Perfect Stranger

Таверна "Сломанный меч"   Какое-то пособие в этом направлении очень бы пригодилось со стороны герцогини.   - Она обещала деньги и покровительство. Думаю, этого будет достаточно, чтобы нас взяли на турнир без лишних вопросов. А что касается команды... мы кое-кого знаем, кто мог бы помочь. Не за бесплатно, разумеется, - хмыкнул потрошитель, затягиваясь трубкой. Вообще стало казаться, что в последнее время он стал куда спокойнее, чем раньше. То ли это было влияние Мэйрис, то ли он притерся к наемникам и привык к ним, то ли что-то иное. Но потрошитель изменился, это было заметно всем.   - Слушай, Вольфер, ты вроде говорил, что твой отец был из Неварры или типа того? Советую ознакомиться   Погрузившись в чтение, бастард фыркал и хмыкал, но его лицо становилось все мрачнее с каждой строчкой. Кое-что он понял из этих писем, но этого было явно недостаточно. Недостаточно, чтобы предъявить как доказательства. - Похоже, что эрцгерцогиня не слишком законным путем получила власть. Впрочем, как и ее кузен. Но это не наше дело. Я не знаю, кем был мой отец, только знаю, что из Неварры и родич короля. Если эрцгерцог и вправду был тем, кто приехал много лет назад в Нордботтен... то это будет даже слишком приятным совпадением. Еще одна причина найти настоящее завещание. Главное, конечно, получить артефакт.

Таверна "Сломанный меч"   - Ты то меня есть не стал, на сколько я помню. Неправильный дракон!   - Не представляешь, каков был соблазн... - вздохнул Хекс, надевая чуть просохшую одежду и натягивая сапоги. - Пошли, дождь скоро закончится. Грозы обычно не идут долго. Час-другой, и можно будет выдвинуться к форту. Правда, если они там действительно хорошо укрепились, будет трудно выманить их из-за стен, а осаждать башни отрядом в шесть человек - безумие. Нас расстреляют прежде, чем мы заберемся на стены. Спустившись вниз, он обнаружил Рико, Лиин и даже Лилли у камина, гревшихся и обсыхающих. Правда, волшебница весь поход благополучно проспала и даже не промокла. Вот уж кто умел наслаждаться жизнью и избегать неприятностей. - Похоже, вам уже все рассказали, - произнес он, подвинув стул и закинув ногу на ногу. Из кармана появилась уже ставшая любимой трубка с табаком. - Следующая остановка - форт Атиешь. Если вы не решили вдруг соскочить.

Таверна "Сломанный меч"   - Пошли обсудим, а если дождь кончится, можно будет сходить к этому Тайвину. Или как там его?   - Тайрису, - промурлыкал Хексарион, которому внезапно расхотелось куда-то идти и тем более выбираться из кровати. Когда на дворе такая погода, даже собаки под навесом прячутся. И хоть драконам дождь был не страшен, мокнуть никто не любил. - Осторожнее, девочка. Продолжишь в таком духе - и долго еще из комнаты не выйдешь, - прорычал он, но не всерьез, а словно играя. И хотя его зубы были опасно остры, они никогда бы не причинили настоящий вред этой девушке. - Будешь вечной пленницей в пещере ужасного дракона. Правда, есть тебя он не будет. Драконы едят только девственниц.

Таверна "Сломанный меч"   - Ты ведь только встретил ее, а с нами всеми провел почти шесть месяцев. Я думаю, что дело не в крови, она ведь не помогает узнать человека лучше, полюбить, почувствовать близость и привязанность. Она - чужая, ты ее даже не знаешь толком.   - Может быть. Я всю жизнь думал, что это не так. Что только кровь имеет значение, - медленно произнес Хекс и пожал плечом. - То, что первый встреченный мной потрошитель оказался моей сестрой, просто было совпадением. А я перенес эти чувства на всех остальных. Но Флоренсия... кровь в ней все еще спит. Она могла бы пробудить ее, в Неварре достаточно драконов и драконоборцев, чтобы доставить ей необходимые ингредиенты. Но даже с ее деньгами, она не стала этого делать. Не понимаю. Вздохнув снова, он потер бровь. Сейчас бастард казался почти до неприличия спокойным и притихшим, даже каким-то растерянным. Куда проще было думать не о душах и привязанностях, а о драке. Просчитывать действия, составлять план, в конце концов, погружаться в момент истины, сполна наслаждаясь убийством человека. Пусть обо всем остальном позаботится судьба. И все же, несмотря на свою холодность к Флоренсии, она показалась ему смутно знакомой. Даже не сама женщина, а ее черты. Они напомнили ему о чем-то, что давно выскользнуло из памяти. - Ты обсохла? - он провел рукой по ее еще чуть влажным волосам, внезапно накативший на него приступ сильнейшего желания удалось подавить, но Мэй почувствовала, как он вздрогнул всем телом. - Тогда можем спуститься вниз. Остальные наверняка хотят обсудить произошедшее.

Таверна "Сломанный меч"   А ты что-то заметил?   - Да. - Стащив мокрую одежду и завалившись на кровать, Хекс уставился в потолок. - Она драконокровная. Не как я, но... я это почувствовал. И сразу понял, в чем причина ее "истерической болезни", и почему Доминик упоминал о головах и пиках. Не знаю, в курсе ли она сама об этом, но почему-то мне кажется, что да. Странно... - он пробормотал тихо, почти неслышно. - Я так долго хотел встретить подобных мне, а теперь не ощущаю никакого родства с этой женщиной. Хотя она мне должна была казаться ближе, чем все люди из нашего отряда. Это.... разочаровывает. Ему не хотелось сейчас идти вниз и обсуждать с остальными задание. Но осознание давалось тяжело. Осознание того, что не все драконы в этом мире - братья, и не все потрошители должны понимать друг друга. Это было всего лишь иллюзией, такой же сказкой, как вера в то, что чудовище может стать человеком.

Поместье Флоренсии Камберлендской – Таверна «Сломанный меч»   - Мы согласны, - сказал Хексарион, когда все остальные промолчали. Он понимал, что нужно обсудить это с отрядом где-нибудь в более безопасном месте, например, в трактире. Где нет лишних ушей. – Сколько людей привел с собой ваш кузен? Это хотя бы выяснили шпионы? - Много. Он укрепился в старом форте. С ним его гвардия и как минимум несколько магов, - ответила эрцгерцогиня, болтая вином в бокале и скучающим взглядом окидывая горстку наемников. – Шестерых, насколько бы хороши они ни были, не хватит. Да и сам Тайрис – опытный воин и член очень уважаемого ордена. - Значит, нам потребуется помощь. Вы сможете выделить свои войска? - Исключено. Тогда он сразу нападет, а я потеряю людей и дам ему повод атаковать город, - бросила Флоренсия. – Действуйте своими силами. Никто не должен получить доказательства, что вас послала именно я. Если вас схватят, вы должны забыть мое имя. - Плохо, - протянул потрошитель, откидываясь на стуле и сложив руки на груди. – Вы посылаете нас на смерть. - Зато награда будет более чем щедрой. Разве не этим занимаются наемники? – улыбнулась женщина, поправляя волосы и придвигая меховую шаль поближе к шее, словно она мерзла. – Конечно, если вы считаете, что не справитесь – я поищу другие организации для своих целей. Похоже, слава «Северных волков» действительно преувеличена. - Мы справимся, - сквозь зубы прошипел Хексарион, которого эта надменная женщина уже начинала выводить из себя. – Дайте нам время подготовиться, и все будет решено. - Хорошо. Для вас мои ворота будут открыты, как только вы выполните задание, можете возвращаться за заслуженными почестями. Поднявшись, она хлопнула в ладоши, и возле нее тут же выросла длинная и тощая фигура дворецкого. Он слегка поклонился, выслушал тихий приказ Ее Светлости и обратился к наемникам: - Вас проводят до ворот, будьте любезны не задерживаться. - Ах да, - уже на пороге их окликнула Флоренсия, и бастард остановился, повернув голову. – Ваше время ограничено. Тайрис будет ждать не более суток. Советую поспешить, иначе не получите ни медяка. Не прощаясь, Хекс вышел из Серебряного Зала, а за ним и остальные «Волки». Это задание было посложнее всех прежних, вместе взятых. В Долах им хотя бы помогали солдаты Орлея, а сейчас приходилось действовать в одиночку. Впрочем, у него была идея о том, как пополнить численность людей для этой миссии, но вряд ли она понравится остальным. «Когда это тебя волновало мнение остальных?» - фыркнул он про себя, спускаясь под проливным дождем по длинной и широкой лестнице, ведущей через раскинувшиеся под потемневшим небом сады и лужайки. Серая громада поместья оставалась позади, но какое-то шестое чувство подсказывало ему, что Вольфер еще вернется сюда. Рано или поздно. А еще было кое-что, о чем он хотел поговорить с Мэйрис. Рысцой добежав до таверны и по дороге промокнув до нитки, «Волки» вошли внутрь. «Ящерицы» дремали за столами – большая их часть ушла, кто-то сидел за стойкой и продолжал пить, Гердера же было не видно. Возможно, он снова ушел в свою комнату, где его ожидала Лилли. Эти двое определенно нашли друг друга, подумал Хекс, усмехнувшись про себя. Нисар помахал им рукой, подзывая подсесть к теплому горящему камину и высушиться, но у потрошителя были иные планы. Схватив Мэй за руку, он потянул ее наверх, втолкнул в комнату и запер двери. Вздохнув, повернулся к ней и привалился к двери спиной, внимательно глядя на нее. - Ты ничего странного в ней не заметила? – наконец спросил он, с искренним интересом поглядывая на промокшую девушку. С ее отросших волос стекала холодная вода, и она вся дрожала, но бастард будто бы не обратил на это внимания.

Поместье Флоренсии Камберлендской   - Значит, сразу к делу?   - Да. Флоренсия отпила вина ровно столько, чтобы это казалось жестом вежливости, и медленно откинулась на спинку высокого стула. Она держалась прямо и уверенно, и все же слишком напряженно, чтобы это можно было списать на случайность. Как там говорил Доминик? «Истерическая болезнь»? Хекс хмыкнул почти неслышно, и все же серые глаза тут же обратились к нему, безошибочно определяя в нем предводителя этой горстки оборванцев. Губы герцогини сделались еще тоньше, когда она сжала их в линию и поставила бокал обратно на стол с гулким стуком. Пока стояла гробовая тишина, эхо от этого стука еще долго разносилось по Серебряному Залу. Мэйрис внезапно ощутила, насколько здесь одиноко. Должно быть, этой женщине трудно жить в таком огромном поместье одной, в окружении нескольких слуг и молчаливых гвардейцев. Такое одиночество давило, сводило с ума, немудрено, что Флоренсия стала параноиком и заболела. Однако, повернув голову и покосившись на потрошителя, Мэй заметила, что он как-то странно уставился на герцогиню. Словно увидел нечто захватывающее и одновременно был удивлен. Его глаза на короткое мгновение вспыхнули, но он почти тут же отвел взгляд и принялся рассматривать серебряные украшения, расцвеченные пляшущим в канделябрах пламенем. Несмотря на то, что за стенами этого замка стоял полдень, света в витражные окна почти не проникало. То ли из-за толщины стекла, то ли из-за того, что снаружи уже начиналась гроза и солнце скрылось за тучами. Вот-вот должен был разразиться сильный ливень с громом и молниями, какие бывали тут довольно обыденны в середине весны. - Я наслышана о вас, - наконец произнесла Флоренсия, и ее голос словно покрылся трещинами. Он не был приятным, как и ее лицо, и манеры. Но все же эта женщина не была злой. В ней скопилось много боли – вот что поняла Мэйрис, когда разглядела ее получше. И эти покрасневшие глаза, бледность на щеках говорили лишь о том, что ее что-то выедает изнутри. – «Северные Волки»… те самые, которые оказали услугу маркизу в Монтсиммаре, моему хорошему другу. Правда, я была уверена, что вас было больше. Или же слухи о вас бессовестно врут. Сколько вас сейчас? - Шестеро, Ваша Светлость, - ответил Хексарион, вновь надевая маску учтивого знатного рыцаря, которую он уже носил на балу маркиза. Маску, которая ему совершенно не шла, но помогала договориться с сильными мира и не попасть на плаху. – Мы потеряли нескольких людей в путешествии. - Правда? – она слегка поморщилась, но вряд ли от жалости к почившим наемникам, скорее, от разочарования, и прикоснулась тонкими костлявыми пальцами к ножке бокала, словно раздумывая, стоит ли пить еще. – Этого слишком мало. Советую вам набрать еще людей, прежде чем выполнять мое поручение. - Могу я узнать, Ваша Светлость, в чем состоит поручение? – спокойно спросил потрошитель, но по неуловимо изменившемуся выражению его лица арбалетчица поняла, что он раздражен. Еще бы, ведь герцогиня вела себя так, словно они уже согласились работать на нее. Впрочем, это было близко к правде – избавившись от Лайдо, они оказали ей услугу. - Дело в том, что есть одно поручение, которое я не могу передать моим людям или городским наемникам, - ответила герцогиня, с легким, исчезающим интересом разглядывая «Волков». Они не интересовали ее как люди, лишь как оружие. – Мой кузен, Дориан Тайрис, пытается незаконно приписать себе права на титул, которые я получила в наследство от своего отца, эрцгерцога Кирсаха Рейна. Вы, несомненно, наслышаны о нем. Если провели в Камберленде больше недели, то не услышать о нем невозможно, - она фыркнула и все же решилась сделать глоток из бокала. Создавалось ощущение, что говорить об отце ей неприятно. – И, тем не менее, претензии Тайриса безосновательны. Я – единственная дочь Кирсаха Рейна и я по всем законам короны и Создателя должна была занять его место после трагической смерти герцога. Но мой дражайший кузен путем махинаций и подделки документов намеревается свергнуть меня, а если и это не выйдет, то убить. Как вы понимаете, допустить подобное я не могу. Вы уже помогли мне, устранив детектива, который пытался фальсифицировать компромат обо мне и моем отце, - последние слова снова заставили ее поморщиться. – И за это я благодарю вас. Не выполни вы такую просьбу, я не стала бы обращаться к вам за дальнейшей помощью. Дело в том, что я пригласила моего кузена Тайриса на встречу, где якобы собираюсь отказаться от прав и передать их ему. Встреча назначена на нейтральной территории с минимальным количеством личной стражи. Однако… - она положила руки, которые даже выглядели холодными, на колени и посмотрела на «Волков». С высоты своего небольшого роста Флоренсия умудрялась смотреть сверху вниз на всех. – Я не собираюсь приходить туда. Тайрис, скорее всего, попытается убить меня на переговорах, мои шпионы докладывают, что он остановился в форте «Атиеш» и привел небольшую армию, в обход наших договоренностей. Я не могу придти сама и не могу послать моих людей, поскольку он сразу убьет их. Вы, с другой стороны… вас в городе никто не знает. Поговорите с Тайрисом. Заставьте его доверять вам. А потом убейте, - она пожала плечами и замолчала, приложившись к кубку. Ее пальцы слегка подрагивали, каштановые волосы были небрежно расчесаны и уложены наспех, а из косметики на лице были лишь небольшие румяна. Без них она выглядела бы живым трупом. – Если понадобится, убейте и его людей. Тогда я заплачу вам столько, сколько причитается за подобные труды, и даже немного больше. Кроме того, вы сможете пользоваться моим расположением в городе неограниченно, пока не покинете моих владений. Не вздумайте отказаться. Я не предлагаю подобных сделок первым встречным.   Группа переходит на следующий этап задания: «Смерти в семье» (помочь Флоренсии избавиться от соперника)

Да. Увы... Ладно, я спать уже. Всем ночи, отпишусь завтра...

за 1,50 з.

Не совсем. Но ты близок. )

Поместье Флоренсии Камберлендской Так или иначе, когда наемники немного отдохнули и вернулись в свои комнаты (все, кроме Рико), служанка сообщила каждому, что герцогиня готова их принять и просит явиться в Серебряный Зал незамедлительно для "проведения беседы". Почему-то это звучало угрожающе. Пожав плечами и решив не противиться, Хекс последовал за служанкой вместе с Мэйрис. В Серебряном Зале их уже ожидал длинный стол, на котором, впрочем, было накрыто так мало, что на богатый прием не походило совсем. Лишь кувшин вина, пара бокалов и салфетки. Во главе стола, выпрямившись, как стрела, сидела Флоренсия Рейн Камберлендская собственной персоной. Это была худая, не слишком красивая женщина лет двадцати семи, бледная и болезненная на вид. Лицо ее было, может быть, симпатичным, если бы не прямой нос, глубоко запавшие глаза со следами бессонных ночей и легкой краснотой в уголках, и выдающиеся мужские скулы. Повернув голову, она кивнула, и дворецкий препроводил наемников на их места за столом. Из серебряного кувшина разлили вино, пододвинув каждому тяжелый бокал, а женщина с длинными каштановыми волосами задержала взгляд на Мэйрис, когда та усаживалась на стуле. Поджала губы, но не сказала ничего о положении девушки в отряде наемников. Если бы Мэйрис осмелилась поглядеть на нее более пристально, но заметила бы интересный цвет глаз. Серый, отливающий сталью. - Приветствую вас, "Северные Волки", в моем поместье, - сказала женщина хрипловатым голосом и одернула рукава платья. На плечо была наброшена меховая шаль, хотя в здании было тепло, даже жарко. - Давайте обойдемся без формальностей. Я этого не люблю. Флоренсия

Поместье Флоренсии Камберлендской   В письмах Лиин ничего толком не могла разобрать - обилие юридического жаргона и не слишком понятный почерк, какие-то смутные обозначения, словно кто-то не хотел, чтобы читатель (особенно нежеланный) понял, о чем идет речь. Ни одного имени названо не было, даже подпись стояла очень скромная - просто буква Л в филиграни. И все же, перебирая пожелтевшие листки и до боли в глазах всматриваясь в тонкие, убористые строчки, эльфийка, покусывая губу, понимала, что влезла во что-то очень неприятное и куда большее, чем намеревалась. Одна часть письма была ей понятна, впрочем. Точнее, несколько строчек, заставившие ее похолодеть от осознания, что эти тайны могут стоить ей жизни.   "...говорил с душеприказчиком. Пришлось применить нестандартные методы, но он раскололся. Завещание существует. Однако в архивах города его обнаружить не удалось - по записям в книге регистрации документов оно было украдено неизвестными лицами. Скорее всего, агенты Вашего кузена. Душеприказчик сказал, что в нем упоминалось иное имя, но конкретики из него вытянуть не удалось. Старик пожелал расстаться с жизнью прежде, чем раскрыть тайну завещания. Продолжаю поиски. Одно знаю точно: имя не ваше, поэтому крепитесь. Но есть и хорошие новости - и не вашего кузена. Других претендентов, о которых известно, нет. Расследование будет продолжаться, пока вы не отзовете моих людей. Л."

Поместье Флоренсии Камберлендской   Мэйрис обнаружила шкатулку со старыми золотыми серьгами - они были не слишком красивы, чтобы молодая герцогиня носила их. Возможно, они остались от матери или просто не подошли, поэтому валялись здесь, но при должном умении торговаться их можно было продать за небольшие деньги (по меркам знати, разумеется). Освальд же отыскал потерянное и закатившееся за кровать бриллиантовое кольцо. Если герцогиня походя разбрасывалась подобными предметами, то сколько же у нее на самом деле богатств?.. Неужели столько же, сколько у Императрицы Орлея? Хотя безделушки не были показателем. Истинным богатством было влияние, территории и люди, подчиненные тебе. Это потрошитель знал слишком хорошо. Сам он тоже пошел осматривать окрестности, надеясь, что вездесущие слуги не схватят его за руку. Но увы, ничего не нашел.

Поместье Флоренсии Камберлендской А ты будешь бароном Нордботтена, потомок знатного Неваррского рода. Эта причина, по которой ты так рвался к герцогине? - Нет, - строго ответил потрошитель и отстранился, снова заглядывая ей в глаза со всей возможной серьезностью. Иногда резкие перемены в его настроении Мэйрис даже не могла предугадать. - Сейчас ты деревенская девочка, ставшая волей судьбы наемником. А будешь ты баронессой... если не выше. И свою ничего не значащую фамилию сменишь на более подходящую для правительницы. Так будет, - сказал он почти что не терпящим возражений тоном. - Мне тоже не слишком по душе утопать в шелках и серебре, но воспринимай это как неизбежное зло. Пока что. Сильные мира сего не обязательно показывают свою власть таким способом. У нас будут и другие, - загадочно усмехнулся он и поцеловал девушку в губы, слегка прикусив их. Из-за остроты зубов нежная кожа лопнула, выпуская капельку крови. Хекс слизнул ее и заурчал. - Но это потом, - наконец выдохнул он. - Может быть, осмотримся? Здесь наверняка найдется много интересного. Пока герцогиня не видит, посмотрим, чем живет это "поместье". Возможно, скоро нам придется жить в таком же. "Или даже в этом самом", - подумал он, но вслух говорить не стал. Как и отвечать на фразу об отце. Он был почти уверен, что Флоренсия о нем что-то знает, или хотя бы слышала. Может быть, сможет навести потрошителя на следы, по которым можно выйти на отца, если он еще жив. Или хотя бы на его могилу. *** Лиин оказалась в комнате, которая, похоже, раньше использовалась как кабинет герцогини, но вскоре была почему-то брошена. Мебель была покрыта защитными тяжелыми бархатными покрытиями, как и картины на стенах - создавалось впечатление, будто вещи отсюда хотели перенести в восточное крыло, но не успели. Пыли, что характерно, не было. Одна из картин привлекла внимание эльфийки, и она подошла к стене, вглядываясь в обнаженный кусочек полотна, с которого ветром частично сдуло тряпку, закрывающую ее от пыли и воздуха. Повинуясь странному наитию, долийка взялась за край тряпки и сдернула ее. Перед ней предстала очень странная картина. Точнее, странной в ней было не изображение, которое как раз совершенно обыденно и скучно рисовало перед ее глазами богато одетую пару средних лет, мужчину и женщину, улыбающихся и счастливых. Странным было то, что левая сторона картины, где был нарисован мужчина, оказалась изрезана в клочья так, что его лицо практически невозможно было рассмотреть. Изрезана чем-то вроде ножа. Кто мог так ненавидеть мужчину на картине и почему ее не выбросили, а оставили висеть здесь, изуродованную и свисающую клочьями?.. Однако думать об этом слишком долго Лиинда не стала. Чуть сдвинув картину (все-таки все аристократы ужасно банальны! и все прячут тайнички с золотом за картинами в нишах!), эльфийка сунула руку в провал в кладке, в надежде отыскать какой-нибудь ценный артефакт или как минимум горсть драгоценных фамильных украшений, но ее пальцы наткнулись лишь на связку писем на пожелтевшей бумаге. Разочарование. Одно разочарование. Вздохнув, эльфийка вытащила письма и отряхнула их от пыли. Картина

Поместье Флоренсии Камберлендской   - Ты же раньше не любил роскошь, что изменилось?   - Не любил. Но роскошь - не главное, - вздохнув, Хекс провел ладонью по лицу, понимая, что слишком жестко обращался с Мэйрис. - Я не хочу, чтобы меня считали человеком второго сорта. Как и тебя. Мы драконы, и люди должны уважать и бояться нас. Если для этого мы должны будем жить в этом замке - пускай. Лучше, чем позволять им вытирать о тебя ноги, - он окинул комнату придирчивым взглядом. Нет, конечно, он не привык жить в роскоши, но и не имел ничего против нее. В Нордботтенском поместье было не так богато, но в нем была своя северная красота. Здесь же все было слишком... по-женски. В этой спальне, например, все в сине-аквамариновых тонах, мебель выполнена из темного красного дерева, а украшения исключительно из бронзы. Вкус у герцогини был, но она уж слишком пыталась ткнуть своим богатством в лицо. Шелковые покрывала на кровати даже на вид были мягче пуха. Повернувшись к Мэйрис, потрошитель взял ее за подбородок и приподнял ее лицо так, чтобы заглянуть в глаза. - Что, неужели ты никогда не слышала сказок о драконах, спящих в своих пещерах на грудах золота и сокровищ? - усмехнулся он, разом рассеивая атмосферу напряженности и раздражения. - Мы любим золото почти так же, как летать и разорять деревни. И красть у несчастных селян монеты и девственниц, разумеется. Куда же без этого.   Возможные броски: персонажи могут бросить кубик на поиски чего-нибудь ценного в поместье, пока их не призвала Флоренсия. Бросок стандартный 1d10.

Поместье Флоренсии Камберлендской   - А может не будем тут надолго оставаться?   Хекс фыркнул так громко, что звук этот эхом еще долго отдавался в просторном Серебряном Зале, но вскоре дворецкий увел их дальше по коридорам, в западное крыло, видимо, предназначавшееся для гостей. - Что, тебе так понравилось спать на земле, есть бурду из трактиров и ловить на себе похотливые взгляды местной наемноты? Нравится экономить каждую медную монетку, чтобы не пришлось ютиться под мостом с завшивевшими нищими и просить подаяния? Хочешь, чтобы твой сын прожил такую жизнь? - казалось, что в голосе Хекса проскользнуло разочарование. - И все-таки ты до сих пор деревенская, - протянул он и отвернулся, рассматривая картины вдоль стен, пока они шли по коридору за высоким седовласым мужчиной в очках. Он не был в восторге от роскоши. Но она поражала и покоряла его, как символ власти и силы - тот, кто мог позволить себе такое, не должен был бояться собственной тени. В этом мире одна лишь сила порой была недостаточна для того, чтобы стать хозяином мира. И то, чего не хватало потрошителю, чтобы наконец осуществить задуманное, находилось здесь - прямо под носом, кричало со стен и потолков, свисало серебрящимися змеями с перил, канделябров и статуй, расстилалось под сапогами бархатом, алым, как кровь. Все здесь было символами власти. И похоже, что Флоренсия это понимала, как никто другой, судя по тому, что обронил бургомистр о ее склонностях насаживать головы неугодных на пики. "Как бы твоя голова не оказалась там же", - подумал он и тут же мотнул головой. Этого не будет. Какая-то не заслуживающая такой власти сука не одолеет его, драконокровного, кто проделал такой путь, чтобы взобраться на вершину. И он столкнет с нее тех, кто этой власти не заслуживает, если потребуется. Столкнет на самое дно. Ухмыльнувшись собственным мыслям, он свернул на очередном повороте и встал как вкопанный - пришлось, чтобы не влететь в замершего и развернувшегося лицом к гостям дворецкого. Тот, невозмутимо поправив очки, окинул взглядом грязные следы от сапогов, оставленные на бархатных карминовых коврах, но ни слова не сказал. Лишь пытливо осмотрел "Волков", словно подмечая каждую мелочь, каждую неопрятную деталь в их внешнем виде, каждый лишний волосок щетины на подбородках и растрепанную прядь на головах. Под этим взглядом всем вдруг стало стыдно. - Располагайтесь в комнатах на ваш вкус, - наконец произнес дворецкий. - Их здесь около двадцати, гостиная, купальня, столовая для гостей и помещения для слуг чуть дальше по коридору. Если что-то понадобиться, просто кликните кого-нибудь из девушек, и ваше желание исполнится. Таков приказ Ее Светлости. Когда она будет готова с вами поговорить, то пошлет за вами. А пока что вы - ее гости.

Ратуша - Поместье Флоренсии Камберлендской Решив, что тянуть с визитом нет никакой необходимости, наемники все же сначала вернулись в трактир и забрали из комнаты арбалет Мэйрис. Просто на всякий случай, как сказал Хекс. Затем они вновь вышли на улицы и пешком отправились к окраине города. Пропустить или заблудиться, не отыскав поместья, было невозможно - оно высилось шпилями над самыми высокими зданиями Камберленда, включая местную Церковь Создателя и Невесты его Андрасте. Кое-кто поговаривал, что это богохульство, строить дворец знати ближе к небесам, чем Церковь, но вскоре эти пересуды забылись. А в последнее время Церковь достаточно себя дискредитировала, чтобы потерять огромную часть своих верных прихожан, и многие уже задавались вопросом, а не стоит ли реформировать андрастианство, закостеневшее в покрытых пылью и тленом традициях тысячелетней давности. Но не об этом сейчас думали наши путники, шагая по выложенным брусчаткой мостовым и узким улочкам Камберленда, по его залитым солнцем площадям и дорогам, избитым копытами бесчисленных лошадей, всадников, карет и обозов. Их взгляды не отрывались от шпилей поместья эрцгецогини Рейн, пока они становились все ближе и ближе и вскоре затмили собой небеса. "Скоро будет гроза", - отстраненно подумал Хексарион, когда они вышли из центральной части города и ступили на широкую, проселочную дорогу, ведущую к расположенному на пригорке дворцу. Прилегающие к нему сады и аккуратно выстриженные лужайки были так велики, что на них в теплое время года можно было устраивать собственные балы и приемы, а сам же дворец походил на острые шипы, устремленные к сгущающимся тучам. В полумраке, быстро опустившемся на город после палящего солнца, поместье казалось мрачноватым. Из серого камня, с узкими готическими окнами, напоминавшими о тевинтерском архитектурном стиле, оно было хищным, тонким и огромным, словно сам дракон. Возможно, что именно с тех времен и стояло оно, выстроенное магами и гномами, как форт "Атиеш", и лишь было реставрировано с течением столетий, дабы выглядеть как можно более подобающе обитающим в нем привилегированным особам. К воротам вела длинная и широкая лестница с бесчисленным количеством ступенек, а через каждые двадцать шагов по обеим сторонам от нее молчаливо возвышались черные истуканы гвардейцев. В глухо закрытых шлемах, недвижимые и в жару, и в холод, с алебардами и пиками в руках, они несли свою вахту, казалось, бессменно с рождения самого первого правителя Камберленда. Однако на наемников внимания никто не обратил. Похоже, бургомистр послал почтового голубя вовремя и охрана дворца уже получила весть о том, что к Флоренсии жалуют низкородные гости. Массивные ворота, украшенные серебряным литьем, распахнулись перед "Волками". Мало кто из их сословия вообще бывал здесь за последние пару десятков лет, а может, и вовсе никто - и увидев холл, первое, что можно было наблюдать после прохода через ворота и небольшой коридор-предбанник, наемники остановились, как вкопанные. Холл сверкал и переливался серебром, словно сокровищница. Серебряные канделябры, посеребренные статуи вдоль стен, расписанных фресками и украшенных гобеленами с серебряной нитью, серебряные вазы и перила лестниц, ведущих в галерею... обстановка напоминала общий зал поместья в Монтсиммаре, но намного богаче. И немудрено, ведь статус эрцгерцога уступал лишь королевской семье. В Орлее равным Флоренсии мог считаться, пожалуй, только Гаспар де Шалонс, Великий Герцог, родственник Императрицы, но и то он был единственным в своем роде. Неварра же оказалась богата ничуть не меньше Орлея, но зато обладала куда более сдержанным вкусом. Наемников встретил дворецкий, высокий мужчина чуть за пятьдесят в очках, который поклонился "Волкам" и сообщил: - Ее Светлость примет вас в ближайшее время, как только будет готова и почувствует себя лучше. До тех же пор она приказала разместить вас как почетных гостей в западном крыле Ее поместья. Вы можете свободно посещать все комнаты и залы, которые не заперты на ключ, но прошу вас воздержаться от похода на четвертый этаж восточного крыла, где Ее Светлость отдыхает в своей спальне. Следуйте за мной.

Ратуша   Так значит? Хорошо, хорошо. Это определенно пойдет. Главное, что бы он больше не лез в дела герцогини, а эта цель достигнута. Думаю, герцогиня сможет принять вас, я отправлю ей весточку и порекомендую, как надежных людей.   - Отлично, - потрошитель хотел было улыбнуться, но вовремя вспомнил, какое действие оказывает на нормальных людей его улыбка, и остался мрачен. - Мы к ней наведаемся. Уверен, нам будет о чем поговорить. - Только не зарывайтесь, - посоветовал Доминик, устало проводя ладонью по лицу и вздыхая в бороду. - Флоренсия... миледи Флоренсия в последнее время страдает от мигрени. Посему легко раздражается и впадает в гнев. Истерическая болезнь-с, сами понимаете, женщина у власти - это тяжелое бремя для ее плечей. Ведите себя тихо и вежливо, и проблем не будет. Я не хочу потом видеть новые головы на пиках возле городских ворот. А теперь уходите, я сделал для вас все, что мог, - заявил он прежде, чем наемники успели осознать сказанное, и охрана выпроводила их в холл. - Головы на пиках? Похоже, наша эрцгерцогиня не так проста, как кажется, - хмыкнул потрошитель, выходя из просторного, но душного здания ратуши вновь на свежий воздух и - увы - под палящее солнце. - Вернемся за магичкой или пусть отсыпается? Похоже, она совершенно довольна жизнью. Можем оставить ее с "Ящерицами".

Камберленд   Через бургомистра? Впрочем, он тоже может представить уход детектива, как свою заслугу.   - А есть выбор? Или ты хочешь близко познакомиться с личной гвардией эрцгерцогини? - Хекс тяжело вздохнул и вытер пот со лба. Как бы он ни пытался списать все на жару (как-никак, приближался полдень), но он беспокоился за Мэйрис. В том трактире ее вполне могли убить. А оружия при ней не было. Хотя она сражалась бы за свою жизнь и голыми руками, но все же не была драконом - Мэй была слабой. Теперь - тем более. - Надо возвращаться к бургомистру и рассказать, что теперь с Лайдо у них проблем не будет. Кто знает, может, и герцогиня смягчится и пустит нас на аудиенцию... "А уж тогда я не упущу своего шанса", - мрачно подумал бастард и внутренне ухмыльнулся. Он намеревался получить информацию любым путем.

Да убеждение сработало. Квесты длинные и куча боевок (возможных), поэтому лучше не особенно тормозить. Но ничего, скоро можно будет ненадолго расслабиться)

Таверна "Сломанный меч"   А учитывая, насколько мы слабы, вызывать на себя огонь местных господ - не лучшая идея.   - Ты кое-что забыл. Если мы это сделаем, у нас тоже будет мощный покровитель - сама эрцгерцогиня, - усмехнулся Хекс, которому называть какую-то бледную аристократку "покровителем" было почти противно, но что есть, то есть. - Ладно, значит, договорились. Мэйрис пойдет к "Жареной утке", мы обойдем заведение по широкой дуге, чтобы нас не засекли из окон, и будем ждать в переулке, ближайшем к черному ходу. Если что-то пойдет не так, Мэй выведет этого детектива к нам. А дальше - по обстоятельствам. Виверна я бы брать не стал, его могут заметить, да и воняет от него изрядно, - фыркнул он, махнув рукой и направляясь к выходу.

Таверна "Сломанный меч"   - Возьмите хотя бы меня, или Лиин с виверном на всякий случай.   - Ты головушкой ударился, красный? - сухо спросил потрошитель. - Виверн привлекает слишком много внимания, его заметят издалека и вряд ли детектив тогда не почует неладное. Да и вы слышали Гердера - заваливаться в "Утку" всей толпой не слишком разумное решение. Пусть лучше на переговоры пойдет Мэйрис... или монах, а мы подождем где-нибудь в засаде. При оружии. В случае чего Мэй выманит этого Лайдо к нам, и мы по-тихому его "уговорим". Иногда ему казалось, что у некоторых "Волков" мозгов за время путешествия не прибавилось ни на пядь. А может, это красный лириум так мозг разжижает. если так, то хорошо, что Атаназ вытащил проклятый минерал у него из груди еще после Нахашина.

кукуй, тебе казино мало?)

Сыграть-то можно, но смысла уже особого нет :)