Hikаru

Йожик музыку услышал Получается, те кто слышит тоже заколдованы? Или она только на детей действует?

музыка на Йожика [dice=1d2} [dice="1d2"] потом кину

птицы ночью не летают

Слушала их спор вещая птица, да вздыхала, что помочь друзьям не может - ночью, как известно, птицы почитай слепы, окромя сов да филинов ночных. Она то не может, да зато помощничек у ней есть безотказный да смекалистый.   - Йожик, а ну ка подь сюда! - велела Гамаюн. Из под куста выкатился колючий шарик, распрямился и вытянулся в струнку; даже лапкой "на караул" сделал. - Вот вам други помощничек, и не смотрите на рост, ибо издревле речется: "мал, да удал".   - Я сильный! - пропищал Йожик. И шепотом добавил, вспомнив, как летел через всю поляну, случайно задетый медвежьей лапой.: - Правда, легкий...

Птица Гамаюн обернувшись серой утицей кружила над толпой. Не доверяла она местным, особливо после того, как один из ружья прицелился, да, сплюнув, передумал, пробормотав "Тоща больно, неча впустую дробь переводить". От возмущения, Мая едва наземь не грохнулась. И вовсе она не тощая, а стройная да красивая, как девице и положено; подумаешь, что наполовину птица, самое главное то при ней!

- А теперь распрощаемся и просим прощения, что нарушили ваш болотный покой.   - Но коли будете забижать прохожих - все как один охромеете и окривеете, - добавила вещая птица на прощание.

- Ох ты, батюшки, ох ты, матушки, и что же такое деется, напали ироды окаянные, - причитала птица Гамаюн, мечась по небу над сражающимися. На сей раз она поступила мудрее, не ввязываясь в драку, но и помочь друзьям ничем не могла, разве что прицельным, хм, гуанометанием.   Когда хмыри с кикиморой скрылись, Мая приземлилась на кочку и стала приводить в порядок растрепавшиеся перья, прислушиваясь к переговорам берегини и хмыренка.

сорри, я комп меняю, так что не знаю когда подключусь - там еще ни операционки, ни программ, ничего

Ох, не одобряла Гамаюн кикиморочьи игрища! Но ничего не сказала - не хотела, чтобы и в нее грязюкой запустили, хучь бы и целебной; грязюка она и есть грязюка, а отдирать ее с перьев птице несподручно, чай не водица, что сама скатывается.

на то и расчет)  

лучше электрических угрей налови - будешь электрошоком лечить)

- Не серчай добрая птица ты на нее, она сама не ведала, что творила.   - Не серчай, не серчай... - проворчала Гамаюн, безуспешно пытаясь приладить обратно выдранное в пылу драки длинное перо из хвоста. - А чего жеж она врала нам, что про оборотней ну ничегошеньки не знает?   Перо прилаживаться на место не желало и, повздыхав, Мая оставила бесполезное занятие, вспорхнула на ветку повыше и, оборотясь птахой, заснула, по птичьему обыкновению сунув голову под крыло. Переливающееся всеми цветами радуги перо сиротливо осталось лежать на поляне.

- Позволь, я помогу. Отдохни пока, - говорит мужику Златоцвета да склоняется над раненой птицедевицей Повторяет тот же обряд, что над Кирой совершала, пока вдруг не охнула и не повалилась как подкошенная от изнеможения. Подкосились ее ноги, да упала берегиня на землю в обморок. Стала она бледнее Киры, что кровью раненая истекала. Последние свои силы нуждающемуся истратила.   - Чавой-то она? Никак злыдню мохнатую жалко стало? - Мая принялась обмахивать берегиню крыльями, обеспечивая приток воздуха обессиленной лекарке.

  Ну извините, могла пропустить. Я с работы на пять минут только заглянула, по диагонали прочитать

- И чегой я не осталася на той поляне, - сетовала Гамаюн, пока Тимофей с Сашенькой обрабатывали её раны. - Чуть хвоста не лишилася от блохастой ентой. На стельки ее пустить надобно, дабы не повадно было!

Гамаюн, птица вещая, видно ль что с высоты полёта твоего, не дымит ли где труба печная, к уютному очагу нас призывая?   - Ты бы ищо до ночи подождал, - отозвалась Мая сварливым голосом. - Я тебе сова чи филин? А то не знаешь, шо дневные птицы не видят в сумерках, по эту пору токмо нетопыри летают! Его вон проси, пущай мышом летучим перекидывается да разведает, - махнула она крылом в сторону Вышаты-Чернобога.

о, а я в игре кинула) 10 из 10

Девушка открыла глаза и прошептала. - Бабушка... Дорожка... И вновь потеряла сознание.   - Вода в голову ударила, не иначе. Али там самогон заместо водицы?  

- Водичкой, водичкой побрызгайте на малохо... эээ... болезную, - посоветовала Гамаюн, наблюдая с ветки на творящееся внизу безобразие. - Авось в себя то и придет.

Я так понимаю, у нас Ведическая Русь с дохристианскими богами - Велес, Сварог, Перун и уже с ними; что не отменяет существования "где-то там" Христианского Византия. Так что не заморачиваемся, танцуем дальше )

И вскоре, на берег, из леса, вышла девушка.   Девушка осмотрелась вокруг и присела. - А вы людей кушаете? - в голосе совсем не было какого-то страха. - Меня зовут Красная Шапочка. Я живу в той деревне, а здесь хожу к бабушке. Она за лесом живет. А вы что здесь делаете?   - Мы малинку кушаем, красна девица, - ответила Гамаюн. - Не видать рази? Ну и рыбку, кой-кто.   Девица и впрямь красная - шапка красная, юбка красная, плащ да сапожки тоже красные. Могла и не представляться.   - А проводи ка ты нас, девица, к своей бабушке. Могёт она не токмо в травах разбирается, а и в колдуньях с оборотнями тако же.

я уже всё, утром вернусь

- А мне и невдомек, - удивилась Мая. - Я то думала ты холодненьку рыбку любишь, а другие горяченьку, а оно вона как оказывается! - Как же там хищники живут? Одним козлам да оленям вольготно, - предположил Силуян.   - Обыкновенно живут, травку щиплют особую, он нее всем сытно становится, хочь ты лев, хочь олешек. Да хочь слон!

- Тако ж одно дело лес, а другое - Вирий, - ответила Гамаюн Силуяну. -У нас тама кровь пускать никак не можно, даже зверям.   - Наколдованные-то ягоды ведь не станешь есть? А в деревне можно и фруктов, и ягод добыть. Потерпи немного.  - предложила Елена птице.   - Наколдованные? Да зачем в лесу ягоды наколдовывать, и х здесь и так полным-полно. Это ж и ежу понятно! - снова всплеснула крыльями Мая.   - Так точно, понятно! - поддакнул из кустов Йожик. Попыхтел. пошуршал ветками, да и вытащил шляпу малиновую, до краев малиной спелой наполненную.   - Вот спасибушки, уважил! Угощайся, красавица, - позвала Елену Гамаюн и слетела наземь поближе к ягодкам. - И вы девицы малинки отведайте, - пригласила она русалку с берегиней. - Тутушки много, всем хватит. Сашенька, и ты к нам иди ягодки кушать!

- Так что попросишь, тем и угостим. Не знаем мы, чего ты, Птица-Гамаюн, клевать любишь. Рыбу ли, мясо, ягоды-орехи. Да ты бы рассказала что о себе интересное. Мы ведь твою породу редко видим. Сам я, за двести лет почти своего века, только раз в Тридевятом Царстве Сирин видел, да в Южной Апельсиновой стране, где мы с женой бывали, целую стаю гарпий как-то углядел. Но те страшны собой, не то что ты.   - Что ты, - Мая аж крыльями всплеснула от возмущения. - В Вирие, где мы с сестрицами обитаем, рыбу-мясо вкушать строго заказано: негоже обижать рыб, птах да зверушек разных. Вот ягоды-орехи дело другое, ето мы за большое спасибо, оченно уважаем. Сирин это сестрица моя средняя, темная. Небось всё плакалась да беду пророчила, по своему обыкновению? Вот ведь... курица!