SHaEN

Старый приют морталитаси. Мастерская - Читать мысли не обучен, к тому же подобное умение напрочь лишало бы жизнь приятных сюрпризов, - улыбнулся Анри, скрестив руки на груди. - Делай все, что считаешь нужным - я тебе доверяю. Потом бы в деле опробовать... Но, думается мне, сию оказию не так и долго предстоит ждать. Учитывая напряженность последних дней, - пояснил он. Найри улыбнулась Генри в ответ, подумав, что насчёт чтения мыслей он прав. Возможно, иногда такая магия и была бы полезна, однако её повсеместное присутствие вызывало бы массу ненужного напряжения и да, лишало бы жизнь части её прелести. - Я думала, ты про снежное побоище, - усмехнулась Найри, положив посох на верстак и вооружаясь необходимыми инструментами - сначала примерка, разметка, потом всё остальное. - Ишиана всерьёз говорила про игру в снежки? Откуда такие идеи?

Старый приют морталитаси. Мастерская - Крису тоже нравится, - улыбнулась еще шире магесса, вскакивая со стула. - Пойду поищу Йорга пока. Утром он куда-то ускакал, так что не знаю, в доме ли он вообще. Но я посмотрю. Крису? Найри чуть нахмурилась, недоумевая, но промолчала, большей частью потому, что Ишиана уже подхватилась, собираясь немедля идти за Йоргом. Наверное, Крис - дух, который помогает ей с магией. Кажется, именно так оно и работает, да. - Найри, - позвал он и, подойдя ближе, протянул ей посох. - Ты, помнится, говорила, что можешь его как-то улучшить. Но, если у тебя нет времени, то... - Анри неопределенно повел плечом. - То я подожду, когда оно найдется. Ишиана пронеслась мимо Генри к выходу из мастерской, Найри только проводила её взглядом. - Читаешь мои мысли? - Найри взяла посох, взвесила в руке. - Я недавно подумала о том, что осталось только попросить у тебя посох, чтобы дополнить его этими частями из веридия, - пояснила она, указав на верстак, где в ряд лежали широкие металлические кольца и кованое фигурное навершие. - Не возражаешь?

"Выживание позволяет добывать алхимические ингредиенты и другие необходимые ресурсы..." Мастер, металл и дерево тоже? Или только шкуры животных?

Старый приют морталитаси. Мастерская - Что ты! - улыбнулась польщенная девушка. - Наблюдать за работой мастера - всегда интересно. Есть в этом что-то... завораживающее, - подобрала она подходящее слово. - А броню ты ковать тоже умеешь? Можешь сделать для Йорга доспех? Если тебя не затруднит, пожалуйста, - добавила Иши, слегка смутившись, и поерзала на стуле. - Йорг добрый и хороший, и он купил целую кучу веридия, и для Эрика тоже. Хочется его чем-то порадовать. - Я попробую сделать достойный Йорга доспех, Иши. Но нужно мерки снять и определиться с тем, какой именно доспех он предпочитает. И я рассчитываю на помощь Майера и твою поддержку. Знаешь, твоё присутствие помогает, Ишиана. Наверное, потому что тебя завораживает наша работа, - тепло улыбнулась Найри.

Старый приют морталитаси. Мастерская - Мне всегда было интересно, как кузнецы учатся ковать. Это ведь столько материала приходится извести в процессе, наверное, — поделилась девушка, проходя в мастерскую и скромно присаживаясь на стульчике. — Вы не против, если я тут посижу с вами? Я не буду мешать, просто посмотрю. Впрочем, если скажете уходить, то я не обижусь — у каждого свой привычный распорядок работы. — Оставайся, конечно, Иши, никто не против, — за обоих ответила Найри, посмотрев на Майера, который тоже явно не возражал против присутствия юной магессы. — Что касается учёбы, — она положила заготовку для наконечника посоха в разогретую печь. — Она проходит в присутствии мастера. Сначала на работах, не требующих особых умений, потом на более сложных, кропотливых, ответственных, прежде чем мастер не поймёт, что подмастерью можно доверить изготовить какое-либо изделие самостоятельно. Так что, металл сотнями килограмм никто не портит, — улыбнулась Найри. — Но такое всё же случается, даже с бывалыми кузнецами. Металл можно перегреть, тогда его структура станет крупнозернистой, а изделия из него либо некачественными, либо не получатся вовсе. Если наоборот недогреть, заготовка окажется недостаточно пластичной для ковки, пойдёт трещинами при попытке её обработать, то есть, тоже можно выбрасывать. Тут важно внимание и опыт. По цвету металла в печи можно понять степень его готовности к ковке. На этом многословные объяснения закончились, Найри целиком ушла в работу, лишь иногда коротко переговариваясь с помогающим ей Майером. Да, и для разговоров за стуком тяжёлых кузнечных молотов вскоре стало слишком шумно. Работа спорилась, только Найри немного увлеклась, придав будущему наконечнику посоха Генри фигурности. Хотя получилось вполне подходяще для мужской вещи, без лишних декоративных элементов, но функционально - даже тупым концом такого навершия можно нанести серьёзные травмы нападающему, если на заклинание времени не останется. Прикинув диаметр посоха Найри принялась за изготовление обещанных колец, которым надлежало сделать более удобным хват и увеличить жёсткость конструкции, не сильно прибавив оружию мага веса. Прошло не так мало времени, прежде чем осталось лишь позаимствовать у Генри его посох для того, чтобы соединить с ним все металлические части, созданные для его улучшения, но Ишиана по-прежнему оставалась в мастерской. Найри сняла рукавицы, вытерла пот со лба, улыбнулась магессе. - Ты прилежная ученица, Ишиана. Не думаю, чтобы я смогла столько же высидеть на уроке по магии.

Старый приют морталитаси. Купальня -> Мастерская По венам снова текла раскалённая лава, горело под кожей, пылал разгорячённый лоб. Снег был бы сейчас весьма кстати, но сойдёт и ледяная колодезная вода, ведро которой Найри уже вылила на своё обнажённое тело, даже не поёжившись. Ей было жарко, как в знойный летний полдень. Невозможность скромно умыться у колодца оказалась к лучшему. Она усмехнулась и потянулась за вторым ведром. Совсем небольшая плата за новые грани привычных способностей. А какое наслаждение снова так остро чувствовать неукротимый пожар драконьей крови в себе. Хотя в первый раз ей не понравилось. Она едва не сгорела дотла в этом огне, взявшись ему сопротивляться, когда следовало принять, как неотъемлемую часть себя. Её сила, ярость, страсть, в ауре магии потрошителя приобрели совсем иные, впечатляющие масштабы, пусть и нуждались в железном поводке воли. А метель бы сейчас всё-таки была благом. Может, попросить Генри её сотворить? Нет, она попросит его кое о чём гораздо более полезном. Серые глаза опасно полыхнули багровым, и Найри принялась одеваться. Через пять минут она уже спускалась в подвал.

Старый приют морталитаси. Сад -> Купальня - Ближе к обеду или после него, - пояснила она. - Хочу успеть всех отловить и позвать, а там кто захочет - тот присоединится. А зима не нужна, Джейк с Анри могут наколдовать нам снега. Вчера вот целого снеговика наколдовал для меня. - Глаза девушки горели задорным огнем, словно у пса, дорвавшегося до протухшей дохлятины, на которой было приятно вываляться. Наколдовать снега, значит. Интересно, такое использование магии не является нарушением... чего-нибудь? Наверное, нет. Иши явно не похожа на злостную нарушительницу правил. Найри усмехнулась. А почему бы не поиграть в мяч, сделав его из старого, негодного больше ни на что тряпья, которого полно в доме? Она помнила эту деревенскую забаву, когда порой удержать в заведённых за спину руках палочку было невероятно сложно в пылу азарта. А ещё, в платье неудобно, но очень весело вот так бегать по лугу, сражаясь за мяч, сшитый из кусков потёртой кожи и набитый опилками. Но у одарённых магией свои развлечения. Почему бы к ним не приобщиться? - Я присоединюсь к игре, если не шутишь, Иши, - Найри улыбнулась шире. - Но сначала дела, - она с лёгкостью подняла сразу два ведра с водой. - После купальни пойду в мастерскую. Надеюсь, Майер дома и поможет мне с одним делом. - Удачи вам с алхимией, - пожелала она, прежде чем уйти в дом.

Старый приют морталитаси. Сад Алхимия. Племянница Тианель. Проданный лук. Снежки... Снежки? Взгляд с недоумением переходил от одного к другой, третьей... Найри несколько раз быстро моргнула. Да, пожалуй, всё действительно спокойно, если некоторую суматоху, неизменно создаваемую разными людьми (эльфийку и гнома Найри не выделяла, мысленно приобщая к единому для всех определению), можно было так назвать. Руки Найри, однако, действовали будто независимо от слегка ошарашенного сознания, и два ведра были наполнены водой — ей хватит, тем более, рук у неё тоже только пара. — А насколько попозже вы будете играть в снежки, Иши? Зимы же ждать не нужно? — поинтересовалась она, пока не найдя, что ещё ответить на столь странное предложение.

Старый приют морталитаси. Сад - Мгм, - кивнул Анри, так и не прерывая свое занятие. Найри, серьёзнея, прошлась взглядом по Генри, чуть дольше задерживаясь на книге. Его невнимание к ней... задевало? Чушь. Неужели, она сама стала бы немедля прерывать тренировку, появись он внезапно рядом в это время? И вообще, они четвёртый день знакомы. Она чуть нахмурилась, подошла к колодцу, опустила в него ведро на металлической цепи. Слишком резко, вышло шумно. Но она же не специально, верно? — Не буду вам мешать. Наберу воды и уйду, — примирительно сказала Найри. Тианель тоже молчала, значит, у них с Генри какие-то дела. Может, он нашёл любопытную книгу по алхимии, и они собираются вместе её изучать. Самой Найри такое точно не будет интересно. Если бы что-нибудь об оружии или способах закаливания стали...

Казармы храмовников -> Старый приют морталитаси. Сад Рыбацкий квартал и в обычное время производил унылое впечатление на случайного прохожего из более презентабельного района Неварры, теперь же оно разбавлялось ещё и ощущением явной напряжённости. Тому способствовали испуганные, растерянные, но по большей части враждебные взгляды городской бедноты и мрачные лица стражников, наводнивших улицы. Обстановка ещё та, но Найри не ускоряла шаг, шла с видом, словно происходящее её не касается, но эта расслабленность была привычно мнимой. Старый приют возвышался надо всеми постройками квартала, и его, как всегда, сторонились. Это Найри вполне устраивало, не хотелось бы невзначай оказаться в центре очередного столкновения между жителями и представителями закона, забывшими, что должны поддерживать порядок, а не нарушать его. Пройдя через ворота, Найри сразу же направилась в сад, к колодцу — после посещения кладбища у неё возникло стойкое желание помыться, хотя бы из ведра и лишь до пояса. Однако уже на подходе она поняла, что, несмотря на прошедшую пару часов, не меньше, Генри с Тианель по-прежнему пребывали на том же месте, где она их оставила. Правда, маг уже где-то раздобыл книгу. — Если я застаю вас на том же месте, где несколько часов назад, это значит, что у нас всё спокойно. Верно? — с лёгкой усмешкой заметила она, подумав, что воду теперь придётся тащить в дом. Ну, и ладно, разминка с поднятием тяжестей ей не повредит, зато в купальне можно помыться полностью.

Казармы храмовников — Слишком сложно для меня. Но я понял о чём ты толкуешь, — чуть склонил голову Эскель. — Вы тоже присматривайте друг за другом. Местное отребье не обрадуется тому, что вы сотрудничаете со стражниками. Вряд ли кто-то из них сравнится с вашей основной проблемой, но чаще оглядываться через плечо не помешает. — Спасибо, Эскель, и за заботу тоже, — Найри протянула ему руку для рукопожатия. — Храни тебя Создатель, — пожелала она от всего сердца, прежде чем покинуть внутренний двор и направиться к выходу из казарм храмовников.

Казармы храмовников — Ага, вам-то легко об этом рассуждать, — издал невесёлый смешок Эскель. Он бросил на потрошительницу короткий взгляд, пытаясь убедиться что сказанное не сильно ей задело, и почесал уцелевшую щёку. — Да, дед накрыл тот притон в Камберленде. Появление подражателя Шайла восприняла как личный вызов. Ну, а если к жизни вернулась настоящая Лиса… может так оно и есть. Нет, её не задело сказанное Эскелем. После посещения склепа Найри пребывала в мире с собой, хоть и не ощущала привычной холодной пустоты. — Если к жизни вернулась настоящая Лиса, то за ней стоит немалая сила, поэтому следует быть осторожнее. Что же касается лёгкости моих рассуждений о новой жизни, — она улыбнулась, и улыбка тёплым сиянием на миг отразилась в глазах. — Буквально умирать и воскресать вовсе не обязательно, достаточно дать умереть старым обидам, каким-то привычкам, страхам, злости или другим отжившим своё чувствам — из этого точно выйдет что-то новое.

Казармы храмовников Эскель только хмыкнул в ответ на слова потрошительницы, однако после непродолжительного молчания произнёс: — Был когда-то неравнодушен. Видимо, от старых привычек не так просто избавиться, — храмовник поморщился, поправляя кольчужную перчатку, но всё же кивнул. — Подумаю как передать ей сообщение. Не хочется смотреть как Шайла пропадает в погоне за добычей своего деда… а чтобы она забрала с собой половину рыбацкого квартала хочется ещё меньше. — Никогда не поздно начать жизнь заново, Эскель, — заметила Найри. Пора было уходить, однако сказанное храмовником вызвало интерес. Никогда раньше она не была такой любопытной. — Так это дед Шайлы покончил с преступлениями Камберлендского Лиса? Стоять на страже закона у них семейное, выходит.

Казармы храмовников — Ндаааа, — протянул храмовник, на мгновение устремляя взгляд в указанную Найри сторону. — Боюсь как бы её охота боком не вышла. Ну, а я-то здесь причём? Или… — на шрамированном лице появилась кривая усмешка. — …сами к Шайле идти не хотите? — Мой визит не добавит ей настроения, может статься только хуже сделаю. А ты, видится, неравнодушен к благополучию Шайлы, вот я и подумала, что сможешь распорядиться этой информацией лучше, — она тоже невесело усмехнулась, поймав себя на чувстве вины: за смерть Най, за то, что, взяв деньги у Шайлы, не рассказала всего, пусть больше потому что привыкла действовать мечом, а не собирать и передавать информацию. — Нет, так прогуляюсь к капитану сама.

Казармы храмовников — Можем. Что случилось? — поинтересовался мужчина, когда они отошли к стойкам с оружием. — Шайла круто взялась за дело, — Найри кивнула на забор, за которым весьма неспокойно жил сейчас Рыбацкий квартал. — Охотится на Лису, ясное дело. Есть информация, что объект её интереса связывается с подельниками в «Поющем графине».

Казармы храмовников — Фу-х. Неплохо прочищает башку после выпивки, — встрепенулся Эскель, кивком встречая появление потрошительницы. — Чем могу?.. Найри поприветствовала храмовника, наклонив голову, бросила взгляд на манекен. — Мы можем поговорить? Там, — она кивнула на здание казарм. — Или здесь, — взгляд скользнул по двору на предмет близости ненужных ушей. — Много времени не отниму.

Кварталы Неварры -> Казармы храмовников Найри стало легче. С сердца словно камень упал, ключ от склепа не оттягивал поясной карман, а ситуация уже не казалась такой мрачной. Мысли неизменно возвращались к вчерашнему дню, вечеру и прошлой ночи. Если опустить тёмное, непривлекательное, но необходимое расследование, перемежающееся боями разной степени напряжённости, то она не без удовольствия участвовала в развлечении, которое ранее считала пустой тратой времени, пила вино, танцевала, целовалась с приятным во всех отношениях мужчиной и, не меньшее чудо, нормально общалась с подавляющим большинством тех, кто не стремился её убить. Можно считать достижением, которым бы непременно гордился Кирос, одобрили отец и Мара. Они знали её другой, такой, какую не видел больше никто, лучше, чем она сама себя считала. И Найри не хотелось утратить эту бесценную часть себя, несмотря на все её уязвимости — в ней была настоящая жизнь. Погружённая в размышления, она пришла к уже знакомой кузнице. Для чего? Ведь работы здесь для неё не ожидалось. Но Найри зачем-то решила спросить снова, отвлеклась и не заметила ушлого мальчишку, незаметно запустившего руку в её кошелёк. — Ах, ты ж!.. — но пальцы схватили воздух — мелкий, худой, как тростинка, парень уже улепётывал с поразительной скоростью, сверкая грязными пятками. Сама виновата. Следить надо за кошельком. Найри потуже завязала кошелёк, прежде чем направиться в сторону Рыбацкого квартала. Теперь она будет бдительной. Найри шла к казармам храмовников, намереваясь передать через одного из них информацию для капитана Шайлы. Первым, кого она встретила там, оказался сэр Эвальд, поприветствовав которого, Найри попросила указать местонахождение Эскеля, к которому пошла, не задерживаясь. ________ -3 серебряные монеты

Городское кладбище -> кварталы Неварры   – Кирос? – её голос многократным эхом отразился от стен и свода круглой комнаты из гладкого серого мрамора.   Потолок уходил бесконечно вверх, стены плыли вокруг, концентрические окружности плит пола то и дело подёргивались водной рябью. Это Тень?   – Я ждал тебя, Найри, – высокий мужчина, худощавый, но крепкого сложения, с аккуратными чёрными усами и бородой, коротко стрижеными, немного волнистыми волосами тепло ей улыбнулся. Тёмно-карие глаза лучились искренней радостью.   – Кирос, – она оглянулась склеп, который сквозь серую дымку словно покачивался на спокойных речных волнах за дверным проёмом, посмотрела на наставника, приветственно раскинувшего руки, и всё же шагнула к нему. Доверие. Он бы не позвал её без времени. – Я соскучилась, – Найри пришла в его объятия, на сей раз подавляя слёзы волевым усилием. Кирос был тёплый, живой, настоящий.   – Я тоже, Найри, очень, но времени мало.    Он поднял правую руку, коснулся её лба, и огонь, недавно с гулом горевший в крови, вернулся. Ярость поднималась внутри вместе с ощущением драконьей мощи, управляемой движением мысли, вокруг начинало раскручиваться шипастое колесо кровавой магии потрошителя. Найри отшатнулась, но Кирос крепко взял её за руки у самых локтей, не давая отойти.   – Отпусти, ты же видишь, я уже не могу это остановить, – пытаясь вырваться, она подняла на него багровеющий взгляд.   – И не надо. Это твоя сила, ты можешь её контролировать. Представь, что она проходит сквозь меня, не причиняя вреда.   – Но это… невозможно!   – Для совершенного потрошителя нет невозможного в контроле своей силы.   – Кирос, я не…   – Время, Найри. Просто представь и воплоти в реальности. Ты можешь.   На споры действительно не оставалось времени, как и на то, чтобы вырваться из стального захвата наставника. Найри обратилась к собственному воображению, довольно скудному, на её взгляд, рисуя необходимую картину: сокрушающий магический всплеск, призванный причинять боль, проходит сквозь тело Кироса, не причиняя вреда. И… у неё получилось. Разрушительная волна вышла вполне осязаемой, гудением отозвалась в голове, в ответ на что сознание дало волю наносящему увечья всему живому в нескольких метрах вокруг шипастому кольцу. Оно не рассыпалось на ранящие её саму осколки, не сорвалось, ударив в солнечное сплетение, но и Кирос улыбался. Отпустив Найри, он жестом показал, что невредим.   – А теперь иди, девочка, возвращайся, тебе здесь не место, – сказал он, указав на склеп за её спиной. – Я буду тебя ждать, но не смей приходить слишком скоро. До встречи, Найри.   – До свидания, Кирос, – Найри не обернулась.   Продолжая смотреть на наставника, она сделала шаг назад и тут же упала. Вздрогнув, Найри очнулась сидя на полу склепа.   – Что за… – взгляд упал на валяющийся рядом с ней пустой флакон.   Найри подняла его, встала на ноги, водрузила в углубление, из которого взяла. Чувствовала она себя на редкость хорошо, как будто долго, со вкусом отдыхала, а не пила не так давно явно ядовитый состав. И сколько же времени прошло? Найри посмотрела на лампу – не перегорела, сквозь приоткрытую дверь в склеп проникала полоска дневного света. Нет, совсем не много, просто показалось. Она достала из поясного кармана подаренный отцом кулон, подошла к урне со своим прахом, надела его на неё.   – До свидания, – сказала Найри и снова погладила холодный камень саркофага, прежде чем погасить лампу, покинуть склеп, заперев за собой дверь.   ___________________   Результат приёма внутрь приготовленного Киросом алхимического состава: Кольцо Боли больше не наносит урона союзникам

Старый приют морталитаси -> Городское кладбище Юго-восток Золотого квартала. Городское кладбище – место, которое Найри раньше старалась обходить стороной. Может быть, оно и не было едва ли не зеркальным отражением богатых кварталов, как Великий Некрополь, но жутковатая схожесть склепов с домами для живых её не привлекала. Цилиндрические, купольные, стрельчатые своды добротных каменных строений с ложными окнами, колоннами, барельефами на фасадах, обитыми железом дверями она видела издалека. На кладбище, как и в городе, было чёткое деление на кварталы, улицы вымощены камнем, рядом со склепами – статуи, живописные палисадники, газоны, цветники. Весна была в своём праве и здесь, внося хоть немного жизни в это царство мёртвых, занявших каменные дома наравне с живыми. Найри не понять, пожалуй, никогда зачем стремиться сохранять то, в чём уже не было проку, окружать погребённые в саркофагах тела иллюзией комфорта. Впрочем, действия, совершаемые с покойным, в любом уголке Тедаса важны только живым. Живые в Неварре поклонялись смерти, строили во имя неё города, заигрывали с духами. Ей непонятно, однако она здесь и прямо сейчас направляется к кварталу Потрошителей, где склепы отличаются большей простотой и в основном похожи один на другой: симметричные двускатные крыши, квадратное основание, но ширина строений в два раза меньше высоты. Гулко стучит сердце, и каждый шаг отдаётся ударом в висках. Я не хочу. Боишься снова заглянуть смерти в глаза? Да, но не своей…Найри замедляла шаг, приближаясь к участку, местонахождение которого ей объяснил смотритель. От его фразы о том, что Кирос Дикарь похоронен в одном склепе с дочерью, Найри, в груди заледенело и загорелось жарким огнём одновременно без всякой магии. Она знала, что всё равно туда дойдёт, но тянула время, уступая слабости. Кирос, я хотела вернуться живой, верила, что у нас впереди ещё много времени. Почему всё так случилось?.. Набирающий обороты смерч мрачных мыслей, способных пробудить ярость от бессилия что-либо изменить, погасил звук глухого шуршания друг о друга частей расколотого дорожного бруска под ногой. Слева из кустов с жалобным криком порхнула перепуганная птица. Найри остановилась перед серым каменным склепом с оформленным портиком входом. Она стояла так больше десяти минут, невидящим взглядом скользя по фасаду, крыльцу, окованным железом воротам, двускатной крыше, яркой весенней зелени вокруг, прежде чем достала ключ и решительно двинулась к склепу. Громкий лязг открывающегося замка жёстким кнутом полоснул по натянутым нервам, скрипнула дверь, заставляя невольно поёжиться. Тёмная, холодная могила – её и Кироса. Чтобы шагнуть внутрь, потребовалось усилие. И ещё одно – зажечь и повесить на крюк внутри лампу, заправленную маслом и заботливо оставленную вместе с огнивом в специальной нише у входа. Каменный саркофаг посреди квадратного помещения с высоким потолком был один, но в головах его, основанием в сделанном в крышке углублении, стоял бронзовый сосуд, наглухо закрытый крышкой. Найри облизнула пересохшие губы, подавила дрожь в ногах, подошла ближе. Кирос Дикарь умер в возрасте восьмидесяти лет, пережив её на тридцать один год – долгая жизнь и не только для потрошителя. Найри провела ладонью по плите, на которой были высечены имя наставника, даты его рождения и смерти, смахивая пыль, потом положила ладонь на крышку саркофага. Ощущения холодного камня под рукой, казалось, было способно заставить выть от боли и бессилия. К смерти близких нельзя быть готовой, но чтобы вот так, без возможности попрощаться, проводить в последний путь... Заледеневший взгляд серых глаз поднялся к гравировке на урне с собственным прахом, и буквы, казалось, полыхнули огнём, когда смысл написанного достиг сознания: «Семья – родство по духу, а не по крови. Найри-Айрин – любимая дочь, в сердце и памяти навсегда. 8.15 Благословенного века 16 Парвулиса – 8.45 Благословенного века 6 Фервентиса». Ногти царапнули равнодушный, холодный камень, Найри упала на колени рядом с саркофагом своего второго отца, прижалась к нему щекой, чувствуя, как хлынувшие потоком горькие слёзы мешаются с пылью. Здесь, сейчас она не хотела быть сильной. Запретить себе чувствовать было бы предательством по отношению к человеку, которого Найри считала своей семьёй и любила всем сердцем, душой, до последней капли крови – навсегда. Когда слёзы иссякли, лишь немного разбавив горечь невосполнимых потерь, но ощутимо облегчив душу, Найри нашла то, что не заметила сразу, приняв за декоративный элемент саркофага. Рядом с её погребальной урной, в каменной ячейке лежал сосуд из обрамлённого потемневшим от времени металлом чёрного стекла. Смахнув пыль, Найри взяла его в руку – вспыхнули сохраняющие руны, позволяя рассмотреть надпись: «Сила в контроле». – Ты всё-таки сделал это, Кирос, – губы тронула улыбка, не отразившаяся в глазах и намёком на веселье. Мечта о совершенном потрошителе была их общей. Найри не думала им стать, не считая свои способности выдающимися, но с воодушевлением помогала наставнику в его изысканиях. Истинная увлечённость делом заразительна, а обоюдное доверие позволяло не бояться экспериментов: тренировок до изнеможения, духовных практик, алхимических составов с долей драконьей крови и ядовитых растений, тонких игл с золотыми наконечниками, которые, вонзаясь в тело, действительно запускали какие-то диковинные процессы, освобождая разум и мышцы для того, что ранее казалось невозможным. Найри надеялась, что Кирос узнал причину её смерти, берущую начало в истории появления шрама над левым виском, под волосами, и не считал себя виноватым. Лекарь до мозга костей, он должен был всё выяснить, как бы тяжело это ни было. Когда её звали Айрин, она жалела, что с силой ударивший в висок окованный металлом носок сапога погасил свет её жизни лишь на время. Калдер собирался убить их с Марой обеих, но преуспел лишь наполовину. Обстоятельств она по-прежнему не помнила, но боль, из прошлого протянувшую свои шипастые щупальца к уже без того раненой душе, это не уменьшало. – Оставил для меня? – серые глаза вновь вернулись к саркофагу, ладонь с нежностью погладила крышку, слёзы текли, волей не сдерживаемые. – Наш последний совместный эксперимент, – приложив усилие, Найри откупорила флакон, улыбнулась, поднимая его на уровень лица. – За тебя, Кирос, за нас и совершенного потрошителя! – сказала она, прежде чем одним глотком опустошить флакон. По вкусу это был жидкий огонь, растворённый в сладком вине с весьма экзотическими пряностями. У Найри перехватило дыхание, она покачнулась, шире расставив ноги, чтобы удержаться в вертикальном положении, когда пламя проникло в кровь и начало распространяться по всему телу неукротимым пожаром. Новая попытка вздохнуть успехом не увенчалась, Найри ещё раз судорожно попыталась схватить ртом воздух, понимая, что его катастрофически не хватает. Она оперлась о саркофаг и сползла по нему на пол, потому что ноги держать отказывались. Внутри поднимался огненный смерч ярости, пробудилась кровавая магия потрошителя, и на то, чтобы её обуздать, требовались все имеющиеся силы. Остекленевшие серые глаза невидяще смотрели в стену склепа, Найри неподвижно сидела, привалившись спиной к саркофагу, из разжавшейся ладони на каменный пол с тихим звоном выкатился пустой флакон. Она наконец хрипло вздохнула, веки задрожали, но прежде чем они опустились, глаза полыхнули зловещим багрянцем. Ещё один вздох, и голова безвольно упала на грудь... Продолжение следует...

Мастер, а сколько примерно по времени идти от приюта до городского кладбища? 

Сад   - Смотря, кого ты имеешь в виду, Найри. Я не помню, чтобы у нас с тобой были совместные планы. Если только они есть у вас двоих. - она легко кивнула на Генри. - Я хотела сходить на рынок, продать лук, что купила у долийцев. Второй мне без надобности. И еще зайти в лавку алхимика, купить трав.   - Не припомню таких, - покачал головой Анри, поднимая со скамьи рубаху.   — Я имела в виду планы отряда, — ответила Найри Тианель. — Но, как видишь, — она кивнула на Генри. — У нас двоих тоже нет планов, — магу снова досталась тёплая улыбка, взгляд при этом немного рассеянно скользнул по его телу. — Надеюсь, никому не понадоблюсь в ближайшие два-три часа. Постараюсь не задерживаться.   Она развернулась и направилась к дому, чтобы через десять минут, облачившись в кольчугу, снова выйти на улицу Рыбацкого квартала, выбрав самый короткий путь в нужную часть Золотого. 

Сад   - Доброе, - улыбнулась ей Тиа, - Там в ведре еще вода осталась, не хочешь умыться? Чудесно освежает. - эльфийка поднялась, убирая находку в кармашек на поясе, повернула голову к мужчине на лавочке, - Кстати, Генри, как малефикары относятся к антиванскому огню?   - Доброе, - Анри, не без сожаления, руководствуясь намертво вбитыми правилами поведения, поднялся со скамьи.   Генри досталась улыбка и даже не через силу, вполне искренняя, ставшая шире, когда он в своей неизменной манере ответил на вопрос про антиванский огонь.    — Я уже умывалась, Тианель. Встала рано. Есть дело в Золотом квартале. У нас же нет никаких совместных планов? — поинтересовалась она на всякий случай, вдруг что-то уже упустила.

Улица -> Приют морталитаси, сад   Эрик направился следом. - Полностью с тобой согласен! В этом деле лучше быть сторонним наблюдателем. Чью бы сторону мы не выбрали, все равно окажемся крайними.   — Вот и пойдём от края подальше, — сказала Найри, неопределённо махнув рукой в сторону приюта.   Эрик остался где-то позади, а она направилась в сад, услышав знакомые голоса. Желание тренироваться прямо сейчас прошло, как, впрочем, и ремесленный порыв. К Найри возвращалась привычная мрачность. Пожалуй, лучше уже покончить с тем делом, которое тяготило душу, потом уже заняться всем остальным.   — Доброе утро, — поприветствовала Найри Тианель и Генри, которых нашла неподалёку от колодца. Насколько утро действительно доброе, по её лицу сейчас понять было нельзя.   

— Похоже, стража с большим усердием ищет преступников, Эрик, — сказала Найри, продолжая осматривать окрестности, насколько могла видеть с расстояния в несколько метров от забора приюта. — Хватай всех и непременно поймаешь нужного, — она невесело усмехнулась. — Нам лучше вести себя тихо и не маячить здесь. Идём в дом, — Найри направилась к воротам.

13 Плуитаниса. 9:01 Века дракона. Утро. Старый приют морталитаси Найри собиралась потренироваться с утра, немного поремесленничать, пока остальные готовятся к новому дню, потом пойти на кладбище, навестить склеп, ключ от которого получила только вчера, но казалось, уже так давно. Она умылась и уже направилась в сад, когда услышала отдалённый шум на улице, за пределами приюта. На ходу застёгивая пояс с ножнами, Найри повернула к воротам. Оказавшись на улице, она нахмурилась, с мрачным видом взирая на перепиравшихся с городскими стражниками людей. Их разделяло большое расстояние, но крики слышны, хоть слов и не разобрать - обе стороны были настроены крайне агрессивно. Какая-то облава? Или... охота на Лису? Шайла после похорон круто взялась за дело? Идти выяснять желания не возникло. Но напряжённость ощущалась в воздухе, откуда-то потянуло гарью со специфическим запахом алхимической бомбы. Найри выругалась сквозь зубы.