В подвале сыром холодном
Лежал новый обращенный.
Лето встречал в снах,
Я ему на плечи ведро выливал.

Рожден из хулы на почве шаткой,
Жалами сдобренной и смешками усеянной:
Зияет расселина чумная,
Асоциальная, отрицающая всякого тирана.

И между теми кто свыше: вражда, — а тем кто ниже — страшно.

Пока есть семья, пока — еда, работа — едва.
Хотя бы — семья, хотя бы — работать, хотя бы — семья.
И всего им мало, и не вдоволь и не достача,
И еще бы вволю и еще бы полную чашу и для себя чаще.

Эта плоть розовела
Дом никакой мне
А во всех утешительных
Пытках — ловил смех и взгляды на себе.

Рвало от песен

И не сбежать: белая пустошь.

Как не в себе:"Тело — не ваше, тело — не ваше!"
А как же? А кожа?