Perfect Stranger

Бросок на азартные игры =4, ставка 40 золотых  

Дом Квинси - Окрестный лес   - Я сейчас вернусь, - увидев, что Фелиция явно не в настроении для праздных бесед, Лео вздохнул и, взяв кусок ткани, накрыл ею голову и выбежал на улицу. Дождь усиливался, барабаня по доскам окон и прохудившейся крыше, напоминая военные марши какого-нибудь ферелденского правителя. Фелиция села поближе к огню, размышляя о том, почему голос - белый шум - вернулся к ней именно после встречи с Годри. Ведь ей не было больно, она не жаждала мести и даже не хотела никого убить. Но Годри что-то... пробудил в ее крови. То, что она всеми силами старалась забыть. И сейчас тоже хотела забыть. Тот отчаянный поступок на крыльце, когда она поцеловала Ричарда... пожалуй, тоже попытка отгородиться. Остаться человеком. Быть человеком и чувствовать, как человек. Лео вернулся чуть позже, мокрый, но довольный, и поставил сумку на единственный обеденный стол в комнате на первом этаже. - И чего мы такие кислые? - осведомился он. - Ну да, погодка не для гуляний, да и Бен... - он погрустнел, вспомнив о кончине трактирщика, но тут же заставил себя взбодриться. - Завтра нам выступать в храм, так давайте подготовимся. И... - он поколебался и посмотрел в сторону Ллюля и Гилиана, Баратаса, Рейне и Крауфорда. - Я хочу быть уверен, что никто не ударит в спину, когда мы найдем артефакт. Давайте поклянемся, что пока мы не выберемся из храма, мы - напарники. Только так мы сможем выжить. Вместе. Он протянул Лиинде бутылочку зелья, которое дала ему Иафэт. И улыбнулся.   (Охота + шкуры + азартные игры, +4, ставка 40 золотых монеты (в теме обсуждения) - хороший нагрудник за 3,75 - 1 зелье на сопротивление физ. урону - Лиинде

Дом Квинси   - Я не "сижу как сыч", - терпеливо пояснила Фелиция, подбрасывая в камин дров из поленницы, сложенной рядом. - А делаю так, чтобы вы, конкурентики, не замерзли ночью. Могу оставить это дело тебе, раз уж ты проснулась. Впрочем, она не спешила отходить от камина. Когда пламя вновь разгорелось, в ту же самую секунду, как искра упала на ладонь Фелиции, а та даже не вздрогнула, за окнами, заколоченными грязными досками, прогремел гром. Первые капли дождя застучали по крыше, из-за полуоткрытой двери доносилось ворчание Кари, ветерок приносил в затхлое помещение свежий запах скошенной травы и мокрой земли, деревьев и грязи. Все знакомое Фелиции, такое знакомое, что она почти перенеслась в тот день в Камберленде, когда она впервые заметила за собой... белый шум. Ей казалось, что она давным-давно забыла его, что он впервые появился тогда, на опушке, когда девушка встретила Годри. Но это было ложью. Ложью ее собственного сознания.   ***   - Ой! Искра упала на ее руку, и девочка отдернула ладонь, принимаясь что было силы дуть на обожженное место. Длинные серебристые косы падали почти до пояса, и все говорили, что для своих двенадцати лет Фелиция выглядит почти как настоящая красавица. Мать, Гвендолин - или Гвен, как ее называли в трущобах Камберленда - сидела у окна, запотевшего и покрытого жиром, и шила очередное платье. Пожалуй, это было единственным делом, которое она умела делать хорошо, да так, что ей платили более благородные госпожи и господа, недостаточно богатые, чтобы покупать одежду у антиванских и орлесианских торговцев, но достаточно богатые, чтобы не носить бедняцкие хламиды. В общем, на хлеб и молоко для нее и ее детей хватало. - Больно, - пожаловалась Фелиция в пустоту. - А иголкой уколоться не больно? - Гвен продемонстрировала ей палец, на подушечке которого выступила капля крови. - Смотри, что из-за тебя случилось! Голос у нее был слегка раздраженным, и девочка, подобрав подол платья, выбежала на крыльцо. Там, во дворике-колодце, таком тесном и узком, что в нем едва помещалось с десяток детей, играли ее сверстники из таких же халуп, теснящихся друг с другом в этом бедном районе Камберленда. Подобрав палку, Фелиция побежала к мальчишкам, которые, похоже, играли в "королей и рыцарей". Лео видно не было. Он вообще редко появлялся после того, как год назад его взяли учеником к местному кузнецу. Брат всегда приходил поздно, весь в саже, руки - в мозолях, но лицо довольное-довольное. Ему платили по десятку серебряных монет в неделю, и это было настоящим подспорьем матери. А еще он почти каждый день приносил в кармане штанов яблоко в сахаре, настоящую шоколадную конфету или даже петушка на палочке для своей сестры. И за это она любила брата еще больше. Она так любила его, что ее крошечное сердце едва ли не разрывалось от этого огромного, непривычного для ребенка чувства. - Эй, ты! - по голове ударил брошенный ком грязи, и Фелиция почувствовала, как она стекает по щеке. Нахмурившись, девочка вытерла лицо и крепче сжала палку. - Мы же тебе говорили, в принцесс играют девчонки! Послышался смех мальчишек, когда новые комки земли и грязи полетели в юную Фели. - А я умею драться! - заявила она, уворачиваясь от очередного снаряда. - Я вам покажу! Только посмотрите, ха-а-а! - размахнувшись палкой, она закружилась вокруг своей оси, но в конце концов потеряла равновесие и неуклюже плюхнулась прямо на пятую точку. Смех усилился. Пятая точка болела, но девочка поднялась, отряхнула безнадежно испорченное платье и снова взялась за палку. Во дворике стоял колодец, прямо по центру, возле которого трое бедняцких женщин полоскали белье, набирали воду в тяжелые ведра и о чем-то болтали, не замечая бегающих вокруг грязных по самые уши детей. - Умеет она, - передразнил ее рыжий, высокий мальчишка, которого все звали Лисенком. - Я вот слышал, будто ее папаша - какая-то большая шишка из самого Андерфелса! Эй, ты, полукровка! Так значит, вы с твоим братом наполовину благородные, да? И где же ваш папашка, а? Это он тебя учил драться? - галдящие мальчишки окружили Фелицию, тыча в нее палками, заменявшими им воображаемые мечи, копья и кинжалы. - Ну-ка, покажи еще разок! Покажи, как ты дерешься! - А вот и покажу! - выкрикнула девочка, размахнувшись сучковатой палкой. То, что произошло дальше, она помнила плохо. Кажется, кончиком палки она умудрилась задеть Лисенка по лицу, и тот вскрикнул от боли, разразившись слезами. Остальные дети отпрянули назад, стихли, глядя на нее во все глаза. Игра перестала быть игрой, когда на щеке Лисенка выступила кровь. - Ты.... ты... - задыхаясь от плача и ярости, шипел рыжий мальчишка. А потом подобрал свою палку и что было силы ударил ею по спине Фелиции. Острая вспышка боли пронзила все ее тело, и девочка повалилась на землю, скорчившись и чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. - Ну давай, плачь! Плачь, или я маме расскажу! Плачь давай, девчонка! Но слезы так и не полились. В ушах вдруг появился белый шум, и она услышала голос - голос, который сначала показался ей всего лишь легким шипением. С таким звуком медленно, осторожно вытаскивают из ножен лезвие меча. А слова... слова она разобрала потом. И забыла, потому что для двенадцатилетней девочки их значение было слишком страшным, слишком... ужасным, чтобы понимать их. "Убей их. Убей их всех".   ***   - Фел? Эй, Фел! - Лео положил руку на плечо сестры и настойчиво потряс. Девушка смотрела в огонь, а искра, потухшая на ее коже, почернела и оставила после себя красноватое пятно. - Фе-ел! Ты заснула что ли? - А? нет, - она потрясла головой и посмотрела на брата. На языке все еще ощущался вкус засахаренного яблока, которое он принес ей в тот вечер, вернувшись поздно, так поздно, что она и мать уже спали. Но Фел не сомкнула глаз. Она ждала. - Нет, я просто... просто вспомнила кое-что, - уклончиво ответила она. В тот день Фелиция не рассказала брату о том, что случилось, и о том, что спина в районе почек болела у нее целую неделю. Она не жаловалась, не плакала и никому ничего не говорила. Позже она даже подружилась с Лисенком, прежде, чем его семья переехала в другой город. Она забыла о голосе, забыла о белом шуме, забыла о том, что в тот момент почти поддалась этому желанию... забыла... О дурной крови.

Дом Квинси   - Фелиция?.. Сонный голос Лео, когда девушка присела у камина и принялась ворошить остывшие угли палкой, заставить ее вздрогнуть. Она заметила, как на улицу выскользнул Гил - но не стала ничего говорить. Знал ли он о той мысли, которая посетила девушку час назад? Знал ли он, что она всерьез думала перерезать им глотки во сне? Может, и знал. А если и так, то ничего не сказал по этому поводу, и за это Фел была ему благодарна. - Огонь погас, - сказала она хрипло, не оборачиваясь. - Надо развести. Угли вспыхнули тускло-оранжевым светом, разбрасывая вокруг себя толстые, жгучие искры. Дом Квинси был похож на ту лачугу, в которой жили Штерны  в Камберленде. Только та была куда меньше.

Трава  

Дом Квинси - Деревня Родник   Немного подремав, Фелиция проснулась под вечер. Точнее, уже почти наступила ночь. Почти все наемники заснули: всем им выпал тяжелый день. Осторожно высвободившись из-под тяжелой руки Ричарда, девушка принялась красться к выходу. Когда она добралась до спящих вповалку бардов, то остановилась и поколебалась. Нет, конечно, она говорила, что не станет всаживать нож в спину, но... Иногда лучше нанести превентивный удар прежде, чем его нанесут тебе. А в том, что барды, Крауфорд и Баратас собираются его наносить, Фели не сомневалась. Но что-то остановило ее руку, уже потянувшуюся к кинжалу на поясе. Возможно, ее остановило безмятежное выражение лица Лео, который спал, прижав к себе Лиинду, словно плюшевую игрушку. А может, Ричард, выглядевший теперь таким одиноким без нее. Может, Иафэт, которая только во сне не выглядела врединой, а вполне себе обыкновенной эльфийкой. Люди, которых она могла бы называть друзьями, если бы захотела. Не все в отряде... но многие. Вздохнув, девушка тряхнула волосами и убрала кинжал с тихим щелчком, а затем направилась на улицу. Небо потемнело, его заволокло тучами, и если она хотела претворить в жизнь свой замысел, ей следовало поторопиться прежде, чем пойдет дождь. Где-то вдали уже гремел гром, и на него, словно в ответ, раздался лай собаки. Вечерние сумерки превратили Родник в деревню-призрака. Вздрогнув от этого странно сравнения, она поспешила вниз по улице, к опушке. Впрочем, ничего полезного ей найти не удалось, а ко всему прочему ее поймали за руку на попытке воровства и заставили уплатить штраф. Хорошо, что Ричард этого не видел. Вернувшись, она обнаружила, что у дома Квинси уже начали падать первые капли дождя, а Кари, о чем-то нервничая, сидела на крыльце и всматривалась в даль.   Фел: воровство +4 Трава (в теме обсуждения)   -2,40! Ничего не найдено.

#Ллюлиан навсегда :)

Дом Квинси   - Можете  смело  меня и Ллюля вычеркивать  из числа претендентов   - О, правда? - Фелиция с легкой долей интереса посмотрела на Гила и усмехнулась. - Одним из первых уроков, которые я усвоила при изучении ваших соотечественников, было следующее: никогда не доверять барду. Может, ты и Серый Страж, но в первую очередь, ты бард. Орлесианец. Как и твой дружок. Вы думали, никто не видел, как вы шушукались в таверне? Я не буду подсыпать вам в еду яд или втыкать нож в спину. Но доверять... увольте. Она поднялась, отряхнула руки и с неприязнью покосилась на сычующего в углу Ллюля, который, судя по всему, усиленно делал вид, что ему нет никакого дела до происходящего. Посмотрев на Ричарда - странно посмотрев - она подошла к мужчине и встала перед ним, глядя сверху вниз на сидящего у стены рыцаря. А потом вздохнула и села рядом. Настроение у всех было совершенно не подходящее для обсуждения всяких сентиментальностей. Даже Лео это понимал, поэтому молчал, просто обняв Лин одной рукой, словно стараясь дать ей понять, что она вовсе не одна. Что ей не нужно справляться со всем этим в одиночку, как раньше. - Мне кажется, мы все должны как следует отдохнуть и выспаться перед походом, - предложил он.

Что будет после храма по версии Крау:

Дом Квинси   - А до этого... думаю, мы этого не осознавали. - Фелиция пожала плечами и обхватила себя за плечи. - Особенно те, кто считает, будто сможет добыть артефакт и выжить в одиночку. Она покачала головой. Пожалуй, ее никто не смог бы заставить относиться к некоторым членам отряда по-другому, но Фелиция была не из тех, кто станет всерьез плести заговоры против своих же. "Своих", хоть и временных, положено было защищать и прикрывать спину. И это совершенно не означало, что с ними нужно было миловаться и петь песни у костра. Таково было понятие о "наемничьей чести". Когда Ричард подал голос, она резко подняла голову и каким-то задумчивым взглядом посмотрела на рыцаря, а затем грустно улыбнулась. - Жаль, что наш разговор так... грубо прервали, - сказала она тихо, со своим обычным сарказмом в голосе, но на этот раз попытка съязвить была какой-то жалкой, словно она пыталась таким образом оградиться от ситуации. Не показать, насколько все это выбило Фелицию из колеи. - Да не за что, - ответил Лео, пожимая плечами. Обычно улыбчивый парень теперь выглядел замученным и усталым, на лице остались следы сажи. - Знаешь, я уже мечтаю уйти отсюда. Кажется, мы сделали этой деревне столько же зла, сколько и добра. И иногда... кажется, что это мы виноваты в том, что случилось.

Дом Квинси   - Что ж... похоже, теперь мы все в одной лодке, - мрачно пошутила Фелиция, протягивая к вновь ожившему огню в камине руки. - Даже Ваше Злодейшество. - Она покосилась на Крауфорда. Когда почти все наемники подтянулись к дому, стало понятно, что это их единственное оставшееся пристанище. Без трактира и Бена сразу стало как-то... пусто и одиноко. Кари легла рядом с камином, подставив бок теплу, и прикрыла глаза, подергивая ушами. Она, кажется, все понимала, как и то, что помочь своему бывшему хозяину уже не сможет. Как и посидеть под столиком заядлых игроков в покер и погрызть косточки из-под уток и куропаток. Лео посмотрел на грустную Лиинду и подсел к ней поближе, молча обняв девушку. Говорить что-либо ему было не нужно, он и так знал, что она чувствует. Все выглядели какими-то потерянными.

Заброшенный дом на окраине, очень старый :) почти нет мебели. И двухэтажный.

Дом Квинси   Войдя под темную сень навеса, защищающего крыльцо дома Квинси от дождей, Фелиция остановилась и посмотрела назад. Там, над крышами, поднимался черный дым от костра. Казалось, что никто из наемников, кроме них с братом, не пришел на похороны... Разве что где-то поблизости после оказались Лиин и Ричард. Остальным, кажется, было просто наплевать, что умер единственный человек, который действительно с симпатией относился к чужакам. Вздохнув, девушка вошла внутрь и сразу почувствовала, как тут зябко. - Надо бы подбросить дров в камин, - пожаловалась она. - Я принесу дров, - отозвался Лео, которому тоже было не по себе, даже присутствие Лин не особенно скрашивало вдруг возникшую тоску. На его глазах Родник потихоньку исчезал... и кто знает, не исчезнет ли деревня окончательно через год-другой?

Так, а отписываться кроме бардов кто то собирается в игрвую тему?) или все спят уже?

Хотите поминки? Организуйте сами! :)

не будет поминок, смиритесь

И гил туда же? Еще и бутылки спер =(

А ллюлик надеялся, что его пустят на шашлык из загадочного мяса? :) Такое ощущение что он расстроился только потому что пожрать нахаляву не вышло)

Деревня Родник - Дом Квинси   Сожжение Бена собрало немало людей - однако по лицам собравшихся на похороны было видно, что они уже устали хоронить своих друзей и близких. Но сейчас было другое дело. Пришли все: от мала до велика, и рядом со сложенным костром встал староста деревни Марк. Неподалеку, молчаливый и осунувшийся, стоял гном Дули с трубкой в руке. Лео и Фелиция, которые помогли уложить тело на костер, решили остаться и послушать. - Сегодня мы хороним человека, с которого началась наша деревня, - сказал Марк, откашлявшись, и когда все утихомирились. - Бен Ноккис погиб совершенно нелепо, случайно, и оттого его смерть приносит еще больше горечи и ощущения несправедливости происходящего. Я знал его двадцать лет. Но когда двадцать лет назад я приехал в деревню и увидел его, он уже был с тако-о-ой бородой, толстым, улыбчивым и гостеприимным, - по толпе пронеслись одобрительные возгласы. Марк продолжал: - Его таверна была первым заведением, открывшимся в Роднике, первой торговой лавкой, которая потом переросла в постоялый двор и место собрания всех сплетников, пьяниц и игроков деревни. И что еще более важно... он был моим другом. Тишина воцарилась над толпой собравшихся. Лео почувствовал, как в горле у него встал комок. - Мы потеряли стольких за последнее время. - Голос Марка дрогнул, и стало видно, что суровый и жесткий ферелденец, ветеран битвы при Остагаре, действительно с трудом подавляет слезы. - Амбера, Винни, Литу, а теперь вот и Бена. Всех тех, кто погиб во время нападения эльфов. Столько людей исчезло или погибло ни за что. Но Бен... мы можем сделать для него это последнее дело. Мы можем проводить его к Создателю и попросить, чтобы там - если он встретит остальных, кому такой чести не досталось - он помог бы своим односельчанам добраться до престола Создателя. Он взял горящую головню и подошел к погребальному костру. Вздохнул, посмотрел с тоской на вечереющее небо, на розовый закат, на тучку, наползающую на солнце. И бросил головню в хворост. - Да пребудет с ним благословение Андрасте... и да благословит она всех нас, оставшихся в живых. Чтобы мы помнили. Толпа отозвалась нестройным хором голосов. Кто-то молился вслух, встав на колени, кто-то молча опустил голову и замер, словно статуя. Лео и Фелиция смотрели на костер, на ревущее пламя, взметнувшееся в небо, пока оно полностью не поглотило тело Бена, а затем развернулись и медленно, потерянно побрели к дому Квинси. Таверну "Дуб и венок" вскоре очистили. Наемников, вернувшихся туда скорее по привычке, выгнали на улицу, на двери повесили амбарный замок, а окна заколотили. Кари, которая растерянно металась на пороге и не хотела уходить, на прощание завыла - да так, что сердце разрывалось от этого воя, больше походящего на скорбный плач.

Окраины - Деревня Родник   Когда Ричард и Лео подняли тело Бена и направились к деревне, Фелиция поплелась за ними. Но перед этим она подошла к Рейне и положила руку на ее плечо. - Привыкай, - коротко сказала наемница. - Это будет следовать за тобой до конца жизни. Я... Я чувствовала себя так же, когда мать умерла. Она сгорела от лихорадки за одну ночь. Утром... ее уже не было. Развернувшись, она пошла к деревне и больше ничего не сказала. Марк уже знал о том, что случилось - женщина, которая рассказала в таверне о его смерти, уже стояла рядом со старостой. Пока наемники разбирались с волками и искали тело Бена, крестьяне складывали погребальный костер. На том самом месте, где сожгли павших в битве за Родник. Где сожгли Хель. Где повесили Годри Площадь в последнее время стала пристанищем мертвых.

Окраины   Лео и Фелиция едва запыхались - пятерых волков  их честная компания убила так же легко, как Бен уничтожал крыс в своей кладовке. Вспомнив Бена, девушка погрустнела. Присев рядом с телом, она махнула рукой брату и Ричарду. - Заберем его. Марк захочет узнать, да и похоронить следует по-человечески. О том, что теперь таверна закроется и ночевать придется в пустом доме Квинси на окраине, говорить не хотелось. Слишком много плохих воспоминаний навевал этот дом. Лео кивнул и взвалил тело на плечи. - Ричард, помоги мне, - сказал он.

а на шкуры кто то ролить будет или нет?

Лео - Ярость на волка-5 Фелиция - пробивающий удар на волка-4  

Надо не рейне а ллюлю Лео воодушевлять :D

ХОД КРАСНЫХ:   Волки 4-5 атакуют Приманку.