din156

Ведущий сценарист «Dragon Age: Инквизиция» Дэвид Гейдер ответил на несколько вопросов о написанном им сопартийце — Дориане. [Вопрос]: Расскажите с самого начала. Кто такой Дориан? Представьте нам его. [Дэвид Гейдер]: Дориан — маг из Империи Тевинтер. Его магические познания и опыт — совершенно не такие, как у прочих магов. [В]: Почему? [ДГ]: В Тевинтере маги — правящее сословие. Наш персонаж происходит из богатого и влиятельного рода, где о браках для детей договариваются ещё до их рождения и где из всех отпрысков стремятся вырастить образцовых магов... Но Дориан от такой жизни отказался. Он видел, к каким злоупотреблениям всё это приводит, и не захотел играть по таким правилам, хоть это и сделало его практически изгоем. [В]: А можно поподробнее про «злоупотребления»? [ДГ]: Скажу в общих словах, чтобы не раскрывать интригу: Дориан прознал, что затевают его товарищи-маги и решил вмешаться. Кто-то из тевинтерцев, по его мнению, должен встать и твердо сказать: «Мы не согласны с тем, что творят эти люди. Они не говорят за всех нас». [В]: Мы представляем себе Дориана этаким остряком, который даже в миг смертельной опасности за словом в карман не лезет. А как бы охарактеризовали его вы? [ДГ]: Дориан умен, даже слишком — иногда с ущербом для себя. Он рос в обществе, где ценят ум и хитрость, где для социального роста приходится умело обходить конкурентов. В этом он поднаторел... Вот только не желает пускать сие умение в ход, так как прекрасно видит неприглядную изнанку социума. Так что неизменный усталый сарказм удивления не вызывает. [В]: Наверное, и вы к этой милой черте руку приложили? [ДГ]: Я начинал с просто сарказма, а остальное само прибавилось. [В]: Дориан, помимо прочего, — умелый маг. Наверное, на поле боя он незаменим? [ДГ]: Он любит магию и не видит причин стыдиться этого. Так что, когда надо, он проявляет себя во всей красе... а ему есть чем похвастать. Всё-таки он рос в среде, где магию учат не прятать, а применять. В его арсенале — и стихийные заклинания, и те, что касаются духов и смерти. Последние за пределами Тевинтера вполне могли бы счесть омерзительными. [В]: Как мы понимаем, у Дориана сложные отношения с родиной. Он не думал просто махнуть рукой на всё это? [ДГ]: Он верит, что ситуацию в Тевинтере можно поправить, пусть даже лично он не в том положении, чтобы предпринять хоть что-нибудь. Где-то там, под сарказмом, прячется идеализм. И Дориана разочаровывает, когда мир оправдывает его худшие ожидания. [В]: Похож ли Дориан на ранее созданных вами персонажей? [ДГ]: Дориан — белая ворона, но по собственному выбору и лишь в той мере, в какой он идёт наперекор ожиданиям общества. Здесь есть много нюансов, которые мне было очень интересно раскрыть. С другими персонажами такой возможности не было. [В]: Например? [ДГ]: Дориан — гей. Фактически это первый «стопроцентный» гей из всех персонажей, над которыми мне посчастливилось работать. Это добавляет особую пикантность его биографии. У него на родине все маги должны выглядеть «идеально», а любые отклонения от этого «идеала» считаются постыдными, и их следует скрывать. Нежелание Дориана прятаться за маской расценивалось его семьёй как бессмысленное упрямство, чреватое остракизмом. [В]: Вы довольны тем, как вышел персонаж? [ДГ]: Предполагаю, что особенности Дориана для многих будут спорными, но я рад, что сделал его таким. Создание Дориана было для меня глубоко личным процессом; надеюсь, что и поклонники в итоге примут его во всем его своеобразии. [В]: Язвительная Дорианова натура просто обязана вылиться в любопытные пикировки с другими членами Инквизиции. Взаимодействие с кем наиболее примечательно для вас? [ДГ]: Мне больше всего нравится, как он общается с Вивьен. Являя собой полную взаимную противоположность, они порой готовы друг друга чуть ли не испепелить. Так, по крайней мере, кажется со стороны. [В]: После рассказа Мэри Кирби о могуществе Вивьен это не выглядит разумным подходом со стороны Дориана. [ДГ]: На самом деле они просто так развлекаются. В любую минуту они могут оторваться друг от друга и вместе наброситься на кого-то третьего — этакие тедасские Статлер и Уолдорф. Мне это нравится. [В]: Компания кунари тоже предвещает много любопытных эпизодов... [ДГ]: Да, с Железным Быком у Дориана очень интересные отношения. Кунари уже несколько веков воюют с Тевинтером, но и Дориан, и Железный Бык — не совсем типичные представители своих народов. Последствия отсюда вытекают самые интригующие.

Только вчера разработчики официально подтвердили, что Коул может быть сопартийцем в «Dragon Age: Инквизиция», а сегодня на вопросы об этом персонаже отвечает его автор, Патрик Уикс. [Вопрос]: В нашу прошлую встречу мы говорили о Железном Быке, но вы также написали и Коула. Что можете рассказать о нём? [Патрик Уикс]: Представьте: вы живёте, зная, что отличаетесь ото всех, но не понимая, в чём конкретно. Представьте, что пытаетесь выяснить правду о себе: кто вы на самом деле — маг? Или демон? И быть уверенными в правильности ответа вы не можете, как и в том, продолжат ли друзья поддерживать вас даже тогда, когда правда, какой бы ни была, наконец, откроется. [В]: Как в поговорке — между двух огней. [ПУ]: Именно. Это была линия Коула в замечательной книге «Маска призрака» за авторством нашего ведущего сценариста Дэвида Гейдера... и эта линия завершена. В игре мы узнаем, что происходит дальше. [В]: То есть, вы взяли работу над персонажем, изначально созданным Дэвидом Гейдером. Должно быть, это нелегко. [ПУ]: Действительно. У Дэвида отлично получаются персонажи, которым сопереживаешь, и мне очень нравится история Коула в книге. Я гадал, кто же он на самом деле, вплоть до кульминации повествования. Но нельзя же было просто пересказать всё это снова. Да и персонаж должен развиваться... тем более, та линия была тесно переплетена с фактом незнания Коула, что он такое. Когда Лорд Искатель Ламберт прибег к Литании Адраллы, это сильно сузило варианты — до мага крови или демона, а раз магией крови он не пользовался... [В]: Так Коул точно демон? [ПУ]: Нуууууу... он явно откуда-то из диапазона демонов-или-духов-населяющих-Тень (наверное, такой существует). Многие всегда будут видеть в нём демона. Он же предпочёл бы быть духом. Он старается. [В]: Звучит так, будто Коул страдает от такого очень сложного существования. [ПУ]: Теперь, когда он принял свою природу, человеческие ограничения сдерживают его меньше. Он может чувствовать чужую боль — что, в общем-то, и делал в «Маске призрака», сам того не осознавая: когда находил магов, достаточно напуганных и отчаявшихся, чтобы увидеть его. Он может находить тех, кому больно, кому нужна помощь, — и помогать им. [В]: Явно здесь нельзя и представить, что может пойти не так. [ПУ]: Работы над собой Коулу предстоит ещё много, да. Тот, кто позволит ему вступить в Инквизицию (а учитывая, что в «Маске призрака» были те, кто отвечал ему: «Демон? ДА НИ ЗА ЧТО», — вступление Коула совсем не обязательно), услышит странные истории, что репа непонятным образом оказалась в камине, а укрепления завалены хлебом. [В]: Вы упомянули, что игрок может и не принять Коула в Инквизицию. А у других соратников будет мнение на этот счёт? [ПУ]: О, Создатель, а то как же! Вивьен считает, что его следует спокойно изгнать, а Сера наотрез отказывается разговаривать с «этим». [В]: Как, должно быть, и Железный Бык. В прошлом интервью вы говорили, что у него есть пунктик относительно демонов. [ПУ]: Видите ли, Бык странный. Он и правда ненавидит демонов, но если вы в команде — вы в команде. По мнению Быка, Коул — немного чокнутый парень, которому просто нужна ночь хорошей выпивки и плохих женщин, чтобы во всём разобраться. [В]: Раз уж вы писали Коула, поделитесь, почему считаете, что из него получится отличный сопартиец. [ПУ]: Если вам нужен кто-то, кто может незаметно перемещаться по полю боя и всаживать кинжалы во врагов, которые не могут его увидеть, — это Коул. Он всё ещё способен заставлять забывать его, но это уже не тот испуганный юноша, который не мог выстоять против Искателя Ламберта в «Маске призрака». Он знает, что не человек, и становится неотвратимым, когда сталкивается с желающими навредить невинным (то есть, с большинством противников Инквизиции). [В]: Полезно! [ПУ]: Кроме боевых навыков, однако... Коул хочет помогать тем, кто страдает. Не всегда у него это получается хорошо, но он не остановится. Он войдёт в самый болезненный момент чьей-то жизни и предложит утешение без колебаний или осуждения. А потом исчезнет из их сознания и уйдёт, потому что главное для него не получение благодарности и даже не то, чтобы его помнили. Главное — помогать. [В]: Это очень трогательно. [ПУ]: Таким стал Коул после событий «Маски призрака» и такой путь избрал. Надеюсь, людям понравится, куда он его приведёт. Небольшая характеристика: Он — призрак среди теней, гуляющий в толпе незамеченным. Он может перерезать глотку врагу прежде, чем тот поймёт, что рядом кто-то есть, и ускользнуть: никто его больше не увидит. Те немногие, заметившие его, скоро забывают об этом... и Коул сам не уверен, что действительно существует. Он — дух, немыслимым образом оказавшийся между нематериальным царством Тени и сбивающей с толку реальностью физического мира, но делает ли это его настоящим? Делает ли это его человеком или же прикидывающимся демоном, как некоторые считают? Коул знает наверняка лишь то, что мир полон боли, и он должен найти там своё место. Желающие восстановить порядок и помочь беззащитным найдут в нём странного, но решительного союзника. Те же, кто используют свою власть в эгоистичных целях, могут не увидеть Коула снова — если вообще вспомнят о том, что он был.

Дом - Милый Дом

Хотя об этом известно уже давно — видимо, слишком давно, и многие информацию не застали и до сих пор спрашивают. Специально для них сообщаем: в «Dragon Age: Инквизиция» нельзя будет завести роман с Лелианой. Совсем недавно Алан Шумахер в очередной раз подтвердил это на официальном форуме BioWare.

Все здесь, наверняка, уже знают, что Варрик возвращается как сопартиец в «Dragon Age: Инквизиция». Во что он вляпался на этот раз, рассказывает Мэри Кирби, его автор. [Мэри Кирби]: Помните, в Dragon Age II Варрика допрашивала Кассандра, работавшая с Лелианой и толпой людей с символом глаза на броне? Это была начинающая Инквизиция: у Верховной Жрицы Джустинии V были вопросы, а у Варрика — ответы. [Вопрос]: А, так слава бежит вперёд него. Думаете, он начинает уже об этом жалеть? [МК]: Ну, в Инквизиции ему тоже приходится отвечать на множество вопросов. В общем, если тогда, при первой встрече с Кассандрой, он ещё не понял, то теперь точно начинает понимать, что иногда не так уж и здорово быть связанным со всеми частями истории. [В]: После всего, что произошло с Варриком, — предательства брата и допроса Кассандры, например — дела у бедолаги улучшаются? [МК]: В Инквизиции для Варрика всё определённо становится хуже по всем направлениям. Он вдали от дома. Ни одного друга поблизости. А вокруг него разворачивается конец света. [В]: Не удаётся Варрику перевести дух. [МК]: И не забывайте, что речь о парне, для которого Рваный берег был слишком далёк от зоны комфорта. Саркастические и невероятные истории — то, что поможет ему держаться в этом испытании. [В]: Знаковое обаяние Варрика — пожалуй, самое заметное его качество, но что, если копнуть глубже? [МК]: Тедасу Варрик известен как рассказчик, но Варрик, на самом деле, невероятно верен. Он сочиняет истории, переписывая пережитые события и делая их менее бессмысленными, а участников — более вдохновляющими, и вытягивает хоть что-то значимое из того бардака, который окружает небезразличных ему людей. Получается не всегда. Но он, по крайней мере, превратил Кассандру в поклонницу Хоука. Это что-то. [В]: Кажется, он умеет обращаться со словами так, чтобы избегать ненужных ссор. [МК]: Варрик всегда предпочитает улаживать проблемы разговором. Перспектива устроить бой вдохновляет его гораздо меньше, чем Кассандру или Железного Быка. Но он совершенно уверен в Бьянке и том, что с её помощью он выйдет из любой битвы в целости и сохранности, да и покрасоваться Варрик всегда непрочь. Ему нравятся зрители, а особенно — заставлять их смотреть на Бьянку с завистью. [В]: Это уже второй раз, когда вы работаете над Варриком — есть ли что-то такое, что вам особенно нравится в написанном для него? [МК]: В этот раз мне удалось создать сцену, которая стала для меня любимой во всей серии Dragon Age. Она может включать игру в порочную благодать (прим. — карточная игра, в которую можно было поиграть с Изабеллой в Origins). Больше не буду ничего рассказывать. [В]: Варрик — один из наиболее популярных персонажей среди сообщества Dragon Age. С ним легко подружиться, но каковы его отношения с новыми спутниками в Инквизиции? [МК]: Варрик по крайней мере попытается поладить с большинством участников Инквизиции. Если они не Кассандра. [В]: Вот как? [МК]: Он всё ещё злится на неё за тот эпизод с допросом и протыканием книги кинжалом.