Лотос и Трини. Затерянный рай
Селена & Фолси
Белый волк тенью скользил в густой зеленой листве. Лучи восходящего светила сияющей паутиной проникали меж стволов исполинских деревьев, а вечнозеленые кроны уже вовсю полнились птичьим щебетом и звонкими трелями – сельва просыпалась, радуясь новому дню.
Мшистый ковер чуть пружинил под широкими лапами, легкий ветерок ерошил густую серебристую шерсть, наполняя грудь дивным ощущение свободы – определенно, такие утренние пробежки ему нравились куда больше. Внезапно стена леса оборвалась, узкой зеленой косой вдаваясь в широкую, неглубокую речку. Над водой клубился молочный туман, медленно истончаясь под набирающими силу солнечными лучами. Остановившись, волк сел у самой воды, горящие золотым огнем глаза заинтересованно оглядели собственное отражение – и зверь насмешливо фыркнул, поднимаясь на ноги. Коротко взглянув на светло-голубое рассветное небо, волк в два широких прыжка вновь скрылся в джунглях.
Солнце все выше карабкалось по небосклону, золотило крышу, отражалось в окнах небольшого двухэтажного домика, стоящего на поляне. Совсем рядом, в паре десятков шагов, сельва словно раздвигалась в стороны, открывая вид на россыпь таких же домиков неподалеку.
Выбежав на поляну, волк встряхнулся, присел… и через минуту высокий стройный эльф, небрежно отбросив за спину копну волос цвета серебра, легко взбежал на увитое плющом крыльцо, принимая в объятия вышедшую навстречу огненноволосую магичку:
- Доброе утро, красавица, - Лотос весело улыбнулся Трини, мимолетно целуя девичьи губы, - Что у нас на завтрак?
- Зависит от того, что принёс добытчик, - засмеялась молодая ведьма, мазнув кончиком носа по подбородку эльфа. Ведьма. Действительно, в лесных просторах Амазонии такой титул звучал уместнее цивильного звания "дипломированный маг". Трини и не возражала - под защитой Триумвирата она могла посвятить свободное время освоению полезных заклинаний вместо разрушительных. А там и года не прошло, как хуторяне стали звать её знахаркой и приходить с просьбами о целебной ворожбе. Трини никого не гнала с порога, ведь эти люди дали приют свободному от тягот прошлого семейству Сильвер. Да и чем ещё заняться чародейке в лесной глуши?
Не считая готовки, конечно.
- Да шучу я, не хмурься! Помнишь сельских парней, которых я выхаживала после стычки с кабанами? Они возвращались с рыбалки и занесли мне кое-что из своего улова. Я уже подсуетилась, - ведьма подмигнула и ловко выскользнула из объятий, отступая внутрь дома. Над очагом кипела ароматная уха, запах которой переплетался с развешенными на первом этаже веночками сушёных трав. Магия была способна залечить любую рану, но сидеть день и ночь возле больных Трини не могла. Для укрепления организма или вывода остаточных токсинов амазонские растения оказались незаменимы - Арлиш знала своё дело, когда оплетала страну не только красивыми, но и полезными зелёными насаждениями.
Трини разлила по резным деревянным мискам ароматный бульон, положила белые куски свежайшей рыбы и пригласила супруга за стол. Взгляд волшебницы, однако, был тревожен.
Добытчик на миг замер, внезапно осознавая, что, очередной раз уйдя в свои мысли и ощущения во время пробежки, забыл позаботится о, собственно, добыче. Видимо, сия гамма чувств и эмоций весьма явно отразилась в золотистых глазах, и Лотос чуть виновато улыбнулся, заходя в дом следом за скользнувшей внутрь магичкой. И с удовольствием вдыхая плывущий в воздухе аромат.
- Помню, - легко кивнул он в ответ на слова Трини. Он почти не ревновал любимую к местным парням. Ну, разве что иногда. Обычно хватало одного холодного взгляда немигающих волчьих глаз, чтобы четко обозначить свою территорию.
- Судя по запаху, улов был шикарный, - с улыбкой продолжил эльф, присаживаясь за стол, и придвигая к себе тарелку с ароматной ухой. Есть, однако, не спешил. Не потому, что не проголодался... взгляд, привычно скользнув к тонкому девичьему профилю, замер, теряя веселые искорки, отметив тревогу в глазах напротив. Ладонь, протянувшись, накрыла девичью:
- Что случилось, милая? - тихо спросил Лотос, не отводя взгляда, - Парни принесли не только рыбу... но и плохие новости?..
Трини кивнула.
- Да. Говорят, что корабль из Ацлана пытался пристать к берегу Амазонии. Вряд ли это можно назвать вторжением, но прибрежное село полностью разорено. Много пострадавших.
Ведьма отложила ложку, которой до этого рассеянно мешала похлёбку, и со вздохом охватила себя руками за плечи. Стало непривычно холодно и страшно. Раньше казалось, что после бегства в страну под опекой Триумвирата все горести и проблемы исчезнут безвозвратно. Но нет. Замкнутый круг насилия дробящим колесом катился даже через благословенные джунгли.
Неужели желать мира и спокойствия - так непозволительно? Трини опустила глаза на татуировки, что покрывали её оголённые плечи. До сих пор Чучелу хватало её негласного почитания, но если Король-Демон пожелает более кровавых жертв? Не станет ли она угрозой большей, чем жадные до рабов хищники из Ацлана?
Девушка потрясла головой и прижала ладони к ушам, словно пыталась заглушить чей-то навязчивый шёпот. Нет, не станет! Она никогда не укусит руку помощи. Не предаст тех, кто её приютил.
На мгновение Трини показалось, что она слышит смех Чучела. Демон смеялся над её наивностью.
- Прости, я просто... очень тронута этим нападением. Нигде не безопасно, как бы нам не хотелось верить в обратное, - чародейка поняла, что поведение её может серьёзно встревожить избранника, а потому с виноватой улыбкой протянула руки через стол и накрыла ими ладони Лотоса. - Тех, кто пережил нападение, разместили на соседнем хуторе. Но целителей там мало. Если ты не против, я бы хотела оказать этим людям свою помощь.
- Я не против, конечно же, нет. – тихо отозвался Лотос, разворачивая руки ладонями вверх, переплетая свои пальцы с ее. В золоте глаз плескалась ясно читаемая сейчас тревога. Ацци, здесь, пусть до побережья довольно далеко… Взгляд, скользнувший по татуировкам на тонких девичьих плечах, на миг полыхнул расплавленным металлом. Он не даст ее в обиду. Никому. Чего бы ему это не стоило.
Поднявшись, Лотос обошел стол, наклонился, обнимая девушку со спины, мягко коснулся ее скулы губами:
- Все будет хорошо, родная. – произнес он, мягко оглаживая ладонями ее плечи, - Позавтракаем и пойдем, вместе. Магия крови способна не только убивать, но и восстанавливать , исцелять. Процесс, конечно, приятным не назовешь, да и нужен будет донор… Но я не хочу отпускать тебя туда одну.
На окраине села рядком стояли свежесрубленые хибарки, в которых нашли временный приют целители и те, кто просто хотел чем-то помочь пострадавшим. Трини сидела на крыльце, устало опустив плечи, и смотрела на ночное небо, украшенное узорами древесных крон. Дни выматывали - нескончаемая ворожба и борьба за жизни раненых требовали всех магических сил, которыми располагала ведьма. Страшные ожоги, оставленные магическим пламенем ацланских колдунов, с каким-то почти разумным упорством сопротивлялись лечению. Если бы не помощь Лотоса, который обратил оружие кровавых магов против них самих, поддерживая с помощью тауматургии как истощённых лекарей, так и пациентов, то в костлявые руки смерти отошло бы гораздо больше невинных жизней.
Но пока что они справлялись. Все вместе, сплотившись вокруг общей беды - беды, которая пришла в их Амазонию. Аборигены и беженцы из Портленда день и ночь сидели возле раненых, следя за их выздоровлением. Иногда Мадам Фортуна, которая первой явилась на зов пылающей земли о помощи, разрешала своим ассистентам краткий отдых. Кто-то из магов падал без сил и тут же проваливался в спасительный сон, а Трини использовала драгоценные часы затишья, чтобы вобрать в себя те звуки, запахи и виды, которыми была богата Амазония. Ради такого нового мира стоило жить. Ради него стоило сражаться.
Сзади приблизился Лотос - бесшумно, как и всегда. Девушка прикрыла глаза и склонила голову набок, прижимаясь щекой к тёплой ладони, что медленно гладила понурое плечо.
- Никогда не думала, что променяю блага цивилизации на... это, - Трини улыбнулась уголками губ, когда в ночи запела поздняя пташка. - Но только здесь я впервые чувствую себя действительно нужной, полезной. Никто не пытается сделать из меня оружие, никто не лезет в мою жизнь. Я могу идти куда хочу и помогать тем, кому хочу. Это так непривычно. И неописуемо прекрасно.
Чародейка нежно взяла ладонь Лотоса в свою и едва коснулась её губами.
- Говорят, тут рядом есть река. Хотелось бы мне посмотреть на отражение звёзд в её поверхности. Проводишь меня? - девушка с улыбкой посмотрела на стоящего подле неё эльфа. Затем сладко зевнула, но всё ещё была полна решимости совершить "паломничество" перед сном.
Тауматургия могла нести не только смерть, но и жизнь, пусть не так безболезненно, как знахарство. Маска холодной отстраненности не сходила с лица, хоть легкая улыбка и трогала губы чуть чаще, чем обычно – все же, видеть адресованные ему улыбки и благодарность в чужих глазах вместо обычной смеси стылого страха и паники, порой разбавленного яростью и ненавистью, было непривычно… но приятно.
Альтруизм никогда не числился среди его привычек, хотя сейчас Лотос занимался именно этим и не чувствовал внутренних противоречий. Не только потому, что Трини хотела помочь всем этим людям, а ему хотелось видеть ее улыбку – он чувствовал, что должен этой земле, этому удивительному миру, подарившему ему самое ценное – свободу. Свободу жить, как хочется, свободу быть, кем хочется. Дом, где ему рады. Всегда.
Супругу Лотос ожидаемо обнаружил на крыльце, тепло улыбнувшись родным глазам. За ее свободу он был вдвойне благодарен этой земле и ее Хранителям.
- Никакие блага цивилизации не стоят свободы. Возможности быть собой. – тихо отозвался он, второй рукой мягко погладив огненно-рыжие локоны, - Ты устала, милая. – словно мысли вслух. Золотые глаза вновь окинули девичью фигурку нечитаемым взглядом… и Лотос одним быстрым движением легко подхватил Трини на руки, мягко целуя в щеку.
- Вот так. Совместим прогулку с отдыхом. – улыбнулся эльф, неторопливо направляясь в ночь, туда, где за редкой стеной невысоких деревьев едва слышно угадывался плеск воды в камышах. Чувствуя тепло обнявших его тонких рук и склоненной на плечо головы.
В широкой черной сейчас полосе воды отражалось перевернутое небо. Лотос присел на траву, под раскидистое дерево, склонившее длинные ветви к самой воде, образуя природный навес, чуть шелестящий листвой на легком ветерке. Осторожно устраивая любимую на коленях, обнимая прильнувшую к груди фигурку и мягко касаясь ее виска едва уловимым поцелуем. Прикрывая глаза, вслушиваясь в живую ночь. Отдых сейчас был нужен им обоим.
- Знаешь, это всё выглядит как сон. Иногда мне даже страшно: вдруг нас против воли снова подключили к Машине? - слова давались волшебнице непросто, словно одна мысль о вмешательстве Нео-Нет в её жизнь причиняла боль. - Я так много времени провела в городах и лабораториях. Кажется, что до конца жизни не смогу поверить в реальность всего этого. В возможность всего этого.
Девушка положила руку на землю и мягко провела ладонью по влажной траве. Взгляд Трини терялся в бесконечном небе, которое не было затянуто смогом фабрик. Мириады мириадов звёзд - иных миров - были разбросаны по небосводу, и в груди заныло от тоскливого желания увидеть другие земли, другие небеса, других существ. А может, Пробуждение одинаково влияет на весь космос, и где-то ещё точно такие же люди, эльфы и гномы коротают свои жизни. Астрал - великий и бесконечный океан, но так далеко разнесены его берега, что каждый на них никогда не перестанет чувствовать себя немного одиноким.
Страшно было представить одиночество драконов, которые теряли мир за миром, вырождаясь и погибая. Трини не могла винить ни Хранителей, ни даже Селедира за желание построить свой маленький безопасный рай.
Ведь тихая гавань в океане пространства и времени так много значит. Близость и тепло любимых согревают лучше очага даже в самую тёмную из ночей. Трини привстала и обняла Лотоса за шею, лаская его губы поцелуем. Не жарким и страстным, но нежно любящим и мягким. Двум возлюбленным некуда было спешить.
- Меня всегда удивляет провидение судьбы. Могла я знать, что всё так обернётся? Могла я знать, что встречу тебя? - прошептала девушка, прислонившись к лицу Лотоса щекой. - И всё же мне кажется, что лучше и случиться не могло. Спасибо тебе.
Чародейка поднялась и вдруг плавно очертила рукой линию вокруг себя, прошептав заклинание. Тусклая оранжевая сфера раздалась в стороны, заключая в себя возлюбленных. Её прозрачные стенки не мешали обзору, зато внутри стало неожиданно тепло, словно вокруг был летний день вместо прохладной ночи. С лукавой улыбкой Трини стала беззастенчиво сбрасывать с себя одежду.
- Хочу искупаться перед сном. Идёшь? - нагая ведьма, на чьей коже играл бликами оранжевый тепловой барьер, протянула руку Лотосу и поманила его пальчиками.
- Иду. – улыбнулся эльф, откровенно любуясь стройными девичьими формами, принимая протянутую ладонь и поднимаясь следом. Прозвучавшие слова волновали душу, взвешивались холодным разумом. Они не в Машине, о нет. Он верил в это, несмотря на то, что реальность вокруг была близка к идеальной. Иное порождало слишком много вопросов, ответы на которые знать совсем не хотелось.
Одежда упала на траву, обнажая смуглое тело, Лотос шагнул к магичке, заключая ее в объятия, мягко целуя девичьи губы:
- Это лучшая реальность из возможных. – тихо выдохнул он, глядя в ее глаза, и улыбнулся, - Идем купаться. – золотые глаза блеснули озорством, Лотос подхватил любимую на руки, падая вместе с ней в перевернутое ночное небо, разбивая его хрустальными брызгами.
Магическая сфера грела и воду тоже, и это было невыразимо приятно. Вынырнув, эльф встряхнул головой, отбрасывая за спину намокшее серебро волос и весело улыбнулся Трини, протягивая ладонь, чтобы убрать с ее лица темно-золотую от воды прядь.
- Я люблю тебя, мой яркий огонек. Ты освещаешь мою жизнь и мою душу. – смуглая ладонь нежно очертила контуры девичьего лица кончиками пальцев, - Без тебя волк так и остался бы одиночкой.
Лукавая улыбка изогнула губы, озорными искрами отразилась в расплавленном золоте волчьих глаз - миг, и на смуглых плечах засеребрилась в свете звезд мелкая чешуя, еще минута – и девичьи ноги под водой огладил мускулистый, чешуйчатый хвост, а широкий плавник, приподнявшись, небрежно плеснул в магичку речной водой.
- Поплаваем наперегонки? – тихо, на выдохе, почти касаясь ее губ своими. Немного озорства, чтобы отвлечься от ненужных мыслей.
Конечно же, он жульничал, о чем она, смеясь, не преминула заявить, подкрепив свои слова водной атакой. На долгие полчаса они, казалось, забыли обо всем на свете, и мир словно отодвинулся за грань, оставив им персональный кусочек рая, только для двоих.
Не желая разрушать волшебство этой ночи, спать они устроились там же, на берегу, под звездами. Завернувшись в его куртку, Трини опустилась на траву, а рослый белый волк свернулся вокруг нее клубком, заменяя одновременно и подушку и одеяло, накрывая устроившуюся на его боку девушку пушистым серебристым хвостом. Немигающие золотые глаза долго смотрели в ночь, на постепенно начинающее светлеть звездное небо, на далекие, медленно тускнеющие яркие искры. Лотос ничуть не жалел о своем выборе. Здесь и сейчас у него наконец-то было будущее.
Приподняв морду, волк мягко лизнул спящую магичку в щеку, и та, не просыпаясь, лениво отпихнула его ладонью, удобнее устраиваясь на пушистом боку. В расплавленном золоте волчьих глаз блеснули насмешливые искорки далеких звезд, чуть слышно фыркнув, он вновь опустил морду на вытянутые лапы, прикрывая глаза, позволяя сознанию соскользнуть в чуткий сон. Лишь чуть подрагивали кончики ушей, впитывая окружающие звуки. Он бы ни на что не променял эту жизнь, даже зная, что напророченный конец мира наступит уже завтра. Тепло родного сердца рядом стоит всех миров, вместе взятых.
