе, горемыка?
    — Лавка сестер Валейн. Вы же слышали о ней?
    — Ага. Везучий ты побродяга. Я к мосту еду, кузнеца проведать, а потом по этой дороженьке обратно, как раз мимо лавочки. За десять септимов занимаешь место сзади, рядом со братом святым.
    Однако попался еще один попутчик. Из-за копны сена не было видно, что на корме, весело болтая ножками, сидел монашек. Нет, не степенный представитель черного духовенства, что может отлупцевать посохом или кулаками зарвавшегося бандита-оборвыша, или изгнать молитвой Девяти мелкого дэйдра. А то и поделиться крепким монастырским вином, которое можно найти у каждого из святой братии. То был синеглазый юнец лет пятнадцати с тонзурой на светлых волосах, обряженный в поношенную подвязанную робу. Невольно поймал себя на мысли, что время побега не давал штанам соскочить именно вот такой же верёвкой...
    Разговорились:
    — Дядя, а вы приключенец?
    — Да, как-то так. Охочусь за сокровищами, спасаю людей из лап чудовищ и прогоняю бандитов...
    — А отец-настоятель вашего брата не жалует. Говорит, что вы, что разбойники...
    — Нет, я бы так не сказал. Среди искателей приключений есть даже странствующие рыцари. И монахи, что желают помогать людям, пожалуй, могут считаться таковыми.
    — Странствующие монахи? — глаза паренька загорелись. — Я когда-то хотел стать воином! Когда был совсем маленький. Вступить в Гильдию Бойцов...
    Гильдия? Семья? Друзья? Что-то... То, что закончилось.
    — Да уж, монах... Мечты... А вот скажи мне: можно ли у вас в аббатстве путнику переночевать? Не бесплатно же, наверное. Не деньгами, так делом отплачу...
    Наконец, мы добрались до въезда в город, завернув к кузнице. Крестьянин, как оказалось, ехал за новыми вилами, которые он воткнул в стог. Я таки расстался с шапелью, покрыв заработанными от продажи деньгами, потраченные на повозку. Впрочем, прибыль тут же спустил, купив десяток дешевых стрел к имеющимся девяти. И попросил кузнеца поточить меч с кинжалом.
    Пока ехали обратно, извозчик стал мрачнее тучи. Зато монашек травил байки из монастырской жизни только влет.
    — А за братом Диметриусом целая стайка девчонок сельских! Бегут, кричат — брось курицу, ворюга проклятущий! Тот только быстрее бежал. Ох, вот мы животы надорвали! Он же потом спотыкнулся, да в грязь шлепнулся, да...
    Что случилось с злосчастным братом Диметриусом далее, я так и не узнал. Видимо, ничего интересного, раз вечером я застал его живым. Линк (именно так звали монашка) умолк опасаясь прикусить язык. Слишком резко остановилась телега.
    Почему? Я не знал. Но почувствовал, как люди напряглись. Даже ослик вздохнул.
    — От так-так... Аренар, поди, запамятовал нас? Какую интересную встречу нам судьбинушка подкинула! А? Упырь?
    — Нье ждал увьидеть здесь любопытного Н`ваха... — во втором голосе, менее севшем и грубом, угадывался данмер.
    Первый, хриплый незнакомец продолжал:
    — Ну, раз мы с тобой опять пересеклись, сыщик, знать, не твой день сегодня. Мы ж как договаривались — еще раз встретим, шкурку-то спустим. Ну ладно, мы нынче добрые. Токмо тележку с животиной экспо...экспро-прыируем, во!
    Романтики с большой дороги? Предсказуемо. Первый, что пытается выглядеть наиболее умным, больше привык давить на жертву морально. Но это не значит, что трепло — боец плохой. Второй — данмер. Больше опасений приходилось на его счет — темные эльфы имеют природные способности магии школы Разрушения...
    Так и есть. Шикнув Линку сидеть тихо и не высовываться, медленно обошел телегу слева с луком наготове. Данмер и немытый бородатый имперец. Почти самодельное копье и старый топор, помноженный на кожаный щит.
    Идиоты.
    — А ты кто такой?! Хех, смазливенький, с городу небось?
    — Уходи, — тихо и спокойно произнес данмер.
    — Терральт Форад. И не уйду, — закрыл я оба вопроса разом.
    — Тогда тя унесут! — щербато осклабился бородатый, бросаясь ко мне.
    Он верно прикрылся щитом для лобовой атаки. Однако хозяин телеги, до этого удерживающий осла под уздцы, рванулся наперерез, протаранив вилами бок бандита. Инерцией снесло обоих.
    Данмер сделал выпад вперёд копьём. Видно, что опытный и убивать привык. Признаюсь — растерялся. Толком не натянул тетиву, стрела сорвалась. Но всё равно попала данмеру в колено... Рука дрогнула, и наконечник копья пропорол кожу кирасы на правом боку, даже не задев рубашку. Темный эльф припал на здоровое колено, воя от боли. Я ударил его сапогом по лицу, и он упал.
    Хотел его связать, а затем выпытать места тайников с награбленным, но Аренар оказался быстрее и добил лежачего вилами.
    — А убивать его было зачем? — допытывался я у Аренара, обыскивая мёртвых.
    — Всё началось с пропавшего кошелька. А ежели быть точным, с колечка, что в нем лежало...
    Занятная история выходила: у Аренара свистнули кольцо, тот, пылая праведным гневом, отправился на его поиски, вышел таки на след похитителей, но вот, на то, что это окажутся настоящие отморозки, а не уличные нищие оборванцы, не рассчитывал. Получил от бандитов по зубам, был обобран до нитки. Почуяв легкую добычу, подстерегли его и сегодня...
    Злопамятный однако, крестьянин. Или боялся за свою семью? У подобных убитым жалости к кому либо, что снега посреди Алик`ра жарким днем...
    Кольцо было на телах. Немного денег тоже. Я передал все найденное попутчику.
    Увидев трупы, Линк конечно, побледнел, и у него заметно дрожали руки. Но все же подобная реакция куда лучше, чем картинные обмороки и рвота.
    Мертвых скинули в кусты. Не хотелось тратить время на рытьё могилы. Аренар рассказал о услышанных похождениях банды, откуда были эти разбойники. Но Линк всё равно прочитал молитву Аркею над телами, чтобы подонки невзначай не воскресли. От некромантов не спасёт, но просто так нежитью не станут.
    Солнце заметно багровело, клонясь на запад.
    — Давайте, переночуете у нас в приорате? — предложил Линк. — Боюсь, как бы дружки убитых не вернулись проведать, куда девались товарищи... Я расскажу о случившемся отцу Ориону, он точно вас пустит!
    Аренар, вымотанный произошедшим, согласился без колебаний
    Колёса телеги и дальше скрипели по дорожному песку и глине. Ехали молча, думая о своём.
    Не знаю, куда ведет это начало пути?..

  20. Daylight Dancer
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2051-nachalo-puti-prolog/ Предыдущая глава
    http://tesall.ru/blog/412/entry-2053-nachalo-puti-noch-nad-imperskim-mostom/ Следующая глава

    Вчера дорожная пыль искрилась в жарком солнце, а уже сегодня я ежился от прохладных ветров, несмотря на надетую кожаную стёганку и шапель с подшлемником.
    Эх, будь у меня алебарда — сошёл бы за сельского ополченца-алкоголика-обрыгана-пехотного копейщика. Но лук и меч меня вполне устраивали. В той стычке с утопленником усталому беглецу отбиться от такой дряни, да ещё и после тюремной «диеты»... Видно, оружие и в самом деле было качественным, а везение моё — громадным.
    Отчего бы мне вдруг заговорить об оружии? Просто на второй день за пределами тюрьмы пришло осознание, что всё вокруг хочет меня убить. Эти подозрительные крестьяне, бешеная собака, пытавшаяся прокусить мои многострадальные штаны, тот заяц в кустах... Эмм, нет, пожалуй, это уже паранойя. Но та старушка что побила меня метлой с воплем «Грабят, убивают!», действительно перегнула палку. Впрочем, так я понял, что выгляжу не лучше тех отбросов, что отсиживаются по пещерам, изредка сбиваясь в ватаги, дабы налететь на чей-нибудь хутор. И там предсказуемо получить по шапке — не от легионеров, так от тех же крестьян.
    Но где заработать деньжат, чтобы привести себя в порядок, и, естественно, подкупить стражу на входе в город? Не знаю, что там происходит после известия о смерти Императора, но Совет и Легион будут искать убийц. А значит, пройти через городские ворота станет много сложнее...
    Итак, после встречи со старушкой стало ясно: напрямую выклянчивать у местных жителей работу — дело гиблое. Но неужели им сложно поручить неприкаянному бродяге хотя бы выкопать картофельное поле? И покормить заодно...


    Давно пришла пора обедать. А я даже не завтракал. На дне сумки остались кусок сыра и полкраюхи хлеба.
    Сыр слегка заплесневел. Помнится, среди аристократов подобное считается деликатесом... А чем я хуже, спрашивается? Но рисковать не стал, сковырнув зеленый и пушистый участок с куска. Умей я только стрелять из лука, мог бы подстрелить кролика. Или целого оленя!
    Скудный перекус и мечты о воздушной благодати только усилили голод. Что ж, я вполне могу идти дальше. До ближайшей придорожной таверны — пара поворотов дороги, обнесенной стареньким плетнем, что пролегала по макушке поросшего травой холма.
    Ветер чуть окреп, колыхая высокую густую траву, трепля выцветшую ленточку на столбе заборчика. Серость облаков продолжала пленять небо. Вода озера Румаре пошла рябью. Наверное, рыба почуяла благостную погоду, плескаясь на малой глубине.
    В шелесте и скрипе кустов померещились легкие торопливые шаги. Но там никого нет. Сняв шлем и ослабив завязки подшлемника, откинул его назад на манер капюшона, после чего понёс шапель в руках.
    Волосы бились на ветру. Некогда рыжевато-каштановые, они после пыльных подвалов и затхлой воды канализаций поблекли и спутались. Пожалуй, стоит их подрезать.
    За уклоном дороги явилась таверна по левую руку от святилища Джулианоса. Возле священного места ошивалась парочка паломников, со двора трактира отъезжала телега, сопровождаемая патрулём, навстречу мне из дверей шёл кто-то из местных.
    Высокий норд в меховой одежде и с внушительный двулезвийным топором на поясе? Ха! Как будто эти скайримцы могут выглядеть иначе.
    — Эй! Что-то я тебя раньше не видел! — когда расстояние между мной и незнакомцем сократилось до пары десятков шагов он соизволил начать беседу. — Потрёпанно выглядишь, парень.
    — Я из города... Сейчас возвращаюсь из путешествия. Не знаешь, что нового произошло?
    — Даааа... Тут такой разлад творится! Делать сейчас в Имперском Городе нечего. Мой кузен только недавно уехал из Храмового района. Говорят, Императора и наследников убили. Стража хватает людей прямо на улицах. Ещё и мразь всякая носы из нор показала: на лавки налетают посредь бела дня, грабят без зазрения совести!
    — Неужели все так плохо? Есть же Совет Старейшин, он должен урегулировать ситуацию.
    — Дык на то время нужно. А пока ходит тут люд лихой; мол, Императорской власти над нами нет, значит, всё дозволено. Вот и стража нынче нервная. Тебе бы умыться да приодеться, чтобы не докопались за что.
    — Было бы прекрасно. В таверне могут дать одежду?
    — Лучше сходи в лавку к сёстрам Валейн. Пройти чуток назад и повернуть на тропку, что направо, через овраг. Так срежешь дорогу до лавки и фермерского посёлка.
    — Благодарю. Доброго дня.
    На такой ноте я покинул северянина, достигнув наконец порога таверны.
    Снаружи она была явно красивее, чем внутри. Трактирщик так и вовсе был лысым, тучным, в засаленном фартуке. Купив еды в дорогу, заодно сдал накопившиеся пустые бутылки из-под воды и пива, получив взамен горячий обед и кружку эля.
    Неужели жизнь налаживается? Вот только было бы чем свести небольшие пятнышки ржавчины с шлема...
    Я могу вам, кстати, рассказать, как у меня вообще появилась эта пехотная шапель.
    Вообще-то я даже зимой предпочитаю доброй шапке на меху скрывающий глаза капюшон. А мешающий обзору и тяжелый кусок железа, в котором и дышать можно через раз лучше стражникам оставим. К слову, в тех же рыцарских бацинетах или шлемах-легатах пластинчатого типа у бойцов Легиона куда хуже хуже слышны окружающие звуки. Хоть на битой посуде за спиной охраны спляши. Но оглушить носителя подобного шлема можно лишь боевым молотом.
    Так вот, я спёр многострадальный шлем, позабытый хозяином. Он столь одиноко висел на плетне, блестя от нагревающего его солнца, что было грех не слямзить данный образчик кузнечного мастерства. Он почти наверняка ещё застал период Деформации Запада. Оценив стоимость шапели в двадцать-двадцать пять септимов, я припрятал трофей под мышку и спешно покинул посёлок. Вступив в сень небольшой рощицы, где рядом с растительным молодняком росли и старые гигантские деревья, решил примерить шлем. Благо, подходящий подшлемник я достал еще в подземельях Имперского Города.
    И очень вовремя, ибо тогда-то я и был спасен от глупой и нелепой смерти. Глухой лязгающий удар, пришедший сверху, заставил меня сесть от неожиданности. Под руку попался невесть откуда взявшийся тут молоток. Когда шлем перестал гудеть, я услышал скрип веток и шелест листы, опять же, раздающиеся сверху.
    Задрав голову, встретился взглядом с испуганными карими глазами конопатой девочки, уцепившейся за ствол и криво прибитые к веткам дуба доски. Сомнений, откуда прилетел негаданный подарок, не осталось.
    — Вы в порядке? — пискнула мелкая имперка.
    Я решил не стоять столбом, пока неуклюжая девчонка не уронила еще какой-нибудь подарок из ящика с плотницкими инструментами.
    — Паула! Мама же запрещает тебе говорить с незнакомцами! — еще выше сверкнули красные глаза, и я разглядел данмерского отпрыска, успешно замаскировавшегося темно-зеленым кафтанчиком под цвет листвы. — Постой, а эта шляпа точь-в-точь, как у дяди Хрольфа...
    — Он в ней на войну ходил, — важно заметила девочка.
    Узнавать, где побывала злосчастная шапель, я не захотел и скрылся среди древесных стволов. Молоток тоже прихватил. Но пехотный шлем я с того случая любил и лелеял. До ближайшего кузнеца, которому потом его и загнал.
    Но на тот момент, в закусочной «Дорожное святилище» шлем был при мне. Лежал тут, на лавке. Продолжая трапезу, я приметил на другом краю стола свернутую газету. Оп-па! «Вороной курьер»!
    «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК!
    ИМПЕРАТОР И НАСЛЕДНИКИ УБИТЫ!
    Совет Старейшин принял на себя правление Империей!
    Император Уриэль VII, взошедший на престол в возрасте 22 лет, правил Империей в течение 65 лет. Неизвестные убийцы лишили его жизни. В то же самое время в других уголках Империи неизвестными были убиты и все три сына и наследника императора (наследный принц Гелдалл, 56 лет; принц Энман, 55 лет; принц Эбел, 53 года). Расследование мотивов покушения и поиски убийц начаты. Совет Старейшин, Имперская стража и орден Клинков в интересах следствия запрещают до особого распоряжения публикацию любых слухов и сведений касательно покушения.
    Согласно давнему прецеденту, Совет Старейшин взял на себя управление Империей, пока не будет коронован новый император. Прямых наследников не осталось, и Совет пока не выдвинул списка возможных кандидатов. Канцлер Окато, имперский боевой маг, выступая от имени Совета, призвал граждан Империи сохранять спокойствие и попросил помолиться за упокой душ императора и его сыновей...»
    Интересно, чем это всё закончится? Кого выдвинут на престол в отсутствие наследников? Меня никогда не интересовала политика... Пока дарованный Атакошем символ Власти Императора не оказался в моем кармане.
    Мои размышления прервала посетительница, что окликнула меня. Данмерка, кому, по меркам людей, где-то за шестьдесят. Синяя мантия мага Университета Таинств почти что заставила мой левый глаз задергаться: столь долго когда-то мне мозолили глаза десятки подобных. Залысовата, черные волосы.
    — Я хочу предложить вам работу. Вы, должно быть, искатель приключений. Или наёмник. Мне бы пригодился эскорт до ближайших айлейдских руин. Понимаете, сейчас Университет Таинств отбирает материалы для экспериментов. Меня... к слову сказать, я представлюсь — Федура Сендал....
    — Зовите меня Форад. Я слушаю, продолжайте.
    — Так, вот, меня и нескольких других ученых магов-исследователей Университета отправили на сбор камней Варла. Наверное, вы слышали, что это очень редкие и особенные камни?
    — Да, наслышан. Дайте я угадаю: вы возьмёте меня и еще какого-нибудь бедолагу на роль живого щита для безопасного исследования древних развалин. Нет, пожалуй, это меня не устроит, ибо идти куда-либо за пределы Восьми островов я сейчас не намерен. Но я могу помочь в добыче камня.
    Престарелая магесса слегка замешалась, не ожидая подобной деловой хватки.
    — Если мы условимся на сумме, камень уже завтра будет у вас.
    — Надеюсь, это не сопряжено с криминалом, — хмыкнула данмерка.
    — Нет, один мой друг, любитель редкостей, готов расстаться с камнем Варла за небольшую плату. Но он не очень-то жалует Гильдию Магов. Я возьму камень, передам вам не позднее завтрашнего дня, и получу оплату со своей долей.
    — Годится. Сколько это будет стоить?
    После трёх минут торга сошлись на сумме, что сделала бы меня самым богатым человеком на три-четыре окрестные деревни. Пока гипотетически — камень ещё следовало раздобыть.
    И одно подходящее место я уже приметил.

  21. Daylight Dancer
    "Что-то заканчивается. Навсегда. Но что-то может начаться до следующего заката."
    Ллаэндрин Хлаалу - «Феникс».


    Отплёвываясь, я вылетел из решетки канализации, истекая вонючей водой каналов. Благо, из-за насморка запах бил в нос не сильно.
    В глаза бил оранжевый свет солнца, растекаясь по холму канализационной насыпи, пристани и водной глади, волнуемой лишь редким бульканьем. Похоже, местные обитатели только что заполучили ужин, и мои шансы пойти на корм рыбам-убийцам значительно снизились.
    Сколько же времени я провел в застенках? Две недели? Месяц? Я слышал, что казнь должна была состояться утром. Я думаю, палач взял бы преждевременный отгул, предварительно разобрав новомодную гильотину. Вероятно, пойманный в Башне Белого Золота вор удостоился бы именно такой «почетной» казни.
    А дело в том, что буквально несколько часов назад предопределенный ход вещей полетел к даэдротам, и меня вытащил из камеры сам престарелый Император, проведя через тайный ход. Было весело — фанатики-убийцы, рыцари клинков, некий амулет, врученный мне старым правителем перед его смертью...
    Странный амулет. Явно наделенный великой скрытой магией. Зря я пропустил слова умирающего мимо ушей — теперь останется только гадать, куда можно пристроить необычную драгоценность.
    Я остановился у преграды водной глади, метров в двадцать-тридцать протяженностью. Но я не решился преодолевать её вплавь. Заклинаний хождения по воде под рукой не было, а, значит, я рисковал доплыть с откушенными пятками, ибо в мутной воде ничегошеньки не было видно.
    Решение плескалось у небольшого причала, не спеша тонуть, несмотря на всю свою обреченность.
    Бревно. Обычное замшелое и размокшее бревно.
    Но это всё равно лучше, чем ломиться через дебри в ожидании темноты.
    Вздохнув, оседлал скользкий кусок дерева, гребя найденной рядом широкой доской. Да уж, докатился, нечего сказать. Но лучше не говорить, а грести, удерживая равновесие по возможности.
    Камыши вокруг шелестели лишь от слабых от порывов ветра, но не от массивной туши какого-нибудь дреуга или стайки грязекрабов. Мягкое солнце уходящего лета стекало в закат.
    Сильное желание оглянуться. Посмотреть в прошлое, на те предательства и жуткие деяния, что совершил. Попрощаться с погибшими друзьями, увидеть былые мечты...
    Нет, я не могу этого сделать. Нельзя дважды войти в одну воду. Нельзя исправить случившееся.
    Что-то надорвалось, как струна лютни, переломленная временем, оставляя прощальный звон, гаснущий в памяти.
    Что-то ушло в небытие. В глубины Обливиона.
    Причалив, я выплеснул воду из сапог. Ноги попросту подвели, отчего, стоя на одной ноге, я плюхнулся в траву и грязь.. Обидно. Еще пара дней, и старые сапоги покроются плесенью, а потом совсем развалятся... Прекрасная Ноктюрнал, за что всё это свалилось на несчастного вора?
    Поднявшись на пригорок к руинам, я затаился за большим куском белого айлейдского камня, высматривая в округе Вилверина людей. В конце концов, горел костер, а палатка и несколько набитых мешков там взялись не просто так.
    Вдруг хрустнули кости. Совсем рядом. Рванулся в сторону. Вовремя. Склизская тощей тварь чуть не свалилась на голову.
    Резко развернулся, рубанул почти наугад. Угодил по уродливой рыбьей морде твари. Ну и зубы... Игловидные, гнилые и противные.
    Из ран текло что-то зелёное. Враг отступил. Махнул когтями — впустую. Я ударил челюсть острием снизу. Почти машинально. От страха вонзил так глубоко, что пришлось возиться, вытаскивая оружие.
    И отчего все так хреново складывается?
    Больше никто не нападал. Видимо, мертвяки наслаждались трапезой в том же массиве кустов, камней и колонн метрах в двадцати правее от покинутого лагеря.
    Солнце почти зашло. Башня Белого Золота окрасилась чёрным. Надо было обустраивать ночлег. Мародерствуя, я старался не спускать глаз с утопленников. Лютующие над останками несчастных, сокрытые плотной завесой кустов мертвецы бы скоро отползли в воду, чтобы ждать очередную добычу.
    Оттащил спальник из палатки, мешок с продуктами и немного дров на крышу сооружения, где был вход в руины. Оно сохранилось лучше всего, да и по размером было наибольшим. Тут нежить меня не достанет. Магический источник, стоящий рядом, немного подсвечивал мою стоянку. Небольшой костер просушил сапоги со штанами, пока я занимался осмотром трофейного мешка.
    Хлеб, мясо сушеное, сырое, лук, кочан капусты, питьевая вода во фляге, две склянки зелий... Одно — сваренное на коленке, с непонятным содержимым. Выкинул без раздумий — не хватало еще насмерть отравиться. Второе... «хождение по воде»? Могу считать, что мне повезло. Определенно лучше, чем идти целый день на север, до ближайшего моста на остров Имперского Города.
    Ночь опустилась на руины, зажгла огни в башнях далекой столицы и звезды, что скоро скрыла пелена черных пасмурных облаков. Холодновато для начала пути.
    Мрак жил своей жизнью, и сон мой был чуток, продлившись до первых лучей рассвета. По росистой траве я покинул руины, уйдя обратно к берегу.

    http://tesall.ru/blog/412/entry-2052-nachalo-puti-predmestya/
    Следующая глава

О сайте

Правила

Клуб Друзей TESAll



Партнеры

Elder Scrolls Wiki

Elderscrolls.net

Навигация

Главная

Форум

Новости

Файлы

Галерея

Статьи

Видео

Мемы

Блоги

База модов игр Bethesda

Моды и плагины для Skyrim

Моды и плагины для Oblivion

Моды и плагины для Morrowind

Моды для Starfield

Моды для Fallout 3

Моды для Fallout: New Vegas

Моды для Fallout 4

Другие моды

Программы и ресурсы

Моды для Dark Souls

Моды для Mass Effect

Моды для STALKER

Моды для Sims 4

Star Wars: Knights of the Old Republic II

Моды для Stellaris

×
×
  • Создать...