Лакич

John&Davis banking group   - Я не могу быть мёртвым. Нет-нет, это не я. Как я мог умереть?   Это нужно было предвидеть заранее, когда пытаешься найти духов, где минуту назад умер человек. Но Герберт был слишком неопытен в таких делах: успокаивать призраков, намекая, что теперь им суждено... ну, что-то, что суждено призракам. Мужчина пытался дотронуться до силуэта, но силуэт лишь зарябил еще сильнее. Было в этом чуть-чуть обидно: шел ты на работу или, быть может, за чеком с крупной суммой, а в итоге - сейчас превратился в кровавое месиво, про которого шутят, чтобы сдержать панику. - Полегче, мужик, - попытался привлечь призрака Герберт, - я не буду говорить, что бывало и хуже. Но черт, соберись, а?  Со стороны это наверняка выглядело... странно. Если кто-то его мог услышать.   Бросочек на харизму?

John&Davis banking group   Почему ощущение неправильности обязательно ассоциировались у Миллера именно с потусторонним миром? Наверное потому что его недолгая и не самая блестящая карьера любителя оккультистких наук тесна была связано с изучением призраков и духов. Герберт юркнул подальше от толпы и охранников, бережно доставая из кармана пальто книгу. Действительно достаточно интересный материал для чтения, особенно в таких местах. Особенно при подобном стечении обстоятельств. Несколько минут он читал некоторые из заклинаний и ритуалов, которые могли бы помочь с выявлением наличия духов вокруг. Но, когда последняя причудливая фраза на староитальянском была произнесена, то Герберт лишь... Разочарованно вздохнул. Мгновение, пару секунд он наблюдал за этим местом, казалось, со стороны. Из другого... мира, наверное? Но туман, завеса или черт-знает-как-это-назвать мешали ему сосредоточиться. Видимо граница миров здесь была слишком прочной. Это могло быть плюсом. Если бы ощущение неправильности происходящего исчезло, словно припадок от дешевого пива или синтетических наркотиков. Если бы.

John&Davis banking group   Можно сказать, что в некотором роде Миллеру везло - если в конечном итоге возможность застрять в банке, где творится чертовщина, когда тебя зазывает туда неведомый голос, вообще можно назвать везением. Сначала давка, в которой он не получил никаких увечий благодаря чуду, притащила его до самого здания, а когда местная система безопасности решила поиграть в Neo System Shock (какое-то очередное переосмысление древней франшизы), то пустой желудок пришелся как нельзя кстати. Всюду плюсы. Не так ли? Наверное поэтому, от нескрываемой радости, Миллер отошел на пару шагов прочь от алой жидкости. Сейчас мужчина пытался найти в сети информацию про возможное хранилище под номером 236. Потому что...  Ну, спрашивать у менеджера сейчас явно было не время. - Черт, - проговорил Миллер, лихорадочно пытаясь вспоминать... хоть что-нибудь.

VA-11 Hall-A. 3:28   Это ощущал сейчас Герберт, коротающий в придорожном баре время до рассвета за бокалом виски   И это было чертовски, до ужаса неприятно и странно - вдруг ощущать окружающее тебя пространство столь по-другому. Будто кто-то взял и грубо порвал шаблон восприятия, воспользовавшись пошатнувшимся от всего хаоса происходящего разума. С виду Герберт лишь еле заметно пошатнулся, сидя за барной стойкой, и отпил виски из стакана. Неимоверно дешевого виски из до удивления чистого для подобного места стакана. - Налей пива, - поморщившись, заговорил Миллер. Девушка-бармен слегка изогнула бровь, словно заметила какие-то изменения. Или же просто знала, что если люди собираются мешать эти два напитка, то ничего хорошего ждать не стоит. - Неприятная неделя, да?  - Ты даже не представляешь, насколько. И ситуация не обещала улучшаться.   John&Davis banking group. 6:01   Было холодно. И хотелось спать: бессонная ночь давала о себе знать. Никуда не делось чувство, что кто-то наблюдает из тени. Наверное поэтому он и был намерен забрать что бы его не ждало в ячейке 236. И желательно сделать это как можно быстрей. Впрочем, когда это все происходящее обещало пройти более менее гладко? И такси, что сейчас буквально пролетело мимо него, тонко об этом намекнуло.

Особняк Миллеров Медленно обернувшись, мужчина увидел, на подёрнутом паутинкой трещин экране в ореоле всё тех же помех видно квадратное массивное здание с ровными стенам, а над входом выведена неоном угловатая надпись "John&Davis banking group". Он пару мгновений всматривался в это гротескное здание, словно пытался вспомнить что-нибудь про то, что там может хранится. Такое бывало - где-то на задворках сознания, из водоворота мыслей, инстинктов и обрывков воспоминаний, Герберт вылавливал крупицы нужной информации. Это происходило неосознанно, часто даже сам Миллер не понимал этого: со стороны казалось, что этот человек просто услышал где-то обрывки каких-то фраз и мог восстановить картину. Сейчас же он не мог восстановить даже собственный разум. Тьмы сгущалась. Он был готов поспорить, что даже те крохи света от треснувшего экрана постепенно уступали темноте, которая вот-вот - и утащит его. Как в сказках. Как в гребанных сказках. - Ну нахер. Не выдержал Миллер, что есть силы рванув к двери, каким-то лишь чудом не позабыв пресловутую книгу. ost Сейчас, сидя в такси, направляясь к банку, раздумывая о смысле жизни, которого пока Миллер так и не нашел, отголоски неоновых вывесок, рекламирующих не самый качественный товар, неимоверно успокаивали. Солнце в Европолисе, как и во многих других городах, было искусственным и пустым. Неон - другое дело. Этот свет, сейчас казалось Миллеру, вобрал всю суть метрополиса. Герберт усмехнулся от этих диких мыслей, невесело и тускло. Мгновение, и он попросил таксиста сделать радио по громче. Хотелось остаться одному. Без голосов в голове.

Особняк Миллеров, 3:00   -...найди...её... - прошептал тихий голос где-то над ухом Герберта, заставляя его лоб покрыться испариной и чуть ли не подскочить на месте.   Наверно потому как после инцидента в Университете, когда наваждение сменилось сначала всепоглощающей пустотой в разуме молодого богача, а потом и до ужаса поразительно развивающейся паранойей: грустно, когда к отсутствию желания жить прибавляется боязнь обычных теней, где человек видит лишь угрозы для себя. Сейчас Миллер, словно в лихорадке, соскочил со своего места. Помятый и усталый, он глупо, словно пытался что то разглядеть: но нет, больной разум вновь шутил над ним. Мужчина пытался сосредоточится на какой-то одной мысли, однако каждый раз тихий шепот где-то на грани сознания вновь давал о себе знать. Еще и противное шипение телевизора не давало ему покоя - по какой-то странной причине техника не поддавалась управлению от импланта, словно самого Миллера здесь и вовсе не было. Логично, что в конечном итоге мужчина не выдержал. Швырнув первое попавшееся под руку в экран, Герберт с нескрываемым удивлением - и страхом - обнаружил, что первое попавшееся - та пресловутая книга, затерявшаяся в кармане его пальто. На экране теперь появились трещинки, ущерб составлял чей-то месячный заработок, книга лежала на полу, раскрытая на какой-то странице. Ведомый отчаянием, нежели интересом, еле заметно шатаясь, будто наркоман, Миллер подобрал чтиво, попытавшись сосредоточится, чтобы прочить хоть что-нибудь.

Рыжим нельзя доверять. Они все порождения дьявола, отвечаю.

Да

18+ вы знаете, что вас там ждет

Мафиози? Ненавижу, лять, мафиози.

— Джозеф, вам есть что сказать? — Синди внимательно посмотрела на мужчину.   - Кроме того, что мне противна эта компания и эта моча, что вы называете пивом?  Мужчина важно поправил свои очки. Он вел себя преспокойно, несмотря на слова и ситуацию, даже помпезно, в некотором роде. Будто сейчас не держал в руках бутылочку пива, а самый настоящий бокал с самым настоящим вином. Однако, достаточно брутально. - Во всем виноваты ирландцы или эта, - он кивнул на Александру.

Я подвалю сразу к логичке, si 

Университет     Герберт и его спутницы несколько завороженно наблюдали за открывшимся видом: в аудитории, где кто-то расставил парты в причудливый круг, расчертив на полу черным мелом некие причудливые оккультистские символы. Миллер и Джулия переглянулись: вокруг круга были расставлены потухшие свечи, в центре осталось пятно, словно от гари. Мужчина вздохнул, устало присаживаясь за стол преподавателя, выискивая в задворках разума редкие крупицы информации про подобные вещи: - Знак Соломона, используется для ритуалов призыва: ваше рук дело? Рыжеволосая сдержано кивнула, рассматривая, как Миллер нашел на столе листовку: 29 марта должна была пройти вечеринка. Ну что же, видимо, уже не пройдет: - Этот клуб "Декаданс", - сощурился, читая название организатора, Герберт, - ты знаешь что-нибудь про него? Элизабет, казалось, на мгновение задумалась, чтобы затем резво ответить: - Евгений состоит в нем: кучка мажориков, что бесятся от скуки и творит всякое. Судя по ухмылке Миллера, он их понимал.   В конечном итоге пришлось искать книгу. Где, как не в библиотеке? Сейчас, в 23 веке подобные места становились больше музеем. Электронные библиотеки и книги приобретали все большую и большую популярность и стало просто вопросом времени, когда настоящая бумага выйдет из обихода и станет антиквариатом. И сейчас, глядя на громоздкие стенды, над которыми преспокойно виднелась голограмма первого космического шаттла. Удивительное зрелище, но для жителей верхнего города подобное стало чем то обыденным: Герберт и Элизабет лишь неспешно направились к терминалу, неудачно воспользовавшись быстрым поиском. Джулия, вся довольная, однако, вернулась со своей добычей: - Издание 2004 года! Настоящий раритет, - проговорила она, предавая книгу Миллеру, - нашла в разделе "фантастика и сказки". - Действительно, настоящая книга, - хмурился Герберт, листая пропитанные спец составом, сохраняющий бумагу от разложения, - язык... ну, не латынь. - Я пойду, - вновь заговорила Джулия, - остальные части музея: может найду что-нибудь.   Пришлось покупать расширение для лингво - 500 кредитов - для кого-то это месячная сумма на проживание, для кого-то это трата в один клик. Миллеру, привыкшему к подобным тратам, проживший в достатке всю жизнь, было все равно: сейчас его интересовала лишь книга. "О сущностях спектров. Бернардиньо Джованни", - гласила обложка, которая, как оказалась, была расписана на староитальянском. Милое чтение описывало о неких призраках, именуемыми "спектрами": от способов их призыва до классификацией. Кое-где попадались описание неудачных призывов: подобное чтиво не особо наполняло молодого человека решимостью. - Чем это ты занималась ночью, что сопишь? - отвлекся Герберт от книги, переводя взгляд на рыжеволосую, что еле-еле сдерживалась, чтобы не уснуть - милое зрелище. Однако та лишь захлопала ресничками, сдержано зевнув: - Учила до поздней ночи: а уже десять часов. И действительно. Поздно уже. - Ритуал называется, - резко сменил тему Миллер, - прах предков. Нужно, как ты понимаешь, иметь прах предка. И каплю крови. Подобная масса используется как Якорь для духа - удерживает его в мире живых. Взгляд его притупился: Миллер пытался набрать Джулии. Однако... та не брала трубку. - Черт.   Герберт Миллер не считал себя героем, но сейчас он лишь резво юркнул со своего места, ступая в коридор. И так бы ушел, если бы не Лиз, схватившая его за руку. Девушка была измотана и напугана, поэтому подобных жестов не могла оценить. - Ты куда?  - Пойдем, не могу дозвонится до Джулии, - он повел рыжеволосую к выходу, пытаясь ее заболтать чем-то несущественным, но бедняжка лишь отрицательно закивала, останавливаясь у самого выхода. Сжав руку Миллера еще сильней, она тихонько, своим тоненьким голоском заговорила: - Я не хочу туда, пойдем обратно. Герберт тяжело вздохнул. Он понимающе посмотрел на Элизабет, его свободная ладонь накрыла руку девушки, и парень попытался ее успокоить: - Я не хочу, чтобы ты отходила от меня, но и не хочу оставлять свою подругу там. Понимаешь? Не волнуйся, я защищу тебя, - и Герберт ощутил, как девушка прижалась к нему, тихонько пробурчав: - Ладно, пойдем.   Они миновали зал Открытий: быстро продвигаясь через стенды с архаичными приборами и механизмами , мимо голограмм ученых, первооткрывателей, а затем, лишь освещая себе свет фонариком, завернув мимо статуи Эддисона и Вачинского - первых космонавтов, ступивших на поверхность Марса - к залу Раздора. Начало 22 века ознаменовалось обострением социальных и политических противоречий, истощением мировых ресурсов и началом Третьей Мировой войны, когда Новый Атлантический Союз пустил ракеты в страны Евроазийского Содружества. И все бы было лишь мимолетным воспоминанием из школьного курса, если бы Миллер вдруг не остановился у голограммы Мадридской резни: голоскульптура десятков скорченных, сгорбанных скелетообразных тел, безуспешно тянувшихся к небу, там, где к ним на подмогу летели самолеты Союза. Содружество тогда впервые использовало нейропаралитический газ, унесших жизнь многих. Но Миллера больше интересовал черный овальный предмет у ног одного из жертв. Будто драгоценный черный оникс, Герберт поднял эту вещицу: черная губная помада, самая обычная. - Не твоей ли подруги?.. - неуверенно спросил Миллер Лиз, чтобы получить отрицательный ответ. И улыбнуться, вспомнив черные губы своей подруги Джулии, - ах, точно.   Следующий зал представлял собой олицетворение современной эпохи: лица политиков и общественных деятелей, что ведут людей в светлое будущее из руин старой системы. И все это под стенами Европолиса - старейшего из мегаполисов. Но Миллера интересовала не историческая память, но еле заметные следы босых ног - он и его подруга мигом направились по ним, чуть не столкнувшись со стендом, где мирно хранилась бита с росписью известного бейсболиста Хьюго Трастамары. Но на этот раз Герберт отреагировал на экспозицию: он пошатнулся, будто пьяный, а его разум заполнили хаотичные картины: такая же бита у его любимого дивана в особняке, как она рассыпается на тысячи мелких осколков, девичий крик - пронзительный и сводящий с ума. - Все в порядке? - раздался голос Элизабет. - Да.   Следы привели их во всю ту же комнату, откуда началось это путешествие. Элизабет облегченно вздохнула: той явно больше нравилось находится в освещенном помещении, нежели в полутемных коридорах. Миллер же лишь недовольно нахмурился: что-то изменилось, он не мог понять, что именно. Но... - Джулия? В центре пентаграммы сидела девушка: она как будто размывалась в глазах, Миллер даже не сразу узнал ее. Или, быть может, его просто изнурили этих походы, что ему мерещиться? Джулия подняла взгляд на Герберта, мгновение, которые, казалось, длилось вечность, она всматривалась в него, чтобы затем улыбнуться: - Привет! Нашли что-то? Он лишь поджал губы. Ему казалось... всякое.  - Только твою помаду. Она у тебя... красная? Ответ был прост и гениален: - Нет, у меня черная, - И Джулия пожала плечами, а Герберт облегченно вздохнул, явно отгоняя глупые мысли, - зато смотрите, - продолжала девушка, - что я нашла! В центре символов лежала кучка пепла. Просто и всего. Свет в лампах пару раз потух, на мгновение, что даже Миллер не заметил этого. - Ты меня нехило напугала. Где ты нашла пепел? И что с твоим телефоном? - Да, я нашла его за постаментам жертв Мадридской Резни. Весьма символично, правда? - Джулия слегка улыбнулась белозубой улыбкой. Герберт улыбнулся в ответ, - Хм, у меня все работает, может сигнал нарушился? В любом случае: сжигать прах мы не будем, может в книге будет какая-нибудь информация? - В книге, которую я забыл в библиотеке, - хлопнул себя по лбу Миллер, - я стал излишне сентиментальным: сразу бросился тебя искать. Пойду за ней, - он выругался, доставая из кармана помаду и, оставив ее у выхода, повернулся к Лиз: - Ты со мной? Вместо нее ответила Джулия: - Мы можем подождать и здесь. Поболтаем. Всё равно лучше чем ходить по тёмным коридорам, - подала голос Джулия, похлопав по парте перед собой и улыбнувшись Элизабет. Рыжеволосая немного затравленно перевела взгляд с Герберта на Джулию. Миллер лишь странно улыбнулся, чтобы через мгновение исчезнуть.

Джозеф Остин   Крупная шишка. Ненавидит ирландцев.   Сadillac fleetwood 1977    

Университет, 16:36   И все это какое-то время Герберт молчал, недовольно прикусив губу и тихо поглядывая по сторонам. Удивительно, во что в итоге закрутилась эта ситуация с призраком. Оставалось лишь сильнее удивляться тому, как же он и его подруги видели конец этой авантюры. Если и видели его вовсе. - Прости, - тихо заговорила Миллер, обращаясь к Джулии, - меня немного понесло, - он недовольно поморщился, - ужасный день. Как мило, Герберт. 

Университет 16:36   - Что?   - Что? Возможно отсутствие веры в людей сделало свое дело или же остатки алкоголя - но Герберт лишь недовольно махнул рукой, недовольно приговаривая, словно этот мужчина просто набивал цену. Так, по крайней мере, молодому миллионеру казалось. - Мужик, серьезно. Сколько тебе дать? Сотни три? Пять? Тысячу? Просто назови цену. Нам нужно туда, мы не собираемся ничего красть или дебоширить, но черт возьми, - Миллер прикусил губу, ощущая через мгновение вкус собственной крови во рту. Удивительно, как разозлился, казалось бы из-за мелочи, этот безразличный ко всему человек. Или это очередная маска? - У меня нет времени на эти уговоры. Поэтому, опять же, я повторю. Назови цену.

Университет 16:30   - Стойте, проход закрыт! - возвестил он немного устало, проведя ладонью над сенсорной панелью микрофона, который выдал хриплый окрик в их спины.   Обычная компания уставших от рутины и сходящей сума от тайн молодых людей пытается проникнуться в место, где недавно происходила некая мистическая мишура. Достаточно... обыденно. И в данном случае, ничего гениальней и одновременно глупей Герберт не мог сказать, как... - Сколько? Столь простое слово. Однако, до ужаса эффективное. Или, возможно, подобное отношение было столь привычно и одновременно противно этому человеку, что в подобной ситуации ему было или нет, или просто не хотелось придумывать какую-либо причину, почему столь многоуважаемый охранник должен пропустить эту группку. Миллер деловито скрестил руки на груди. Ему хотелось напиться.

Студенческое кафе 16:30   - Может быть, мы осмотри само место? Там должны быть какие-то зацепки. И если что-то забыли - память лучше восстанавливать там же, шаг за шагом. - подала голос Джулия, наблюдая полную беспомощность девушки.   Лишь Герберт еле заметно поморщился, наблюдая за Элизабет, словно сам, на собственной шкуре почувствовал те неприятные чувства, которые испытывала девушка. Однако Миллер лишь тяжело вздохнул, его отстраненный взгляд намекал на то, что его внимание было сосредоточено на ИРИС. Если точней, на оплате счета за кофе. И разбитую чашку. - Пойдемте, - преспокойно, даже равнодушно заговорил представитель золотой молодежи, будто сейчас его ожидала некая рутинная работа, а не сумасшедшее по своей сути расследование про призрака и современных любителей призывать души с того света. - Надо бы управится со всем этим до ужина. Бросил он под конец, то ли пытаясь успокоить рыжеволосую и развеселить брюнетку, то ли... ну, намекая, что до ужина надо управится. Некромантия - она так выматывает.

Эпилог: Лаки и Эли Клуб "Stiletto", Амстердам (несколько лет спустя) Квартира Асквит, Шотландия (несколько недель спустя)

Студенческое кафе, 16:30   - Уверена, Герберт сможет разобраться с этим прямо на месте, ведь правда? - едва заметно улыбнулась Джуля, подпирая голову ладонью и упираясь локтём в гладкий белый стол.   Герберт лишь пожал плечами, видимо намекая, что в свои силы он не особо верит, но попытаться, конечно, всегда можно. Изучение в пьяном дурмане книг по оккультным тайнам - настоящих книг, на бумаге, не столь бездушные электронные издания - давали ему кое-какую информацию. Однако Миллер был не особо опытен в делах изгнания. Ведь теория - это одно. Практика же... - Уничтожить то, что связывает его с миром живых, - он выдержал паузу, добивая чашечку кофе, - и все вернется на круги своя. Звучит просто. Будем надеяться, что прах с кровью - то, что нам надо. Элизабет, - Герберт повернулся к рыжеволосой, - ты должна вспомнить. Попытаться.

Студенческое кафе, 16:26   - В конечном итоге, если бы мы не верили, то разошлись бы давно по своим делам. Или так тонко Герберт намекнул, что сытая жизнь в верхнем городе окончательно свела их с ума, заставляя их впадать в самую настоящую апатию и самого странного вида ситуации. Иначе зачем кому-то вообще брать прах почившего дедули и книгу по этнологии? - Электронная книги может быть в архиве. В крайнем случае - ее можно попросту выкупить. Что же до праха: над камином. Или ты его спрятала? Тот факт, что его все еще держали за руку, совершенно не беспокоил его. Мысли этого человека сейчас были забиты совершенно иного рода вещами. Оккультными и почти что глупыми по своей сути.

Студенческое кафе, 16:26   - Ох, простите. - сконфужено пробормотала она. - Руки совсем дырявые стали.   - Хм? Герберт как-то удивленно уставился на осколки стакана, словно в них было решение всех его проблем. Ну, конечно, теоретически - острое стекло и вены всегда, во все времена были достаточно бюджетным вариантом решения всевозможных жизненных сложностей. - То есть вы призвали духа твоего деда? - все так же завороженно разглядывая пол, где вовсю уже трудился маленький робот, Миллер пытался продумать следующий шаг, - книга. Где она осталась? Надо изгнать призрака, кхм, боже, я это вслух? В любом случае - если его призвали каким-то заклинанием, то должно же быть в ней и такое, что должно его отправить обратно. Взгляд вновь потухших глаз Герберта вцепился в Джулию, как невольную напарницу в этом предприятии. - Что ты думаешь по поводу этого? 

16:27 Едва заметные жесты, тон, общее поведение - все это для Герберта было будто картина, которую ему нужно было отличить от подделки. Неприятная и неблагодарная работа. И сейчас, например, в глазах Элизабет он видел не только сожаление за подругу, но страх и... стыд? Ладонь Миллера легла на ладонь рыжеволосой, и представитель зодотой молодежи, который видел в своей жизни лишь серость и алкоголь, вдруг буквально излучал некое спокойствие и умиротворение. Спокойным, понимающим голосом он произнес: - Призрак? Продолжай. Как можно подробней, без утайки - обещаю, мы поможем. Это звучало... обнадеживающе.

Студенческое кафе, 16:26   - Так...что вы хотите знать. - Гиберти сложила ладони на белой гладкой столешнице и уставилась на них неотрывным взглядом, машинально пожёвывая нижнюю губу.   Принесли кофе. Герберт, явно довольный то ли горячим напитком, то ли реакцией девушки, даже улыбнулся. На пару мгновений. Чтобы потом его личико вновь скрылось за маской серости и уныния. Возможно, благодаря именно таким просветам и находили некоторые люди некую "изюминку" в этом не особо радостном человеке. Возможно, эта изюминка заключалась в достаточно неплохих сбережениях. Что было даже реалистичней. Однако Миллер не собирался строить из себя героя романтических сказок века девятнадцатого, желая угодить девушкам. Вместо этого, пригубив горячий напиток, приносивший некую ясность после выпитого алкоголя, он кивнул Гиберти, давая знать, что слушает ее. - Хотелось бы узнать историю из первоисточника. И, не пойми меня неправильно, это может прозвучать несколько шаблонно, но были ли какие-то странности вокруг твоей подруги? Да и в целом вообще. Нависла минутная пауза, после которой Герберт добавил, с столь внезапными нотками понимания: - Это сложно. Но все будет нормально. Кхм... Сахар? И, задержавшись на рыжеволосой, он перевел взгляд на Джулию.