Софи Дамур (она же "Грымза Софи")
- Эй, Этьен! Чего замер, чумазый мальчишка?! Живо неси сюда муку и пяток яиц! - ловко размахивая внушительным половником, прикрикнула Софи на одного из служек их дешёвого трактира. Беспризорники, сироты, облапошенные нечистыми на руку дельцами - только таких помощников "счастливое" семейство Бланшар и могло себе позволить. Платить им было нечего, особенно с началом революции, но Грымза Софи, несмотря на крутой нрав, прекрасно кухарила. Поэтому голодными поварята и посудомойки не оставались никогда. А что ещё нужно, чтобы выжить в суровые времена? Ароматный кусок свинины или румяный пирог быстро можно спрятать в урчащем животе, а горсть звонких монет, не ровен час, ещё отнимут.
Софи утёрла лоб полной рукой, отворачиваясь от пышущей жаром печи. Идиот Бланшар, да переедет его причинное место колесница, снова спустил половину их месячного дохода на выпивку и девок. Нет, конечно, Софи была совсем не против, чтобы её былой любовник жёг себе печень и как можно реже лапал малютку Жажа своими грязными, измазанными в потрохах руками. Скатертью дорога в Ад, как говорится - при этой мысли Софи истово перекрестилась половником - но трактир на что-то содержать тоже потребно!
Тяжело вздохнув, женщина устроила своё грузное тело на колченогой табуретке, печальными глазами всматриваясь в толпу галдящих посетителей. Где-то там порхала её малютка Жажа, последняя отрада в этой дрянной жизни. Наверное, Софи даже на мгновение всплакнула, но слёзы тут же испарились от жара очага. Когда-то и она была такой красивой, молодой и полной гонора. Теперь же Грымза Софи, как боязливо её звали все вокруг, опасаясь получить кастрюлей в лоб, была похожа на раскормленного поросёнка, подобных которому днями потрошил и резал скотина Бланшар. Одышка всё чаще давала о себе знать, заплывшее жиром сердце билось с перебоями. Спина отказывалась держать вес. Иногда Софи даже сомневалась в том, что поместится в гроб, когда придёт её час.
Но.. пока малютка Жажа не найдёт себе достойного кавалера или пока Бланшара всё-таки не переедет колесница, она будет жить. Потому что нет на свете такой силы, что заставила бы мать бросить своё дитя в годы нужды.