Siegrun

Обернувшись, Антония помахала Максимилиану, и открыла томик.   Я буду ждать, я вечно буду ждать В темной тени башен, в темной тени башен дождя, Знай, я буду ждать, ты увидишь, Я буду ждать вечно, и однажды вернусь. Над землей, над морем зеленый ветер Повлечет мое раненое сердце, Разбитое дыханием вечности, Повлечет далеко-далеко, Всюду, куда бы оно не пожелало, Унесет далеко за пределы этого мира, Между зведами и морем.   - Да я уже все поняла, кузен. Вы думаете, в моем коротком рукавчике есть туз, и намереваетесь сделать их четырьмя. Вы намекаете, что тетушка Агата оказалась полезнее, чем я думала. Вы хотите поднять ставки здесь, где ставка - жизнь. Я не знаю, правильный ли это шаг, Анри. Но вы можете мне доверять. Все это Тоня произносила с самой милой улыбкой, и лишь легчайший нажим на слове "можете" выдавал ее решение. Все равно она решилась бы так или иначе. После вчерашнего письма все теряло смысл.

Я только что был твердо уверен, что ты откликнулась на мой призыв, но сегодня я уже ничего не понимаю. - Ничего не понимаете? Джеймса убили способом, который выдает опыт преступника в очень, очень узкой области. Вопит о том, что это сделал Себастьян. Вы же не можете этого не понимать. - Антония покосилась на играющего кота. - Да, сегодня многое решится. Антония искрилась, как бутылка шампанского. - А вот я совсем не понимаю вас. Почему я должна вас заменить? - Тоня взяла Анри под руку. - Давайте уйдем отсюда. Я уверена, что Себастьяну, кем бы он ни был, не стоит слышать наш разговор. Отправимся в столовую, я хотела забрать оттуда книгу со стихами.

- Антония, - Анри уставился на нее, как громом пораженный. - То есть, ты думаешь, что я - главарь? - Слово "неприлично" имеет в моих устах другой оттенок, Анри. Из всего ряда смертей некоторые имели закономерность, о которой я говорила вчера. Погибали мужчины, имеющие наглость продемонстрировать свои чувства к леди. Вы были одним из них. Так что нет - я ничего не хочу сказать. Кроме того, что способ которым убили Джеймса, был таким откровенным, что я готова поверить - бандиты пошли ва-банк. Вам есть, чем противостоять им, Анри? Хоть что-то.

- Ты понимаешь, почему я ее защищал вчера? - спросил он, внимательно глядя на кузину. - Нет - беспечно ответила Антония. - Но я не намекала на леди, стучащуюся к Эдварду. Это был не намек, а предположение, почему он не выстрелил. У него был пистолет, Анри. Мужчина, вломившийся к Эдварду, поймал бы пулю. Вы разве не читаете детективы? Когда жертва доверяет преступнику и как ни в чем ни бывало впускает ее к себе. А вот поборница справедливости... На эту мысль меня натолкнул Джеймс. Словом "Правосудие". Правосудие за то, что мы все посмели обрести свое счастье. Если бы люди кругом не вняли моим доводам - вы, Анри, уже оставили бы Марию вдовой без свадьбы. - она бы помогла нам избавиться от охотников за наследством дядюшки Томаса. - Вам? Я еще раз повторяю - вас не было бы в живых сегодня утром. Вы неприлично вели себя, Анри. Неприлично.

- Приветствую вас, Анри! Мон шер ами, нервы не способствуют аппетиту. Выслушаешь меня? - Конечно, дорогой кузен. Обязательно выслушаю. А вот ваше дело... Не уверена.

:wub: блин. я надеялась что это будет не Джеймс, его очень жалко((((( Спасибо тебе Эйрин, такой милый чудик твой герой)

Антония проснулась довольно рано в прекрасном, насколько это было возможно, расположении духа, и даже страшные новости не поколебали ее, как будто она была для них уже недосягаема. Лиз даже решила было, что миледи тронулась умом и стала разговаривать с ней, как с маленькой. - Лиз, ну перестань - смеялась Тоня. - Мои распоряжения остаются в силе. Ты все хорошо помнишь, да? ну вот, ты замечательная. Тоня порхала по комнате, приводя себя в порядок. - Я пойду пить кофе, дорогая. Прибери тут немного. О. еще одно. Если что - проследи, чтобы меня положили рядом с моим милым Эдвардом. Служанка вздрогнула, чуть не выронив салфетку. - Опять вы за свое, миледи! - Я ушла. Антония спустилась вниз. Она выглядела прекрасно, как никогда, улыбка так и сияла. Тоня отправилась в буфетную, и заказала себе кофе.

Хочу больше сведений о мире, больше исследований, больше квестов, могучий сюжет, очень разветвленный, больше переживаний, больше драмы. Я хочу идти по миру с тяжкой ношей предопределения или может быть - с не менее тяжкой свободой опоздать везде - но чтобы от этого всего душа в трубочку сворачивалась. И это негроконсольное облегчение квестов, все эти убогие дебильные компасострелочки - долой. Хочу чтобы все давалось тяжким трудом. Чтобы всему надо было учиться, все вырывать с боем, все ценить - от кузнечного молотка до банки-склянки. Все открывать, над всем трудиться, завоевывать отношения, друзей, компаньонов, а не получать в подарок живого человека. Чтобы были места, в которые входить можно было бы только отрядом, очень подготовившись при этом. Чтобы было объяснимо благоговение перед древними гробницами, страх перед руинами...   Надоела чертова псевдореалистичнсая прозаичность, когда ты сам - ничтожный статист с очередным званием дуракина которого любьая дельфина заплюет. Надоел этот бред со свежими зельями с тысячелетних руинах, этот ВАЛ барахла безумный. Это автоматическое знание и умение делать что угодно,  фансервис, называемый крафтом, бессмысленная ересь, которую можно выбросить из игры и игра ничего не потеряет. Квесты к которым ведут за ручечку, как будто у тебя слюни изо рта текут от идиотизма. Это издевательство.   Долой упрощение, одебиливание, облегчение, подачки

Хорошо хоть не пол)) но тетушка это что-то с чем-то)))))

И да, трек на ночь  

...Все разошлись, но если бы любопытный взор проник в столовую и присмотрелся, то заметил бы в кресле у камина спящую девушку - в белом платье и с заплаканным лицом.   Х как бы то ни было, а спать надо.

Взаимно)) :give_rose:

:girllove:

Антошка обедает))) приходи в столовую))   Ну так она себя и чувствует. Что поделаешь.

Это то, чего я никогда не покажу в жизни, даже если табуретка из под ног уже уходит)) так что наслаждайтесь, вы видели то, что нельзя видеть никому.

так, если что я какое-то время буду в столовой)))

Антония деловито расхаживала по комнате, раскладывая вещи по кучкам. Она была совершенно спокойна. - Вот смотри, Лиз - обращалась она к хлюпающей носом от слез служанке - эти вот коробочки надо будет отправить маме. Это семейное, ты, думаю, понимаешь важность этого вопроса. Адрес тут, на карточке. - Да...(хлюп-хлюп)... миледи... - Эти платья скоро выйдут из моды. Тебе они не подойдут, но если у вас в округе есть бедные девочки на выданье, я думаю, им можно устроить сюрприз... - Да...(хлюп-хлюп)... миледи... - Теперь самое важное. Портмоне будет спрятано на том же месте, деньги в нем. Обязательно забери их, не стесняйся, распоряжение на этот счет я оставила в своем личном блокнотике. Удостоверься, что блокнотик и портмоне не попадут в чужие руки. Ничьи. Ни полиции, ни домочадцев, ни, прости Господи, дворецкого. Он непременно заинтересуется, почему госпожа не оставила документов. Соври любой ценой, что я сожгла все личное, осталось только письмо. Вот это. И отдай ему. Это его должно успокоить. В это время в дверь робко постучали. Лиз открыла и обнаружила там молодого слугу. Тот сунул ей в руку какой-то конверт, что-то прошептал на ухо и убежал. - Это вам. - Лиз протянула Тоне письмо. Недоумевая, Тоня открыла конверт, достала письмо и стала его читать. Когда до нее дошел смысл прочитанного, комната завертелась перед глазами и Антония стала оседать на пол. Лиз бросилась к ней, дрожащими руками смочила платок и принялась отирать лицо Антонии, ставшее белым, как мел. - Это письмо тоже отдай дворецкому - страшным, каким-то  деревянным голосом произнесла Тоня. Лиз схватила письмо и закивала, заливаясь слезами. - Я останусь с вами, миледи! Слуги не хотят вмешиваться в это, но я... Я не могу так! Застывшим взглядом Антония посмотрела на служанку. - Нет. Ты - моя последняя надежда, что все будет так, как я распорядилась. Во всем доме мне больше не на кого положиться. Если ничего не случится, я все оставлю на прежних местах, запомни, где что лежит. Ты поняла? - Д-да-да... Миледи - всхлипывая. произнесла Лиз. - Теперь иди. Я оденусь сама. - Миледи, вы ведь не... - Я не дура - оборвала ее Тоня и поправилась. - Не настолько. Выпроводив служанку, Тоня достала скромное белое платьице, обычные кружева по атласному чехлу, она постеснялась бы надеть его вечером в другое время. Но сейчас ей этого хотелось. С таким же каменным лицом и потухшим взглядом Антония Фицрой-Лейквуд отправилась ужинать.

Мне нравятся утренние итоги. А то со своими ножичками-режичками переспа...  развлечься спокойно не дают))))))))) а так даже выкинутый может еще поиграть и попросить последнее желание)) Но я спорить не буду. каждый мастер - капитан на своем корабле, а капитан на своем корабле - бог, даже если другим что-то кажется неверным.

И куда все сразу убежали?))))

Я не собираюсь уговаривать тебя веселиться, солнц. Просто помни, что нервничать тебе сейчас нельзя. :kiss: Береги себя. да, завязываем с этим.

Эйрин, дорогая, ну та часть игры, где ты была нужна, уже кончилась, отведи Джеймса баиньки да и не играй. Украина это страшно, я согласна. А еще я считаю, что эту войну специально затеяли, чтобы лишить нас всех покоя. Мы не сдадимся. Молитесь за своих друзей и родных, но расклеиваться не надо.

Тоня смотрела прямо перед собой. Она корила себя за то, что не попыталась днем зайти в комнату Эдварда, чтобы осмотреть ее. Конечно, это было рискованно, но быть может, она нашла бы какой-то след. наете, пойду-ка я организовывать слуг Антония брезгливо взглянула на немолодую даму. - Вы уже организовали тут многое. Чего вы пытались добиться, угрожая Женевьеве при всех, а теперь утверждая, что две девушки, потерявшие дорогих им людей - шайка? В вас нет ни грамма сердца. И не было никогда. Она повернулась к Элизабет. - Я искреннее надеюсь, что мы еще увидимся. Даже если это произойдет в лучшем из миров. Посмотрев на кота механика, Тоня вышла из холла и отправилась наверх, чувствуя, как пиджак стесняет ее движения. Надо было переодеться и пообедать. А так же привести в порядок свои вещи и отдать Лиз все ценное.

мрмрмрм ну не спорьте, прошу вас. :give_rose: вы все няшки, милашки и успели поиграть)))

- И я продолжу, Джеймс, вашей короткой памяти: - Правосудие... Да не она ли сама пытается всех построить по своей мерке? Кому, как не этой педантичной злюке, может прийти в голову повоспитывать всех подобным образом? Ты только убедил меня, Джеймс!  - от волнения Тоня не заметила, как перешла на ты - Правосудие! Оно недосягаемо для нас сейчас, а в его отсутствие кто мог взять на себя его роль, ТАКУЮ роль? Недаром она предлагала себя на роль мэра. Что таится в ужасной голове этого солдата в юбке? Я поворачиваю к дому, Джеймс, простите. Спасибо вам за компанию. Вот с чего начались мои выводы. Смерти дорогого Эдварда, кем бы он ни оказался, как бы его предательство не ранило меня, я не прощу.

- Элизабэт. Я ни в чем не виновата, милейшие, и не собираюсь так просто сдаваться. - Кто бы сомневался, что теперь вы постараетесь избавиться от нас! Вот что я говорила Джеймсу: Вы хотя бы раз в жизни могли преположить, что ваш брат станет.... ах. не будем об этом. Это было бы слишком жестоко по отношению к вам. Я продолжаю думать, что Себастьян и Агата замешаны в происходящем. Но вот в чем дело: Себастьян был серьезно избит. Как он мог справиться с полным сил и вооруженным мужчиной? Если учесть, что вторым вооруженным мужчиной является он сам - попытку можно было бы засчитать. Но скорее мы узнаем, что убрали уже его! Он последний из нас, кто может быть опасен бандитам - опасен их жизни. заметьте - он сопростивлялся мафиози, нападающим на его сервис, значит, так просто его не возьмешь. Он начеку. Чтобы защищаться или отстреливаться, не нужно столько сил, как для нападения. И нападение скорее всего совершает человек, жертвы которого от него этого совсем не ждут, и подпускают его к себе... Не могут не подпустить - например, это леди. Она стучится в дверь Эдварда и умоляет о помощи, он открывает дверь... И это была не я, после всего-то, тогда КТО?