На пороге бункера появился странноватого вида молодой человек. Он был одет очень просто: черные брюки (вы удивитесь, но не сшитые на заказ и даже не от Армани, а просто брюки за 50 баксов, кои можно купить буквально в каждом магазине одежды), белоснежная рубашка и тонкий черный галстук, который можно было бы счесть аккуратным, если бы он не был помят. Как и вся остальная одежда, что позволяло сделать неудовлетворительный вывод об аккуратности владельца. Из общего антуража выбивался еще и значок, приколотый у сердца.
Взгляд суперзлодея, напоминающего скорее студента после шумной вечеринки с выпивкой, травкой и девочками, был неподвижен и устремлен на какую-то одному ему известную точку в пространстве. При этом один глаз был странно прищурен. Волосы находились в живописном беспорядке, дополняя образ «Устал грызть известные минералы, начал квасить». Руки покоились глубоко в карманах брюк, а молодой человек тихонько напевал себе под нос какую-то странную…
Ах да, и последняя деталь облика. Нижнюю половину лица закрывала марлевая повязка а-ля «японцы боятся гриппа» с нарисованной карандашом дружелюбной улыбкой. Ну почти дружелюбной. Чем-то напоминающей злобный оскал.
На пороге «апартаментов», дизайнер которых вдохновлялся казармами бойцов спецназа (не лучший пример для подражания, как ни крути…), злодей замер и обвел помещение таким обалдевшим взглядом, будто в нем находились как минимум инопланетяне. А как максимум — говорящие кровати. Но этого молодого человека таковое население комнаты поразило бы много меньше команды злодеев, вяло перебрасывающихся какими-то там репликами. Вступать в разговор нововошедший не спешил, вместо этого комната подверглась более пристальному изучению взглядом, ставшим вдруг колюче-подозрительным.
Наконец визуальный осмотр был завершен. Зябко передернув плечами, прибывший сдвинулся с места, упав на колени и внимательно осматривая то, что было под кроватями. Удостоверившись, что там было ровным счетом ничего, он вновь переключился на одушевленные предметы. Подойдя к мужчине восточной наружности, он некоторое время настойчиво в него вглядывался, словно пытаясь содрать взглядом кожу и изучить строение мышц.
— Нет, не ты, — вердикт был вынесен абсолютно бесцветным тоном, каким сообщают, что выходить на следующей. Следующей, кстати, была эффектная блондинка. Ее изучение, правда, длилось совсем недолго, буквально секунд пять. — И не ты, — в голосе скользнуло легкое разочарование. Глаза уперлись в шубоносного деда. — Может, ты? А, не ты, — уже откровенно сердясь, буркнул он. Того же вывода удостоился черноволосый, разве что голос звучал уже зло. Тут он заметил девчонку с кроликом. В глазах сверкнула надежда. Он подошел к ней, указательный палец уперся в грудь хозяйке кролика, лицо в повязке почти вплотную приблизилось к детскому личику. — Ты! — торжествующе выдохнул он. — Ты… ты видела… ЕГО?! — таинственно, нервически посматривая по сторонам, спросил он.