Mad Ness
-
Постов
3 924 -
Зарегистрирован
-
Посещение
-
Победитель дней
1
Тип контента
Профили
Новости
Статьи
Мемы
Видео
Форумы
Блоги
Загрузки
Галерея
Весь контент Mad Ness
-
Ночь. Подвал под Большим Залом. Рико сидел, привалившись к стене, противоположной той, на которой располагалось маленькое выходящее на улицу оконце, едва-едва приподнятое над землей, чтобы слякоть и грязь не затекали в подпол. Без особого энтузиазма съев принесенную какой-то девкой крупяную кашу с кусочком сала и запив ее горячим травяным отваром, он хотел лишь одного - провалиться в сон и забыться, хотя бы на пару часов. Тщетные попытки уснуть не принесли никаких видимых результатов, чему поспособствовали сразу несколько пренеприятнейших факторов: дикий холод, влезший тысячей когтистых лап в помещение, едва только на деревню опустилась темнота; отсутствие информации - монах понятия не имел, когда его выпустят из этой дыры и выпустят ли вообще, как и совершенно не представлял себе, займется ли кто-нибудь из недавних "товарищей" его поисками, если они, конечно, уже вовсе не покинули деревню, бросив его на произвол судьбы - дамы довольно стервозной и безразличной к чужим проблемам; наконец, последним фактором мешавшим заснуть, пожалуй, больше остальных, был оглушительный стук зубов самого Рико. На мокром месиве из снега и грязи, располагавшимся за оконцем, появилось неспешно приближающееся пятно света. Достигнув, по видимому, внешней стены Зала, оно остановилось. Свет затекал в подвал, немного разгоняя царивший здесь мрак. В центре светлого пятна виднелись два черных сапога, забрызганных каплями слякоти. Помявшись какое-то время у оконца, сапоги соизволили подать голос. - Не спишь? - Чуть хриплым баритоном произнес Голос, - Знаю, что не спишь. А раз так, слушай сюда, времени у меня не так много, как бы хотелось. Отправляйся к Савелию, да прихвати с собой кого-нибудь, кто в le medicine соображает. Скажешь ему, что по велению сердца явился. Попросишь в крипту проводить, да тела показать... Вот это же письмецо, - что-то заслонило падающий в оконце свет факела, а через мгновение внутрь провалился конверт из плотной бумаги. - Отдашь храмовнику. Пускай покажет его Преподобной Матери в любой из уцелевших Церквей Орлея. - Голос затих на мгновение, а затем, удаляясь, вместе с пятном света, произнес. - Двери открыты. С местными дикарями проблем не будет, если не нарываться. Au revoir, Птенец. Под налетевшим порывом ветра, тяжелые двери подпола, чуть скрипнув, приоткрылись. Путь был свободен.
-
Домик Рунвальда Вернувшись из оранжереи и поймав очередной хитрый взгляд старика, Ядвига демонстративно зевнула, показывая, что ей, якобы, совершенно не интересно все то, что он от нее скрывает. Помаявшись некоторое время бездельем, тетушка, со скуки предложила травнику сыграть в "порочную добродетель" на раздевание. Раскинув умело подтасованные карты на цветастой шали, ведунья взяла свой пул и, спрятавшись за карточным веером, расплылась в самодовольной ухмылке. Каково же было ее удивление, когда она, вдруг, умудрилась проиграть! Но, чтобы не терять лица, под аккомпанемент собственного пения и бряцанье манист, коими была расшита юбка, влезшая на стол тетушка Дурноглаз, принялась исполнять танец "Пчела под платьем", извиваясь и вздрагивая, срывая с себя все новые и новые детали одежды так, будто бы под укрывавшими ее тело тканями и впрямь бесновалось маленькое кусачее насекомое. В тот момент, когда юбка высоко взвилась, обнажая стройные загорелые ножки, Рунвальд схватился за сердце, не выдержавшее такого напряжения, и медленно осел на пол. Раздосадованно плюнув и посетовав, что мужик нынче слабый пошел, Ядвига занялась пострадавшим. Благо оказалось, что старик просто отключился от избытка чувств, так что проводить ему интенсивную терапию, нужды не возникло.
-
Домик Рунвальда Старый Рунвальд не продал Ядвиге ничего, что можно было бы выкурить, но тетушку не так-то просто провести. Глядя на то, как хитро поблескивают глазки травника, она сделала вывод, что старый пень скрывает от нее свою заначку, рассчитывая пыхнуть, как только товарка зазевается, али куда отлучится. Изобразив святую невинность, попутно насвистывая мотивчик девятнадцатого куплета про Ежика, который, впрочем, ничем не отличался от всех предыдущих и, пожалуй, последующих тоже, сколько бы их еще ни было, тетушка Дурноглаз отправилась "припудрить носик", однако путь ее, сделав странную петлю, волшебным образом закончился в оранжерее Рунвальда. - Так-так-так... - Потерла ручки ведунья, чуя близкую поживу, - Где тут у нас Salvia Divinorum пробегал? Ага. Вот ты где! Увы, это оказался не столь желанный шалфей, а самый банальный кустик эмбриума. Ну, что ж поделать, ривенийка выдрала его с корнем, так, что сажать его обратно уже не было особого смысла. Со словами "не пропадать же добру", Ядвига спрятала кустик под корсажем, поближе к сердцу.
-
Дом Болли Островитянка покрутила в руках почти пустую чашку, подняла на Болли всё ещё сверкающие глаза, улыбнулась и спросила. - А можете что-нибудь спеть? Старушка мелодично рассмеялась, - Ох, вот это неожиданный вопрос... - Она призадумалась, чуть прикрыв глаза и шевеля губами, будто-бы пытаясь что-то вспомнить. - Хм, - Она расплылась в довольной улыбке, - Припомнила я начало одной песенки, которую доводилось здесь слыхивать, да вот только продолжения не помню. Коли сможешь где узнать ее целиком, так буду рада послушать. А начало у этой песенки вот такое, - откашлявшись, Болли запела, искусно обыгрывая каждую нотку и ежесекундно изменяя голос до неузнаваемости, когда того требовало исполнение: - "Ночь пришла, пора в кровать, закрывай-ка глазки". - "Братик, разве можно спать, не послушав сказки?!" - "Вот ведь хитрая лисичка... Ладно, я согласен. Расскажу уж, так и быть, пару старых басен. В стародавние года, жила одна принцесса, Ох трусихою была... Ради интереса. Как-то раз, услышав шорох да вскочив спросонок, "Монстр!" - вдруг визжит она, а перед ней мышонок!" - "Ну и глупая девчонка! Я куда смелее! Монстра вмиг я победю, драться я умею!" - "Все, малютка, не крутись. Засыпай скорее. Утро вечера, скажу я, всяко мудренее. Тише... Чу! Скрип ступеньки, слышишь?" Серце замерло в груди. То уже не мыши... Голос певицы оборвался на волнующей ноте и затих, погружая гостиную в тишину. - Вот так, - Болли улыбнулась Кае, - Может тебе удастся узнать, чем закончилась эта история? Ах... - Она мечтательно закатила глаза, - Может-может. Получено новое задание: Страшная сказка.
-
Дом Болли - Вот тут подруга как-то говорила, что с прачкой завязался разговор, так та рассказывала, что дочка старостина Басилио оказывается изменяет... Ой. Ну вот. Опять, - Кая замялась, хитро посмотрела на старушку и поинтересовалась. - А было с кем? Любопытно даже стало... Старушка ответила девушке не менее хитрой улыбкой, а вокруг ее прищуренных глаз засияли лучики мелких морщинок. - Ох, девицы, о чем бы не болтали, так все одно на дела любовные сведут! - Она покачала головой, прихлебывая уже остывший чай. - Не было у Алинки никогда мальчишки... Бегать за нею много бегало, да Басилио резвее всех, но она от них только нос воротила, с детства предпочитая вместо того, чтобы по темным уголкам обжиматься, по лесу гулять да охотиться. Но Басилио все упорствовал, даже когда все остальные сдались, видать, у него к ней какой-то свой интерес есть. Девка все от себя его прочь гнала, когда предложение ей сделал, и вовсе дураком перед всей деревней выставила... - Болли взяла маленькой десертной ложечкой немного варенья, - Но, после нападения, как отошла, сама же перед ним повинилась и согласие свое на помолвку-то дала. И как только через гордость переступила? В общем, это я к тому, что не с кем ей в деревне шашни крутить.
-
Дом Болли - И что ж все так боятся из дому выходить? Частенько в городе нападения были? Болли печально опустила взгляд, - Нет. Раньше зверь приходил за своей жертвой раз в месяц, но на той неделе напал и уел сына Ивора-трактирщика от первого брака, вместе с невесткой и внуком. - Она вздохнула, - Их бы отпеть по божески, да дать отойти к Создателю, но Савелий что-то странное удумал... Наколол на озере ледяных глыб, приволок их в крипту, под часовней, и там тела сложил. И Павла, и Даленку и маленького Николя. Говорит, что написал кому-то, кто может помочь разобраться во всем, что не верит в зверя и берется доказать, что это вовсе никакая не Чуждая кару послала, а все злоба людская и к вере в Создателя и Пророчицу его отвращение. - Она развела руками, - Даже не знаю, что о таком и говорить. До того, как приехать в Грейвен, я была певицей, а вовсе не каким-нибудь тайным агентом Императрицы, и что Савелий хочет получить от тел несчастных, совершенно не представляю, да примет Создатель их души...
-
Дом Болли - Правда, так думают? А с чего всё началось? С нападения на Алиенну? - Не все. Далеко не все. Большинство видят в нападениях козни демонов или какого одержимого. Некоторые говорят о проклятии оборотня, и эти россказни знатно подкармливает то, что Алинка из дому носу не кажет в последнее время. Народ уповает на Создателя, но... Если так будет продолжаться и дальше, то их вера пошатнется, а это никогда не приводит ни к чему хорошему. Только вера и надежда на перемены к лучшему дают людям силы в смутные времена. - Подлив еще чаю в бокальчик Каи, старушка вручила ей кадку с вареньем. - Слушать-слушай, а кушать - кушай! - Назидательно погрозила она пальцем и продолжила рассказ. - Пытались мы и сами совладать, и наймитов зазывали, а недавно к нам магистр из самого Тевинтера заявился. Сказал, что прослышал о нашем горе и берется изловить зверя, да не требуя ничего взамен. Но за все время от него ни слуху, ни духу. Как поселился у бандюги Рубайло, так и живет там себе, неведомо чем занимается.
-
Дом Болли - Это... прекрасная история. Если вам давно не удавалось её рассказать, это настоящий кошмар, такие легенды должны передаваться, - с жаром ответила Кая, отпивая чаю. - И что же, до сих пор ей делают подношения? Чем она грозила за нарушение договора? Болли чуть кивнула, изображая поклон, в благодарность за похвалу. - Такова история... Что-то забывается, что-то изменяется... Сказка эта кончается тем, что Лес отступил, уводя с собою все свое дикое воинство и забрав тела павших той ночью, но, говорят, что и поныне можно отыскать в самой темной чаще капли крови, пролитой людьми и лесом, крови из которой родилась Чуждая. - Старушка на мгновение замолкла, а потом продолжила. - Оттуда и пошла традиция дарить алую бусину. Считается, что тот, кто примет ее в дар, всегда будет помнить о договоре с Чуждой и своей любимой. Но эту часть истории большинство уже не помнит. Чуждую давно забыли, перестали ей поклоняться и приносить должные жертвы. Некоторые считают, что все эти нападения и есть ее кара. - Она пожала хрупкими плечами, - Не знаю.
-
Чаща - Т-тут кт-то-то есть? - Едва выдавила из себя Мэйс. Слова давались с трудом, во рту пересохло от страха, а язык еле ворочался и заплетался. Лес молчал. Мэйрис слышала лишь свое дыхание и стук сердца, который казался настолько громким, что от него, должно быть, было бы эхо, если б листья и мох не скрадывали любой звук. Она явственно ощущала враждебность этого места и свою... чуждость в нем. Лес наблюдал за ней со все возрастающей враждебностью, пора было бежать. Бежать прочь отсюда, от этой чащи со всеми ее тайнами, сколь бы манящими они не казались. В конце-концов, ни одна тайна не стоит жизни, особенно, если ты даже не успеешь поведать о ней остальным.
-
Дом Болли - Я виделась с ним, он... хороший травник. Но я предпочту узнать истории от более приятного собеседника, - улыбнулась девушка, закинула в рот орешек и теперь спросила уже с неподдельным интересом (как-никак, легенды были её давней любовью, пусть и давно ушедшей с первых ролей). - А что тут за традиции были? Как они с охотой связаны? - О... - Округлила глаза Болли, - В стародавние времена, когда мир был молод, как любит приговаривать Рунвальд, здесь жили храбрые люди, не побоявшиеся обосноваться на берегу озера, рядом с Безымянным Лесом. Каждый день их жизни был не просто очередным кусочком отпущенного времени, нет... Каждый день был историей, чьи страницы, полные отваги и доблести, хитрости и коварства, писали кровью. Это была нескончаемая борьба за выживание, люди боролись с неведомыми ныне ужасами лесной чащи, многие гибли, но выжившие не сдавались. Однажды, когда настала темнейшая ночь, а небо затянули облака, сокрыв землю от светил, Лес решил раз и навсегда покончить с людьми. Если верить сказке, тогда сами деревья пошли войной на Грейвен, а сонмы диких тварей нападали на жителей и кровь людей, смешиваясь со звериной, ручьями стекала в озеро, чьи воды окрасились алым. Выжившие люди сгрудились у кромки вод, приготовившись подороже продать свои жизни, а Лес обступил их со всех сторон, так, что озеро оказалось в посреди дремучих зарослей... В этот момент, из-за тяжелых облаков выглянула полная луна, но лик ее был ал, как пролитая в ту ночь кровь. Из лунного отражения в озерной глади, из крови людей и лесных чудовищ, в самом сердце чащи Безымянного Леса, родилась Чуждая. Она вышла на берег, являя собой договор между Лесом и Людьми. Кровь за Кровь - вот каков был тот договор, и тогда люди узнали, что за всякую добычу, необходимо принести жертву, чтобы заведенный природой круговорот никогда не нарушался. Жители Грейвена приняли договор и каждый выживший поклялся, что он и все его потомки, покуда будет стоять сам Грейвен, будут почитать Чуждую и Лес, и следовать условиям договора кровавой луны. - Болли пригубила чай, и чуть цокнула языком. - Сахару маловато... Раньше, помнится, могла себе позволить по четыре кусочку класть. Эх, ну, все проходит. - Старушка улыбнулась Кае. - Вот такая история.