Приди же, Муза,
Явись же вновь передо мной!
Явись же — образ погребенный!
Тебя я жажду видеть вновь!

Мой демон, рок мой, красной пламень,
И глориол твой золотой,
Я жажду снова быть с тобой.

Лета прошли, их беспокойство
Укоренило дух поэта.
В чем жизнь его, таланта свойство,
Чему посвящены соннеты:
Того уж нет давно.

Явись, прошу, мне день не светел.
И, сталось, обезумел месяц мой:
Он ночью темн висит и светит
Напрасно над пустой землей.
Я новый встретил взгляд в сей жизни.
Даруй же память мне
О, Муза, истина — в вине,
Но истинно — я трезвый опьянен!
Любовь! Ничто — дурман дымной!

Тебя прошу — вернись.
Мне многое теперь сказать
Предстало, а чувства, подлежа накалу,
Мне хочется пустить уж ввысь,
Чтобы летали широко́!

О, Муза, славная царица,
Благоволи и поклонится моя глава
Перед тобой!
Я обниму твои колени
И в руки крепкие возьму:
Ни ложь, ни грезу, ни мечту...
Я вижу: малый огонек,
Не тлеет он, не вспыхнет разом.
Его нести всю жизнь готов,
Пока заря иль солнце не погаснут!

О, Муза, — я зову — приди!
Порог мой осени́ воздохновеньем,
Я жду тебя с любовью
И надежды полон.
Я в даль смотрю и вижу там:
Как месяц снова светит нам
В ночи угрюмой, незнакомой.