- Я хочу... НЕЕЕЕЕТ!
Энни, не договорив, вырвалась из рук Алис и глазами, в которых светился неприкрытый ужас, уставилась на кого-то позади девушки. Тут же до слуха Алис донеслись звуки тяжелых шагов, и сердце, счастливо взметнувшись к самому горлу, громко застучало. ОН пришел! За ней! Тело, уже привыкшее к боли, которая сопровождает Его появления, послушно сжалось, ожидая удара. Однако удар, последовавший за этим, предназначался не ей. Только что всхлипывавшая в ее объятиях Энни, разрубленная пополам, осела двумя кусками плоти прямо к ее ногам. Животный страх вселяется в душу и Алис в ужасе молчит, не отрывая взгляда от мертвого тела. Какая-то часть ее слышит все, что говорит Он, но, парализованная страхом, Алис даже не может подняться. И как же хорошо, что Он сам заставил ее это сделать! Слезы, выступившие на глазах от боли, когда Он рывком за волосы поднял ее на ноги - ничто, если Он смотрит на нее своими зелеными, глубокими, как болота, глазами, в которых она тонет. Тонет без попыток выбраться, тонет, чувствуя тугую дрожь в низу живота и мгновенно закипающую влажность между ног. Его рука, грубо, по-хозяйски шарящая по телу, обещает только блаженство, только боль и блаженство. И как хорошо, что Он Сам несет ее, потому что ноги, подкашивающиеся от Его близости, не в состоянии сделать даже шаг.
Она нужна Ему. Он назвал ее своей радостью. Их ждет ночь, полная огненной страсти. И ради этого она вытерпит и утро, полное слезной тоски. Конечно, она будет ждать! Будет грустить. Будет рыдать от горя и ощущения потери. Ради того, чтобы все повторилось снова ночью.