Фолси

Хм. Мне лучше отписаться до или после лоли? Ну или сразу после поста могу тоже. В сон пока совсем не клонит. 

Я бы часиков в восемь подтянулся  :pardon: Но могу и в шесть, если очень надо))

Кстати, на этих  выходных у нас небольшой перерыв в связи с фоксиками :3 

Кто такой Том? Кто такой Ша? (озирается)   Нет

Он пытки Привязанного выдержал xD И майнд-рейп переживёт  :angel:   «Я вижу вас» — Ой, слышишь, долбанутый Саурон, а не пойти бы тебе…   Это прекрасно  :haha:

А рыжик отдаст рыжику шляпу?  :blush2: Ну там... за 1 ОО ;)

Ну, если судить по стилистике игры, то варианты Дража весьма в тему. Признаться, сам бы выбирал из них, не потребуй душа смерти-тлена-мракобесия  :-D И таки да, охотница Мария из игры вообще в бантах и перламутровых брошках сальто выписывала. На каблуках  :haha:

Чёрная смерть. Это прозвище следовало за ней по пятам, укрытое в шлейфе шепотков, ругательств и закрытых с хлопком ставен. Оно вжилось в кожу и суть, как немытая годами грязь. Ну что же - лучше быть покрытой грязью чужих суеверий, чем стать грязью в их глазах. Всё, что нужно для проживания на улицах, она добывала - или отбирала - сама. Исключением стал отцовский пистолет. Старый, но крепкий и надёжный джентльмен, этот пистолет умел держать надоедливых поклонников на приличной дистанции. Иногда огрызался порохом и дымом в лица непонятливым. Всякое бывало. Об этом пистолете худая, похожая на обтянутый кожей скелет женщина заботилась намного лучше, чем о себе самой. Не доешь - покрутит живот. Не накормишь верный пистолет порохом из рожка - того и гляди, насадят на вилы. Не то, чтобы Эркенбальда любила жизнь, которая в её понимании напоминала грязевую лужу с запашком немытых свиных тел, но тесно знакомить свои внутренности с куском холодного металла не спешила. Противно. Брезгливость - вот, пожалуй, тот единственный осколок гордости, что у неё остался. Но рано или поздно надоедает просто выживать. Жизни нужен смысл, даже такой никчёмной и окрашенной в готичные тона. Признаться, Эркенбальда долго и хрипло смеялась, когда узнала об Ордене. Что за шутка бесов: праведники объявили кровавую охоту на горожан, прикрываясь благим умыслом. Колебалась женщина недолго: в животе громко заурчало, а раз проголодалась она, то её единственному другу и соратнику уже давно пора отведать крови. Бледной, пепельной, древней - неважно. Ведь со смертью кого-то в мире становится меньше ровно на одного человека, способного тебя убить. Приятная, греющая мысль. Здравствуй, Ярнам. Укрой несчастную в тенях и затуши болезненный огонь в её груди своей благословенной кровью.

Риджинт-стрит   Спустя некоторое время стараниями Бена Эми получила отличные скидки на самую последнюю коллекцию модного бренда. Выходя из центра, она была просто счастлива в своем обновленном виде.   Яркое солнышко, лёгкий морозец и новое молодое тело, которое ощущалось как глоток свежего воздуха после долгого удушья под водой. Что ещё могло украсить этот день?  Эмили была готова к завистливым взглядам, которые бросали ей в спину. Но вот откровенный свист - это что-то новенькое.  Позабыв о приличиях (которым, в принципе, и обучен-то не был) возле ряда магазинных ветрин стоял высокий парнишка с простоволосой головой. Огненные пряди развивались, окутывая бледное лицо настоящим пламенным гало. Длиннополая коричневая куртка на груди подростка оказалась небрежно расстёгнута, под ней можно было заметить джинсовую рубашку и чёрную майку. Не самое дорогое облачение - паренёк явно не купался в средствах. А вот дерзости ему было не занимать.     - Клёвая шляпа, - заложив одну руку в карман, второй рыжик показал одобрительный жест - большой палец кверху. Карие глаза хитро прищурились. - И копытца тоже ничего. Или это каблуки такие?  Подначивая незнакомку, парень просто срывал своё раздражение. Он с самого утра бродил по магазинам, чтобы купить Итану подарок к минувшему Рождеству. Юноша не хотел, чтобы старый год закончился для друга воспоминаниями о пытках в карцере. Нужно было купить что-то мягкое и... и красивое. Пусть даже Итан уже не мог в полной мере оценить красоту чего-либо.  Пожалуй, плюшевый ангел подойдёт. Тревис рассудил, что у его друга появился на ангелах пунктик после спасения из приюта. Что же, его право. Не самая высокая цена за то, что мальчику довелось пережить. Да только самого лучшего плюшевого ангела нигде не находилось! Вернее, они встречались на витринах... да только в средствах Тревис был стеснён, мягко говоря. Парень уже помышлял по-честному украсть игрушку, но вид пафосно вышагивающей по улице девушки-зонтика настолько повеселил малого, что тот совсем забыл о своё начальном плане. 

Так-с, я отписалсо. Все того желающие могут перейти в новый день и дуть на квест Фели  :angel:

Гнездо Они и сами не поняли, что произошло. Едва быстрый росчерк меча прервал жизнь Бельфегор - вернее, разрушил её временную форму - как Балих, до этого безучастно наблюдающий за сражением, поднёс кулак к губам и дунул. Фигуры Предтечей выцвели, постепенно исчезая из одного места и проявляясь в другом. Балиху было всё равно, куда его чары отправили падших вместе с их раненым магом-питомцем - хоть в сердце гор, хоть в пекло. Они были всего лишь инструментами, с помощью которых чёрный маг наказал Бельфегор за непослушание. И теперь дьяволица вновь томилась в скрипке, готовая услужить многоглазому богу. Элизиум Том поднялся и отряхнулся, с веселой ухмылкой. - Ладно, это была отличная посадка. Как прошел полет? Сильная женская рука схватила ассамита за запястье и без лишних предупреждений прижгла основание большого пальца шокером. На месте ожога осталась шестиугольная звезда - метка зверя, опознавательный символ аласторов. - Вот так, - прохладно кивнула Анна, пряча шокер в карман пальто. Но затем ледяная маска королевы ненадолго треснула, и вентру улыбнулась. - Более помпезных обстоятельств для твоего посвящения всё равно не предвидится. Вампирша свысока взглянула на горгулью, которая даже подниматься не стала - просто утекла в землю словно густой кефир. - Надеюсь, ты не сболтнула нашим врагам ничего лишнего, - Анна не спрашивала маленькую рабису. Королева утверждала, и любой шаг в сторону от этого утверждения карался смертью. В лучшем случае - материала для лепки горгулий всегда не хватало. - Отдыхайте, друзья мои. Завтра аласторы ударят в самое сердце скверны, отравившей мой город. И я хочу, чтобы вы разделили славу вместе с ними. Прежде чем уйти, королева с нежностью провела рукой по щеке ассамита. Бледные пальцы скользнули по шее и задумчиво погладили жилку, которая уже давно не билась, но под которой всё ещё текла самая сладкая кровь. - Пришлёшь мне информацию сюда. И там же найдёшь адрес сородича, нарушившего Маскарад. Избавься от него... в своей неповторимой манере, - шелестящий шёпот Анны настолько завораживал, что убийца едва не выпустил из пальцев небольшую карточку, которую ему быстро передала вентру. С одной стороны был указан адрес какого-то левого электронного ящика, с другой же - адрес чьих-то апартаментов. Похоже, королева предлагала своему хищнику немного... полакомиться. Анна сунула ладошки в тёплые карманы и неспешно побрела к поместью. Лондон Ахрималь откликнулся незамедлительно, как будто ждал дурных вестей. Жемчужный портал вспыхнул спустя несколько секунд после зова ламмасу. Из арки перехода выбежала растрёпанная Фелиция и двое мужчин: крепыш Рори и сам Либнер. - Ему нужно к Узлу, немедленно. Погоди, я остановлю кровотечение, - несмотря на покрасневшие глаза, Фелиция решительно отстранила Рейна от бездыханного брата и упала прямо на колени в рыхлый снег. Её дрожащие ладони опустились на рану, из которой толчками била кровь. Мягкое золотистое сияние потекло по телу Ника, пеленая и закутывая его в полупрозрачный саван. Вскоре маг напоминал спящего красавца в хрустальном гробу... ну или в огромной глыбе янтаря. Кровь действительно остановилась, рана медленно затягивалась прямо на глазах, но судя по бледнеющему лицу Фелиции... этого было недостаточно. - Проклятье. Проклятье, проклятье! - едва сдерживая слёзы, девушка загребла снег руками и яростно сжала его. Скрип мокрых комков отозвался таким же скрипом в сердцах собравшихся. - Мне не удержать его душу. Я не могу... Ахрималь, чёрт тебя дери, почему я не могу?! - Ты не всесильна, - спокойно ответил детектив, выдержав прожигающий взгляд блондинки. - Мы своих не бросаем, Фел. И брата твоего не бросим. Если ещё возможно что-то сделать для него, то мы это сделаем. Ты веришь мне? Целительница какое-то время смотрела прямо в льдисто-бесстрастные глаза падшего. Прикусила губу, кивнула. - Давайте отнесём его в убежище. Аполло удержит душу в теле, пока мы ищем... лекарство, - мужчина кивнул Рори, и оба они подхватили тело Ника. Портал ещё сиял какое-то время после того, как в нём скрылись Предтечи - возможно, это был шанс Рейна проследовать за магами.

:give_heart: И всякий, кто на голосовании получит хотя бы один голос против себя, тоже умрёт. И доктор, если будет лечить не того, умрёт. И шериф, если не того опознает. И бессмертный, ибо бессмертный в дарк соулс? Мухаха.  В общем, больше смертей!  :koza:   Кхм... ну а пока и в бладборне можно погонять, угу :3 

Мур, бладборн - тоже годнота  :give_heart: ПС: такими темпами следующая мафия Энди будет по дарк соулс?  :crazy:

Может быть Том как-то среагирует на то, что в него горгулья врезалась?  :whistling: И ещё я жду поста Ша. 

Увы  :pardon:

Можно дальше идти. Интересное есть, но не для 1 успеха  :pardon:

Так что, кто продолжает? И когда?)

Гонч и Фел, с завтрашнего дня вы можете начать свои квесты.  :give_rose: Кто первый?   Или, если в том есть нужда, можем взять небольшой перерыв на пару деньков. Для всех. 

В общем, к восьми часам собираемся в куб - будет бой с Бельфегор. 

Собор И замерла на пороге, рассматривая открывшуюся ей библиотеку. Богатую библиотеку: сохранённые в изнанке мира, докуда не дотягивался тлен, книги на массивных полках принадлежали давно забытым эпохам. Конечно, для падшей минувшие века были сравнимы с кратким вздохом. Возможно, для вампиров - тоже. Но какие-то из собранных здесь секретов и ритуалов принадлежали к тёмным векам, когда магия ассоциировалась не со сказками и добрыми феями, а с нашествием тварей ночи и кровавой жатвой. Впрочем, и сказок было собрано достаточно. Халаку углубилась в их прочтение, когда поняла бесполезность большей части ритуалов. Так или иначе эти сказки описывали жизнь Бабы Яги, могущественной ведьмы с территории России. Похоже, носферату были одержимы своей предводительницей: они скрупулёзно собирали о ней все факты и записи, сколь угодно неправдоподобные. О том, например, что страшная колдунья принадлежала к их собственному клану. Или о том, что Баба Яга... погибла? Но тогда оставался вопрос: каким образом заточённая в троне халаку убедила вампиров в том, что именно она - их прародительница? На этот вопрос, увы, книги в библиотеке не желали дать ответ. Гнездо Все это, разумеется, нисколько не отразилось на моем лице. Оно приняло вполне себе подобающее поклоннику таланта благоговейное выражение, и я шагнул вперед, спокойно идя к скрипачу, как будто так и надо. Заливистый женский смех наполнил дом миражей перезвоном хрустальных колокольчиков. Воздух между скрипачом и ламмасу вспыхнул ослепительным огненным смерчем, который принял очертания соблазнительной фигуры. Дьяволица Бельфегор, известная всем падшим своими чудовищными экспериментами над смертными. Хозяйка Дворца Вздохов, превратившая светлое чувство любви в отягощённую насилием похоть. Её нагое тело было совершенным, но вряд ли красивым: мука застыла на белоснежной коже наростами в форме чёрной чешуи. С босых ног на пол вязко капал чёрный ихор, и такой же стекал с пальцев - словно напоминание о крови невинных, которой дьяволица покрыла свои локти. Осколок «Неужели это было так необходимо, Азриэль?» Конечно же, книга ему не ответила. Но ангел вдруг почувствовал, как дух Азриэля тянется к его собственному духу. Как будто... узнавая? Израненное сердце архивариуса наполнила щемящая радость, и эта радость оформилась в поток благодати, которой кингу щедро делился со своим бедовым рабису. Книга в руках Эшемаила потеплела, словно архивариус сидел возле уютного домашнего очага. Жар внутри филактерии нарастал до тех пор, пока не начал жечь ладони. Но даже несмотря на боль, ангел не спешил отпускать столь дорогую ему вещь. Корни вокруг недовольно затрещали и отпрянули в стороны. Стеклянное озеро покрылось сетью трещин, вспухло хрустящим горбом и... ...взорвалось осколками, когда филактерия выплеснула из себя гноящуюся ярость, превращённую в огненную смерть. Ревущий столб рыжего огня взметнулся вокруг Эшемаила и начал расширяться, поглощая на своём пути воду, почву и корни. Азриэль пожирал всё, что сам же создал. Когда тугая спираль пламени опала, то посреди широкого пятна из чёрного пепла остался стоять лишь архивариус Эшемаил, преданно сжимающий в ладонях остывающую книгу. Золотистая кровь из рассечённых рук, из вспоротой груди стекала по вместилищу Азриэля и тяжёлыми каплями падала в пепел. Раздавалось шипение, с каким вода охлаждает металл, после чего сквозь удобренный пеплом и вскормленный золотом грунт несмело пробивались первые ростки. Не чёрные, отравленные мукой, а цвета сочной зелени. Маленькие лютики тянулись к двум падшим, как к солнцу, а золотистые их венчики блестели благородным металлом. Всё происходящее напоминало лучик света, вспоровший пунцовые тучи. Хотел ли Азриэль таким образом покаяться в ошибках прошлого, или просто дарил своему кингу маленький кусочек солнца - как символ расположения и, может быть, любви? Соприкасаясь золотыми лепестками, новорождённые лютики приятно зазвенели. И в этом перезвоне Эшемаил услышал свой пропавший голос: "Освободи меня. Пообещай Тирану что угодно, но освободи меня. Освободи - и мы снова будем вместе".

Я в магаз. Отпишусь всем, как вернусь  :give_rose:   Сел, прокинь пока инт+окк, сл 8. 

Угу. При Азри  :koza:

:haha: О боже, опять?! xD И да, всем доброутро  :angel:

Жалко Карен  :cray: Безумно обаятельная в своём цинизме была бабулька  :give_rose:  :give_heart:

Осколок, Пепельный сад   — Азриэль решил воспользоваться этими запасами самолично? Для того, чтобы занять ваше место, возможно?   Тонкие губы Ребекки растянулись в одобрительной улыбке, а неожиданно увесистая для пожилой леди ладонь фамильярно похлопала мужчину по щеке.  - Совершенно верно. Азриэль решил нарушить то единство, за которое мы сражались. Он пришёл в этот самый сад, окропил своей кровью эту самую почву, позволив корням пронзить своё тело. Дух же Азриэля стал един с корневищем, что позволило ему дотянуться до всех запасов веры, которые мы накопили. Можно сказать, что на пути к своей гордыне рабису ненадолго стал вторым Привязанным, - женщина скрестила руки на груди и недовольно хмыкнула. В её взгляде, поведении, словах не осталось ничего, кроме осуждения. Зашептали алые листья - они как маленькие дети с расширенными от любопытства зенками требовали продолжения рассказа.  - Мы сразились с Азриэлем. Я, Ур-Лагуш и Ториэль. Его проклятую душу заточили в филактерию, обрубив почти все связи с внешним миром... с его драгоценным садом. Но на этом наши неприятности только начались: почуяв слабину, архигерцог вышел из тени и потребовал присяги от Двора. Запасы веры, которые мы столь усердно собирали, Азриэль легкомысленно спустил на поддержание своей божественности. Нам нечем было защищаться. Мы предложили сделку, - лицо Тирана стало непроницаемым. - Мы открыли Двор для эмиссаров Привязанного, а в качестве жеста покорности передали ему пленного падшего. Твоего рабису. Просто удивительно, как он снова оказался... дома. Впрочем, думаю, ты понимаешь, что я не рада такому соседу. Никто из нас не рад.  И вновь Ребекка повела своего то ли гостя, то ли пленника через чёрную стену корней и насыпь багряных, ломких листьев. Сад был огромен - он явно выходил за пределы этажа, но аннунаки умели мастерски искривлять пространство. Путь двух падших завершился перед огромной полусферой, сплетённой из толстенных голых корней.  - Здесь я тебя оставлю. Азриэль внутри. Теперь ты понимаешь, в чём твоя роль? Убеди его покаяться, признать свою неправоту. Рабису сделал очень многое для нашего Двора, но его гордыня уже один раз подвела нас. Второго шанса для предательства я ему не дам.  Амойон неспешно повернулся на удобных каблуках и действительно пошёл прочь от Эшемаила. А вот корни перед кингу с тихим треском расходились в стороны, прокладывая перед ним наполненный мягким сиянием коридор.      Дорожка, больше похожая на плотную воду, по которой уверенно ступали ноги ангела, закручивалась спиралью. Конец её, как ручеёк, впадал в небольшое озеро, под монолитной гладью которого лежала обугленная верой Итана филактерия Азриэля. Лежала так близко к поверхности, но добраться до своего сокровища Эшемаил не мог - поверхность озера, хоть и рябилась под его касаниями, обладала неприступностью и твёрдостью гранита.