Фели

Бриг "Победа"   - О, вот и пополнение. А что за сказка то?   - Про Румпельштильцхена то? Ну слушай, - весело хмыкнул Феликс, жмурясь на солнце. - Где-то в Андерфелсе, в небольшкой деревушке возле подножия гор, жил мельник со своей дочкой. Жили они бедно - почва Андерфелса была скудна, и они едва сводили концы с концами. Из ценностей были у них лишь жемчужное ожерелье бабушки старика, да кольцо, принадлежавшее маме девушки - но вещи эти были ценны в ином плане, и они не отважились их продать. Но однажды - старик, отправившись на свою мельницу, встретил раненого человека. Порождения тьмы атаковали обоз, везущий поклажу до ближайшего города - в ранах, нанесенных оружием темных тварей, уже тек черный яд. Он тихонько вздохнул. Сказочка была довольно мрачновата. - Раненый подозвал старика, попросив его всего о двух милостях - глотке воды, да ноже в сердце. Старик не был жестоким человеком, и он сделал так, как попросил страдающий - за что тот, захлебываясь собственной кровью, передал ему ключ от сундука, который лежал в телеге. Когда старик открыл его - то обнаружил несколько метров прекраснейшей золотой ткани. - Старик продал эту ткань, - продолжил он, протянув кусок курицы Дэйгану, - И, вместе с дочкой, наконец зажил припеваючи. Одно лишь но - он сохранил немного этой чудесной ткани, в надежде, что когда дочь выйдет замуж - у нее будет самое чудесное платье, которое только можно сшить. Но злые люди пустили слухи о его благополучии - то, что его дочь - волшебница, и что она своей вошлбой выпряла золотую пряжу из самой обычной соломы. Слухи эти достигли ушей барона - глупого, жадного - но очень богатого человека. Он приказал своим людям схватить несчастную мельникову дочь, и отвести ее в камеру, с одной лишь прялкой... и стогами соломы. "А теперь принимайся за работу; но если ты за ночь к раннему утру не перепрядешь эту солому в золотую пряжу, то не миновать смерти ни тебе, ни твоему отцу" - молвил он, и запер ее в комнатке. Девушка плакала горькими слезами - не себя ей было жаль, но отца. Плакала она столь горько, что и не заметила маленького человечка, появившегося в комнате. Невиданное дело - дверь была заперта, а окошко было решетчатое. Человечек подошел к ней, и спросил - почему она плачет? Она рассказала ему о своей беде - о том, что барон казнит и ее, и отца - если она не перепрядет всю эту солому в золотую пряжу. "А что ты дашь мне, если я тебе помогу?" - с улыбкой спросил человечек. Недолго думая, девушка передала ему ожерелье с жемчужинами, наследие еще ее прабабки. Приняв ожерелье, человечек сел за прялку... и буквально за пару минут все мотовила были полны блестящей золотой пряжи, не соломы. Пока девушка любовалась, человечек уже исчез. Только начало солнце всходить, а барон уже явился; как увидел он золотую пряжу, так удивился, обрадовался. Но стала его душа еще более охоча к золоту. И он велел отвести девушку во вторую комнату, а была она побольше первой и тоже полна соломы, и приказал ей, если дорога жизнь ее и ее отца, перепрясть всю солому за ночь. Плакала она еще горше в эту ночь. Ей повезло в первый раз, да - но как быть теперь? Рыдая, она и не увидела появившегося в углу, уже знакомого ей человечка. "Почему ты вновь плачешь?" - с доброй, участливой улыбкой спросил он. И, когда она поведала о своей беде, мягко погладил ее по плечу: "А что ты мне дашь, если я выручу тебя из этой напасти?" Кроме ожерелья, было у девушки старое золотое колечко. Сердце обливалось кровью от одной мысли отдать незнакомцу единственную вещь, что осталась ей от матери... но она, думая о своем бедном отце, отдала человечку это кольцо. Все повторилось с точностью - маленький человечек чудесами, и работой на обыкновеннейшей прялке, превратил солому в золотую пряжу. Барон, увидя целые вороха золотой пряжи, обрадовался, но ему и этого золота показалось мало, и он велел отвести мельникову дочку в комнату еще побольше, а было в ней полным-полно соломы. И промолвил жадный барон: "Ты должна перепрясть все это за ночь. Если тебе это удастся, станешь моею женой, если нет - и ты, и твой отец, пойдете на корм воронью." Девушка со страхом ожидала прибытия незнакомца, ибо прекрасно понимала - у нее более нет ничего, что она могла бы дать взамен за собственную жизнь. И он не заставил себя ждать. "Сегодня ты не плачешь" - заметил человечек, приблизившись к девушке, - "Почему?" "Сегодня последний день моей жизни, ибо мне нечего дать тебе" - тихо откликнулась она, побелев как мел, - "Я просто не хочу умереть вот... так" Феликс тихонько рассмеялся, взглянув на выражение лица Тавилы. "О, но ты можешь кое-что мне дать!" - воскликнул человечек. "Ты можешь дать мне своего не рожденного первенца. Сама посуди - одна жизнь, взамен двух." Она, не особо понимая, на что же она соглашается, кивнула - и он со своей участливой улыбкой превратил всю солому в золотую пряжу, как в первую и вторую ночь. Барон, хоть и был жадным человеком, свое слово сдержал - он взял девушку в жены, наполнив свои склады золотой тканью. Дочь мельника стала баронессой, а ее отец - главным счетоводом баронства. Прошел год, и появился на свет юный барон. Девушка и позабыла о договоре, спасшем ее жизнь - и она, с материнской радостью глядя на свое дитя, кормила его грудью. И не заметила баронесса появившегося из неоткуда маленького человечка. "Какое прелестное дитя" - со своей улыбкой произнес он, глядя на ребенка, - "Он действительно мне подходит. Пришло время выполнить свою часть уговора, девушка." Испугалась баронесса, и стала ему предлагать богатства всего баронства, чтобы он только согласился оставить ей дитя. Но человечек сказал: "Нет, мне живое милей всех сокровищ на свете." Запечалилась баронесса, заплакала. Глядя на ее слезы, человечек произнес: "Даю тебе три дня сроку. Если за это время ты узнаешь мое имя, то пускай дитя останется у тебя." Всю ночь баронесса вспоминала разные имена, которые когда-либо слышала, и отправила слугу проведать людей в баронстве - разведать, какие существуют еще имена. На другое утро явился маленький человечек, и она начала перечислять имена, начиная с Каспара, Мельхиора, Бальцера и Хексариона, и назвала все по порядку, какие только знала, но на каждое имя человечек отвечал: "Нет, меня зовут не так." На другой день баронесса велела отправить слугу в библиотеку - разузнать, какие имена есть во всяческих книгах. И, когда человечек появился вновь, стала называть ему необычные и редкие имена: Риппенбист, Гаммельсваде, Шнюрбейн. Ответ был прежним. Наконец, вернулся гонец, которого она послала разведать имена всех людей в баронстве. Человек был испуган, в смятении. Он вымолвил: "Ни одного нового имени найти я не мог, а вот когда подошел я к высокой горе, покрытой густым лесом, где живут одни только лисы да зайцы, увидел я маленькую избушку, пылал перед нею костер, и скакал через него очень смешной, забавный человечек; он прыгал на одной ножке и кричал: Нынче пеку, завтра пиво варю, у баронессы дитя отберу; ах, хорошо, что никто не знает, что Румпельштильцхен меня называют! Радости баронессы не было предела. Она с нетерпением ждала появления человечка, и, когда он приблизился к ее кровати, выпалила это слово... Голос Феликса неожиданно для Тавилы сорвался на шепот. "Румпельштильцхен." Человечек замер, как вкопанный - и, глядя в торжествующие глаза женщины, с тихим вздохом растворился в воздухе - как если бы его и не было никогда. Борео отвел взгляд в сторону.  - Но девушка так и не осознала истинного зла. Спустя несколько часов в ее комнату ввалилась стража барона - и, схватив ничего не понимающую девушку, грубо повела ее в подземелья. Когда перед ней открылась дверь погребов, в которых барон хранил золотую ткань, ее сердце упало. Не было золота, не было пряжи - лишь солома. "Убейте ее", - прохрипел злой, жадный барон, глядя на свои обманутые ожидания, - "Ее, и мелкого выродка тоже." Баронесса кричала, умоляла, звала Румпельштильцхена - но на сей раз никто не пришел ей на помощь. Конец. Наклонившись, Феликс погладил трущегося об его ноги Румпеля, оставляющего на штанине клочки рыжей шерсти.

Бриг "Победа"   - Доброе утро.   - Привет, Регина! - с улыбкой помахал Феликс, находясь в блаженном неведении относительно настроения девушки, - Будешь... а, ну да. Прости, забыл, что ты мясо не любишь. Он пристыженно заерзал. Как можно не любить мясо? Нет, фрукты, ягоды, и выпечка - это хорошая и полезная еда, но мясо это... Это же МЯСО! По скромному мнению воина лучше мяса могли быть только деликатесные блюда с мясом. Мясо по орлесиански с картофелем, плов из баранины или нажатины (с нажатиной мягче, но с бараниной - сочнее), тушеные куриные сердца с соусом... - О, а я понял что это, - он бодро повернулся к Тави, снявшей доспех и сейчас наслаждающейся солнечными лучами без риска поджариться во всем железе, - Это куриная грудка - со специями, вяленая.    - Доброе утро.   - Привет, привет, - он только и успевал здороваться. Похоже, люди потихонечку возвращались на корабль, - Курицу вяленую будешь?

Бриг "Победа"   - Ты умеешь рыбачить? Я нет.   - Аналогично. А рыбы еще досыта наедимся, когда выйдем в море, - тихонько рассмеялся Феликс, кивнув в сторону бескрайней водной глади, - А пока можно и мяса поесть, пока можно. Последовав примеру Тави и выпив немного воды из бочки, он аккуратно свернул пакет. Внутри осталось еще больше половины от всего мяса. Нужно же оставить остальным хотя-бы по кусочку - им не меньше его осточертела "наемничья пища". Хотя может, это просто он орлесианец, а его товарищи - куда менее избалованы. - Смотрю я на Румпеля - а из головы та самая сказка не выходит, - хмыкнул Феликс, устроившись рядом с гномкой поудобнее, - Про "Румпельштильцхена". Надо мыслить проще. К слову, ты остальных не видела? Еще только утро, а они уже разбрелись, а то и вовсе спали где-то в другом месте. Разумеется, он понятия не имел, что сама Дувир спала в "другом месте", а сон в кубрике даже вариантом для нее не был.

Бриг "Победа"   - Утречко! Что жуешь?   - Понятия не имею! - радостно откликнулся орлесианец, с лыбой подтолкнув пакет к Тави, - Ешь, не стесняйся - может хоть ты знаешь, что это. Запах из пакета доносился такой, что желудок совершил несколько кульбитов. Длинный и чуть сморщенный кусок источал стойкий аромат пряностей - а на самом "куске" можно было с легкостью разглядеть волокна. Будь на обратной стороне чешуя, а посередине - след от скелета, то можно было бы подумать на копченую рыбу. Но запах был совершенно иной, да и мясо было слишком мягкое. Ну, так как Феликс угощает...

Бриг "Победа" Теперь все будет хорошо - все должно быть так! Теперь все изменится. Такая маленькая - и уже совсем как ее мать. Жалость, которая раньше была в этих голубых глазах - когда она исчезла? Наверное, когда она выросла; теперь там лишь желание. Яблочко от яблони недалеко падает. Он резко поднялся с койки, с прерывистым дыханием схватившись за грудь. Пронзительный свет, озарявших половину помещения, резал привыкшие к темноте глаза словно нож. Пить хотелось нестерпимо. Феликс посидел так еще немного, вслушиваясь в чье-то тихое дыхание и мысленно ругаясь на самого себя. Вчера так устал, что совсем позабыл о светящемся во сне клейме. "Клейме души", как его называл Рет. Как же сильно оно за эти годы разрослось; в первый год это был лишь "рисунок" размером с подушечку большого пальца, а теперь? Несомненно, нынешнее клеймо Феликсу нравилось, тут он даже не спорил. Оно было по своему красивым, оно помогало в бою, и просто - давало ощущение принадлежности. Именно то чувство, которое Борео постоянно искал, не имея на то каких-либо причин. Его это действительно умиротворяло. "И все-таки - его нужно прятать", - решил он, потянувшись к оставленным возле тумбы сапогам, - "Но не в кольчуге же спать. Подумаю на досуге." Так, изо всех сил стараясь не думать о своем сне, воин надел кольчугу и кафтан, после чего положил на колени приятно располневшую сумку - нужно же пересчитать, сколько у него средств накопилось. "Три, четыре, четыре и... и семь серебряков. Неплохо." - подумал он, чуть подбросив горстку монет в воздух. "Не забывай, что ты не должен тратить все. Мы все-таки хотим подзаработать денег на дальнейшие путешествия, а не истратить их сразу же." Смуглый орлесианец с облегчением вздохнул и улыбнулся. После помощи, дух вчера просто исчез - даже слова после этого не сказал, чем испугал и без того опустошенного Феликса. Хорошо, что с ним все в порядке. "Доброе, Рет. Куда ты вчера исчез?" "Очень много сил ушло. Да и помощь вчера была не нужна..." "Просто не исчезай так, хорошо? Иначе помощь понадобится мне - с сердцем." С хрустом потянувшись и размяв затекшие плечи, Борео сложил свои деньги обратно в сумку и поднялся на ноги. Они выполнили два из трех заданий, данных начальником верфи. Насчет третьего еще было неясно - вроде как Бодарт с Фео и Региной пришли с пустыми руками, а времени на расспросы попросту не оказалось. Но о делах думать не хотелось. Хотел подняться наверх, вдохнуть полной грудью свежий морской воздух, поглазеть, как встает солнце... попытаться без происшествий добраться до Центральной площади и купить чего-нибудь пожевать. Последнее было более чем маловероятно, но попытаться стоило. Желудок требовательно урчал, и Феликс его прекрасно понимал - за последние дни вкусно... хотя-бы плотно поесть так и не удалось. Это надо совершенно точно поменять. Выпечка, вроде печенья и галетов - это несомненно вкусно, но и мяса хотелось до крайности; от одной мысли рот наполнился слюной. Аккуратно, стараясь никого не разбудить, мужчина бочком двинулся в сторону двери, ища глазами спящих товарищей. Странно - почти никого в кубрике не было. Только в угловом гамаке, съежившись от холода, спала... Шен. Борео лишь тупо моргал, глядя на голую спину косситки. Рядом с ее гамаком, на полу валялась стеганка Тави - похоже, она укрылась ею, но та соскользнула во сне. Поэтому девушка и замерзла. Он быстро и решительно отвернулся. "Бедная. Укрой ее - вдруг простынет", - озабоченно приказал голос Рета. Феликс медленно закрыл и открыл глаза - раз эдак пять. "Ага. Надо... бы." С интересом разглядывая стену кубрика, он просто с невероятной для своей комплекции тишиной подошел, аккуратно поднял стеганку, и накрыл ею девушку - лишь после этого наконец опустил глаза и поправил "одеяльце" как следует. Оно слишком маленькое было - ну хоть что-то. Тряхнув головой, воин духа медленно вышел из кубрика, оставив Шен еще несколько часов - уже более комфортного - сна. Солнце уже взошло, но сонные матросы и работники только начали выходить на улицы порта. Вдохнув полной грудью и удобно закинув сумку на плечо, человек бодро зашагал к трапу. Он уже знал, что такое простое действие, как прогулка на базар, займет очень много времени - поэтому и не терял его зря. ***** Спустя где-то полтора часа воин духа с глуповато-счастливой миной сидел на сваленных ящиках, прислонившись к мачте "Победы"... и уминал большой кусок чего-то оранжево-розового цвета. Рядом с ним лежал целый бумажный пакет с такими крупными кусками - столько, чтобы накормить достаточно большую семью. Борео не был против поделиться - но, пока никого нет, он с коварным чувством уминал вкусную по его мнению еду. Феликс: - 45 серебряных монет, + бумажный пакет с продуктами. И да, выпишите из инвентаря сверток с рисунком, он уже давно... кхм, вне зоны доступа.   Учтено

Дом -> Бриг "Победа"   Пока некоторые отлучились, дабы передать парнишку в руки городской стражи, другие побрели сразу на базу. Ночка была та еще, этого у нее не отнять - от этого, и от недосыпа за две предыдущие ночи, спать хотелось просто невыносимо. Феликс присоединился ко вторым - слишком уж опустошенным чувствовал себя, для дополнительных забегов. Поднявшись на палубу и перебросившись многозначительными взглядами с Квинтом, сидящим на ящиках и поглаживающим большущего рыжего... Румпеля, воин выдавил из себя улыбку и тихонько спустился в кубрик. Зря командир орал до сорванного голоса - Джимми все равно не присоединился. Присмотрев себе никем не занятый и не отмеченный гамак, он снял кафтан, кольчугу и сапоги. Сложив одежду на прибитой к полу небольшой тумбе и приставив к ней сумку с вещами, он, лишь в рубахе и штанах, лег на подвесную койку и позволил себе закрыть глаза. Так быстро Феликс не засыпал уже очень, очень давно.

Дом   - Феликс, ты не мог бы... Пожалуйста.   Смуглая кожа орлесианца обрела пепельный оттенок. - Я... Он покосился на Регину, которая воскурила благовония, на неподвижно лежавших девушек, и закрыл глаза. "Рет, я..." "Их... двое, Феликс. Я не до конца пришел в себя, но я хочу помочь. Очень." "Будет больно?" "Вероятно." Борео медленно побрел к несчастному человеку, на теле которого еще можно было разглядеть следы ужасных пыток. Он что-то пробормотал ему - вот только Феликс не услышал. Товарищи потихоньку покидали домик. "Только... можешь не так больно, Рет? Я не знаю..." "Как получится. Прости." Тихонько покачав головой, орлесианец подождал, пока мужчина  Чувствуя поднявшийся к горлу горьковатый привкус, он бросил на мужчину подавленный взгляд и прикоснулся к лбам женщин. - За...  Судорожно сглотнул. Хоть бы не снова. - Забудьте. Голос Сострадания почти заглушил его собственный - он произнес эти слова тихо, так, чтобы услышали... не все. По телу пробежал уже знакомый электрический разряд; ахнув от боли, Феликс неловко завалился набок. - Черт, еще больнее ты не можешь? - прошипел он, замотав головой. Когда он обрел равновесие, то повернулся к обомлевшему мужчине - и так, чтобы слышал только он, прошептал: - Они... забыли. Все, что происходило этой ночью. Не дайте им это вспомнить. Воин духа поднялся на ноги, и медленно побрел в сторону выхода. Больше он здесь был не нужен.

Дом   - Создатель милосердный... Феликс быстро опустился на колени рядом с Шен, аккуратно поддерживая ослабевшую девушку. Магия крови в действии... Об этом он подумает потом. Сейчас - нужно помочь. И другу, и несчастным людям. - Кто-нибудь, помогите человеку, - севшим голосом произнес воин духа, помогая косситке встать. Он уже заметил лежащих в углу девушек, и во рту появился привкус горечи.

Дом   Феликс закатился в помещение, отчаянно пытаясь делать вид что он не со "стражей". Человек чувствовал беспокойство и слабый гнев Рета - но никак не мог взять в толк причину. Слишком все происходило быстро - он даже не заметил лежащих на полу женщин. Но сострадание заметил. Нет - почувствовал. Отчаянно рвался помочь, но сначала надо было что-то сделать с плохими людьми. - Да... стража... все такое... - пробормотал Борео, вытаскивая мечи из ножен.

Дом   - И, немаловажно - что делать с владельцами дома? - тихо проговорил Феликс, пытаясь разглядеть что-то за занавесками. Пару раз там мелькали темные силуэты, - Нам нужен только Финниган, однако...

Бриг "Победа"   - И... это... Прежде чем я уйду... Ты, вроде, неплохой парень, хоть и орлесианец.   - Знаешь - большая часть наших заданий каким-то чудным образом обходилась без мордобоя. Больше надо было уметь чесать языком и поглядывать по сторонам, - Феликс с усмешкой пожал протянутую руку, - Ты тоже ничего - для тевинтерца. Надеюсь, что найдешь то, что ищешь. А если вдруг передумаешь... ну, это судно еще долго будет не способно отправиться в плавание. Знаешь, где нас найти. "Он ведь мог стать по настоящему хорошим членом банды..." - от этой мысли он тихонько рассмеялся. Сказал бы это самому крысенку - тот бы точно хохотнул при словах "член банды". Странная, чуть легкая грусть - вот должен был Ашкаари пойти в кубрик прямо в этот момент... почему-то казалось, что не будь он здесь, когда Феликс предложил Джимми вступить, то все было бы по другому. - Тави, когда ты смотришь таким взглядом - мне уже страшно, - Борео со слабой улыбкой повернулся к гномке, стоящей в проходе, - Я иду, иду.

"Дэйган остановился у входа в кубрик" Эта фраза красноречиво говорит, что внутрь он не зашел. Да и Джим бы точно на его появление отреагировал бы, а не тактично проигнорил.

Бриг "Победа"   - Просто из любопытства... Сколько вам платят? Будет о чем потравить байки с корешами...   - 75% от суммы заказа, - пожал плечами "Принцесса". Жаль, конечно - но может, они с Джимом еще пересекутся, - Сегодня, например, выполнили миссию в цирке - получили 25 соверенов. За вычетом того, что попадет в общую казну... - он прикрыл глаза, подсчитывая что-то в уме, - То на лицо получим 2 соверена и восемь серебряков, каждый. Хрустнув затекшей шеей, орлесианец поднялся следом. - Ну, ладно, нам тоже на задание по...   - Идем, Феликс, у нас дел по горло! Пацан сам отчалит, не маленький! Пошли быстрее!   Борео лишь рот разинул, когда в открытой крысенком двери замаячил Дэйган, жестом позвал его наружу, и скрылся на лестнице. Он что, все это время за дверью подслушивал? - Мда, - все, что выдавил из себя мужчина.

Бриг "Победа"   - Никогда не хотелось жить по своему, м? Друзья, девочки, хавка от пуза, выпивка...   - ... постоянный риск собственной шеей и седалищем... - продолжил Феликс, весело хмыкнув. Настроение, немного подавленное после цирка, пошло обратно в гору - Джимми был просто энергичным комком позитивной энергии которой он щедро делился. Пусть порой и без желания тех, кто эту энергию получал, - Поверь, такая жизнь быстро надоест - особенно если вечно сидеть на одном месте, не путешествуя. Он присел на ящик, за которым предприимчивая Шен и спрятала остатки "конхвет", задумчиво почесав щетину. - Собственно, об этом я и хотел поговорить. Как ты отреагируешь, если... кхм. Если тебя пригласят в нашу группу? Разумеется, со всеми правами - такими как на добычу, на еду, на долю пинков от врагов... ну, ты представляешь картинку. Борео рассеянно моргнул. Кажется, или за спиной он услышал шаги? Не, показалось наверное.

Бриг "Победа"   Бодрым шагом взобравшись на палубу, Феликс неожиданно остановился в нерешительности. Собственно... что теперь? Наверно, стоит пойти глянуть, как Джимми - и сообщить ему наконец о приглашении. С решительным вздохом он начал спускаться в кубрик.

Цирк   - Вот и славно. Теперь мы можем идти?   - Разумеется, Тави, - со вздохом кивнул Феликс, повернувшись к гномке, - Сначала на корабль, или сразу искать подмастерье? Джимми наверяка собрал кое-какую информацию о нем. Она может оказаться полезной, даже более того. Он не знал, верить Нэлону или нет - но, кажется, человек всерьез об этом задумался. Это уже была маленькая победа.

Цирк   - Все я им плачу, сами деньги видели. А уж что мало, так это... Надо зверям корм, опять же, за место на площади тоже деньги, местным этим... воришкам, чтобы цирк не трогали, значит. Копеечки и остаются...   - Вы не похожи на человека, который оставляет себе одни лишь копейки, - почти с прямолинейностью Тавилы произнес Феликс, нахмурившись и скрестив руки на груди, - Но, что важнее... если это сказал один человек - это может быть клеветой, тут я не поспорю. Но когда таких людей много - это уже становится чем-то большим. "Особенно, когда эти люди - еще совсем дети", - добавил он мысленно. Подставлять девочку он точно не собирался. -  Почему вы не кормите своих же собственных подчиненных, мастер Нэлон?

Цирк   - Кто мастер дипломатии у нас? Твой выход, Фел.   - Но я думал... - вяло пробормотал Борео, покосившись на человека. А думал он, что говорить будет... ну, не один. Сейчас внезапно стало очень неловко. "Это ему должно быть неловко." - твердо произнес Сострадание. Воин духа глубоко вздохнул, и приблизился к их нанимателю. - Мастер Нэлон, - решительно проговорил он, возвышаясь над сидящим человеком, - Я хотел бы обсудить с вами одно очень важное дело. Думаю, вы и сами знаете какое. Поймав взгляд мужчины, Феликс продолжил еще бодрее. - Вы говорили, что ваш цирк не пользуется популярностью - но мы все прямо сейчас видим, что это неправда, - он кивнул в сторону переполненных зрительских мест, - Некоторые ваши люди переговариваются между собой, что вы им не платите - более того, что они голодают. Может, вы сможете объяснить, как это вообще вышло?

Цирк   - А с другой стороны, он может быть вынужден отдавать кому-то эти деньги под угрозой смерти... Может, поговорим с ним и попытаемся вызнать правду? - А зачем нам это? Денег мы все равно не получим, даже если заставим его рассказать правду.   - За спрос не бьют в нос, - криво усмехнулся воин духа, - В самом крайнем случае - он просто нас прогонит. Однако, он и сам вспомнил об их "деле". Уже совершенно точно наступила ночь - им следовало бы пойти в указанный девушкой из борделя район. Вытащив из кармана худо нарисованую карту, он, не долго думая, протянул ее Тавиле. - Думаю, из этого ты извлечешь чуть больше пользы, - слабо улыбнувшись, он покосился в сторону сидящей на ящике Сенни. Номер девочки судя по всему уже прошел - она сидела в обычной одежде, и весело дрыгала ногами. Взрослые циркачи смогут за себя постоять, но... что будет с детьми, когда труппа развалится? "Всем не поможешь... но кому-нибудь я могу помочь." - Мне кажется, стоит хотя-бы попробовать поговорить с Нэлоном, - наконец произнес человек, потирая виски, - Но если решили идти сразу в то место... я с вами.

Цирк   - Нэлон попросил подменить актеров, которые отказались выходить...   - Он вам еще работы подкинул? Вот уж действительно, заставил эти деньги отработать - пробормотал орлесианец, покосившись в сторону сцены. Там, кажется, сейчас проводился номер с глотанием ножей, - Сенни... девочка, которая сломала ногу, я ее вылечил - говорила, что они здесь чуть ли не голодают. А теперь взгляни на трибуны, Аш. Он нахмурился, и обвел рукой заполненные зрителями места. Желающих посмотреть представление было действительно много - конечно, места не были "забиты битком", но все же. - Меня одного это слегка... удивляет?

Цирк   Феликс, пригнувшись, медленно продвигался под трибунами, мысленно проклиная и этот мир, и лично себя в отдельности. Он отошел всего на минуту - всего лишь на одну минуту - и при этом умудрился потеряться абсолютно и полностью. И ведь главное  - он знал, что лучше было бы пойти к выходу из шатра и ждать товарищей там. Но нет, Борео обязан был пойти искать их и потеряться еще сильнее. Вот теперь он пытался найти выход из... где бы он не находился. В темноте, рассеиваемой лишь трещинами в деревянных "сидениях", он видел странные вещи - сваленные в груду предметы, листки бумаги, замшелые книги - даже берцовую кость, подозрительно похожую на человеческую. Зрители, сбросившие все это вниз, явно не совсем знали о правилах поведения в общественных местах. - Мама, там внизу кто-то есть! - услышал мысленно ругающийся орлесианец сквозь шум и гам. - Глупости, Карл. Сиди прямо, - ответила детскому голоску писклявая женщина, и звонко рассмеялась. Зал над Борео взорвался криками и улюлюканьем.  "На это уже больно смотреть. Выбирайся отсюда, что ты бродишь?!" - обреченно застонал голос Рета. - Легче сказать чем сделать! - прошипел воин духа, оглядываясь в поисках выхода. Может, тент разорвать? Попытки приподнять ткань успехом не увенчались, что не удивительно - будь все так легко, огромный тент бы улетел при первом порыве ветра. К счастью, этого делать не пришлось. Впереди, перед глазами, забрезжил свет - и Феликс, воспрянув духом, ускорил шаг.   - Наверно, мне придется покупать для самого себя ошейник с поводком, - ворчал на самого себя он, решительным шагом обходя снующих за кулисами людей, - И всучить другой конец кому-нибудь - дабы впредь не теряться. Шутка, разумеется, вышла неважной. Когда Фел приметил затылок Дэйгана, с плеч словно камень упал. На этот раз он даже дошел без происшествий - лишь парочку раз столкнулся со снующими артистами и на ходу ответил радостно помахавшей ему Сенни. - Вот вы где! - с плохо скрываемым облегчением воскликнул воин духа, деликатно отпихнув налетевшего на него акробата в одежде с блестками, - Этот город точно меня ненавидит! Шен сидела на небольшом стуле, прижимая розовую тряпицу к плечу, возле нее нервно топталась Тави. Похоже, потерялся лишь он один - стыд и позор. Они точно будут смеяться. Глубоко вздохнув, Феликс взглянул, что же именно прижимала к плечу Шен, попутно удивившись ее одежде. - Шен, что-то случилось? Почему ты и Аш одеты как акро... ох, - человек вздрогнул, рассеянно глядя на стекшую по предплечью косситки одинокую алую капельку, - Ты ранена? Бросив вопросительный взгляд на Тавилу с Дэйганом, он осторожно, бережно прикоснулся к плечу девушки и прикрыл глаза.    Феликс использует (никто не удивлен...) способность "Первое дитя". Травма, которая не травма, исцелена.   - Что случилось то? - устало поинтересовался Феликс, убрав ладонь и прикрывая ею же лоб с глазами, - И действительно, почему так одеты?

Цирк   - По крайней мере, мне так кажется. Наведаемся туда?   - У нас есть выбор? - хмыкнул Феликс, разглядывая сожженные каракули, - Если хотим получить обещанную плату... придется идти.

Цирк   - Хорошо, мастер Нэлон, - Борео глубоко вдохнул, и предупреждающе покосился на своих товарищей, - Мы поняли, денег у вас нет. Но зачем было врать? К тому же, Неромениан - богатый город, вряд ли у вас есть недостаток в зрителях. Может, вы хотя-бы можете рассказать нам о причинах вашего поступка - и почему вы вообще солгали?   Убеждение, бонус +2 (у меня предчувствие, что грянет фейл)   +1 к репутации

Цирк   Окинув цирк критическим взглядом, мужчина слегка пожал плечами. - Мы можем зайти и после представления, - предложил он, - Может, тогда у вас найдутся деньги.

Элес, единичка - это ваш шанс выжить?