BornToSeek

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, дом Морелей, вечер Она оделась, набросила курточку и непромокаемый плащ. Махнув рукой, покинула дом, сразу направляясь в таверну, где к этому времени должны были ждать уже приготовленные заказанные блюда. Совместными усилиями кулинарной мастерицы Мари и любительницы дорогих украшенных вкусняшек Йорки удалось приготовить меню, несколько более изысканное и сложное, чем видели эти стены. Алисия с эльфийкой принесли всё в комнату в доме Морель, сервировали стол, и девушка отпустила менестреля, чтобы переодеться и причесаться самой. Альваро, как и договаривались, пока что отсутствовал, но когда они с Кунсеем вернулись, его ждал накрытый кружевной скатертью и сервированный столовым серебром стол, уставленный, пусть и не на уровне фешенебельного ресторана, но вполне достойными обладателей утончённого вкуса яствами. К блюдам прилагалась бутылка дорогого вина — одна из тех, что продал Мари ушлый Бартоломео. — Рада снова лицезреть тебя, синьор Сарвенте, — с лёгкой очаровательной полуулыбкой Алисия протянула изящную ручку для поцелуя. — Не желаешь ли составить компанию моей скромной персоне за ужином? Альваро скинул плащ, и альтус невольно залюбовалась тем, как хорошо сидел на нём заказанный ещё в Руссильоне костюм. Признаться, она немного волновалась, что могла промахнуться с размерами, но длинные, заправленные в замшевые полусапожки, шёлковые бриджи, и чёрный, обшитый красным и золотым камзол, сидели на юноше как влитые. Светлая жемчужного цвета рубашка выгодно оттеняла смуглую кожу, а ярко-алый шейный платок приковывал взгляды к точёному гармоничному лицу. Сама Алисия тоже была одета в брючный костюм — дома именно таким она и отдавала предпочтение. На первый взгляд казалось, он обтягивает стройную фигуру, плотно прилегая к телу, но благодаря скрытым в нужных местах прорезям и складкам, костюм нисколько не стеснял движения и годился как для светского раута, так и для более активной деятельности — например, если бы ей вдруг вздумалось пофехтовать. Волосы девушки были уложены в непривычно гладкую и идеальную прическу — лишь чёткие округлые локоны, собранные в узор на затылке, придавали её образу некоторую мягкость и лишали показной строгости. Дополнял образ лёгкий подчёркивающий черты и делающий глаза голубее и глубже макияж, а также едва уловимый флёр свежих цитрусовых духов. Поцеловав руку, Альваро внимательно и с пребольшим удовольствием осмотрел девушку. Он не ожидал подобный костюм, но не мог не признать, что тот отлично шёл ей. Как и остальные элементы подготовки. Видеть настоящую Алисию в своей стихии было... пожалуй, даже захватывающе. — Желаю, очень, — улыбаясь, ответил Альваро. И только теперь он обратил настоящее внимание на обстановку. Вино, блюда, аромат, атмосфера. Она действительно постаралась, и, видимо, даже не одна. После того, как Алисия наколдовала отвлекающие руны, они расположились на своих местах за столом и чародей разлил вино обоим, невольно снова засмотревшись на девушку. — Ты превосходно выглядишь, — сказал он и, припоминая платье, которое она носила на свидания с Рольфом и Косто, слегка задумался. — Этот костюм тебе очень идёт. Предпочитаешь такие платьям на встречах знати? — Предпочитаю уместность, — скромно ответила Алисия и улыбнулась, взглянув на Альваро из-под ресниц. — Мы не на балу, не на романтическом свидании, мы просто пара молодых людей благородной крови, встретившаяся посреди путешествия и решившая провести время за совместной трапезой. На мой взгляд, подобный костюм как нельзя более соответствует обстановке, — отложив салфетку с блюда в сторонку, она снова подняла на антиванца взгляд. — В повседневной жизни тоже зачастую удобнее быть облачённой в нечто подобное, поскольку никогда не знаешь, в какой миг из-за угла нападёт враг. Однако платья я тоже люблю. Просто для определённых случаев. Вот значит как. Впрочем, резонно, спорить тут не с чем. А ещё это открывало способ самому увидеть Алисию в платье рядом с собой. Раз уж они уже не просто друзья, а пара, то достаточно пригласить её на свидание. Надо бы ловить момент, когда их снова занесёт хотя бы в какой-нибудь городок. — Среди тевинтерских леди, значит, подобное должно быть в моде для повседневных нарядов? — заинтересованно предположил Альваро. — Раз никогда не знаешь, когда нападёт враг. Алисия отрезала кусочек сочного запечённого в брусничном соусе и специях мяса, но всё же не удержалась от очередного мимолётного взгляда на антиванца. Забавно, но только сейчас, когда он сидел напротив в новом изысканном костюме, она по-настоящему заметила, что парень был довольно красив. — Да нет, почему же, — альтус слегка пожала плечами. — Есть дамы, отдающие предпочтение исключительно магии. Тем без разницы, в чём колдовать. Есть те, кто полагается на телохранителей. Есть и такие, кто даже не брезгуя фехтованием и личным участием предпочитают носить исключительно платья. Моя сестрица как раз из таких. Кажется, ей нравится быть своего рода сюрпризом в юбках, — девушка игриво стрельнула глазками, готовясь к очередной дружеской шпильке. — На этот счёт не волнуйся: когда приедешь в Минратос, сможешь налюбоваться на множество разодетых в самые разнообразные платья дам. — Надеюсь дожить до этого дня, — прожевав свой кусочек, улыбнулся маг. — А ты, значит, сюрпризом в юбках быть не любишь? Предпочитаешь сразу показывать свою готовность отражать угрозы? Алисия на несколько мгновений задержала на нём взгляд, пытаясь понять истинный мотив подобного вопроса. — Ну, почему же, — кокетливо улыбнувшись и потупив глаза закинула она пробный шар. — Я вполне способна и на сюрпризы в юбках. Только в несколько иной сфере. И стрельнула глазами украдкой из-под ресниц, тщательно следя за реакцией. — Хм, действительно, с этим невозможно поспорить, — ухмыльнулся чародей. — Когда ты показалась в том платье в Руссильоне, это действительно был большой сюрприз. Он подумал, что под словами девушки с немалой вероятностью могло подразумеваться и что-то иное, но не мог не указать на самое явное проявление её слов. К тому же, именно такой сюрприз скорее всего мог сработать лишь раз при людях, не видевших её такой раньше. Алисия вернулась к трапезе, бросив на Альваро молчаливый мимолётный взгляд. Сказанное им прозвучало, словно она была настолько неженственной, что никто не смог бы представить её в платье, пока не увидел бы. А может, антиванец подразумевал нечто иное. В любом случае это прозвучало немного обидно. Некоторое время они ели, пока Алисия не решила, что можно перейти к более обстоятельной беседе. — Значит, старший сын, — задумчиво протянула она, вращая в пальцах бокал с вином. — Наследник. И младшие братья спят и видят, как подвинуть тебя с пьедестала первенства? — Возможно, возможно, — вполне серьёзно ответил Альваро. — По крайней мере один из них. Джайро, идущий за мной по линии наследования, больше всех в семье был недоволен моим нежеланием во всём следовать словам отца и отдать предпочтение обычной жизни Сарвенте вместо попыток встроить в неё магию. Мне кажется... Нет, пожалуй загадывать не буду. Мне интересно, как он отреагирует на моё возвращение. Второй брат, Маурицио, не так заметно был настроен против меня, да и у него были свои планы на будущее, так что не думаю, что он захотел бы затевать борьбу. Вздохнув, чародей взял бокал с вином и пригубил вино. — Мне, если подумать, повезло оказаться старшим сыном. В качестве наследства ко мне перейдёт всё, чем владеет отец, остальным же достанется лишь капитал на собственные дела. А с моими пристрастиями и перспективами новое дело с нуля поднять было бы тяжелей, чем братьям, более склонным к торговле. Или по крайней мере это отняло бы у меня очень много времени от развития талантов и, быть может, налаживания связей в магическом обществе. И из-за этой же удачи мне стоит особенно внимательно приглядываться к Джайро. Без меня всё состояние нашей ветви перейдёт к нему. Алисия кивнула. Ничего удивительного. Ей было трудно представить, чтобы кто-то из семьи злоумышлял против другого ради наследства и обогащения, но в тевинтерском обществе случалось всякое. Смертоубийств старались избегать, конечно, но подсидеть или подставить вполне могли бы. Антиванцы же, по слухам, были ещё более отчаянными в этом отношении, поэтому за этим Джайро стоило бы следить даже если бы Альваро с ним не ссорился. — А они вообще знают, что ты жив ещё? Пишешь домой хотя бы? — задала она напрашивающийся вопрос. — Да знают, но пишу не слишком часто уже. Поначалу раз в месяц отправлял весточки, сейчас, наверно, раз в полгода примерно. И почти всегда в одностороннем порядке, им меня найти проблематично, — покачал головой чародей. — А ты пишешь? — Не пишу, — Алисия грустно ухмыльнулась. — Не хочу оставлять следов, а любое письмо или слух — это ниточка. Может быть, они меня и не ищут, но зачем искушать судьбу? — Пожалуй, в твоей ситуации это разумно… — оценил разницу их положения Альваро. — А у вас нет каких-нибудь особых магических способов выслеживания нужных людей? Как вот храмовники при старой Церкви через филактерии магов отыскивали. Алисия слегка поморщилась. И правда, насколько она слышала, храмовники на юге были те ещё лицемеры. Использовали магию крови для поисков сбежавших из их тюрем магов, но преследовали тех и за более безобидные вещи. Например, за то, что родился с даром. — У нас есть филактерии каждого члена семьи, но не для выслеживания, а из соображений безопасности, — пояснила она, кивнув. — Так что мои и без всяких писем должны знать, что я жива. Если, конечно, не забыли об этом маленьком артефакте. С момента, как фиал с кровью очередного Максиана оказывается в Хранилище Крови, обычно никто о нём и не вспоминает. Интересно, значит филактерии в Кругах были не уникальной для Юга темой. И до сих пор используются, только, как видно, уже в рамках отдельных тевинтерских семей. — И какая же должна быть защита у Хранилища Крови, чтобы можно было без опасений оставлять в нём кровь всего семейства? — подумал он уже в другом направлении. — Звучит, как крайне уязвимая точка. Алисия наградила его изумлённым взглядом. Впрочем, не стоило делать поспешных выводов, одёрнула она сама себя. Может быть, в Антиве порядки попроще. — Прежде чем иметь дело с защитой Хранилища, злоумышленнику пришлось бы преодолеть всю защиту нашего особняка, и здесь уже будет проще работать напрямую с носителем этой крови, чем ломиться и добывать фиал. А так обычно подобные секретные места охраняет сама кровь. Если ты не принадлежишь к роду, то не сможешь даже активировать вход. — И такое значит есть, — испытывая смесь забавления и стыда, усмехнулся Альваро. — В Академиях, сразу могу сказать, подобному не учат и даже про существование таких защит не говорят, поэтому не слишком удивляйся. Видимо, не хотят нас, южан, слишком уж просвещать. Я думал насчёт высококлассных воров больше, обычные методы защиты такие вполне себе могут обходить. Тяжело у вас им работать, наверно. Она тоже задумалась и моргнула изрядно озадаченная. — Наверное. Понятия не имею, честно, — усмехнулась альтус, отпивая маленький глоток. — Я вообще в жизни ни одного вора не видела, да и наёмники злоумышляющие к нам не забирались пока что. — А вот тем, кто защиты продумывает, знать уже точно неплохо бы было. В Антиве, да и предположу не только в ней, некоторые на этом деньги делают, довольно дорогое удовольствие, — Альваро припомнил завезенные некоторыми деловыми тевинтерцами новшества, — но у вас, предположу, чужакам в родном поместье настраивать защиту не позволили бы. Значит кому-то, по логике, всё-таки стоило бы разбираться в том, что куда и как лучше ставить, чтобы негодяи не прошли мимо, не обезвредили или не прошли сквозь с помощью какой-нибудь очевидной уловки. Или я переусложняю? — Думаю, да, — она спокойно кивнула, но сама лишь сейчас задумалась о подобном. Забавно, как много вещей воспринимаешь как должное. — У нас этим матушка занималась. Понятия не имею, чем именно она руководствуется, но сама тот ещё параноик. — Хорошо, думаю пока моё любопытство на эту тему утолено, — улыбнулся чародей. — Значит, есть и более старшие Сарвенте? — Алисия вернула разговор в прежнее русло. — В каких вы с ними отношениях? Много их? — Есть, да. И старший один, и младшие, есть параллельные, довольно много. Из них часть купцов, часть владельцев предприятий, часть морских капитанов. Есть и те, кто ушёл в армию, в том числе уже имперскую, и в государственную службу. Но действительно влиятельных среди них мало. Старший брат моего отца, нынешний глава рода, Амор Сарвенте, например, является полноценным Торговым Принцем. И он единственный из нас с таким, пусть и не озвучиваемым в Империи публично, но всё же титулом. Мой отец тоже имеет определённое влияние и статус, но стоит пониже. Что же касается отношений... всё зависит от конкретной ветви. С тем же Амором и его роднёй у нас хорошие отношения. Ему, как ни странно, мой талант очень нравился и он даже говорил отцу, чтобы тот умерил пыл в борьбе со мной. Не при всех, разумеется, но мне повезло это... подслушать, — ухмыльнулся чародей. — Отец, впрочем, не поддался. Но вот некоторые другие Сарвенте наоборот отнеслись ко мне с серьёзными предубеждениями. Однажды подвыпивший двоюродный дядя сказал мне прямо в лицо при всех на одной семейной встрече, что я урод и пятно на нашей фамилии, и меня стоило бы отлучить от семьи, а затем отправить в Академию на попечение магов. После этого я дядю у нас никогда больше не видел, а ещё слышал, что он вскоре лишился пары неплохих поставщиков. Вот так. Алисия вздохнула и улыбнулась. — Сочувствую дяде, но сам виноват. Надо думать, сколько пить, — не отрывая взгляда от Альваро, она пригубила вино. — Значит, ты планируешь привнести в свой род больше магии и усилить его влияние на семейной арене? На месте дяди Амора я бы рассматривала такой вариант как козырь в пользу рода Сарвенте, несмотря на неоднозначность ситуации. — Полагаю, что именно так он и считает, — кивнул Альваро. — Амор — человек, сумевший значительно приумножить состояние семьи уже после поглощения Антивы Тевинтером, и выбившийся на самый верх несмотря на конкуренцию. Он, на мой взгляд, способен смотреть на вещи без предрассудков, с перспективой. Если у меня получится заручиться его расположением в будущем, то это будет крайне полезно. Альваро рассуждал как настоящий стратег, и Алисии это понравилось. Лишний плюсик в пользу того, что вложение в него будет не бесполезным и оправдает себя. — В целом расклад понятен, — кивнула магесса, снова возвращаясь к мясу. — А что вообще можешь рассказать о семье? Как сын и брат. — Отец мой, Сабе́ль Сарвенте — владелец ткацких мастерских, занимающихся в основном шёлком и бархатом, а также нескольких виноделен. Немало времени, соответственно, уделяет своему делу. Регулярно выбирается в свет, но, по секрету, больше предпочитает домашнее окружение и тишину. Когда мы летом выбираемся в загородное поместье, то наслаждается им, наверно, больше нас всех. По молодости, говорил, петь любил, но вообще и сейчас иногда практикует, — припоминая некоторые забавные моменты из домашней жизни, усмехнулся чародей. — Отличный игрок в шахматы, алькерк и таблут. Меня им учил тоже, я и сам в итоге стал неплохим игроком, но до побед над ним дело не дошло, к сожалению. По нему, думаю, этого хватит. Мама, Марселла Сарвенте, у нас, пожалуй, едва ли не эталон антиванской леди. Всегда за каким-нибудь делом, за роскошью излишней не гонится, отцу помогает всегда. Рукодельствует, умеет музыку играть и петь, пыталась научить отца тоже играть, разумеется, с его желанием, но в итоге не очень срослось. Иногда, пожалуй, слишком мягкая, но тут если кто-то перегибал палку с ней, то на помощь всегда приходил отец. Больше всех переживала перед моим отъездом. Амелия Сарвенте — моя старшая сестра. Из неё, на мой взгляд, могла бы выйти отличная наследница нашей семейной ветви, но у Сарвенте стараются отдать преимущество сыновьям, если есть такая возможность, поэтому я немного её обошёл. С детства больше всего с ней дружил, показывал ей в первую очередь новые опробованные заклинания, по деревьям и скалам карабкался, разыгрывал разные забавные сценки, всё такое. Мечтала стать капитаном корабля, но считала, что по-хорошему цель у неё должна быть иной. Долг перед семьёй для неё всегда был на первом месте, да и против обычной знатной жизни она ничего против не имела. Амелия на два года старше меня и, полагаю, уже замужем. Утончённая, аккуратная, ответственная, но при этом энергичная и не любящая излишнее спокойствие. По сестре Альваро, пожалуй, скучал больше всего. Пригубив вино, он слегка задержался, прежде чем продолжить. — Джайро Сарвенте — старший из моих младших братьев. Младше меня на два года, главный последователь отцовских идей в нашем семействе. Всегда с ним во всём согласен, тоже в игры настольные играть учился, ну и в целом походить на него пытается. Хотя в играх я по итогу выигрывал чуть больше, — подняв палец, с важным и одновременно шутливым видом заметил чародей. — Очень серьёзный молодой человек, глупости не приемлет, но зато читает приключенческие романы и ценит искусство, уважает битвы в изображениях в основном. Маурицио Сарвенте — второй мой брат, на три года младше. Обожает море, ещё до моего отъезда иногда вырывался с одним нашим дядей-капитаном на рейсы, сам тоже хотел стать капитаном в будущем. Держит у себя настолько большую коллекцию книг по корабельному делу и морским приключениям, что я сам не уверен, прочитал ли он их все или просто собирает из интереса. А вот настольные игры не любит. Ещё посещает оперы и оперетты чаще любого из нас. На момент моего отъезда воздыхал по одной молодой певице, но я не успел застать развития истории. Затем идёт Мара Сарвенте — младшая сестра. Она на восемь лет младше меня, самая хитрая у нас: на людях обычно душка, но дома крайне шебутная, — Альваро мягко улыбнулся. — Большая любительница животных: котов, собак, лошадей, коров, даже дружит с одной рыжей курицей. Настоящей и обычной, Эсмеральдой зовут. Благодаря сестре в суп никогда не попадёт. Ну и, наконец, мой самый младший братец, Рафаэль Сарвенте, последний ребёнок в семье. Младше меня на тринадцать лет. О нём много рассказать особенно нечего, он был ещё слишком мал на момент моего отъезда, а с тех пор я слышал о своих только из слухов и случайных новостей, поэтому как следует о происходящем не в курсе. Он меня, наверно, даже не помнит. Удивится, как вернусь! А так в целом хороший мальчик был. Алисия слушала и не могла удержать улыбки. Семейство в некоторых местах походило на её собственное, и она снова поймала себя на ощущении, что Альваро казался тоже кем-то из родни. Словно они могли расти под одной крышей. — Это ему будет уже восемь, да? Вероятно, Рафаэль тебя уже совсем забыл, — посочувствовала она, накалывая на вилку ещё кусочек. Надо было отдать должное кулинарному мастерству Мари и Йорки — сочное мясо таяло на языке. — Восемь, да. Интересно, в какого Сарвенте вырастет он, — улыбнулся чародей, следуя примеру девушки и тоже кладя в рот кусочек. — А у меня к тебе тоже вопрос есть, — улыбка стала чуть хитрей. — Как это так, что некто Люцифер может быть то ли Максианом, то ли Ноксом, м-м? Пытаюсь понять, успел ли я поузнавать о твоём брате или же о ком-то другом. Если бы от Алисии в том разговоре прозвучало женское имя, то у Альваро картинка сложилась бы довольно легко, но в отношении мужчины такая двойственность к очевидным мыслям не слишком подводила. Девушка закусила губу, удерживая улыбку, и потупила взгляд. — Не знаю, последовал ли он моему совету, и как там всё получилось… — протянула она. Тихо вздохнув, подняла голову и посмотрела ему в глаза. — Да, ты верно догадался, речь о моём брате. Видишь ли, буквально перед тем, как я ушла из дома, у нас с Люцифером состоялся серьёзный разговор. Он как раз приехал на побывку, чтобы отметить повышение в звании до Руки Трибуна, и поделился со мной предложением, которое сделал Люци его легат. Лорд Кассий Манлий Нокс — старый друг моей матери. Он давно овдовел и растит единственную дочь, не пожелав жениться снова и наделать новых детей. Выходит, чтобы продолжить род, он должен выдать её замуж за того, кто перейдёт в род Нокс и будет заботиться о его дочери и благосостоянии дома. Сам понимаешь, кому попало такое предложение не сделают, он приглядывался к моему брату, пока тот служил в легионе, и счёл его подходящим. Алисия отпила вина, чтобы сделать паузу и позволить Альваро сначала уложить услышанное. Затем закончила, особенно тщательно подбирая слова, чтобы не выдать чужую тайну. — С одной стороны, предложение выгодное. Как зять легата Люцифер мог бы рассчитывать на хорошую поддержку в военной карьере и перспективы, тем более, что он и сам молодец, а лорд Нокс имеет репутацию человека, который оценивает по заслугам. С другой, брат беспокоился из-за того, что юная Аврелия ему совершенно безразлична и не вызывает интереса как женщина. Он не хотел бы причинять девушке боль тем, что не сможет оценить её как женщину и никогда не полюбит. Поэтому Люци не был уверен, стоит ли принимать предложение. Я посоветовала ему найти аккуратный подход к Аврелии и заранее разведать, как она ко всему отнесётся, и не захочет ли жить с супругом просто как с другом. Если бы она согласилась, они бы могли пожениться, и все были бы довольны. — Угум, — внимательно выслушав девушку, задумчиво кивнул Альваро. Действительно, переход мужчины в чужую фамилию так просто не предсказать. Необычно. К тому же, переживания тоже не самые распространённые среди знати. Не так уж редко бывает, что пары создаются исключительно из выгоды, без оглядки на привлекательность молодых людей друг другу. Вкупе с тем, что в рассказе Алисии дважды прозвучала мысль о неспособности оценить Аврелию как женщину, а также её более ранние упоминания, что он бы понравился Альваро, у последнего возникли кое-какие догадки. — Значит ли это, что он, во-первых, не старший сын в семье, и, во-вторых, предпочитает мужчин? — чародей едва заметно ухмыльнулся. У-уу, догадливый какой! Алисия смущённо потупилась. Ведь старалась же извернуться, а все равно раскусил. — Всё бы вам, антиванцам, да про разврат всякий! Я ничего не говорила про других женщин, только про бедняжку Аврелию, — девушка поспешила воспользоваться другим прозвучавшим вопросом, чтобы сменить тему. — Старший Амадеус. Точнее, второй по старшинству, первой родилась Ливия, они двойняшки. Люцифер третий ребенок, стало быть, и второй сын. Альваро окинул Алисию внимательным взглядом, задержался на её глазах и хитро-хитро улыбнулся. — Знаешь... из тебя бы вышла хорошая антиванка, — со слегка ощутимой игривостью в голосе сказал он, даже любопытно склонив голову на бок, следя за реакцией девушки. Алисия едва не задохнулась от неожиданности. Вот это выпад! — Какая невообразимо.. острая шпилька, — восхищённо промурлыкала она, протягивая руку к бокалу с вином и улыбаясь. — Я оценила, можешь не сомневаться. Антиванец тихо засмеялся и, пригубив вино, решил перейти дальше. — Амадеус, Ливия, Люцифер, — повторил он услышанное. — Значит, я уже знаю имена двух твоих братьев и одной сестры. Может тогда сразу про всех Максианов расскажешь? О Сарвенте ты уже узнала немало. — Что же, если ты так ставишь вопрос, — девушка откинулась на спинку стула, положила ногу на ногу и задумалась, болтая в руке бокалом. — Моя мать, леди Амата Максиан, стала главой дома в семнадцать. В тот самый год, когда кунари были отброшены от Минратоса, и она смогла вернуться домой и вернуть свои права на дедушкино наследство. Ситуация была в чем-то похожа на ситуацию Аврелии Нокс, вот только у неё не было папочки, который подыскал бы хорошего зятя и передал ему все бразды правления домом. Матери пришлось справляться самой. По призванию она целитель, умеет излечивать как духовной магией, так и магией крови, кое-кто называет её скульптором плоти, настолько хороша она в этом деле. Когда-то попечительствовала лечебницам и приютам, сейчас же удалилась от дел, больше занимается семьёй и своими кузнями, а ещё держит собственный салон, где оказывает разные скульпторские услуги пресыщенным богачам и знати. Она верная сподвижница Крауфорда и его ручной демоницы, хоть и старается на людях этого не афишировать, придерживаясь нейтральной позиции. Весьма своеобразная женщина. — Скульптор плоти… — задумчиво протянул антиванец. Он, похоже, не ожидал услышать такой факт. — Тот самый скульптор плоти? Способный отращивать целые конечности и создавать новые, превращать людей из страшных уродцев в красавцев и красавиц, лепить из животных чудовищ и даже дарить вечную молодость? Из уст человека, рассказавшего мне о нём, это звучало как описание уникального чуда, которое не найти больше нигде во всём Тедасе. — Ага, — беззаботно ответила Алисия, но Альваро слишком хорошо её знал, чтобы не почувствовать, что она слегка напряглась. — Братья мне как-то даже предлагали попросить у матери сделать мои мышцы крепче и сильнее, но я отказалась. Хочется, чтобы мои достижения были именно моими, даже если они будут скромнее полученных за чужой счет. А вот бриться мне уже не нужно. Совсем, — альтус довольно улыбнулась. — Так значит, вот в чём секрет, — заулыбался Альваро. — А я уж было подумал, что у тебя нечеловеческие терпение и старательность, чтобы поддерживать это обычными методами. А для других во сколько подобное обошлось бы, не знаешь? Людей не из семьи, — как бы невзначай поинтересовался он. Вопрос немного озадачил девушку. Она напрягла память, стараясь вспомнить, не мелькало ли что-то такое за время, когда она ещё жила дома. — Настолько я не вникала, — со вздохом признала Алисия. Задумавшись ненадолго, она пожала плечами. — Не знаю, до тысячи, наверное. Учитывая, что это мелкая и муторная процедура, и вовсе не обязательная для жизни, а скорее роскошь. Что-то около того, наверное. А тебе зачем? Слушая ответ девушки, Альваро успел обновить вино в их бокалах. — Мне тоже хотелось бы, чтобы не нужно было бриться, — без тени смущения ответил чародей. — Как ты уже поняла, нечеловеческим терпением я не обладаю, так что вне моей нормальной жизни меня хватает лишь на самое важное, да и то не сказать, что слишком удобно проводить самому. С остальным и вовсе приходится мириться. — Хм, — Алисия посмотрела на него поверх бокала. Вообще-то ей вполне нравились и волосы на теле, как у Ларса, но антиванцу без них наверное даже бы пошло. — Хм. Не люблю загадывать наперёд, особенно, в нашей ситуации, но думаю, я бы могла уговорить маменьку сделать тебе внушительную скидку, — широко улыбаясь предложила она и добавила. — А вот насчёт, как ты сказал, вне твоей нормальной жизни — могу помочь с подобным, если хочешь. — Я был бы рад такому, — улыбнулся в ответ Альваро. Рад даже не только помощи, но и возможности провести ещё время вместе. — Хорошо, насчёт леди Аматы Максиан я понял. Алисия попробовала представить, как это будет, и сама не заметила, как засмотрелась на Альваро, любуясь его глазами, волосами, губами, смуглой шеей, которую столь эффектно оттенял алый шелковый шейный платок. Осознав это, она заставила себя снова ухватить нить разговора. — Папочка сирота, как и мама. Его родители пропали вместе с кораблём, и много лет было неизвестно, что с ними стало. Бразды управления родом взял на себя младший брат дедушки, дядя отца Фабий Ишал. Фактически, узурпировал власть, воспользовавшись тем, что Лавиний, так зовут папу, был слишком юн. Мама же высмотрела в этом выгодную возможность получить кровь основной ветви по цене побочной. Она отправила дедушке Фабию проект брачного контракта и сопроводительное письмо. Они всё порешали вдвоем. Условия были, мягко говоря, унизительны, — девушка неодобрительно нахмурилась. Ей было не по душе такое обращение с отцом. — Мать позаботилась о том, чтобы оставаться безоговорочной и единоличной главой семьи, и даже в случае её смерти отцу ничего не светило, всё перешло бы к старшему из сыновей и далее по старшинству. — Думаешь, она поступила нехорошо, проявив такую предусмотрительность? — проводя в мыслях связи в этом решении, спросил антиванец. Насколько он мог судить об обществе альтусов, подобное решение звучало более чем разумно, особенно если леди Максиан недостаточно хорошо знала будущего мужа и не могла целиком ему доверять. Алисия на пару мгновений задумалась. — Да нет, это разумно, — неохотно признала она. — Просто мне обидно за папу. Договорились между собой, его не спрашивая, хочет ли он сам этого. Словно он какой-то.. товар. Или породистый жеребец для случки, — подобрала она более подходящую аналогию, раздражённо болтая вино в бокале. — Хотя потом оно всё хорошо сложилось. Несмотря на то, что до свадьбы они были практически не знакомы, в итоге даже со временем полюбили друг друга, и я не видела более крепкой и нежной пары. Редкое везение в наших кругах, я даже завидую матери. Отец красив, умён, добр к людям, и вообще самый лучший папа на свете, — Алисия улыбнулась, а голубые глаза засияли, когда она переключилась на более приятные мысли. Заметно было, что к отцу у неё тёплое отношение. — Лорд Лавиний Максиан — учёный с мировым именем в области демонологии. Несмотря на стеснённую обстановку в Тени, он всё равно умудряется проводить глубокое исследование демонов, их природы, и даже совершил несколько значимых открытий, которые опубликовал в своих трудах. И он всегда был хорошим отцом. Порой строгим и требовательным, но без этого у нас никак. Всегда готов поддержать, успокоить тревоги или просто развеяться вместе, что-нибудь затеяв. С ним очень легко. Альваро мысленно зацепился за слова о зависти матери, но решил пока не развивать тему с ними, чтобы для начала поговорить о семьях. — Из твоих слов он выглядит исключительно достойным и приятным человеком, — одобрительно кивнул чародей. О леди Амате Алисия высказывалась с явно меньшим энтузиазмом, а о её характере и вовсе почти ничего не прозвучало. Впрочем, к этому тоже можно вернуться. — А что можешь сказать об Амадеусе и Ливии? — Старшенькие, — Алисия широко улыбнулась под влиянием похвалы в сторону отца и воспоминаний о сиблингах. — Амадеус — серьёзный и строгий дядька. Ну, ладно, в обычном общении не столь уж и строгий, с ним интересно. Но вот в том, что касается интересов дома и долга перед родом — тут он явно старается походить на мать, хотя на мой взгляд, в своём старании склонен заходить даже дальше. Но это и не удивительно, ведь его с детства обучали и воспитывали как будущего главу дома, и он считает за честь нести это бремя. Ами женат и растит двоих детей, так что придраться не к чему. Матушка передала ему де-юре всю власть и место в Совете, но при этом дала всем понять, что де-факто сама остается у руля, — девушка хитро взглянула на Альваро и решила поделиться ещё одним маленьким секретом. — На самом деле она и де-факто всё ему передала, просто оставляет такую видимость, чтобы в случае, если братец облажается, можно было подстраховать его и взять всю ответственность на себя. Но об этом никто из посторонних не догадывается, поскольку она всё так же авторитарна и держит всё под сильверитовым кулаком. Интересно. Значит, несмотря на то, что со всеми своими трудностями мать справлялась сама, сына она всё-таки готова была в случае чего прикрыть. Тем не менее, пока что её образ складывался довольно суровый. — А сам он как относится к тому, что леди Амата в случае чего будет подстраховывать его? — спросил маг. — Не считает это излишней опекой или, например, недостаточной верой в его способности? — Нет, он скорее боится её подвести, чем думает, что она его опекает. Впрочем, как и все мы, наверное, — Алисия пожала плечами. — Кроме того, Амадеус совсем не глуп и понимает, что такая подстраховка для дома полезнее, чем неуместная гордыня. Если ты понимаешь, о чём я, — девушка улыбнулась и мстительно добавила. — Тем более, что он уже один раз облажался с Ливией. Мелким ещё, когда им было по пять, что ли. Ливия ведь старшая, но как женщина не годится в главы рода. У них договорённость с детства, что она отказывается от претензий на первенство, а Амадеус как глава рода не выдаёт её замуж без её согласия. Ждёт, когда я вырасту, чтобы отыграться за нас обеих. А пока Ливия бегает в девках, или точнее, уже в старых девах. Носится со своим клубом для пресыщенных знатных дам, устраивают ролевые игры и всякие авантюры. Чистой воды профанация, если хочешь знать моё мнение, но дамочкам как раз такое нравится, чтобы все опасности и приключения угрожали максимум острыми впечатлениями, а не здоровью или жизни. Услышав о таких развлечениях, Альваро улыбнулся шире. — Мне кажется, что моей Амелии такое тоже понравилось бы. Ей подруги с такими же интересами как-то не попадались, одна или со мной игралась обычно. От него, разумеется, не ускользнул серьёзный момент насчёт отыгрывания на Алисии в счёт старшей дочери. Звучало это даже неприятно. Как будто это младшая виновата в старых договорённостях других членов семьи. — А у тебя, значит, свободы выбора в браке совсем уже не будет? Только то, на что укажет брат? — решил-таки поинтересоваться он, больно сильно затронул вопрос. Алисия тихо засопела. Вопрос был из весьма неприятных и она предпочла бы вовсе об этом не думать, но Альваро вряд ли спрашивал из злого умысла, поэтому проигнорировать его было бы невежливо. — Я не знаю, тут всё зависит от того, насколько далеко он решится зайти, — признала она. — Пока надежда на маму, она против принуждения и считает, что каждый имеет право сам принимать важные решения для своей судьбы, ведь это ему потом жить с их последствиями. Но Амадеус думает в первую очередь об интересах рода, и наверняка будет не в восторге, если потенциально выгодная сделка уплывёт из-за чьего-то нежелания. Видишь ли, его воспитывали как наследника, и прививали с детства ответственное отношение к долгу. Так что он воспринимает всё крайне серьёзно, следует этому сам, и требует того же от других. — Я, возможно, неправильный наследник, потому что согласился бы тут с леди Аматой, — с серьёзным видом сказал Альваро. Необычно было услышать о ней такое после первых слов об авторитарности, расчёте и суровости. Возможно, именно в семье она была совсем иной, нежели на публике? — Я больше привык к тому, что долг должен исходить изнутри, а не быть навязанным извне. Во втором случае, на мой взгляд, ничего кроме несчастья человеку от этого не придёт. Слегка поболтав вином в бокале, чародей решил перейти к более… удобной теме. — С учётом того, что леди Амата является главой дома, Ливии, наверно, за свои перспективы обидно было вдвойне? Не только на её пути стоят типичные для высшего общества нормы и правила, но и рядом к тому же находится живой пример обратного, но сама она такого получить не может. — Да, всё именно так, — подтвердила Алисия, отпивая глоток вина. Она обновила отвлекающие руны и теперь восполняла силы. — Ливия была очень недовольна, но у матери, в отличие от неё, не было выбора, она осталась единственной из рода. А брать супруга в свой дом — это всегда риск. Не говоря уже о том, что самых перспективных наследников род предпочтёт оставить себе. С поиском жены здесь явно выгоднее условия и больше пользы. Так что как ни крути, Амадеус лучший вариант, хотя её обучали тому же, что и его, и воспитывали с почтением к долгу. Альтус вдруг замолкла, глядя на Альваро, осенённая гениальной идеей. — Слушай, а давай мы Ливию на тебе женим! Антиванец, в это время отпивший вина, не подавился только благодаря огромному усилию воли. — Да, она старая дева, — продолжала Алисия на волне вдохновения, — но с другой стороны, все уже давно отчаялись её за кого-нибудь выдать, лучше хоть за кого-нибудь, чем вообще мимо. Заодно и у меня появится повод избежать необходимости выйти замуж — отдуваться за сестру не придётся. Вдруг ты ей понравишься! В голове Альваро роились самые разные мысли, но никакие из них не были связаны с желанием согласиться. Даже исключая все текущие обстоятельства, план звучал не слишком-то надёжно. — А сколько женихов ей уже успели предложить за эти годы? — аккуратно поинтересовался маг. — Да много кто сватался, — махнула рукой Алисия. Альваро, похоже, идеей не проникся, но его можно было понять. — Но я так думаю: если она среди альтусов себе друга на жизнь не нашла, то, может, не лишним будет поискать в других кругах? Ты не подумай, что я какой-то брак тебе навязать пытаюсь. Ливия, в отличие от меня, настоящая леди всегда и везде, она воспитана в почтении к долгу, и из неё вышла бы образцовая мать и хозяйка дома. Просто она не хочет связывать жизнь с совсем чужим ей по взглядам и принципам человеком. Мне кажется, у тебя есть шанс её зацепить. — Предложение, стоит отметить, оригинальное, — самую малость призадумавшись, сказал Альваро. В голове замаячило одно огромное “НО”. Сегодня буквально первый день, как они стали парой. При этом предложение Алисии в случае осуществления, очевидно, привело бы к разрыву их отношений. Конечно, это лишь в перспективе, и до того момента может пройти много времени, но тем не менее. Понимает ли она это? Ничего такого, конечно, в прекращении связи нет, но не слишком ли быстро планы на это строятся? — А тебя в этой идее ничего не смущает? — он решил подойти совсем с края. Подкинуть повод углубиться мыслью. — О, — Алисия поняла его вопрос по-своему. — Ну, нам придётся ограничиться исключительно родственными отношениями в этом случае. Не то, чтобы я была какая-то жадная, но Ливия такого точно не поймёт. Мы должны уважать её чувства. Нахмурившись она ткнула мясо. Теперь идея уже не казалась ей такой хорошей. — Хм, ладно. Не будем загадывать настолько далеко вперёд. Посмотрим. — Посмотрим, — кивнул Альваро. Алисия больше взглянула на ситуацию с практической стороны. Разумно, но это затронуло не всё из того, о чём подумал маг. — Меня тут позабавило, что у нас, по сути, сегодня первый день в виде пары, и уже успел зайти разговор о том, как бы меня пристроить в брак с кем-то другим, — с усмешкой всё-таки добавил он про эту мысль. — Я не… — девушка осеклась. В таком разрезе она на это не посмотрела. Она задумалась, отыскивая в себе причину. — Наверное, я слишком сфокусировалась на твоём будущем. Видишь ли, я уже давно вынашиваю планы по введению тебя в альтусское общество. И о том, что тебе бы среди наших жену себе подыскать, чтобы закрепить дар в роду, тоже размышляла. Вот и уцепилась за мысль. Это было не столько оправданием, сколько пояснением, но всё же давало ответ лишь наполовину. Алисия неловко улыбнулась и протянула руку, чтобы взять ладонь Альваро. — Я не хочу тебя кому-то.. пристроить, как ты выразился, — не отпуская его руки, она опустила глаза, порозовевшая от смущения. — Я хочу быть с тобой. Такая простая фраза, обычные слова. Почему же сказать это потребовало таких усилий? Она не знала. Альваро заулыбался от милой картины и погладил руку девушки большим пальцем. — И я с тобой, — он выдержал маленькую паузу, прежде чем продолжить. — Не переживай, я понял что ты просто за удачную идею зацепилась. Слегка сжав ладонь Алисии напоследок, он поставил бокал и взялся за столовые приборы. Еда сама себя не доест. — А за Ливией уже следует Люцифер. Может, по нему снова целиком пройдёшься, не как Эльса уже? За исключением темы его брака, которую мы уже обсудили, — предложил чародей. Девушка широко улыбнулась. — Да, в общем-то остальное то же, что я уже говорила. Люци решил сделать карьеру в Легионе и амбициозно рвётся наверх, к званию Легата. Когда я уезжала, он как раз получил повышение до Руки Трибуна, — она сделала паузу, подумав о том, что для незнакомого с ситуацией человека должно быть не слишком понятно, почему он в этом звании не начал. — Видишь ли, тут такое дело. Когда Люцифер объявил о намерении вступить в доблестные ряды нашей армии, матушка устроила диверсию и записала его в центурионы. Чтоб ты понимал, это звание, до которого поднимают отличившихся и завоевавших авторитет простолюдинов и всяких солдат. А тут наш братец весь из себя такой инкогнито, но породу не скроешь, и даже слепому видно, что по блату впихнули, — Алисия усмехнулась поверх бокала вина. — Туговато ему пришлось, конечно. Но вроде как по задумке матери это испытание должно было, во-первых, дать ему понять, как всё работает и чем живут легионеры в низах, прежде чем лезть наверх ими руководить, а во-вторых, испытать Люци, сможет ли он с достоинством пройти через такую сложную ситуацию и завоевать авторитет солдат центурии в изначально негативных условиях. Как тебе такой мамочкин финт, а? — Это… крайне серьёзное испытание, — покачал головой Альваро, удивлённый таким ходом. — Мотив, стоящий за ним, безусловно, разумный, но я с трудом представляю, чтобы молодой отпрыск знати смог бы пронести такой груз на своих плечах. Сама суть позиции и отношение к ней среди солдат не предполагало, что туда поставили бы юнца без настоящего опыта и авторитета. И ведь внимание придёт не от одних солдат — другие центурионы точно также будут смотреть на него, как на сопляка. Конечно, легионеры вряд ли смогли позволить бы себе явную распущенность без жёсткой руки, но отношение к командиру и его собственные способности наверняка как-то сказались бы на эффективности. — Он справился с этим? — приподняв бровь, спросил маг. — Справился, — не без гордости за брата ответила Алисия, возвращаясь к трапезе. Последовав примеру Альваро она решила доесть мясо и перейти к десерту. — Поначалу очень трудно было, но он правильно себя держал, а потом случилась не совсем удачная операция в горах, где пришлось чуть ли не на плечах вытаскивать боевых товарищей, а после переход с ограниченными ресурсами. То, что Люцифер не сдрейфил, не бросил, не делал себе поблажек с пайками и прочим, сыграло положительную роль на его принятии. А дальше уже те, кто с ним был, растрепали про случившееся, и больше особых проблем не было. Альтус хмыкнула, но задумалась. Наверное, будет не лишним упомянуть и про подстраховку, а то невесть что подумает про их зверские методы воспитания легионеров. — Но ты не думай, за ним присматривали. Тайком. Мама с лордом Ноксом договорилась, чтобы не помогал, но если вдруг что-то не так, то вытащил из проблем. Правда, Люцифер об этом не знал до самого перевода в Руки Трибуна. Шутил про мамино решение: “бей своих, чтобы чужие боялись”, но я видела, что ему было страшно. Мы с ним наиболее близки из остальных братьев, я его как облупленного знаю, так что понимала, что для него это было серьёзным испытанием. Что же, хоть какое-то прикрытие для сына было. Хотя не зная о нём, конечно, работа легче точно не становилась. Что же касается самого Люцифера, то в его случае, выходит, хорошо сложились и обстоятельства, предоставившие возможность проявить себя, и характер со способностями, эту возможность реализовавшие. Неплохо. — На полумерах у вас в семье явно не останавливаются, верно? — усмехнулся Альваро, накалывая на вилку последний кусочек мяса. — Значит, вас четверо у родителей? Или чьи-то имена ещё не прозвучали? — Шестеро. Есть еще Фабий и Ренли, — Алисия улыбнулась. — Тоже мои старшие братья. Я самая младшая в семье. — Встретились как-то на важной миссии старший сын антиванского рода и младшая дочь тевинтерского… — улыбнулся следом маг. — Звучит как начало пошлого анекдота, — вставила свои пять виверн Алисия. — Анекдота ли? — ухмыльнулся чародей, медленно кладя в мясо в рот и не отрывая взгляда от девушки. — Я думала, ты спросишь: “а почему пошлого”, — широко улыбнулась она, тоже не отводя взгляд. — Ты, верно, забыла, с кем сидишь за одним столом, — расслабленно пожал плечами Альваро. — Хотя, возможно, ты права. Может быть, стоит заменить слово "пошлый" на "романтичный", как думаешь? Веселая широкая улыбка сменилась на скромную мягкую, пока Алисия молчала, задержав на нём взгляд. — Тогда это точно уже не будет анекдот, — тёплым бархатным тоном ответила она. Голубые глаза всё так же были устремлены на лицо антиванца, не желая терять его взгляд. — Так даже лучше, — мягко и почти что даже с нежностью сказал он. — Люблю романтические не-анекдоты. Правда, они нередко останавливаются на самом интересном месте. Очень хочется увидеть и прочувствовать что было дальше, что-нибудь сладкое и приятное… как десерт, — чувствуя, как чуть быстрее стало биться сердце, Альваро подмигнул девушке и, отодвинув тарелки, отложил каждому из них на блюдце по кусочку торта с безе и взбитыми сливками. — На десерт — возможно, — Алисия отправила ему кокетливый взгляд из-под ресниц и тоже сковырнула кусочек ложечкой, пробуя торт. Проведя немного времени за десертом без лишних слов, Альваро позволил себе слегка остыть после такой внезапной перемены настроений и вскоре вернулся к разговору. — Фабий и Ренли, — внимательно повторил он имена. — Они тоже оба нашли себя каждый в своей отдельной сфере? — Да, можно и так сказать, — при мысли о Ренли Алисия загрустила и решила пока начать с более старшего брата. — Фабий родился вскоре после Люцифера. Мать назвала его в честь дедушки Фабия — папиного дяди. У него, конечно, свой род и свои дела, но все наши родные дедушки давно умерли. Силан, мамин отец, бежал в изгнание после неудачной попытки переворота против Архонта Тиберия, с младенцами на руках, а затем в изгнании был убит охотившимися за ним спецслужбами. Остальные умерли раньше либо в интригах, либо в войне с кунари. Так что дедушка Фабий стал для мамы кем-то вроде единственного старшего близкого родственника, и мы часто у него гостим. Ишалы занимаются морской торговлей и флотом, и наш Фабий перенял от них любовь к морю. Думаю, они с Маурицио обнаружили бы друг в друге много общего, — улыбнулась альтус. — Правда, Фабий пошел не в торговлю, а служить на флот, и делает там успехи. Помимо этого, — она задумалась, что ещё примечательного можно было сказать про брата, чтобы незнакомый с ним человек мог составить впечатление. — Он также пользуется успехом у дам, но пока ещё не женат. Фабий тот еще франт, умудряется выглядеть стильно и элегантно даже в образе а-ля удалой корсар. “Младенцами”. А ведь матери пришлось всё решать самой и никого кроме неё не было, чтобы занять место наверху рода. Альваро сделал мысленную пометку и решил пока спросить о другом: — А в магии у него какие предпочтения? Не стихия льда, случаем? — ухмыльнулся он. — Нет, не льда, — Алисия улыбнулась. — Фабий специализируется на элементальной магии, но больше любит воздушные и электрические заклинания. Чем разрушительнее, тем лучше. Люцифер, к слову, тоже стихийник, только он в большей степени делает упор на применение тактической составляющей. То есть, не стремится выше, больше, сильнее, хотя и это тоже, но всё-таки ему интереснее использовать магию дозированно и сообразно с целями. Он вообще у нас стратег, и даже военное дело рассматривает как точку приложения тактического ума. Мы с ним часто играли в шахматы. Такой подход был логичен для командира и воина. Альваро, далёкому от воинского дела, мысли о тактическом применении чар приходили больше в соответствующих ситуациях, но в общем и целом он всё же больше думал о развитии своих сил и способностей как таковых. Хотя, стоит признать, именно благодаря необычной специфике работы он выработал несколько полезных нетипичных заклинаний. То же практическое применение огненного лиса явно вытекало из встречавшихся ранее целей. — Шахматы — это хорошо, — одобрительно кивнул маг. — Надеюсь, мне когда-нибудь выдастся шанс сыграть с ним. И с тобой тоже, — улыбнулся он. — Отец говорит, что в подобных играх можно узнать человека не хуже, чем в личных беседах. — А Люци говорит, что любую ситуацию из войны или мирной жизни можно обыграть с помощью шахмат, — вставила свои пару виверн Алисия, отпивая из бокала вино. — Но мы говорили о моих братьях, да. Про Фабия я уже рассказала, остаётся Ренли. Он родился передо мной, и раньше мы были близки. Ренли, Люцифер и я — мы втроём часто задавали жару домашним или куролесили в своё удовольствие. Старшие слишком взрослые и серьёзные, а Фаби много времени проводил со своими “морскими” кузенами, так что наша компания сформировалась сама собой. Алисия печально вздохнула. Увы, те времена уже было не вернуть, но примириться с таким было сложно. — Ренли — любимчик матери. Она говорит, что ей дороги все мы, но к нему всегда было заметно особое отношение. И после пробуждения в нём магических способностей это стало заметно ещё больше. Дело в том, что Ренли получил редкий дар, который иногда пробуждается в тех, кто несёт в себе кровь древних сновидцев. Он сам сновидец, и его способности отличаются от наших и требуют другого подхода. Ему благоволит сама хвостатая, — девушка многозначительно подняла взгляд вверх. — И как следствие, он сам ей глубоко предан, вплоть до обожания. Вбил себе в голову, что будет служить ей, и подался в клирики. После этого наши пути немного разошлись, старой близости уже не было, как раньше. Жрец-сновидец. Альваро чуть нахмурился, осознавая серьёзность подобной комбинации. А ещё возможный груз, ложащийся на плечи от понимания, что твой брат предан той, кого ты всеми силами хотела бы свергнуть. — Кажется, я догадываюсь, почему, — безо всякой шутливости в голосе кивнул Альваро. — Он сильно выделяется на фоне остальных. И талантом, и приверженностью. Ты… думала над тем, что может ждать его в случае падения драконицы? Алисия со вздохом поставила бокал на стол. — Думала, конечно, — тихо призналась она. — Как не думать, ведь это мой брат. Но так уж сложилось, что кто-то из нас двоих будет несчастен, если будет так, как хочется другому. Мне мои интересы всё-таки ближе. Если у нас всё же получится, и Ренли меня за это возненавидит… за то, что разрушила его жизнь — пусть будет так. А мне не будет нормальной свободной жизни, пока она не дает житья тем, кто мне дорог. — Угу, — понимающе кивнул чародей и пригубил вино. — А остальные в семье как относятся к его верности драконице? И как у вас вообще… с верой? Если леди Амата верная сподвижница Верховного Жреца, а один из сыновей верный жрец, то, полагаю, Максианы могут считаться лояльными к ней? Или всё сложней? Алисия криво усмехнулась. Почему-то ей было стыдно признаваться в таком, хоть в приверженности единой вере ничего постыдного и не было. Но всё равно девушка чувствовала неловкость от того, что семья не поддерживает её взгляды. — Конечно, лояльны, а как же иначе. И без всяких “считаться”, ведь на публике мы стараемся не демонстрировать явно поддержку Жрецу. Кое-кто даже считает, что мама — оппортунистка, которая использует его благосклонность в собственных интересах и может ударить ему в спину, если это будет выгодно. А вот за закрытыми дверьми всё гораздо печальнее. Мать на своего Крауфорда только что не молится, считает его достойным и мудрым правителем. В том, что касается веры, то на словах всё довольно безобидно: “каждый волен верить во что хочет, и к чему душа лежит”, говорит мать, но следом же рассказывает, как её распрекрасная демоница остановила кунари и спасла Тевинтер, и как благодаря послушным её воле драконам народы Тедаса вместо войн друг с другом занялись развитием, — Алисия внимательно посмотрела на антиванца. — Полагаю, мне не нужно объяснять здесь, что нас буквально подталкивают к тому, во что верить, и кому быть благодарными за это вот всё, а иллюзия свободы выбора веры — всего лишь иллюзия. Сплошное лицемерие. Тяжело вздохнув, девушка отпила вино и снова отставила бокал в сторону, чтобы доесть десерт. Она была благодарна Альваро за то, что он был внимательным и чутким слушателем, ведь возможность откровенно высказаться и выговориться выдавалась крайне редко. — В случае с Ренли лояльность этой заметна просто невооружённым взглядом. Когда Ренли не в храме, а дома бывает, для неё чуть ли не праздник. Когда обратно уходит — грустная. Не припомню, чтобы к кому-то ещё из нас она так относилась, — Алисия покачала головой, скрывая горький упрёк самой себе, что она никогда не займет такое же место в сердце в сердце родительницы, как её братец. — Не то, чтобы она как-то плохо относилась к нам, ничего такого. Но всё равно заметно, что Ренли ей ближе и дороже всех. Она говорит, что мы должны уважать его выбор, каким бы он ни был, но я никогда не смогу принять и смириться. Нашёл бы себе более достойный объект поклонения, что ли. Мрак. Альваро сомневался, что в такой ситуации у брата Алисии была возможность выбрать кого-то иного. По крайней мере сколько-то отдалённо вероятная. Разикаль в Империи сама по себе безусловно достойный объект поклонения, а вкупе с благоволением и приверженностью семьи тут не оставалось почти никаких развилок. Потребовался бы недюжинный бунтарский дух, чтобы появилась хоть какая-то альтернатива. — Из твоих слов мне кажется, что леди Амата... переживает за него, — спокойно сказал чародей. — Будто она опасается, что после очередного ухода Ренли может не вернуться, отсюда и праздник от каждого его возвращения, и грусть при расставании. Ты такого не замечала? А её фраза о возможности каждому верить во что ему угодно и вовсе отдаёт еретичностью в наше время. — Еретичностью? — Алисия ненадолго впала в ступор, глядя в тарелочку с остатками торта. — Да ну! Мать искренне предана демонице, она последний человек, кого бы можно было обвинять в ереси. Это всего лишь лицемерная попытка дать иллюзию свободы выбора, когда выбор тут же следом навязывается, показывая, во что именно следует верить, — пожав плечами, девушка криво усмехнулась. — Ты просто плохо знаешь мою мать. Поверь, не в её привычках говорить что-то без обиняков, без второго и третьего дна, и дополнительных смыслов. “Хорошая, надёжная интрига должна содержать не менее трёх слоёв лжи. Но по-настоящему коварная интрига должна иметь не менее двух слоёв правды”, вот её слова. Не стоит воспринимать всё, что она говорит, буквально. Это стало бы крупной ошибкой. А что до Ренли, то с чего за него переживать? Худшее, что может с ним случиться, это если он лоб себе расшибёт от избытка религиозного рвения. Не сожрёт же его она. — Думаешь, не сожрёт? — многозначительно спросил Альваро. Сам он, разумеется, не знал никаких тайн и секретов Храма драконицы, но вполне мог предположить, что опасаться разумным людям там есть чего. Особенно когда видно, на кого Разикаль обращает особое внимание. — А мать, значит, и среди вас с тремя слоями лжи интригует? — ухмыльнувшись, поинтересовался антиванец следом. — Чтобы не расслаблялись в опасном обществе? Девушка озадаченно сморгнула, настолько странно прозвучала мысль со стороны. Затем рассмеялась, покачав головой. — Вот ты сейчас спросил, а я даже не могу вспомнить, чтобы она кому-то хоть раз солгала, — вздохнув, Алисия потянулась было по привычке взъерошить волосы надо лбом, но вовремя вспомнив про причёску, взялась за бокал, отпивая глоточек. — Мать вполне способна все пять слоёв правды выдать, но так, что нужную ложь ты сам себе придумаешь. Не зря Кристоф называет её Манипуляторшей. Альваро поболтал бокалом в руке. Представлялось такое не без труда. — Прямо-таки ни разу не лгала? Совсем-совсем? Даже “во благо”? Чтобы такого человека при этом прозвали Манипуляторшей — для меня, признаюсь, нечто полумифическое. Не подумай, я не из недоверия так говорю, просто все, кого я в своей жизни мог бы отнести к манипуляторам или кого бы таковыми считали другие, особой честностью не отличались никогда. — Честностью? Здесь если только считать честностью шанс собеседнику разгадать твою игру, тщательно взвесив слова. Большей частью, не сказанные. Но облапошивать тех, кому не хватает ума, внимательности или опыта, чтобы продираться сквозь хитросплетения слов и знания человеческой натуры, не слишком-то честно, на мой взгляд, — а ведь если подумать, Алисия и сама частенько так делает. Занятно, раньше не обращала на это внимание. — Я не знаю, зачем так делает мама, но может быть, ей просто не хочется усложнять? Наименее рискованный способ обмануть — это когда человек обманывает сам себя. Гораздо практичнее и эффективнее прямой лжи. И в каком-то смысле проще. Впрочем, даже настоящую, искреннюю честность тоже можно использовать как оружие. Как всё, однако, непросто. Альваро погрузился в серьёзный задумчивый вид, пытаясь представить, как это всё должно работать на практике. Он видел всяких людей, конечно, но тут опыта всё-таки недоставало. — Значит ли это, что она вас учит вас тому, чему сама же не следует? — уцепился чародей за предыдущий момент. — Нет ли здесь непоследовательности? Или она вас… не доучивает до самого верхнего слоя коварства? Алисия не удержала смешка от его шутки. — Здесь речь об общем принципе, не следует воспринимать инструкцию буквально, — пояснила она главную мысль от высказывания матери. — Скорее всего, для себя мама его просто довела до совершенства. Многие недооценивают силу правды. Как и эмпатию и другие так называемые слабости. На самом деле силой или слабостью может стать что угодно, вопрос только в том, насколько ты умел в их использовании. — Интересный подход, мне надо будет подумать над ним, — кивнул маг. — На вас, значит, его действие тоже распространяется? Или со своими детьми леди Амата более прямолинейна? — Я не.. Я не знаю, — Алисия даже растерялась. — Не то чтобы кто-то ловил мать за руку с этим. Она слишком, — девушка скривилась, словно съела лимон. — Слишком хороша для такого. Наверное, она и с нами тоже так, раз её Кристоф так прозвал. Хотя оно даже и не важно, делает она это с нами или нет. Главное, что она такая. Он знает каждого из нас лучше, чем мы сами знаем себя, поэтому я ему верю. Мы можем обсудить что-то другое? Пожалуйста. Альваро уже был уверен, что у девушки есть проблемы с матерью, и, разумеется, дальше идти по этой теме против её желания совсем не хотел. Узнал он и так немало. — Конечно, — кивнул чародей. — Может расскажешь поподробней о Кристофе? О нём пока было всего пару упоминаний и, судя по всему, он близок к вашей семье? Позволяет мать так при детях называть, на мечах тебя сражаться учил, вообще вас знает очень хорошо. Кто-то из близкой родни? Алисия слегка смутилась. Для неё Кристоф всегда был своим, но для постороннего объяснения, вероятно, будут звучать странно. И всё же девушка постаралась пояснить в двух словах тонкости взаимоотношений духа с семьёй. — “Позволяет”, это, наверное, слишком громко сказано. При всех так не говорит, но в личных беседах и не при маменьке временами проскакивает, — магесса смущённо улыбнулась. — Мы с ним очень близки. Я, можно сказать, росла и взрослела у него на руках. Кристоф — секретарь матери. Только он очень необычный человек. А точнее.. не человек, — она едва слышно вздохнула. Неизвестно, как на такое отреагирует антиванец, но утаивать смысла не было. — Это секрет, об этом знают только члены семьи, но Кристоф — дух Исправления. Он выглядит как человек, и довольно неплохо успел социализироваться за годы. Пишет книги под псевдонимом Отелло, держит театр и заведует маминой корреспонденцией. Кстати, настоящая личность автора книг про Ландыша и остальных — тоже секрет, он не светится на публике и не раскрывает своего настоящего имени. Так что об этом молчок, ладно? — попросила альтус и заговорщически приложила пальчик к губам. — Социализировавшийся дух! — со смесью изумления и неожиданности сказал Альваро. Именно этот факт удивил его даже больше, чем авторство над известными книгами. — Признаюсь, никогда о таком не слышал раньше. Секретарь, писатель, личный… — чародей осёкся, мысленно зацепившись за одну фразу девушки. — А в каком смысле близки? Почему-то у него возникло ощущение, что он мог понять это не так. Алисия пожала плечами. — Ну, как вообще могут быть близки близкие люди, — на лице магессы появилась мягкая улыбка. — Кристоф всегда был рядом, сколько я себя помню. Помогал, поддерживал, наставлял меня и рассказывал о Тени и духах, учил читать людей, покрывал меня, когда я делала шалости или сбегала с занятий. А ещё в театр с собой часто брал. Я даже играла там в паре постановок, где детские роли нужны были. Инкогнито, разумеется. У меня не было друга надёжнее, кому бы я доверяла больше, чем ему. И я с детства была в него.. наверное, можно сказать, влюблена? Он стал моим первым мужчиной и всегда поддерживает меня как дух, — Алисия тихо вздохнула и опустила глаза, будто рассматривая тарелку, а на самом деле глядя в никуда перед собой. — Именно из-за него я ворвалась в эту авантюру. Ну, по большей части из-за него. Хотела.. надеялась, что получится отыскать какой-то способ избавить его от необходимости держаться в тени матери и опасаться за свою жизнь при власти этой тирании. Надежда призрачная, сам понимаешь, но дома я бы точно ничего такого не смогла найти. Значит, была ещё одна причина оказаться на этой миссии. Точнее, похоже, эта даже первоочередная. А вопросов тем временем становилось всё больше. Альваро ещё не до конца сумел усвоить всё из первой части объяснений, а со второй он окончательно убедился, что почти ничего не понимает. “Первым мужчиной”? Он точно услышал именно это? После того, как она сказала, что росла у него на руках? Его разум такое словно не мог переварить. Может, он что-то не так понял, потому что концепция подобных отношений с духом, ещё и знакомым с детства, казалась какой-то совершенно чужеродной. Но по крайней мере желание помочь сюда вписывалось без проблем. Антиванец мог бы представить даже попытку бороться ради любимого питомца, так что здесь было проще. И тем не менее… Маг вздохнул с глубоко задумчивым видом. Может, это уже вино начало влиять? Лучше обсудить всё это более обстоятельно, но позже. — А нет ли вообще проблем с тем, что у вас дух в доме обитает на постоянной основе, если драконица с его родом обходится… не лучшим образом? Или это воспринимают со стороны также, как, например, владение демонолога демонами? — решив потихоньку увести разговор в другое русло, спросил Альваро. Алисия задумалась, как облечь свои мысли в слова, чтобы не запутать антиванца ещё больше. — Большинство людей не знает о том, что он дух, внешне и по поведению Кристоф ничем не отличается от человека. Но те немногие, кто знает, относятся к этому примерно как демону, да. Разница не такая уж и большая, если говорить о границах между духом и демоном. Вся суть лишь в том, что Кристоф свободен и имеет собственную волю. Впрочем, это тоже не такое уж и необычное явление. Есть духи, в основном мелкие и простые, вроде виспов, которые привязаны к предметам, но в то же время вольны следовать собственному призванию без ожидания прямых указов. Как, например, Нетти и Ронни, — магесса улыбнулась. — Нетти — папина кошка-дух, её никто не привязывал, но она сама решила остаться одержимым скелетом умершей когда-то кошки. Ронни — мамин товарищ, привезенный ею из путешествий в молодости. Она подселила виспа в украшенный драгоценными камнями череп разбойника, который ей подарила названная сестра. Сейчас Ронни заведует библиотекой и ревностно следит за порядком, чтобы домашние и слуги не портили книги и возвращали их на места. Такое понять Альваро стало гораздо проще. Что скелет кошки, что череп лучше вписывались в привычную концепцию понимания духов и взаимодействия с ними. — Интересно. Ни разу такого раньше не встречал. Впрочем, это не слишком удивительно, учитывая, в какой семье и каком обществе я жил, — качнул головой чародей. — Я бы взглянул на такое вживую… а может и себе в будущем что-то подобное захотел бы устроить. Родня, думаю, была бы в шоке, — засмеялся он. — Это норма в Тевинтере? — В общем и целом — да, — закончив с едой, Алисия откинулась на спинку стула и положила ногу на ногу, сложив пальцы домиком на коленке. На лице девушки проступила мягкая расслабленная улыбка: обсуждать домашнюю живность было намного приятнее, чем говорить о маме. — Какие-нибудь одержимые шахматы или другие вещи не являются чем-то из ряда вон, как и мелкие демоны для поручений. Разумеется, последним пользуются квалифицированные демонологи, а не все подряд. Я обязательно приглашу тебя в гости, Альваро, можешь не сомневаться. Если, конечно, мы оба до этого дня доживём и всё будет хорошо. Познакомишься со всеми. И ещё с Альбином. Это мабари отца. Он старше Консула, и я ужасно завидовала папочке, что у него есть свой мабари, пока у меня не появилась эта наглая морда. Консул, лениво грызущий у двери деревянную уточку, вежливо вильнул хвостиком. — Не Кунсей, значит, — Альваро обратил внимание на пса и кивнул ему. — Рад знакомству, Консул. А Альбин, предположу, имеет белую окраску? — он обернулся обратно к Алисии. “Догадливый”, промелькнуло у девушки и она улыбнулась, радуясь, что не ошиблась в парне. — Не прямо-таки белый-белый, а скорее цвета серо-белого пепла, но в целом ты верно подметил, — подтвердила его догадки Алисия. — А Кунсей — это псевдоним. Так же, как и Эльса. Для конспирации. — Вместо Алисии и Консула на свет появились Эльса и Кунсей, — широко улыбнулся чародей. — Что же, тогда я надеюсь дожить до приглашения в гости. Допив остатки вина, Альваро отставил бокал и вернул внимание к девушке. Вот теперь, когда о семьях всё рассказали, можно было переключиться на что-то ещё. И из уже упомянутого антиванец не мог обойти одну вещь: — Ты, я так вижу, не возлагаешь больших надежд на то, что в возможном браке тебе попадётся человек, которого ты сможешь полноценно полюбить? — спросил он. — Думаешь, как у матери не выйдет? Алисия скептически изогнула губы. — Крайне редкое везение, да и я прекрасно знаю всех наших потенциальных женихов. Даже самые замечательные друзья всё же думают в первую очередь об интересах рода, а в интересах рода… — девушка задумчиво побарабанила пальцами, облекая мысль в слова. — Скажем так, “идеальная супруга” и “свобода” — в одном предложении не существуют. И я знаю, что не выдержу всю жизнь в золотой клетке, не имея возможности самой распоряжаться своим временем и выбора деятельности или знакомств. Так что твёрдо намерена избегать этой золотой клетки настолько, насколько получится. В худшем случае — придётся навсегда покинуть дом, но надеюсь, всё же до этого не дойдет. Альтус тяжело вздохнула. Что ни говори, а к семье она была привязана, и сейчас, находясь вдали от них уже довольно долгое время, очень соскучилась по родным. — Понимаю твою позицию. В Антиве, к сожалению, золотые клетки среди знатных тоже распространены, — вздохнул чародей, — но я бы к такому точно не захотел прибегать. Запреты и ограничения под видом заботы и безопасности мне всегда претили. Моей маме с этим… повезло, так сказать. Она сама никогда не стремилась к чему-то, выходящему за рамки, и соответственно прекрасно вписывалась во все нормы. И это притом, что отец, в общем-то, тоже не слишком косный в этом плане. А ты, значит, совсем свободной хотела бы быть? — слегка призадумавшись, спросил Альваро. — Я имею в виду, вовсе не иметь никаких семейных обязательств и жить точно также, как если бы ты жила сама по себе? Без детей, без брачной связи, без совместного быта с кем-либо. Или у тебя есть какой-то… простор для стыковки образов жизни, назовём это так? Она бросила на Альваро пристальный взгляд. Ишь, какое внимание и интерес проявляет. Впрочем, антиванец всегда был чутким, и вопрос был такой, что самой Алисии не помешало бы задуматься. До сих пор она предпочитала плыть по течению и не слишком задаваться вопросами о том, что впереди, но рано или поздно придётся с этим столкнуться и лучше бы заранее иметь хоть какие-то соображения или план. Девушка задумалась. — Знаешь, у меня вообще нет проблем с тем, чтобы изображать примерную леди, блистать в свете и прочая прочая. Но если в девичестве можно время от времени позволять себе вольности, отпроситься погостить к родственникам или настоять на свободе передвижения, то у замужней дамы возможности ограничены. Было бы странно, согласись, если бы какая-нибудь леди Валориус якшалась с друзьями из низов и иногда выезжала искать приключений без свиты и положенной помпы? Не могу представить, чтобы кто-то согласился на такое, даже с соблюдением внешних приличий, — улыбнувшись, она пожала плечами. — Что же до детей, то я за ответственный подход, но это не значит, что мне бы не хотелось растить ребёнка вместе с дорогим человеком. Просто сейчас мой образ жизни к этому не слишком располагает. — Ещё бы, — улыбнулся чародей. — А если бы никто не знал, что эта леди Валориус якшается с друзьями из низов и разгуливает без свиты и помпы? Например, она занималась бы этим инкогнито, благо что друзья-то из низов и риск засветиться среди “своих” уже сильно ниже. А официально была бы в каких-нибудь своих разъездах. Она снова скептически усмехнулась. Картинка вырисовывалась привлекательная, но надо быть реалистами. — Этот вопрос надо бы задавать лорду Валориусу. Он-то точно будет знать, и вряд ли ему такое понравится. Без шансов, если хочешь знать моё мнение. Не могу представить никого из наших, кто бы на такое согласился. Малейшая оплошность, малейший слух — и это используют против него же. Ведь если он позволяет такое, то это значит, что он слаб. А если по незнанию, то значит его водят за нос. Не знаю, что из этого хуже. Любой из причин хватило бы, чтобы сожрать в интригах домов. Девушка моргнула, представив себе возможные варианты, как подобные вещи можно использовать. Пожалуй, если она планирует вводить Альваро в свет, стоило кое-что пояснить. — Я здесь, конечно, немного утрирую. Обычно всё не настолько тяжко и на многое могут смотреть сквозь пальцы, но потенциальный риск есть, и далеко не факт, что именно такое предложение устроит именно того, кого братец захочет впихнуть мне в мужья. — Интересно. То есть, чтобы кого-то сожрали в интригах домов, ему даже не надо быть слабым, а надо лишь показаться таковым? — откинувшись на спинку стула, Альваро перекинул ногу за ногу. — Или ты подразумевала, что если лорд такое позволяет, то он априори слаб и не может это делать по иным причинам? Алисия на миг призадумалась. Нелегко было уложить в пару фраз все тонкости хитросплетений тевинтерской политики, да и она не была в ней настолько хороша, как родители или старший из братьев. Но она честно попыталась. — “Если ты слаб — покажись сильным, если силён — прикинься слабым”, — процитировала она отца. — Это старая мудрость, и она работает, но не стоит путать мнимую слабость с явной. Если глава рода не в состоянии удержать под контролем своих домочадцев, это явный прокол и сработает против него. В худшем случае в такой ситуации стоило бы придумать, как обыграть всё так, чтобы не потерять лицо. Но лучше не допускать вовсе. Понимаешь? — Понимаю. Но, может, исходя из этой мудрости, подобный ход можно было бы обернуть себе на пользу? — ухмыльнулся антиванец. — Все настолько привыкли к тому, что подобный ход означает слабость и не может скрывать за собой чего-то ещё, что если вдруг появится такой лорд, у которого свобода жены была бы не моментом отсутствия контроля, а обдуманной вещью, то все просто сбавят ему планку опасности, в то время как на самом деле он ничуть слабее не станет. Алисия задумчиво покачала ногой, внимательно поглядывая на Альваро. С гипотетической точки зрения это всё казалось сомнительной идеей и не выглядело как план. Стало быть, Альваро говорил о чем-то конкретном? — К чему ты клонишь? — напрямик спросила она. — Это в любом случае не от меня зависит, так какой смысл строить теории? И чтобы не показаться излишне резкой, она мягко улыбнулась юноше. — Да, в целом, ни к чему конкретному не клоню. Разминка для ума больше, давно уже не приходилось о таких вещах рассуждать, — пожал плечами чародей. — Ну и если от тебя такое не зависит, то я в своей семье вполне мог бы такой вариант продумать. Придать ему социально-прикладную значимость, назовём это так. — А. Ага, — ответила Алисия, обдумывая слова мага. В них был резон, если, к примеру, надо было внушить окружающим мысль о том, что в семью можно выбить клин. Но всё это были весьма специфические ситуации, где подобное могло бы понадобиться. Мысли девушки плавно переключились на другую тему, и после короткого заинтересованного взгляда на Альваро она всё же спросила. — Позволишь вопросец один? — она на миг задумалась, пытаясь сформулировать вопрос так, чтобы он не выглядел слишком странно. Пожалуй, здесь требовалось небольшое предварительное уточнение. — Тебе когда-нибудь до этого времени доводилось уже иметь дело с альтусами? — М-м… — Альваро призадумался, перебирая всех, с кем он успел встретиться за все свои шестнадцать лет дома. После ухода он уже точно с альтусами не сталкивался. — Доводилось, правда в крайне ограниченном объёме. Первым чародеем Академии Антива-Сити является альтус, Адамар Трен. Я не углублялся в его родословную и, в целом, контактировал с ним преимущественно на экзаменах и прочих проверочных мероприятиях. Кроме него никого больше не припомню. А что? — Да так, — девушка улыбнулась. — Интересно было бы узнать, насколько твоё впечатление от близкого и личного знакомства с альтусом вроде меня выбивается за рамки представляемого образа или полученного из прошлого опыта общения с нашим кругом. Или, напротив, ты примерно такого и ожидал? — Нет, ты выбиваешься, — качнул головой Альваро, внимательно всматриваясь в Алисию. — Буду честен: в альтусах я очень долгое время видел не столько конкретных людей и личностей, сколько… ключевой элемент моего возвышения. Препятствие, противник, ориентир, всё вместе. В господине Первом Чародее я видел не столько человека-мага, сколько нечто, которому я должен что-то доказать и которое должен чем-то впечатлить. Что, к слову, мне ни разу не удалось сделать, — недовольно фыркнул антиванец. — Позже это частично сгладилось, но общий облик альтусов у меня всё ещё стоит перед глазами не лучший: привыкшие к собственному превосходству, надменные, самоуверенные, безжалостные и нетерпимые к тем, кто пытается посягнуть на их влияние, статус или положение. Я недостаточно много общался с альтусами в принципе, но их репутация шагает по Тедасу широкой поступью, и мои представления большей частью исходили из неё. Если я узнаю о ком-то, выходящим за эти рамки, то даже сейчас скорее подумаю, что это исключение из правила. Собственно, ты — как раз такое исключение. И при этом к моменту раскрытия у меня не было никаких проблем, чтобы одновременно совместить то, что я уже о тебе знал, и твоё положение. Думаю, наше предыдущее общение в этом сильно помогло. Если бы я узнал о твоей крови ещё тогда, в Монтсиммаре, то ожидал бы совершенно иного. Алисия загадочно улыбнулась. Отчасти Альваро попал в точку: в своей среде, особенно, на виду у общества, магесса вела себя совсем иначе. Хотя и тут были свои отличия от сказанного. — Надменные, самоуверенные, нетерпимые… Таких предостаточно, ты прав. Особенно, среди младших родов. Но чем выше и влиятельнее род, чем древнее и чем увереннее в своём могуществе, тем проще мы себя держим, в том числе и с представителями низшего класса. Разумеется, это не означает, что кто-то ведет себя как свой в доску парень. В конце концов, уместность и правила поведения никто не отменял, но таким людям не нужно ни перед кем доказывать или подчёркивать собственное превосходство, а в первую очередь — перед самим собой. Так что держи это в уме на будущее, — не преминула она ввернуть маленький полезный момент на тему разговора. — Впрочем, у нас, тевинтерцев, в том числе и альтусов, разумеется, есть одна неизменная общая черта, — выдержав драматическую паузу, Алисия улыбнулась ещё шире и закончила. — Все мы без исключения питаем слабость к некоторой показушности и эффектности. Этого у нас не отнять. Альтус некоторое время молча изучала Альваро, скользя взглядом по утончённым чертам. С лёгкой полуулыбкой, слегка прикусив губу, она давала ему время осмыслить услышанное, но вскоре не выдержала и поинтересовалась. — Но я действительно в каком-то смысле исключение. Можно сказать, бунтарка. Не разочаровала? — Отнюдь, совершенно наоборот, вряд ли мне могло бы повезти больше, — на лице мага возникла улыбка с хитрыми нотками. Приподняв руку, он щёлкнул пальцами, и от огоньков свечей отделились их точные копии, не привязанные к фитилю, медленно отплывая в свободное пространство вокруг стола. — В разных смыслах. Но любой из них так или иначе отчасти сводится к тому, что ты исключение. Ещё один щелчок — и уже огоньки в воздухе разделились пополам, расходясь в стороны. И ещё один — теперь их стало восемь. Последний щелчок — и пламя в них стало объёмным, слегка отдающим синевой по краям. Чародей чуть шевельнул пальцем, и огоньки зашевелились, принимаясь медленно кружить вокруг парочки и стола. Света от них исходило немного, меньше чем от свечей, и смотреть на них можно было легко. Альваро, всё ещё улыбаясь, неспешно встал со стула и, обойдя столик, протянул руку девушке. Сама Алисия пребывала в легком замешательстве, хоть и не подавала вида. По плану после ответа, если бы он был удовлетворительным, она собиралась попросить его убедить её — подбросить задачку, предоставляя самому юношу придумать, каким способом. Но, похоже, Альваро уже и сам что-то задумал, и было весьма любопытно узнать, что именно. Слегка улыбнувшись, она изящно вложила свою руку в его, позволяя вести. Однако план чародея был довольно прост, пусть он и скрыл это за интригой. Стоило Алисии подняться, как он слегка увёл её от стола и, изящно закрутив, в один момент ловко подхватил на руки. Пара шагов обратно к стулу. Маг аккуратно сел на место девушки, давая ей поудобней сесть у себя на коленях. Одной руку он опустил, приобнимая её за талию, второй же слегка придерживал за ноги. — Полагаю, по крайней мере с “некоторой показушностью” у меня не должно возникнуть проблем, — прижимая Алисию чуть ближе, с улыбкой произнёс Альваро. Она ответила не сразу, немного ошеломлённая столь неожиданной ротацией, испытывающе глядя в карие глаза. Не будь они в столь неформальной обстановке, подобную выходку можно было бы счесть дерзостью, но в данных обстоятельствах Алисии, напротив, она пришлась по душе. Такое могли себе позволить лишь самые близкие люди их круга. И только наедине. Пикантность ситуации заставила кровь бежать быстрее, а сердце биться чаще, однако девушка не подала вида, что смущена, а лишь слегка улыбнулась, игриво стрельнув глазками. — Я упустила одно важное уточнение: показушность мы любим воспроизводить самостоятельно, — улыбка стала чуть шире. Сейчас как раз кстати было вернуть Альваро обратно его шутку. — Впрочем, из тебя бы мог получиться неплохой тевинтерец. — Встретились как-то на важной миссии старший сын антиванского рода, из которого мог бы получиться неплохой тевинтерец, и младшая дочь тевинтерского, из которой могла бы получиться неплохая антиванка… — переиначил уже прозвучавшую шутку чародей. — Значит, альтусы и показушность с эффектностью в своё единоличное владение забрали? Боюсь, по таким правилам я играть не слишком настроен, — усмехнулся он. — Ну почему же, мы вполне способны оценить по достоинству эффектные жесты и других людей тоже, — задумчиво ответила Алисия. Она нежно поглаживала рукой гладкий шёлк его костюма. — А скажи мне, Альваро… — промеж слегка нахмуренных тонких бровей залегла едва заметная складка. — В каких же всё-таки смыслах я исключение? С везением я ещё понимаю, это действительно редкий шанс заполучить знакомство, которое позволит тебе стать вхожим в элитный круг, но какой тебе прок с моего нонконформизма? — Как насчёт того, что если бы не он и не твоя дерзость, то тебя бы здесь вовсе могло тут не оказаться? Те, кто вписываются в существующий мир и не испытывают давления, не попадают в такие авантюры, — заметил антиванец. — Но это скорее не про “прок”, а про обстоятельства. Если тебе хочется узнать именно про… назовём это достоинствами, то как минимум хотелось бы отметить твою открытость. Самого разного толка, — рука мага мягко проскользила по ноге девушки к колену и обратно. — Какая бы тевинтерская конформистка осмелилась бы иметь романтические отношения с антиванцем? — это прозвучало как нечто совершенно дикое. — Что поделаешь, не нашла сил отказать себе в таком удовольствии, — она сладко зажмурилась, прислушиваясь к ощущениям, которые дарили поглаживания. — Получается, я тебя очаровал? — бровь Альваро слегка приподнялась. Не удивлённо, а скорее заигрывающе. У Алисии перехватило дыхание, поэтому она ответила не сразу. Пару мгновений мечтательно рассматривала его красивые правильные черты, затем приблизилась почти к самым губам, но увела чуть в сторону, ближе к уху. — Очаровал, охмурил, окрутил, — а она и не против. Губы едва заметно мазнули шею, и она чуть отстранилась, чтобы видеть его глаза. — Было ли это намеренно, м? Вопрос для Альваро непростой, и такие физические ходы от Алисии проще составление ответа не делали. Чародей скользнул по лицу девушки расслабленным взглядом, который сменился задумчивым перед ответом. — Хм. Я бы сказал настолько же намеренно, насколько и нет. Что ведь происходит, когда кого-то тянет к кому-то другому? Он проявляет инициативу какую-то, верно? Но проявлять её можно по-разному, тут у каждого свой подход. У меня, видимо, такой вот очаровательный. Я не пытался намеренно тебя охмурить и окрутить, но я, очевидно, двигался в твоём направлении таким образом. Это казалось… естественным? — не до конца уверенный в подобранном слове, всё же сказал Альваро. — Тебе ведь по духу. — Свой подход, — медленно повторила Алисия. — Да, теперь я поняла, в чём дело. Мы с тобой друг другу подходим. А ведь казался таким павлином! Альваро аж пробило на смех. — Что значит казался?! — прорвался сквозь него вопрос. — И почему именно павлином? — Ты вообще павлинов видел? Яркие такие, перья распушат и давай красоваться, — пояснила “птичью” терминологию альтус. — “Казался”, потому что настоящие павлины помимо вышеупомянутого ничего особенного из себя не представляют. У тебя же под красоватостью оказался недюжинный ум и чуткое доброе сердце. Сдержать улыбку Альваро оказалось совершенно невозможно. Не то чтобы он был непривычен к похвале в принципе, но такую, да ещё не непойми от кого, а от Алисии, слышать неописуемо приятно. — Я, как видишь, тоже своего рода под инкогнито. Павлиньим, получается. Интеллектуальным и добросердечным, — ответил он в своём привычном стиле. Убрав руку с ноги, маг мягко взял девушку за подбородок, подтянул поближе к себе и поцеловал. Недолго, но нежно и с чувством. Мало. Алисия остро ощущала это сейчас, но набрасываться самой на чародея в третий раз за день было уже слишком. Надо бы как-то намекнуть ему, чтобы не зарывался слишком. Она медленно приблизилась к уху Альваро и шепнула: — Рискуешь. — На этом поле рискую не только я, — тихо ответил маг. Прижав Алисию чуть крепче, он повернул к ней голову, задержал взгляд на голубых глазах, и поцеловал снова. Она зажмурилась от нежного удовольствия. С закрытыми глазами было легко отбросить мысли об окружавшей их пасторальной скромности крестьянского жилища и мысленно перенестись в привычную обстановку тевинтерского поместья. Тонкий запах парфюма, ощущение мягкого шёлка одежды — всё дарило ощущение дома, которого им так давно не хватало. Можно было легко представить, что после насыщенного званого вечера, полного вежливых обменов любезностями и светских бесед, они наконец-то вернулись домой и получили возможность насытиться друг другом наедине, вдали от посторонних глаз. Не только Альваро, но и Алисии тоже повезло встретить того, кто смог бы разделить с ней эти ощущения, напомнить о привычных вещах. — И какой же выигрыш ты ожидаешь заполучить, рискуя, дон Сарвенте? — шутливо спросила альтус, нежно поглаживая тыльную сторону его шеи и мягко запуская кончики пальцев в густые тёмные волосы на затылке. — А это, любопытная птичка, ты ещё успеешь узнать, — Альваро заигрывающе коснулся пальцем кончика носа девушки и, снова обхватив её, поднялся со стула. Огоньки вокруг встрепенулись и окружили парочку. Чародей медленным шагом направился к кровати. — Могу лишь сказать, что оно того стоит. И что я намерен сейчас придать этому риску очередную толику сладости, — улыбнулся он.

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, дом Морелей, вечер Приготовления заняли не так уж много времени, как опасалась Алисия, но всё-таки пришлось изрядно побегать по дому в поисках нужных штуковин, всё подготовить. Солнце клонилось к закату, напуская ранние послеобеденные сумерки, в комнате царил полумрак, пронзаемый крохотными огоньками свечей, расставленных вокруг наполненной, пышущей паром и устланной тонкой полупрозрачной тканью бадьи с водой. Тканями же было задрапировано окружающее пространство: стены и окно, создавая некое подобие уютного гнёздышка, ограждающего угол с ванной от остального мира. — Проходи, не стой, — мягко поприветствовала Альваро альтус, протягивая к нему руки. — Сегодня у тебя сеанс релаксации. Он внимательно осмотрелся в комнате, не сдерживая улыбки и, явно довольный увиденным, прошёл вперёд. — Звучит крайне привлекательно, — кивнул он девушке, слегка потирая руки в предвкушении. Когда чародей подошел чуть ближе, до него донесся легкий запах хвои — в воду для омовения было добавлено эфирное масло. Алисия встала перед ним и начала расшнуровывать завязки рубашки. — Давай, помогу тебе раздеться. Поухаживаю за тобой. Тебе останется только расслабиться и наслаждаться. Позволяя Алисии помочь себе, Альваро постепенно избавился от всей одежды и подошёл к бадье. Вступая в неё так, словно это была настоящая антиванская ванна, он аккуратно опустился в воду и, глубоко вдыхая приятный аромат, откинулся назад. Расслабленный взгляд из-под едва прикрытых век скользнул по девушке, пытаясь предсказать, что она сделает дальше. — А теперь отдыхай и ничего не делай, — нежным полушёпотом сказала она, беря в руки мягкую мочалку. — Я буду омывать твоё тело, чтобы оно тоже как следует отдохнуло, ни о чём не тревожься. Если хочешь, можем побеседовать. Или помолчать. Сама девушка была одета в штаны и рубаху, но даже не собиралась их снимать. Только закатала рукава, оголив предплечья, чтобы не намочить. Окунув мочалку в воду, она не отжимая, медленно и нежно провела по груди антиванца, снова окуная и повторяя уже немного в другом месте. Альваро закрыл глаза, позволяя ей ухаживать за собой. Давно у него такого не было. Очень давно. Тем странней выглядело то, что спустя столько времени ему так помогала не простая девушка, а *его* девушка. Которая к тому же настоящий альтус. И если второе звучит экзотичнее, то первое ближе само по себе. Маг слабо улыбнулся своим мыслям. — Тебе, должно быть, непривычно исполнять такую роль? — тихо спросил он, чуть приоткрывая глаза. — Твоему сословию вряд ли приходится ухаживать за кем-то во время водных процедур. — Пришлось приноровиться, — мягко ответила Алисия, не переставая поливать ароматной водой грудь, голову, плечи. — Были поводы, — бросив кокетливый взгляд из-под ресниц, она не удержалась от легкой дружеской шпильки. — Что, дон Сарвенте, лестно такое внимание, да? Смотри, не загордись. — Оно, вне всяких сомнений, крайне приятно, — ответил с улыбкой Альваро. — Я уже пять лет не находил себя в таком положении. Навевает хорошие воспоминания. Но нынешний сеанс релаксации я точно запомню отдельно. В последней фразе слегка ощущалась какая-то недосказанность. — Ну да, ну да, — продолжила игриво подначивать его Алисия. — Дома вряд ли найдется в запасе парочка альтусов под такие случаи? Хихикнув, она с нежностью убрала мокрые волосы с его лица. — Ты, конечно, права, — согласился маг, — но дело не только в этом. Я бы сказал, что более важный момент заключается в том, что подобное внимание спустя годы оказывает не какая-нибудь прислуга, а моя очаровательная девушка, — довольно улыбнулся он. — То, что ты альтус, на самом деле отчасти вторично. Оно лишь придает происходящему дополнительный оттенок, но не определяет главный цвет. — Серьёзно? — Алисия ожидала амбиций, но решила не подавать идею. Она мечтательно подняла глаза к потолку. — Но знаешь, я понимаю тебя. В том, чтобы заиметь своего собственного очаровательного антиванца, тоже есть некоторый интригующий или даже пикантный оттенок. — Завести собственного антиванца… — медленно повторил Альваро с забавляющимся выражением лица. — Верно, как экзотического питомца? — Я не это подразумевала, — она запнулась и покраснела от смущения. Или всё-таки это? Сейчас, когда Альваро так сказал, стало очевидно, как это воспринимается. Губы предательски изогнулись в улыбке от таких мыслей. — Ха-ха, дурость такая. Я понимаю, как это выглядит, но… — Всё нормально, Лисса, — чародей мягко взял её за руку. — Я пошутил, не мог пройти мимо. Но, видится, многие твои соотечественники, особенно из верхних кругов, вполне себе таким образом подумать могли бы. — Многие бы подумали, — не стала увиливать Алисия. — Кто-то гаденько, с издевкой. Кто-то бы позабавился. Папа пошутить мог бы так. Ну, не в обиду, а так. Он вообще не выделяет особо никого, говорит, что достойные и негодные люди везде есть. Пока девушка говорила, она не забывала ухаживать за Альваро. Переплетя пальцы в замок с его пальцами и подняв руку над водой, она мягкими и нежными движениями водила мочалкой по руке, задумчиво рассматривая их сплетённые пальцы. — С моей стороны, думаю, все в шоке были бы. Разного плана, — покрутив глазами, прыснул Альваро. — Казалось бы, Империя разрослась на весь белый свет, но старая знать все также почти везде по своим пузырям сидит. У меня активно контакты только дядя наводит. Вот он был бы в восторге. Девушка загадочно покосилась на мага. То ли его мысли приняли интересное направление, то ли он сам не понял, что сказал. Немного подумав, она решила, что здесь не будет вреда уточнить. — Был бы в восторге узнать, что ты завёл себе девушку из альтусов? — Был бы в восторге от того, что среди Сарвенте одним членом семьи, заводящим связи с влиятельными родами, больше, — на такую уловку Альваро не попался. — Даже если оно случилось не из практического замысла, а как у нас, из дружбы и романтики. В случае с высшей знатью Тевинтера важность можно умножать на трое, если в пятеро. Хотя, уверен, и за девушку из альтусов он бы тоже крайне порадовался. — А мог бы из практического замысла постараться! — Алисия уже закончила мыть его руку, но пока не спешила переходить к другой. Слегка сжав пальцы юноши, она большим пальцем поглаживала тыльную сторону его ладони. — Хотя откуда мне знать, может, и романтики тут никакой на самом деле нет, а всё сплошная практичность и коварство. От вас, антиванцев, всего можно ожидать. — Раскусил бы тебя ещё в монтсиммарской подпольной арене и подыгрывал всё это время, тщательно выстраивая свою антиванскую сеть, — своеобразно отвечая сразу на оба утверждения, ухмыльнулся Альваро. Он мог, конечно, в теории с Эльсой связь наладить из каких-то практических соображений, но это всё же не его стиль. Не в этом случае, по крайней мере. А к моменту знакомства с Алисией уже поздновато было с одним лишь практическим замыслом подбираться. Тут Альваро наконец обратил внимание на их сплетённые руки. Взгляд задержался на глазах девушки. В них читался интерес. — Тебе нравятся ощущения от такого? — безо всяких особых намёков в голосе негромко спросил чародей и чуть сжал её руку, обращая внимание. Она смутилась и опустила глаза. — Мне по-всякому нравится, — пояснила девушка, стараясь сосредоточиться на обтираниях. — И такое тоже. Знаешь, я просто, наверное, привыкла. У нас в целом так принято. В том смысле, что я росла в… — Алисия замялась, пытаясь подобрать подходящее слово. — У нас очень трогательная семья. Всякие обнимания и похлопывания — обычное дело. Не на публике, конечно. Но в кругу семьи и близких друзей никто не жмётся, очень комфортно. — У нас в Антиве и на публике дело привычное. Понятно, что не с каждым, но с людьми своего круга и друзьями проблем не возникает, — чародей прикрыл глаза, не мешая Алисии. — Думаю, тебе бы у нас понравилось. Как пообвыклась. — А ты, значит, решил мне устроить персональный кусочек Антивы, да? — не без умысла подколола его альтус. — Может, я решил раскрыть в тебе твой собственный кусочек Антивы? Трогательность вот в тебе есть, кто знает какие ещё таланты таятся у сильверита под шёлком? — на лице чародея вылезла загадочная улыбка. — Хм, — она хитро взглянула на парня. Что ни говори, а подобное было приятным. Алисии льстило внимание чародея и столь теплое отношение к ней. Она никак не прокомментировала, но тем не менее не забывала заниматься делом. Мягко и заботливо поливала ароматной водой его тело, поглаживала мочалкой, чтобы кожа и мышцы отдохнули и сбросили напряжение. Время от времени она украдкой бросала взгляды на лицо чародея. Он, в свою очередь, ничего пока не добавлял, просто лежал… и расслабленно наблюдал за ней. И когда он ловил ее взгляды, Алисия каждый раз смущалась — очень уж интересные ощущения у неё от этого возникали. Совершенно некстати вспоминались утренние обжимания в углу, и некоторые пикантные факты их теперешних отношений. Поймав в очередной раз его глаза, она поспешно отвернулась и горестно вздохнула. — У тебя что-то на душе? — естественно, заметив это, спросил маг. Под его взглядами мысли Алисии совсем не помогали сосредотачиваться на его купании, в животе становилось очень тепло, и хотелось заниматься не вот этим всем, а кое-чем более жарким. Тем, что они так и не сделали, и чего так хотелось с самого утра. Но признаться в подобном вслух было против всего, к чему она привыкла, так что девушка лишь мотнула головой и продолжила омовения. — Ничего, все в порядке, — ответила она и не сдержала еще одного вздоха. Что-то не так, но об этом чем-то она говорить прямо не хочет, рассудил Альваро. Если бы это был просто груз, то вряд ли бы Алисия действительно скрывала это, продолжая при этом вздыхать. Намекает? Он, конечно, мог бы что-нибудь сделать, но цель ванны вроде бы была в том, чтобы лежать и отдыхать, а действия уведут всё не туда. И взгляды отводит, когда его собственные ловит. Это в стиле Алисии, но возможно всё же стоит дать ей возможность заниматься делом без такого… наблюдения над душой. Альваро сначала поглядел перед собой, а потом вовсе прикрыл глаза. — Извини, не буду довлеть, — тихо сказал он. — Пока что. — “Пока что”? — Алисия была ошарашена такой наглостью, но не могла сдержать любопытство. — Что значит, “пока что”? Пока *что*? Альваро не удержался, быстро поглядел на неё одним глазом и закрыл его обратно. — Пока тому не придёт должное время. Я же сейчас должен отдыхать и ничего не делать, верно? — невинно спросил он. Слишком демонстративно невинно. Каков наглец! Алисия даже растерялась на мгновение. А затем ощутила жгучее желание залезть в воду и сбить с него спесь поцелуем. Проклятье! О чём она только думает? Девушка тихо, не раскрывая рта, зарычала. Это очень забавно, но всё-таки он начинает перегибать. Сильверит сильверитом, но даже у него есть слабые места. — Я полностью в твоей власти, честно сдаюсь, — с трудом подавляя все-таки прорывающуюся улыбку, Альваро снова открыл глаза и примирительно поднял руки. Она снова вздохнула, но на этот раз не столько тяжело, сколько даже томно. Взяла себя в руки, слегка отодвинулась от края ванны, давая Альваро больше места для маневра. — Ладно, теперь двигайся сюда и отвернись — буду тереть тебе спину, — распорядилась альтус. Альваро безропотно отлип от стенки и занял указанное место спиной к девушке. — Ты всё правильно понял, у тебя сейчас сеанс релаксации, — она начала омывать его, время от времени проникая мимо его бока и окуная руку в воду по предплечье, чтобы намочить мочалку. При этом она нарочно приближалась почти касаясь его спины, и Альваро ощущал кожей её тёплое дыхание. За ухом, на шее, рядом с плечом… Алисия как могла, словно бы невзначай, поддразнивала его, хотя старалась не пыхтеть, чтобы вместо соблазнения не рассмешить. “В теперь попробуй расслабиться, негодник”, мстительно подумала девушка, едва не задев в очередной раз губами его шею. Альваро, безусловно, чувствовал себя просто великолепно. Одно но: предположительно, в это великолепно входило не только то, что предназначалось для отдыха и расслабления. А предположительно оно потому, что Алисия пока находилась у него за спиной. Сам Альваро ответ в общем-то знал. Но пока молчал. Закончив со спиной она напоследок мягко и нежно провела пальцами по его шее, убирая налипшие сзади мокрые волосы. Не для того, чтобы подразнить его, а для себя. Прикрыла глаза, впитывая ощущение. Затем положила ладонь ему на плечо, а второй оперлась о бортик ванной, приподнимаясь к самому уху. — Мне так нравится, что ты такой тёплый, — тихо заговорила она сзади. Альваро не видел её лица, а она его, и это придавало смелости сказать то, что в ином случае она бы не осмелилась. — Когда ты на меня смотришь, я словно купаюсь в этом тепле. И хочется растаять и позабыть обо всём. Она не сказала и десятой доли того, что хотелось бы. Альваро на ум просились разные ответы, смешные и не очень, но хотелось ответить чем-то не слишком шутливым, чтобы не уводить такую честность отчасти в фарс. Нужно что-то… понежнее? — Буду купать тебя почаще тогда. А то на дворе зима, холод, негоже леди Алисии Максиан мёрзнуть, — в итоге сказал он. — Альваро, — широко улыбаясь от таких слов промурлыкала она. Такое положение относительно друг друга располагало к откровениям, надо было этим пользоваться. Девушка снова провела пальчиками по его коже. — Знаешь, очень рада, что мы с тобой пара. Настолько рада, что хочется оповещать об этом весь Тедас. Это безумие? — Обычно это называется влюбленностью, Лисса, — усмехнулся Альваро. Он не планировал заходить так далеко, но обход в данной ситуации был бы, пожалуй, больно топорным. — Но её многие с безумием сравнивают. — Пф-ф-ф, — она отстранилась и весело шлепнула его по плечу. — Балбес! Ну, спина готова. Теперь ноги, наверное. Укладывайся обратно и вытягивай. Она снова предоставила ему пространство для маневра, а сама мимоходом подумала, как же будет мыть все остальное. Наверное, учитывая цель исключительно с расслаблением, это придется просто пропустить. Альваро тем временем шевелиться не спешил. Кое-что следовало уладить. — Дай мне минутку, расслаблюсь так немного, — глядя перед собой, спокойно сказал он. — Разве тебе так удобнее? — удивилась Алисия, ведь сейчас он сидел поперек продолговатой бадьи, а это явно было менее комфортным, чем лечь вытянувшись вдоль. — Всё нормально? — Может не прям “удобнее”, но в моменте лучше, — Альваро полуобернул голову и, краем взгляда замечая Алисию, улыбнулся. — Всё лучше, чем нормально, не переживай. Алисия даже растерялась, гадая о причинах столь странного поведения. Либо ему захотелось по малой нужде сходить, либо её маневры подействовали, и он пытается скрыть произведённый эффект. Второе казалось менее вероятным: чего она там не видела? Раньше за таким не замечен был. Проверить, конечно, было легко, но заглядывать она сочла слишком не деликатным. — Хм, Альваро, — ненавязчиво окликнула она парня. — Тебе, может, подать что-нибудь? Ночную вазу там, я не знаю… Чародей, в свою очередь, всерьёз задумался, какая связь между его ситуацией и подобным предложением. Спустя несколько секунд до него дошло. — И часто у вас в Тевинтере знать подобным в ванной занимается? — сдвинув брови, с ухмылкой поинтересовался он. Она даже призадумалась. Такое обычно не обсуждали, конечно же. Поди гадай. Но в общем и целом… — У нас такое не принято. Не то чтобы это было как-то критично, вода сама магией очищается постоянно во время купания, но считается дурным тоном. А у вас? — У нас тоже не принято. Всему своё время и место. И сейчас не оно, — засмеялся он. За таким неожиданным разговором он, в общем-то, успел достаточно отвлечься и переждать, чтобы всё ненужное успело уйти. Развернувшись, маг наконец-то улёгся на место и вытянул ноги. — Теперь я готов. — Ага, — Альваро, похоже, не собирался продолжать неловкую тему, и Алисия была этому рада. Она принялась за дело, не тратя времени даром. — Желаешь понежиться в тишине или о чём-то поговорить? — Давай пока в тишине. Что-то возникнет — легко на разговор перейдём. Некоторое время в комнате раздавался лишь плеск воды, однако молчания девушке хватило ненадолго. — А ты когда-нибудь влюблялся? — прозвучал от неё внезапный вопрос. Альваро поймал на себе любопытствующий взгляд голубых глаз. Он сосредоточенно поразмышлял. С одной стороны, он не мог честно сказать нет, потому что он всё-таки влюблялся. С другой стороны, если он скажет да, то могут возникнуть проблемы на следующих вопросах, потому что, очевидно, Алисия здесь подразумевает не себя. Да и ему нельзя пока об этом говорить прямо. И не прямо тоже, потому что она и так поймёт если намекать… — Думаю, да, — наконец-то ответил чародей. Пока что так. Она заинтригованно склонила голову набок, рассматривая парня. Ответ прозвучал куда более интереснее, чем ожидалось. Будто бы он.. сомневался? — То есть, ты не уверен? — уточнила девушка, не отрывая взгляда. — Не знаешь, была ли это влюблённость? Или среди множества связей просто не запомнилось точно, были ли такие чувства к кому-то? Второе она сказала скорее для проформы, чтобы дать альтернативу для рассуждений. Хотя кто их разберёт, этих антиванцев. — Некоторые вещи проще разобрать из будущего, а в настоящем моменте они могут казаться чем-то иным, — почти по-философски выдал Альваро. — Но я думаю, что это всё-таки влюблённость, а не что-то иное. Связи у меня были всякие, но не так много, чтобы подобное совсем уж проскочило мимо. Алисии стало понятно, что ничего не понятно. Немного подумав, она аккуратно сформулировала следующий вопрос. — И как оно вообще? Как ты определяешь, влюбленность это, любовь или просто интерес? Что при этом чувствуется? — Как говорил мне отец, любовь проверяется временем и является великим трудом. Влюблённость же… — чародей поднял взгляд к потолку, думая, — это про тягу, наверно? Когда мысли постоянно вокруг человека крутятся, когда хочется при любой возможности время с ним проводить, когда он в принципе совершенно особенным и неповторимым кажется. Интерес обычно более сдержанный по своей природе. Мне так кажется. Алисия крепко задумалась, мысленно проверяя себя по списку. Да нет, вроде бы нет ничего такого. Обычно об Альваро она не думала, если только он не был где-то на опасном задании. И дел других тоже хватало, как и желания ими заниматься. Прям уж таким особенным он не казался, и ничего такого. Единственное, когда где-то рядом оказывался — вот тогда она его ощущала даже тогда, когда он находился вне поля зрения. И желания возникали совершенно другие: заботиться, защищать, например. Она попробовала вспомнить, испытывала ли вообще к кому-то описанные им чувства, и поняла, что подобное ей не знакомо. С Кристофом она с самого детства была близкой, он был её поддержкой и опорой, уютной гаванью, где маленькая Алисия могла быть самой собой. С Ларсом… там тоже было иначе, хотя и не так, как с духом. Но Ларса она любила, это она знала наверняка. Значит, как-то сразу, без влюбленности перешло от интереса к любви. Занятно. — По описанию немного походит на одержимость, тебе так не кажется? — поинтересовалась она, ощутив лёгкий укол зависти. Жаль, она отдалилась от матери до того, как доросла до таких тем обсуждения. Интересно, что бы по этому поводу рассказала леди Амата? — В какой-то мере, пожалуй, да. Но, в отличие от духовно-слиятельной, эта одержимость истинно наша, человеческая. Во всём своём многообразии форм и характеров. Кто-то безумные подвиги совершать будет, кто-то в страданиях стихи сочинять, а кто-то просто тихо в глазах тонуть. Сказав последнее, Альваро вдруг понял, что это крайне удачно совпало с откровениями Алисии парой минут ранее. А он честно об этом даже не думал, мысль шла в более общем направлении. Но особо акцентировать внимание на этом он не стал, как и отговариваться, а то может хуже стать. Впрочем, Алисия подвоха даже не заметила, её собственные мысли пошли в ином направлении. — Тонуть в глазах, — задумчиво произнесла она и решила немного пошутить. — Вот так? Оставив мытьё, она сложила предплечья на бортике бадьи, поставила на них подбородок и устремила на Альваро полные отзывчивой нежности глаза, не отворачиваясь и не отводя взгляда. Чародей подпёр голову рукой и внимательно, словно всерьёз оценивая исполнение, всмотрелся в ответ. В эти прекрасные голубые глаза. Сейчас, когда она их наконец не отводила, можно было насмотреться как следует. — Вполне, вполне, — наконец удовлетворённо покивал Альваро. — Если вдруг в кого влюбишься — так и смотри. Она не ответила на очевидную шутку, лишь улыбнулась, продолжая смотреть. Лишь исчезла из взгляда лёгкая тень наигранности, уступив место более мягкой нежности. — А что ты сам понимаешь под великим трудом? — интересно было узнать даже не то, что вкладывал в эти слова его отец, а каким смыслом наделял их сам Альваро. — М-м-м, — в такой формулировке вопрос стоял несколько сложнее. — Давай так: в моём понимании этот труд важный, но не настолько великий, как его представлял мне отец. Заключается он в том, чтобы научиться жить с человеком и сродниться с ним, то есть жить как бы не одним собой, а двумя людьми разом. Думать о потребностях любимого человека, учитывать его слабости где нужно, служить опорой в нужные моменты или наоборот знать, когда лезть не стоит. Подобного рода вещи. А почему он мне не кажется столь великим, потому что мне это не кажется такой уж сложной вещью, каковой она, судя по всему, является для многих других. Но возможно я пока себя переоцениваю… — отнюдь не шутливо, а серьёзно заметил он, — надо будет в деле смотреть. Алисия нашла услышанное подозрительно знакомым. Немного подумав, она поняла, почему. — Звучит как описание отношений в семье, — задумчиво поделилась она. — Не между кем-то двумя, а вообще со всеми. Но я понимаю, почему это труд. Это ведь требует внимания и усилий, и если человек зациклен только на себе, то он не сможет вкладываться вот так. — Верно, но, очевидно, для разных людей сложность подобных усилий разная. Многие и вовсе не так уж сильно стараются. Или просто такие уродились и им слишком тяжело, не могут как надо, — решив, что не стоит судить всех разом, рассудил чародей. — Что касается семьи — сравнение может и похожее, но там всё же всё более плавно и естественно формируется. В случае с любовью к другому человеку ты всё-таки нечто чужое притягиваешь в свою жизнь, а не растёшь с этим в близкой атмосфере годами. Ну и, разумеется, некоторый слой чувств к семье тоже… не применим, — усмехнулся он. — Хотя вообще и в семьях не так уж редко любви нет, но, наверно, об этом ты в Тевинтере должна быть наслышана лучше, чем я в Антиве. Алисия неловко поёрзала, но позы не сменила. Лишь опустила в воду руку, задумчиво поглаживая Альваро по верхней стороне бедра. — Как-то не думала об этом, если честно. Да, у нас внешне общество довольно.. холодное, но это ведь норма в публичном пространстве, для чужих. А что там за закрытыми дверьми происходит, мало кто показывает истинные отношения. Только в кругу близких друзей, которые в дом вхожи. Сама не знаю, почему мне не приходило в голову подумать об этом. Но могу допустить, что в других семьях не так, как у нас, хоть и трудно представить, каково это расти в них, — она вспомнила рассказы Ларса о своей семье, как его просто не замечали. — Некоторые, правда, таких ужасов на рассказывали, что даже представив, поверить сложно. — Мне кажется, что столетиями скрывать общие нравы аристократии целого народа должно быть крайне нетривиальной задачей, — с едва заметной усмешкой ответил Альваро. Он понимал, что репутация Тевинтера даже сейчас ещё не очищена от веков незримой борьбы между севером и югом и всех накопившихся за это время слухов с предрассудками, но как минимум сами тевинтерцы явно должны были знать истинное положение дел. — Я из разговоров со своим кругом и рассказов от людей постарше, или вовсе от взрослых, думаю, мог бы хорошо представить положение дел в антиванских родах. Общие тенденции, скажем так. Хотя, конечно, исключения и особенности везде бывают. — Видишь ли, из рассказов и по наблюдениям можно делать выводы о воспитании в семье, о её ценностях, принципах. А вот отношение друг к другу — очень зыбкая почва. Это личное, а личное стараются не показывать лишним. У папиной родни примерно как у нас, дедушка уже стар, но старается уделять достаточно внимания даже нам, хотя он отцу приходится дядей. По линии мамы и бабушки, наоборот, очень сдержанная родня, прагматичная такая. Но это не значит, что они друг друга не любят. Наверное. Вот тут как раз тот случай, когда можно принять видимость за истину и наоборот. — В таком случае, возможно, у вас любви больше чем у нас, — Альваро явно с трудом верил в собственные слова. — Потому что у нас даже среди одних Сарвенте, если брать полностью все ветви семейства, вряд ли так уж много её, а если расходиться дальше, то и подавно. Конкуренция, понимаешь. — Конкуренция мешает любить? — уточнила она, чтобы убедиться, что правильно поняла эту новую для неё мысль. — Скорее любовь мешает некоторым её методам. Даже если не доходить до кинжалов в спины, многие вещи сложно устраивать в отношении тех, кому желаешь блага. Алисия задумалась в брате, который подался в жрецы Разикаль. В детстве они с Ренли были близки, теперь отдалились, но все равно любили друг друга, она знала это. И всё же это не помешало ей отправиться на поиски способа уничтожить его разлюбимую драконицу. — Значит, у вас больше любви, чем у нас, — немного печально пробормотала она и решила, что пора вернуться к данным процедурам. Хватит прохлаждаться! Окунув мочалку в воду, она принялась домывать вторую ногу. — Скажи, когда достаточно нанежишься в воде. Там дальше по плану ещё массаж. Кивнув, Альваро закрыл глаза. Старательно избегая лишних мыслей, теперь он действительно расслабился и не пытался даже отдалённо провоцировать девушку, позволяя ей ухаживать за ним дальше. Вдоволь отогревшись и отдохнув, маг наконец открыл глаза и стал неспешно выбираться из бадьи. — Пожалуй, хватит. Хочется к следующему перейти, — улыбнулся он Алисии, протягивая руку за полотенцем. Однако девушка отреагировала на этот жест по-своему. Взяв обеими руками полотенце, она стала вытирать протянутую руку. Мягкими, нежными движениями впитывая в ткань лишнюю влагу, Алисия после руки переместилась на следующую часть тела, шаг за шагом обтирая его всего. — Не одевайся, просто иди ляг на кровать на живот, — тихо подсказала она. — С этим тоже пришлось попрактиковаться, но если будет получаться хуже, чем у твоих слуг, не бросайся тапочками, ладно? — Так уж и быть, не буду, — шутливо ответил Альваро, перебираясь на кровать и, следуя совету, поудобней укладываясь. Голову он положил на руки и стал аккуратно поглядывать за Алисией. Начав с массажа и разминания рук, Алисия затем перешла на ноги, затем на спину, уделяя большое внимание каждой группе мышц. Лишь после того, как напряжение под пальцами спадало, девушка переходила к следующему этапу. Она не пыталась разговорить Альваро, понимая, что такое мало будет способствовать расслаблению, и некоторое время спустя такая тактика дала свои плоды: чародей уснул, полностью расслабленный и размякший. Бережно укрыв его сверху мягким пледом, альтус устроилась рядом, читая книгу, которую подарила ей на Первый День Адалин. До запланированного ужина оставалась ещё пара часов, но все приготовления были сделаны, и указания розданы, поэтому Алисия решила позволить себе отдохнуть, оберегая спокойный сон парня. *Её* парня. Её собственного молодого человека. Как же невероятно это звучит! Порой она отрывалась от чтения, задумчиво рассматривая спящего под пледом антиванца, его рассыпавшиеся по плечам вьющиеся локоны. Было что-то спокойное и домашнее в том, чтобы сидеть вот так рядом за книгой и слушать его дыхание, пока он спит. Девушку накрыло поглощающее чувство комфорта и умиротворения, и хотелось, чтобы эти мгновения никогда не заканчивались. * * * Альваро приоткрыл глаза, чувствуя себя настолько свежим и отдохнувшим, как не ощущал уже, пожалуй, очень давно. Ни малейшей напряженности, ни капли скованности в теле. Заметив сидящую рядом Алисию в книгой в руках, маг перевернулся на бок и подпёр голову рукой. — Чувствую себя великолепно, — зевнув, с довольной улыбкой сказал он. — Спасибо, Лисса. — Вот и отлично, — обрадовалась девушка и, отложив книгу в сторону, прильнула к нему с поцелуем. Теперь, когда цель её стараний была достигнута, сдерживаться смысла не было. Она запустила пальцы ему в волосы, позволяя себе, наконец, сделать то, что давно хотела, но боялась его разбудить. Чародей, честно говоря, такого не ожидал, но противиться не стал. Напротив, свободной рукой приобхватил Алисию за шею, возвращая поцелуй со всей своей приязнью. — Всегда бы так просыпаться, — когда они разъединились, улыбнулся чародей. На место первичной расслабленности быстро пришла разгоняющая кровь бодрость. — Именно так? — девушка широко улыбнулась, совершенно не намереваясь отстраняться. — Или ещё как-нибудь? — Можно и так, можно и ещё как-нибудь, — не видя проблем ни в одном из вариантов, пожал плечами Альваро. — Возможно, с меньшим количеством одежды на тебе было бы самую малость лучше, чтобы мы в более равном положении оказались. — Угу-м, — промурлыкала Алисия и нежно погладила его скулу. Она тянула время, пытаясь понять, было ли это просто пожелание на будущее или намек про сейчас. А что если она решит, что второе, а Альваро имел в виду не это, и подумает о ней не то? Да ну, глупости. Он никогда не подумает здесь плохого. Зато если подразумевал второе, а она уклонится, может решить, что им пренебрегают, или просто расстроиться. — Снимай, если осмелишься, — прошептала она и легонько укусила его за ухо. — Нам следовало сделать это намного раньше, а не ждать целую вечность, — усмехнулась альтус. — Жаль, что нельзя так остаться здесь. У нас ещё планы. Небось, проголодался? В обычном смысле. — Я не слишком об этом думал, но теперь, когда ты спросила, действительно чувствую что проголодался, — слезая и укладываясь рядом, ответил Альваро. Проскочила мысль, что, может, на этот случай у Алисии тоже что-то заготовлено, но так в лоб спрашивать выглядело не лучшей идеей. — А что у нас дальше по планам? — У меня — подготовка к ужину. А ты за себя сам смотри, чем пока займешься. Можешь одеться соответственно. Одежда на стуле, а мне нужно ненадолго отлучиться. Не заскучаешь? — Не заскучаю. Альваро посмотрел на стул, припоминая, что своё складывал не туда, и понял, что лежат на нём в самом деле не его вещи. Отсюда разглядеть, что именно там такое, было непросто, но это точно что-то новое. — Ты решила устроить ещё один сюрприз? — вернув взгляд к Алисии, заинтересованно спросил маг. — Ты ведь сам хотел провести вечер в более подходящей нашему статусу обстановке, — кокетливо улыбнулась альтус. — Уровень благ цивилизации, конечно, не тот, но за атмосферу я ручаюсь. Сегодня мы проведём вечер как два представителя благородных домов за изысканным ужином и приятной беседой. Ты ведь не возражаешь? — Не возражаю ли? Я вряд ли мог бы пожелать чего-то большего сам, — усмехнулся Альваро. В глазах его загорелся настоящий интерес. — Значит, и подавно не заскучаю. Посмотрю, как буду смотреться во время нашей беседы. Такая новость внезапно пробудила в Альваро чувство, которое полноценно он испытывал только в Антиве. К хорошей одежде и достойному внешнему образу он на самом деле никогда не был равнодушен, но незначительные накопления и неактуальность нарядов на большинстве заданий Сопротивления по большей части задавили его желание одеваться получше. Сейчас же снова появился проблеск того самого высшего общества с его атрибутами. Такой уровень подготовки он не мог не оценить. — Тогда советую прямо сейчас одеться и выйти прогуляться вокруг дома с Кунсеем, — улыбнулась Алисия и сползла с кровати, намереваясь привести себя в порядок. — А я тем временем здесь всё организую. Приходите сюда через полчасика.

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, дом Морелей/пустырь на окраине, день Альваро вернулся с улицы, сразу высматривая Алисию. Свободное время, проводимое в тренировках магии, не прошло зря, и наконец-то можно было показать результаты своих трудов. Правда теперь, когда он знал о настоящем происхождении девушки, внутри некстати поселилось зерно неуверенности в том, насколько это вообще сможет впечатлить её. Дочь знатного рода из Тевинтера, где всё было пропитано магией в самых разных проявлениях, вполне могла уже видеть такое… и возможно даже не раз. Самое странное, что раньше Сын Огня никогда не испытывал даже тени трепета перед мыслью о том, что его способности могут уступать таковым у альтусов, или что его талант не может показать больше, чем они уже видели и к чему были привычны. Мог ли он всегда понимать, что его способности имеют шанс оказаться посредственностью для настоящего магического народа, но просто успешно обманывал себя самоуверенностью? Или же он не понимал, а сейчас, впервые встретив альтуса, усомнился? А может, дело в самой Алисии? Хватит. Отбросив бесполезные и даже вредные мысли, чародей отправился наверх. Девушка как раз была в комнате. Она крутилась перед прислоненным к стене карманным зеркальцем и приглаживала растрепавшиеся после улицы и шапки волосы. Заметив Альваро, альтус слегка смутилась и улыбнулась ему. — Никогда у меня не получалось так идеально, волосок к волоску, как у мамы, — тихо сказала Алисия, обращая ситуацию в шутку. — Творческий беспорядок в голове и на голове — в этом вся я. — На такой миссии она бы тоже смогла постоянно идеальную прическу поддерживать? — улыбнувшись в ответ и подойдя ближе, поинтересовался Альваро. — К тому же, в творческом беспорядке есть своя притягательность. Протянув руку, чародей мягко коснулся волос девушки тыльной стороной пальцев и провёл ими вниз. — Я бы не удивилась, если бы и посреди ожесточённой битвы смогла, — с едва слышным вздохом призналась Алисия и замерла, позволяя пальцам антиванца скользить по её волосам. — Встретила в таверне Адалин. Она сидит и раздает деньги. Просила предупредить, что Реморий не уехал, а рыщет где-то поблизости, ищет себе приключений. — Хорошо, учту, пусть ищет. Я хотел кое-что тебе показать, — убрав наконец руку, сказал он. — Мне кажется, тебе должно понравиться. Не будешь против небольшой прогулки? Они оба едва успели вернуться, но в доме была совсем не та атмосфера. Замысел требовал иного окружения. — Хорошо, — Алисия немного удивилась, но быстро сориентировалась. Она оглядела свой внешний облик, состоящий из тонкой рубахи, штанов и сапог, и решила набросить куртку, но без доспехов. Зимнего плаща у неё теперь тоже не было, но она лишь взглянула на Альваро с хитрой улыбкой. — Будешь меня согревать, — распорядилась альтус, готовая к выходу. — Разумеется, — чуть поклонился Альваро. Вести девушку он задумал за край деревни, к открытому пустырю ближе к опушке леса. Там было достаточно места, чтобы хорошо показать его затею. По пути он постоянно окружал Алисию чарами, чтобы не дать ей замерзнуть в такой одежде, и вскоре они пришли. Небольшая полянка была целиком избавлена от снега, заметно выделяясь на фоне белого окружения деревни. Его предварительные тренировки явно оставили тут след. Оставив Алисию на краю, маг вышел в середину. — Теперь я попрошу тебя ненадолго отвернуться, — улыбнувшись, сказал он. — Как скажешь, дон Сарвенте, — улыбнулась в ответ магесса и послушно отвернулась, гадая про себя, что он такое для неё приготовил. Неприятностей от Альваро она не опасалась. Теперь настал самый важный момент. Альваро чуть слышно вздохнул и направил свои силы и мастерство над пламенем в нетипичную для него форму. Огонь стал всплывать чуть выше земли, сгущаясь и ослабевая, наполняя собой пространство, но при этом не обжигая всё вокруг. На всё ушло не больше пяти-десяти секунд, но концентрация для этого потребовалась неплохая. Альваро взглянул на результат. На лице возникла довольная улыбка. — Можешь смотреть, — услышала Алисия голос мага и повернулась. Антиванец стоял, скрестив руки на груди, а вокруг шеи у него обернулся, словно воротник, настоящий огненный лисёнок. Словно почуяв девушку, он раскрыл "глаза", являвшие собой ещё более яркие пламенные точки на мордочке, приподнялся, перелез на плечо магу и, спрыгнув вниз, сел между ним и Алисией. Теперь его можно было разглядеть даже лучше. Всё его тело состояло из плотного сконцентрированного яркого пламени, практически не выбивающегося за края заданной ему формы. От него не чувствовался жар, свойственный настоящему огню, да и было понятно, что он не опасен по тому, что Альваро спокойно носил его на себе. Животинка пару раз "моргнула", разглядывая девушку, и с любопытством склонила голову на бок. — Кажется, ты его заинтересовала, — широко улыбаясь, сказал чародей. Удерживать магию в узде и придавать ей движение было попроще, чем изначально рождать её из ничего. Алисия была впечатлена. Она присела на корточки и протянула руку, чтобы погладить пламенеющую шёрстку. Живой огонь не обжигал и не сжигал, а дарил ощущение мягкого тепла. Поразительно! Кого-нибудь не столь сведущего зверушка бы не так впечатлила, но Алисия была магом и прекрасно понимала, что требовалось, чтобы создать и удерживать такое заклинание. Сильная волевая сосредоточённость — чтобы придать огню такую форму и управлять её перемещениями, имитируя движения и повадки лиса. Предельно тонкое чувство магии — чтобы удерживать под контролем степень жара этого живого огня. И, разумеется, способность к фантазии и нахождению нетривиального использования имеющихся ресурсов — чтобы вообще додуматься до такого применения. Сам по себе огнелис был не столь впечатляющим, но он весьма недвусмысленно указывал на незаурядный талант антиванца. Лис аккуратно лез головой и мордой под поглаживания, жмурился огненными глазками и слегка вертел ушами от удовольствия. В какой-то момент отлипнув от руки, он метнулся в сторону, бегом наворачивая круг по полянке, оббегая Алисию и, протискиваясь между ног, снова оказался перед ней. Зверёк приподнялся на задних лапках, словно снова напрашиваясь на поглаживания, и плюхнулся на передние. Альваро тем временем параллельно старался ещё и следить за реакцией девушки. Над лисом пришлось изрядно поработать, чтобы его движения в самом деле напоминали не какое-то кривоватое подобие, а были почти аналогом реальных. Наверно, для идеала стоило бы отдельно понаблюдать за реальными животными, но даже текущий результат смотрелся более чем реалистично. Лиссе это, кажется, понравилось? — Ну как тебе? — решив не гадать, спросил маг. Алисия находила это потрясающим, однако делиться мнением не спешила. С достоинством предложив лису руку, она подождала, когда он взберётся по ней, и погладила свободной. — Он что-то ещё умеет делать? — У него есть по крайней мере одно практическое применение, — кивнул Альваро, вновь уводя создание и направляя его прочь с поляны, к паре голых кустов и одинокому деревцу, словно оторвавшемуся от линии леса. Лисёнок ступал по снегу, заставляя его таять под ногами, подошёл к одному кусту и покрутился среди веток, даже проходя сквозь пару. Ветки остались словно нетронуты огнём и тем жаром, который обычно от него исходит. Затем он живо вскарабкался на дерево, поставил передние лапы на ветвь повыше, гордо взглянул на людей, наблюдающих за ним, и... разлетелся палящим пламенем, поджигая всё вокруг себя. — В принципе, для подобной задачи у меня есть менее маназатратные решения, но лис тоже на такое способен, — пожал плечами Альваро, держащий сдержанную улыбку. — Скорее всё потуши, пока сюда деревня не сбежалась! — заговорщически зашептала Алисия, словно их мог кто-то услышать, но сияющие блеском глаза свидетельствовали, что шоу ей понравилось. Чародей направил внимание на дерево, выпрямил в его сторону руку и, слегка сжав пальцы, задавил огонь усилием воли. В итоге даже кора толком не подгорела. — Так что? — возвращая взгляд на Алисию, с тщательно скрываемым нетерпением вновь поинтересовался Альваро. — Что же, по тому, что я увидела, могу уже сейчас сказать, что у тебя впечатляющий талант к стихийной магии. Другие важные для чародея задатки тоже на уровне. Думаю, не погрешу против истины, если оценю этот уровень выше среднего, в сравнении с моими знакомыми магами, — Алисия улыбнулась, глядя прямо в глаза. Втайне она была рада, что Альваро, судя по всему, стоил её усилий. — Тебе следует и дальше их развивать, если хочешь достичь успеха. Есть ли у тебя какие-то ещё вопросы касательно сказанного? Альваро, державший улыбку до конца, наконец убрал её с лица. Хотя желание сделать это появилось раньше. — Выше среднего... — он кисло усмехнулся, сжал губы и, тяжело вздохнув, отвернулся, хмуро смотря в лес. Руки сами сжались в кулаки, а накопленные с лиса остатки пламенной силы ещё теплились внутри. Чародей очень хотел бы сейчас выпустить внезапное жуткое недовольство собой в виде огня, но не без труда держался, зная, что позади него альтус. Вряд ли среди них подобная несдержанность была бы оценена в сколько-то положительном ключе. Но был выход... — Позволь мне выразить всё, что я сейчас о себе думаю, в магии? — оглянувшись на Алисию, негромко спросил антиванец. Такой реакции на похвалу и высокую оценку Алисия не ожидала. Немного обескураженная, она даже не нашлась что ответить, и только кивнула, с тревогой вглядываясь в лицо мага. — Конечно. Излагай, пожалуйста, мне интересно было бы узнать. Он вновь отвернулся, расправляя плечи и ставя ноги чуть шире. Вокруг рук заиграли огоньки, и Альваро резко взмахнул одной, пуская по земле быстрые языки пламени, моментально плавящие снег за пределами круге. Затем также второй по дуге. Следом он свёл ладони вместе и резко разорвал их, окутывая себя в тонкой огненной оболочкой, подобной барьеру, но явно носящей в себе силу огня. Собирая огненный шар, он с рыком швырнул его в сторону пустыря, а затем второй. И третий. Шепот заклинаний перемежался с отзвуками собственной критики и недовольства. Лишь когда чуть пошатнувшийся Альваро наконец израсходовал всё, что мог, он выдохнул и обернулся к Алисии. Выглядел он изрядно измотанным в магическом плане. — Извини, — снова выпрямляясь, маг виновато взглянул на неё. — Полагаю, твои слова должны были прозвучать как похвала для меня, но я услышал в них лишь то, чего и опасался: посредственность. Возможно, для мага без старой магической крови оценка "выше среднего" от мага с такой кровью действительно является чем-то возвышающим... но я ставил себе планку выше. Видимо, зря? Алисия, молча наблюдавшая за устроенным представлением, ответила не сразу. Она надеялась, что маг всё же кое-что оставил про запас, но понять его чувства вполне могла. “Посредственность”. Она точно не это хотела сказать. Человек, переплюнувший больше половины альтусов, по определению не мог считаться посредственностью. — Ставить планку повыше — всегда похвально, — сдержанно ответила она. Лишь слегка дёрнувший вверх уголок губ мог выдать её желание улыбнуться и поскорее утешить тревоги Альваро. — Но, как я уже сказала, тебе придётся и дальше совершенствовать свои навыки и таланты, если хочешь переплюнуть оставшуюся меньшую половину альтусов, — теперь девушка уже позволила себе улыбнуться и сделала паузу, чтобы он успел осмыслить сказанное. — Это, конечно, весьма приблизительная субъективная оценка, но тем не менее. — Я не так много знаю о талантах альтусов и их пропорциях в общем числе, поэтому у меня есть необходимость в некоторых пояснениях, — спокойно, но всё ещё без особого энтузиазма сказал Альваро. — Всё, что я сейчас выскажу, является лишь предположением, так что рассуди мои слова. Среди альтусов есть много тех, кто вообще не уделяет магии стихий должного внимания. Есть много тех, кто достаточно неплох в ней, но которые при этом не специализируются на огне. Есть те, кто специализируются, но не достигли ещё в ней высот. Есть те, кто уделяет магии стихий повышенное внимание, но всё ещё будет хуже в стихии огня, нежели профильный маг. И есть те, кто стоят на вершине. Чем дальше я ухожу в этом списке, тем меньше и меньше становится объём людей в каждой категории. Соответственно, "средний" маг альтус может быть лучше аналогов из других стран, но он ничем не выделяется в своём обществе. А "выше среднего" — это не совсем серая масса, но и ничего такого, что бы заслуживало особого внимания. Таких вполне может быть немало в количественном смысле, так что сколько-то выделиться здесь всё ещё нельзя. Я отнёс себя именно к такой категории. И именно поэтому это ассоциируется у меня с посредственностью. "Один из". Антиванский выскочка, забравшийся на одну ступеньку выше нормы и посчитавший себя "Сыном Огня". У меня такое ощущение, что альтусы меня либо засмеяли бы за такое прозвище, либо разглядывали бы как забавную зверюшку. Кота, считающего себя львом. — О, они могли бы, — глаза Алисии сверкнули. — В качестве провокации, чтобы проверить, как ты отреагируешь. Но мы об этом уже говорили ранее, помнишь? Я ведь не просто так интересовалась, — альтус немного помедлила, чтобы Альваро мог припомнить состоявшийся в эльфийском лесу разговор. — Теперь насчёт уровня. Я говорила именно о твоем таланте, задатках, способностях. То есть, о неких основополагающих для мага, которые кто-то, как ты выразился, развивает, а кто-то не уделяет должного внимания. Поэтому последний фактор я не учитываю и не принимаю таких в расчёт. Талант у тебя яркий, сопутствующие навыки — вполне на высоком уровне, чтобы создать крепкий фундамент. Для человека, в жилах которого не течёт кровь сновидцев, это очень высокий показатель. Что же касается именно уровня, которого тебе на данный момент удалось достичь, то по всем критериям ты вполне мог бы состязаться на равных со многими крепкими специалистами-стихийниками. То есть, обученными, дисциплинированными, способными управлять стихией до такой степени, чтобы использовать заклинания нетривиальными и тонкими способами, — Алисия улыбнулась и щёлкнула пальцами, выделяя следующую мысль. Наверняка об этой части у Альваро тоже могли возникнуть вопросы. — Я говорю “состязаться”, но если хочешь в состязании наверняка победить, тебе следует не останавливаться на достигнутом. Не потому что сейчас не дотягиваешь — я оцениваю твое мастерство достаточно высоко. А потому что я вижу твой потенциал и считаю, что ты можешь забраться повыше. Было бы обидно удовлетвориться тем, что есть, когда можно взять больше, не так ли? — Да, это так, — кивнул Альваро, слегка смягчаясь. — "Для человека, в жилах которого не течёт кровь сновидцев, это очень высокий показатель"... Мне не нравится эта фраза, буду откровенен, — снова тяжело вздохнул он. — Я не хочу и не буду давать себе поблажек на фоне крови. Да, у меня нет в роду сновидцев, и мне всё равно: есть ли у меня эта кровь или нет, я должен стать лучше всех. Или хотя бы войти в ряды лучших. Если я провалюсь, то только потому, что не приложил достаточных усилий. Алисия бросила на него странный взгляд, в котором читалось уважение и что-то ещё. — Весьма… знакомая позиция, — тихо улыбнулась она, поправляя прядь волос. — Скажу откровенно: мне тоже пришлось стартовать с изначально не очень выгодных условий. Так что я очень хорошо понимаю твою требовательность к себе и одобряю, — магесса вздохнула, всё ещё не убирая улыбки, но улыбка стала немного печальной. — Тяжело, знаешь ли, конкурировать, когда у тебя большая семья и каждый успел найти занятие себе по душе. Приходится из кожи вон лезть, чтобы не оставаться в тени родителей и братьев. — Значит, ты решила затмить их всех разом, участвуя в нашей миссии? — наконец улыбнулся антиванец. — Не думаю, что хоть кто-то из альтусов способен повторить то, что делаем мы в Соратниках. — Ну, если получится… Посмотрим, — девушка тоже засмеялась и бессознательно запустила пальцы в локоны, взъерошивая себе волосы. — Я всегда была требовательной к себе. И к другим тоже, если они претендуют на что-либо выдающееся. И я оцениваю твои магические способности, дисциплину ума и волю как весьма высокие. Просто я не хочу, чтобы ты зазнался и удовлетворился достигнутым, но теперь вижу, что опасения были напрасны. — Теперь я понял, — кивнул Альваро. — Что же, полагаю, теперь мне надо привыкнуть к новому пониманию словосочетания "выше среднего"... и продолжать практиковаться, конечно же. Маг наконец сошёл с места, приблизившись к девушке, и аккуратно взял её руки в свои. — Спасибо тебе за терпение, — тихо сказал он. — И извини за моё... изливание негодования. Лет пять назад я бы даже разрешения просить не стал, но и сейчас, полагаю, есть над чем поработать. — Не извиняйся, — перехватив обе его руки одной, свободную Алисия запустила ему в волосы и заправила за ухо вьющуюся прядь. — Иногда необходимо выпускать пар. Только, пожалуйста, всегда оставляй что-нибудь про запас на случай внезапного нападения, ладно? Иначе этим могут воспользоваться недоброжелатели. — Ты права, стоило попридержать часть сил, — согласился чародей и улыбнулся чуть ярче. — Знаешь... Теперь у меня появился ещё один важный мотив добиться успеха в нашей миссии. Алисия заинтересованно склонила голову чуть набок. В руках она всё ещё удерживала ладони мага, но теперь прижала их поближе к груди. — Какой же? — Я обязан убедиться, что ты не останешься в тени семьи, — прозвучал ответ. Такого ответа девушка явно не ожидала. Но мгновение спустя удивление на её лицо сменилось милой улыбкой. — И как же ты собираешься это сделать, м? Будешь устраивать мне экзамены без всяких поблажек? — Очень хотелось бы дать тебе шанс нанести последний удар по драконице... но боюсь это невозможное желание, — усмехнулся чародей. — Приблизить её исход, найти способ покончить с ней, отыскать ту, от кого, быть может, зависит дальнейшая судьба Тедаса. — Если то, что мы ищем, действительно может как-то этому помочь, — вздохнула Алисия, но благодарно сжала его ладони. — С другой стороны, не попробуем — не узнаем. Мне нравится ход твоих мыслей. Продолжая улыбаться, девушка засмотрелась в его тёмные глаза, в мягкую улыбку. Удивительно, но ощущение исходящего от антиванца душевного тепла каждый раз окутывало, даря уют и покой. Даже странно, ведь они были такие разные. Альваро высвободил руки и приобнял магессу за талию, притягивая её поближе и тоже останавливая внимательный взгляд на её глазах. — Если то, что мы ищем, не может этому помочь, то придётся искать что-то другое. Полумеры здесь не сработают. У нас обоих есть, что доказать своим семьям. Доказать, чего мы на самом деле стоим. В таком вопросе надо быть бескомпромиссным, — голос чародея сквозил твёрдой решимостью. — Я бы очень хотел, чтобы ты преуспела, Лисса. Очень. Положив руки ему на грудь, девушка мягко уткнулась в плечо. — Если бы всё было так просто, — едва слышно выдохнула она. Думала сейчас альтус даже не о Разикаль, а о том, как её собственная семья воспримет такую новость, если у них всё получится. — Но да, я тоже хочу, чтобы у нас всё получилось, — подняла взгляд Алисия. — Будем делать это вместе. Они так простояли какое-то время без лишних слов, слыша тихое завывание ветра. Маг продолжал согревать её магией, но его резервы совсем подходили к концу. — Думаю, мне надо передохнуть после такого выплеска сил, — тихо усмехнулся он. — Так значит, можно считать, что я достиг достойного прогресса в своей практике, м-м? Слова девушки в Руссильоне запомнились им хорошо. Она улыбнулась. — Да, я ведь обещала тебе поощрение, — вспомнила Алисия и, ненадолго задумавшись, просияла. — Пойдем обратно, но долгих планов не делай сегодня, думаю, скоро я все организую. Мне кажется, это будет довольно кстати. — Отлично, — улыбнувшись, Альваро выпустил девушку из объятий и подставил локоть. — Подожду, планов на сегодня я больше никаких не строил. Маги неспешно отправились к поместью, оставляя после себя покрытый подгоревшей травой и почти что лишенный снега пустырь.

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, окрестности Ивуара, утро Собравшись, Альваро, Алисия и Консул наконец покинули дом Морель. К месту встречи решено было выехать на лошади (но только людям), и раз уж конюшня при таверне, то можно заодно и за следующий день аренды расплатиться сразу. Расставшись с чуть более чем сотней серебряных, они отправились в путь. Консул не отставал, семеня поблизости. Альваро несколько раз сверялся с корявенькой, но вполне понятной картой из ориентиров и направлений, и относительно скоро они приблизились к покинутому медвежьему логову. Ну да, про него Анга и вчера и говорила. Надо держать ухо востро. Траты: Альваро: -1зм  за аренду дома себе и Эльсе, -15с за место в конюшне На первый взгляд, у логова никого не было, лишь паслась неподалеку белохвостая олениха. Заслышав шаги, она вздернула голову, запрядала огромными чуткими ушами, а в больших черных блестящих глазах отразился страх. Но через мгновение, когда олениха увидела вышедших к логову путников, ведущих лошадь под уздцы — последнюю часть пути пришлось спешиться, чтобы она не переломала ноги — она бесстрашно подошла поближе и, ударившись о землю, обратилась знакомой уже старухой, улыбающейся во все свои немногочисленные гнилые зубы. — Пришли все-таки, не обманули! И питомец мой с вами, чую его... — ведьма прикрыла глаза и почти по-животному потянула носом, глядя на парочку. — Побитый, обиженный, да живой. Неплохо вы постарались, значит, Диан спасли, славу и благодарность снискали. Но пора и честь знать, да? — старуха повернулась к логову и скрылась внутри. Послышалась какая-то непонятная возня, и вскоре она вернулась с посохом в руках. Выглядел он совсем не как посох деревенской ведьмы, а как нечто, когда-то давно принадлежавшее уважаемому магу, возможно, даже из Круга. Навершие в виде нескольких фиолетовых кристаллов венчало выкованный из стали мастерски сделанный посох-фокус. — Вот, держите. Мне он уже ни к чему, а вам, наверное, пригодится. А теперь... моя зверушка, — она протянула руку, держа в одной посох, а другую подставив ладонью вверх. — Вот он, ведающая, забирай бедолагу, — Эльса протянула женщине демонические перчатки. — Жаль, что так вышло, да уж больно строптивый он оказался. Пришлось отпинываться. Будем надеяться, ещё повеселеет. Вернув имущество Анге, Алисия отошла обратно. — А можно вопрос? Забрав перчатки, Анга принялась их поглаживать и что-то им шептать, словно это был не предмет одежды, одержимый демоном, а обычный домашний кот, слегка помятый после похода на улицу. Сунув перчатки в свою сумку, старуха подняла глаза на девушку и наклонила голову вбок. Этого она не ожидала. — Задавай, что уж там. Не увидимся мы с вами боле. Да посох-то возьми, возьми. Хороший он, да только приметный очень, мне ни к чему, а вам в самый раз, — она всучила Альваро посох, словно пирожок на рынке. — Красивый, прям как ты! И смотри, как сверкает. Потерян предмет: Перчатки очарования (артефакт; при крепком взятии за руку разумного существа, оно начинает испытывать теплые отношения к носящему против этого существа все броски на убеждение, соблазнение или обман проходят с бонусом +3) Получен предмет: Посох деревенской ведьмы (посох; +2 к Мудрости) Получены очки опыта: 2 КВЕСТ ЗАВЕРШЕН Посох Эльса оценила. И правда красивый, но она предпочитала клинки. — Спасибо тебе. А не знаешь ли какой-нибудь ритуал или в принципе способ из подобных одержимых предметов содержимое извлекать, не уничтожая саму вещь? У нас важная и крайне опасная миссия, я бы даже сказала, немыслимая для благочестивого человека. Кто знает, с чем или кем столкнуться доведётся, такое подспорье могло значительно увеличить шансы на успех. — Извлекать? Но зачем, милая? — удивилась ведьма, уже собираясь снова обернуться оленихой и ускакать в лес, но вопрос показался ей и вправду интересным, чтобы задержаться и ответить на него, причем ответить развернуто. — Магию предметам что дает? — спросила она, и тут же самодовольно ответила на свой вопрос сама: — Сила Тени! Сила духов да демонов, которые там обретаются. Ну, либо так, либо руны, мастером на предмете вырезанные, но то искусство слишком опасное для нас, магов, да и для немагов редкое. Слышала я, таким только гномы сейчас занимаются. В общем, извлекать тварь совсем даже не полезно, а вредно, скажу я тебе. Куда проще с нею договориться, — она усмехнулась и даже, как показалось Эльсе, подмигнула. — Подружиться, подкормить, как кота бродячего, чтобы не шипел и не царапался. И потом продолжать гладить и подкармливать. Играть по его правилам. Тогда и силу демона получишь, и душу твою он сожрать не захочет. По крайней мере, сразу. — Мало ли какие предметы бывают, — задумчиво протянула Эльса. — Есть и неполезные, есть испорченные, реликвии есть ритуальные, которые могут заражены кем-то оказаться, опасные бывают ещё. Ты в таких нетривиальных случаях разбираешься, — она кивнула на сумку, куда Анга убрала перчатки. — Мы такого специалиста, может быть, уже и не встретим, и когда нужда будет в подобном знании, будет взять его неоткуда. Я наперед стараюсь думать, все предусмотреть. Не бесплатно спрашиваю, ты не подумай чего, — со спокойной улыбкой заверила ее Эльса. — Если знаешь подобный трюк, назови свою цену за науку. Если она окажется в пределах возможностей — договоримся, и никто внакладе не останется. — Да что уж там, если бы знала, как такое провернуть, сказала бы, — ведьма махнула рукой и тяжело вздохнула. — Но никогда не интересовалась. Может, маги, которые в этих ваших Академиях учатся, знают? С другой стороны, если подумать, то тварюшке-то в предмете быта жить и самой не очень нравится. Они ж к нам приходят и сразу во что-то вселиться хотят, да только иногда подходящего сосуда не попадается, вот и вселяются во всякий хлам, — она засмеялась противным, скрипучим смехом. — А если с тварюшкой попробовать договориться и новое жилье предоставить... желательно с душой... быть может, она сама и выйдет. Есть только одна проблема. Такие твари, как в предметы вселяются, чаще всего с ума сходят, — ведьма покрутила пальцем у виска. — И уговорить их выйти сложновато будет. Но попробовать можно, верно? — В этом и сложность, — согласилась Эльса, тактично не показывая разочарования. И то сказать: из живого существа выкурить демона или духа было намного проще, чем из бездушного куска материала. а если вспомнить образцы посложнее... — Что ж, на нет и суда нет. Будем обходиться тем, что имеем, значит. Академии нам вряд ли попадутся. Спасибо тебе, Анга. Бывай счастливой! Она махнула рукой на прощание женщине. Ведьма, похоже, сделки с другими заключала далеко не впервой и цену артефактам знала. Посох, похоже, в своё время получила от кого-то, а вот перчатки наверняка использовала как раз как источник сделок. Думается, на свете немало людей, которым пригодился бы их эффект, есть откуда черпать выгоду. Однако, если с магом, отдающим посох, всё понятно, то как тут могла пригодиться деревенская девушка? — А в чём была твоя выгода в сделке с Диан, Анга? — вдруг спросил Альваро. — Просто интересно. Подкормить демона? Старуха пожала плечами, сделав шажок назад, к покинутому логову медведя, окруженному валежником и подтаявшим снегом. — Не без этого, милок, не без этого. Да и почему ты так уверен, что я просто девушке помочь не захотела? — она ухмыльнулась, словно понимала, что у ее поступков была и скрытая цель, но называть ее она не слишком желала. — Я хоть и ведьма, но с этими людьми в одной деревне жила, а деревенские друг другу помогают. Жаль, что теперь из-за глупости девчонки мне в другое место переезжать придется. Далеко, далеко, может, в Антиву. Там, говорят, подзаборных магов жалуют почище, чем в Орлее. Ну, бывайте, друзья! Вряд ли свидимся, но удачи вам, что бы там ни удумали, — она развернулась, прыгнула с невероятной для старушки прытью, в воздухе обернулась оленихой, махнула белым хвостиком и исчезла в кустарнике. Альваро проводил ведьму взглядом. Всё-таки злодейкой она не выглядела, пусть и игралась с опасными вещами и давала пользоваться ими недостаточно подготовленным людям. Но даже здесь она ведь прожила какое-то время безо всяких проблем с местными, так что может в другом месте таких опасных исходов получится избежать и без чужого вмешательства. — Хорошо всё, что хорошо кончается, — заключил наконец чародей и, обернувшись к Алисии, кивнул в сторону лошади. — Идём. Осталось Виктории посох отдать и буду со всеми квитыми. Но само задание на этом можно считать окончательно выполненным. Она взобралась на лошадь и подождала, когда чародей усядется следом. Предоставила ему править, а сама подождала некоторое время, пока они уедут от места встречи подальше, и слегка обернулась, хитро глядя на лицо Альваро. — Старушка-то назвала тебя красивым. Это ты в казематах ее охмурил, да? Без всяких перчаток! — И даже без прикосновений. Один мой вид разит всех наповал, — без тени сомнений ответил Альваро. — Особенно на фоне местных, где тут такого как я отыщешь? Сиди и жди, как заявится такой из далёких теплых земель. Алисия ухмыльнулась. Ответ Альваро оказался на удивление серьезным, однако возразить по существу было нечего. — К слову о теплых землях, — девушка поежилась, без подбитого мехом плаща было не столь тепло. — Мы можем немного быстрее ехать? Не хочу закоченеть в этой чаще. Альваро мысленно хлопнул себя по лбу от того, что упустил такой момент, и одним жестом начиная нагнетать у тел тепло. — Чтобы с Сыном Огня закоченеть — это надо постараться, — снова выдал он с долей юмора. Но морозиться немного всё равно заставил. — Извини. Впрочем, медлить он тоже не стал. Ускорив лошадь, маг в темпе направил всех к Ивуару тем же путём. Там, оставив лошадь в конюшне, они разошлись разными путями: Альваро отправился к пустырю для магической практики, а Алисия к дому.

6 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, дом Морелей, утро Дамиан, заслышав шаги на лестнице, подзадержался у входа в комнату. И, кажется, не зря, потому что поднялась в итоге нужная для разговора наёмница. А за ней других шагов уже не слышно. — О, Эльса, — сказал он так, словно поймал её на чём-то. Подойдя ближе, он опёрся плечом о стену. — Это ты так удачно Холту идею вкинула? — не стал он ходить вокруг да около. Она бросила взгляд на лестницу и кивнула в сторону двери своей комнаты. Зайдя внутрь, она дождалась, когда они отойдут подальше от дверей, прежде чем ответить Дамиану. — Не буду приписывать себе несуществующих заслуг. Я действительно говорила с ним, но о том, каким мы хотим видеть его в качестве командира. А потом в процессе нашей беседы он поинтересовался, кого бы выбрала для себя я. Мое мнение по этому вопросу тебе известно. Алисия могла бы, конечно, подать это как собственную инициативу продвижения его кандидатуры на позицию лидера, чтобы вынудить Дамиана считать, что он ей обязан. Но ей претило так поступать с тем, кому она считала себя другом. — Ага... — Дамиан внимательно всмотрелся в Эльсу. — И после этого он просто пришёл и решил выдвинуть меня в командиры. Как-то даже странновато. Не стал бы он же кидаться на первую озвученную кандидатуру? Холт как-то не выглядел доведённым до такого отчаяния, чтобы поскорей скинуть вопрос хоть на кого-нибудь. Или он так хорошо это скрывал? Или он сам думал в том же направлении? — Что-то это... подозрительно немного? — потупив взгляд куда-то в стену с секунду, сказал демонолог. — А как ты думаешь, он сам мог бы рассмотреть меня в такой роли? Алисия прокрутила в памяти ход собрания. — Удовлетворения на его лице не было видно. Или слишком хорошо радость скрывает, или не особо-то и хотел. А может, цель была просто столкнуть нас между собой и посмотреть, кто как себя проявит, — предположила она, стараясь не спешить с какими-то непроверенными выводами. — Но если хотел сам руководить, то вряд ли затевал бы это. Я ему сразу сказала, что он самая оптимальная кандидатура, против которой никто не будет особо возражать. — То есть, он настолько сильно твоё мнение ценит? Или сам что-то знает? Или просто кинулся на первого попавшегося? — решил немного развить тему демонолог. Холт ведь мог знать, чем именно занимался Дамиан до этой миссии? Или нет? На допросе с сывороткой, конечно, грязная часть работы в стороне не осталась, так что вполне могло и до куратора-связного дойти. Может это бы повлияло? Он, конечно, не один тут с кровью на руках, но может вкупе с какими-то другими вещами оно могло сработать в нужном свете? Она скептически хмыкнула. — Вероятно, он хотел бы, чтобы я так считала, — вспомнила девушка слова Холта о том, что она умнее, чем кажется. Сама Алисия привыкла к подобным льстивым словам и не придавала им никакого значения. — Но мы с ним не настолько много и тесно общаемся, чтобы я имела в его глазах такой авторитет. Опять же, если бы мое мнение ценил, то прислушался бы к советам, как надо себя держать. Чтобы и самостоятельности никого не лишать, и дать людям уверенность в тех, кто ими руководит. Может, Холт ждал, что другие кандидатуры вызовутся, и победит сильнейший, тот, за кем пойдет большинство? — она немного поразмыслила над таким вариантом. — Да нет, ерунда какая-то. В таком случае не стоило бы выставлять изначального кандидата так, что он может быть не одобрен только если кто-то критически против. Такая постановка вопроса резко уменьшает количество причин выдвигаться даже у тех, кто хотел бы и был бы готов. Наверное, просто использовал мою рекомендацию как повод спихнуть хоть на кого-нибудь, лишь бы не ему. Ну и лажа. Если он просто подвернулся под руку, то не такая уж он и удачная кандидатура в глазах Холта, значит. Хотя, такая ли большая разница по какому поводу это всё затеялось? Так-то если командирствовать получится и ещё выгоду себе личную какую-то заиметь, то всё в порядке, спихнули и спихнули. Такие возможности в любом случае за хвост надо хватать. Оппортунизм чистой воды, во. — Жаль, но если таким хреном порядка больше станет, то чего бы и нет, — пожал плечами демонолог. — А тебе самой-то чего было к нему идти с советами и мнениями по командирству? Ты ж одиночкой была? Так-так. Если первый вопрос звучал вполне невинно, то второй уже был с намеком. Алисия вздохнула. Нужно было ответить правдиво, но так, чтобы не подставиться на ровном месте. — Помнишь, как мы проникновение в тюрьму обсуждали? Никто тогда не хотел соваться, понимали, что затея слишком рискованная. Но по Холту прямо видно было, что он хотел, чтобы мы туда сунулись. Только почему-то все никак не говорил это твердо и четко. "А что думаете?" А что тут думать, никто по своей воле в такое не встрянет. В общем, мне тогда пришлось высказаться и наплести с три короба, зачем нам туда лезть, чтобы его поддержать, — поделилась она наболевшим. — И с вартераллом тем тоже ситуация некрасивая вышла. Из-за его нерешительности и нежелания командовать что-то конкретное, его уже перестали понимать. Субординация рушилась, авторитет как руководителя был на грани. Мне пришлось срочно спасать ситуацию демонстративным подчинением, чтобы своим примером напомнить про дисциплину и укрепить шатающиеся ряды. А ведь я бы тогда сама предпочла бы не вмешиваться, но когда в команде разброд и шатания, оно для всех плохо выходит. Она снова вздохнула и взъерошила волосы надо лбом. — Мне обрыдло делать работу за другого, и я решила поговорить с Холтом начистоту. В итоге и правда какая-то ерунда вышла, но может, оно и к лучшему. Посмотрим, — она улыбнулась. — В тебе я не сомневаюсь, но некоторым нашим товарищам явно не достает дисциплины. — Ну, резонно, — не видя, к чему тут придраться, кивнул Дамиан. — Отчёты эти ещё... а тот ночной, значит, ты по мне писать собиралась? Оно как-то мимо прошло ночью. — Это такое завуалированное "почему ты мне об этом не рассказала"? — Эльса ухмыльнулась. — Если б там чего плохого писать собралась, обязательно предупредила бы. А так зачем? Задницы лизать не приучена. "Не жести", — сказал сам себе демонолог. Действительно, уж тут он подставы не ждал. Почему-то. Поэтому можно и не докапываться с таким подозрительным видом. — Тоже справедливо, — кивнул он. — Интересно, на кой оно надо. Отправлять на верх потом общий отчет что как в отряде? Ладно, это уже на самом деле не так интересно. Пойду тогда. Забыл кое-что? — Спасибо, — добавил он, прежде чем приготовиться отчалить. Она хотела было пожелать ему удачи на задании, но бросив взгляд на груду доспехов на стуле, передумала. Дамиан был не в курсе ее методов самостоятельно экипироваться, а если они случайно столкнутся, когда Эльса будет выходить полностью собранная, у него могут возникнуть неудобные вопросы. И он не слышал ее разговора с Альваро внизу, а значит, придется просить. — Постой, — мягко произнесла девушка и кивнула в сторону стула. — Не поможешь мне железки мои нацепить? Дамиан поглядел на доспехи, потом на Эльсу. Сама же умеет надевать. Но с помощью, конечно, проще... — Ладно. В темпе разобравшись с последним делом, Дамиан отправился от уже снаряженной Эльсы к себе. Ему тоже теперь надо доспехами заняться, но с этим он точно предпочтёт справиться сам.

5 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, окрестности Ивуара, раскидистый вяз На краю опушки леса, неподалеку от деревеньки Ивуар, стоит старый вяз. Под ним, по словам трактирщицы, был закопан эльф-вор после того, как его повесили. Однако не все просто с этим мрачным местом: внутри вяза медленно пробуждается неизвестная угроза для всего Орлея... То, что они сделали с долийцем, отзовется эхом где-то в далеком будущем, и эхо это принесет с собой бурю. Альваро поёжился. Если до этого у него были лишь подозрения насчёт того, что дух может принести Ивуару в будущем вред, то сейчас в этом не осталось никаких сомнений. Даже если дерево не выйдет из земли с корнями и не отправится рвать и метать, то оно как минимум заставит всех покинуть насиженные места, насылая кошмары и портя округу зловредной магией. Нужно предпринять меры, чтобы этого не случилось. Выбравшись из могилы, антиванец замотал руку в тряпочку и убрал в карман, чтобы не подкидывать такой подарок Гарольду, а затем обернулся к Вильгельму. — Это вмешательство в труп пошатнуло состояние духа. В будущем он вырастет в полноценного демона и устроит тут если не хаос, то по меньшей мере проклятое наполненное кошмарами место, — мрачно сообщил он. — Я предлагаю попробовать уничтожить его. Здесь и сейчас, благо что я владею магией огня. Даже если дух очнётся и окажет сопротивление, то он далёк от своего пика силы, и мы встанем перед меньшей угрозой, чем те, кто будет сражаться тут в будущем. — А оно нам надо? Пускай себе растет. Впрочем как хочешь. Помогу если надо. Не вступая в полемику, удовлетворённый согласием Альваро перешёл к делу, впрочем не без осторожности. Предварительно отойдя на безопасную (насколько советовал здравый смысл) дистанцию, он на глаз наметил область у корней дерева, в которую пустил бы основную долю сил и протянул в сторону вяза посох, второй рукой помогая формировать нужную концентрацию. — Окруженный хладом, спящий, таящий, не знаешь что в недра твои крадётся враг, — едва слышно шептал чародей. — Крадётся огонь. Тихий пока, ищет он вход под шкуру из стужи и мерзлой коры... На стволе немногим выше земли из тонких полос огня стало рисоваться нечто, напоминающее печать: круг, символы внутреннему краю, затем ещё один, а внутри треугольник, и вновь символы, уже мельче. — Но поиск прост: нырок вовнутрь, сила что в пепел обратит даже скалы, — продолжал он. Печать загорелась сильней. Альваро не был уверен, что это сработает, но иначе устроить точечный пожар, способный уничтожить дерево целиком, как будто было нельзя. — Проснись, пламя! — громким полушёпотом начал приводить он всё в ход. — Рвись, мечи и ищи! Ищи всякий след, пока не останется прах! Наконечник посоха загорелся оранжевым, и маг направил в круг весь свой напор, стремясь из небольшой области разнести пламя внутрь вяза, и затем в каждый его конец, до кончика каждой ветки, в каждый корень. — Проснись, пламя! — голос Альваро разошелся эхом. Пространство вокруг них, вяза, и вырытой могилы эльфа как будто наэлектризовалось от концентрации магической силы, исходящей из самого сердца антиванца, проносилась сквозь посох-фокус и выливалась потоком алого пламени прямиком на злополучное дерево. Вспышка, две, три — и огонь начал пожирать сухую кору и трещащие, стонущие словно от боли ветки. Заклинание сработало так, как надо, и ни ветер, ни снег не смогли его потушить. С низким уханьем ствол обвалился сам в себя, сложившись, как карточный домик, обнажив полое, желтое, как смола, нутро гиганта. Что-то черное и вязкое потекло из дыры, шипя и испаряясь в ревущем пожаре. Он разгорелся так быстро, что стало страшно — казалось, одна ошибка, и огонь перекинется на лес. Но Альваро смог обуздать стихию, взять ее под контроль невероятным усилием воли, одновременно отпуская и подчиняя ее себе. То, что было внутри вяза, что увидел Альваро, испарилось, корчась в молчаливых муках, за несколько секунд. Огонь очистил это место. Огонь уничтожил гниль. Может, именно так и надо было поступить с самого начала. Может... это всего лишь чувства погибающего духа, последний взгляд из-за той стороны. Магическое пламя постепенно затухало, отражаясь в глазах огненного мага, пока столетний вяз, простоявший тут столько, сколько прожило несколько поколений до Альваро, не рассыпался углями. Не осталось ничего, что могло бы вернуться после такого. Получилось. Признаться, Альваро несколько заволновался, сработает ли всё именно так, как надо: что огонь схватится, что распространится достаточно сильно по всему дереву и при этом не перекинется на другие, что, в конце концов, его хватит для уничтожения вяза целиком. В целом, ничего такого уж выходящего за рамки его возможностей, но на деле прибегать к подобной затянутой и усиленной магии приходилось редко, рука пока недостаточно набита. Вспомнилось, как он вызывал тот поток огня под водой в лесном озере, но там никаких опасных последствий от провала над головой не зависало, вот и можно было отдаться делу без лишних помех. Надо бы приучивать себя избавляться от последних. Больше практики. Ну а пока можно довольствоваться тем, что обиженный дух не сможет никому навредить в будущем. — Всё получилось, — внимательно исследовав выжженую ямку, сказал Вильгельму чародей и вернулся мыслями к основному делу. — Итак... что там у нас было. Девственную кровь мы раздобыли, руку висельника тоже. Остался флакон с родниковой водой. Сначала кровь в нём разбавить, потом пепел от сожженой руки добавить. А дальше ритуал... Кажется, самое сложное по ингредиентам позади. Или нет? Надо ещё найти родник поблизости. Стоило спросить о нём заранее, но теперь чего уж. — Предлагаю у местных узнать по роднику, чтобы самим долго не искать. И, не встретив иных идей, он направился обратно к деревне. В первую очередь в таверну, попытать счастья у госпожи Морно, уже подсказавшей насчёт эльфа. Но если вдруг встретится кто-то ещё из деревенских, то можно и у них спросить. Сумерки уже надвинулись на округу, и главным источником света в пути служил рыжий светляк Альваро. 5 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар Никого из деревенских в такое время, ожидаемо, по улицам уже не ходило. В лучшем случае повезло бы наткнуться на кого-то возвращающегося из таверны, но пока что домой никто не собирался. Помимо звуков шагов с периодическим хрустом снега ни звука. Ночь надвигается. Надо поторопиться. Уже на подходе к деревне из полутьмы со стороны пустыря у фермы Дюссо раздался приветственный лай. Альваро, сразу узнавший знакомый голос, пригляделся и заметил пару фигур. Алисия и Холт, похоже. Беседуют. Его с Вильгельмом тропа вела примерно туда же, так что путь лежал практически к товарищам навстречу. Холт не успел ответить Эльсе: после нескольких минут размышлений тишину прервал собачий лай, и почти сразу после этого мужчина заметил приближающиеся к ним фигуры, выходящие откуда-то со стороны леса. Если бы фигуры были чужими, лай Кунсея был бы гораздо злее, это Уильям уже понимал, а потому не стал тянуться к оружию. Лишь прищурился, спокойно дожидаясь, когда оба мужчины, посланные на задание, приблизятся, и едва заметный огонек от трубки осветит их лица. — Как успехи с Диан? — поинтересовался агент, решив, что с Эльсой они уже пришли к консенсусу, оставалось только воплотить его в жизнь, но на этот счет у Уилла были определенные мысли, которые он пока не хотел озвучивать. В конце концов, все познается на практике. — Все в порядке? При виде Альваро сердце Алисии совершило кульбит. Надо же, живой! И похоже, даже не ранен. Наверное, дела у ребят идут не так уж плохо, несмотря на то, что до ночи застряли с заданием этим. — Кунсей, тише, — мягко успокоила она пса и почесала его между ушами. Сдержанно кивнула обоим парням, мазнув по антиванцу равнодушным взглядом. Улыбнувшись отчего-то сдержанной в эмоциях Алисии, Альваро быстро вернулся к серьёзному настрою. — Мы близки к развязке. Для ритуала по спасению Диан осталось раздобыть флакон родниковой воды, идём в таверну узнать у госпожи Монро, где тут ближайший родник. Надеюсь, до полуночи успеем, Диан уже плоха. — К счастью, вам не надо идти до таверны. По пути сюда я останавливался у родника. Он за деревней, вон там, — Холт указал куда-то за спину. — Выедете по дороге на восток и проедете пару миль, справа будет ручей с чистейшей водой, которую я только видел. Только вот его дикие звери облюбовали, так что будьте осторожны, — предупредил он. Подумав немного, Уильям повернулся в сторону Вильгельма: — Думаю, Альваро и сам справится с этой простой задачей. А вот с тобой нам надо поговорить с глазу на глаз. Эльса, если хочешь, составь компанию нашему магу. Бродить одному в темноте — не дело для Скорпиона, — он кивнул девушке. — Охранять ценный объект, поняла, — Алисия наконец смогла взять себя в руки и втиснуться обратно в образ простой ферелденки. — Это мы с Кунсеем запросто. Кивнув псу, который прислушивался к беседе и понял, что от него требуется, она проверила, легко ли, бесшумно ли ходят мечи в ножнах. Она была готова идти. Довольно внезапная рокировка. Альваро внешне лишь слегка вскинул брови, но ничего не сказал, замена его на самом деле более чем обрадовала. Вильгельм, конечно, проблем на миссии не создавал, но где он и где Алисия. — Идём, — вновь улыбнувшись девушке, чародей пошёл к конюшне при таверне. Две мили пешком с их ограниченным временем — это вам не шутки. Без коня хорошо если вернутся через пару часов, если путь сразу найдут. — Давай я пока введу в курс дела, — собираясь с мыслями, предложил по пути Альваро. — Диан влюбилась в проезжего внука мелкого дворянина, служащего в Легионе и периодически сюда наведывающегося. У них завелись отношения, но замуж он её всё никак не брал, и Диан в отчаянии явилась к местной ведьме Анге. У Анги она получила перчатки, как мы позже выяснили населённые демоном. Прикосновения к другим в этих перчатках завораживают жертву и заставляют делать всё что угодно ради касающегося, но взамен перчатки требуют жизненной силы, и ведьма, похоже, об этом предупредила её. Две недели потребовалось Диан, чтобы слишком злоупотребить их силой и наконец впасть в беспробудный сон. Перчатки тем временем продолжают питаться ей и снять их просто так нельзя — утащат душу с собой прямо в Тень. Жива она только благодаря тому, что родители смогли выкупить у нашего знакомого Ремория браслет, защищающий от чар. Он станет нашей наградой в случае успеха. В доме Анги мы обнаружили зелье невидимости, в обмен на которое в итоге договорились с ней насчёт информации о ритуале, необходимом для снятия перчаток. Из компонентов для ритуала необходима капля девственной крови и пепел левой руки повешенного, которые необходимо разбавить во флаконе родниковой воды. Также есть сама ритуальная составляющая в виде троекратного движения против солнца вокруг Диан и зачитывания заклинания, написанного мне Ангой. После этого жидкость необходимо будет выплеснуть на перчатки, это ослабит демона и их можно будет быстро снять. Демон, предположительно, будет сопротивляться и уговаривать, но здесь всё ожидаемо. Также надо потом вернуть перчатки Анге в обмен на её посох, усиливающий заклинания. Во-первых, я пообещал ей это, и во-вторых договорился с Викторией насчёт передачи ей посоха в обмен на кровь, — безо всякого смущения упомянул он. — Она сейчас сидит в клетке в подвале фермы Дюссо, но собирается бежать. Если не успеем до побега, то можно встретиться с ней завтра вне деревни, она карту оставила простую. За время пересказа они уже почти добрались до конюшен. — Ты же не будешь против, если мы вдвоём на моей лошади проедемся? — снова сменяя серьёзную маску агента привычной расслабленностью, чародей оглянулся на Алисию. Алисия с улыбкой чуть махнула головой. — Не буду. Вдвоем — не страшно, — она всё ещё была задумчива после его пересказа. — А Гарольд где? — Да всё там же, — Альваро остановился и открыл наплечную сумку. Дух-крыс сидел внутри. — Не устал там? За деревню выедем — можешь на плечо мне выбраться, поглядишь на чёрный лес, сколько можно в сумке сидеть. А что, — чародей перевёл внимание на девушку, — у тебя какой-то замысел? Или просто спросила? — Просто хотела убедиться, что наш герой в порядке, — Алисия бросила на него странный нечитаемый взгляд. — Ладно, выводи свою лошадь, мы здесь подождем. Кунсей пешочком побежит, не в первый раз. Кивнув, Альваро в темпе пробрался в конюшню и через несколько минут вернулся с уже осёдланной лошадью. Та, судя по её несколько заспанному виду, к столь поздним приключениям не сильно готовилась. Ну, не одним же людям пахать? Сначала Альваро помог взобраться Алисии, а потом уселся сам позади. Можно было и наоборот... но как-то не хотелось. Так лучше. Придерживая её за талию предплечьями, он взялся за поводья и направил лошадь к восточной дороге. Как там говорил Холт, пару миль и потом справа ручей? Придётся внимательно высматривать. Зверей же Альваро не боялся — если уж на что его огонь и годился лучше всего, так это на их отпугивание. Сидя в теплом коконе его рук Алисия прикрыла глаза и расслабилась под мерное покачивание лошади. Консул привычно трусил рядом, осматривая окрестности. В случае опасности или посторонних, он бы предупредил, так что альтус могла полностью отрешиться от ночных пейзажей вокруг и наслаждаться ощущением близости чародея. Совмещая приятное с полезным, под неспешную рысь лошади Альваро поглядывал по сторонам. Гарольда он, как и обещал, выпустил на себя, теперь хоть свежим воздухом Недремлющего мира подышет, а не сумчатой затхлостью. Вот по ощущениям прошла первая миля, идёт вторая. Тишина практически абсолютная, шаги Кунсея и постукивания копыт казались куда громче чем любым днём. А вот и, похоже, тот самый ручей. Со своим журчащим звуком и поблескиванием от освещающего путь светляка. Кунсей тоже не применул подать знак голосом, лишний раз убеждая в правильности. — Кажется, мы на месте, — остановив лошадь, Альваро слез сам и помог спуститься Алисии. Управляя источником света, он направился к воде. 5 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, окрестности Ивуара, родник Подъезжая к роднику, освещая себе дорогу магическим огоньком, Альваро не заметил слившийся с кустами и зарослями рогоза силуэт приземистой лошади, пьющей воду, и стоявшей неподвижно рядом с ней человеческой фигуры. Зато ее заметил Кунсей, предупредив двух Скорпионов тихим, угрожающим рыком. Если бы путники подошли еще хоть немного ближе, то и таинственная фигура наверняка заметила бы их или услышала шаги по снегу. Пока что она не двигалась, видимо, в задумчивости или ожидая, пока лошадь напьется. Отсюда было не разглядеть, кто это — мужчина или женщина, в темноте можно было различить лишь очертания. Алисия перехватила и придержала поводья, останавливая лошадь. Чуть отклонившись и повернув голову, она прошептала Альваро: — Мы с Кунсеем окружим, дай минуту. Ты иди прямо и поговори. Я пошла? Она решила не пояснять, о чем поговорить или что сказать — решила оставить этот выбор за ним. Альваро выждал время, прежде чем выходить дальше, и даже светляка ослабил и припрятал на это время. Кому это вдруг потребовалось посреди ночи на родник выбираться? Он сам, конечно, был занят ровно тем же самым, но тут потребовалась крайне специфичная причина, сколько таких набраться может? Наконец, решив, что пауза выдалась достаточная, он снова усилил свет и пошёл к ручью. — Доброй ночи! — чуть заранее, приближаясь, дал он узнать о себе голосом. — Вы не заблудились? Алисия теперь видела обе фигуры, выделявшиеся на фоне огонька. Кунсея она не видела, пёс убежал дальше блокировать другой сектор, но наверняка тоже их слышал. Альваро говорил достаточно громко. Заслышав шаги Альваро и почти сразу же его голос, фигура едва ли не подпрыгнула на месте от неожиданности. Лошадь фигуры тоже вскинулась, запрядала ушами, и издала тихое, нервное ржание, взрывая мягкую почву копытом. Человек попятился, звякнула сталь: стало видно, что на поясе у человека висят два коротких клинка. Он был одет в темную, дешевую броню из уплотненной и проклепанной кожи. На лице была темная же ткань, натянутая до самых глаз. Магический огонек осветил фигуру так, что магу стало понятно: это был молодой невысокий мужчина, судя по всему, не эльф, а обычный человек. Видно было только яркие, голубые глаза, зло сверкнувшие из-под коротких черных вихров, падающих на лоб. — Назад! — крикнул человек надсадным от простуды голосом; видно, он долго путешествовал один по холоду и успел простыть. Альваро тут же остановился и сделал шаг назад, покрепче сжав посох. Путник, судя по наряду, не обычный. Ещё и нервный. Ивуар притягивал к себе интересных личностей. — Да мне просто воды набрать для ритуала одного, — погромче сказал чародей, чтобы его точно услышали. — Если у вас проблемы какие-то, то я тут не при чём. А ещё у вас, кажется, горло саднит, а я маг, — он красноречиво указал свободной рукой на оружие. — Хотите, могу подлечить даже? Голубые глаза нервно забегали, будто этот парень чуял пятой точкой, что маг тут не один. Но сделать с этим он ничего не мог. Не убирая оружие, он попятился к лошади. — Воды набрать? — голос прозвучат чуть приглушенно, но путник явно не поверил в сказанное Альваро. — Посреди ночи?.. — он сделал паузу и мотнул головой, понимая, что это явно не его дело. — Я уезжаю, — предупредил он, собираясь забраться на лошадь. Парень собирался свалить неполеченным, и Алисия решила не оставлять ему такого шанса. — Взять! — спокойным и мелодичным тоном отдала она команду Кунсею, прекрасно зная, что он услышит. И не только он, но это было не важно. Девушка не теряя времени сотворила пасс рукой и как только беглец отвлекся на молниеносно несущуюся на него двухсотфунтовую тушу, послала на него сонное заклинание. Заклинание сработало, и парень рухнул мешком еще до того, как до него добрался Кунсей. Пес обнюхал тело, вильнул хвостиком и отошел, поняв, что его услуги более не требуются; впрочем, лошадь, на которую попытался запрыгнуть неизвестный, испугалась несущегося на них мабари и ускакала в темноту. Ее, возможно, можно было бы найти и поймать, если бы Скорпионы задались такой целью. Альваро посмотрел вслед удирающей в черноту лошади. Сейчас она в темноте и навернётся где-нибудь. В догонялки по крайней мере сейчас времени играть не было, вся эта внезапная ситуация никак не отменила необходимость спасать Диан. — А дальше что? — бросив взгляд на приближающуюся Алисию, Альваро присел и потянул вниз маску с лица незнакомца. Раз уж попался, то хоть стоит глянуть кто он такой вообще. — Иди набирай воду, сжигай конечности и делай что там нужно для ритуала, — ответила девушка, подходя к валяющемуся в сладком сне мужчине и глядя как Альваро стаскивает с него платок. Чтобы снять сон, навеянный чарами, нужно было постараться побольше. — Я пока попробую привести его в чувство и побеседовать, если получится. Ну, и подлечу заодно. Объяснив свою задумку Альваро, Алисия обернулась к мабари. — А ты, Кунсей, постарайся выследить убежавшую лошадь этого несчастного и привести ее к нам. Или к конюшне. Слишком долго не возись, если пропала с концами — то и пес с ней. Кунсей в замешательстве склонил голову набок. — В смысле, к демонам ее. Ну, беги, пока далеко не ушла. Она склонилась ниже над мужчиной с любопытством разглядывала черты лица в свете огонька. Паренек, мирно дрыхнущий на утоптанной земле у родника, оказался на вид совсем молодым — не старше двадцати, а то и восемнадцати лет. Однако жизнь его не пощадила: под неровно подстриженными темными волосами на напряженном лице проступали старые шрамы, перекрытые новыми ссадинами и царапинами. У самого края волос виднелся свежий порез с запекшейся кровью. Помимо ярко-голубых, теперь уже закрытых, глаз, внешность паренька ничем не выделялась, хоть и был он довольно симпатичным. Кожа его была смугловатой и обветренной, однако определить его происхождение на глаз было затруднительно. Он был худым и невысоким, почему и мог сойти в темноте за эльфа или девушку. Его броня, при ближайшем рассмотрении, оказалась сделанной из дешевых материалов, но добротная. Два коротких меча, которые выпали из его рук, явно побывали в бою. Альваро посмотрел вслед псу, признав, что о таком способе решения проблемы не подумал, а затем вернул взгляд на парня. Кого только жизнь чем попало заниматься не подталкивает. Большая часть их отряда из молодых и красивых, и вот ещё один мотается. — Схватился с кем-то и потом в спешке ушёл? — намекая на порез, предположил Альваро. — Точно куда-то влип. Предлагаю исцелить его мне, а тебе чары лишний раз не показывать. Если это не проходная встреча, то тебе ещё инкогнито держать. Сон смогу на себя отвести. Алисия пожала плечами — Он все равно спит, но давай, лечи как следует и поспеши с нашим основным делом. Не могу я человека в таком состоянии в глуши бросить, но и позволить себе задерживаться тоже не можем. Пока будешь с зельем возиться, я его в чувство приведу и вкратце обрисую перспективы. В крайнем случае, с собой его потащим, заночует в доме, как нормальный человек. Она снова оглядела парнишку, что выглядел даже мельче нее. Вот ведь доходяга! Не теряя времени, чародей поднёс руку с протянутым пальцем ко лбу юноши и произнёс пару слов, проводя исцеляющую силу, а затем повторил то же самое с горлом. Как минимум парень потом убедится, что с лечением его не обманули... а остальное обсуждаемо. После этого Альваро оставил Алисию и отошёл к источнику. Сначала набрать воды. Сделано. Потом добавить каплю девственной крови. Покопавшись в сумке, Альваро выудил флакон с кровью Виктории. А потом ещё руку жечь... Надо бы камень присмотреть поровней, чтобы пепел собрать получилось. Алисия убедилась, что все порезы и недуги были исцелены, и аккуратно надела платок обратно. Горстью холодной воды она поплескала на лоб юноше (здоровому такое количество не навредит уже, оботрется), затем хорошенько, но не калеча, побила его по щекам и стала легонько трясти. Даже из магического сна можно худо-бедно вывести, если постараться. Будет немного сонный и вялый, но в целом соображать. Заметив первые признаки пробуждения, она отошла на шаг и присела на корточки, чтобы их лица оказались на уровне, когда парень совсем очухается. — Ну ты и соня, даже вчерашний шторм тебя не разбудил, — она пытливо изучала его взгляд, чтобы понять реакцию. Алисия рассчитывала, что увидев, что его не связали и не отобрали оружие, он поймет, что они не желают ему вреда. Впрочем, его лошадь все равно была где-то в ночной неизвестности, бежать ему некуда и незачем. Паренек, очухавшись, тут же сел и подобрался, словно бродячий пес, который давно прознал, что от людей одни неприятности. Он враждебно покосился на Эльсу, и начал прохлопывать карманы, будто проверяя, не срезали ли у него кошель. — Что вы со мной сделаете? — спросил он, понимая, что его не грабили. Лошади было не видно, значит, и ее не украли, просто убежала. Эльса не удержалась от похабной ухмылочки, но шутить вслух не стала: мало ли, пугливый — жуть. Она вздохнула. — Самое главное мы уже сделали: мой друг исцелил тебя, как и обещал. А если ты пойдешь с нами, то сможешь ещё и заночевать в тепле и относительном комфорте — у нас тут занят дом на отшибе. Лошадку твою уже ищут, но если не найдут — утром я тебе сама новую куплю, поскачешь куда хочешь. Не дело это — по ночам зимой шастать, — она снова ухмыльнулась, но теперь ухмылка была не похабной, а немного скептической. — Только у нас дело есть ещё. Срочное. Если у тебя с местными конфликтов нет, можешь нам компанию составить. Если есть, то покажу, как до дома добраться, но там придется объясняться с нашими товарищами, что это мы тебя направили. Меня, кстати, Эльса зовут. — Я... не могу в Ивуар. Я проездом тут, — облизнув пересохшие губы, ответил ей паренек. Какие-то слишком подозрительно-дружелюбные ему попались разбойники, да еще и насильно вылечили. Зачем? Просто так ведь явно не станут. Значит, есть какая-то цель. Расспросить, разузнать, пошпионить. Точно, шпионы. — Клод, — наконец сказал он, в ответ на то, что Эльса представилась. — Только лошадь надо найти мою. Там все мои вещи. Алисия представила себе ночные скачки по зиме и поежилась. — Бежишь от кого-то? Тебя преследуют? Меньше всего преследователь будет ждать, что ты тут задержишься. Местные все на виду, к ним напрашиваться не мудро. А если им не показываться, то и расспросов можно не бояться. Может быть наоборот выгодно погоню вперёд себя пустить, пусть ищут ветра в поле. — Неважно, — уклончиво ответил паренек и вытер лицо тыльной стороной ладони, поморщившись скорее по привычке, чем от боли, ведь ссадин и порезов на его лице уже не было. — Не хочу, чтоб меня кто-то видел. Поэтому и в деревню не поехал. Не нужно мне светиться тут. Я хотел поселок объехать по дуге через лес, а утром двинуться дальше. Дела у меня, — добавил он с легким оттенком гордости. Кунсей вскоре пригнал испуганную лошадь обратно, и поднявшись, Клод протянул руку к поводьям, взявшись за них и успокаивая коня, похлопывая его по мягкому носу. — Ну, как знаешь, — Алисия критически оглядела парня. Нет, это совершенно невыносимо. Скакать одному в холодную ночь! — Вот тогда хотя бы это возьми. Он очень хорошо согревает, лучше,чем твои вещи, — скинув подбитый мехом зимний непромокаемый плащ (и довольно дорогой, между прочим, других вещей она не носила), девушка набросила ему на плечи. Затем легонько чмокнула в щеку. — А это на удачу! Пусть твоя дорога будет легка. Клод ничего не ответил,  дернувшись в сторону, и поспешно залез на лошадь. Видимо, подумал, что встретил каких-то блаженных. Отказываться от дорогого плаща он не стал, но собирался снять его вскоре, слишком уж приметная вещь в его наряде. Пока Алисия разбиралась с Клодом, Альваро был занят своей частью. Найдя камень поплоще, он выложил на него отрезанную кисть эльфа-висельника и незамысловатыми чарами спалил её дотла. Кратковременное концетрированное испепеляющее пламя. В бою, к сожалению, в столь активной форме не использовать из-за точечности и требования концентрации, но в таких делах в самый раз. Добавив горсть пепла во флакон, где уже были разведены кровь и вода, маг закупорил верх и как следует всё размешал круговыми движениями. Готово. Вернувшись, он застал парня ускакивающим дальше в темноту. — Мне кажется стоило просто дать ему уйти, — высказав своё мнение, он пошёл к лошади. — А мы разве не дали ему уйти? — Алисия недоуменно переводила взгляд то на Альваро, то в темноту, в направлении, куда ускакал Клод. — Сразу дать уйти, когда он от помощи отказался. — А, ты об этом. Ну, это как-то, — она замялась, подбирая точное слово. — Блекло. Не по-тевинтерски, — пояснила альтус и решила перейти к делу. — Что там у тебя, все готово? Нужно спешить. — Готово, да, поехали, — снова усадив сначала девушку, а потом себя, Альваро повёл лошадь обратно к Ивуару. — Но я запомню, что в Тевинтере в уязвимом положении даже добродетели накинуться могут, — засмеявшись, он прижал девушку покрепче. 5 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, Ивуар, дом Лаберж Путь обратно прошёл без проблем, и чем ближе они были к дому Лаберж, тем сильней нарастало у чародея волнение. Близится развязка, а заодно и главное испытание. Если всё делать как надо, то должно сработать, осталось только не наделать ошибок. Повторяя про себя в очередной раз инструкции Анги, Альваро привёл лошадь прямо к дому семейства, чтобы не возиться с конюшней. И вот, уже держа флакон с ритуальной жижей, он постучался в дверь. Им открыли почти сразу же. Видимо, родители Диан не спали и ждали возвращения тех, кто пообещал им спасти дочь. Мадам Лаберж проводила их в комнату, где лежала спящая беспробудным сном девушка. Казалось, каждый прошедший час делает ее кожу чуть бледнее, ее глаза чуть более запавшими, а запястья — все более тонкими, похожими на птичьи лапки. Перчатки все еще были на ней, обманчиво-прекрасные, слека сияющие отборным шелком в полутьме заставленной свечами комнаты. Атмосфера здесь стояла гнетущая, а многочисленные свечи, оплавившиеся воском на поверхности, добавляли мрачности. Два крупных драгоценных камня неизвестного происхождения в центре перчаток почти зловеще отражали свет свечей, как глаза затаившегося, но готового к прыжку хищника. — Пожалуйста, Великая Разикаль, пусть у них получится... — услышал Альваро тихую молитву заплаканной женщины, что отошла в сторонку и замерла, стараясь не мешать. — Я отдам последнее в пользу Церкви, только пусть она поправится... — несчастная искренне верила, что Богиня поможет ей. Пропагандисты и миссионеры Крауфорда постарались на славу, распространяя благую весть. Страх, нагоняемый визитами потрошителей, тоже добавлял рвения людям. Ирония могла бы быть забавной, учитывая, кто именно собирался спасти Диан от смерти и против кого этот кто-то боролся, но смеяться почему-то не хотелось. Смотреть, как девушка в самом расцвете сил медленно погибает, и никто ничего не может сделать с этим, отбивало всякое веселье. — Что вы собираетесь делать? — спросил отец Диан, проскользнув в комнату вслед за остальными. В отличие от матери, он пока еще держал себя в руках. — От нас помощь потребуется? — Мы проведём особый ритуал, после которого сможем снять проклятые перчатки. Избавившись от них, Диан начнёт приходить в норму, бояться больше будет нечего, — Альваро постарался немного подуспокоить родителей. — Помощи не потребуется, но я бы попросил вас остаться в другой комнате и не заходить, пока мы не закончим и не позовём. Ритуал непростой и лучше с проклятьем встретиться только нам. А ещё им лучше не видеть Гарольда, чья помощь тоже может пригодиться. — Х-хорошо... Пойдем, дорогая, не станем мешать профессионалам, — мужик взял свою жену за плечи и увел рыдающую женщину в соседнюю комнату, прикрыв за собой дверь. От Альваро не укрылось, что он теперь носил нож за сапогом. Зачем? Отбиваться от демона или защищать Диан от всяких непрошеных женихов? В любом случае, оставалось лишь закончить ритуал и... надеяться, что все пройдет гладко. Дождавшись, пока родители не уйдут, Альваро раскрыл сумку и выудил оттуда флакон и лист с заклинанием, а затем обратился к Гарольду: — Мы сейчас немного поработаем с твоим сородичем, помешаем ему жизнь дальше у девушки высасывать. Если вдруг что-то пойдёт совсем не так и мы не сможем продолжить борьбу с ним — сбегай, пожалуйста, к нашим друзьям в таверну, позови на помощь, а то он ещё и нас пожрёт ненароком. После этого он оставил сумку в полуоткрытом виде у стены, встал в основании кровати и открыл флакон. — Так... — в последний раз прокручивая у себя в голове необходимые действия и перечитав заклинание, чародей поднял взгляд на Алисию. — Смотри. Мне надо сделать три круга против солнца и зачитать заклинание. Когда оно подойдёт к концу, я выплесну жидкость на перчатки и их надо будет резко снять, пока они ослаблены. Этот шаг я оставлю тебе. Анга говорила, что там можно будет что-то увидеть, но надо не паниковать и не бояться, так что будь готова к последнему сопротивлению демона, — максимально сосредоточенный Альваро на миг задумался, стоит ли настолько детально объяснять это альтусу. Может и нет, но ведь и не помешает? — Ладно, я начинаю. Последний вздох. Поехали. Прикинув в уме, сколько займёт чтение, чародей в соответствующем темпе двинулся по кругу вокруг кровати, чётко произнося каждую строку описанного ведьмой заклинания. Когда ритуал подошел к концу, Альваро выплеснул жидкость из фиала прямо на сложенные руки Диан, покоящиеся у нее на груди. Попав на перчатки, жидкость вдруг зашипела, словно кипящее масло, и от перчаток повалил черный дым, скручивающийся в спирали. Вместо того, чтобы подниматься к потолку и рассеиваться, он поглощал свет, тушил свечи, застилал глаза обоим магам — существо сопротивлялось, но было захвачено врасплох. У них было всего несколько секунд на то, чтобы снять перчатки прежде, чем демон внутри них придет в себя и войдет в свою полную силу, вцепится в Диан еще сильнее. Все звуки будто оказались приглушены. Если Альваро что-то говорил, Эльса его не слышала, как и наоборот. В глазах все плыло и размазывалось, мешая сосредоточиться. Существо всеми силами старалось отсрочить свое поражение. Девушка быстро подошла к лежащей на лавке Диан и сняла с нее перчатки одним движением. Послышался чей-то шепот, злой, раздраженный, что-то на аркануме, но расслышать было невозможно. Эта фигура будто бы всегда была там, в углу, пряталась в тени среди погасших свечей, притворяясь частью окружения. С перчатками ее связывали невидимые нити, как и с самой Диан, и сейчас эти нити истончились, стали прозрачными, слабыми. Оно ползло по стенам, пока не впиталось в зеркало, одиноко стоявшее в углу и прикрытое ветошью. Стекло задрожало, покрылось трещинами и разбилось, несколько осколков вылетели на пол, проскользили по нему и остановились у ног Эльсы. "Ты... ты... ты ведь хочешь... быть лучше... быть красивей... быть сильнее... заставить их всех... любить... только... тебяяя..." Шепот в ее ушах стал оглушающим, черные вязкие нити потянулись из разбитого зеркала к ней, маня и приглашая надеть перчатки на себя. Время уходило. "Я это хочу?", подумала Алисия, замерев и уставившись на нити, "Наверное, да, если дух так говорит. Им ведь виднее". Одна из нитей опутала ее запястье, но к счастью, Альваро не растерялся и атаковал демона. Опомнившись, альтус обнажила клинки и тоже присоединилась к схватке: похоже, разговора не получится. Жаль. Магия огня в таких условиях и в таком помещении была бесполезна чуть больше чем полностью, поэтому Альваро пришлось задействовать все свои знания в прочих школах, преимущество из созидания. Развеивая нити и по возможности контратакуя упрощённой энтропией для дальнейшего ослабевания демона, в конце концов ему удалось достаточно извести его, чтобы рассечение Алисей тумана закончило дело. — Лично пришёл бороться... — сказал Альваро, скользнув взглядом по устроенному беспорядку. Не просто в разум полез, а вот так. Что же, это не сильно ему помогло, ритуал действительно сделал своё дело. Алисия почистила оружие какой-то попавшейся тряпицей и спрятала в ножны. Огляделась. Подобрала оброненные во время боя перчатки и прислушалась. — Надулся и сидит, слабый совсем, — тихо сообщила она. — Вот чего было агрессировать, а? Сначала набрасываются, а потом обижаются. Как злые дети. Заткнув перчатки за пояс, она подошла осмотреть Диан. Девушка постепенно приходила в себя, туман и мрак вокруг рассеивались, и единственным, что напомнило о короткой, но яростной схватке из последних сил ослабевающего демона, были разбросанные по полу осколки треснувшего зеркала, одиноко упавшего на пол в углу. Едва заметно дрогнули ресницы молодой крестьянки, и она села, опершись на руки, в своем импровизированном ложе. — Что... где... кто вы? — ее голос звучал почти как шепот, будто она разучилась пользоваться голосовыми связками. Диан закашлялась, в горле ее пересохло, после столь долгого сна ее мучили голод и жажда, голова кружилась так, что она, измученно выдохнув, упала обратно на подушку, набитую соломой. — Мама... Очнулась. Ну вот и всё, получилось. Альваро наконец-то выдохнул, скидывая груз со спины. Анга ни в чём их не обманула, перчатки сняты, жертва спасена. — Всё в порядке, сейчас они придут, — присев на секунду у Диан, сказал ей чародей, и следом метнулся к двери. — Можно заходить, всё прошло успешно! Он раскрыл дверь пошире, подобрал сумку и отошёл в сторону, чтобы не мешать родителям. Пусть порадуются. Месье и мадам Лаберж словно ждали прямо за дверью. Они тут же вбежали внутрь и принялись обнимать дочь, плакать и расспрашивать ее о том, как она себя чувствует, но Диан лишь просила воды. Вскоре ей принесли жестяную кружку с ледяной водой из колодца, и напившись, девушка устало повалилась на лавку, закрыв глаза и тяжело дыша. Ей явно потребовалось бы некоторое время, чтобы полностью восстановиться, но основная опасность прошла, и на щеках ее, впавших и бледных, появился едва заметный румянец. — Вот, как вы и просили, он ваш, — месье Лаберж вручил Альваро неприметный железный браслет, блокирующий магию. — А эти перчатки... сожгите эту дрянь от греха подальше. Или хотя бы увезите из Ивуара. Чтобы больше никто не пострадал, — попросил он, вздыхая. — Простите, это все, чем мы можем вас отблагодарить. Были бы золотые, отдали бы все, но... — он развел руками. — В любом случае, мы всегда рады принять вас как дорогих гостей в этом доме. Получен предмет: Тусклый железный браслет (при надевании приостанавливает действие любой магии, положительной и отрицательной, на носящего. Не позволяет пользоваться магией) Получен предмет: Перчатки очарования (артефакт; при крепком взятии за руку разумного существа, оно начинает испытывать теплые чувства к носящему; против этого существа все броски на убеждение, соблазнение или обман проходят с бонусом +3; каждый день ношения необходимо бросать проверку Мудрости (Сложная), чтобы иметь возможность снять артефакт, иначе он начинает поглощать душу носящего. По истечении 2 недель постоянного ношения, хозяин впадает в кому.) Браслет, блокирующий чары, сам по себе был крайне ценной вещью, такую где попало не выкупишь, но указывать на это чародей не стал. Реморию, похоже, срочно потребовались деньги, раз он согласился продать браслет местным. Что же за такая отчаянная ситуация у него вышла? — А мы рады, что Диан теперь в безопасности, — улыбнулся мужчине Альваро. — Всего вам доброго, месье Лаберж. Когда браслет упал к остальным вещам, спасители двинулись к выходу. Ночь сразу превратилась из мрачной и опасной в спокойную и тихую. Даже дышалось легче. И людям помогли, и себе полезное получили, и даже мимоходом грядущую угрозу вычистили. Чувствуя расходящееся по телу довольство, Альваро уже на пути к калитке воткнул посох в снег, обернулся к Алисии и внезапно заключил её в объятия, с жаром целуя. До сих пор не до того было. Секунд десять не выпуская девушку, он наконец-то оторвался, заглядывая ей в глаза. — Ты в порядке? — вдруг спросил он с едва заметным беспокойством. — Демон дотянулся до тебя. Отчаянно покраснев, альтус бросила быстрый взгляд на дом. Хотелось надеяться, что семья слишком будет занята воссоединением, чтобы пялиться в окна, но место Альваро выбрал самое неподходящее. Ох уже эти антиванцы. — Мы ожидали, что он будет пытаться подчинить того, кто снимет перчатки, — девушка украдкой мягко сжала локоть Альваро, позволяя себе проявить немного близости, и улыбнулась. — Я в порядке. Пойдем искать Ангу сейчас или дождемся дня? — Утром сходим, — пока ещё не разрывая объятия, ответил он. — Анга планировала побег ночью, да и сами Дюссо наверняка уже спят. Задержавшись так на пару секунд без слов, Альваро наконец-то отпустил девушку и пошёл дальше, вытащив посох. Лошадь, наверняка впечатлённая ночными приключениями, стояла в кромешной темноте на привязи, пока её не освободили и не повели наконец к таверне. — Ты как будто не сразу стала сопротивляться, — стараясь, чтобы это не прозвучало как укор, заметил чародей на ходу. — Что демон сказал тебе? — Да ничего такого особенного. Что если я позволю ему помочь, то меня тоже начнут на свидания приглашать, и ухаживать будут всячески, — на самом деле демон говорил не совсем это, но Алисия нарочно так сказала. Надо же из этого извлечь какую-то пользу. Однако взглянув на Альваро она передумала. Он был одним из немногих ее друзей, а с другом захотелось обсудить то, что действительно волновало. — Ладно, если по честному, то сулил мне стать самой сильной, самой привлекательной, всеми любимой. Никогда бы не подумала, что мне хочется именно этого, но духи чувствуют то, что закопано у нас внутри, и вытаскивают это наружу. Даже и не знаю, как к этому относиться. — А не мог он заговорить в этом в подобии паники? — задумавшись, предположил Альваро. — До того как начался ритуал для него всё было спокойно, а тут внезапно ослабили и с жертвы стянули, вот и зацепился за самое простое и поверхностное, не успев залезть поглубже. Магесса задумчиво взъерошила волосы надо лбом. — Может быть. Они сначала прощупать могут, а по-настоящему глубоко докапываются в результате длительных контактов. Но все равно не ожидала от себя такого. По большому счету мне плевать на то, что думают обо мне другие. Если только речь не идёт о тех, чье мнение действительно важно. Например, друзей и семьи. Она подняла взгляд на Альваро. — Тебя он не успел подоставать? Судя по тому, как Алисия умела притворяться Эльсой, выставляя себя явно хуже, чем она есть на самом деле, проблем с самооценкой или мнением других у неё действительно быть не должно. Альваро всё ещё ставил на то, что демону надо было действовать быстро. — Нет. Хотя я готовился к этому, думал сопротивление пойдёт раньше. Похоже, вне перчаток его влияние слишком ограничено, — чувствуя эхо волнения от ритуала, сказал он. — Значит, тебя задержало не столько само предложение, сколько неожиданность от него? Звучит как занятная тактика в некоторых ситуациях. Она засмеялась. — Наверное, так. Но ты и сам неплохо справлялся. Интересно, что бы демон тебе предложил, м? — поинтересовалась она, с непринужденной легкостью вскакивая в седло. Кунсей был тоже готов отправляться, ждал лишь только, когда люди поедут. Альваро влез следом. — Полагаю, он предложил бы мне потрогать тебя, — как ни в чём не бывало сказал он и услышал в ответ резкий вдох. — Но он-то не знает, что мне для такого же эффекта перчатки не нужны, а то и вредны. По ноге девушки скользнула ладонь, и дыхание её стало немного тяжелей. Судя по реакции, в своём провокационном предположении он действительно прав. Но прямо сейчас Альваро решил не слишком заигрываться и повёл лошадь к таверне. Время уже совсем позднее, а Холт наверняка так и не спит, если ждёт результатов. 5 Зимохода, 9:89 года Века Дракона, таверна "Пивная кружка", ночь После недолгой езды животное наконец снова завели в конюшню и расседлали, оставляя теперь точно спать, а пара магов зашла в таверну, высматривая связного. К этому моменту Вильгельма уже не было нигде видно, а Уильям Холт спокойно сидел на своем месте в трактире, сложив руки на груди и надвинув на голову капюшон. В таком положении невозможно было сказать, спит он или нет, но приблизившись, маг и наемница услышали негромкое: — Задание выполнено, Скорпионы? — и Холт поднял голову, взглянув на них блестящими в полутьме глазами. Он явно не хотел отправляться спать до того, как все его люди вернутся целыми и невредимыми. После своего долгого отсутствия мужчина словно старался компенсировать это тем, что приглядывал за остальными больше обычного.  Спасение Диан не было в приоритете, но такое дело могло принести Скорпионам хорошую репутацию, даже сделать народными героями. Вряд ли, конечно, одна крестьянская девушка изменит отношение в целом, но выбирать не приходилось. — Задание выполнено успешно, — Альваро присел на свободное место, опираясь на посох. — Проклятие Диан снято, она слаба, но цела и впредь невредима. Родители не смогли заплатить нам золотом, но взамен на помощь удалось выменять кое-что другое, — немного покопавшись в сумке, чародей выудил браслет и покрутил его, показывая со всех сторон. — Браслет, выкупленный ими у Ремория Аквентуса, защищающий от чар. Также мы забрали источник проклятия — перчатки, очаровывающие жертв касанием, но придётся вскоре вернуть, — он наклонился вперёд и сбавил тон, чтобы затянувшие какую-то орлейскую песню выпивохи точно ничего не услышали. — Завтра с утра в специально назначенном месте у меня встреча с ведьмой Ангой, передавшей эти перчатки Диан. Взамен на них она отдаст свой посох, усиливающий магию владельца. Из непосредственно относящихся к заданию моментов это всё, но есть ещё пара побочных происшествий. Во-первых, во время подготовки одного из компонентов ритуала мной и Вильгельмом был обнаружен одержимый спящим демоном вяз. Пока что он не представлял угрозы, но я чувствовал его недобрые намерения и принял решение уничтожить дерево, пока он не пробудился, чтобы обезопасить это место в будущем. Также нами с Эльсой у родника был встречен незнакомый парень. Молодой, темноволосый, с лошадью, при боевом снаряжении, зовут Клод. С кем-то, видимо, ранее столкнулся в бою и стремился поскорей уйти. Мы его задержали, исцелили, но от дальнейшей помощи он отказался и ушёл дальше, собирался обходить Ивуар по дуге. Холт внимательно выслушал доклад, задумчиво покручивая железную чайную ложку в руке. Перед ним стояла кружка с давно уже остывшим напитком, к которому мужчина едва притронулся за время, пока сидел здесь после встречи с Альваро и Вильгельмом неподалеку на пустыре. Новости про одержимый вяз его не особенно сильно удивили, и решение о магии он оставил тем, кто в этой магии разбирался лучше него. А вот случайная (и случайная ли?..) встреча с неизвестным у Ивуара посреди ночи заставила Холта нахмуриться и подобраться. — Клод?.. Скорее всего, на ходу придумал. Разбойников тут, если верить местным, мало в последнее время, так что вряд ли из таких. Убегал от кого-то... — Уильям замолчал, словно бы пытался разговаривать сам с собой, размышляя вслух. Он на месте Эльсы и Альваро поступил бы иначе, но именно поэтому ему нужен был свежий, новый взгляд на вещи. Так и закостенеть можно в системе, выстроенной внутри собственного разума, и стать слепым к альтернативам и более полной картине происходящего. — Не нравится мне это. Лучше нам здесь не задерживаться и, как только закончим свои дела, выдвинуться в дорогу. Мы и так тут уже слишком долго, а время не ждет... — сделав небольшую паузу и решив пока не вдаваться в подробности, он добавил: — Идите спать, вы молодцы. Насчет Вильгельма — я отправил его на одиночную миссию. Он не особенно хорошо работает в команде, и его верность нашему делу под большим вопросом. Поэтому теперь он будет работать один. Кто знает, может, когда-нибудь мы снова его встретим, но пока советую забыть о нем. Утром у меня будут некоторые новости для вас, так что подождите всех, прежде чем идти на место встречи. Судя по всему, предполагалось, что завтра Эльсе тоже нужно будет составить компанию Альваро. Она не видела причин для возражений, а потому лишь коротко кивнула, выслушав распоряжения. — В таком случае, спокойной ночи, — девушка улыбнулась. Холт явно нужно отдыхать и восстанавливаться. — До завтра, — попрощавшись с ними, Уильям наконец со спокойной душой направился спать. До рассвета оставалось всего несколько часов, но он только сейчас позволил себе хоть немного отдохнуть. Все дела были разрешены, по крайней мере, на эту ночь, а утром он собирался провести небольшую встречу со Скорпионами и уведомить их об изменениях в отряде. Оставалось лишь надеяться, что все примут эти изменения с энтузиазмом, хотя если Холт хоть немного знал свой отряд, шансов на это было маловато. — Спокойной ночи, Уильям, — Альваро проводил взглядом Холта и только что осознал одну крайне важную вещь. — Я, кажется, сейчас умру от голода. К счастью, хозяйка сама пока бодрствовала, раз не все посетители разошлись, и из закромов удалось раздобыть кое-какой еды, чтобы наесться даже немного впрок после столь долгих приключений. Утолив одну из первичных потребностей, чародей со спокойной совестью сказал Алисии, что готов идти домой. Но на улице его настигла ещё одна мысль. Она крутилась рядом, но до сих пор как-то не до того было. — Слушай, — прямо на ходу обратился он. — Хотел спросить твоего мнения. Насчёт вяза. До разрешения вопроса с Диан как-то момент не подворачивался. В общем... изначально мы с Вильгельмом вышли к нему за той самой рукой повешенного, недавно долийца одного повесили, якобы скот крал и лошадь одну увёл, и под деревом закопали. Чтобы не вешать пойманных нами разбойников, решили к его помощи прибегнуть. Изначально я ощутил магические эманации от дерева. Попытался установить контакт в поисках духа, но ответа не получил, почувствовал только медленно растущую силу. Думаю, ещё несколько лет сущность вполне могла бы проспать таким образом. И уже когда я потревожил мертвеца и отсёк руку, пришло новое чувство. Дерево где-то внутри отреагировало на это, будто сон внутри на сущее мгновение сменился кошмаром. Не знаю, почему произошла такая сильная реакция, но дух по всем моим оценкам стал демоном. И я принял решение уничтожить дерево. Рассудил, что иначе Ивуару позже пришёл бы конец. Как думаешь... можно ли было сделать что-то ещё? — Хм, — магесса задумалась, припоминая все что могла слышать на подобную или близкую тему во время обучения дома. На ум приходили погребальные долийские традиции, изумрудные рыцари и одержимые деревья вроде тех, с которыми они сражались в эльфийской роще. — Можно было оставить и посмотреть, во что это выльется, но это плохая идея. Как эксперимент и объект для исследования интересная, но близость к деревне... Сам понимаешь, чем может обернуться, если все будет развиваться по худшему сценарию. Но мне кажется, это просто дух эльфа разозлиться мог. Долийцы хоронят своих и сажают дерево, веря, что именно в него уйдет душа сородича. Я слышала, где-то есть целые леса из таких могил. Гипотетически, можно было бы попробовать вытащить его из дерева и упрятать в филактерию, но вряд ли кому-то из нас такое под силу. Да и зачем? Сжёг и ладно. По крайней мере, теперь он точно никому не навредит. Жаль только, что деревенские так и не узнают, что ты их ещё и тут спас. Это могло бы пойти нам на пользу. С другой стороны, — добавила она немного подумав, — они, скорее всего, просто не поняли бы в чем проблема, как и не поняли бы суть спасения. Тебя этот вяз беспокоит? — Немного. Я сам толкнул его ко злу и сам же за эту перемену уничтожил, ничего хорошего в этом как будто нет, пусть даже это дух, а не человек. Если бы я был менее щепетилен, то можно было бы повесить одного из разбойников и отнять его руку. Они все так или иначе обречены либо на смерть, либо на рабство. "Тем более, что отнимать жизни тебе явно не впервой, и даже не всегда из такой уж великой нужды", — удручённо заметил про себя чародей. — Но быть палачом даже для таких не хотелось бы, — вступая таким образом с собой в незримую полемику, продолжил он. — Вопрос, в каком из вариантов большее благо. Или хотя бы меньшее зло. Она задумчиво проводила взглядом пса, рыскавшего вокруг по темной улице. Такие сложные темы посреди дороги. По-хорошему поговорить бы по душам дома, никуда не торопясь. Но что есть, то есть. — Ты пытаешься судить с точки зрения послезнания, — Алисия мягко взяла мага за руку и ободряюще сжала. — Но ты ведь не знал в точности, что случится. То есть, на самом деле выбор был не между испорченным духом и самосудом, а между самосудом и осквернением могилы. Выбирай сам, что тебе более противно, как велит твоя совесть. Меня с детства учили просчитывать последствия своих действий, так что я понимаю твои терзания. Но требовать от себя в прошлом выводов как с настоящего — глупость. Обработай новый опыт и двигайся дальше, уже с учётом нового понимания. Так будет лучше всего. Альваро как следует задумался над её словами. Они уже почти дошли до дома, как он наконец-то ответил: — Пожалуй, ты права. Спасибо.  

Раскидистый вяз   То, что они сделали с долийцем, отзовется эхом где-то в далеком будущем, и эхо это принесет с собой бурю.   Альваро поёжился. Если до этого у него были лишь подозрения насчёт того, что дух может принести Ивуару в будущем вред, то сейчас в этом не осталось никаких сомнений. Даже если дерево не выйдет из земли с корнями и не отправится рвать и метать, то оно как минимум заставит всех покинуть насиженные места, насылая кошмары и портя округу зловредной магией. Нужно предпринять меры, чтобы этого не случилось. Выбравшись из могилы, антиванец замотал руку в тряпочку и убрал в карман, чтобы не подкидывать такой подарок Гарольду, а затем обернулся к Вильгельму. — Это вмешательство в труп пошатнуло состояние духа. В будущем он вырастет в полноценного демона и устроит тут если не хаос, то по меньшей мере проклятое наполненное кошмарами место, — мрачно сообщил он. — Я предлагаю попробовать уничтожить его. Здесь и сейчас, благо что я владею магией огня. Даже если дух очнётся и окажет сопротивление, то он далёк от своего пика силы, и мы встанем перед меньшей угрозой, чем те, кто будет сражаться тут в будущем.

Раскидистый вяз   Так или иначе, спасать его было уже поздно, а вот послужить деревне он еще мог... особым, весьма неприглядным способом.   Альваро с сожалением взглянул на мертвеца, не испытывая никакого удовольствия от того, что предстояло с ним сделать. Но бедняга уже отмучился, а хладная часть его тела ещё могла спасти невинную душу. — Прости, но нам нужна твоя помощь, — тихо сказал маг, доставая из-за пояса кинжал и поднося его к запястью эльфа. Учитывая, что демон находился в перчатках, была логика в том, чтобы сжечь именно кисть, а не всю руку целиком. Готовясь в случае чего помочь себе магией огня, чтобы размягчить плоть в месте пореза, Альваро сцепил зубы и принялся за дело.

Раскидистый вяз   Альваро непроизвольно сглотнул. Духи, оказывающиеся в неодушевлённых предметах, редко находят покой и чаще теряют разум, становясь смертельно опасными безжалостными чудовищами. Узнать наверняка настолько заранее это вряд ли получится, поэтому чародей лишь мысленно обрадовался, что Скорпионы не встретили это дерево на пике своего могущества. — Дух действительно сидит внутри, но он спит и на попытку установить связь никак не отреагировал, — обернувшись к Вильгельму, сказал он. — А ещё он медленно набирается сил. Для нас именно сейчас это не актуально, но даже если дерево на нас не отреагирует, то лучше будет предупредить об этом местных. Неизвестно, когда оно начнёт влиять на всю округу с накопленной мощью. Пока что же предлагаю начинать копать. Я постараюсь следить за активностью дерева, чтобы оно нам не преподнесло никаких сюрпризов. Поблизости в воздухе болтался светляк, не дающий наёмникам оказаться совсем уж в кромешной темноте, а до холода дело ещё до дошло, чтобы появилась необходимость согреваться магией. За копанием оно и вовсе станет бесполезно, и без того жарко будет.

Таверна "Пивная кружка" -> Дом Морель -> Раскидистый вяз   — Земля там, наверное, снегом засыпана и промерзла вся, так что копать будет тяжело, но это уже на вашей совести. А если чего вылезет, то у вас с этим совладать шансов побольше, чем у деревенских. Только будьте осторожны.   — Обязательно будем, госпожа Морно, — наконец-то чуть улыбнулся маг. — Спасибо вам большое. Если бы не возможность найти руку у мертвеца, для начала обязательно надо было бы заглянуть к родителям Диан, чтобы убедиться в их желании провести над дочерью ритуал, иначе возник бы шанс сначала лишить кого-то жизни и руки, а затем обнаружить, что всё это было зря. Теперь же весь риск ложился на плечи Скорпионов. Заглянув вместе с Вильгельмом в дом Морель, чародей, припоминая, что у товарищей по отряду были лопаты, выпросил пару, а затем наёмники отправились на поиски дерева. Сумерки сгущались. Заметив тот самый вяз, посреди зимы выглядевший явно не столь гордо и красиво, Альваро ещё на подходе попытался проверить окружающее пространство на наличие разрывов в Тени или присутствия недоброжелательных сущностей. Вильгельма он намеревался предупредить сразу же, как только почувствует хоть какую-то угрозу. Но никакой мрачной ауры или злых взглядов на себе вокруг не витало. Зато небольшие эманации исходили от самого дерева, и враждебности в них не чувствовалось. Могло ли что-то жить внутри? — Возможно, дух есть в самом дереве, — когда Скорпионы подобрались ближе, сказал неварранцу Альваро. — Попробую разобраться, может быть обойдётся без конфликтов. Он воткнул лопату в снег и подошёл, кладя руку на ствол дерева. Магией стараясь дать дереву возможность ощутить чужое присутствие, Альваро задал спокойный мысленный вопрос: "Ты понимаешь меня?".

Таверна "Пивная кружка"   — Только вы это... — она замялась. — Может, не будете мертвых-то тревожить? Говорят, это опасно, а долийские могильники злые духи защищают. Мало ли, что вы там можете разбудить, если начнете руки покойникам отрезать.   — Я и Вильгельм — два опытных наёмника, маг и воин. Не переживайте, госпожа Морно, даже мы вдвоём способны побороться с духами, а если вылезет что-то особо опасное, то на помощь придут другие Скорпионы. Ни вам, ни кому-либо ещё ничего не будет угрожать, — постарался успокоить женщину Альваро. — Поверьте, будь обстоятельства хоть сколько-то мягче, я бы к такому не обратился, но единственная альтернатива для нас... — он тяжело выдохнул, — это прибегнуть к помощи тех, кто и так обречён на смерть или рабство. Если они ещё в Ивуаре. Мне кажется, что пусть лучше мы рискнём собой и отправимся к эльфу, чем станем палачами кому-то ещё. А насчёт Анги не стоит переживать: мы уже точно знаем, почему такое случилось с Диан, и этой же ошибки со своей стороны не совершим. Антиванец верил в свои слова не до конца. Анга... в теории могла обмануть их. Передать неправильный ритуал, наговорить ерунды, вариаций много. Может быть, чтобы спровоцировать демона в перчатках на что-то более жуткое и отомстить местным, может за чем-то ещё. Тем не менее, пренебрегать её советами Альваро не собирался и считал, что от правды она обретёт явно больше, чем от лжи. — Расскажете, как нам найти это дерево? — надеясь, что этого хватит, спросил он.

Таверна "Пивная кружка"   — Если на этом все, то я предпочла бы отправиться в таверну и поужинать. Йорки, не составишь компанию? Заодно подождем Холта, он уж точно должен появиться в скором времени, если только не закажет еду в номер, — она повернулась к эльфийке и предложила руку.   — Благодарю, Виктория, ты нас несказанно выручила. — Альваро кивнул девушке и вместе с Вильгельмом поторопился вперёд в таверну. Оставался вопрос с рукой, который маг пока ещё надеялся решить через слухи и, в идеале, недавний труп. Но надежда тут очень слабая. С момента прибытия Скорпионов ничего подобного не происходило, а если бы это случилось незадолго до них, то, скорее всего, они бы уже услышали об этом. Правда, оставался шанс, что подобное просто не выносилось к чужакам... Отыскав взглядом хозяйку таверны за стойкой, чародей направился прямиком к ней. — Госпожа Морно, — упираясь руками в стойку и слегка наклоняясь вперёд, тихо обратился к женщине чародей, — прошу прощения, нам снова очень помогла бы ваша помощь как знающего Ивуар человека. Мы, похоже, нашли способ спасти девушку от проклятия, но для этого нам нужна одна... необычная вещь. Приношу большие извинения за такой вопрос, но не было ли у вас в последнее время такого, чтобы кто-то завершил свою жизнь в петле и при этом не был сожжён? Может быть, пойманный бандит или... кто-то ещё? Это, к сожалению, очень важно для решения проблемы с проклятием и без этого никак не обойтись.

Таверна "Пивная кружка"   — Как отреагировал бы ты, попроси я твоей крови для якобы спасения некой неизвестной тебе девушки? Впрочем, можешь не отвечать.   Разумно. Альваро сам сомневался, что Виктория поверила бы в его ответ, так что они избавили друг друга от обмена малополезными фразами. Либо поверила бы и посчитала его глупцом, что тоже никакой пользы не принесло бы. К сожалению.   — Тебе кровь нужна сейчас? — сухо осведомилась она, поднося острый кончик когтя к ладони, но замирая перед тем, как надавить на тонкую кожу и заставить кровь выступить из места укола.   — Да, пожалуйста, — кивнул он и снова аккуратно пошарился в сумке, вынимая оттуда пару баночек. Одна из них оказалась заполнена зельем, её он вернул на место, а вторую открыл и приблизил к руке лаэтанки. Всего лишь капля...

Таверна "Пивная кружка"   — Допустим... допустим, я смогла бы вам помочь. Но зачем? Что мне за это будет?   На лице Альваро прочиталось замешательство. Пожалуй, он ожидал всякого, но уж точно не попытки что-то выторговать взамен у своих же союзников. Хотя... кажется, не она одна в Скорпионах решала вопросы взаимопомощи деньгами и выгодой. Вернув себе серьёзный вид, маг поразмыслил над вопросом, пока девушки обменялись между собой фразами. И он даже придумал, что мог бы предложить.   Наконец, тевинтерка повернулась к Альваро и кивнула, приняв какое-то внутреннее решение и прикусив губу. — Что ж, хорошо. Я дам свою кровь на этот подозрительный ритуал... при одном условии. Если мне когда-нибудь понадобится ответная и столь же серьезная услуга, я спрошу за нее с тебя. Согласен?   Такое ощущение, будто всё дело задание нужно одному только Альваро. Тому же Вильгельму это предложение не поступило. Теперь уже маг оказался не в замешательстве, а в удивлении. Подобная цена сама по себе отдавала возможным неприятным последствиями, а уж из-за самой Виктории эти опасения стали даже сильней. — У меня есть другое предложение, которое не будет заключаться в неизвестных будущих ситуациях, — ответил чародей. — Мы должны будем раздобыть сегодня или завтра зачарованный магический посох, и в обмен на твою помощь он мог бы достаться тебе. Если же по какой-то причине его у нас не окажется, то я лично мог бы предложить десять золотых в качестве компенсации. Что же касается услуг, то ты всегда можешь обратиться ко мне с этим без обязательств с моей стороны, Виктория. Если это что-то, что не будет противоречить моим принципам, то я помогу тебе даже безо всяких долгов. Он не стал озвучивать, в общем-то, очевидную вещь, что делать уже противоречащие принципам вещи он явно не хотел.

Ферма Дюссо   — Звучит логично. Руку-то достать просто, можно же кого-то повесить. Те же разбойники подойдут. И нет, моя кровь не подойдёт.   — Кроме разбойников вариантов у нас... почти нет, — мрачно сказал чародей. Нет, у него имелась одна мысль: в случае, если разбойников не окажется на месте, сказать всё как есть родителям и дать им выбрать, подвергнуть ли дочь риску или... От попытки представить подобное по коже Альваро прошли мурашки. Ужасный исход. Но для начала лучше закрыть вопрос с кровью. Зная, где живёт та часть Скорпионов, что с большей вероятностью ещё не успела проявить себя в близости, Альваро направился к таверне. И не без удачи: ещё на подходе он заметил только выходящих из бани девушек: Йорки и Викторию. Касательно второй у антиванца были определенные опасения, даже не относящиеся к девственности: она тевинтерка, лаэтанка и, соответственно, знает опасность передачи крови кому-то ещё. А ещё она не отличалась излишней добротой к чужакам. Смогла бы она довериться Альваро и Вильгельму? Захотела бы вообще прикладывать усилия ради помощи какой-то незнакомой девушки? Чародей мог и ошибаться на её счет. Сократив путь, пара Скорпионов направилась прямо к ним. — Йорки, Виктория, — поприветствовал девушек маг. — Нам могла бы очень пригодиться ваша помощь с нашим нынешним заданием. Вы, вероятно, в курсе ситуации с местной проклятой девушкой, Диан Лаберж. Она погружена в беспробудный сон и медленно иссыхает, время её на исходе. Мы смогли выяснить, что именно служит причиной проклятия и какой ритуал способен помочь ей, но для этого в качестве одного из ингредиентов нам нужна капля, приношу извинения за столь деликатные подробности, девственной крови. К сожалению, ни я, ни Вильгельм не смогли бы предоставить для таких целей свою, поэтому мы оказались в не самой лучшей ситуации и вынуждены обратиться к кому-то, кому можем доверять. Возможно, кто-то из вас смог бы помочь нам? — с надеждой спросил он.

Ферма Дюссо   — Теперь идите, Диан ждет.   Альваро молча кивнул и, махнув Вильгельму, отправился наружу. Солнце уже начинало заходить за горизонт, и времени у Скорпионов оставалось не так много. По крайней мере, до ночи. — Насчёт крови предлагаю опросить наших, — уже выйдя с фермы, на ходу сказал наёмнику чародей. — Им, в отличие от местных, мы точно сможем доверять. А вот с рукой непросто. Есть мысль сходить для начала в таверну и спросить госпожу Морно, не было ли тут недавно повешенных. Если нет, то... — Альваро запнулся и нервно сжал кулаки, — можно попросить воспользоваться одним из тех бандитов, которых мы словили накануне. Если за ними ещё не приехали, но я как никогда надеюсь на непоспешность легионеров. Разбойникам всё равно грозит либо казнь, либо рабство, так что здесь по крайней мере благодаря этому получится спасти девушку. К слову... у тебя как с кровью? Не подойдёшь? — более чем серьёзно спросил он, бросая взгляд на Вильгельма.

Ферма Дюссо   — Я тебе заклинание напишу, которое маг должен будет читать. Заговор этот должен помочь тварь ослабить, чтобы она девку не убила, пока вы ее отделять от рук будете. Только смотрите, слабость эта недолго продлится, и тварь эта силы обратно вернет. Искушать вас будет, чтобы перчатки надели, магией своей, без слов обещать, сколько власти и силы она вам над людскими умами даст. Не повторяйте ошибку Диан, не то спасать вас будет уже некому. Все понял?   Альваро ответил не сразу, запомнил и повторил услышанное про себя несколько раз, чтобы точно не ошибиться. Подобные ведьминские ритуалы ему никогда раньше не встречались, а рассказы казались чем-то близким к обычным суевериям, а не специфичной магии. Но сейчас не время проявлять пренебрежение или нежелание пользоваться узнанным — от этого зависела жизнь Диан. Подмешать, сжечь, добавить, читать, обходить... Вроде бы всё уложилось в голове. — Понял, — кивнул маг и, отойдя чуть в сторону, приоткрыл сумку и, стараясь не сильно помешать Гарольду и не показать его, достал закрытую чистый лист бумаги с закрытой чернильницей. Впрочем, решив, что с чернилами выйдет слишком много возни, убрал последнюю обратно и достал уже уголёк. — Вот, всё есть, — возвращаясь к решетке, маг протянул Анге необходимое.

Ферма Дюссо   — Я вам ритуал этот расскажу, коли пообещаете, что перчаточки мне вернете. Мне они, знаете ли, дороги, почти как питомец. Я вам ведь уже посох свой отдать пообещала, а такой предмет, как перчатки эти проклятые, вам ни к чему, верно?   Побочный эффект действительно был, а девушка, не понимающая опасности, его неразумно спровоцировала. Перчатки, похоже, стали пристанищем демона, помогающего лишь с соответствующей платой. А способность, даруемая им, стоила явно недёшево. Девочка, быть может, неосторожна и неразумна, но ей всё равно надо было помочь, смерти она не заслуживала, а родители не заслуживали таких страданий. Этот урок Диан точно должна запомнить. Что же касается самих перчаток... Сделки с демонами, даже не облачённые в слова, не заканчиваются ничем хорошим, об этом Альваро рассказывали достаточно. За выгодой всегда следует расплата, а расплачиваться на таком задании — тот ещё риск. Взять под контроль артефакт скорее всего не получится, так что риск вряд ли того стоит. — Хорошо, я обещаю, я верну тебе перчатки, когда мы проведём ритуал. Если, конечно, ты не уйдёшь отсюда раньше... — думая над непростыми требованиями, сказал Альваро. — Только у меня один вопрос: рука повешенного и кровь девственницы — это такой способ придать рассказу мистичности или действительно необходимые ингредиенты? Это... не самые легкодоступные вещи.

Ферма Дюссо   — А теперь давайте сюда зелье, — ее сухая тонкая рука вытянулась сквозь решетки, требовательно пошевелив пальцами. — Да не вздумайте подсунуть мне какой-нибудь хлам, уж я-то свои зелья точно узнаю.   Что же, сейчас будет крайне важный момент для всей этой истории. А ещё риск того, что Анга захочет схитрить и сделать что-то... не то. Альваро на всякий случай внутренне приготовился, но при этом надеялся, что ведьма пойдёт навстречу. В конце концов, если слова о Диан окажутся ложью, то за ней могут погоняться не только местные, а ведь именно излишнего внимания она и хотела бы избежать. — Не вздумаем, всё честно. А ты, пожалуйста, исполни свою часть сделки, — сказал он и передал флакон.

Ивуар   — Ну строго говоря, мы можем еще попросить Феликса допросить её с помощью магии крови, но можно и отдать зелье. Так будет проще.   — Да... Я думал над вариантом с Феликсом, но он тоже накладывает определенный риск: если вдруг чары сорвутся или мы не успеем узнать всё необходимое, то второй попытки у нас не будет. Сомневаюсь, что Анга захочет после этого работать с нами. По крайней мере честно... — кисло усмехнулся Альваро. — Так что с зельем действительно проще. В таком случае, идём. У антиванца возникла ещё одна мысль насчёт возможного хода событий и слов Анги. Может быть вещь, которую она отдала Диан, сама по себе в самом деле могла как-то ей помочь, но одновременно с этим на ней было завязано определенное условие, которое девушка нарушила и спровоцировала таким образом побочный эффект или иные опасные силы? В таком случае ситуация действительно стала бы неоднозначной. Но правду они узнают скоро. Вернувшись на ферму, наёмники вновь отправились к ведьме, но на этот раз Альваро попросил хозяина дома на всякий случай закрыть дверь. Это не удержит настоящего мага, если тот захочет вырваться, но как минимум даст лишнюю задержку, за которую можно попытаться помешать ему. Заранее, ещё до входа в дом, приняв от Вильгельма зелье, чародей достал его и подошёл ближе к клетке, чтобы его не удалось легко подслушать со стороны двери. Баночку он благоразумно держал за спиной. — Если мы передадим тебе зелье невидимости, то когда ты планируешь воспользоваться им, Анга? — спокойно и тихо спросил Альваро.

Дом Лаберж   — Я бы предложила вам больше, но боюсь, что у нашей семьи почти не осталось денег. Разве что те подарки, которые Диан получала от Вернера... может, они просто дешевая подделка, но если их собрать и продать, может выйти небольшая сумма. Главное, спасите нашу дочь. Остальное для меня не имеет никакого значения.   — Хорошо, — кивнул Альваро. — Пока что мы оставим вас, но, думаю, скоро можем вернуться. Не отчаивайтесь, ваша дочь ещё не потеряна. Обернувшись к Вильгельму, чародей кивнул на выход и вместе с ним покинул жилище Лаберж. Пришлось отойти подальше от домов, чтобы никто лишний точно не смог ненароком подслушать или подобраться незаметным. — Боюсь, что попытка решить проблему самостоятельно для нас успехом не увенчается, — осмотревшись по сторонам, негромко сказал наёмнику Альваро. — Что возможная смерть, что передача проклятия — слишком серьёзен результат риска, чтобы пренебречь им. Соответственно, думаю, нам нужна помощь ведьмы. Сейчас только она сможет рассказать наиболее важную часть истории. Я бы предложил обменять зелье на информацию. Это наименее рискованное и наиболее честное предложение, при котором, по факту, мы ничего не потеряем и сможем потенциально получить награду как от Анги, так и от родителей девушки. Вариант убеждать местных в её невиновности мне не нравится тем, что мы не знаем правды, и, соответственно, это будет попытка уверить людей в непроверенном заявлении. Вариант организовывать побег лично намного более сложен, нежели передача зелья. Мы можем предпринять меры, чтобы она не воспользовалась зельем раньше необходимого, получить информацию и воспользоваться этим, чтобы помочь Диан. Может, у тебя есть другие мысли на этот счёт?

Дом Лаберж   — Но не были уверены, что дело в чем-то из ее одежды или украшений, — мрачно добавил доселе молчавший отец семейства. — К тому же, я слышал, что проклятые предметы лучше вообще не трогать и лишний раз не тревожить, а то мало ли что может произойти. Проклятие-то может и на другого перекинуться, или и вовсе убить девочку.   — Такое возможно, — кивнул Альваро. Не обязательно всё именно так, но даже небольшой шанс уже ставит девушку под смертельный риск. Это не вариант. — Вы правильно сделали, что не стали спешить. Была ещё вероятность, что сильная аура исходила от браслета, выкупленного у Ремория, но так или иначе он точно не был повинен в проклятии и беспробудном сне. Чародей подзадумался насчёт всего услышанного. Пока что самая важная часть всей истории, а именно сделка с Ангой и её неизвестные последствия, оставались в тени. Наверняка рассказать обо всём смогла бы только сама Анга. И она свои условия уже озвучила. Попытки угрожать ей вряд ли окажут необходимый эффект: местных она боится недостаточно, так как считает, что сумеет сбежать сама при возможности, а наёмникам с её смерти никакой выгоды нет. Стоило обсудить всё с Вильгельмом, но для начала... — Мы постараемся вернуть вам вашу дочь и избавить её от проклятия, — серьёзно сказал родителям девушки чародей, — и мы знаем, что денег у вас немного, поэтому, в случае успеха, я бы хотел попросить вас отдать нам браслет, выкупленный у господина Ремория. И больше ничего. Если Диан будет жива и здорова, то он ей больше не понадобится.

Дом Лаберж   — Даже не знаю, что и делать... у нас в деревне магов отродясь не было, вот только Анга, но она, знамо дело, своей вины не признает. Ну ничего, когда пламя ей пятки будет лизать, сознается, — с неожиданной злостью вдруг сказала женщина.   — Я маг. А этот предмет ей в теории мог передать и гость из города, — высказал ещё одно предположение чародей, к этому моменту уже сумевший понять, в чём именно проблема.  На Диан в самом деле была магическая вещь. Возможно, что-то из одежды или украшений, но однозначно сказать нельзя, аура была слишком сильной и размазанной, чтобы установить точное место. А чары на вещи, судя по ощущениям, связаны с давлением на сознание. Либо энтропия, либо что-то ещё близкое к магии крови. — На ней действительно есть что-то проклятое... — сосредоточенный на чувствах, негромко сказал Альваро. — Судя по ауре, сон может быть вызван именно этим.

Дом Лаберж   — Вот Диан и отчаялась, пошла к Анге. Какое-то время все было хорошо, а потом она... просто однажды не проснулась. Где-то пара недель прошла с тех пор, как она к Анге ходила, даже настроение у нее хорошее было, говорила, что теперь-то уж точно все будет хорошо. И тут такое...   Значит, богатей-андерец оказался всего лишь внуком мелкопоместного дворянина... Впрочем, среди местных жителей он действительно мог считаться необычайным богачом. И шансов выйти за него у девушки явно больше, чем если бы это был настоящий богач проездом. — А проклятой вещи от Анги не было? — поинтересовался чародей. — Мы слышали, что ведьма дала вашей дочери что-то, что должно было помочь ей выйти замуж. А ведь это могло оказаться лишь следствием слухов и болтовни местных. Или же развитием мысли в отношении чего-то другого, не столь явного и очевидного. Учитывая, что местные явно испытывали к ведьме определенные предрассудки... Параллельно с вопросом маг старался обследовать Диан на предмет возможных чар. Учитывая, что от того же зелья невидимости эффект можно было распознать магией, быть может и от чего-то ещё след вышло бы обнаружить.

Дом Лаберж   — Вы те наемники, да? Чужаки? Простите, у меня нет для вас работы, и денег вам платить тоже нет, — сокрушенно покачала она головой. — Если это то, зачем вы пришли, то сожалею, ничем не могу помочь. Мы... — она замолчала, видимо, пытаясь подавить волну паники, и сглотнуть вдруг вставший в горле комок. По виду домик был небольшим и не особенно выделялся на фоне других таких же крестьянких избушек, да и судя по застиранной одежде, сама Лаберж, если это была она, не страдала от избытка золота.   У Альваро ещё заранее возникла идея, что можно было бы взять вместо денег в обмен на помощь девушке, не менее ценное и уже доказавшее свою работоспособность, так что слова матери его совершенно не взволновали. А вот её состояние уже да. Родители Диан явно пребывали в таком положении, что не проникнуться сочувствием к ним было невозможно. Подав Вильгельму сигнал "всё в порядке", чародей обратился к женщине как можно более успокаивающим тоном. — Госпожа Лаберж, не переживайте, мы пришли помочь с проклятием. Золото не понадобится. Если вы позволите, мы бы хотели взглянуть на вашу дочь и поговорить с вами о случившемся. Диан ещё можно спасти.