SHaEN

Весна и сюда дошла)))

Повышаю НР на 5 до 55 и Двуручное оружие до 10+

Жажда Эрика, похоже, не ослабевала даже после смерти. Губы Найри дрогнули в усмешке, которая на миг тронула взгляд, тут же посерьёзневший после слов ведьмы. Таверну «Поющий графин», вполне приличную, хоть и в самом бедном квартале Неварра-сити, она знала неплохо, но никакого Ивейна там никогда не было и в помине.   — А сама как думаешь, девочка? — чуть склонив голову набок посмотрела на потрошительницу Флемет. — Вы унизили его. Заставили восстановить лабораторию и тюрьму. Для того, кто лелеет обиду, нет ничего слаще мести. Мне ли не знать, — женщина отвернулась в сторону, туда где смутно виднелись увитые лианами статуи неизвестных героев… или злодеев. — Пока он вам не навредит. Даже не знает, что вы живы. Но стоит ли полагаться на милость дрессировщика, когда надёжнее разорвать поводок?     Наверное, время для Флемет текло медленнее, чем для каждого из восьмерых гостей в её лодке, иначе она бы не имела привычки говорить так долго, витиевато, кружа вокруг сути. Найри снова нахмурилась, стиснула зубы. И почему у облечённых магической властью такой сложный слог и ни капли желания дать чёткие объяснения тем, кто вовлечён в их... Игру? Состязание?..    — Зачем Каспар похитил нас с Троп изначально, до того, как была разрушена созданная им тюрьма? Для какого важного дела столько усилий? И как нам разорвать поводок навсегда? Наверное, способ связан с его противостоянием Жнецу. Если мы будем знать замысел Каспара, то возможно сможем сделать так, чтобы месть утратила для него прежнюю сладость и значение, — она усмехнулась.   По мнению Найри, лучшим способом оборвать цепь, на которую их посадил Каспар, было убить его. Только это становилось проблематичным, если верить Жнецу. Разве можно убить того, кто никогда не жил? Хотя, если перестать мыслить категориями привычного ей материального мира, то это уже не будет представляться невозможным. 

Флемет... Флемет... Имя тревожило разум, но не находило отклика в уснувшей памяти.  Найри мотнула головой, прогоняя наваждение — движение отдалось звоном в ушах. Тело затекло. Она  потянулась, выпрямила согнутую в колене правую ногу, чувствуя себя слишком живой для этого странного мира.  Пожалуй, стоило присоединиться к хору вопросов, на которые Флемет отвечала. весьма витиевато составляя фразы.  Благодарность тоже оказалась заразной.   — Спасибо, что вытащила нас, Флемет, — нейтральным тоном сказала Найри, подняв глаза на старуху. — Ты говоришь, что если мы будем держаться вместе, Каспар нас не достанет. Для чего мы нужны ему? — она потёрла клеймо на кисти своей левой руки.   Если Флемет знает о противостоянии некроманта и Жнеца, то, возможно, она в курсе, какая затея Каспара вызвала обострение конфликта. 

— Я объединила ваши метки. Держитесь в окрестностях одного города и малыш Каспар вас не достанет, — с лёгкой усмешкой произнесла ведьма и герои с удивлением обнаружили, что их клейма действительно связывают тонкие алые нити. Только вот Амадею нигде не видно, а неподалёку от старухи приходил в себя неизвестный парень, неестественной бледностью больше походивший на духа чем все остальные и к нему сходились магические потоки от каждого из обладателей знака Фалон’Дина. — Боюсь рыжей магессе повезло куда меньше… хоть она, в отличие от вас, сейчас и в безопасности, — проследив за недоумёнными взглядами, произнесла женщина и отвернулась к скрытой за туманом водной глади. — Магия привлекла одного из тех несчастных, кого не пощадил созданный Каспаром у моста вихрь. Если повезёт, он сможет пройти через Завесу вместе с вами. Если же не повезёт… — старуха хохотнула. — Что ж, надеюсь на Изумрудных Тропах новичков не заставляют играть в Порочную Благодать. Магический вихрь остался позади, и это вызывало сожаление. Ощущение веса собственного тела вернулось, голова наполнилась гулким колокольным звоном, стала тяжёлой. Губы пересохли, веки налились свинцом. Найри с трудом смогла открыть глаза, привстала на локте, огляделась: зелёное небо, берега, укутанные туманом, за ним проглядывали тёмные очертания статуй. Она находилась на дне небольшого судна, плывущего по реке. На носу его стояла женщина, полностью седые волосы и морщинистое лицо которой спорили с горделивой осанкой и подтянутой фигурой. Найри села, чувствуя себя как после глубокого нокдауна. Осознание того, что с ними нет Амадеи, а вместо неё теперь какой-то парень, несколько запоздало, но вызвало ощутимую досаду и... печаль. Рыжая магесса много не болтала, рассуждала здраво, была надёжным союзником в бою, а в эффективности её магии Найри удалось убедиться в разных условиях. Она помрачнела, одарила тяжёлым взглядом новичка, словно тот виновен в случившемся с Амадеей. Сжав левую руку в кулак, Найри рассмотрела татуировку: от неё по воздуху теперь распространялись тонкие красные нити, тянущиеся к таким же меткам соратников. Они теперь связаны в буквальном смысле этого слова, благо что магией, а не стальными цепями скованы. Интересно, число членов их отряда тоже имеет значение, раз на место одной немедленно пришёл другой? Вопросы были у всех. Но Найри решила пока помолчать, без особого доверия глядя на старуху. Ничуть не заботясь о проявлениях вежливости, ни приветствовать, ни благодарить её она не стала. Лучше немного послушать, чем много наговорить. В свете последних событий уж точно. Сначала надо определиться, что такое эта бабуля, и чего она от них хочет.

Желание добраться до Каспара осталось нереализованным. Смерть сделала её излишне болтливой, если бы вместо разговоров Найри действовала мечом, всё могло выйти иначе. Но время безвозвратно упущено, его не вернёшь, и в отряд полетели снопы рождённых магией молний, скоро превращаясь в жалящий шторм. От молний не защищали ни доспехи, ни щит, и Найри вынужденно сделала шаг назад, скрипнув зубами от ярости. В бесконечных фиолетовых вспышках она едва различала Каспара, однако момент, когда между ним и отрядом встал Жнец, не пропустила, собрала все силы, бросилась к некроманту… Впереди что-то разорвалось с оглушительным треском. Жрец и Каспар полетели в разные стороны, Найри подбросило вверх. Она видела, как разваливается изрядно потрёпанная иллюзия, камни превращаются в песок, магия рассыпается ослепительно яркими осколками. Заслонив от них глаза рукой со щитом, Найри перевернулась в воздухе. Ощущения падения не возникло, был долгий полёт, убыстряющееся вращение. Найри с трудом вложила меч в ножны, попыталась оглядеться в мутной зелёной воронке. Мимо пролетел Эрик, зажимая рот ладонью, потом Йорг, Ишиана, Майер… Она повернула голову, чтобы найти взглядом остальных, но порыв магического ветра бросил в лицо град колючих осколков, рядом с головой разорвалась молния, сознание полыхнуло вспышкой боли и погасло, погружаясь в зеленоватую тьму. Так и не выплеснутую в бою ярость накрыла, растворяя в себе волна абсолютного покоя, блаженного безразличия. — Тебе повезло, Калдер красивый, — высоко взлетая на качелях, сказала Мара и улыбнулась. — Красота, не слишком важное качество для жениха, — со смехом отозвалась она, глядя на худенькую тринадцатилетнюю девочку с толстой русой косой, в платье из некрашеного льна, болтающую в воздухе босыми ногами. Мара обожала качели и часто просила сестру раскачать её посильнее. — Что тогда важно? — не прекращая улыбаться, спросила Мара, когда качели пошли по дуге вниз. — Чтобы он был заботливым, надёжным, любил меня, — после небольшой паузы принялась перечислять она. — А ты его любишь, Айрин? — тут же встряла Мара. Айрин? Порыв ледяного ветра ударил в лицо, бесчисленные кусочки колючего льда обожгли кожу. Когда она открыла глаза, на губах был привкус крови, перед ней на фоне низкого, затянутого серыми тучами неба бесшумно раскачивались пустые качели. — Мара! Где ты? Не уходи! Мара!

А какой крайний срок для перераспределения опыта, если кто надумает?

Жуткая история у Джейка... Прямо пробрало

Не надо ничего исправлять! Всё и так отлично)

Весна наступила)))

На лице магессы проступило искреннее недоумение. Некоторое время она молчала, снова прокручивая в уме слова Найри и вспоминая свои.   - Но ведь, - беспомощно пробормотала она, озираясь на остальных, словно призывая их в свидетели. - Я ведь не говорила отправлять его к храмовникам. Наоборот, я сказала, что хотя это следовало бы сделать, лучше дадим ему просто мирно уйти. Я ведь при вас так и сказала, - упавшим голосом закончила Ишиана, явно не соображая, за что ее так. Неужели она думала одно, а произносила совсем другое? Или, может, местная Тень затуманила ей разум, заставляя забыть свои слова? Найри, на взгляд целительницы, была хорошим человеком, и не давала повода не доверять ей, а потому Ишиана начала сомневаться в себе. - Я не хочу отдавать Генри храмовникам. И Каспара не хочу. Не все из них хорошие люди, - пояснила магесса. - Могут с ними делать... всякое.   Посочувствовав Ишиане в её сопереживании всем вокруг, независимо от тяжести их грехов перед обществом и Создателем, Найри не сумела однако выразить мысль так, как должно. Тень, скорее, затуманила разум ей, чем Ишиане.   - Не говорила, Иши, прости. Я только хотела сказать, что не каждый оценит твою веру в то, что он лучше, чем кажется, и оправдает доверие. Но я понимаю твои чувства. Ты никому не желаешь смерти и пока не можешь принять того, что решение, устраивающее обе стороны, существует далеко не всегда.   "Смерти... Смерти... Смерти?" - эхом прозвучало в голове. Найри отвернулась от Ишианы, посмотрела на спину Жнеца, нахмурилась. Что-то в его позе не давало ей покоя. И ощущение было странным. Она напрягла память, восстанавливая перед внутренним взором воронку, ринувшегося было за ними Жнеца и существо в плаще, с исходящим из-под него золотым сиянием, остановившее его.   - Жнец, Каспар мёртв, поэтому ты хочешь его забрать? А Некрополь в Тени и армия ему нужны, чтобы этого не случилось, и он мог жить вечно? - выдала она предположение, вполне способное оказаться очередным бредом одурманенного происходящим разума.

По-моему, у Найри тоже развивается эмпатия, но исключительно по отношению к Иши) Про отдать Генри храмовникам я явно перепутала, простите. Буду думать, как выкрутиться)

Найри потребовала высказаться сейчас)

- Попытаться стоило, - вздохнула Ишиана и упрямо вздернула нос. - Всегда стоит. Даже если видишь, что шансов нет, все равно лучше попробовать и знать, что не получилось, чем не пробовать и потом терзаться вопросом, а что если бы вышло. - Ободряюще улыбнувшись гному, магесса качнула головой. - Кто знает... Может, еще и что-то получится, - произнесла она совсем тихо, но уже без особой надежды. Чистое дитя с горячностью юности бросалась на защиту своих убеждений миротворца. Столь же рьяно не так давно Ишиана отстаивала внушённую ей в Круге линию поведения относительно магов крови. Найри не могла с ней ни согласиться, ни промолчать в ответ на крик души, не отягощённой жизненным опытом. - Ишиана, в силу возраста ты делаешь поспешные выводы, - сказала она неожиданно мягко. - Ещё раз призываю судить по делам. Ты убеждала нас в необходимости отдать Генри храмовникам только за то, что он может подчинять чужой разум, Каспар же делает это с радостью, гордостью и останавливаться, по его же словам, не собирается. Разве что только перед лицом смертельной угрозы обещает избавить нас от этого, - Найри показала Ишиане клеймо на своей руке. - Разница тут очевидна, и она не в пользу Каспара. Не стоит строить иллюзий, Иши, твоё прощение его не изменит, да и не нужно оно ему. х

Штраф -20 и бонус +10

— Нарушитель. Похититель. Убийца, — низко прошелестел голос из-под капюшона. — Сколько титулов на одного меня. Я польщён, — кашлянул Каспар, похоже сумевший справиться с первым шоком и к нему вернулась обычная высокомерная манера разговора. Некромант повернулся к отряду беглых заключённых. — Ну и чего вы смотрите? Он пришёл за вами. — Мертвые должны найти покой на Тропах… — последовал ответ, однако Жнец почему-то не повернулся с героям. Считал их недостойными внимания? — Вот! А я о чём! — Я должен положить конец твоей порочной магии.   Создатель никогда так быстро не отвечал на её молитвы. Наверное, потому что в той жизни, которую Найри помнила, она у него ничего не просила, хотя вера её была сильна... как оказалось. Она не хотела вспоминать. Быстрый взгляд на Ишиану подле внушительной фигуры Майера. Не сейчас точно. Может быть... позже. Привкус едкой горечи во рту, огонь, колючий ком в горле, запах гари, холод, ненавистный холод... Найри облизнула пересохшие губы, мотнула головой, отгоняя неуместное, всё ещё подёрнутое плотной мутью видение.   - Мне кажется, этот Жнец пришел нам помочь, - прошептала Ишиана своим спутникам. - Он услышал нас, понимаете? Это наш шанс.   Странно, но почему-то Жнец даже не повернулся к тем восьмерым, что совершенно точно считали себя воскресшими во плоти в Тени мертвецами. Быть может, не всё так просто, и магия действительно дала им шанс на возрождение в привычном мире? Для Найри разницы не существовало. Она была готова принять смерть, лишь бы Каспар, чванливый маг, возомнивший себя хозяином мира, мерзкий повелитель мертвечины, сдох навсегда и не смог воплотить в жизнь свои амбициозные планы. Снова взгляд на Ишиану, беззвучное, одними губами: "Прости, милая..."    - Я с тобой, Жнец, - без тени эмоций в голосе, чётко и ясно сказала она. - Это мерзкое место нужно уничтожить вместе с его хозяином.   Торговаться Найри не собиралась. Не время. Совершенно. Она лишь надеялась, что её спутники примут то же решение. Мысль оказаться с ними на разных сторонах битвы Найри гнала от себя изо всех сил. Создатель, прошу, дай нам сделать правильный выбор.

Искренняя молитва Создателю нам поможет? )

Некромант не собирался раскрывать им своих планов. Да, и зачем? Оружие послушный инструмент в направляющей его руке, а не советник по стратегии и тактике. Но Ишиана - невинное дитя, верила в хорошее даже в Каспаре. Он не подчинит себе её разум, не запятнает ни душу, ни тело своим прикосновением. Найри не позволит. Никогда больше! Если Тианель права, Ишиане нужно только выбраться отсюда, и влияние метки Каспара закончится. — Вы слабы и бесполезны без жёсткой руки, направляющей вас. Вы неспособны мне навредить, потому что я вам этого не позволю. - Майер, уведи Иши отсюда! - крикнула она, поднимая щит и рванула к некроманту. Руки и ноги налились свинцом, и Найри, сделав два шага, с размаху влетела в невидимую стену. Она не выронила меч, но не могла поднять руку, чтобы направить его на Каспара. Дыхание перехватило, с губ сорвался лишь слабый хрип, но в нём была мольба искренняя, горячая: - Создатель, помоги мне. Эта тварь не должна победить!

Мы подумали, что несвободны, пока находимся в некрополе Какая версия правильная? )

Не, мы возьмём его в заложники, а потом нарисуем и ему что-нибудь... :)

А цветочек отключает самостоятельное мышление в голове) Всё, Найри решила, что никаких больше татуировок! :)

— Нас разделяет пропасть, и называется она «узость мышления», — Каспар огорчённо вздохнул и покачал головой. — Эксперимент удался. А если я сумею обуздать побочное явление по имени «Жнец», лучшим людям этого мира больше не придётся умирать. Воины сумеют оттачивать мастерство веками, учёные не перестанут корпеть над трудами никогда. Вы думаете бессмертие Элвенан было даром их Творцов? Какая глупость. Боги молчат. А мы должны взять что пожелаем, если не испугаемся открывающейся силы. Пропасть, ага. То-то он от своих вооружённых марионеток отойти боится и стрелков расставил вокруг. Никакая широта мышления не спасёт от крепкой стали в руке умелого мечника. Найри презрительно фыркнула. — И что же такое этот Жнец, Смельчак? Чего он хочет? Помешать твоим отважным поискам бессмертия? Кстати, а ты сам смертен ещё?

— О, действительно, как некультурно с моей стороны. Зовите меня Каспар, — мягко улыбнулся мужчина и кивком попросил Рональда убрать оружие в ножны. — «Хозяин» тоже хорошо, но несколько претенциозно, вы правы. Что до цели моих действий… — тюремщик нахмурился, рассуждая, насколько развёрнутый ответ он может дать на вопрос, озвученный сразу тремя беглецами. — Научный интерес в создании армии, способной сражаться за пределами Тени. Собратья-морталитаси уже давно бьются над привязкой духов к мёртвым телам, мы же пошли… я пошёл намного дальше, — некромант снова указал на цветок, красовавшийся на шее храмовника. — Это клеймо. Оно подчиняет. С ним вы воплотитесь в реальном мире. Не в полусгнившем, мёртвом теле, а вот так, — глаза Каспара загорелись ярким огоньком увлечённого исследователя и он обвёл беглецов широким жестом. — Такими как вы видите себя здесь. Разве это не прекрасно?.. Ох, уж этот научный интерес, которому зачастую непременно сопутствуют амбиции властителя мира. Найри нахмурилась, взвесила меч в руке - ощутимая тяжесть оружия успокаивала. - За пределами Тени уже достаточно армий, не находишь, Каспар? Или тебе нужна личная и бессмертная? Для чего? Хочешь подчинить весь Тедас, жить и править вечно, окружив себя такими же жаждущими бессмертия соратниками? Создателя не боишься?

«Блондинчик» заметно вздрогнул, когда грозная воительница словно подготовилась к броску в его сторону, но всё же быстро успокоился, вспомнив что находится в окружении союзников, театрально всплеснул руками и рассмеялся. — Какая экспрессия! Я поражён вашей первобытной яростью, право слово… — тюремщик покачал головой и подмигнул потрошительнице. — Вы мертвы пока. Маленькая неточность в грамматике и огромная в смысловой нагрузке. На них не нападали, но оружия Найри не опустила, готовясь в любое мгновение принять бой, пусть даже последний в своей не жизни. — Чё надо, Блондинчик? Ты не ответил, — буркнула она. — Служба бывает разная. Вряд ли столько возился, чтобы в куклы поиграть. Что у тебя за магия? Она вернёт нас к жизни, даже если кому-то голову снесли? К демонам такая жизнь, — усмехнулась она. — Или ты можешь повернуть время вспять? Кто ты такой? Родственник Создателя?

А я могу на что-нибудь кубик кинуть? Вдруг Найри что-то набдит или наинтуичит с критическим успехом)