ПРОЛОГ
В таверне кипела привычная ночная жизнь. Захмелевший бард, дергая непослушными пальцами струны лютни, пытался сыграть связную мелодию, за рассохшимся столиком, жалобно скрипящим под напором, тягались в борьбе на руках верзила-редгард и молодой хаджит, в дальнем углу зала шумно целовалась влюбленная парочка. Миловидная официантка сновала между столиками, подавая блюда и унося посуду.
Стряхнув с сапог шапки снега, в "Пик ветров" вошел посетитель, рослый норд лет тридцати. Откинув капюшон, он прошел к стойке, спустил с плеча сумку и присел на свободный стул.
-Халбьорн! Рада тебя видеть! - официантка улыбнулась ему, откинув прядку волос со лба.
-Карита! Предупреждай, что подходишь - от такой красоты впору ослепнуть!
Девушка зарделась, протянула ему кружку.
-Все такой же льстец! Что подать?
-Кружечки эля и порции отварной говядины будет достаточно. Где Торинг? Почему ты сегодня одна?
-Отец захворал после того, как мама... - Карита наполнила кружку пенящимся элем, - Ты... ты ведь знаешь, что произошло...
-Да, знаю... М-м-м, этого мяса я не ел целую вечность! - Халбьорн перевел разговор в другое русло.
-Рада, что тебе понравилось! Ну а ты? Чем занят... - кто-то из посетителей шумно требовал добавки. – Даэдра их возьми... Уже иду!
-Не волнуйся, я не спешу уходить, - улыбнулся Халбьорн.
Карита подхватила поднос и зашагала к столам, он проводил ее взглядом и, нанизав на вилку очередной кусок мяса, стал наблюдать за залом, гудящим подобно потревоженному улью. Вот тучный торговец, ожесточенно спорящий с соседом по столу, рядом, на скамье – аргонианин, прихлебывающий суп из миски, неподалеку от них - начальник стражи Данстара, раскрасневшийся от хмеля словно помидор. Щуплый альтмер в лёгкой кожаной кирасе задумчиво дырявил столешницу тяжелым ножом. Возмущенная, Карита направилась к нему.
-Прекратите портить стол! – альтмер даже не шевельнулся. Девушка дернула его за плечо.
-Слышите меня? Вы перебрали! Немедленно убирайтесь…А-а-а!
Одним движением альтмер выдернул нож из стола и выставил руку, едва не касаясь острием шеи официантки. Таверна затихла в одно мгновение.
-Скажи, девка, что мне мешает выпотрошить тебя прямо сейчас?! Ты? – он дернулся к толстому купцу, зловеще сузив осоловевшие глаза, отчего тот взвизгнул и замер. – Или ты?! Карита судорожно дышала, глотая слезы.
Халбьорн рывком поднялся со стула, пробился сквозь толпу напуганных зевак и медленно подошел к ним.
-О-о-о, надо же! Что тебе нужно, бродяга?! Хочешь стали в брюхо?!
-Отпусти её. – Халбьорн сделал шаг вперед.
-Стой, где стоишь, выродок! – безумец шевельнул рукой, и по шее всхлипывающей Кариты поползла струйка крови.
-Спокойно, спокойно! Видишь, я безоружен. Опусти нож, приятель, она не сделала тебе ничего дурного!
-НЕ УКАЗЫВАЙ, ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ!!!
Халбьорн замер, выставив руки перед собой, и скользнул взглядом вокруг. Он понимал, что злить захмелевшего дебошира, пока он держит нож у горла Кариты, не стоит, понимал также и то, что сейчас он наиболее открыт для внезапной атаки… Прикрыв спиной ближайший стул, он незаметно подтянул его ближе к себе, снова замер, не сводя глаз с брызжущего слюной эльфа.
-Давай просто поговорим. Что ты хочешь в обмен на нее? Золото? Только дай мне подойти к сумке, и ты его получишь!
На мгновение в пьяных глазах эльфа проскользнула искорка мысли.
-Ладно… Но если ты хоть что-нибудь вздумаешь вытворить, я вспорю ей глотку! – Карита всхлипнула, с мольбой в слезящихся глазах глядя на Халбьорна.
Халбьорн кивнул, медленно отошел назад и зашагал к стойке. Подойдя вплотную к девушке, он шепнул как можно тише:
-Когда я подам знак, падай на пол!
Дойдя до стойки, он под взглядами замерших посетителей выудил из сумки тугой мешочек септимов, развернулся и пошел обратно.
-Вот золото! Здесь пятьсот септимов – возьми и отпусти её, – Халбьорн подошел ближе, медленно протянул ему мешок… Шумно дыша, альтмер вытянул дрожащую руку навстречу. Халбьорн встретился глазами с Каритой, едва заметно кивнул…
Стул, посланный в воздух резким пинком, с глухим треском впечатался в лицо эльфу, и прежде, чем тот рассёк воздух ножом, Карита бросилась на пол. Повалив скамью позади себя, альтмер отлетел к стене, каким-то чудом умудрившись удержать в руке нож. Халбьорн оттолкнул всхлипывающую официантку, подскочил к хмельному безумцу и ударил с левой руки, ломая челюсть, вогнал правую под ребра, затем, навалившись плечом, припечатал его к стене. Нож со звоном отлетел, покатившись по дощатому полу. В зале поднялась кутерьма, посетители, роняя стулья и опрокидывая столы, ломились к выходу, воздух вспорол чей-то визгливый крик, ввинчивающийся в уши.
На мгновение обмякший под градом ударов, протрезвевший альтмер яростно вывернулся, пнув противника под-дых, и на четвереньках бросился к ножу. Хватая ртом воздух, Халбьорн схватил его за ноги и рванул на себя, вскочил и ударил кованым сапогом, окончательно выбивая челюсть. Брызнули зубы, эльф взвыл, зажимая окровавленный рот, и замер зародышем, подтянув колени к подбородку. Тяжело дыша, Халбьорн обернулся к стойке.
-Карита! Зови стражников – пусть решают, что с ним делать…
Неожиданно тело пронзила острая боль, он почувствовал, как намок и потяжелел край куртки, и увидел костяную рукоять ножа, торчащую под ребром. В висках гулко стучало, голова закружилась. Стиснув зубы, он сжал рукоять и дернул, вынимая широкий клинок из раны. Кровь хлынула на пол. С глухим рыком боли Халбьорн шагнул к пытающемуся отползти альтмеру и ударил снова, превратив лицо в сплошной кровоподтек и лишив его сознания.
В этот пинок он вложил последние силы. Медленно оседая, Халбьорн какое-то время смутно слышал крики Кариты, грохот входной двери и топот сапог.
А потом провалился в темноту.