Чешуйчатый Птиц

Теувин, наследник гезета Дьюла С одним заданием лучше было разделаться сразу. До того, как отпустить помогавшего ему призрака, он перехватил ее за талию и успел поцеловать в щеку. Нос защекотали локоны и явственный парфюмерный запах. Черти, чихать было совсем неуместно. Ухаживания точно были не его сферой, даже такие безобидные. А вот его дама так не посчитала и вернула поцелуй - с чуть большим рвением, чем получила сама. Кажется, ее умиляла неловкость. Рыжий эльф тоже искал себе "брюшко", но в сторону, куда он пошел, Теувина не тянуло. Он скорее обменялся бы этими поцелуями с самим эльфом, в шутку через одежду это было бы забавней - танцовщицы были слишком провокационным вариантом. И чтоб ее, эту внутреннюю порядочность, не дающую покоя даже во сне. Пора и ему шутить как господин Араннай, да вот только он ни в какую сторону пока не танцует. Во всех смыслах. Но на будущее - запомнит. Он лучше поищет нага - Лиса, кажется, превращаться в пушистого зверя не торопилась. 

Теувин, наследник гезета Дьюла Зайчики ему нравились. В опасную игру сыграть тоже хотелось. Останавливало только то что где-то там, куда ему предстоит вернуться, он был помолвлен. Мало ли кого в "ротик" придется целовать. Видимо, именно из-за этого и хотелось. Чуть-чуть нервы после вина просили щекотки и, может, несознаваемый протест просил выхода, самую малость. В шутку пройтись по черте казалось сейчас казалось стоящим удовольствием. Вверять себя забавам призраков - дело то еще. Но правила уже известны, сам поцелуешь - и элемент опасности пропадет. Теувин поймал одного из призраков женского - вроде бы, он был почти уверен что они их меняют - обличия и предложил подержать игрушку, пока он будет ее целовать наугад. Другому разрешил закрыть себе глаза, раз вокруг прошелся кокетливый шепоток о жульничестве. Пришлось довериться, лишь бы сами не сплутовали слишком откровенно. везение отличное или сплутовали-таки? Где там суровая дружеская мужская грудь)

Лесной отшельник Из чтения его вырвали внезапно, неприятно и по самому носу. Какой-то рыжий остроухий решил, видимо, приобщить его и их странной игре с поцелуями. И не дожидаясь реакции, быстро ушел ловить остальных. Зря, отшельник бы его поцеловал. Так поцеловал, чтоб мало не показалось. В момент какой-нибудь неподходящий. И чтоб на весь вечер хватило, целовальщику такому. В его представлении это как раз сошло бы за наказание. Впрочем, много чести бегать за каждым чмокнувшим, времени и так немного осталось. Так что уподобляться веселящейся молодежи он не стал - а там остроухого и без того оплеухой наградили, можно позлорадствовать про себя - да и довольно.  Он раздраженно стер поцелуй с носа и нашел взглядом Теувина, предже чем вернуться к чтению. Что там с их уговором? Тот только разве руками. Теувин, наследник гезета Дьюла - Прости, не уберег. - он пытался давить смех, а потом обратился уже к Рыжему, шепотом, - Стоило меня вперед пропустить, у меня хотя бы устойчивость к проклятиям есть, а то мало ли.

Теувин, наследник гезета Дьюла Он задумчиво подергивал струны гитары. После звездной поэзии настроение стало совсем странным. Не привык он к лирике о таких маленьких, жизненных вещах. Дышать кем-то - постоянно, каждую секунду, то, что не замечаешь. Как к ним в голову приходят такие сравнения? Или это время такое творит с человечеством. Пожалуй, когда-нибудь после он и вправду найдёт время поговорить с Рианом о политике или мироустройстве. И, может, о чем-то немного более душевном. - За весёлой музыкой и правда надо звать антиванцев - здесь никто лучше не справится. Подождём их. А немного лирики можно и наиграть. Пока народ остывает.

Теувин, наследник гезета Дьюла Пришлось найти момент когда вокруг станет немного потише - и когда закончат танцевать. Перебивать веселье хотелось меньше всего. Особыми певческими талантами Теувин не обладал. Но сон же такое дело, в котором легко себе позволять непозволительное. Сказать что думаешь, показать что чувствуешь и даже как сильно чувствуешь, выпить сколько захочется, вести себя раскованнее или даже... Он вздохнул - что и думать об этом. Песня эта была одна из самых светлых, что он знал на родном языке. Он не считался красивым в их мире, но только на его родине тема, которую он захотел поднять, звучала привычно и без неловкости. Даже в контексте любви. - К сожалению, песня под гитару не писана, но она хорошо звучит и а капелла. Или таверна что-нибудь придумает. Мелодия тут не главное, а главное - что? - он присел на край ближайшего стола - чего тоже и не подумал бы сделать в жизни - поднял бокал прежде чем совсем его отставить, чтоб прозвучало почти как тост. - Grande amore. Любовь, крепкая как смерть. Любовь, крепкая, как любовь Смерти. Смерти, встретившей того, кого не смог убить. Влюбленный Смерть будет ждать сколько угодно, его будущее "навсегда" самое нерушимое из возможных. Пою для собравшихся здесь призраков - им эта лирика все-таки ближе будет. А то мы тут любим забывать, где находимся. Он на какое-то время задумался о своем, после того как закончил. Но почувствовал что пауза затянулась, и побыстрее свернул это дело, переходя на веселый тон: - И, кхм, жили они долго и счастливо. А на гитаре сыграю чуть позже, если еще пожелаете.

Теувин, наследник гезета Дьюла -О, мой друг я так мало знаю о тебе, но пользоваться успехом  у здешних  девушек мне нравиться.   - Смотрю, сейчас тут все друг друг узнают чуть лучше. И заодно популярностью попользуются. Или воспользуются, это уж как повезет. - сказал он, наблюдая за Ариадне. - Пойду сыграю в свою опасную игру. Если все-таки придется танцевать - хоть посмеемся. - и отлучился на минуту, чтоб получить свой фант.   Положил перед попугаем раскрытую ладанку с белым камнем внутри. - Поменяемся? Ты мне карточку, а я тебе блестящую штуку оставлю. Даже расклевать можешь - святость святостью, а давать поклевать своим экзотическим птицам кусочек камня Марита Небесного - признак самой шикарной жизни. Приобщайся. Кто б мог подумать, что это обычный мел.   Задание 1. возьму

Теувин, наследник гезета Дьюла Вдоволь насмотревшись на танцующих, распробовав антиванское вино с провокационным названием, молодой дьяр начал искать себе новый объект интереса и решил пойти на запах замечательных роз.   - А вы удачливы, господин Риан, по крайней мере здесь. Пользуетесь популярностью у волшебных созданий. - он припомнил недавний страстный танец с демонессой и теперь этот обмен теплыми взглядами с Ариадне, - Не забудьте вино здешнее оценить, оно ничуть не хуже вин моей родины, а там в них знают толк. Как сказал бы господин Араннай, "Rosso come il sangue, dolce come il frutto di una vite e inebriante come una grande amore..." Возможно это не совсем тот антиванский, но что-то в духе. Кофе ведь здесь всегда можно выпить.   На самом деле ему очень хотелось бы, козырнуть своим народным анарским, который оказался весьма схож с антиванским, перед Араннаями - помня о том, как раньше он в нем пару слов с трудом связывал. Но эффекта не получилось бы, они бы его не поняли по понятным причинам, да и где они сейчас. Поэтому он просто подмигнул Неро, и порадовался про себя.   Наконец гости от танцев начали переходить к стойке с фантами. - К слову про grande amore - не желаете присоединиться? - снова обратился он к Риану, - Я, вот, подумываю. Может тоже розу от прекрасной феи заслужу. Или укоризненный взгляд от нашего любителя книг. Даже не знаю, что соблазняет больше.   Он нарочно старался даже не намекать на серьезные темы. В другой раз он бы поговорил с этим рыцарем Республики и о политике, о том, как живется в их мирах, и что было бы лучше. Теперь он знал бы что говорить - сам уже по уши заляпан вершением судеб. Но все это лучше оставить на другое время, ничего путного от таких разговоров на праздниках не бывает. И розы вянут.

Теувин, наследник гезета Дьюла – Эм, Здравствуйте, с вами мы кажется уже знакомы, а вот вас я вижу впервые, меня зовут Хикс Фрей, надеюсь на приятную беседу. - Это исправить не сложно. Меня зовут Теувин, здесь еще уточняют, к какому… народу, роду существ или чему-то вроде принадлежат, но тут ничего интересного не скажу – не заметил, чтоб наши люди отличались от других. Насчет беседы - можете, конечно, составить ему компанию, - Теувин кивнул на спутника, - если в настроении выслушивать лекции о незнакомом  мире и пыльными трудами восхищаться. Или составить компанию мне – и пойдем, проверим какое вино водится у Неро. Там и беседа легче пойдет. Выбор довольно очевидный. Верите ли, никогда еще не пробовал тут ничего крепче кофе.   - Не думал, что джедай Риан умеет так отжигать. А вообще, Сильвия - дама вон того мага. Я его мало знаю, но тебя знаю ещё меньше. Зевран. За что пьём и о чём танцуем?   После того, как его не узнал даже Лотвиг, он уже знал, чего ждать от других. А говорят, жизнь людей не меняет – его она, видимо, потрепала знатно. Пока же он с удовольствием последовал всем гастрономическим советам.   - Пьем? – он обвел зал взглядом, - За что тут можно выпить, чтоб никого не обидеть? Пьем за южное солнце, бархатные ночи, волшебные леса, звездные рубежи и прочие вещи, которые здесь есть кому звать родными.  Для знакомства. За любовь тоже выпьем. Но о ней пусть говорят те, кому есть что сказать.  – потом вздохнул, - А танцую здесь не я, а тот господин с книгой, но он не в настроении.

Лесной отшельник Всегда так - только выпадет возможность провести ночь с удовольствием, так сначала найдется желающий подонимать, а потом и вечеринку устроят.  Концентрация призраков вокруг вскочила до той отметки, что только в аномальных зонах бывает.   - Они еще будут спрашивать от кого я в лес ушел. – прошептал он так, что только незваный собеседник его и слышал.   Хотел бы он сказать, что продолжит разговор в другой раз, но не пойми откуда взявшийся дьяр успел его заинтересовать, пусть и таким грубым образом. «Хочешь узнать кто я такой? Знаю, хочешь» - не интриган ты, а ремесленник, мальчик. Пусть, он поддастся начинающему, взамен на обещание над навыком поработать. Другого раза все разъяснить может и не быть.   - Брось, уж не от людей-то точно ты ушел. Надеюсь, ты не уйдешь сейчас. Сиди, сделаем вид что тебя нет. – собеседник развернул свой стул к центру таверны и отгородил отшельника собой от публики. - Да вот, книга пока еще без меня скучать будет, как руки греет. – отшельник погладил ее, стараясь не хмурится, разговаривать со спиной было не так уж комфортно. – Давай к делу, что ли. Так откуда я могу тебя знать?   Теувин, наследник гезета Дьюла - Вопрос отличный. Только жаль сейчас время на деловой тон тратить. Теувина весьма заняло происходящее. Он слышал что-то краем уха о празднике любви – и надеялся, что здесь этими словами называется что-то позанятнее, чем то, что можно был счесть за праздник любви анарской золотой молодежи. Там у них этот праздник не прекращается – летом зацветают местные «угощения», зимой приезжают товары с юга. Еще назовутся «детьми цветов» - нелепо, но не без лирики, им подойдет. Впрочем, в их купальнях ему даже нравилось – здания внушительные, декорации с фантазией, анары красивы – во всех видах и смыслах, как-никак древняя кровь. На Араннаев похожи чем-то. Светлые волосы, золотые глаза, южный загар – какие подходящие мысли для праздника любви. А что на ум пришел образ его Эрмины, что даст фору чистокровнейшим анарийкам – совсем не ее заслуга, просто ассоциации.   - Давай ты дашь мне посмотреть на веселье, а я обеспечу тебе относительное спокойствие. Или, может, с тем господином объединишься? В твоем духе компания, приглашай, пока не заняли.  – кивнул он на альтмера с клюкой, - Я же почти уверен, что танцуешь ты неплохо. – добавил он уже серьезно, - А там по результату решим с тобой, кто кому вопросы задаст.   - По какому, к лешему, результату?   - Да мало ли какой он тут может быть. – он встал, весело, в настроение происходящему, махнул на прощание и решил для начала отправится к пирожным – и вину, выгодная исходная позиция. И танцующих с нее удобней рассматривать, и фей, если решат обратно превратиться.

охватил вчерашнее, поиграл сам с собой, и что-то многословно) Теувин, наследник гезета Дьюла   Он очень долго не вмешивался в происходящее вокруг. Его разобрала ностальгия, а предаваться ей следовало со вкусом и созерцательно. Что оказалось несложно – благодаря щедрости Неро и играм демонессы. Да так, что он почувствовал себя в зрительном зале, где можно подпереть лицо ладонью и одобрительно улыбаться происходящему.   Эллеан оказался намного более приспособленным к… скажем, жизни, чем был он сам в его возрасте. В его взгляде в первую очередь читался горячий интерес, тогда как Теувин, будь это несколько лет назад, не почувствовал бы еще ничего кроме смущения излишним вниманием и, похоже, страха. Тогда его пугали даже гневные взгляды и провокации Эрмины. И это были бы не те эмоции, что привлекают подобных Сильвии созданий. Интереса бы он не представлял – и по счастью, Теувин довольно рано научился извлекать пользу из своих слабостей и положения. Сидевший же перед ним юный эльф был совсем иного склада и, казалось, ему многое будет даваться проще и элегантней в ближайшие несколько лет. Чего он ему пожелал от всей души.   И тут, едва он начал переходить от ностальгической созерцательности к созерцательной ностальгии, из всех этих лиричных состояний его вызвали на удивление знакомые интонации: - Приятного всем времени, друзья, хотя вижу, вы и без моих пожеланий отлично справляетесь. Лесной отшельник   Отшельник появился в приподнятом настроении. Его ждала приятная ночь с едва начатой книгой – слишком приятная, чтоб тратить ее попусту. Энтузиазм его был достоин обладателя ученой степени. Правда знакомые ему обладатели чаще проявляли энтузиазм в несколько иных областях. Как говорится: «Великому уму простительная некоторая слабость духа».  Что ж, ум его пока что на такие высоты не претендовал. Он попросил себе что сегодня было погорячее. Листнул пару страниц – проверил на сохранность. Результатом остался доволен – и, в целом, этим довольством так и светился. Раскрытая книга оказалась расположена так, чтоб закрыть большую часть обзора и вид на шикарный бюст демонессы Сильвии в частности. И в этом была добрая доля демонстративности. Из такого положения не сразу и заметишь, если кто-то присядет напротив. Но было решено, что сегодня мало что будет стоить отвлечения.   «В путь из Ганна мы отправились тем же вечером…» - Лотвиг! Мне сказали, что ты все еще частый гость здесь. Он кивнул, не отрываясь от чтения. Вот же, книгу-то открывали. Пусть любопытствуют. - Как давно был твой прошлый раз? Он помахал рукой – так себе. - Может, это только у меня так? Я ведь уже не думал вернуться. Думал, это детские сны. Продолжал кивать не вникая, начал тихо бурчать себе свое чтение чтоб сосредоточиться. «…когда вернулся от них, они остановили свое движение и разбили лагерь. Звучали слова о посланцах и много раз что-то с приставкой –фи» - Ты с ней все еще не расстался. Сколько раз ты ее прочитал? Помнишь, я сунул туда нос и сказал, что это похлеще мышиного бреда в селькирайскую ночь. Только знакомое слово вырвало его из процесса. Почему бы нет. В ночь на Селькирая дьяры вспоминали своих предков, пришедших с Запада, и вместе с этим говорили, что небо опускается на их горы, приоткрывает свои тайны. Это могло быть любопытно. - Если в таких выражениях, то очень может быть. - Да, так ты и сказал. Так вот, теперь я очень боюсь, что был неправ. Только откуда этот… кто это там, к слову?.. был знаком с такими фразами. Книгу не только глянуть, но и подчитать успел? Или, чем таверна не шутит, из его реальности? Отшельник книгу отложил и наконец посмотрел на говорившего: - Я, признаюсь, сам не решил еще, что думать по этому поводу. Вы знакомы с этим трудом, я правильно понял? Занимательная вещь, правда? Может мы его обсудим за чашкой… Можно нам еще одну? Вы не против повторить свою мысль – я немного увлекся. Кстати, мы не… Молодой человек – он мог бы поклясться даже в этом перепутье миров – подозрительно дьярской наружности был очевидно доволен тем, что на него обратили внимание.  Смотрел он пристально, а улыбался уж слишком хитро. - Просто скажи сейчас, что ты рад меня видеть. Надежда на дискуссию умерла так внезапно, как и родилась. - Кого, - пауза была выразительной – видеть?

Теувин, наследник гезета Дьюла Теувин опустил голову и прикрыл рот ладонью и только с расстояния, на которое подошёл к нему Неро, можно было понять, что он пытается не трястись от смеха. Можно бы поднять брови, расхохотаться и громко выразить все, что он об этом подумал, но не в его привычках это было. Он просто поднял на Неро какой-то полный счастья взгляд, что окончательно перечеркнуло всю нагоняемую серьёзность. - Ты, оноре Неро, сделал мне такой комплимент, с порога. И даже не оставил возможности отвертеться и оскорбиться. Навряд ли мы стали так похожи, но прозвучало хорошо. Если бы он сейчас был тут - точно чёрным балконом был бы недоволен,а сам-то? Как он сам? Вижу, всё ещё бывает тут. - он ещё раз глянул на Неро, вдруг тот признал его уже, - А я Теувин, мальчишкой здесь был, вот такой же, только волосы короче. Ты меня кофе в первый раз напоил, когда я от всего отказывался. И сейчас бы его выпил. Любого, раз уж ты секреты не выдаёшь - так и не объяснишь какого. Когда Неро собрался отойти, он ещё на секунду его остановил: - А разве здесь имени господина Лотвига не знают? Я тоже не от него узнал, в книге его подсмотрел. Если он появится, скажите что я заходил. Может он даже меня вспомнит. И огорчится. - добавил со смешком. Наверное и он не узнал кого-то из знакомых, а не признать господина Аранная было особым промахом, тут после Неро нечего добавить. Он уже хотел было спросить как поживает Эллеан, но тут появился он сам. Теувин немного изменился в лице и просто наблюдал. Эллеан остался таким же, какаким он его помнил. Он был рад его видеть, но решил, что не стоит о себе напоминать. Во всяком случае пока.

Теувин, наследник гезета Дьюла Приятно было оказаться здесь снова. Он уже и забыл, когда в последний раз видел эти живые, яркие сны, которые оставались в памяти как явь. Которые проходили всегда в одном месте и в схожей компании.Последнее время ночи все больше заполнялись вязкими мутными сновидениями, бросающими в холодный пот и нагоняющими недобрые предчувствия. По счастью, в отличии от большинства дьяров, Теувин не вырос северным и предчувствиям не доверял. Вот только сейчас не видно было знакомых лиц кроме Галло Неро. Зато он уж точно будет рад его видеть. Сам он, вот, трактирщику рад. - Здравствуй, добрый оноре Неро, смотрю, дело твоё все так же процветает. За то что так давно не был сегодня оставлю у тебя чистого ондорского золота. - Теувин сдерживая себя в дружеских проявлениях, как ему и полагалось, и все же стал гораздо раскованней с прошлых времен - взросление и жизнь вне замка явно шли ему на пользу. Сейчас ему было уже немногим больше двадцати, а выглядел, может, и старше. Он продолжал одеваться в чёрное, строго, но дорого, что только добавляло ему лет. Впрочем, здесь уже был один достойный подражания опоре, до которого ему было, конечно же, далеко. Эта мысль вызвала у него слабый смешок, но ему хотелось поскорее продаться ностальгии. К местному окружению он был привычен и рассмотреть его, может, ещё успеется. Сдержанно же поздоровавшись с посетителями он сел за один из стола и немного помедлил, наблюдая, вспомнит ли Неро о своём традиционном угощении или старые времена уже прошли.

Лесной отшельник Всё-таки хорошее место он выбрал для чтения. Всегда жалел, что нельзя с пользой провести часы сна, а тут столько вмещается в одну ночь, что и счёт времени потерялся. Пока ещё совсем не отвлекся на чтение - успел в двух словах рассказать Лео об их лесных обычаях, о том что человек, не повидавший мир во всем его разнообразии, никогда не будет восприниматься в их среде всерьёз. Отказываться от мира в их понимании стоит осознанно. И раз он принял их правила - то и попутешествовать в свое время пришлось немало. Выбора у него тогда было немного, проявлением доброй воли было уже возвращение обратно. И сейчас, после знакомства с Арсием, временами доводится, смотря где он клиента найдёт. Но редко дальше их королевства. Беспокоить дальнейшим разговорами он не стал - вокруг все обсуждали темы довольно личного характера, а он в этом точно не советчик. Но решил при случае расспросить Лео о жизни охотников в его мире. Будет что сравнить. В конце-концов, видимо чувствуя что сон скоро закончится, он отложил свою потрепаную книгу. - Надеюсь, ты ещё поживешь. До нашей следующей встречи. - от хлопка по обложке она подняла ещё одно облачко чёрной пыли. Кто знает, что на самом деле происходило там, откуда он её взял. Может она уже обратилась в прах пару часов назад, - А если не доживешь - так оставайся здесь. Таким тут, если верить мессиру Неро, самое место. До того, как оставить её совсем, написал на первой странице: "Досточтимый читатель, не забудь оставить Лотвигу его книгу мечты. Иначе в Левенскую чащу возвращать придётся, а это дальше чем кажется". И хорошо ведь сказал - книга мечты. Мечты бывают разные.

Лесной отшельник - Вот-вот, когда захочется найти тихую нишу - непременно окажется, что все уже занято до нас. Может и в стране грёз и посмертия так же, уж этого-то добра на всех хватать должно. Любопытно, как у них тут с конкуренции. А то все здесь будем. - отшельник охотно продолжал болтать пока вертел свою книгу. Толстые страницы основательно пропали гарью, массивный форзац закоптился и измазывал руки сажей. "Найти" тряпку тем же способом уже не составляло труда. - Здешние карманы реальности не подобрали последнее время? Или она так неудачно сюда переместилась? Понадеюсь, людям везёт больше. - он все пытался её оттереть, но получалось плохо. - А книга эта - вроде бы и не секрет - либо наполнена записями невероятнейшего путешествия по неведомым землям за границей обитаемого мира, которые если кто-то и проходил до конца, то уж точно не возвращался. Либо политическая мистификация, с воображением слепленная - попытка приписать чуть ли не бессмертие некоему историческому лицу. Либо сказки сбрендившего старика искусства ради. И пойди пойми.

Лесной отшельник На последнее замечание трактирщика он весьма оживился: - О, не беспокойся, мессир Неро, это бывшего пирата в знакомых краях так просто не встретишь. А на дам я в своей жизни насмотрелся и ещё насмотрюсь. Тут же как - женщин в нашем ремесле куда больше. Это только кажется, что каждая лесная ведьма живёт в своей глуши сама по себе. Нарастит вокруг избы грибных и, хех, костяных колец и радуется. На самом же деле связи там разве что не как в гильдии. Все друг у друга на счету и конкуренция, храни Небо, какая. Вот и меня нашлось кому приютить. Пока их артерли рабочей дорогу не перехожу - спрос с меня небольшой. Да и на особую магию не претендую, это пусть дамы красуется. За болтовней он не заметил еще обещанных книг, зато приметил одну из симпатичных шторок. Волшебство так волшебство. Жестом фокусника запустить за неё руку - и наконец-то можно впервые увидеть пресловутые "Путешествия на запад, описаные Фиамием Ремонским в году 1077-ом эльского исчисления для библиотеки Ариха Велларме, святого короля Анарьо-и-Марита". Вот-так да, это какой же учёный муж так безразличен к традициям и мнению коллегии, что датирует свой труд не по-анарски. Да и громкий титул наместника захватчиков, наверняка этот Марит в глаза не видившего. Мысль о мистификации становилась самой правдоподобной. Но огорчиться он не успел - все это оказалось не последней неожиданностью.

Лесной отшельник   Сначала пришлось отвлечься на драку. Трактирщик был не промах, да и не только трактирщиком оказался, судя по манере делопроизводства. Такой торг был ему даже по душе, если самому не приходилось участвовать. А что, всяко проще и понятней. Яичница тоже была неплоха, но успех с монетами его так воодушевил, что ни толком поесть, ни ответить откуда он их взял он не успел. Что ответить, если и не было их у него. Но милой лисице он бы с удовольствием показал и книгу, которой у него нет. Ей, может, и понравилось бы, тоже в своем роде сказки.   В таверне прошло намного больше времени, чем те пара минут, на которые он очнулся. Из знакомой публики только хозяин карт все еще пытался их продать. А он тоже не промах - и продал же. Щедры покупатель был лицом новым, но отшельник решил не отвлекать их от разговора. Семейные дела все-таки.   - Это снова я. Вернулся и для себя здешние чудеса опробовать. В корыстных целях, можно сказать - смотрю, корыстных целей здесь не чураются. Я ведь что подумал, мессир, если вещи, которые твой мир может вместить, можно отсюда вынести, то и перенести что-то знакомое сюда можно. Как с монетами. Вот и проверим, хватит ли моего шапочного знакомства с прекрасным трудом Фиамия Ремонского для приятного встречи с ним.   Он оглядел зал, выбирая удачное место, в котором мог бы скрываться шестифунтовый том.

Лесной отшельник В таверне в этот раз было многолюдно. Отшельник не ожидал вернуться сюда, но вселенский закон "долг платежом красен", видно, не отменили ещё. Стоит только выразиться однозначно, хоть бы и в грёзах, и уж непременно с тебя спросится. Он старался пока - как, впрочем, и всегда - не привлекать лишнее внимание. Публика была не менее любопытной и уже отчасти знакомой. Кто-то одет необычно, кто-то опять совсем не человек, кто-то - существо более привычное, так и манящее против всех приличий заглянуть под морок. Отшельник подошёл к барной стойке, поманил взглядом трактирщика и выложил перед ним две горсти монет. - Доброго дня, мессир. За прошлый раз и за сегодня. В обеих кучках, как он и грозился, не было ни одной одинаковой монеты, зато кое-где поблескивало золото. Внимательным взглядом фальшивомонетчика он продолжал мерить и горсти, и трактирщика. Не так-то легко быть уверенным, когда вынимашь что-то из пустых карманов. Но фокус, видно, удался. Стукнул по крайней монете пальцем, выдохнул и просиял довольной улыбкой. - Чем сегодня угощают?

Лесной отшельник Отшельник внимательно слушал спорящих эльфов, но думал, все же, больше о кофе. Насколько он оказался ароматным, настолько же странным на вкус. Зато сразу почувствовалось, что этот напиток имеет свой эффект. Он знал похожие травы, вкус у них был привычнее, но поэкспериментировать с этим кофе тоже было бы познавательно. В книгах тех, кто именует себя магами, бывало что-то о материализации предметов из снов, но в реальности он ни с чем таким до сих пор не столкнулся. - Тут, наверное, и с собой взять ничего не получится. – он обратился к трактирщику шепотом, чтоб не отвлекать беседующих, - Иначе я бы запасся этим сортом кофе. Им бы травы некоторые заменить – только лучше станет. Угощал бы кого-нибудь, вас вспоминал. А увидимся еще – будет, мессир, и золото, и серебро, и истории повеселее.

Лесной отшельник Если бы  ты меня слушал я не предлагаю  сражаться за  земли. В войне последнего сою мы сражались против зла и всегда не давали Средиземью пасть во тьму. - Понимаю. Когда зло еще не перевелось - все значительно проще.  "...так и дойдем до мысли, что в чем-то лучше, чтоб и не перевелось." - закончил он только для себя, а вслух был осторожнее: - Ничего так не объединяет как добрая борьба со злом.

Лесной отшельник Я жил в Тедасе во времена Четвёртого Мора, пожил и хватит, теперь место моё здесь. - И, наверное, только у вас в Тедасе выдают такое завидное посмертие. - от такого отшельник и правда не отказался бы. А что, почти как дома, только народу побольше. Признаться бы себе, что за народом скучает. - Да, вот этот вид, освободительная, честная война. Да, только честная. Поскольку иногда ты вдруг внезапно понимаешь, что от тебя ни хвоста свинячьего не зависит.  - Беда в том, что честность, наверное, у всех своя. Потому и не прощают. Потому и сражаются за то что, по их мнению, стоит чужой крови. Есть ведь что-то, что ее стоит. Только мнения на этот счет не уровняешь. А кто-то мимо пройдет, и не упустит случая этим воспользоваться. Да что там, не слушайте меня, может мне просто так легче думать. Зарекался же не печалить. Давайте, лучше, и я ваш кофе попробую, а, мессир? – он обернулся к трактирщику, - Можно его на мне испытать.

Лесной отшельник - Это бы хорошо, чтобы хоть чем-то заплатили, - не сдержал жадности бывший пират. - Я золото люблю. Пираты всегда падки на блестящие монеты. Но платить можно чем угодно, даже бумажками с портретом короля или этими... нодами, - он припомнил космическое слово. - Только зверей не надо, хватит уже. И ещё, вынужден сказать, что тут можно и вовсе не платить. Но рассказ я бы с удовольствием послушал. - Тебе бы, мессир, к нам в гости. Или гостей от нас принимать почаще. Сейчас так часто меняются границы и правители, каждый свою чеканку вводить норовит. Медяки обесцениваются только так. Что одному деньги, то другому – сами понимаете. Золото - оно, конечно, везде золото, но некоторые даже от него готовы отказываться широким жестом из идейных соображений. Дураков хватает, может и вам встретятся. Да и я вдруг еще что сюда пронесу, только для исторических хроник теперь годящееся. Пока же ему повезло, что можно не платить. - На вашем месте я бы тоже рассказы предпочел. Но, наверное, тут их и без платы достаточно. Сам же боюсь, что мои рассказы господам эльфам нехорошим фоном послужат. Так что лучше попробуем насладиться вином.   - Кольцо Всевластия ушло в свой путь, я бросил всё. Сначала я направился к Элронду, но он дал мне понять, что меня не отправили под суд лишь памятуя прежние заслуги. Наверное решили, что я тронулся головой. И я ушёл в леса... - Он посмотрел на нового гостя Лесного Отшельника. - Вот, как он.   - Сейчас вы мне польстили. – отшельник слабо улыбнулся, - Я сдался намного, намного раньше. А солдатом мне так и не довелось побывать. Мне ничего не известно о войнах, которые вы обсуждаете и, сдается мне, что у вас все иначе. Но сражаться за то, за что сражаются у нас, я не пожелал бы никому.   - Ты мне никогда не простишь, что я ушёл от проблем своего народа. Нет, я никогда в этом не раскаивался и не раскаюсь. Вот, снова грянула война и теперь мне есть что защищать - Южный Ласгален и моего князя. И я опять возьму в руки оружие.   Не стоило ему ничего говорить по этому поводу, да и обращались не к нему. Оставалось молча завидовать уверенности этого эльфа. Он же за годы выучился однозначности только в словах. Душа этой дрессировке поддаваться никак не хотела. - Надеюсь, он его не учит кошельки воровать, - ухмыльнулся Галло Неро. - У них бы вышло. – проводил их взглядом отшельник. Хорек-хомяк и его хозяин оказались ему симпатичны. Зверей тут и вправду было немало и все больше появлялись знакомые и привычные. Чего нельзя было сказать о посетителях. Он всегда считал слухи о человекоподобных кровожадных кочевниках с юго-западных границ ойкумены страшными сказками для зимних вечеров. Такие себе порождения человеческой тяги к неизведанному и любви пощекотать нервы. О недавнем же труде Фиамия Ремонского, на старости лет описавшего свое фантастическое путешествие на Запад с экспедицией Теувина из Дьера, даже думать теперь не хотелось.  Ректор Ремонского Университета – личность, безусловно, уважаемая, но вот главный герой его похождений к описанному времени был уже год как мертв. Отравился в своем замке после неудачных попыток влиять на политику, не дожидаясь отправленной за ним королевской гвардии. Все честь по чести и весьма по-дьярски. Отшельник увлекся посторонними мыслями, но, черт возьми, если бы он был уверен, что все, виденное сегодня – может быть не только сном, он бы дал слово достать себе этот фантастический труд и составить о нем свое мнение.

 Лесной отшельник От тепла можно было разомлеть и почувствовать себя как дома – вот в точь когда старуха печь натапливает, только стойкого запаха браги не хватает. Впрочем, он был бы здесь лишним - тут предпочитают поэлегантнее. Глядя на появившуюся перед ним бутылку, хотелось сказать: «Это самое невинное, что доводиось употреблять по роду деятельности», но кто их знает, здешние вина, потому просто поблагодарить будет честнее. А чтоб трактирщик сильно не досадовал - добавить: - Давайте, если еще раз к вам занесет, буду должен, мессир.  Странные господа – эльфы, значит – пригласили к столу и это было весьма кстати. Неловко было бы сворачивать шею, разглядывая их украдкой. А сдерживать любопытство – грех, когда можно больше и не вернуться сюда.   - Ты, мессир, помер или как? - поинтересовался он. - Если помер, то никуда не торопись. А если жив - тоже неплохо. Это значит, ты спишь.   - Жив, надеюсь, - чуть помедлил он с ответом, - и на том спасибо. –  и себе отметил как серьезно здесь все бывает. К добру ли?     - Мы не знакомы, Хикс Фрей. - Очень приятно. Прощенья прошу, что имени не называю. Когда меня хотят найти – ищут заклинателя нечисти, целителя, шамана поганого – кого им хочется, того и ищут, благо знают где найти. А имя – давно оно было, не подходящие воспоминания для такого вечера.   Еда и уют заметно подразвязали ему язык. - На будущее, мессир, какие здесь деньги в ходу, любые? Или, может, платят по-другому – рассказами, ценными предметами? Зверями диковинными, как этот, розовый с ушами? Или душой? Это вряд ли, неудачная идея была бы. А вот ценные предметы – они везде в ходу.  

- Чтоб тебе в твоей трясине утопнуть. – было последним напутствием Арсия ему в спину. – И не утопнет же, болотник ведьмов. Он успел полюбить этого сыскного – всегда знает что говорит. Ведьмов так ведьмов. А вот расстраиваться так не стоило, шамана искали – шаман пришел. Бедным суеверным людям помог? Помог. Молоко не киснет? Не киснет. Со старосты-скупердяя народу будет что спросить? Хорошо-плохо, а всяко разрешилось дело. Не заплатил скупердяй за шамана? Прости уж, друг, случается. Разделить ужин и ночлег предложил – а нет, так не судьба. Самому теперь возвращаться. И все равно время от времени сбавлял ход – пойдет догонять сыскной, куда ему еще отсюда податься.   Лесной отшельник   То, что приходилось видеть сейчас – было довольно забавно и совсем не странно – мало ли что приснится если с дороги задремать, в их-то лесу. Странно, что до сих пор приходилось сухие листья из спутанных волос вытряхивать. Занятие увлекательное, но не все же время ему посвятить. Трактирщики же – люди, с которыми лучше отношения не портить, даже если и пригрезившиеся. - Добрый… - глянул было в окно чтоб уточнить и быстро оставил эту затею с приветствием, - Там вместе со мной нанесло немного, прощенья прошу. Это с погодой у нас так не ладится, наверное. Человек неопределенного возраста и уж совсем неопределенного рода деятельности – кто будет ходить в разрисованном домотканом балахоне безо всяких иных признаков и с парой мешочков, пахнущих травами, но скорее душно, чем ароматно – кивнул довольно странным посетителям, прошел к огню и устроился рядом с ним. С погодой где-то там у них и правда не ладилось – продрог он основательно, и дом не топлен. Чует его печень, не надо было останавливаться по дороге, никто его так и не нагнал. Руки прошлись по карманам в надежде что грезы в них что-то добавят. Не добавили. - Чем у вас принято платить? Сейчас бы какой угодно горячей еды. Если смогу себе позволить. – и заинтересованно обернулся к трактирщику. Лицо у него было узким и густо веснушчатым, с острым носом, - Она же меня согреет, как думаете? Подобные штуки за гранью реальности все-таки изрядно дразнят любопытство.