-
Постов
8 501 -
Зарегистрирован
-
Посещение
-
Победитель дней
3
Тип контента
Профили
Новости
Статьи
Мемы
Видео
Форумы
Блоги
Загрузки
Галерея
Весь контент Фели
-
"Альбатрос" Нечто даже не пыталось поймать косу - лишь слабо вздрогнуло, когда ее лезвие вонзилось в его лицо, пробив голову насквозь. Это повторилось вновь - отростки, потянувшись к рукояти косы, быстро втянули ее внутрь тела... люди не видели, что случилось к торчащим из затылка существа кончиком косы, но когда существо повернулось к Освальду - Алейра уже не видела этого кончика. Каким образом коса с такой легкостью вместилась в теле существа, тевинтерка так и не поняла. "Смертная тень - ты последуешь за своей дочерью?" "Да." Ужас и обреченность в голосе Шадрила сильно контрастировали с усталой решимостью. Теперь, когда у Исмарина была Аиша... не было даже мысли о том, чтобы не подчиниться. Ее просто не существовало. Освальд смотрел, как заскользивший к странному существу меч, столкнувшись с ногой последнего, на секунду замер... и он был готов поклясться, что в перед его глазами на секунду появился темный силуэт; тот, который он видел ранее. Длинные волосы, угольно-черная кожа, "слепые" глаза со слабо вырисовывающимися зрачками. На плечах, соединенная брошью из белого металла, покоится темная накидка - под которой можно разглядеть черный, блестящий хитиновый "доспех". Шадрил когда-то говорил "у вас даже броня не своя"... Похоже, он имел в виду именно это. Пальцы рук, так же покрытые хитиновым покровом, были похожи на когти; длинный, гладкий хвост завершал бредовую картинку, которая появилась в его обезумевшем от лириума мозгу. Но важно было не это. Важны были та грусть и то сожаление, которое было в этих глазах. Существо, которое видел храмовник, не было похоже на человека - оно было далеко от него. То эмоции в его глазах - их он распознал с небывалой легкостью. Но все прошло - Освальд, тряхнув головой, вновь попытался сфокусировать взгляд. Существо уже поглотило меч, когда он сумел это сделать. Слабый вздох, прозвучавший в ушах людей был им наградой... а потом нечто исчезло. Алейра могла поклясться, что увидела окутавший их черно-белый туман. Освальд мог поклясться, что он ничерта не понял из всей этой ситуации. Но в подведении итогов магистр и храмовник были единодушны - они стоят на корабле, который вот-вот уйдет ко дну, рядом с лириумным деревом и разбухшим трупом Золотого дракона. Им никто не поверит - даже Габриэль, который знает про странное оружие. А кроме него... Никто не знает даже этого.
-
Ты сечешь фишку. К слову, из-за общения с низшими расами *вставьте высокомерный смешок* они после будут выглядеть... гуманоиднее, чем Исмарил. К примеру, рот у Фелкрау таки появится. У Шадрила не очень. Зато у Шадрила частично исчезнет хитиновый панцирь, которым он перед Освальдом хвалился... *чувствует удивленные взгляды, и прячется под стол*
-
"Альбатрос" "Дважды я не буду просить," - медленно проговорил скрипящий голос. Хвост существа нервно дергался из стороны в сторону, вырастающие из его тела отростки угрожающе ощетинились, - "Наказание уже было произведено. Сердце воссоздаст их тела - в безопасном месте, где ваши расы не будут угрозой. Я отберу филактерии силой, если понадобится." "Освальд..." - хрипел Шадрил в голове Освальда и Алейры. Клинок, испускающий темный туман, мелко дрожал в ладони мужчины, - "Я... неужели это..." "Мы рухнули сюда..." - шептала Аиша, не прекращая плакать, - "Попали к этим страшным, с разинутой пастью и выпирающими носами... Это все... это все..." "Это уже не важно. Ваша память вернулась - а с осознанием справитесь в любом случае." - почти прорычал скрипящий голос. Нечто сделала еще один шаг... и Освальд заметил, как что-то белое начало вырастать из его спины. Что белое... У него лириумная ломка, или это... перья?
-
" Альбатрос " "Стоп-стоп-стоп... А можно немного поподробнее, мне кажется, мы всё-таки имеем право хоть немного знать. Древние? О ком ты говоришь? Кто вас создал? И... почему они ничего нам не сказали?" "Древние," - проскрежетало существо в головах людей, - "Те, кто существовал с самого Рассвета. Не боги, не создатели... одни из нас, живущие с начала, не порожденные после Рассвета. Вам не понять... ваши расы умирают, когда приходит время. Мы умираем тогда... Освальд почувствовал, как тихонько ахнул Шадрил. "... когда нас убивают." Алейра раздраженно мотнула головой - женщине казалось, что речь существа была чем-то искажена еще сильнее... и, когда оно замолкло, поняла почему. Аиша плакала. Тихо, сдавленно... и это совершенно точно был не плач для "привлечения внимания", как любят делать избалованные дети. Детский голос в голове магистра плакал как взрослый человек, который потерял что-то... невыносимо важное. Такая струна, такая интонация была в глазах Габриэля... пока она не оборвалась. "Самоубийство - преступление. Эссенции, заключенные в филактериях, за совершенное преступление забыли причину, по которой оказались внутри - они помнили лишь то, что сподвигло их на свой поступок, и каким образом освободиться из филактерии... найти Сердце. Теперь они вспомнили... и уже видна причина наказания. Они не были готовы к этому." "Освальд... я..." - сдавленно прохрипел Шадрил в голове храмовника - и от интонации "меча" мужчину пробрала дрожь. Недоверие, и ужас - столь пронзительный, что его собственную грудь свело от боли. Кинжал тем временем полностью исчез, поглощенный телом существа. Они более не слышали голоса Фелкрау... ни его присутствия, ни едва заметной эманации излучаемой оружием маны. Кинжал... словно исчез из существования. Нечто сделало один маленький шаг по направлению к людям. "Передайте. Мне. Филактерии."
-
"Альбатрос" "Они не в силах - без меня." Существо, стоявшее перед ними, медленно повернуло голову к Освальду, словно вглядываясь в его глаза. После "сотворения" голос этого приятнее не стал... он по прежнему резал мозг на маленькие кусочки, подобно пиле. "Мы знали о том, что произойдет. Древние не могли позволить нашей расе вымереть... и посему, были созданы филактерии и Сердце." До ушей храмовника и магессы донеслось тихое, настойчивое жужжание. Флавий украдкой отвела взгляд, ища источник назойливого звука - и обнаружила кинжал, которым обладал Чужеземец. Белоснежный клинок, каким-то образом очистившись от покрывавшей его рубиновой жидкости, лежал на деревянном полу, и мелко трясся. "Заточение эссенции требовало, дабы филактерия отняла жизнь будущего носителя," - продолжало существо, поворачиваясь к Алейре, - "И этот принцип себя оправдал." Дабы филактерия отняла жизнь носителя... значило ли это, что оружием, которое они держат в руках, заточенные в нем души лишили себя жизни? Но что же тогда с Аишей? Неужели... "Сердце способно вернуть физическую оболочку. Я, Исмарин, забираю филактерии вместе с их эссенциями." Фелкрау, перестав трястись, утих. Нечто повернулось к кинжалу, и, подняв руку, протянуло к нему свою ладонь. Белоснежный кинжал сам по себе рванул в сторону "Исмарин", и с чавкающим звуком вонзился в живот существа - дрогнувшего от боли, но выстоявшего. Вихрящиеся "отростки", образовавшиеся на месте раны, обвили рукоять оружия, и начали медленно втягивать его внутрь серого тела. Нечто повернулось к людям, и слегка склонило голову набок.