- Видишь это? - маг указал про прокусанный ботинок. - До сих пор болит. Это меня укусила крыса Мальвины. Ты говорил, что делал всё это лишь для того, чтобы защитить меня и Сару. Но не думал ли ты, что твоя же чума в итоге убьёт нас всех?
Старик вздохнул с облегчением и почему-то улыбнулся. Он ожидал такого вопроса. Точнее, это был самый простой вопрос, которого мистер Эванс мог ожидать от своего потерянного сына.
- Чума всегда была под нашим контролем, это же оружие. Ты ведь не боишься, что твой пистолет вдруг начнёт палить налево и направо? Нет, ты точно знаешь, исправен ли он. Заряжен ли. Спущен ли с предохранителя. Именно твой палец, а не случайность жмёт на курок, - маг подпустил в голос несколько лекторских ноток. Было видно, что он обрёл фундамент под ногами. - Я же сказал, что Ястребы следили за тобой. А значит, следил и я. Ваша с Сарой безопасность была единственным гарантом моего сотрудничества с террористами. Мальвина могла тебя заразить, но не могла убить, потому что все приказы Оспе отдавал я. Но подумай вот о чём: насколько подозрительно бы выглядело, если все напасти начали бы миновать тебя? Думаешь, что твои соратники не заметили бы подвох? Они не благородные друзья, готовые пойти за тобой в пекло. Они даже детей не решились спасти, чего уж говорить о взрослом малефикаре, - старик хмыкнул, осуждающе поджав губы. - Молва очерняет магов крови, но при этом забывает о том, что именно мы создали самые передовые методики лечения. Дали безруким калекам руки, а бездушным киборгам вернули чувства. Расшифровали генетику и победили все болезни, которые до этого считались неизлечимыми. Скольких мы спасли? Миллионы и миллионы. Но всё это, конечно же, всегда будет блекнуть перед обидой какого-нибудь орка, которому разрушили мечту.
Маг опустил голову, рассматривая подошвы сапогов. Мундир ацци ему всё ещё идеально шёл, словно фигура Эванса-старшего с возрастом и не думала терять в стати. Конечно, это была показуха. Уж кто-кто, а сын отлично видел, насколько сильно постарел его отец за минувшие шесть лет.
- Если бы Мальвина соскочила с моего крючка и отказалась тебя лечить, я бы взорвал её. Для этого и установил бомбу, всё предусмотрел. Как бы ни была дорога мне эта девочка, она - не мои дети. Её жизнью можно пожертвовать, вашей - нет.
Сколько отцов поклялось бы отомстить тому мерзавцу, что превратил их жизнь в ад?
- Невозможно жить себе в радость, пока думаешь о других, - ласково возразил пожилой маг. - Пройдут годы, прежде чем ты поймёшь, что абсолютно всё население планеты за исключением дюжины людей - статисты, которым плевать на твоё существование. Они не станут оплакивать твою смерть и не станут сражаться за тебя, как сражался я. И это правильно. У каждого из нас своя жизнь, и лишь её нужно хранить. Ну и, конечно, жизни тех, кто нам дорог.