JMarvin

Сладкая истома после таких жарких ночных активностей - лучше всякого снотворного.    Парень был рад, что девушка некуда не упорхнула в ночи, растворившись, как прекрасная иллюзия. Обняв Орфею и уткнувшись в светлые волосы, вдыхая их аромат, он довольно улыбнулся. И сон утянул их двоих в свои владения.   На утро его разбудили не петухи.   - Филипп! - раздался голос сестры и стук в дверь. Веки нехотя открылись. Затуманенный взгляд попытался сфокусироваться на источнике. Очевидно, что это было что-то не серьезное, раз стук не продолжился и вообще, послышались уходящие шаги.   Потянувшись, колдун зевнул и протер ладонью заспанное лицо. Орфея была так же рядом, заключенная в объятиях. Наверно, он отлежал руку. Но это неважно. На мужских губах расцвела улыбка. Пробуждение было приятным, как и пронесшиеся воспоминания о прошедшей ночи, точнее, об ее окончании.   И потянулся и поцеловал девичий лоб.    - Просыпайся, Орфи, - ладонь легла на плечо и большой палец стал вырисовывать причудливые формы.

Ночью

Утром   Довольно потянувшись после хорошего сна, Амелия переоделась, причесалась и прочее. Привела себя в порядок в общем. Встала она пораньше, ведь до нападения утраки тоже успела поспать чутка. И хоть, кровать и была мягкая и притягательная, но сил лежать на ней больше не было. Возможно, бодрили мысли о события этого дня.    В коридоре, подойдя к двери брата, она постучала в нее несколько раз, позвала по имени. Но ей не открыли.   "Либо спит, либо уже ушел", - сделала очевидный вывод сестра, не став тарабанить до посинения.    Амелия вышла в зал и последовала на кухонные позвякивания и голоса. А доносившиеся ароматы свежих продуктов дразнили желудок.   Картина ее ждала там поистине прекрасная. Хатран без маски! И в такой уютной обстановке. Чародейка думала, что женщины такого высокого статуса уж не будут готовить сами. Или по крайней мере, для чужаков. Поистине поразительное место Рашемен. Приятно удивляющее и располагающее к себе.   Обстановка пробуждало теплое воспоминание о былом, когда маленькая Амелия бегала по кухне перемазанная мукой и еще била скалкой тесто. Это она помогала лепить пельмени. Мама никогда ее не гнала, а наоборот звала понаблюдать и пообучать. И дать посильное задание для шестилетнего ребенка.   Теперь же дома вся готовка ложилась на чародейские плечи. Брат, конечно, мог что-то приготовить самостоятельно, но это была больше походная еда. Или мясо на костре. Впрочем, то и то было вкусным и сытным. Честно! Амелия уже давно перестала заговором придавать нужный вкус блюдам Филиппа.   Вставшие уже пораньше эльфы во всю помогали хозяйке с приготовлением. Неужели они готовят общий завтрак? Девушка тоже захотела поучаствовать, ведь - совместная готовка сближает. И чем больше людей приложат руку, тем быстрее еда попадет в рот.   А еще это повод поговорить неофициально и расспросить ведьму о всяком.   - Доброе утро, хатран, - сначала она поприветствовала главную даму. - Дан, Блэйкор, - улыбнулась легкой утренней улыбкой человека, который смог выспаться. - Могу ли я тоже помочь?

Ночью   — Песня не обязана заканчиваться, как только кончается музыка, — прошептала Орфи, — если хочешь, можем растянуть балладу на всю ночь, — она надеялась, что это предложение не прозвучало слишком прямолинейно.     Парень очень понадеялся, что понял девушку правильно. И это был намек, который он разгадал. И девушка не собирается всю ночь играть мелодии. Иначе, следующие действия Филиппа будут выглядеть совсем не к месту.    И надо сказать, мозги парня уже кипели. А кровь окончательно отошла вниз. Он был бы полным дурнем, если бы сейчас отказался от предложенного. Конечно, можно было благородно отвести Орфею в ее комнату, но... он не хотел лишаться ее общества. Сегодня он чуть не умер, разве нельзя устроить себе поблажку, и не напрягать голову сложными моральными дилеммами?   Филипп наклонился ниже.   ♫ (If I had a heart, I could love you If I had a voice, I would sing After the night, when I wake up I'll see what tomorrow brings)   - Я был бы не против, - прозвучало медленно и шепотом. Колдун заглянул в серые притягательные глаза. Плавным движением, он завел светлую прядь за ухо.    Повесой колдун не слыл и девушек у него было не шибко много. Но были! И опыт имелся. В деревне он не только торговлей занимался. Но и отдыхал телом и сердцем. В основном телом. Как-то не было той самой влюбленности, из-за которой теряют голову. Но сейчас. Тут. Его тянуло к Орфее, как-то по-новому, по-другому. И наверно, это было безумием. Он же ее не особо знал... но хотел бы узнать.    Ладонь потянулась к щеке, огладила ее нежно, спускаясь ниже, к челюсти. Большой палец, почти не касаясь, прошелся по нижней губе. С одной стороны, этой неспешностью, Филипп давал Орфее время передумать, обдумать. А с другой, он провоцировал ее, пробуждая в ней желание.    Пальцы опускались ниже, игриво потирая ее шею, и остановились на ключице, в дразнящей близости от груди. Он едва удержался сам.    - А ты? - его горячее дыхание коснулось щеки. - Ты хочешь? - последний вопрос. Ему хотелось услышать ее ответ. Ее желание. Хотелось уже впиться в губы поцелуем и...

Ночью   Никогда бы он и не подумал, что будет сидеть на кровати в одном полотенце и слушать, как ему играют на флейте. Мелодия была красивой и печальной. Рассказывала будто целую историю, которая и его уносила следом. Заставляя задуматься и о своей жизни, прошлом, настоящем. Филипп пытался уловить то, что вкладывала в свою музыку Орфея. Свои эмоции, мысли.   Будто загипнотизированный колдун не мог оторваться от движений девушки и он без стеснений, ведь глаза артистки были закрыты, смотрел на нее. Пробегался аккуратным взглядом по краям поднимающейся ночнушки. Смело отчерчивал глазами изгибы.    Сердце учащало свой ритм, будто он и сам плясал рядом. Танец этот опьянял.    Мелодия угасла, оставляя приятную легкость. И Орфея плюхнулась на кровать рядом с ним. Вся раскрасневшаяся и громко дыша. Словно словила экстаз. Кое-что это напоминало... до полной картины судорог ног не хватало.   - И часто у тебя такое после флейты? - чуть наклонился Филипп, рука уперлась в матрас. На губах заиграла лукавая улыбка.

Ночью     Все же Орфея была удивительная. Не шлепнула его по лицу, не потыкала в него возмущено пальцем от услышанной около неприличной фразы, а улыбалась. И даже не пыталась настоять на объяснениях. Уловив ее настроение и не провисшую атмосферу, Филипп облегчено усмехнулся.   Персик. Кажется, что слово еще будет долго путаться в его голове. А может и на чужих устах.     — Сейчас, я быстро, — Орфи проскользнула в соседнюю дверь, прихватила флейту, лежавшую поверх дорожной одёжки, и вернулась обратно, — сегодня был сложный денёк. Давай сыграю что-нибудь?.. — она пристально уставилась на Филиппа. Судя по интонации, это был не вопрос.     Филипп, чуть высунувшись из комнаты, посмотрел по сторонам. Никого не было. Это хорошо. Не хотелось, чтобы кто-то еще стал свидетелем произошедшей сцены.    Когда девушка вернулась, то он даже слегка растерялся от ее прямого взгляда и вопроса. Наверно, кровь все же опустилась. Раз парень уловил какой-то двойной смысл. В словах и флейте в руках.    "Да успокойся уже", - приструнил он себя.   - Хорошо, - он не стал противиться. - Только, - он отошел в сторону, приглашая Орфею зайти, - может не в коридоре? - По правде, хоть тут и было тепло, но не настолько, чтобы полуголым стоять в проеме. Да и странное, наверно, зрелище - парню в одном полотенце поет  "серенаду" девушка в полупрозрачной ночнушке. - Тут сквозняк, - Филипп улыбнулся с ноткой хитрости в уголке губ.

— Извини, что слегка невовремя, — взгляд скользнул по открытым участкам кожи, слегка задержавшись на них. Тоже только что из ванны, видать, — подумывала вот... Не хочешь завтра вместе к формари наведаться? Мы здесь новенькие, в одиночку меня наверняка попытаются обвести вокруг пальца, — не то чтобы Орфи не чуяла, когда ей врут, но одинокая флейтистка, в нужде и без спутников, выглядит как идеальная жертва для мошенничества. Лишняя головная боль сейчас точно без надобности, — вдвоём будем смотреться поубедительнее, может даже, что удастся поторговаться. В нашу, само собой, пользу, — Орфи лукаво улыбнулась, — и кстати, отлично выглядишь.     Он прекрасно знал, что его тело подкаченное во всех нужных местах. И не даром, он ведь тренировался с мечом и охотился. С пузом это выходило бы не очень продуктивно. Но это знание не мешало с довольным лицом принимать комплимент.   Конечно, парень улыбнулся. Поза стала более расслабленной, а мысли пластичнее. Магия ванны, полуприкрытые тела, молодое тело - казалось, что кровь уйдет от мозга через пару фраз.    - Да, ты тоже, весьма эффектно, выглядишь, - появился игривый блеск в серо-голубых глазах. Филипп едва сдерживал себя, чтобы не посмотреть вниз, на чуть видневшиеся сквозь тонкую ткань девичьи изгибы. Вроде бы он даже углядел ранее ареолы. - Кажется, твой персик стал намного тверже, - колдун так произнес безмятежно, что сразу и не понял, что же вырвалось из его рта.    Ладони резко взметнулись вверх, закрывая пол-лица. Верхнее полотенце с плеч рухнуло на пол. А уголок нижнего, который был заткнут, опасно натянулся.    - Мой персик стал намного тверже, - убрав руки от красного от столкновения и неловкости лица, он хотел сказать другое, но слова вновь предательски складывались сами собой. - Проклятие! - выругался парень и, не придумав ничего лучше, закрыл дверь.    Раздался глухой звук, будто кто-то ударил кулаком стену. Потом можно было услышать шепот. А затем тишина. И дверь вновь открылась. Случился весь "перфоманс" быстро.   - Прости, - колдун извинился за странное поведение. - Это... - он на секунду отвел взгляд. Но потом вернул обратно на лицо Орфеи. - Я схожу с тобой, с удовольствием. Если... ты еще не передумала, - признаться, он опасался, что из-за своего языка испортил все.

Жизнь в лесу не означит, что можно ходить грязным. И посещать ванну только раз в месяц. Сестра бы ему подобные шалости не позволила бы и веником погнала бы в бадью. Благо ей не приходилось, Филипп любил не вонять и не чесаться. Поэтому даже через жуткую усталость от недосыпа и боя, он залез в горячую воду и сразу расслабился телом, но не душой.   Пока мышцы пели дифирамбы своему хозяину, Филипп размышлял. О том, что им делать дальше. Насколько они тут застряли. И есть ли шанс выбраться навстречу их... его цели. В руках был тот самый сосуд с кораблем. Он продолжал плыть, указывая направление.   - Надеюсь, что ты не исчезнешь, - он тихо выдохнул. Было бы обидно, пройти весь этот путь и упустить то, ради чего оно и затевалось.    Пузырек был отправлен в плаванье в большое море под названием "ванна". Он бился о деревянные скалы, огибал бежевые рифы. В общем развлекался.    Колдун расслабленно лежал, подумывая, что пора и заканчивать, как в дверь постучали. Не размашисто, от чего можно подумать, что за ним пришли и сейчас ворвутся с агрессивными пояснениями. Нет, это был легкий стук. Ненастойчивый.    Парень прислушался, но никто голоса не подал. Кто же это? Сестра? Но она б, скорее всего, позвала бы его по имени.    Небольшой всплеск. Скрип. Ноги на деревянном полу. Короткий шлеп-шлеп и дверь перед Орфеей начала открываться. В дверном проеме стоял Филипп с босыми ногами и чуть удивленно приподнятой бровью. Большое махровое полотенце было обернуто вокруг его бедер. Еще одно было накинуто на плечи, прикрывая их и спину. Торс впрочем был хорошо виден. Очевидно, что парень только из ванны и набросил то, что было под рукой.   - Орфея..? Ты что-то хотела? - взгляд инстинктивно прошелся по новому облачению девушки, который придавал ей некой незащищенности, он быстро поднял глаза вверх.

Амелия все) А за Филиппа, наверное, тоже все

- Доброй ночи, - пожелала чародейка брату и всем остальным спутниками и удалилась в свои апартаменты.    Не долго думая, девушка принялась снимать с себя одежду. После купания, она ее простирает и развесит сушиться. А пока...   Горячая вода ласкала тело, расслабляла. Не смотря на то, что за пределами этого дома таилась опасность, сейчас они все были защищены. Завтра можно переживать и волноваться, а сейчас можно было подумать о чем-то хорошем, позитивном на сон грядущий.    Нежась в ванне, Амелия решила взяться за книгу, отвлечься от тревожных мыслей. "Ночь огня и страсти" вновь окунула ее в мир легких приключений, обворожительных персонажей и их, растущей с каждой страницей, симпатии. Чародейка все гадала, когда же случится их первый поцелуй? И каким он будет? Порывом страсти? Или уверенной взвешенной нежностью?    "Она поймала себя на том, что в который раз украдкой смотрит на его волосы. Не огонь - скорее языки пламени, выливающиеся из-под кожи, притушенные, но живые. Кэйлао спокойно перебирал карты на грубом трактирном столе, делая вид, что поглощён раскладом. - Хочешь - трогай, - вдруг сказал он, не поднимая взгляда. - Что? - она чуть не уронила свою кружку. - Волосы, - невозмутимо пояснил он. - Ты на них смотришь уже так, будто собираешься провести научное исследование. - Я… просто думаю, горячие ли они, - вырвалось у неё. Он всё-таки поднял глаза. Взгляд у него был сосредоточенный и… чересчур внимательный. - Проверишь? - он чуть наклонил голову, позволяя пламени слегка вспыхнуть ярче. Она медленно протянула руку, но в последний момент остановилась в сантиметре от огненной пряди. Тепло она ощутила уже на этом расстоянии: мягкое, не обжигающее, но настойчивое. Пальцы дрогнули. Кэйлао коротким движением поймал её запястье. Не крепко - но достаточно, чтобы в груди у неё всё неприятно-сладко сжалось. - Осторожно, - тихо сказал он. - К огню привыкают быстрее, чем думают. А потом уже не замечают, как без него холодно. Она дёрнула рукой, и он отпустил. Но ощущение его тёплых пальцев никак не желало стираться с кожи."     Дочитав очередную главу, Амелия вздохнула и ее взгляд сам собой устремился на дверь. Напротив ее спальни была комната Хедвина. Она не сама так выбрала! Это все надпись на двери! Хотя, она б скорее всего все равно бы выбрала эту комнату.   Закусив губу, девушка отложила книгу. Вздохнула.   - Интересно, что он делает? - задала себе же вопрос вслух. - Спит, наверное, уже, - сама же себе на него и ответила. - А может тоже купается сейчас...   На секунду. Всего на секунду. В ее мыслях возник образ. Мужчина сидит в горячей ванне, от которой идет пар. По его голому и мощному торсу(наверняка волосатому) стекают капли воды. А ладони натирают... мышцы на руках и груди. Он поднимает взгляд и смотрит прямо на нее, словно поймав ее за подглядыванием.   Амелия не успела даже представить Хедвина целиком, как стыдливо зажмурила глаза, прогоняя фантазию. И отвернулась от двери, будто друид каким-то чудом мог уловить ее мысли.    Через какое-то время, закончив водные процедуры и стирку, она легла на кровать, укрывшись теплым одеялом.

— Пра-а-авда? — в глазах Орфи блеснули искорки. Он подарков она никогда не отказывалась, — я не против, то есть... с удовольствием! То есть... — она вспомнила, как легко обманывала на серебро случайных попутчиков, которые в неё влюблялись, всерьёз полагая, будто обрели любовь всей своей жизни. Нет, не то же самое, даже близко нет, но тем не менее, эти фрагменты недавнего прошлого, столь неуместно представшие перед внутренним оком, заставили её потупить взор.   — Спасибо, — улыбнулась она, — я не забуду.     Если Орфея всегда так реагирует на помощь, то стоит ее почаще предлагать. Уж больно милая реакция. А ведь он даже ничего не сделал, только пообещал дать денег. Если они понадобятся.    - Рано благодаришь, - Филипп улыбнулся. - Но буду рад помочь, - это было действительно так. А ведь колдун альтруистом не был. Малознакомому человеку он оплачивать ничего не стал бы просто так. А тут реально хотел, наверно, как-то защитить девушку от неловкой ситуации. И он не собирался что-то требовать взамен. Этот жест был от чистого юношеского сердца.    И конечно же, дело было не только в доброте и простодушии парня из леса. Орфея была ему приятна.      - Прошу за мной, - позвала ведьма и первой вошла под мерцающую арку. Мгновенное чувство полной невесомости наполняло тех, кто входил следом, а уже через мгновение пейзаж вокруг путешественников сменился. Они стояли на просторном дворе, огороженном крепкими стенами в половину высоты стен самого Тиннира. Всё ещё властвовала ночь, с неба падал редкий мягкий снежок, а изумрудное сияние всё так же безмятежно извивалось среди звёзд.      - Вау, - тихо озвучила свое восхищение Амелия, которая порталов до этого не видела.    Интересно, это какой-то особый свиток? Он всегда переносит к этому огромному дому? Или сам заклинатель выбирает место, представляя его четко, пока читает написанное на пергаменте?    Это было не просто главное задание в городе. А целое убежище! Хатран Лайриса провела небольшую экскурсию, объясняя местные порядки и как тут все устроено. И казалась она не пугающей властной дамой, как думала про всех рашеменских ведьм Амелия, а вполне себе добродушной женщиной, которая не была груба или надменна с ними.   Когда коридор стал удлиняться, а на дверях, ведущих в спальни были выжжены их имена, девушка охнула.   Это место все больше и больше нравилось чародейке. Столько интересного магического плетения. Вот бы и им в лесную избушку подобную расширитель пространства. Это ж и огромный подвал можно сделать! Для всяких припасов. И не надо ничего копать. Утонув в мыслях об том, как можно еще обустроить дом, Амелия шагала по коридору со слегка приоткрытым ртом от восторга.     - Тем не менее, утром я бы хотела видеть вас всех за трапезой. Там и пообщаемся. Крепких вам снов, - маска не скрыла улыбку в голосе хатран, и ведьма пошла к лестнице, ведущей на этажи выше.      - Спасибо, хатран. Вам тоже, - в своей простоте чародейка пожелала и хозяйке хороших снов. А про хаос своей магии она расскажет завтра.    Амелия подошла к двери со своим именем и открыла ее. И приятные мурашки пробежались по телу. Горячая ванная! О, это то, что ей сейчас нужно. И как же она будет сладко спать после этого. 

- В Тиннире есть кузница с самым настоящим формари. Он мигом всё залатает за достойную плату.      "Да, помощь с броней не помешает", - он провел пальцами по разорванным краям жилета.     — Ты в порядке? — первым делом спросила она, — не так болит? Лучше себя чувствуешь?.. — Орфи сделала секундную паузу, потом быстро добавила, — та руна, на столе... мне мама показывала, как сложная магия выглядит, мама... ну, немного разбиралась, — она слегка замялась, прекрасно понимая, что пытается рассуждать о вещах, в которых не смыслит практически ничего, и рискует сильно опозориться, — в общем, есть дикарские руны. А есть те, которые реально умные ребята рисуют, и та руна выглядит именно так. Ничего дикарского в ней нет, человек явно знал своё дело, — на одном дыхании выдала Орфи, и сразу как-то стушевалась, — а ты... как думаешь?     Женская наблюдательность и познания его восхитили. Хорошую вещь она подметила.   - Хм, - раздалось в ответ. Немногословно.    Парень взглянул на руну, пока ее еще не унесли. Символ, как символ. Чуть кривоват, но то рука хатран его быстро перерисовывала. Хотелось бы ему сказать, что он понял, о чем говорит Орфея,  но...   - Ну, честно, не очень в этом смыслю, - признался Филипп, пожав плечами. - Но если ты так говоришь, то верю. Значит, кто-то за перевертышами стоит. Какой-нибудь умный колдун, волшебник, - вкинул он предположение. И задумался, а может ли быть сообразительный маг утраки? Или все же их направляет кто-то другой? Человек, эльф, фея? - Интересно, - он задумчиво обвел взглядом помещение. - Что же тут происходит? - спросил он тихо, не обращаясь к кому-то конкретно.    Остался еще вопросы без ответа, которые он пропустил, отвлекаясь на изучение руны.   - У меня все хорошо, будто новенький. А ты как? - взгляд скользнул по одежде, где были следы от когтей. Филипп слышал переживания Орфеи о цене, которую может запросить кузнец, поэтому решил ее успокоить. Да и не хотелось, чтобы она выполняла какие-то услуги. Конечно, вряд ли формари запросит что-то непристойное, но именно эта непрошенная мысль проскользнула в его голове. - Если будет не хватать, я могу подкинуть монет. - Не то чтобы у него их было много, но вдруг девушке понадобится совсем чуть-чуть?

Не вышло) Но он пытался)

А можно Филиппу кинуть на расаллесиан, раз Орфея обратила его внимание на руну?

Филипп восхищен)

Детки расследование не прокинули 12, 17

-Итак,мы заперты здесь с неизвестным количеством перевертышей.И доверять,надо думать тоже никому не можем.Вопрос откуда и как они узнали где мы,тоже остается.     - Думаешь, что они охотились конкретно за нами? - поднял бровь Филипп. Почему-то ему казалось это сомнительным. Они просто попали в эту ситуацию случайно. Не то время, не то место. Хотя, конечно, может кто-то из спутников чем-то да привлекли внимание местных чудищ. Может украли что-то или что-то подобное.   - Этих людей, то есть их облик, - поправила сама себя Амелия, - я видела вчера в таверне. Они уже были тут.   - Значит, если только буран не гнал нас сюда специально, то мы были случайными целями. Я бы даже сказал, удачными. В отдельном помещении и усталые после пути, - заключил колдун.

- Здравствуй, Амелия. Стало быть, родственники? - серые глаза изучали девушку и её брата, словно искали сходство между ними.      Отойдя от окон, Амелия пошла к центру зала, где была хатран и остальные. Чтобы не разговаривать через все помещение.   - Да, - кивнула девушка в подтверждение. - Брат и сестра, - уточнила на всякий случай. Впрочем, тут мало было вариантов. Ей хотелось поговорить с ведьмой в маске. Хедвин же советовал сообщить о своих магических особенностях, если произойдет встреча с рашеменскими колдуньями. Но пока время не очень удачное. 

- Держи мою руку, - он аккуратно встал, удерживая Амелию на весу за одну ладонь, затем взял за вторую и медленно потянул на себя, чтобы чародейка могла встать на ноги.      Когда Амелия подавала ладонь, на раненном плече заныли раны. Губы чуть скривились, и она их тут же закусила.    - Спасибо, Хедвин, - стоя на своих двоих, чародейка позволила себе маленькую приятность и чуть помедлить с отпусканием мужских рук. Таких крепких и больших по сравненною с ее. Наверное, если такие обнимут, то можно растаять, как маслице на горячих оладушках или блинчиков, взятых только что с плиты.    А еще сверху ягодное варенье и сметану... Похоже, магическое лечение пробуждало аппетит.   Кашлянув еще, она посмотрела на ведьму. Не хотелось прослыть невоспитанной, поэтому чародейка чуть склонила голову, проявляя уважение. Это же не бабушка на рынке, с которой можно побеседовать за рассаду. А глава деревни!   - Благодарю за лечение, хатран. Меня зовут Амелия Матэра, - она решила повторить за братом и фамилию. - И я тоже принимаю ваше предложение. 

- Все живы и целы. Не торопись. Сильно болит? - прагматичный до мозга костей, Хедвин тихим, баюкающим голосом сказал самое важное. И лишь после этого неловко добавил: - Привет.      И правда, живы и целы. Краем глаза она заметила высокую фигуру брата, который уже стоял во весь рост.    По совету мужчины, чародейка не торопилась. Прислушивалась к своим ощущениям. Распирающая боль от когтей уже утихла. Большинство ран зажило, не оставив и следа. Но на плече еще притаилась парочка не до конца затянутых красно-розовых полос. Кровь благо остановилась. Но...   "Сун! Надеюсь, шрама не будет... или его можно будет убрать потом", - взволновалась девушка, ведь такие отметки украшают мужчин. А женщин?    - Уже меньше, почти не болит, - призналась Амелия. Может чуть-чуть, но не настолько, чтобы валяться на полу беспомощно. Хоть, надо признаться, лежать головой на чужом бедре - приятно. Весьма. Особенно, когда на свое неловкое "привет", слышишь такое же чужое. Надо признаться и в этом - чародейке показалось это милым. - Спасибо, - встрепенулось сердечко. И от такой близости, и от смущающей неловкости, и от греющей заботы в словах и голосе Хедвина, который она ощущала.    Улыбка украсила ее лицо. Но потом подлый румянец, подступил к ее щекам, когда чародейка осознала, что лежит вот так, на глазах у всех. Да еще и во всю глядела на друида. Смущение тут же вероломно выглянуло из-за угла, в попытке контроля над ее эмоциями и физическими реакциями.   - Кхем, - кашлянула чуть нервно. - Поможешь, пожалуйста, встать?

Второй раз. Второй раз она была в этом состоянии - между жизнью и смертью. Слава богам, что в их мире существовала магия! Иначе бы никакой лекарь бы не спас, ведь никто ее тело не дотащил бы со стоянки каравана к лекарю. А если и взялся кто-то, то принес бы заледенелый труп.   Пробуждение в этот раз было более легким, быстрым. Кажется, чародейка стала привыкать к подобному "воскрешению". Но все равно было не по себе. Лучше не создавать себе вредную привычку.    Но в всей этой ситуации было и кое-что хорошее. Зеленые глаза сразу приметили мужчину, сидящего рядом. Уже в который раз он находится поблизости. Очень даже близко. Амелия и не сразу поняла, что голова была не на полу, а опиралась на бедро друида. Наверно, это лечебное методика какая-то.   - Привет, - небольшая улыбка и чуть неловкий, прямой взгляд на Хедвина.    Ох и странные эти лесные детишки.   ***   Прохлада окутала раны, забирая боль. Колдун чувствовал, как раны стягиваются, кожа срастается, не оставляя шрамов. Как теплеют пальцы и полностью уходит дымка забвения.   Глаза открылись, и серо-голубые радужки смотрели на Орфею. Внимательно. Можно даже, сказать, разглядывали. Чуть сбитые светлые локоны. Полосы от когтей и красные разводы на одежде. Там, где было чуть видно кожу, раны не проглядывались. Наверно, ее тоже успели подлатать заклинанием. А может все же зелье подействовало. Надо было лишь подождать.        Губы, к которым вернулся нормальный цвет, расплылись в легкой улыбке:   - Барыги - это зло, - согласился Филипп. Он аккуратно коснулся ладони девушки. Пальцы скользнули по коже лишний раз, прежде чем обхватить и застыть. Хотел ли он убрать ее руку? Похоже, что нет. Филипп был бы не прочь полежать так еще, но заговорила хатран и как-то невежливо было валяться на столе. Поэтому он приподнялся и сел на него, свесив ноги и с неохотой выпуская чужую ладошку.   "Здесь небезопасно." Значит, дела плохи. Могут быть еще перевертыши. Голодные, рыщущие в переулках и ночи. Бррр! Если им предлагает защиту сама ведьма в маске, то лучше этим воспользоваться. Тем более, что уйти из деревни они все равно не смогут. Либо утраки устремятся за ними следом, либо морозный буран добьет, либо лесные хищники.      - Каково же ваше решение? - серые глаза метнулись в сторону, но уже через миг ведьма смотрела прямо и уверенно на тех, с кем говорила.      - Мы согласны, - решил подать голос колдун, вставая на ноги. Говорил он не за всех, конечно, вдруг кто-то против. Но за себя и сестру он точно решение принял. - Филипп Матэра, - представился вслед за Орфеей.

Филиппу 23 хп, Амелии 15 хп   Восприятие не прокинули 3, 5

- Эй, малыш, не угасай. Держись, - шептал друид в тщетных попытках пробудить в себе исцеляющую силу. Но та, как вода, иссякла ещё в лесу. Надежда оставалась только на хатран.      Смерть еще не наступила. Упрямый мальчишка цеплялся за жизнь, старался не заснуть, не провалиться в пустоту. Хоть и закрыл глаза. У него не было сил ни двигаться, ни говорить. Даже дыхание было слабым. Организм пытался все ресурсы переправить на остановку крови. Но Филипп старался держать свое путанное сознание до последнего.    Бледные пальцы мертвой хваткой застыли, сжимая клепанный жилет. Может это помогло хоть чуть-чуть удержать красную жидкость.      - Пригляди за ним. Я посижу с его сестрой, - взглянув на Орфею, которая и сама едва держалась на ногах, попросил Хедвин. Она, шатаясь, бросилась к Филиппу и присела рядышком, на стол. Запустила ладонь в его волосы. — Прости, прости, — она прикусила губу, — я единственное своё зелье на себя потратила, и самое смешное, что оно мне, похоже, толком не помогло... Видимо, от длительной носки испортилось, или что-то типа, я... не знаю, в общем, — глаз Орфи нервно дёрнулся, — продают всякий разбавленный мусор за бесценок, обзывают его "зельем", покупай, не жадись. У-у, барыыыги, — она не знала, слышит ли её парень, но продолжала чесать языком, говорить, болтать, чтобы хоть как-то заглушить жужжащий рой кошмарных предчувствий, — мы тебя подлатаем, здесь лекарей полно, что-нибудь да сделают, точно говорю!..     Колдун не мог ответить. Но он слышал. Нечетко, не сразу. Будто шелест ветра издалека. Сначала прозвучал знакомый мужской голос, в котором парень смог уловить и распознать "держись". Теплое, заботливое, тревожное слово.   Потом все переменилось. Как лавина. Но мягкая, которая не погребает под холодным снегом, а аккуратно укрывает белым покровом. Чужое прикосновение, от которого он вздрогнул. Горячая ладонь, а для промерзшего парня она была такой, задела его лоб, заныривая в темные волосы, поглаживая их.   Приятно.    Щебетание Орфеи становилось все понятнее. Из гула, словно из-под воды, до четкого "бу-бу-бу" на каких-то нечестных на руку торговцев и шарлатанов, что продают некачественный товар. Филипп бы усмехнулся, если бы сил на подобное хватало. Как бы хотелось сейчас улыбнуться! Прогнать боль и чужие переживания за него.    Парень был благодарен, за Орфее. За ее присутствие. Хоть они и знали друг друга всего-то ничего. За ее голос, что тот не переставал литься, тянуть его в реальность. Не спать.    "Спасибо".

Ни с чем подобным ни Филипп, ни Амелия не сталкивались. Да, была карга в их прошлом. Но она будто была не такой пугающей. Хотя, может и была. Но память притупила давние эмоции.    Жуткий оскал. Дикий блеск в черных паукообразных глазах, безумно жаждущих мяса. И ярый неудержимый натиск в движении вызывали отторжение, брезгливость. И как они только проникли в защищенный городок? Казалось, тут-то должно быть безопасно. Или все в Тиннире стали монстрами? Но, к счастью, это оказалось не так.    Ведьма в маске пришла на помощь. Значит, союзники в этом поселении все же остались.     Развернув ленту нового тела, деревянная многоножка грозно защёлкала клювообразными жвалами.  Второй рукой хатран совершала плавные круговые движения, словно размешивала воду. Призрачные нити подхватили ножи с вилками и закружили их в губительном блестящем смерче, созданном, чтобы сотней порезов жалить чудовищ.      Это было удивительно! Молодая чародейка решила, если выживет, то обязательно попробует сколдовать что-то подобное. В голове зародилось столько идей, что можно оживить и как использовать. И в бою, и в мирных целях. Столько возможностей. Ограничение только фантазия мага.   Колдун не страшился боя, бежал вперед следом за Хедвином. Какое безрассудство. Он ведь ни воин, ни берсерк. Но почему-то был уверен в своих силах. И недооценил врага. Они не просто когтистые и зубастые. Но и обладали какой-то магией.    Молодость. Пора ошибок.    Зря Филипп посмотрел прямиком в страшную надвигающуюся морду. Темный омут накрыл с головой. И животный ужас тут же сковал парня, сердце застучало бешено. Руки не слушались. Не выставили щит и блок мечом... Все случилось слишком быстро. И острые когти полоснули по плечу, торсу.    Вскрик, ругательство. Он отступил, едва не споткнувшись об перевернутый стул. И уперся в деревянный крепкий стол. Руки зажимали раны, кровь сочилась сквозь пальцы. Шум битвы стал приглушенным. Даже его имя, которое кто-то крикнул. Глаза закрывались. Но страх ушел, только сердце также сильно билось. В ногах слабость от кровопотери. Но тело решило не падать на пол, а завалиться на столовую мебель.    ***   Решив не бежать на рожон, Амелия осталась позади. И даже благоразумно отошла за спины крепких мужчин и оркской женщины. Правда, когда одного ушастика за другим настигли утраки - возле окон уже стало не так безопасно. Надо было бежать. Но в ее сторону уже бежала горилла, и девушка взволнованно начала плести заклинание. Что-то нервно шепча на сильванском, она выставила руки вперед и возле противника появились призрачные разноцветные молоточки. Боньк! И уже никто не бежал, а застыл на месте, полностью парализованный.    Маленькая победа.    Амелия побежала вперед, подальше из угловой ловушки, в которую стекались враги. Тело все еще сковывали последствия мороза. Так далеко не убежишь. Придется прыгать. На ходу девушка рассыпалась ворохом страниц и появилась из такого же вихря рядом с Тенью. Их разделял лишь стол.    На парализованную гориллу, тем временем, налетел рой столовых приборов. Вилки и ножи. Резали, протыкали. Жуткое и завораживающее зрелище.   В следующее мгновение жуткая образина прыгнула к чародейке, сверкнула глазами и жутко заревела. Грозные удары остановил полупрозрачный щит, спасая свою создательницу. Пока что.    - Филипп! - вскрикнула Амелия, увидев раненого брата. Хотела уже устремиться к нему, но не успела.   Отвлекшись, она не заметила, как к ней рвануло со всех ног еще одно чудище. У деревянной многоножки не было мяса, а у человека - да. Выбор монстра был очевиден. Везение девушки на этом закончилось. Щит распался, пропуская когти.

Кстати, Ириена, у Разгиры осталось только одна ячейка 2 уровня. Первые в ноль: Убежище, Направленный снаряд и Лечащее слово (2 раза кастовала) в прошлом бою были