Вампиры Андорана: клан Унгвибов

Вампиры Андорана - не просто монстры, а сложившееся сообщество кланов, каждый со своими особенностями и отличиями. Сегодня мы познакомим вас с кланом "родных" Андорану вампиров -  Унгвибов.
Этот клан многие исследователи описывают как «исконно андоранский, нативный вид вампиров». Действительно, даже при раскопках древних поселений и могильников ученым иногда попадаются останки, несущие на себе явный отпечаток деформаций, которым подвергался умерший в процессе обращения в Унгвиба. Судя по состоянию скелетов и особенностям захоронений, проживавшие в древнейший период истории архипелага норды предпочитали убить зараженного вампиризмом сородича путем отсечения ему головы - а не попытаться излечить его.

Тот, кому хотя бы раз довелось столкнуться с яростной стаей Унгвибов, легко согласится с оправданностью подобного метода избавления от болезни. Известно, что эти вампиры, и без того наделенные большой физической силой, выносливостью и ловкостью, предпочитают сбиваться в группы, чтобы жить и охотиться вместе. Агрессивные и ненасытные, они рыщут в лесах, сметая на своем пути небольшие хуторки и убивая попавшихся им охотников или лесорубов - а иногда даже рискуют нападать на окраины крупных поселений. Кроме всего прочего, даже получив серьезное ранение, любой Унгвиб способен полностью восстановиться за считанные часы.

Заражение этим видом вампиризма обыкновенно происходит после близкого контакта человека с любыми выделениями из тела Унгвиба. Большинство описанных случаев обращения связаны либо с нападением вампиров на человека и заражением его через укус (не обязательно сопровождающийся высасыванием крови), либо  с таким явлением, как «доение». Дело в том, что Унгвибы предпочитают селиться подальше от цивилизации, в глухом лесу, на скалах - вообще в любом труднодоступном месте, - и по этой причине не могут совершать частые вылазки за «свежей кровью». Для поддержания сил и утоления голода, они захватывают и удерживают в своих логовах пленников, называемых «Скотиной». Каждая такая «Скотина» может прожить от недели до нескольких лет, подвергаясь постоянной «дойке» - т.е. сцеживанию крови ровно настолько, насколько организм жертвы в состоянии выдержать ее без летального исхода. В конце концов, большая часть «Скотины» погибает от малокровия, ужасных условий жизни и постоянного недоедания - те же, кто оказался восприимчив к гемофилии, заражаются и проходят несколько стадий развития болезни, прежде чем стать настоящим вампиром Унгвибом.

Начальную стадию заболевания пропустить очень легко из-за слабо выраженных симптомов. Некоторые больные жалуются на слабость и недомогание, «тянущие» ощущения в мышцах - но большинство ничего не замечают до появления более явных симптомов, вроде жара, ощущения «песка в глазах», тупой ноющей боли в груди и конечностях. Постепенно заболевший человек увеличивает мышечную массу, особенно в груди - это и есть самый верный признак того, что лекарь имеет дело с гемофилией, ведь при обычной болезни вес тела чаще всего снижается. Затем внезапно наступает смерть больного от остановки дыхания. При этом его внутренние органы продолжают функционировать, а циркуляция крови хотя и резко замедляется, но не прекращается совсем. Чаще всего такого человека даже опытные лекари принимают за мертвого - и спокойно относят на кладбище, где его тело будет «дозревать» еще около двух недель, прежде чем окончательно примет характерный для Унгвиба облик. Радужная оболочка глаза обесцвечивается практически полностью, что улучшает способность вампира видеть свою жертву даже в безлунную ночь. Увеличение мышц плечевого пояса и уплотнение ребер приводит к тому, что многие Унгвибы начинают передвигаться как бы полусогнувшись, наклонившись вперед. На пальцах вырастают длинные и крепкие чуть изогнутые когти, а кожа приобретает землистый - или напротив, неестественно бледный цвет. Выбравшись из могилы или склепа, Унгвиб чаще всего прибивается к ближайшей стае себе подобных и вливается в ее жизнь так, словно он всю жизнь прожил среди вампиров. К сожалению, нам ничего не известно о существовании у Унгвибов иерархии и вообще каких-либо социальных отношений внутри каждой группы, но по слаженности действий ее членов можно предположить, что она все же подчиняется каким-то своим законам.

Продолжение следует.